Mystery guest

1

      Это случилось в начале ноября, когда холодный ветер срывал с деревьев последние листья, а тучи начинали сгущаться над городом. Было уже около пяти часов вечера, в кабинете гендиректора стояла абсолютная тишина, за окном стремительно темнело, но для стоявшей у окна шатенки в деловом костюме в этом, не было никакого смысла. За стеклом вспыхивали первые редкие огни улиц, словно звёзды в каменном небе города. Она не шевелилась, смотрела пустым взглядом в одну точку, не обращая никакого внимания на то, что происходило вокруг, находилась в прострации до тех пор, пока из-за сквозняка не захлопнулась дверь кабинета. Чертовы сквозняки! Тогда, кусая алые губы чуть ли не до крови, она горько пожалела о том, что пришла в себя. Словно возвращение в реальность стало новым ударом, от которого невозможно было уклониться. Но ей не хотелось возвращаться после произошедшего. М-да, такого отчаяния у неё не было давно!       Правильно ли она поступила? Не сказала ничего обидного? Не ранила ли его чувства?       Вопросы могли бы снова затмить сознание, если бы не звонок телефона, напомнивший о том, что время не ждёт, и ей пора уходить отсюда, а не сверлить взглядом окно. Поэтому, тяжело вздохнув, женщина собралась с мыслями и незамедлительно покинула мрачный кабинет.

2

      Недалеко от отеля происходил разговор о недавнем происшествии в холле между двумя женщинами. Одна из них — явно родом из Америки, с кучерявыми волосами и с редким цветом глаз, — являлась, как ни странно, менеджером гостиницы. Вторая же, — итальянка, ниже ростом, с тёмно-синими волосами и изумрудными глазами — находилась немного в нервном состоянии и внимательно слушала активную собеседницу, ведь у них наконец-то появился небольшой перерыв.       — Да уж… бедная Софи. Столько трудностей свалилось на неё после повышения до должности гендиректора, — голос Лилит дрогнул, выдавая искреннюю тревогу за подругу. — То работа, то репутация, то дети… А теперь ещё милый секретарь, который признался в любви почти при всех, — она правда не знала, как помочь в такой ситуации. Единственное, что можно было сделать — постараться поддержать её морально, понимая, что это порой бессмысленно, отнюдь неуместно.       — Это точно, — не могла не согласится с этим Венера, взглянув вниз и совершенно не подозревая о том, что к ним со спины кто-то приближался, какая-то… невысокая тень. — Я недавно видела её. Она так растеряна, хоть по виду и не скажешь. Надо будет с ней завтра поговорить и постараться всё ула… — чья-то рука осторожно легла на её плечо и слегка сжала. От неожиданности Венера вся вздрогнула и резко обернулась, не забыв выдать испуганное:       — А-а-а!       На этом они увидели перед собой невысокого человека в чёрном плаще, длинной доходящей до пят, с капюшоном, полностью скрывающим лицо — именно это придало ему загадочные и мрачные нотки, хотя на самом деле никакой мрачности тут в помине не было. В воздухе повисло гнетущее напряжение, будто сама ночь вошла вместе с этой фигурой. Особенно опасность, которая успела проникнуть в головы женщин.       — Что за… А это ещё кто? — усмирив свой испуг, глупо спросила Лилит.       — Может маг? Или пришелец? — начала предлагать нелепые на первый вид варианты Венера, заметив, что незнакомец оставался спокойным, неподвижным. Так, просто наблюдал за их разговором и не желал причинить вреда.       — Ой! — внезапно весело улыбнулась Лилит, вспомнив знакомый образ, и загадочно произнесла:       — А что если это сама Смерть? Образ то похожий!       — Ха-ха… — поняв о чём идет речь, Венера окончательно успокоилась, — Тогда где её коса? — и добавила свою шутку тоже, пока незнакомец, покачав головой, не почувствовал себя крайне неловко.       Надо что-то делать дальше, а не стоять на улице… поэтому рука плавно поднялась и указала на служебный вход, словно говоря: «Мне нужно зайти в отель с этого входа». К сожалению, работницы немой намёк поняли совершенно неправильно. Повернувшись спиной, они переглянулись и лукаво улыбнулись.       — Простите, но туда нельзя посторонним людям. Это служебный вход, которым могут пользоваться только сотрудники отеля!       — Ну как сказать… — Лилит спрятала руки за спиной и мягким тоном добавила:       — Проще говоря, если мы проведём вас в холл отеля с этого входа, то нам влетит от нынешнего владельца… — прозвучало это не так убежденно, но, более правдоподобно, особенно для таинственного гостя.       — Ах… я поняла! — чуть ли не подпрыгнула от радости Венера, — Он просто-напросто двери перепутал! Надо ему помочь немного! — и поспешила отвести гостя в холл через входную дверь. — Ну вот, мы на месте. Извините, но теперь нам придётся отлучиться ненадолго. Сможете подождать несколько минут? — получив согласие, она вместе с Лилит сказала слова благодарности и поспешила уйти.       Сам холл отеля был просторным, светлым и весьма роскошным, на полу лежал мягкий ковёр, стены были украшены старинными картинами. Потолок высокий, большие люстры давали достаточно света. Недалеко от лифтов находится бар для отдыхающих, да удобные кресла со столиками. Также посреди холла стоял фонтан со скульптурными фигурами .Запах свежесваренного кофе и лёгкий аромат цветов из ваз дополняли картину уюта. И всё это вместе подарило забытое чувство ностальгии, всё было настолько красиво, что гость поздно заметил то, как маленькая ручонка трёхлетнего веснушчатого мальчика схватила за край рукава и начала дёргать, а любопытные карие глаза, до этого прикосновения взглянули прямо в лицо и вмиг узнали. Он заулыбался и вовсю воскликнул:       — Хе-хе, ба, нашел! — он имел в виду… бабушку? Это гостья? Что же… ладно, так интереснее. Звонкий детский смех отразился от мраморных стен, разрезая тишину холла.       Похоже, если посмотреть на его радостное личико, то всё обстояло действительно так. И это могло бы продолжаться достаточно долго, если бы к непоседе не подошёл мужчина с волосами платинового цвета, собранными в низкий хвост, метр девяносто ростом и бережно не отвёл в сторону, на несколько секунд смерив гостью виноватым взглядом синих глаз, от которого на сердце кошки заскребли.       — Феликс, ну зачем ты это сделал? — тяжко вздохнув, спросил он и лукаво посмотрел на мальчика.       — Ба! — пребывая в радостном настроении, ответил ему Феликс, прыгая на месте, — Бабушка-а-а! — и показал пальцем на мистическую гостью.       — Ох… Луи, он опять пристаёт к незнакомцам? — послышался до боли знакомый низкий голос, пропитанный нотками грусти. Перед ними появился брюнет в чёрном костюме и с такими же синими глазами, выражающими печаль. Да такую, что от осознания своей ошибки, на глаза странной гостьи навернулись слёзы. — Да уж… И почему я не удивлён? — отведя непоседу в сторону, он обратил внимание на фигуру и подошел непозволительно ближе, желая что-то сказать. — Вы уж простите его л… Эм… Ладно, — он действительно дальше не знал, как реагировать на послышавшийся всхлип, на то, как от него отвернулись и поспешили уйти в никуда, как можно дальше. — Странный гость какой-то… — хотя, Жан и не таких людей видал!       Впрочем, главную задачу он выполнил, извинился за причинённые неудобства. Теперь же можно преспокойно забыть об этом и следить за детьми дальше до того, пока не придёт жена. И не догадаться о том, рядом с каким человеком он находился, говорил…

3

      Гостья оказалась в самом конце холла, постепенно успокаиваясь. Подумать только! Сколько боли и печали можно получить, посмотрев на человека, который изменился, стал совсем другим, но при этом продолжает страдать в глубине души. Особенно после ночных кошмаров… Сколько ненависти к себе должно там скопиться, но… вместо этого её лучше оттолкнуть и продолжить дела.       — Хей, видели сегодня шоу? — прозвучал неподалёку ровный женский голос, видимо, до этого молчавший — тут внимательно прислушались и узнали в нём инспектора отеля — Даниэлу Уайт.       Брюнетка в очках и кирпично-красном пиджаке стояла около столика с цветами и снисходительно смотрела на двух русоволосых девушек-близнецов — на Матильду и Хильду Андерсон. На одной был тёмно-красный костюм с синим галстуком, а на второй — тёмно-синий с красным.       — Нет, не видели! — ответили обе, не понимая заданного вопроса.       — Как так? Вы не видели истерику того смазливого блондина-секретаря? То, как он при всех признался в любви нашей дорогой Софи! — напомнила Даниэла, радуясь за саму себя, за то, что она сыграла в этом шоу не менее важную роль и смогла раскрыть все его карты перед гендиректором. Не день, а праздник!       — А-а!       — Тогда да! — оживились близнецы, вспомнив происшествие, случившееся под конец обеденного перерыва. Хорошо, что гостей в той части холла было мало, а не то…       — Всё это случилось благодаря мне, знаете… — с особым тоном продолжила она, демонстрируя невероятную гордость за поступок. Да так, что близнецы изобразили неподдельное восхищение, а на лице гостьи заиграла искренняя улыбка. Да, разумеется… Даниэла Уайт и её характер как всегда неповторимы, сколько себя помнили. Вот только её невнимательность тут была не кстати… — И вообще! Вы видели его жалкий вид?! Вот умора! Поверить не могу, что он стал заместителем генерального директо-       — Мисс Даниэла Уайт, — раздался рядом хриплый мужской голос, заставивший вздрогнуть не только работников. Он был с приятным баритоном и с нотками немецкого акцента. — Будьте добры и постарайтесь не отвлекаться на пустые разговоры, — слова не звучали строго, а, скорее всего, предупреждающе и напомнили о поведении работников в отеле, о принадлежавшей высокой должности в лице владельца данного отеля.       — Х-хорошо, мистер Вернер! — вмиг растерялась Даниэла, чуть не выронив телефон.       — Вы же не дома, — еле слышимо произнёс проходящий мимо троицы мистер Вернер — высокий блондин, выглядевший не на свой возраст, со светло-пшеничными волосами с седыми проблесками и строгими глазами цвета грозовых туч.       Он, сложив руки за спиной, направился в сторону бара, где сидели его сыновья и маленькие внуки. Фиолетовое пальто, бордовый шарф и слишком знакомые пенсне придавали харизму и солидность, от которой чьё-то чуткое сердце пропустило удар, и гостья, сложив руки в замок, потеряла дар речи, начала провожать его взглядом, переодически влюбленно вздыхая.       «Ах, знал бы ты как тебе идёт мой образ, Август!», — знал бы он мимо кого прошёл и кто, до смерти захотев сжать в объятьях, последовал за ним, то был бы в настоящем шоке. Ну а пока… оставалось пройти несколько метров. Тогда, как назло, в неё врезался другой работник, чуть повыше ростом, в то время, как знакомая фигура стала отдалятся всё дальше, отныне вселяя смятение.       — Ой, п-простите… — обратился робкий голосок, принадлежавший юному блондину, лет больше двадцати. На нём была белоснежная рубашка, тёмно-серый пиджак с короткими рукавами, да чёрные штаны. Небесные глаза глядели немного испуганно, в руках он крепко держал документы. Можно было запросто понять, что это — новенький. — Извините, торопился! Я-я не хотел, сэр! Или мэм… Вот-       «Выходит, он тот самый признавшийся блондин?» — его вид показался настолько милым, что она, рискнув, не могла не добродушно отозваться с нотками французского акцента:       — Ничего-ничего, я в порядке, молодой человек! Это вы меня простите за беспокойство.       — Оу… Хорошо, мадам, — кивнул головой и одарил её изучающим взглядом, подавляя странное желание снять капюшон. — Вам чем-нибудь пом-       — Чарли, скорее подойди сюда! — позвали его где-то неподалеку. Блондин встрепенулся и, извинившись, ушел к рыжеволосому парню, в синем костюме, с зелёным галстуком — Ханс Моррис. Они принялись о чём-то переговариваться.       «Надо же… Ханс нашёл друга, — не умилиться этому было бы очень неуместно. — Да и Чарли, его внешность… Как я могла позабыть о нем? Теперь мне всё стало ясно. Вот о ком мне говорил Октавиан два года назад!».       Разговор двух парней был нормальным до тех пор, пока Чарли, кое-кого увидев, не подошёл к своей особенной женщине, пожирая влюблённым до чёртиков взглядом и что-то пролепетав по работе. Услышав небольшое поручение, он, подобно покорному щенку, удалился в сторону лифта, в то время как гостья смогла разглядеть женщину получше.       Это была шатенка, выглядевшая не больше, чем на тридцать. Волнистые волосы доходили до лопаток, большие карие глаза сияли, вишнёвые губы улыбались. Она накинула на себя длинное тёмно-синее пальто и брендовый вишнёвый шарф, руки держали чёрную шляпу. От неё так и веяло харизмой и дружелюбием. Она направилась прямо к диванам, где её ждали близкие люди, а именно семья. Осмотревшись и убедившись в том, что все заняты, гостья подошла к ним чуть-чуть поближе, чтобы… порадоваться за их радостные лица, убедиться сполна, что у них всё хорошо.       Вот, нынешний владелец отеля Август, о чём-то говорящий со своим старшим сыном Луи — с успешным актёром, который приехал на праздник своей дорогой племянницы. А вот, слева стоит женатая парочка с детьми — Жан никак не мог успокоить гиперактивного трёхлетнего сына и устало потёр переносицу, пока красавица-жена посмеялась с его реакции, нежно обняв именинницу-дочь. Семь лет — серьёзная цифра для ребёнка, семейный поход в ресторан, пожалуй, станет для неё ярким событием вечера!       — Ладно, чем раньше начнём, тем быстрее закончим! Детям в девять вечера надо давно в кроватке лежать, — всё улыбалась Софи, посмотрев на дочь. — Не так ли, Алекс?       — Эй, у меня вообще-то день рождения! Я спать не пойду, — мило проворчала Алекс, надув щёчки.       — Ну что ж… Ты меня уговорила, маленькая принцесса, — сдалась и решила сделать ребёнку ещё мини-праздник. Пусть не спит сколько влезет, это её же день!       — Королева, — поправила она, снова прижавшись к маме. Это обращение и действие умилило не только парней.       — Брат… — подавляя смех, поднял глаза на младшего брата Луи. — Помнится мне, как ты тоже любил, когда тебя называли «маленький король»!       — Правда? Всё с тобой понятно, мой маленький король, — хохотнула Софи, игриво посмотрев на смутившегося муженька.       — Яблоко от яблони недалеко падает, — добавил Август, посмеиваясь.       — Да ну вас… Это было давно, — улыбнулся краем губ Жан, взяв на руки сына и устремив взгляд на любимую, которая застегнула пальто и поправила шарф. Казалось бы обычное действие! Но оно заставило их задуматься о чём-то странном, вспомнить знакомый образ и добавить… последнюю деталь.       — Софи, — вдруг, сняв очки, произнёс Август и, немного помолчав, протянул их ей. — Примерь-ка ты это, дорогая.       — Оу! Вы уверены? — растерянно спросила она, печально взглянув на руки, протягивающие предмет.       — Почему бы и нет? Я думаю, тебе они тоже подойдут, — добродушно улыбнулся Луи, таким образом успокаивая внутреннюю слабую тревогу.       — Итак… — Софи надела пенсне и, надо признать, взаправду произвела на близких впечатление. То ли такой же длинны волнистые волосы, то ли выразительный взгляд, то ли улыбка и вежливость — не важно, ведь вместе всё это и стало схожестью. Жан нахмурился, а Луи и Август оставались непоколебимы… почти. Лишь в глазах заиграла скорбь и вспыхнули искры боли. — Ну? Как я вам? — поинтересовалась та, поочерёдно оглядывая троих мужчин.       — Луи… оказался прав, — мигом отвернулся от неё муж, поджав губы и прикрыв глаза.       — Полностью согласен, подходят, — в подтверждении кивнул Август. — Когда-нибудь они станут твоими, я так думаю…       «Ох! Теперь я буду надеяться всем сердцем на это!», — отныне брошенные слова надолго засели в её памяти. Софи будет стремиться к высокой должности, несмотря ни на что и однажды… Кто знает?       — Ой, мама, ты сейчас как бабушка Фиона! — заметно оживилась Алекс и захлопала в ладоши.       — Ба! — Феликс, судя по всему, тоже решил сказать своё мнение. — Бабушка-а-а-а! — воскликнул, тыча пальцем прямо на хорошо запомнившуюся фигуру, которая наблюдала за ними.       — Ха? Прям настолько, Феликс?! О… Уста детей истину глаголят… Хорошо, сейчас зеркало мне всё покажет, — неловкий смешок разрядил обстановку, но в воздухе всё ещё ощущалась тень ушедшего прошлого. После этого Софи, надев чёрную шляпу, подошла к зеркальцу, находившемуся рядом с магазином сувениров, и посмотрела на себя со стороны. Пенсне не падали с лица и держались вполне надежно, а пальто с шарфом… Ох, это отдельная красота и религия. — Вот это да… Мадам Вернер дубль два! — ахнула так, словно её внезапно громом поразило. И невольно покраснела, поймав своё отражение, и вдруг на секунду почувствовала холодок одиночества за спиной. — Эх, чтобы вы сказали, если бы увидели это безобразие? — Софи выпрямилась и стала вертеться перед зеркалом, меняя позы.       Где-то она по-лисьи улыбнулась и подмигнула отражению, — как будто хотела обмануть самого себя, подменить боль шуткой, — поправив прядь волос, а где-то обворожительно прищурила глаза и спрятала руки за спиной, подражая кумиру, которая, наблюдая за этим, не сдержала беззлобного смеха. Перед её глазами будто картина следующего владельца промелькнула!       — Так, прекращай, — Софи посмеялась в последний раз и, пройдя несколько метров, — Лучше вернись к ним срочно и… — столкнулась с «гостьей», так ещё в чёрном плаще, скрывающий внешность. Странновато, но какими гости не были — к ним следует относиться максимально дружелюбно, располагать к себе и улыбаться, улыбаться, всегда и везде улыбаться… — Добрый вечер! Вам что-то беспокоит? Чем могу помочь? — на автомате, спокойно начала она, показывая заинтересованность и готовность решить проблему. Таковы были здешние правила!       «Эти глаза… Недаром говорят, что они — зеркало души. Бедная Софи…», — гостья подумала об одном, а на деле ответила что-то на немецком и поспешила отойти.       Как бы Софи ни прятала истину, как бы ни улыбалась — в глазах можно было увидеть столько бушующих эмоций, что желание помочь бедолаге возросло в десятки раз. Но как? Как же можно передать слова и…       «Письма, бумаги… Ну конечно же!», — женщина давно не радовалась своим гениальным идеям так, как сейчас.       Нужно написать на бумаге вопросы и постараться оставить её в кабинете гендиректора. Ничего трудного, казалось бы, на первый взгляд… Нужно не попасться им на глаза в лишний раз… И только после этого этапа дорога в кабинет будет свободна. Так всё было сделано, как по маслу. К счастью, в лифте никого не было, в коридоре тоже… В последствии, гостья достала из глубокого кармана связку запасных ключей от кабинетов, нежели от служебного входа, и удачно открыла дверцу. Теперь можно спокойно прислониться спиной к стене и немного передохнуть. Сняв дурацкий капюшон и крайне тяжело вздохнув, она вспомнила момент ухода от счастливой семьи, к которой хотелось присоединиться… Которой катастрофически не хватало её — брюнетки с выразительными сапфировыми глазами, волнистыми волосами, с изысканными чертами лица и с чертовски добрым сердцем. Не хватало той, кого год уже как год назад признали мёртвой, благодаря которой этот отель появился — ах, неповторимая и горячо любимая Фиона Вернер.       Переваривая увиденное, она спрятала лицо в ладонях и побыла в таком положении несколько минут, погружаясь в тишину. И только сердце глухо стучало, напоминая о том, что она всё ещё жива. Позже, придя в себя, по удачным обстоятельствам, Фиона наконец-то обнаружила на столе ручку, бумагу и пишет обращение к Софи. Покончив с этим, она перечитала написанное, положила листик на место и, обратив внимание на включённый свет, попала не в самый приятный момент: на пороге стояли две знакомые сотрудницы — Лилит Летофоро и Венера Сальвини. Те, кого встретили на улице. Что же, на двух побледневших лицах отразились самые разные, неподдельные эмоции — они были до усрачки напуганы, шокированы и совсем растеряны, как дети малые.       — Что за… — глухо выпалила Венера, хватаясь за свои крашенные волосы. Невозможно! Это выглядит слишком реально… Это не должно являться правдой! Это слишком опасно считать правдой!       — Миссис Вернер?! — поднесла ладони к губам Лилит, не находя иных слов. В самом деле, а как бы вы отреагировали на появление человека, которого считают мёртвым?       — Так… — Фиона, смахнув наваждение, поспешила закрыть дверь на замок и вновь выключить свет. В её движениях ощущалась растерянность, смешанная с отчаянной решимостью. — Это чтобы лишнее внимание не привлекать, — затем же она поднесла палец к губам, подобно хитрому трикстеру, и многозначительно подмигнула. М-да уж, успокаивать их будет сложно… Это её вина в том, что не продумала план как следует.       — В-вы… Но… Как это всё произошло?! — смогла заговорить первой Лилит и захлопала ресницами, чтобы не заплакать. Слёзы? Ох, до чего же, оказывается, все любили прошлого владельца…       — Это весьма запутанная и долгая история, дорогие. Можно сказать и мистическая.       — Теперь ясно, кто подслушал наш разговор на улице… — горько усмехнулась Венера, припоминая свой испуг.       — Да, извините за это, — слегка виновато улыбнулась Фиона, — Это вышло случайно, но… Благодаря вам я увидела близких, узнала, что здесь творится. Особенно с Софи, — и на последнем слове её улыбка погасла. — Поэтому я пришла сюда и оставила небольшой след… на столе.       — Хотите помочь ей? Но как? — заместо ответа, она показала им на листок, лежащий на рабочем столе. Этого было достаточно.       — Я также не уверена, что она с лёгкостью может написать ответ, но… почему бы не попробовать?       — Она почерк может узнать! — с опаской заметила Лилит.       — А вдруг не узнает? — прищурившись, ответила другое Венера.       — А вдруг за-       — Это не так уж и важно, — прервала их женщина, встав между. — Главное, надеяться на ответ.       — Но почему вы скрываетесь от всех? Точнее… от них, близких? — послышалось в дальнейшем не самое приятное.       — Венера, ну что за болезненные вопросы?! Эм… Чтобы ты сделала на её месте? Поступила по-другому? Хотя, я никому не пожелаю такой участи… — Лилит понимала ситуацию чуть лучше, поэтому решила постараться перевести тему. — Не переживайте, миссис Вернер, мы сохраним в тайне эту встречу!       — О, я ни капли не сомневаюсь в этом, — не убирая лукавой улыбки, она попрощалась с ними и покинула родное место до завтрашнего утра. А завтра…       Завтра всё выяснится.

4

7 ноября 09:08       Софи, войдя в кабинет, устало умостилась в кресло и начала не спеша массировать виски, периодически вздыхая. После дня рождения Алекс, на работе её завалили поручениями с ног до головы, даже в кабинет она редко заходила. Однако несмотря на всё это, она упорно старалась решить задачи как можно быстрее и только сейчас, освободившись, она могла позволить себе отдых. Переведя взгляд на рабочий стол, она заприметила белый лист, в котором красивым и смутно знакомым почерком были написаны несложные… вопросы о её состоянии, что-то по типу: «Не бойся, напиши здесь то, что тебя гложет изнутри. Тебе станет легче!».       — Что это?! Что за чушь? — хрипло посмеялась с этой нелепости Софи, поправив причёску, но потом…       Выпрямившись, она замолчала, всмотрелась в буквы, в смысл написанного и больше не хотела смеяться. Воспоминания обрушились, словно ледяные волны и охладили разум. Она почувствовала, как щеки залились краской, и опустила глаза. Может… глупая бумажка права? Надо всё в неё написать, успокоиться и выбросить в мусор! Нельзя держать тревогу в себе долго…       — Чёрт, ладно… И пусть я выгляжу глупо, хах, — взяв чёрную ручку, женщина сделала глубокий вдох и начала излагать мысли.       Казалось, что текст состоит из множества мыслей, перемешанных с самыми разными сценами, и это было почти пугающее. Софи писала то, о чём действительно думала, без лишних сомнений, приукрашиваний… но с нехилым драматизмом, подстать себе любимой. Где-то мелькнула улыбка, где-то на глаза чуть ли не навернулись слёзы, но под конец она вернулась к привычному состоянию — её мысли устаканились. Можно перечитать и избавиться от бумаги! В идеале это нужно, безусловно, в ближайшем будущем сжечь, но, к сожалению, она сейчас не в доме. Поэтому, собравшись выкинуть, она обратила внимание на мусорную корзину, стоявшую под столом, с улыбкой схватила лист и…       Стук в дверь.       — Да, войдите, — женщина положила лист обратно на стол и увидела в дверном проёме немного нервную Лилит. — Что-то не так?       — Эм… Да так, у меня тут небольшая проблема. Твоя помощь нужна, — она не обманывала — ей действительно нужна была помощь, зная, что для местами чудного гендиректора это — сущий пустяк, и вскоре она, любя, может повозмущаться, сказав: «Ты могла справиться с этим сама!».       — Иду, — с бесконечной усталостью в глазах, гендиректор покинула кабинет, пока Венера, не убедившись в том, что они ушли достаточно далеко, не дала знак того, что там всё чисто. Можно проверить тот самый лист… С готовым ответом! Надо же!       «Всё-таки написала. Я знала, что здесь что-то не так!», — всё-таки предчувствие не подвело и ситуация складывалась так, как Фиона и предполагала. Тонкая дрожь радости и боли промелькнула в её пальцах, сжавших лист.       Не теряя времени, она взялась за чтение. С каждой строчкой жалость к Софи возрастала — она взаправду влипла в запутанную историю и не могла отпустить вину. Для этого определенно нужно прямо сейчас сесть за стол, взять ручку, чистую бумагу и начать писать совет, забыв про приоткрытую дверь и осторожность.       Ведь что на этот раз никакой плащ её не спас бы. Фиона была в том же пальто, в том же синем шарфе, сапогах… Не было только пенсне — они у нынешнего владельца отеля, что невольно позаимствовал её узнаваемый стиль.       И сейчас злосчастная дверь скрипнула, привлекая к себе синие глаза, пока на пороге объявились две близкие персоны — невестка-гендиректор Софи, сильнее уставшая от этого дня, и владелец-муж, который хотел, чтобы та отдохнула, хотя бы в обеденный перерыв. По воле судьбы, они столкнулись с той, у кого сегодня день рождения. С той, кого почти отпустили и продолжили жить дальше, с тёплыми воспоминаниями.       — Эм… Ох… — не знала что сказать не менее шокированная внезапной встрече Фиона, нервно улыбнувшись и отложив ручку в сторону, пока мир в этот миг рухнул и собрался вновь в один хрупкий осколок истины. — Привет… Хороший денёк, не правда ли?       А точнее…       «Неловкая ситуация, не правда ли?».