Асино счастье

Красивый элегатный костюм прекрасно прикрывал беременный животик. Настасья Павловна спускалась по ступенькам музея. -Интересная выставка? - спросил незнакомый мужчина в чернои длинном пальто. -Признаться честно, так себе, - Каменская остановилась посередине парадной лестницы. -Ну да, ну да, - он ещё немного помедлил, посмотрел девушки в глаза и резко схватил её. -Аааа! Мужчина затощил её за лестницу. От всей улицы их скрывали огромные кусты, растущие возле музея. Он заткнул Насте рот. Она сильно била руками. А он подставил нож ей к горлу. -Будешь сопротивляться, убью, - прошептал он. "Надо что-то делать! Подать знак!" - билось в висках Каменской. Но резкий удар в солнечное сплетение, а потом по голове оглушил девушку. И она упала на траву. "Настя!?" - до боли знакомый голос слышался сквозь мрак обмарака. Как-будто из дали почуствовались прикосновения. Сначала на шеи, потом по голове. А затем снова мрак. Уже ничего не чуствовалось. Но в скорее острая боль пронзила низ живота. Какие-то звуки, чьи-то голоса. Настя попробовала открыть глаза. Яркий свет резанул глаза. Несколько раз моргнув, девушка открыла глаза. -Как вы себя чуствуете? - спросила женщина в белом халате и бирюзовой медицинской шапочке. -Живот... - голос хрипел и плохо слушался. - Болит... -Сейчас будет по-легче. По распоряжению врача медсестра ввела какие-то лекарства в капельницу. -Я сейчас переведу вас в палату, а потом посмотрим. Настя снова провалилась в мрак. Очнулась она от тёплый прикосновений по руке. -Асенька... -Лёша... Что случилось? -Я сам не знаю. Там Гордеев проситься. Пустить? Он тебя там нашёл. Каменская согласно кивнула. -Привет, Настенька, - Колобок присел рядом с кроватью и боялся прикоснуться к еле дышащей девушки. -Здраствуйте... - слова по прежнему довались тяжело. -Ты извини, что спрашиваю. Ты помнишь кто на тебя напал? -Помню... Я его не знаю... Но лицо запомнила... -Секундочку, я записывать буду, - Гордеев достал листок бумаги и ручку. Насты начала описывать наподавшего: -Карие глаза... Он так на меня смотрел, до мурашек по коже... Губы очень узкие... Нос с горбинкой... Лет 50-55... Низкий... Волосы чёрные с сединой... И плащ такой... ммм... Черный и длинный... до колен... -Шрамы? Татуировки? -Шрамов нет... Дракон на руке... Красный... Больше ничего... -Спасибо, ты молодчина. Как ты? -Ощущение, что всё тело ноет. -Можешь описать, что случилось? -Да... Он спросил про выставку, а потом затащил за лестницу... Ударил сюда... - Настя подняла дрожащую руку и тыкнула себе в солнечное сплетение. - А потом по голове... Дальше не помню... -А дальше на шум пришёл я. И тебя увидел. -Спасибо... -Давай отдыхай. Я к тебе ещё завтра зайду. Виктор Алексеевич вышел из палаты. Весь оставшийся день рядом сидел Лёша. А Настя проваливалась в сон и снова просыпалась, и снова проваливалась.

***

-Ушла в отпуск! По твоему совету между прочим! -Я советовал тебе театр, а не музей. -Да ну! -Ты в порядке? -Ничего, заживёт. Не волнуйся, Юр. -А ты в порядке? - мужчина присел на корточки и начал разговаривать с животом подруги. -В порядке, - тоненьким голосом ответила девушка. -Береги себя, Настён. А этого урода обязательно найдут. -Найдут... - эхом повторила беременная. Образ Короткова стал таять и Настя осталась одна, окруженная темнотой.