Затерянный в веках

Площадка второго этажа была бы довольно просторной, если бы не статуи каменных воинов, расставленные в хаотичном порядке. За каменными статуями У Се сразу приметил дверь, но чтобы до неё дойти, нужно было пройти мимо воинов, и опыт подсказывал, что не так всё просто, как могло показаться. — Никому не двигаться! — крикнул Ри Шань, заметив, как Лю Сан и ещё парочка человек намеривались подойти к статуям и осмотреть их. Мужчины замерли от окрика. Послышался щёлчок, и где-то включился механизм. Каменные войны пришли в движение. Статуи стали двигаться и перемещаться и, в конце концов, выстроились в две шеренги, образуя проход до двери, которую заметил У Се. — Можно идти? — спросил Лю Сан осторожно. — Подожди, — Ри Шань поднял голову вверх, и с потолка с лязгом выдвинулись острые лезвия. — Черт! — Лю Сан инстинктивно пригнулся, но это было не нужно: лезвия пока были довольно короткими, но вот если они резко удлинятся, то проткнут присутствующих насквозь. — Теперь нужно идти, но по одному. Если больше одного человека будут идти по проходу, мы все погибнем. У Се покачал головой и первый сделал шаг вперёд. Его за руку схватил Цилин и, поджав губы, задержал. — Младший У, — обратился к нему Ри Шань, — позвольте мне пойти первым. — Хорошо, — рассеянно проговорил Наивняшка. Ри Шань поправил лямки рюкзака за спиной и пошёл по коридору, образованному статуями. Он двигался осторожно, продумывая каждый шаг, и вскоре присутствующие поняли, в чем был подвох. С каждым шагом статуи меняли расположения, они то выдвигались вперёд, то перегораживали идущему путь. Приходилось думать прежде, чем делать следующий шаг. И лезвия, что угрожающе свисали с потолка медленно, но неотвратимо увеличивались. Ри Шаню, чем ближе к двери он подходил, приходилось сильнее пригибаться, чтобы острый металл не достал его. Наконец, преодолев «коридор» он остановился y двери и повернулся к остальным. У Се заметил, что на скуле и шее y ворота куртки главы виднелись порезы — одно из лезвий всё-таки достало его, но не сильно, Глава лишь вытер кровь и не обратил на порезы внимание. — Думаю, вам понятно, как это пройти? — спросил он. — Кто первый? Лю Сан покачал головой; У Се оглядел присутствующих, и сердце пропустило удар. Когда они вошли, их было десять, включая его и Цилина, теперь же одного человека не хватало. У Се посмотрел на Сяогэ, стоящего рядом и шепнул ему: — Одного человека не хватает, но все же поднялись по лестнице? Цилин нахмурился и в свою очередь пересчитал присутствующих. «Что за черт?» — У Се рассеянно наблюдал, как между статуй пробирается Лю Сан. Его хрупкое телосложение тут было кстати, он легко укорачивался как от лезвий, так и от статуй. Правда, где-то на середине пути неудачно пригнулся и ударился головой о ближайшего каменного война, но не смертельно. Кажется, он отделается лишь ушибом. — Где же пропавший, — он был из его семьи, если он вернётся без него, как и что говорить Второму дяде? К сожалению, антиквар не помнил имя этого человека, но разве это важно сейчас? — В какой момент он мог пропасть? — шепнул У Се Цилину. — На площадке, я думаю, — так же тихо ответил ему Сяогэ. — И что делать? Лю Сан добрался до двери, за ним пошёл Чжан Фэн. Цилин настороженно следил, как тот обходит ловушку, но продолжал говорить с У Се: — Пока ничего. Паника нам не нужна. — Но… — Никто из семьи так и не понял, как и куда тут люди пропадают. А если сейчас сказать, пострадает куда больше народу. Нам нужно пройти эту ловушку, а там посоветуемся с Хранителем. — Думаешь, он заметил? Цилин не ответил, лишь кивнул. — Иди, — он подтолкнул Наивняшку в спину, — я следом. Кажется, лишь одни остались на этой стороне. У Се выдохнул и пошёл вперёд. Ближайший к нему воин резко придвинулся, но он успел отклониться, избежав столкновения, лезвие над головой зловеще звякнуло. У Се сделал ещё шаг, и тут же, ещё один войны перегородил ему путь. У Се обогнул и его, но от лезвия увернуться не успел, и сталь обожгла затылок. — Черт! — выругался антиквар и, скривившись от боли, сделал ещё шаг, проклиная про себя эти ловушки и себя самого, что их придумал. Фантазия y него из прошлого была явно с садистским уклоном. Когда он, наконец, присоединился к остальным, он на всякий случай пересчитал всех. Всё ещё одного человека не хватало. — У Се, — обратился к нему глава Чжан, — не хочешь поотгадывать загадки? Наивняшка не сразу ответил. Его мысли были заняты пропавшим членом команды. Цилин тем временем, преодолев воинов, встал рядом с ним. С трудом сосредоточившись на вопросе, У взглянул на дверь. На ней была прибита небольшая табличка с текстом. У Се подошёл ближе, чтобы прочитать: 岛上有一个小男孩和一棵苹果树，另一头是住院的祖母。医院与岛屿之间有一架桥。小男孩要给祖母带两个苹果，但是桥只能承载男孩和一个苹果的重量。小男孩通过之后，桥就会坍塌。海里是鲨鱼。他怎么送去苹果呢？ — На одном острове стоит яблоня и мальчик, а на другом — больница с бабушкой, — зачитал вслух У Се первую сточку. — Между островами мост. Мальчику надо принести бабушке два яблока, но мост выдерживает только одного мальчика и одно яблоко. После того, как мальчик пройдет, мост разрушится. А в воде водятся акулы. Как ему перенести яблоки? — Это детская загадка, — он нахмурился, — вы знаете ответ? Ри Шань улыбнулся: — А ты? — Мы не откроем дверь, пока её не решим? — Да, — кивнул Ри Шань, — но сложность возникает не с разгадкой, а с тем, куда и чем вписать ответ. Цилин молча достал нож. — Старший, — Ри Шань протянул руку, — давайте я. Цилин, чуть помедлив, отдал нож главе Чжан, тот резанул себе по ладони. — Так какой ответ? — он посмотрел на присутствующих, а те в свою очередь повернули головы в сторону У Се. Наивняшке стало не по себе, но он ответил: — Я предполагаю, он будет перебрасывать яблоки, жонглируя ими. Так? Кажется, в детстве я слышал подобную загадку. «Или … в прошлой жизни», — тихо добавил он про себя, зажмурившись и стараясь отогнать внезапную слабость. — Да, это лёгкая детская загадка, — улыбнулся Ри Шань и под текстом кровью написал ответ: 小男孩会变戏法。 Всем в нос ударил тонкий аромат железа. Выведенные кровью иероглифы стали исчезать, а затем что-то щёлкнуло, и дверь отворилась. У Се с трудом справился с неприятными ощущениями, которые так внезапно на него накатили, и осторожно заглянул внутрь открывшегося им помещения. — А вот это интересно, — заметил Лю Сан, поправляя очки. Они попали в некое подобие сокровищницы. «Жаль, Толстяк этого не видит, — не мог не вспомнить о друге У Се, — интересно, как они там. Всё ли с ними в порядке?» — промелькнула тревожная мысль. На полу были разбросаны монеты разного достоинства и драгоценные камни, тут и там расставлены кувшины и прочая утварь, явно разменявшая не одну сотню лет. — А это что ещё такое? — спросил Чжан Фэн, осматриваясь по сторонам с явным интересом. — Ничего не трогать, — предупредил Ри Шань. У Се осторожно прошёл вглубь небольшого хранилища. У дальней стены за сводчатой аркой он увидел ещё одну дверь, на ней так же виднелась табличка с текстом. Очередная головоломка. — В чем тут подвох? — спросил Наивняшка, внимательно оглядывая стены и пол, усыпанный сокровищами. — Самое безобидное помещение в тереме, — ответил ему Ри Шань, — главное — сохранять бдительность. У Се сбросил рюкзак и сел на него, чтобы хоть немного отдохнуть. — В чем его безобидность? — спросил Наивняшка. — Оно убивает медленно, а не быстро. Глава нагнулся над кучей золотых монет и что-то осторожно вытащил из самой её середины. Затем выпрямился и бросил это что-то Цилину — тот ловко поймал. У Се, сидящий рядом с Сяогэ, чуть привстал и вытянул шею, чтобы разглядеть, что ему бросил Ри Шань. — Это монета, — Цилин положил холодный кусочек металла на ладонь У Се. — Это твой профиль отчеканен на ней. Всё, что тут находится, принадлежит Пропавшей династии. — Принц? — прошептал Наивняшка, сжимая в руке монету. — Да. У Се почувствовал, как холодок пробежал между лопаток. — Разве нас не должно было быть больше? — вдруг спросил Чжан Фэн. — Глава? Это мигом отвлекло У Се от мыслей о прошлом. Всё замерли и стали переглядываться. — Не хватает Сяо Се и У Дэ, — ответил ему Ри Шань. В отличии от У Се, глава помнил всех по именам. Наивняшка неуверенно поднял взгляд от ближайшей кучки монет и огляделся по сторонам. — Уже двоих не хватает?! — Не хочу никого пугать, но я нашёл чьи-то останки, — подал голос Лю Сан и все посмотрели в его сторону. Археолог сидел на корточках возле довольно большой кучи момент, из которой торчала чья-то рука и нога. — Во что был одет Сяо Се? В синюю рубашку? И старые поношенные брюки? — прошептал Лю Сан беспомощно оглядываясь на остальных. — Похоже, это он. — Что за черт?! — Чжан Фэн подошёл ближе к нему. Затем разбросал кучу монет в сторону, и все увидели труп одного из людей Пятой семьи. В помещении неуловимо повеяло холодом, и у присутствующих свело животы от неприятного чувства. — Он ведь недавно был с нами, разве нет? — А где У Дэ? — растерянно спросил Чжан Фэн. — Тут только Сяо Се. — Хороший вопрос, — Ри Шань был спокоен, но его явно тревожила сложившаяся ситуация. — У Се когда ты заметил пропажу? — спросил глава. — Когда мы шли мимо статуй, а вот лестницу они точно преодолевали со всеми, я помню. — Один пропал предположительно на площадке второго этажа, а второй? — У двери в это помещение? — предположил Лю Сан, — мы что, будем терять по одному человеку каждый раз после прохождения ловушек? Может, так группа, что шла тут шесть лет назад и пропала? Ведь люди Десятой тоже не вернулись, ведь так? У Се почувствовал, как у него свело скулы. «Что же это выходит?» *** Толстяк и Очки напряжённо вглядывались в темноту обнаруженной пещеры, когда их догнала группа Эрбая. — Почему вы отклонились от маршрута, Глава же сказал — ни на шаг не отходить от указаний! — строго посмотрел он на обоих. — Мы и не отклонялись, это вы пропали неизвестно как, а потом ещё и это злобное растение!.. — тут же постарался оправдаться Панцзы. Очки же лишь пожал плечами, тут же отвлекая внимание главы Пятой семьи на их находку. — Судя по некоторым признакам — этот человек принадлежал Десятой семье, — рассказав про яму, открывающую при попытке извлечь тело свод явно рукотворной пещеры, добавил он свои выводы. У Эрбай покачал головой, но спрашивать, что за признаки, не стал, все же в этом на опыт Очков он полагался полностью. — Вы уверены, что нам стоит туда лезть, а не дождаться сначала Главу? — видя активность и явный интерес Слепца, лишь уточнил дядя У Се. — Это место не настолько сложное, чтобы привлекать лейтенанта Чжана, — отмахнулся от его осторожности Очки. Панцзы не вмешивался в разговор, стараясь не попасть под горячую руку главы Пятой семьи, но явно был согласен со Слепцом. Толстяку не нравилось, что их разделили с Наивняшкой: все же раньше в такие места они ходили вместе, а тут… Он волновался за друга, поэтому с радостью ухватился за такую возможность отвлечься. — Тогда предлагаю разделиться, — со вздохом решил Эрбай, подзывая своих людей. Азартно сверкающий очками Слепец улыбался во все тридцать два, его тоже не сильно вдохновляло то, что их не взяли в столь интересное и загадочное место, как терем, оставив на берегу. Подготовка не заняла много времени — несколько посланных в основной лагерь людей быстро вернулись с необходимым оборудованием, которое хотя и не очень подходило для наземной гробницы, но, на взгляд Толстяка, вполне годилось для начальной разведки. — Расширим проход и спустимся, — кивнул он Слепцу. — Но не вздумайте уходить далеко, только разведать! И будьте на связи! — У Эрбай собирался остаться на поверхности в маленьком лагере рядом со входом, чтобы следить за обстановкой. — Конечно, мы только одним глазком глянем и обратно! — заверил его Очки, на что получил скептический взгляд. — Будьте серьезнее, я не хочу объяснять У Се, куда делись его друг и наставник! Как ни странно, но это поубавило пыл Панцзы, и он мысленно пообещал себе быть осторожнее, только представив грустного Наивняшку. — Не волнуйтесь, все будет в лучшем виде! — судя по легкомысленному тону, Слепец не волновался и был абсолютно спокоен. Махнув на них рукой, У Эрбай все же отпустил их маленькую группу из пяти человек. Себе он оставил четверых, сказав, что в случае чего вызовет подкрепление из основного лагеря. Неприятные сюрпризы начались сразу — оказалось, что стены найденного хода, предположительно гробницы, мешают сигналу. Суперсовременные рации оказались бесполезны, поэтому после небольшого спора, все остановились на самом простом методе — верёвке. — Каждые десять минут подавайте сигнал, в случае опасности — дерните три раза, — выдал указания все больше хмурящийся Эрбай. Очки и Толстяк согласно кивнули. Ход был низкий, плохо обработанный и больше напоминал лаз копателей или обходные пути строителей, чем обычный коридор, но он вскоре вывел мужчин в вполне просторный зал. Стены были выложены камнем, и на одной из них была фреска с изображением дерева, вокруг которого по четырем сторонам света были нарисованы привычные всем тигр, дракон, черепаха и феникс. И только если сильно присмотреться, можно было заметить, как под определенным углом изображение менялось. Тигр внезапно обрёл крылья, превращаясь из хранителя запада в зло оскалившего клыки Цюнци, а в центре густой листвы угадывался силуэт Цилиня. — Ого! Ничего себе, преобразования! — заметивший это Слепец поднес фонарь ближе, в то время как Толстяк пытался найти выход. Однако помещение казалось закрытым, и единственный ход был за их спиной. По давно выработавшейся привычке, он обходил центр зала — по его опыту такая красивая ровная круглая плита могла быть ловушкой. Но когда все остальные места были осмотрены, он осторожно приблизился, разглядывая узор на плите. Его внимание привлекли вырезанные в камне огоньки по четырем сторонам, и проследив за направлением, он нашел несколько факелов по всей окружности комнаты. — Кажется, я понял, — его голос отвлёк Слепца, фотографирующего фреску. — Ты нашел вход? — он подошёл ближе. — Смотри — тут много факелов, но зажжённые на плите лишь вот эти четыре, — он указал на рельефное изображение. — Что, если мы попробуем зажечь именно эти? Слепец подумал и кивнул. — Думаю, стоит попробовать и желательно, сделать это одновременно. Панцзы кивнул, радуясь, что его предложение одобрили — все же без Наивняшки он чувствовал себя неуютно, обычно за такие вот штуки отвечал У Се. «Как они там, надеюсь тот древний Чжан его защитит…» Когда факелы зажглись, послышался скрежет, и плита медленно двинулась вниз, образуя провал в центре комнаты. Свет фонаря не мог добраться до дна; в очередной раз дернув за верёвку, они начали спуск.