Locus communis (лат. Избитые истины).

- Тре-ни-ров-ка! - крикнула Таня в ухо мирно спящему Гарри, - вставай! Гарри издал слабый стон. И зарылся в подушку. Таня резко откинула одеяло, под которым тот лежал. - Гарри! Шесть часов утра! Завтрак готов! Глаза Гарольда открылись и он посмотрел на нее довольно злобно. Так примерно глядел на него дракон Пепельный, прозорливо подозревая наличие съедобной свежей плоти. Но через секунду Гарри их снова закрыл. И что-то неразборчиво пробормотал. - Гарри, встать! Зарядка! Нам Соловей голову оторвет! Гарри! -Таня уже принялась его тормошить. Гарри шипел, словно змея, попавшая в плохое время и не в то место. В итоге ее старания не прошли даром. Гарри же только прикинулся, что не проснулся. Он резко и неожиданно вцепился ей в руку, затаскивая на себя. Она, от неожиданности, громко и испуганно вскрикнула, оказавшись на нем. Тот довольно улыбался. Секунд десять они смотрели друг на друга, а потом громко захохотали. Гарри привлек ее к себе. Она уютно устроилась на нем, вдыхая запах его кожи. Они, вполне довольные собой и всем миром, мирно лежали в одной постели. - Так, нам надо вставать... - начала она снова. - А ты хочешь? - спросил Гарри. Таня положила ему свою голову на грудь. И запустила свои пальцы ему в волосы, перебирал и играя с ними. Гарри довольно щурился, словно кот на солнце. Ее рука дошла и до проколотого уха, которое стало недавним, вчерашним приобретением. На ухе был кафф в виде дракона. Он, собственно говоря, охранял от дурного глаза и несильных запуков. И вообще, теперь в его глазах поселилась невиданное прежде выражение уверенности в себе. Словно он нашел то, что ему был нужно. Кусочек мазаики, один- единственный, тот самый, недостающий. Зеленые глаза теперь не нуждались в очках(они заглянули к лопухоидам в салон оптики), в глаза были вставлены линзы. Его глаза, поэтому, сияли даже ярче чем обычно. Гарри сразу же признал их превосходство по сравнению с очками. При его всплесках "новой" магии, по его словам, у него меняли цвет глаза: с зеленого до ослепительно-красного цвета. - Нет, не очень... - протянула она. - А почему тогда делаешь? - Надо. - Сухо произнесла она. -Да, надо. Ну что, встаем? - обратился к ней Гарри. Таня сонно зевнула и оторвала свое тело от гарриного. Тот тоже начал подниматься. Она мельком оценила его физическую форму. Тело Гарри было уже не таким худым, а более подтянутым. Таня осознала, что если Гарри поработает над собой, то будет таким сексуальным, что все девчонки будут по нему сохнуть. Он вытянулся в росте. Через полчаса они сидели на кухне и жевали тосты с джемом. Таня неожиданно захихикала, показывая на коллаж на развороте: их команда, все десять человек, стояли толпой. На десятом же человеке вместо лица было черное пятно, поверх которого скакал белый большой вопросительный знак. " Кто же будет нападающим номер 10? Соловей О. Разбойник молчит! " - гласила надпись большими лиловыми буквами прямо над коллажем. Игроки, по обычаю всех волшебных фотографий, двигались и усиленно улыбались. Гарри увидел позади всех Таню. Она не любила фотографироваться, да и ее летательный аппарат был не из меленьких, поэтому она всегда вставала на задний план. Чтобы всех не загораживать. Бакс в своем углу хрустел плавниками с костями вчерашней, вкусно приготовленной Гарри, рыбой. Ему тоже пришлась эта рыбка по вкусу. Он уже давно просек, у кого легче выпросить себе родному еду и шел мяукать и приставать к Гарри. Тот мгновенно понимал, чего именно добивается это маленькое создание и они вместе шли промышлять на кухню. Гарри читал письма, в которых опять была недосказанность. Она сквозила в каждой строчке, въедливым, но все-таки весьма мрачным и портящим настроение приложением. Он, не выдержа намеков и оговорок, выбросил их в мусорную корзину. Письмо от Сириуса он читал гораздо дольше. Оно его обрадовало. В нем Сириус, видимо по просьбе директора, написал что он, Дамблдор, откладывает встречу с Гарри. Ему, мол, некогда совсем. И Сириус передавал привет Тане и выражал свое мнение в письме, что Гарри проводит очень хорошие каникулы. По его ехидные намеки в письме на их отношения он решил ей мудро не зачитывать. - Неплохое письмо, - сказала Таня, - и мы кое-что из него извлекли... - Что же? - удивился Гарри. - Что твой крестный находится в одном квартале с твоим директором, даже ставлю на то, что они встречаются в одном доме. Причем постоянно... - Откуда такие грандиозные выводы? - спросил Гарри, нахмурив брови. Ему очень они не понравились. - Оттого что, Дамби пригласил тебя к себе всего три-четыре дня назад. А в письме Сириуса стояла точная дата написания. То есть, директор твоей школы связался с ним через сутки-другие. Сова - не реактивный самолет. На мысль не наводит? - Во черт! - выругался Гарри. - Выходит, я увижу крестного когда прибуду к Дамблдору на разговор... Черт! Черт, и еще раз черт! - Угу, невесело, - согласилась та. - Пошли побегаем, снимем градус напряжения? - Давай! Они рванули на улицу. И побежали наперегонки. Оба не хотели друг другу в чем-либо уступать, и поэтому помчались как можно быстрее. Эта дикая пробежка, чередуемая с отдыхом, продолжалась до десяти часов утра. Они валились в дом усталые, но улыбающиеся и смеющиеся с приподнятым настроением. И разбежались по разным душам, смыть с себя пот. Остаток дня они провели очень классно, гуляя по Косому переулку, и по разным пригородам и магазинам Лондона. Так же они прошли экскурсией по некоторым местам и достопримечательностям. И ходили за руки, почти постоянно целуясь. Вернулись они ближе к ночи, снова вместе приготовили еду. Вместе вымыли посуду. И вместе, но уже в разных спальнях, рухнули спать. *** Утром они быстро приводили себя в порядок, потом так же быстро протерли и привели в порядок контрабас и метлу. Гарри вешал амулеты. Таня осматривала струны, чистила смычок, проверяла дно на наличие свежайших царапин. Потом они проверили их на поле, которое оба закрыли заклинаниями. Оно стало позже напоминать драконбольное поле: купол был соткан из красных и зеленых искр. Чего категорически не разрешил бы Сарданапал... Вот и полдевятого. Они пошли в прихожую и синхронно схватились за амулет "пончик". Итак, они на поле! - Какого черта здесь команда Магфорда? ! - воскликнула Таня. - Походу мы будем играть именно в этой команде... - негромко проговорил Гарри. Их уже ждали остальные члены команды. Развлекался кто во что горазд, в ожидании тренера. На новичка с метлой все уставились подозрительно, кроме Гурия Пуппера, тот наоборот расцвел, признав в новичке "своего". И сразу же подошел знакомиться. Но как только увидел, что "Танья" держится с Гарри за руки и как они друг другу улыбаются, то сразу все просек и повесил голову, но недолго... Разговор с новеньким растопил его сердце. Учитывая, что Магфорд наравне с Хогвартсом - одна из самых крутых школ Англии, то они мигом обменялись адресами. Вспомнив свою Джейн Петушкофф, он изрядно развеселился. Гарри мило улыбнулся, мгновенно переключая тему с девушек на квиддич и драконбол. Оказалось, что Гурий тоже играет в него. И тоже ловец... Гарри ощутил легчайшее касание по своей ауре, и смог мгновенно определить визитера. Точнее визитершу... Кэрилин Курло. Она с интересом разглядывала парня. Гарри с минуту поколебавшись, чуть склонил ей голову. Она, к огромному удивлению Тани, поступила так же. Таня судорожно стиснула его ладонь, что вызвало у Кэрилин Курло слабую усмешку. Но тут вышел Соловей и все разговоры стихли. Соловей поманил Гарри и тот вышел вперед. Юноша во всем черном не мог не привлечь внимание. Еще и его выдающееся кольцо. Да, сегодня Гарри оделся разительно от тех встреч, что были ранее... - Итак, хочу вам представить Гарри Поттера, школа Хогвартс, Англия. Он будет вместо джинна Фаруха... Играет в нападении. Поприветствуем его! Ему похлопали так, словно провожали в последний путь. Гарри мельком оглянул всех. - Вот состав команды, - Соловей начал говорить, - Глинт, Адмирал Жульсон, О-Фея-Ли-Я, Шейх Спиря, Эмилио Тобуш, Таня Гроттер, Гарри Поттер, Кэрилин Курло, Нутто-Гнутто, Гурий Пуппер, Катя Лоткова... И, разумеется, наш пока что живой и бессменный комментатор, Баб Ягун! Итак, все в воздух! Все вскочили на свои аппараты и в небо вылетело десять игроков обновленной команды. - Эй там, вывести Искристого! - крикнул Соловей О. джинам, когда все оказались в воздухе. Джины поспешно кинулись к воротам ближайшего ангара. Красавец дракон, оказавшись на свежем воздухе, взревел и забил своими крыльями размером с небольшой самолет. Его огненный плевок достиг барьера, оставив на нем след копоти. От него чудом увернулся Нутто-Гнутто. Итак, в воздухе развернулась настоящая баталия: Соловей безжалостно сначала разделил их на две команды, поставив так, как догадался Гарри слабых против сильных. Он явно попал к " сильным". Еще помимо него в команде были Таня, Курло, Гурий и Спиря. Они летали как реактивные самолеты, выстраивались в атакующие схемы в воздухе, уворачивались от резвого дракона, который был недоволен отсутствием свежего человеческого мяса в своем рационе, которое было бы свеже поджаренным. "Ворота" молотили своим шипящим хвостом и громко ревели. Прогоняв их часа два, Соловей призвал всех к себе, чтобы обсудить вопросы тактики. И через пятнадцать минут многочисленные вопросы и схемы спровоцировали спор, перешедший в драку между Спирей, Жульсоном и Глином. Остальные просто на нее смотрели, как за компанию. И быстренько ставили ставки. Кроме Гарри. Тот просто, с помощью Соловья, заточил их в отдельные комнаты без выхода с низкими потолками. Для скорейшего успокоения. И Соловей заблокировал магию на такое же время. При этом прилично и витиевато ругаясь сквозь стиснутые зубы. Через полчаса они рискнули их всех выпустить. Спорщики горестно вздохнули, но спорить не стали. Просто переглянулись между собой, обещая скорейшую кончину после тренировки. Соловей поблагодарил Гарри за содействие. Лоткова фыркнула: она ненавидела темных. Впрочем, Гарри был необычный темный... Вскоре Соловей кончил со схемами и все снова поднялись в воздух. Отрабатывали игру в защите. Только уже всей командой. Заговоренный пас, совместный полет... И вот Соловей выпустил пять мечей. Но они были без магии: чтобы не травмировать дракона. И покрашены под цвет тех самых, которых выпустят на поле только на игре. Это была недавняя новинка Соловея. Игроки начали гоняться за ними. Гарри смог сделать результативную передачу и, якобы "чихательный" мяч, при помощи Тани, влетел в пасть Искристому. Дракон с хрустом разгрыз его. Соловей с земли им похлопал. Потом Гарри сам забросил в пасть зазевавшемуся дракону "одурительный". Затем Гурий забросил в пасть "пламягасительный" мяч, при этом едва вписавшись в крутой поворот. Борьба шла за обездвиживающий и перцовый мяч. О-Фея-Ли-Я вместе с Шейхом и с Тобушом попытались прорваться к пасти, но Тобуш попал в драконий желудок. У Шейха качественно сглазили метлу и, как он справедливо полагал, это сделал новенький. Гарри же сглазил его потому, что тот его подрезал и не дал пас, когда можно было забросить мяч. Гарри прорвался к дракону и смог ухитриться забросить обездвиживающий: они с Гурием и Таней сделали фигуру клин. Дракон растерялся: их трое, а глаз всего два и пасть одна. Соловей бурно отреагировал на запрос именно этого меча в пасть. Он помахал клину из трех фигурок, две из которых были на метлах. И показал, что все круто. А перцовый забросила мигом позже Курло. Игра кончилась. В общем, вся тренировка прошла просто замечательно. Шейх бормотал о том, что его метла сделана из опилок, и ушел с поля первым с намерением купить новую. Затем с ним ушли О-Фея-Ли-Я с Нутто и с Глинтом. Жульсон и Тобуш снова вскочили на свои полетные аппараты и умчались в сторону Грааль Гардарики. Таня аккуратно было подхватила контрабас, но Гарри с легкостью понес его. Сама же Таня несла легкую метлу. Гурий глядел им вслед. Соловей мигом все понял глядя как Гарри не жалуясь на тяжесть инструмента, несет его. И как на него смотрит Таня. Они, переговариваясь, шагали к замку. Гарри хотелось посмотреть на темное отделение, к которому он принадлежал, и комнату Тани. Гарри не переставал удивляться архитектуре Тибидохса. Вдоль лестницы тянулись каменные фигуры атлантов, подпирающие плечами массивные своды. Лестница вывела в громадный зал. Впрочем, Гарри привык к великолепию Хогвартса, его это не слишком удивило. Поразительным было другое – по центру зала, разделяя его на две равные части, бежала синеватая струйка огня. - Белое и черное отделение. - Произнесла Таня. Та часть зала, что слева, была яркой, словно залитой невидимым солнцем. Роняя с хвостов бриллиантовые искры, по плитам, хлопая крыльями, стремительно перелетали жар-птицы, за которыми резво гонялись крепыши купидончики, одетые стараниями Сарданапала в красные подтяжки. Ослепительно белый единорог раздраженно лягался, пытаясь попасть точеным алмазным копытом по дразнившему его ушастому коньку-горбунку в холщовой попоне, явно перешитой из старой скатерти-самобранки. Во всяком случае, когда конек ловко отпрыгивал от единорога, с его попоны дождем сыпались тарелки, пироги с клюквой и копченые свиные окорока. Но такое яркое, хотя и буйное веселье было лишь с одной стороны. Справа же, там, где зал разделялся чертой, по которой бежала струйка огня, была кромешная ночь. В высоких сводах зала проносились нетопыри, на полу шипели змеи, а в дальнем углу, где пахло серой и плесенью, сумрачно громоздился какой-то темный силуэт. - Оригинальный интерьер. Мне похоже туда, - грустно сказал Гарри. Ему уже приветственно махала Гробыня. Черные сразу же переключиться свое внимание на новенького. Таня прошагала за свой стол. Все учителя кивнули ему. Кроме Поклепа. Тот ввинтился в его глаза, но тут же отпрянул: Гарри легко представил в своем сознании бетонные и кирпичные стены. Не удалось Клепе зомбировать и прозондировать новенького. После того, как все более или менее явились на обед, Сарданапал крикнул: - Двое молодца из ларца, одинаковых с лица, накормите нас! Тут же столы начали ломиться от всякого вида еды. Гарри смело положил себе всего, но понемногу. На другой, светлой стороне Таня оживленно рассказывала Ягуну, который на тренировке не был по причине в виде прикручивания на свой пылесос новой насадки с ускорением, как все прошло. Соловей сощурился, увидев что Гарри, оказывается, свой, темный. Зализина попыталась было заистерить, но время и место было выбрано очень и очень неудачно: через два человека от нее, слева, сидел Горьянов, который лихо ее и сглазил. Она с негромким возгласом рухнула под стол. Рита Шито-Крыто легким и почти невидимым заклятием левитации отодвинула ее подальше под стол. Итак через минут сорок все окончательно наелись. Сарданапал загнал молодцев обратно в ларец. Обед закончился. Почти все ушли, а Гарри осторожно прошел и остановился около линии синего огня. Таня тоже. Они глядели в глаза друг напротив друга. И вот их руки соприкоснулись. Синий огонь сначала взъярился, но потом успокоился. Гарри зашел на белую полосу. Эту сцену наблюдала не ушедшая пока к себе Медузия. Они вновь направились на экскурсию. По пути им встретился Глеб Бейбарсов, с которым Гарри по какой-то причине сошелся в разговоре. Глеб кивнул Тане и ушел дальше по своим делам. И вот они в ее комнате. Там уже была Гробыня и едва открыла новую порцию лака для ногтей. Вонь была столь мерзкой, что Гарри заклинанием в мощность одной красной искры распахнул окно. А лак неожиданно вырвался из руки Гробыни и вылился на подушку в гробике. Едва Гробыня попыталась его стереть, как тот, несмотря на предупреждения в применении, начал отвратительно прожигать постельное белье и саму кровать. - Тебя развели, - напрямик сказал Гарри, глядя, как тот шипит и скворчит, прожигая все на своем пути, словно кусок масла на сковородке. - Хреновый лак. Гробыня взвизгнула: - Я убью этих производителей! Сглажу, расчленю... Я... - Давай-давай, мне интересно, продолжай! - Гарри сел на край кровати Тани и уставился на нее. Гробыня несколько раз гневно выразила свое неодобрение, швырнув искрами в скелет. Бедный скелет рассыпался пылью. И так происходило четыре раза. Гарри, через полчаса, вместе с Таней, уже стоял на кромке поля, откуда было возможно переправиться домой. Дома они даже не стали ужинать: еще не переварили тибидохский. И почти сразу расползлись по своим кроватям.