Предательство: Жертвуя собой

      Прошло около полугода, и время протекало для них слишком быстро. В первые месяцы все было достаточно хорошо: они счастливо проводили вместе время, делились теплом, историями, постепенно пытаясь завоевать доверие Юичиро, будучи уже единой семьёй. И всё же в их компании чего-то не хватало. Мальчик был не сильно открытым, скорее, даже замкнутым в себе и молчаливым, редко говоря хоть какое-либо слово. Словно семья — понятие, донельзя измененное в штыки. Крул и Ашера, будучи братом и сестрой, держались всегда вместе. Ели в одинаковое время, ложились спать в одну постель, хотя в шикарном дворце Шикамы Доуджи было очень много комнат, которые бы приглянулись разным типажам детей. Все были в одном стиле, но каждая особенная по своему. И всё же брат и сестра избрали одну на двоих. Юи жил в самой дальней комнате, которая была рядом с покоями Первого Основателя, а Крул и Ашера — ближе к лестнице, в самой первой комнате. Коридор был очень длинным, в нем можно было забрести в неизвестные и пугающие места, поэтому общались они с молчаливым и не кровным родственником слишком мало. А с Шикамой было наоборот: Ашера относился к нему с презрением, будто бы подозревал в чем-то и не оповещал об этом сестру. Младшая Цепеш относилась к господину с почтением, всегда помогла в уборке и, будучи очень доброй, частенько выполняла работу за горничных. Всегда знала всему цену и к подаренным вещам относилась с максимальным трепетом. Но самым важным было то, как Ашера начал меняться за такой короткий промежуток времени.

Их очередной диалог.

Был день, ярко светило солнце, температура снаружи стояла жаркая, а внутри помещения было прохладно. Сейчас было обеденное время, и, собравшись вместе за столом, все ожидали приготовления еды за холодными напитками. Вот только в бокале у Доуджи была темно-красная жидкость. — Шикама, а что это у тебя в бокале? Можно попробовать? — спросила вполне логичный вопрос для своего возраста, проявляя интерес. Ашера, который был в своих мыслях, от голоса сестры резко посмотрел в сторону их господина, оглядывая его с ног до головы со скрытым презрением, догадываясь, что это может быть. — Это вино, Крул. Ты еще не можешь пробовать алкоголь, — по-доброму обратился к девочке и ярко улыбнулся. Эта улыбка бесила Ашеру на уровне подсознания. Он чувствовал эту фальшь, ложь и понимал, что вино совсем иного цвета. — Вот как? Понятно! Нельзя, значит нельзя. Улыбнулась в ответ, с беспокойством оглядывая брата и чувствуя, как от него исходит не совсем добрая энергетика. — Ашера, ты так напряжен, расслабься. С чего у тебя такие реакции в последнее время? — задумчиво протянул мужчина, глядя на мальчика с такой же улыбкой, слегка ухмыльнувшись. — Да пошёл ты! — нервно и грубо ответил, подскочив с места и уходя из обеденной зоны. — А-Ашера!       «Что с ним такое?..». Не совсем понимая его резкую смену настроения, смотрела в его сторону. И, недолго думая, подскочила следом и помчалась за ним. Они столкнулись в комнате, где Крул решила спросить, почему всё так вышло. Она действительно не понимала, из-за чего Ашера в такой непривычной для его характера ярости. Но на удивление, брат начал диалог первым. — Скажи, Крул… А ты доверяешь Шикаме? — перевёл взгляд на свою сестру и уточнил тот. — Да, конечно. Он ведь нам не желает зла, Ашера… Так почему ты нагрубил ему за столом? — Так и знал. Тогда строй и дальше эти идеальные и розовые мечты, пока сама всё не поймешь. — Шикама плохой? Но он ведь забрал нас, отдал очень большие суммы и хорошо обращался с нами… — Он монстр, Крул. Проговорив шокирующую правду, обнял сестру и крепко прижал, как бы извиняясь за тот момент, который вызвал у неё переживания и много вопросов. — Монстр?.. — Я не хочу, чтобы ты была в неведении. И я не хочу наговаривать на того, кого ты пытаешься считать семьёй. Он для тебя добрый и хороший, и я не хочу ломать эти представления. Пока ты сама не застанешь настоящего Шикаму Доуджи. — А что будет дальше? — Слишком много вопросов… Когда-нибудь ты поймешь Юичиро и меня. — Я хочу понять своего братика! Как можно скорее узнать правду? — Я проведу тебя в его покои. Сейчас они с Юи едят, ничего плохого не должно произойти. — А если нас поймают, Ашера? Он… Будет злиться. — Не будет, он же добрый и хороший, чего ты? Потрепал наивную сестренку по голове, тяжело вздыхая.

Воспоминания Ашеры о том самом дне.

Была глубокая ночь. Отчего-то ему не спалось, было ощущение некой тревоги, которая все никак не утихала. Юноша перевёл взгляд на свою спящую под боком сестру. Хоть у них и были отдельные постели, но за чтением очередной сказки Крул приютилась рядом с ним и так и заснула. В комнате было монотонное и противное тиканье, сквозь темноту и свет из щелей он увидел время, на часах было три часа ночи. Довольно поздно, но сон вовсе не приходит. И усталым себя не чувствует. Нежно отодвинув легкое тело своей сестры, бесшумно встал с постели и укрыл её теплым одеялом, пытаясь заменить своё тепло. Если бы она не спала, за такое бы могла и не простить.       «Крепко же ты спишь… Так легко свыклась с этим местом». Легонько и нежно улыбнувшись на прощанье, покинул комнату. Он шёл по длинному и темному коридору, как внезапно услышал крик. На нас напали? Первое, что могло потревожить его, это повторение той ситуации. Как бы ему не хотелось, сердце болезненно ускоряло свой ритм. Должен был найти источник этого крика. Он был продолжительным, не особо громким, переходящим в жалобный стон. Как источник звука затих окончательно, Ашера остановился у комнаты Первого прародителя. Сомнений не было: крик доносится оттуда. Страшные картины начали рисоваться в голове, и в этот же момент он почувствовал… Запах крови и отвлекся от своих плохих мыслей. Ведь они начали превращаться в реальность. Он распахнул дверь комнаты без спроса и застал очень неприятное для восприятие изображение. Распахнутое окно, развивающиеся полупрозрачные шторы, под светом белого диска луны развевались длинные волосы Шикамы, слабо освещая его лицо. Длинное одеяние поддавалось ветру, который поступал в помещение. В протянутой руке к двери он крепко сжимал горло Юичиро, жадно отпивая кровь. Алые глаза блистали во тьме, и Доуджи заприметил непрошенного гостя. Ухмыльнувшись и отстранившись от Юичиро, скрывал недовольство за доброй маской. Он отпустил свою жертву. И тогда Ашера понял всё. Он замер, не в силах комментировать это. Он понял, почему Юи ведёт себя странно. Он понял всё. Ашер вздрогнул. Его сознание дало трещину. — Ты кричал слишком громко. Теперь, о моем секрете узнал и он. Вздохнул Первый с ноткой разочарования. — Ты монстр?.. Какого ты творишь с Юи! Мы же… Семья! — Давай я тебе объясню всё по полочкам, мальчик мой. Я вас забрал не просто так. Вы были нужны мне для воплощения моего проекта. Я Первый Прародитель вампирского рода. Твоя сестра станет вампиром, а Юичиро — подопытным монстром. А ты особенный. Ты умрешь и станешь демоном вместе со мной, даруя человечеству запретную силу. — Какого черта ты?.. Я не позволю тебе это сделать ни с кем из нас! Ты забрал нас, чтобы поиздеваться, да?! Я не отдам свою сестру! Никаким образом! — Тебе придётся. Это не то, чему ты сможешь противостоять. Моя сила велика. Стараясь игнорировать его слова о мощи, Ашера сел на корточки перед Юичиро и стал трясти его за плечи, приводя его в чувства. — Пойдём, Юи. Я вас защищу вместе с Крул. Все будет не так, как говорит он… Я не позволю делать такое с вами. — Он тоже монстр. Разум сломлен моей силой, Юичиро не будет ничего помнить. А воспоминания убьют его. — Черт бы тебя побрал, Шикама Доуджи! Это последнее, что он сказал и желал вспомнить. Возвращаясь в реальность, он тяжко вздохнул. Ему явно не хотелось видеть свою сестру измененной и другой из-за этого. Но скрывать правду от дорогого сердцу и кровью человеком не хотелось. Он стал таким же как и Юи. Монстром. Осознавать это было больно и как же жалко признавать, что всё ради неё. Лишь бы его руки не коснулись её сестрички. — Ашера, Ашера! Ты задумался что ли? Ну вот, я столько всего рассказывала, а ты не слушал! Он отвлёкся на её голос и улыбнулся, согревая свою испорченную душу. Настало время идти, и Ашера почему-то передумал сопровождать сестру. От неприятных воспоминаний захотелось побыть одному. — Крул, извини, мне нужно...побыть одному. Не бойся ничего и иди одна, ладно? Тогда Ашера не знал, как же пожалеет об этом решении. — Ничего страшного! Я сама туда схожу. Мне не хочется...чтобы и тебя наказали за это. И с искренней улыбкой выскочила из комнаты, довольно радостно ходя по коридору и не заботясь о том, что её могут с легкостью раскрыть. Девочка дошла до комнаты Шикамы и зашла туда. Довольно простая и будто бы незаселенная комната, и аккуратно сложенная стопка книг в книжных полках, а на рабочем столе неряшливо разбросанные листы бумаги. — Он так скромно живёт...Так, соберись, Крул! Ты здесь за делом, вдруг он зайдёт...времени мало. И после этих слов села за стол, первым делом обращая внимания на листы бумаги, которые оказались документами всей троицы. Юичиро, Крул и Ашеры. Подробно расписанные их данные, и у Ашеры и Юичиро...дополнение. Пункты "состояние", "сущность". А на обратной стороне документов подробно расписанные эксперименты, которые проводились над ними. Крул обомлела. Глаза расширились от ужаса, не веря и перечитывая данные, сердце ускоряло ритм и наполнялось ужасом. Над её собственным братом ставили эксперименты, а начали их проводить с Юичиро. Теперь Крул поняла, зачем Шикама их приглашал отдельно к себе. Впервые она почувствовала себя глупой, что верила оправданиям Ашеры и то, что Юичиро сделало таким долгое обращение, как с животным. Его таким сделал Шикама, никто иной. Слёзы полились с глаз градом, марая белоснежные листы. Но её ужас, слёзы и чувство несправедливости прервал спокойный и добрый голос, как и прежде. — И что ты здесь забыла, невинное дитя? — Я... — мямлила в страхе девочка, глотая неприятный ком в горле, со страхом оглядывая мужчину. Атмосфера придавала ему солидности и суровости. Добрая и благородная внешность открылась с жуткой стороны. Невероятное потрясение и стрессовая ситуация для психики Крул. Ведь та влезла не туда, куда ей нужно. Она не должна была это узнать, не должна была лезть не в свои дела. Но сестринские теплые чувства заботы и странное поведение вынудили. — Зачем Вам это все, Шикама?.. — Разве ты не прочла всё, что нашла? Там подробно расписаны мотивы, — своим ангельски добрым голосом сказал Первый. — П-Прочла... — ребёнку стало стыдно за свою невнимательность. — Давайте... Я буду вместо своего брата? Молчание окрасило эту ситуацию. Молчание согласия и внимательное изучение юной девочки, что она опередила его планы собственным желанием. Он не был против поиграться с ней в добро и зло. Пусть выглядит спасительницей в своих же глазах и храбрым ребёнком. Но на самом деле Доуджи не собирался отказываться от своей цели. Из-за детской невинности и доверчивости на лице пробралась самодовольная ухмылка.