Алая камелия

***

Сумерки спускались на местность, окутывая собой небо плотным одеялом. Засияли две самые яркие звезды. Ночной ветер приятно будоражил сознание и не давал с концами отправиться в мир грез. Ночное небо плыло над головой, покачивалось взад вперед. Шисуи с широко распахнутыми глазами любовался природой, находившейся очень далеко от него. Он мог лишь задумываться о том, что же там на звездах. В такие моменты Учиха понимал, насколько он маленький, ограниченный кровью и плотью, чувствами, определенными устоями. Слегка повернув голову в бок, Шисуи увидел блондина, помогавшего Итачи. По другую сторону плелся Саске, помогая с меньшим энтузиазмом. Для Шисуи было чудом увидеть всех троих спокойными и не готовыми поругаться, правда, в воздухе витала напряженность между братьями. Наруто стоял между ними как стена, на случай непредвиденных действий. Шисуи сквозь сонливость видел Наруто, прикладывающего все силы. На ладонях парнишки залегло несколько кровавых мозолей от грубой коры дерева, елозившей по коже и смешавшейся с потом. У Шисуи, может, и был один глаз, и на небе был далеко не день, но он мог развидеть язык тела Узумаки: как он перехватывал одну из крупных ветвей и шипел, когда та укладывалась на определенные части ладони. Тем не менее, блондин не считал это вообще хоть какой-то проблемой. Его усиленные тренировки могли приводить и не к таким последствиям, и такая вещь, как мозоли, шла рука об руку с каждым уважающим себя шиноби. Трофей, хоть и не привлекательный. Листья импровизированной переноски мели по земле, оставляя волнообразные полосы. Жгучая боль в груди казалось постепенно утихала, но это был лишь самообман. Шисуи слишком долго ее чувствовал, и тело, похоже, начало затупляться в восприятии.

***

Полоса лесной гущи кончилась, открывая перед собой знакомую поляну с небольшим домом. Подходя ближе, можно было увидеть небольшую клумбу с алыми хризантемами, как напоминание... Итачи верил в различные символизмы и тому подобную чушь, на которую скептически смотрел Шисуи. Во время посадки старший спросил: "Почему хризантемы? Мог выбрать что-то и попроще." На что Итачи ответил, копаясь в земле и марая свое прекрасное лицо: "Алые хризантемы – благородные цветы. Они символизируют страсть и вечную любовь." На юкату и лицо упало несколько теплых капель с неба, вытряхивая из страниц воспоминаний. Похоже, начинался дождь. Машинально вздернув голову к небу, Итачи узрел набежавшие тучи. Он из последних сил тащил ветку с другом, оставалось совсем немного. Не вовремя открылись приступы кашля и начали рваться наружу. Спина с плечами предательски дергались, выдавая попытки Учихи сдержаться. Ему не хотелось пугать мальчишек и Шисуи заодно.

Стук.

Итачи тупо пялился на дверь в надежде, что её откроет кто-нибудь из пожилой пары. Во всяком случае, он надеялся, что его хотя бы услышат. Учиха настойчиво отбивал острыми костяшками по деревянным доскам, пока его не услышали.

Шаркающие шаги за дверью. Скрежет старого металлического засова.

На лице Итачи залегла теплая полоска света. Дверь открыл Керо-сан, держащий в руке кунай на случай непрошенных гостей. Увидев Итачи и его плохо скрываемую печаль, мужчина незамедлительно впустил его в дом, похлопав по плечу. Взгляд Керо-сана пал на двух пацанов, стоявших позади Итачи и держащих огромную ветвь.       – Они с вами? – Керо вопросительно изогнул бровь и достал сигарету со спичками из штанов, многократно чиркая по шершавый материи коробка, пока не появилось пламя и слабый огонек не вспыхнул на конце сигареты. Он старался проснуться и не нервничать за своих гостей, пришедших столь поздно. Итачи кивнул, вытирая грязную подошву сандалей на улице и ставя их на татаки.       – Примите мои извинения за поздний приход. Мой... – чуть не осекся Учиха,– друг ранен, и возможно у него сломаны ребра. – Учиха сглотнул подступивший к горлу горький ком. – Мне нужны чистые бинты, теплая вода и было бы хорошо, если есть мази, ускоряющие заживление ран. Глаза мужчины постепенно округлялись от слов Учихи, и он глубже вдыхал едкий сигаретный дым, пытаясь отрезвить себя.       – Бинтов я вам дам, а вот мазь просите у Эмико. Она лично их делает и продает на рынке по выходным. – Керо не без интереса, заглянул за спину Итачи и увидел его напарника. Бинты не первой свежести, запекшаяся кровь на руке и груди. Похоже, их придётся отдирать с усилием, чтобы сменить. Мужчина оставил это дело на плечах Итачи. Ведь они знакомы дольше, нежели он сам или Эмико.

Если бы он знал, насколько они близки...

Итачи, как старший, руководил мальчишками, чтобы те помогли аккуратно занести Шисуи в дом и положить его на диван в гостинной. Он бы с радостью разместил друга на втором этаже, в их комнате, но миновать крутую лестницу было слишком рискованно. Ему не хотелось еще больше навредить Шисуи. Радовало, что травмы были не смертельны, и Итачи поклялся сходить в какой-нибудь местный храм и поставить благовоние в благодарность богам за сохраненные жизнь другу, но это позже. Наруто еще было неуютно в новом доме, тем не менее, он не стоял, как замороженный истукан, каким сейчас был Саске. Блондин спросил мужчину, где взять теплой воды. Получив координаты ванной комнаты, он побежал на второй этаж по винтовой лестнице, попеременно хватаясь за перила. Ох уж этот Узумаки...Он мог быть и тихим, и громким одновременно. Блондин слетел обратно на первый этаж, с тазом тепло-горячей воды, по поверхности которой завихрениями плыл пар. Также он захватил какое-то полотенце, закинув себе на плечо. Надеялся, что оно тоже может понадобиться. Саске наблюдал за шилозадыми метаниями Наруто вверх-вниз. Он находил его неуклюжим и смешным, особенно когда он чуть не разлил все содержимое таза на лестницу, споткнувшись о свою же обувь. Растяпа. Наруто метнул злой взгляд на Саске. Его бесило, что друг по-свински не принимает никакого участия. Лишь пассивно стоит в сторонке и пялится на него и Итачи, ухмыляясь.       – Может, сдвинешь свое высочество и поможешь? – Злился Узумаки, ставя таз возле дивана и поворачиваясь к Саске. Саске флегматично смотрел на свою руку и игрался пальцами, находя их более интересными, чем недовольство Узумаки.       – Только по старой памяти о Шисуи и то, я не знаю кто он сейчас. Может, он как Итачи? Ты не думал об этом, усуратонкачи? – Учиха сделал выпад вперед, смотря с дерзостью в васильковые глаза блондина.       – Не злобствуй, доббе! Прояви терпимость уже. – Наруто с надеждой старался вразумить друга, настойчиво стоя на своем.       – Как же ты меня достал. – Зло прошипел Учиха сквозь зубы и ощетинился, как ëж. Антуражу придавала прическа, стоящая мелкими иглами. Саске удалился на диван, где лежал Шисуи. Старший был на грани закрыть веко в сонной неге. Потеря крови и боль выматывали тело так же, как и самые зверские тренировки, но это было более медленнее, изощреннее. Итачи внимательно наблюдал за братом, чтобы тот чего ещё "хорошего" не выкинул. С Шисуи хватило уже. Итачи тогда не на шутку перепугался тогда за его жизнь. К тому же... Дом был съемным, и проблемы с починкой вещей им были не нужны. Шисуи повернул ватную голову к Саске, цепляясь сонным сознанием к нему. Оглядывал подросшего юнца с головы до ног. Подмечал невооруженным взглядом его подростковые изменения. То же самое делал и Саске. Он видел, как Шисуи, даже без глаза и руки, выглядел довольно красивым юношей, хоть и потрепанным. В детстве все девчонки носились за Шисуи по пятам. Старались угодить. По его мнению, можно было бы проявить больше фантазии, а не говорить банальщину по типу "сходить в магазин за компанию", "помочь с заданием по какому-нибудь предмету" и так далее. Он соглашался чисто из вежливости и своей природной мягкости, заложенной глубоко в сердечной мышце. Сами же они ему не нравились и были чересчур заурядными. Шисуи смочил горло от напряжения. Братья стояли почти плечом к плечу. Узумаки в это время ошивался на кухне, крутясь волчком вокруг пожилой женщины, готовящей пирог. Приносил ей нужные ингредиенты и оказывал всяческую помощь.       – Ты здорово вырос, Саске, небось в академии нет отбоя от девчонок. – Шисуи хитро улыбнулся, стараясь кое-как сгладить шипастость младшего Учихи.       – Мне нет дела до этих двуличных. – Прикрыв глаза, Саске презрительно фыркнул, сжимая губы в тонкую нить. Шисуи попытался привстать на локтях с дивана, чтобы нормально вести диалог, но он больше походил на перевернутую черепаху. Сильную, но беспомощную в данный момент. Итачи хорьком перевесился через спинку дивана, бережно касаясь предплечий Шисуи и укладывая его обратно на ложе. Итачи за все время с того инцидента дал понять другу, что не отпустит его из своей хватки гиперопеки. Шисуи лишь оставалось поумерить свой пыл, ведь тогда он мог бы обидеть Итачи, не принимая его заботы. Ему не хотелось потом бегать как идиот за любимым и просить прощения за свою неучтивость.       – Ну не все же они такие, – размышлял Шисуи, закатив глаз. – Думаю, всегда найдется достойная, просто надо быть внимательным.       – Кто бы говорил, Шисуи. У тебя у самого ведь никогда не было девушки. Не тебе говорить мне об этом. Шисуи поджал губу, покусывая грубую кожу.       – Ты прав, Саске, – Шисуи решил подыграть Саске, чтобы растеплить его некую отчужденность. – У меня никогда не было девушки, хотя многие об этом мечтали.       – Не слишком самодовольно мыслишь? Кудрявый тихо, гортанно засмеялся и приоткрыл глаз, смотря глубоко в черные зрачки Саске.       – Может, и мыслю. Но сейчас меня точно все устраивает. – Шисуи полоснул беглым взглядом по скуле Итачи, смущенно стараясь поймать два оникса, скрытых за смольной челкой. Наступила неловкая тишина и только грохот посуды и шарканье стертой подошвой доносилось из кухни.       – Как бы мне не было сложно начинать о том, что ты уже наверняка слышал, Саске, но я прошу, – Шисуи выдохнул, собираясь с эмоциями. – Постарайся спокойно поговорить с братом. Саске наблюдал за тускнеющими красками на лице соклановца, когда тот произносил эти слова.       – После всего, что он сделал, – Саске сжал кулаки, хрястя суставами. – Он мне не брат. Шисуи удрученно потянулся рукой к Саске, притягивая к себе за запястье.       – Пожалуста, Саске. Постарайся выслушать и понять его, как бы сложно индекс не было. Поверь, будь бы я на твоем месте, то тоже бы злился и возможно больше. – Лепетал Шисуи с неугасаемой искрой надежды.       – Понять того, кто убил наших родителей? Применил на мне цукуёми? Превратил мою жизнь в ад, а сны в кошмары? Не неси бред, Шисуи! – Саске недовольно старался размять руку, накрепко схваченную старшим. Он понимал. Шисуи не отпустит, пока не услышит нужный ответ. Слова полоснули кнутом по сердцу. Резко. Больно. Итачи хотелось сейчас раствориться от слов, вылетевших из уст брата. Ответить? Смысл? Саске все наглядно высказал и Итачи мысленно согласился, ведь отрицать все глупо. Стыдливое чувство беспомощности, как у пчелы, застрявшей в дегте. Им же созданную тонну проблем разгребал друг с полным грузом ответственности и без тени сомнений. В глубине души Итачи это вгоняло в смущение и отдавалось приятной щекоткой в животе. Бескорыстная забота и защита. Вот чего, пожалуй, так не хватало ему без Шисуи.       – Завтра. – Саске скривил каменную мину с проблесками желчи. Шисуи отпустил его, ища доверие в словах. Надеялся на честность младшего братца. Блондин вылетел с кухни, тормозя перед Саске.       – Ужин готов! Эмико-сан попросила всех позвать! – Наруто оглядел троих Учих. Все выглядели не то, чтобы хреново, но явно что-то произошло, пока его не было. Он решил не вдаваться в подробности и настырно потащил Саске на кухню. На столе красовалась сочная запеченная рыба, вал различных тарелочек с закусками и соусами. Водоросли, паста с бобами адзуки, угорь и свежие овощи, придающие красок всему застолью. Какое же было острое желание подняться с дивана и пойти порадовать свой пустой желудок. Шисуи глотал слюнки, глядя на накрытый стол. Как ушел Саске, Итачи прикрыл седзи и переместился на край дивана к ногам Шисуи. Прогнувшийся диван у ног. Шисуи устремил свое внимание на младшего, водящего медленно пальцами по его стопам. Шисуи не знал, что и думать. Тем не менее было очень приятно и щекотно. Можно было расслабиться.       – Тачи, – Тихо позвал Шисуи, медленно погружаясь в дрему от кайфа. – Иди поешь.       – Не думаю, что атмосфера будет приятной с моим присутствием. – Досадливо заключил Учиха, заправляя прядь за ухо.       – Не нагружай себя размышлениями. – Шисуи недовольно ткнул Итачи в бок и почувствовал как тот вздрогнул. Итачи подложил подушку под голову Шисуи. Пресекал его любые попытки резких движений. Учтиво регулировал его позу.       – Довольно мило с твоей стороны, – прощебетал Шисуи и заговорил обжигающим шепотом на ухо Итачи. – Ты не представляешь, как сильно я тебя хочу. Прямо сейчас. На этом чертовом диване. Ты же помнишь наш первый раз? Шисуи соблазнительно улыбнулся и незаметно для самого Итачи, схватил его за запястье и приложил ладонь к своему паху, где через ткань штанов отчетливо чувствовался твердый орган, от которого веяло жаром. Щеки Итачи залились румянцем в мгновение ока, и он сглотнул, смачивая горло, пересохшее от возбуждения. Итачи сбросил с себя наглую руку Шисуи, не желая чтобы их раскрыли.       – Меня удерживает только их присутствие, – Шисуи метнул взгляд на кухню, где собрались все за столом. – И факт сломанных ребер. Шисуи любовался смущенным личиком младшего, пытающегося вернуть себе равномерное дыхание.       – Может... Итачи улыбнулся, наклоняясь в ответ к ушной раковине старшего.       – Если ты будешь делать все для скорейшего выздоровления, то я дам тебе то, чего ты так желаешь. – Итачи ответно улыбнулся, соблазнительно прикусив губу и быстро поцеловал точку уха старшего. Теперь была очередь Шисуи краснеть как помидор. Оказывается, Итачи был неплох в играх, очень даже неплох. За скромной маской очарования, скрывался расчетливый стратег и манипулятор. Хотя кто бы сомневался.       – Давай я принесу еды, а то твой оркестр из живота не слишком романтичен. – Итачи уловил этот голодный взгляд друга и одновременно с этим смешинку.       – Честно говоря, голоден как стадо быков. Весь день ни крошки во рту. В комнате раздалось урчание живота старшего. Шисуи сконфуженно отвел глаз в спинку дивана и вообще как позволяло тело отвернулся в смущении.       – Подожди немного. Принесу, что имеется на столе. – Итачи провёл невесомо ладонью по щеке друга и встал с дивана, постепенно удаляясь в светлое пятно кухни.

***

      – А потом вражеские шиноби поймали нас в ловушку, и я... – Наруто активно махал руками за столом, рассказывая с горящими глазами об одной из их миссий.       – Не дури голову, усаратанкачи, – вклинился Саске, прожевав кусочек жареной рыбы. – Если бы не Какаши сенсей, то ты бы уже сдох от своей задумки! Ноздри блондина заходили ходуном в возмущении, а руки крепче сжали палочки. Он хотел было добавить, но чье-то тело рядом отвлекло от мысли продолжить спор. Наруто удивился тому, что он не услышал приближающихся шагов. Это сразу говорило о хорошем уровне подготовки шиноби. Итачи бесшумной походкой хорька прокрался в кухню. Яркий свет ударил по глазам с непривычки. Учиха прищурился и лишь потом понял, почему воцарилась тишина. Эмико и Керо сан гостеприимно поздоровались с вошедшим гостем и предложили поесть с ними. Но видя не самый доброжелательный взгляд брата, Итачи вежливо отказался от предложения пожилой пары. Сослался на то, что пришел взять еды для друга и поесть вместе с ним за компанию. Эмико сан растрогалась с заботы Итачи о напарнике и так прониклась помощью к калеке, что положила огромнейшую порцию всех блюд со стола. Да так, чтобы всего попробовал и сказал, как оно! Саске и Наруто с интересом переглянулись и стали наблюдать как пожилая женщина щедро накладывала в две тарелки то рис, то рыбу и даже такияки с адзукой, которые были припасены на десерт с чаем. Эмико сан было в радость готовить много, да так, чтобы можно было наконец-то разгуляться с большим количеством рецептов, накопленных за всю жизнь. Итачи поблагодарил женщину и удалился с кухни под любопытный взгляд Саске.

***

      – Ты спишь? – Итачи бесшумно прикрыл дверь в гостиную и включил светильник. Теплый, желтоватый свет разлился по комнате. Итачи лицезрел друга, выжидающего его на диване.       – Как я могу спать, когда ты предложил принести ужин и посидеть со мной за компанию? – Шисуи игриво зыркнул на друга и подался вперед, чтобы заглянуть глубже в ониксовые глаза. Но аромат блюд, принесенных Итачи, заставил Шисуи с любопытством заглядывать в тарелки в его руках. Итачи придвинул столик к дивану и поставил на него блюда.       – Это так божественно пахнет! – Шисуи как ребенок шмыгал носом над едой, нервно облизываясь. Итачи передал палочки Шисуи. Сам же распаковывал свою пару.       – Подожди. Итачи сходил на второй этаж в их комнату и принес подушек. Шисуи с интересом наблюдал за младшим и его поднятой суматохой перед началом их импровизированного ужина. Итачи аккуратно приподнял друга и подложил под спину подушек, чтобы тот мог сесть и не прикладывал сил.       – Спасибо, Тачи, это очень мило с твоей стороны. – Шисуи притянул любимого за руку и поцеловал в щеку.       – Я просто хочу, чтобы ты ел в комфорте. Шисуи весело зыркнул, замышляя очередной номер, предназначенный как всегда для Итачи Учиха.       – Знаешь, у меня так болят руки... – Взныл Шисуи, вздыхая с особым драматизмом. Итачи резко осек.       – Ты вроде бы подставил одну руку, а не две. – Заметил Итачи, чуя очередной развод.       – Ну потом она начала болеть...а второй руки у меня, как видишь, нет. –Шисуи помахал своим обрубком до локтя в бинтах, в знак доказательства.       – Что тебе от меня надо?       – Покорми меня, пожалуйста, а то мне таааак не удобно.       – Манипулятор. –Процедил Итачи сквозь зубы.       – Такой искусный только для тебя. –Шисуи игриво подмигнул. Итачи потер переносицу от очередной выходки, но согласился покормить. Во-первых, ему нравилось ухаживать за Шисуи и не чувствовать себя совсем бесполезным перед ним, во-вторых, ему просто нравилось всячески трогать Шисуи или быть рядом при удобном случае. Но ему не хотелось до конца запятнывать свою гордость перед другом. Он считал разумным оставлять для себя пузырь маленького пространства. Шисуи думал, что еда становилась еще вкуснее от того, кто ею кормил. Он хотел сохранить это воспоминание до конца жизни. Сегодня он почти умер, но спасся. Шисуи честно не понимал, почему он балансирует на двух крайностях одновременно, без стабильной середины, как у всех нормальных людей. Когда рис был съеден до последней рисинки, рыба обглодана до косточек, впрочем были уничтожены также и другие закуски, на столе оставалось несколько такияки. Шисуи распластался на подушках и поглаживал живот, прибывая в блаженстве.       – О ками... Это было так вкусно. Спасибо, Тачи, ты лучший.       – У нас ещё остались такияки. – Констатировал факт Итачи и направился на кухню, чтобы вымыть за собой и Шисуи тарелки. Не хотелось лишний раз тревожить Эмико-сан. Когда Итачи открыл седзи, то увидел спящих мальчишек. Крошки приклеились к губам и часть одиноко валялась на столе. Было слышно лишь тихое сопение. Итачи зачарованно наблюдал за ними. Их лица излучали покой и умиротворение, от которого в груди разливалось теплом. Он был рад, что Саске смог найти себе хорошего друга и пронести эту дружбу через года. Скорее всего, дружба для Саске была как нескончаемая миссия ранга А, с постоянными изменениями на месте. Во всяком случае, так думал Итачи с момента, когда увидел брата в этой стране.       – Иори-кун, все понравилось? – Пожилая женщина смаковала такияки и запивала чаем.       – Было очень вкусно, – Итачи вышел из прострации и поклонился, сложив ладони клином у груди, в знак почтения к хозяйке дома.       – Приятно осознавать, что вы обучены манерам. Они говорят о вашем благородном происхождении. Напомните, откуда вы? – Женщина поставила чашку на стол и взяла такияки.       – При всëм уважении к вам Эмико-сан. За предоставленный кров, помощь напарнику и за то, что разрешили оставить переночевать моего брата с другом, я предпочел бы не отвечать на вопрос о моем происхождении. Можете считать это моей единственной, небольшой прихотью. Женщина кивнула и не стала допытывать дальше. Слишком уж ей нравился ее постоялец и его манеры, и из уважения она решила опустить тему.       – Вам что-то надо, раз пришли на кухню? – Сменила разговор женщина и снова как ни в чем не бывало попивала чай. Итачи сморгнул сонную пленку с глаз и потер носослезные железы.       – Я пришел за чаем. Не сомневаюсь, что ваши такияки очень вкусные, раз они заснули за столом, – Итачи кинул беглый взгляд на мальчишек. – Но в сухомятку, думаю, их есть будет не столь приятно.       – Они дети. Весь день, наверное, носились, вот и разморились от ужина, – Эмико по-старчески улыбалась, смотря на сопящие копны волос. – Да, конечно. Иори-кун, возьми чайник со стола и чашки в буфете.       – Хорошо, спасибо, Эмико-сан. Итачи постукивал подушечкой пальца по краю стола, после недолгих раздумий отодвинул стул и аккуратно взял Наруто на руки, затем понес наверх в свою с Шисуи комнату. Вернувшись вниз, Итачи следом понес Саске, надеясь не получить по лицу, если тот проснется по пути на второй этаж. Итачи бережно уложил Саске на свою кровать и накрыл свежим одеялом, на котором не было следов крови. Укутал им по шею, как в детстве. Бледная кожа, потрепанные волосы, розовые приоткрытые губки. Итачи с развивающимся теплом в теле наблюдал за мирно спящим братом. Хотелось поцеловать этот сопящий комок в лоб и пожелать спокойной ночи... Но Итачи смог лишь прошептать свои пожелания в пустоту... Наруто же дрых без задних ног и почти храпел, пуская пузыри на кровать Шисуи. Итачи думал что Шисуи не будет возражать, если блондин переночует на его кровати. Все равно он будет спать внизу на диване, с его-то ребрами. Смысла таскать Шисуи наверх он не видел, так же как и спускать по любому делу вниз. Итачи взял из шкафа футон и закрыл створку шкафа пяткой. Остановившись у выхода из комнаты, Итачи еще разок взглянул на брата, перед тем как закрыть дверь и пойти пить чай с Шисуи. Саске разлепил глаз рисинкой и увидел свет с коридора. На пороге стоял расплывчатый силуэт брата, позже растворившийся, как чернила в воде. ...