30 Seconds to Mars / Американская альтернативная рок-группа

Томо Милишевич не верил в судьбу, пока не встретил её в турне. Она заметила то, чего не замечал никто. История одной переписки, которая стала историей одной любви.

О, а как она любила. Она тонула от того, что любила и продолжала, при этом пребывая на дне. Чувства вскружили ей голову, превознесся к небесам к самим вратам Рая. Но чем выше поднимаешься, тем больнее падать? Ведь так? Да, она упала, разбилась, потеряла крылья, нимб и надежду на "Долго и счастливо". Она потеряла все. Осталась лишь дырка в груди, где некогда было бьющиеся сердце и наконец вернувшийся рассудок.

Простить. Вернуться. Обнять. Не отпускать. История о тех, кто разбил друг друга, но не смог забыть.

В их мире цвет можно увидеть только при встрече со своей истинной парой, до этого момента всë вокруг окрашено в серые оттенки, но Джаред видит цвета с самого рождения и не понимает, что с ним не так.

Томо приходится заменить Джареда, пока тот прикован к постели. Но роль лидера даётся непросто, а тайные чувства, давление и паранойя лишь усугубляют ситуацию. После интервью, где секреты едва не выходят наружу, а преследовавшие его папарацци напоминают о себе, тот возвращается к Джареду. Той же ночью он узнаёт, что даже в самые тёмные моменты он не один.

Марсы и их история с позиции довольно близкого, но все же не ключевого персонажа.

Живёт себе поживает одна слэшерица, да и не подозревает, что ждёт её сюрприз в виде... очень важного события в её жизни!(Угадайте какого! С трёх раз!). А вот приятным ли окажется это событие, или, мягко говоря, не очень - это уже совсем другой вопрос...

Томо Милишевич не верил в судьбу, пока не встретил её в турне. Она заметила то, чего не замечал никто. История одной переписки, которая стала историей одной любви.

Очень вдохновила НЦа в этом фандоме. Решил написать свою, где-то похожую, а где-то сильно отличающуюся. Задумывал пародию в свойственном мне уебском стиле, но, в итоге Лето рисуется у меня довольно колоритным в следующих главах. Возможно, я на его ауру настроился и считываю. Кто знает...

Три ночи, три пары, один вопрос: что происходит между людьми, когда город (не весь) засыпает, а все маски слетают?

История о том, как легко притворяться и как сложно признаться себе. У них всего 13 недель. Он скрывается за своим вторым «Я», а она за своей ложью. Случайные разговоры и тишина между строк становятся опаснее правды. Потому что время уходит, а чувства не спрашивают, готов ли ты быть собой.

Я мечтала оказаться на Олимпиаде всю свою сознательную жизнь. И вот, когда до неё осталось всего ничего, кажется, будто всё начало рушиться. У меня новый тренер, новая страна и новая жизнь. Только вот нужно ли мне теперь всё это?

Он мечтал о сцене, барабанах и мире, где с братом они меняли бы жизни людей своей музыкой. Она лишь мечтала о свободе, неся при этом смерть. Их столкновение рождает вихрь опасности и воспоминаний о прошлом, а в последствии — что-то большее, чего никто не ждал…

Это не история о том, как всё было на самом деле. Это нуарная притча о Нью-Йорке — городе, который перемалывает души и выплёвывает их в неон. Здесь пахнет ванилью и хлороформом, табаком и страхом, хлоркой и свежей кровью. Здесь люди просыпаются в чужих постелях, не помня собственного имени. Здесь целуют на прощание в тёмных тоннелях метро, оставляя во рту ключ на алой ленте. Здесь вытаскивают друг друга из ледяной воды, чтобы через час стоять над телом женщины в шёлковом халате (Memento mori).

У Джареда есть секрет, о котором никто не должен узнать. Особенно брат.

Её мир выверен до миллиметра, его — оглушителен до потери слуха. Их пути никогда не должны были пересечься. Однажды ночью срочное сообщение друга врывается в её порядок: «Нужна твоя медицинская помощь. Конфиденциально». Не раздумывая, она едет по указанному адресу и оказывается на секретной вечеринке рок-звезды. У него пронзительно голубые глаза, один из которых травмирован. Она пришла спасти его зрение. Он же решил завоевать её сердце.

Простить. Вернуться. Обнять. Не отпускать. История о тех, кто разбил друг друга, но не смог забыть.

- Грейс Моррис, - я криво усмехнулась своему отражению, то ли представляясь, то ли, наоборот, узнавая в увиденном именно ее. Вытащив из косметички салфетки, стерла с губ помаду, избавилась от слоя тонального крема, убрала излишки теней и вновь воззрилась на свое отражение. - А теперь Киара Хоул! Еще несколькими салфетками я полностью избавилась от туши и остатков косметики, собрала ладонью волосы в хвост и снова всмотрелась в свое отражение. - Анна Тайлер, - констатировала я.

Чужие телефоны, случайные свидетели, признания в бассейне и утро, когда все тайны выходят наружу. О тех, кто любит не тех, и о тех, кто всё равно остаётся рядом. Все коротко и ясно.

К чему может привести решение дать один шанс.

У Шеннона кашель.

Холод. И пустота потери. Вот, что я чувствовала, когда он ушел. Но я знаю, что нужна ему. Иначе зачем были эти все 12 лет? Как мне найти в себе силы это пережить?

О, а как она любила. Она тонула от того, что любила и продолжала, при этом пребывая на дне. Чувства вскружили ей голову, превознесся к небесам к самим вратам Рая. Но чем выше поднимаешься, тем больнее падать? Ведь так? Да, она упала, разбилась, потеряла крылья, нимб и надежду на "Долго и счастливо". Она потеряла все. Осталась лишь дырка в груди, где некогда было бьющиеся сердце и наконец вернувшийся рассудок.