Алая камелия

***

Солнце проснулось раньше всех, так же как и Наруто, засиявший на его лучиках. Потирая веки ото сна, он понял, что проснулся в новом месте. По крайней мере, точно не там, где заснул. Он смекнул, что, скорее всего, его кто-то перенес наверх. Но кто? После пробуждения в нос ударил приятный мускусный запах вперемешку с запахом соснового леса. Наруто наклонился к подушке и сделал второй вывод. Кровать, на которой он оказался волшебным образом, принадлежала Шисуи. Этот Учиха пах так же, как и кровать с подушкой, на которой он заснул. Возле стенки валялась большая сумка, из которой виднелись разные стеклянные баночки, бинты и несколько свитков. Наруто сделал вывод, что эта сумка того же Шисуи. Итачи ему показался более педантичным, так что он бы не стал так неаккуратно складывать вещи. Ворочаясь по сторонам, он увидел Саске, который, похоже, проснулся раньше него и уже разглядывал обстановку комнаты.       – Доброе утро, Саске. Как поспал? – Блондин потирал затылок, разбавляя утреннюю тишину хотя бы своим голосом.        – Я не понимаю... Наруто озадаченно смотрел на Саске. Тот, в свою очередь, тупо перился на свою кровать, похоже тоже понимая, чья она...       – Кто мой брат на самом деле? Наруто вздохнул и слез с кровати, протопал босыми ногами по полу к Саске и сел к нему, не дожидаясь какого либо разрешения. Ему сейчас было не до этого.       – Прежде всего, он человек, сколько бы он не творил добра и зла, он твой брат, Саске, – Наруто потер подбородок, перекидывая руку на плечо Саске. – Может, поэтому он и хотел поговорить с тобой в лесу? Если он долго планировал с тобой встретиться? Саске удивленно изогнул бровь, повернулся к Узумаки. Он редко видел, чтобы друг выдавал что-то умное с утра.       – Но что такое хотел рассказать брат, учитывая, как он готовился к этому? – Продолжил поток вопросов Саске вслед за Наруто и повернулся к нему всем корпусом.       – Саске, я думаю бессмысленно размышлять об этом. Гораздо проще будет просто спросить его... – Логично заключил Узумаки.        – Всё у тебя так просто, усуратанкачи! – Саске раздул щеки в возмущении за простой подход блондина.       – Ну так зачем мудрить и играть в какого-то шпиона-вымогатора информации? Твой брат мне кажется более доступным, чем ты сам себе надумал! – Наруто уселся на кровати Саске и начал ему по пунктам все разъяснять, как пятилетнему ребенку.       – Во-первых, он не хотел нас убивать, во-вторых, он дал нам место ночлега. В-третьих, нас хорошо накормили, – для Наруто это был тоже один из ВАЖНЕЙШИХ пунктов. – В-четвёртых, Итачи нас отнёс к себе в комнату, когда мы заснули.       – С чего ты решил, что это Итачи?       – А кто, по-твоему, мог? Эмико или Керо-сан? Шисуи со своими травмами? Саске призадумался и опустил голову. Челка сползла на лоб, скрывая все противоречивые метания в душе Учихи, как занавес.       — То-то! – Наруто победно кивнул и спрыгнул с кровати. На душе было совсем липко и грязно. Саске до сих пор был зол на брата за убийство их родителей и клана. А то, что он проявлял безмолвную заботу и мельтешил перед глазами, как мотылек, бесило еще больше.

– Но может он и вправду пытается как-то загладить свою вину?

      – Хотя что за бред?! Пока Саске варился в своих мыслях, как муха в горячем компоте, Наруто прохаживался по комнате и рассматривал различные безделушки.       – Саске, смотри! Наруто ткнул на тумбочку рядом с кроватью Шисуи. Саске выдохнул и, выслушав вопль блондина, начал всматриваться в нужную точку. На тумбочке лежали небольшие листы красной бумаги и рядом результат. Три сложенных в оригами камелии, ну почти три. Одна была порванной и лежала в сторонке, зато две получившиеся лежали вплотную друг к другу.       – Не знал, что Шисуи-сан умеет складывать оригами. Это же так сложно! – Наруто удрученно простонал, закидывая руки за голову.       – Просто ты тупень! – Саске решил внешне не придаваться сентиментальности, но, по правде говоря, его растрогало такое маленькое увлечение друга своего брата. Саске получил кармический подзатыльник от друга, и зашипел, как кот, решая дать сдачи.

Но не успел.

Дверь распахнулась. Похоже, их шум все-таки услышали...       – Мальчики! Что за шум?! А ну ка спускайтесь к завтраку, повторять не буду! – Эмико пригрозила пальцем и посмотрела исподлобья. Саске и Наруто моментально отлипли друг от друга, будто ничего и не было и никто не прыгал и не кричал, как слон на втором этаже.       – Хорошо, Эмико-сан! Я обещаю, мы не опоздаем! – Наруто ответил за двоих, не дожидаясь реакции друга.

***

Итачи толком не смыкал глаз. Он просыпался ночью несколько раз, чтобы поменять бинты и намазать лечебную мазь на руку Шисуи. Итачи, несомненно, радовался, что рука была не разбита в мясо. Только несколько мест разошлись, где Сасори ее латал, во время пребывания Шисуи в штабе. Только к утру Итачи смог уснуть, свернувшись калачиком на футоне рядом с Шисуи. Последнему эта картина показалась настолько милой, что Шисуи просто любовался теплым, спящим Итачи, греющимся в полосках рассветного солнца. Вскоре, правда, пришлось просыпаться, как бы не хотелось. В дверь постучали, а затем раздался голос Эмико:       – Через пять минут состоится завтрак, если вы не в силах спуститься, то я могу вам принести.       – Спасибо, Эмико-сан. Это очень любезно с вашей стороны. Буду весьма благодарен. – Произнес Шисуи, продолжая пожирать глазом дремлющего хорька. Итачи что-то сонно пробухтел в подушку и заторможенно проснулся. Откинув одеяло и повернувшись к дивану, он увидел Шисуи.       – Доброе утро, мой любимый лекарь. – Тепло и со смешком салютовал Шисуи, умиляясь тому, как Итачи спросони перемигивал глазами и зевал.       – Доброе. – Итачи потягивался, его движения напоминали разливающийся талый мед на солнце.       – Итачи, мне так грустно от того, что ты так мало поспал... Прости, что доставляю столько проблем... Поникший Шисуи с утра точно не входил в планы Итачи, поэтому ему пришлось прибегать к ласке и длительным теплым объятиям, чтобы старший не дай Ками себя так чувствовал. После пробуждающего тёплого поцелуя, Итачи закатал футон и пошел наверх в их комнату, в которой временно ночевали Саске и Наруто.       – ТЫ МЕНЯ НЕ ДОГОНЕШЬ, ДОББЕ!!! Громкий вопль послышался навстречу Итачи, и он поднял бровь в замешательстве. Спустя секунду на него вылетел Наруто и врезался, от чего Итачи выронил футон и чуть не упал. По правде говоря, нести футон на второй этаж и ничерта не видеть из-за его большого размера, наверное, остается одной из важнейших проблем деревни, ну так, во всяком случае, считал Итачи. Наруто затормозил и вернулся, чтобы помочь ему. Некрасиво вышло, в конце концов. Он помог закатать футон и водрузить его Итачи на руки.       – Спасибо, Наруто. – Итачи искренне улыбнулся Узумаки и направился в комнату. Услышав скрип двери, Саске повернулся к тому, кто ее открыл. Перед ним предстал его нии-сан с футоном.       – Доброе утро, Саске. – Холодно отрезал Итачи, но сам знал. Хотелось сказать теплее... Саске демонстративно проигнорировал брата, нервно заправляя кровать и якобы ничего не слыша. Итачи повторно решил не здороваться. Незачем становиться навязчивой занозой.       – Я понимаю, что ты не рад меня видеть, – сложив футон в шкаф, Итачи подошел к Саске. – Но нам с тобой надо будет поговорить после завтрака. Хорошо? Итачи присел на корточки и постарался заглянуть за челку брата.       – Ладно. – Саске согласно кивнул и продолжил заправлять кровать, на которой уже и так не было не единой складочки, и Итачи это прекрасно видел. Честно говоря, если бы не настырный Узумаки, то Саске бы точно не согласился на всю эту авантюру с самого начала. Но блондин, несмотря на придурковатость, мог хорошо убеждать в чём угодно, и после всех пламенных речей, Саске просто ела совесть за свою черствость к брату, даже после того, что он сделал.       – Он же твой родной брат, Саске! Даже если он свернул с пути настоящего шиноби, то не надо на него злиться до конца жизни! После смерти вы уже не помиритесь, не упусти свой шанс, который тебе предоставился! Саске помнил тот разговор с Узумаки перед сном. И только сейчас он старался пересилить свои принципы и злобу, в которой бултыхается его сердце из года в год.

***

На завтрак Эмико приготовила тамагояки, ошиташи и оладьи. Глаза Наруто заблестели от вкусностей, ведь обычно блондин завтракал лапшой быстрого приготовления. На другое у него денег просто не хватало, во всяком случае, тех, которые давал старик третий. Саске же было особо нечему удивляться. Еда она везде еда. Ничего необычного. Разломив палочки и дождавшись разрешения хозяйки на приступление к завтраку, взялся за омлет, откладывая себе в тарелку нужную порцию, также он сделал и со шпинатом. Наруто, до этого сверкавший своим довольным лицом, резко переменился, откладывая свои палочки на стол.       – Наруто-кун, почему не завтракаешь? – сказал Керо, прожевав свой кусок омлета, после чего продолжил. – Эмико тем более так роскошно готовит, когда приходят гости, так что я бы не отказывался. Наруто понимающе кивнул и встал из-за стола, извиняясь перед хозяйкой.       – Эмико-сан, позвольте я отнесу завтрак Итачи и Шисуи сану? Думаю, они еще очень уставшие после вчерашнего. – Наруто неловко тыкал пальцами друг в друга, бегло оглдывая всех присутствующих.       – Да, конечно, это будет очень любезно с твоей стороны, Наруто-кун. Женщина положила в две тарелки омлет, водоросли и оладьи на десерт.       – Всё, можешь нести. – Эмико проводила Наруто теплой улыбкой.

***

      – Итачи -сан, Шисуи-сан. – Блондин стоял на пороге комнаты, раздвинув седзи.       – Заходи Наруто-кун, что хотел? – Шисуи заинтересованно глянул на блондина. Итачи следом за Шисуи повернулся к блондину, который мялся в дверном проеме и, помахав рукой, подозвал его ближе. Наруто нерешительно подошел к Учихам, робко протягивая тарелки.       – Я подумал, что Саске опять будет беситься, поэтому решил принести вам поесть, – Наруто поставил тарелки на стол, с поверхности которых клубами поднимался ароматный пар.       – Спасибо тебе большое, Наруто-кун. Это очень заботливо с твоей стороны. – Шисуи тепло посмотрел на блондина и, протянув руку, потрепал по макушке, получив на это недовольный вздох, но вскоре заулыбался. Узумаки собрался пойти обратно, но его окликнул тихий, мягкий тембр Итачи:       – Спасибо, Наруто. Я очень рад, что у моего брата есть такой друг. Наруто стеснительно потер затылок, услышав столько всего хорошего в свой адрес и хотел было снова уйти, но забыл запамятовать за Саске.       – Аа...я хотел бы ещё спросить, где вы будете вести свои "переговоры", – поинтересовался блондин и добавил для ясности. – Просто на всякий случай быть рядом с Саске, даже если тот запротестует. На губах Итачи промелькнула легкая улыбка.       – Мне приятно знать, что ты беспокоишься за Саске, но, думаю, мы сами решим наш вопрос. Итачи хотел было продолжить, но в его речь нагло влез Шисуи:       – Ага, знаю я ваши "мы сами решим", – Шисуи скептически покосился на Итачи и поймал его взгляд. – За вами обоими нужен глаз да глаз, чтобы чего-нибудь не наворотили.       – Да? А кто бежал напролом молнии? – Итачи укорил Шисуи в логике его слов, но позже понял. Им и вправду будет сложно вдвоем совладать. Итачи слишком холоден и плохо выражает истинные эмоции. Саске же может злиться из-за этого и думать, что его не понимают. Хотя все с точностью да наоборот... Итачи его понимает, ведь он не каменная глыба, с высеченной монотонной физиономией. Он живой! Шисуи беззвучно лепетал губами, отвечая на укор друга. "Я очень люблю тебя, и не хотел чтобы ты умирал, после всех мук в твоей жизни. Ты достоин лучшего!" Но его мысли так и останутся неизвестны, если Итачи не умеет читать по легким движениям губ. Но судя по всему, его пантомиму раскрыли, так как Итачи нежно взял его за руку и сплел пальцы, хотя, может, это простое совпадение. Наруто покосился на руки Учих, но ничего не сказал. Его это не касалось, как бы не было интересно узнать, что это значит. Ведь он не знал, как проявлять любовь к другому человеку. У него не было такого на горизонте... Наруто, вспомнив про свой вопрос, на который не получил ответа.       – Так мне можно прийти...?       – Можно, но только не мешай нам во время разговора. И никому. Слышишь? Никому не говори то, что узнаешь! – Итачи доверительно покосился на Наруто, ожидая ответа.       – Спасибо, Итачи и Шисуи сан! Я буду могилой! – Блондин расплылся в улыбке, как мороженое на солнце.       – Иди за стол, Наруто. Тебя, небось, потеряли уже. – Шисуи мягко улыбнулся Узумаки и потрепал его по золотистой макушке. Вскоре блондин исчез за дверьми и оставил Учих наедине с их завтраком.

***

Когда весь завтрак был съеден, а тарелки вымыты, Саске и Наруто пошли собирать одежду с сушилки, так как вчера уморали её в хлам, когда шли под дождем. Благо, солнце жарило с самого утра и все успело высохнуть. Эмико-сан попросила их также снять остальное белье, что там сушилось. А им что? Помочь пожилой женщине было вполне обычное занятие. Особенно если вспоминать самые легкие миссии академии для генинов и совсем малышни, что пришла обучаться искусству шиноби. Сцепив все вещи с сушилки, друзья вернулись в дом с большой корзиной белья. Такое теплое и мягкое, как облако. Если бы Наруто был маленьким, то точно бы туда грохнулся и зарылся по уши, кайфуя от прикосновений прохладной хлопковой ткани к телу во время жары. Получив освежающий лимонад за труд, они протопали в гостиную, хлюпая соломинками. Наруто так вообще пускал пузыри, за что словил подзатыльник от Саске и слегка подавился, но тут же получил несколько хлопков по спине и прокашлялся. Наруто ворвался внутрь комнаты со стаканом лимонада. Он чуть снова не подавился от увиденного: Итачи склонился над Шисуи, расставив руки по бокам от его груди и....целовал его...? Шисуи поддавался натиску, позволял себя ласкать и явно был не против. Завидев краем зрения движение, Шисуи резко отпихнул Итачи, и тот сначала не понял, что произошло. Лишь потом в голову стало приходить осознание произошедшего конфуза...       – Что... что вы делаете? – Наруто изумленно вперился в Учих, те так же пялились на блондина, чей стакан наровил выскользнуть из рук.       – Наруто, понимаешь...это не то, что ты подумал... это все не то...– Итачи лепетал, потеряв самообладание, и сейчас он превратился в большого, немого ребенка, которого спалили родители за чем-то постыдным.       – Я всё верно подумал...не раз вас вижу...за "этим".Я не такой дурак. Наруто потупил взгляд в пол, но продолжил.       – Сейчас зайдет Саске, – Наруто бегло оглянулся через плечо, откуда слышались тихие шаги. – Я ничего не скажу ему. Распахнув дверь с раскатистым грохотанием, Саске увидел: Итачи, напряжённого как пружину для матраца, ошалевшего и румяного Шисуи, а перед ними стоял Наруто, похоже совсем забывший про свой чертов лимонад. Саске понимал, что упустил что-то очень интересное, но не понимал, что именно. Тем не менее, расспрашивать всех он не любил. Предпочитал свои собственные расследования. Гордыня не позволяла бегать и всех расспрашивать, как простачок Узумаки.       – Саске, – Шисуи первый собрался с мыслями из их дуэта и продолжил, беспокойно выдыхая. – Мне твой братец бинты менял, но ты же знаешь, каким он порой бывает... неуклюжим. Итачи сам удивился тому, что слышал от друга и его бровь медленно поползла вверх. Шисуи же нес полный бред, оправдывая произошедший конфуз.       – Ну и потом, когда Итачи шлепнулся на меня, вошёл Наруто. Собственно вот и весь спектакль. Саске равнодушно пожал плечами и истошно выдохнул. После же развернулся и пошел прочь из гостинной, на улицу.       – Наруто-кун, можешь, пожалуйста, передать Саске, что я хочу с ним поговорить под старой сливой? Там большое дерево такое... возле алых хризантем. – Итачи нормально уселся на диван, возле ног Шисуи и поправлял несколько выпавших прядей из хвоста. Наруто угукнул, и удалился за другом, чтобы передать послание и заодно переваривая увиденное между Учихами на диване.

***

Сладкий запах разнотравья приятно щекотал носовые рецепторы, солнце мелькало дисками меж листьев деревьев, настырно прорываясь к земле. Ветер создавал тот самый театр игры "света и тени", от которого становилось комфортно на душе. Шисуи окликнул Итачи, когда тот уже собирался было выйти из дома. Итачи узрел, как друг старался встать, придерживаясь за подлокотники дивана, и ему это удалось. Да уж. Удержать Шисуи в одном положении было нереально со всех сторон, ведь с детства он был гиперактивным ребенком. Слегка прихрамывая, Шисуи доковылял до Итачи и положил свою уцелевшую руку на плечо младшего, приятно сжимая.       – Итачи, пожалуйста. Береги себя. Я ведь без тебя совсем пропаду... Шисуи грустно улыбнулся и поднял на Итачи свой взгляд. В нём было всё: боль, радость, трепет, уважение и любовь... Итачи прикрыл глаза и воздушно поцеловал своими губами Шисуи в щеку, оставляя незаметный шлейф касания на коже. Теплом в сердце, легким румянцем на щеке. Шисуи ощутил всю искренность и свет, который отдавал ему младший в минутах, часах и всех этих годах, проведенных вместе бок о бок. Старший крепче сжал плечо Итачи, притягивая к себе. Рука как назло дрожала, отдавая тремором, как у какого-то старика, но и пусть! Шисуи обнял Итачи, уткнувшись носом в бледную шею, и прерывисто выдыхал, обдавая чужую кожу своим горячим дыханием. Шисуи ощутил робкую, не тяжелую ладонь на спине и слегка улыбнулся. Он плотнее пристроился на груди, на ямочке, меж худых ключиц, не желая отпускать.       – Шисуи, всё будет хорошо, ну зачем так сразу раскисать? – Итачи уместил свои ладони на щеках старшего, поднимая его лицо на себя. Встретившись взглядом, продолжил. – Вот увидишь, и мы будем с тобой жить спокойно, выполняя время от времени опасные миссии, конечно... Но как ты говорил тогда: "Мы построим небольшой домик в стране Чая, создадим красивый сад и будем просыпаться вместе в одной кровати, встречая рассвет." Шисуи притих, не зная, что ответить, на столь эмоциональную речь и шмыгнул носом, отходя от Итачи. Не хотелось стать его причиной опоздания на намеченную встречу.       – Я до сих пор верю в это, Итачи! Но я просто переживаю за вас обоих. Хочется остаться семьёй и сохранить связь, хоть нас всего-лишь трое выживших из клана.       – Я тебя понимаю, тоже так хочется...       – Итачи.       – Мм?       – Иди уже к Саске! Или ты хочешь, чтобы я к тебе привязанным пошел? – Шисуи игриво подмигнул, ловя теплую улыбку сверху.       – Я бы не был против, но как ты дойдешь? – Итачи видел, что Шисуи еще слаб, и его ноги слегка поддрагивали.       – Как и до тебя, с помощью своей силы воли и любви. – Итачи понял, что Шисуи вернулся в норму, раз распускал глупые, сентиментальные шуточки.       – Не знал, что ты так умеешь. – Парировал Итачи, открывая дверную ручку и впуская свет в дом.       – Увидел тебя и научился. – Шисуи мягко улыбнулся, являя на своих щеках милые ямочки становившиеся на свету более отчетливыми.

***

Размашисто вышагивая вокруг старой сливы, Наруто то и дело ловил на себе недовольный и злой взгляд Саске. Тот явно бесился, что блондин ходил из стороны в сторону перед глазами и не понимал, почему ему разрешили присутствовать, учитывая секретность и возможную серьезность разговора.       – Как же ты заколебал! Сядь уже и не мельтеши перед глазами! Кто тебе вообще разрешил здесь присутствовать?! – Саске зло сощурился, и блондин тут же сел, нервно сглотнув.       – Мне разрешил Шисуи-сан! Так что успокойся, доббе! – Гордо притупил пыл друга Наруто и взметнул руками в возмущение. – А то натворишь опять чего-нибудь...       – Я извинился за тот случай, не надо вспоминать о том, что уже прошло... – Сжав кулаком пучок травы, Саске выдернул несколько, стараясь не думать о своей оплошности. Ведь все время Саске корил себя за ошибку и горячую голову, из-за чего чуть не лишился дорогого человека, который ему ничего плохого не сделал. Даже из-за зависти к тому, что брат проводил с Шисуи много времени, Саске не желал ему зла.       – Йоу, Саске, Наруто! Как вы тут? Недолго ждали? – Шисуи слегка прихрамывал, тяжко плетясь. – Прошу прощения, если заставил вас ждать. В улыбке Шисуи не было ни грамма грусти, боли и всего того, что может отражаться на лице человека, у которого много ушибов и сломано несколько ребер. Но, тем не менее, он выглядел бодрячком, в отличие от потасканного Итачи, который толком не спал, волновался за него и менял повязки, иногда давая обезболивающие. Итачи помог Шисуи сесть на траву и опер его на ствол сливы. Сам он сидел вплотную к старшему. Плечом к плечу, коленка к коленке. Наруто и Саске последовали примеру и тоже сели, готовясь слушать. Итачи судорожно выдохнул и ощутил тепло, стиснувшей его ладони Шисуи. Ему стало легче, ведь Шисуи прекрасно понимал, что ему сейчас тяжело.       – Саске, ты раньше слышал, что клан Учиха проклят? Проклятие ненависти. – Дополнил Итачи. Саске помотал головой и удивился.       – Тогда начну с начала. Из-за порой жестокости и злобы внутри клана, которая росла и, можно сказать, поощрялась, для получения большей силы, деревня стала боятся нас, нашего додзюцу. Шарингана. Спустя время наш клан начали всячески отодвигать от центра деревни и поручили работать в полиции Конохи, давая нам кусочек власти, чтобы наши силы не растрачивались понапрасну. Нас отселяли все дальше, и тогда в клане стали копиться возмущения, зреть план заговора, чтобы свергнуть власть Конохи. Саске слушал, очень слабо веря тому, что говорит брат. Он удивленно распахнул глаза и забывал дышать. Наруто видел это и время от времени тыкал его, на что ловил недовольный взгляд.       – Наш отец был против всех этих переворотов. Он был одним из тех, кто не поддался проклятию ненависти. Так же как я, Шисуи, Изуми и надеюсь ты, Саске. Вы ведь знаете, как сложно жить с мнением, которое отличается от подавляющего большинства? Вот и нам было сложно, поэтому мы старались держаться вместе.       – Но если наш отец глава клана, то почему он не смог остановить переворот? – В Саске закипала несправедливость, и он начинал более активно участвовать в разговоре.       – Потому что он глава, и он должен учитывать мнение клана, даже если то не совпадает с его. Ещё он владел особой техникой глаз, Мангëко шаринганом. Если бы в клане прознали, то его бы могли использовать, так же, как и меня с Шисуи. Мы владели той силой, о которой мечтало большинство Учих. Но нам не было радостно с того, что она у нас была. Мы не стремились к той силе, власти. Ведь эта сила приносит лишь страдания себе и другим. Заставляет сражаться и убивать. – Итачи время от времени сжимал кулак, и это не осталось без внимания. Шисуи бережно положил Итачи руку на плечо, притягивая ближе и мысленно говоря: "Все хорошо, ты молодец". Итачи кинул грустный взгляд на Шисуи, и тот его понял. Старший молча сочувствовал мрачной ностальгии того времени. Если бы не Саске и Наруто, то он бы развернул расклеенного Итачи к себе и обнял, зацеловывая всего с головы до ног. Уложил бы его лицо на своей груди. Да что уж, спрятал от всего этого злого мира, которого он отхлебнул сполна.       – Тогда, когда ты, Саске, подбежал к нам на обрыве, мы с Шисуи придумали план, в котором никто не будет участвовать и никто не пострадает. Шисуи тогда согласился пойти на измену клану, лишь бы мир в деревне был дольше. Он решил использовать свою фирменную технику глаз, которую ему даровал мангеко. Котоамацуками. – Шисуи прокашлялся, решая вставить и своё слово. Не хотелось быть призраком. Шисуи продолжил, ведь он говорил о себе, в конце концов:       – Котоамацуками - это такая техника, которая позволяет контролировать разум на таком уровне, что оппонент не замечает этого. Тогда было решено использовать мою технику на Фугаку, чтобы он смог переубедить клан от восстания. Этой техникой нельзя пользоваться так часто, как и обычной иллюзией. Время ее... можно сказать.. Перезапуска десять лет. Мдэ... – Шисуи почесал затылок и положил руку обратно Итачи на плечи. Саске с Наруто сидели и внимательно слушали, хотя по лицу Наруто было видно, что у него очень много вопросов.       – Но в итоге, когда Шисуи огласил свой план совету деревни, чтобы предотвратить восстание, Данзо заимел зуб, и лишь один он был не согласен с планом, который мы придумали. – Итачи взял паузу, и его снова перебил Шисуи. Он чувствовал своим затылком, что Итачи готов был сейчас испепелить его за такие манеры в разговоре.       – Этот старый хрыщ видел мир в деревне по-своему, и в него точно не входил наш клан. Он решил все по-своему и, назначив мне встречу, с помощью обмана и одного украденного шарингана, он вырвал мне правый глаз. Я спасался бегством, чтобы успеть передать оставшийся глаз Итачи. Потом по дороге одна мразь из клана Абураме отравила меня своими жуками, и, если бы не Итачи, который буквально спас жизнь в той передряге, то я валялся бы безглазым трупом на опушке, а деревня и клан все приписали бы на "несчастный случай", – Шисуи раскраснелся от злости и говорил с большим энтузиазмом, порой забывая сдерживать из своих уст нехорошие слова. Он думал, что если ещё такое слово выскочит, то Итачи устроит ему сотрясение мозга на месте. Но продолжил:       – Как ты слышал, Саске, я покончил жизнь самоубийством, но все думали, что Итачи убил меня из-за того, чтобы получить силу мангеко шарингана. Все было не так! Итачи тогда не знал, что творилось в моей голове...Я тогда стоял у скалы и старался собраться с мыслями. Я, черт возьми попросил Итачи, чтобы он подтолкнул меня к пропасти, чтобы хоть кто-то был в плюсе от всего этого ужаса...Я не хотел, чтобы мое тело было использовано в плохих целях... поэтому решил подстроить всë так, чтобы все думали, что я свел счеты с жизнью из-за всей этой несправедливости в клане и деревне. Надеялся, как последний дурак, что это способно кого-то вразумить. Как я тогда ошибался... но я думал тогда, что уже не жилец из-за яда, которым меня отравили, но все обошлось. Меня спасли после падения, но это уже другая история. Не хочу менять тему из уважения к Итачи, – Шисуи выдохнул, переводя дыхание. – Если бы вы знали, как он переживал и готовился к этому дню. Места себе не находил, беспокоился... Саске по новому теперь смотрел на брата, хоть и сложно было переварить всю ту информацию, которую на него вылили тонной. Он видел в нём человека, не холодного монстра, с колючими шипами из эго. Нет. Он видел человека, которого разбила жизнь, в самой жестокой форме, который продолжал держаться, хвататься за свет, который ему протягивали. Саске стало стыдно за всю ту мальчишетскую ревность, которую он выказывал по отношению к Шисуи.

Ведь Шисуи был с ним всегда рядом и помогал ему обрести свет, который брат давно потерял...

Итачи закашлял. Сначала поверхностно, затем как старый старик при смерти, надрывно. Шисуи поздно вспомнил, что давно не применял свою собственносделанную лекарственную мазь на Итачи, и похоже, его болезнь снова начала просыпаться. Шисуи сейчас мог лишь дать ему чистый платок, чтобы вытереть кровь с губ и все, что вылетало из трахеи. Наруто и Саске опасливо смотрели на эту ужасающую картину и думали, что это такое? А не заразно? Впрочем, Шисуи опередил их мысли и ответил, что это не заразно. Прокашлявшись, Итачи блаженно вдохнул полевой воздух и прикрыл глаза, собияраясь с мыслями.       – Прошу прощения за то, что напугал вас. Шисуи из-за моего недуга, решил освоить ирьенинство. Сейчас можно сказать, что он мой лечащий врач. – Итачи слегка улыбнулся и Шисуи весь расцвёл.       – После... смерти Шисуи, Данзо предложил мне выбор... В котором его толком и не было, – Итачи опустил глаза в землю, затем прямо посмотрел на Саске. – Либо Данзо с помощью АНБУ вырежет весь клан за ночь, либо я сам это сделаю, но зато смогу оставить тебя в живых и стану преступником... Саске не отводил глаз от настойчивых и серьезных глаз брата. Возникало ощущение, что он ему старался передать всю боль его выбора, произошедшего той роковой ночью. Смочив горло, он робко спросил:       – А мать и отец знали, на что ты согласился? И лишь тихое, сухое:       – Да. На глазах навернулись слезы, и Саске старался проморгаться, чтобы эта проклятая влага успела высохнуть быстрее, чем позорно скатиться по щекам.       – Они взяли с меня слово... – сердце пружиной разошлось в груди, дыхание сковывал страх.. Итачи чувствовал страх, но не знал, к чему именно. – Что я позабочусь о тебе и буду оберегать, даже ценой своей жизни. Холодной водой окатило сознание. Потом оно вновь собиралось, словно тысячи осколков разбитого, старого стекла. Потускневшего, царапанного, но собиралось. В единую картину настоящего прошлого.

"Родители взяли слово с Итачи? Он обещал? Он защищает меня? Он решил взять роль преступника и предателя клана ради моего спасения? Мой брат... добрый...?"

Саске с трудом переваривал услышанное и, возможно, только сейчас видел в лице брата не каменную маску, а боль, которая гложила его совесть на протяжении многих лет. Он скрывал все внутри, пряча от посторонних глаз и ушей. Итачи сглотнул противный липкий ком желчи, подступивший к горлу и поднял взгляд на брата.       – Итачи... это... – Саске опусташенно посмотрел в родные, обсидиановые глаза, подрагивая нервно губой от накативших эмоций. – Правда...? Итачи сам старался не расплакаться от воспоминаний. Не в его манере было проявлять сентиментальность. Правда, сейчас как никогда хотелось отпустить все свои личные установки к черту.       – Да. Неловкость и тишина повисла в разговоре. Но эта была приятная тишина, дарующая время для осознания нового. Её нарушил громкий всхлип, от которого Итачи дернулся и повернул голову. Шисуи старался сдерживаться, но он не мог. Пара капель скатилась по щеке к подбородку и сорвались вниз. Он протер глаз и проморгался, ловя на себе взгляды всех трёх. Итачи было уже все равно и так долго все терпел. Пришло наконец-то время все выплеснуть. Он притянул Шисуи к себе и крепко обнял, укладывая кучерявую макушку себе на грудь. Итачи цедил кучерявые волосы через пальцы, другой придерживал за спину, которая надрывно вздрагивала от сбитого дыхания. Итачи оглянулся через плечо. Саске смотрел на него теперь по-другому. Без злобы, мести, которые Итачи читал сразу во взгляде брата. Лишь приходящее постепенно понимание и принятие. Даже если и немного, Итачи все равно будет рад. Итачи подозвал Саске жестом руки, и тот недоверчиво вздернул брови, но продвинулся ближе, пытаясь понять, что он задумал, ломал голову.

Но вместо этого...

Саске ощутил теплую руку брата, сжимающую его в крепком объятии... Он хотел вырваться, ведь не любил, когда его трогали, обнимали без его ведома, но сейчас он, возможно, впервые, позволил проявить слабость... Которую запрещал себе многие годы, думая, что она лишь удел неудачников. Наруто сконфуженно вертелся и не знал, как себя чувствовать, в такой ситуации. Расплакаться? Порадоваться? Впрочем это решил за него Шисуи. Убрал руку с Итачи и притянул лисенка к себе. Наруто поежился в смущении, но когда Шисуи посмеялся сквозь слезинки и потрепал его по золотистой макушке, говоря, какой он добрый и отзывчивый, у Наруто отлегло от сердца, и он робко приобнял кудрявого Учиху, скрывая лицо в складках кофты. Шисуи лелеял Итачи в своих объятиях, сам Итачи прижал брата к себе, боясь снова его потерять, по своей глупости. Ведь он для него самое дорогое сокровище в этом мире... Шисуи тоже являлся сокровищем.

Особенно для Итачи...