Locus communis (лат. Избитые истины).

Время летело, словно скоростная метла. Нет, словно контрабас в нападении и погоне за мячом. В общем, три недели до дня рождения Гарольда Джеймса Поттера пролетели как один миг. Зарядка, предварительный облет, тренировки Соловья, которые выматывали до такой степени, что ноги просто уже не шли, а руки сводило болью. Потом изучение контракта, предложенного Соловьем( Для этого пришлось посетить Гринготс и нанять личного гоблина-юриста). Потом согласование с министерством... К счастью, никто знакомый там им не встретился. Много, много, много работы. Они с Таней каждый день проводили друг с другом столько времени, что уже просто не представляли как может вообще быть по-другому. С утра Гарри охватило какое-то странное предчувствие. Ему опять приснился сон с закрытой дверь, но Гарри, почему-то повинуясь какому-то внутреннему импульсу, представил в сознании глухую стену. Сон ушел очень быстро и ему стали сниться полеты. Он открыл свои глаза так резко, словно кто-то крикнул ему в ухо. И приподнялся. Но, как оказалось, это был Бакс. Он, оказывается, испытывал нездоровое влечение к подушке напротив лица Гарри и нагло улегся на ней. Ну что скажешь, животное ведь! Гарри шумно выдохнул и погладил его за ухом. Кот сонно приоткрыл один глаз. Моргнул им и закрыл снова, погружаясь в утреннюю дрему. Летнее солнце светило очень ярко и весело. Оно, судя по свежести луча, встало совсем недавно. Гарри кинул взгляд на спящего кота. Зверье лежало на животе, раскинув все четыре лапы в разные стороны. Гарри улыбнулся. И, откинув одеяло, встал одеваться. Таня уже ждала его на кухне. В ней витали вкусные запахи. На столе стоял любимый пирог с почкам, потом пирог с патокой, и куча разных волшебных вкусностей в виде шоколадных лягушек и другой снеди. - С Днем Рождения! И с окончательным началом действия контракта! - прокричала весело Таня и обняла его. Настроение Гарри выросло многократно. - Лови подарки! - Она кинула свой сверток. Гарри, весело ухмыльнувшись, поймал его. Гарри поглядел через ее плечо: на кухонном столе у мойки громоздилось великое множество свертков разного размера, формы и цвета. И пара писем. Свертков было даже больше, чем в прошлом году. - Тут еще и от темного отделения и от команды по драконболу... - быстро сказал Таня, заметил его удивленный взгляд. - О, я не знал, что всем известна моя дата рождения...- фыркнул Гарри. - Это я сказала...- Таня внимательно оглядывала подарки. Особенно ее привлек один из них в кислотной ярко-рыжей обертке. - От Гробыни не советую вскрывать, - она пальцем указала именно на этот сверток. - Там сглаз какой-то наложен. Гарри весело засмеялся: - Я позже посмотрю, а сейчас поедим и побежим на пробежку. Соловей нам голову оторвет. - Я с тобой согласна. Они выбежали в коридор, молниеносно надели кеды и рванули в утренний свежий воздух. Таня и Гарри мчались по дорожке к небольшому озеру, водичка которого была холодной. В этом убедился Гарри, когда Таня ухитрилась нечаянно столкнуть его с метлы. Он тогда хорошо искупался, прямо в одежде. Ветер свистел в лицо, задувая в уши, сердце в груди стучало быстро-быстро, адреналин погони кипел в крови. Вокруг были цветущие травы и разные высокие и не очень деревца. Но они устали. Оба спустились к низкому берегу и улеглись на изумрудную траву, сняв кроссовки. Таня предложила побродить по мелководью. Усталые ноги приятно омыла прохладная вода. Таня любовалась водой, искрящейся в солнечном свету и текущей в оковах берегов. Иногда в воде мелькали серебристые спинки и бока небольших рыбешек. Гарри задумчиво глядел на гладь воды, изредка нарушаемой ветром и водомерками. Они играли с плоскими камешками, найденными на берегу. Смысл игры заключался в том, у кого он больше всего он подпрыгнет над водой. Игра спустя час им наскучила. Камень Гарри подпрыгнул большее количество раз, целых шесть. Солнце переместилось и стояло прямо над головой. Они, улыбаясь, смеясь и разговаривая на самые разные темы, шли домой. Было уже два часа дня. Дома они снова ели пирог. И торт, присланный щедрым Сириусом. Гарри начал шуршать бумагой, открывая свертки и коробки. Он иногда хихикал от вида подарков, иногда громко смеялся и показывал Тане. Делать было решительно нечего. День прошел быстро. Они сегодня решили убраться кухне и почти до самого вечера носились со средством для протирки мебели и тряпками. Все вертикальные поверхности были протерты, мебель придвинута, пыль вытерта. Обертки от подарков были в мусорной корзине, которая громко и периодически икала. У нее тоже был своеобразный праздник, только грязной упаковки. Гарри с Таней сели попить чай в кристально чистой кухне. Кот явно был недоволен тем, что вымыли его миску. Он принюхивался к запаху чистящего средства. И поглядывал на двух хозяев. Тут в куче зашевелилось одно из писем. Видимо, его надо было открыть. Гарри громко зачитал автора: - Альбус Дамблдор. - И уставился на Таню. - Открывай. Видимо срочно. Гарри, морщась, открыл конверт. И вчитался в строки. - Он хочет меня видеть сегодня в 11 часов вечера. И чтобы ты была со мной. И велел быть по определенному адресу... Вот, прочти... - он протянул ей листок пергаментного свитка. - А не мог бы он еще позднее нас пригласить? - язвительно произнесла Таня после прочтения. - Ладно. Нам надо лететь." Пончик "перемещает на большие расстояния, а эта улица не столь далекая от нашего дома... - Да? - удивленно спросил Гарри. - Да. Возьмем, полетаем, - сказала Таня. - Угу. Я произведу небольшой фурор. - Весело сказал Гарри. - Я пойду шмотки выберу. - Хорошая идея, кстати! Добьем их еще и контрактом, который невозможно расторгнуть! - Директор будет в восторге. - Добавил Гарри. Они отправились по своим комнатам, готовиться. Таня открыла дверцы шкафа. Ей не хотелось надевать на себя мантию, но правила приличия надо бы хотя бы раз соблюсти. Она остановила свой выбор на темно-зеленом, под цвет глаз, платье. Оно было бархатным, тяжелым. Его ей подарила Гробыня. Оно было наглухо закрытое, только громадный вырез на спине, до самой поясницы. Гробыня его, кажется, получила или купила на распродаже, и ей оно было не очень к лицу: фиолетовые волосы категорически не сочетались с бархатом. И разумеется, она отдала его Тане, с которой у них был один размер. Тогда у Тани еще не был заключен контракт, и вещи приходилось всячески экономить и стрелять в долг. Или покупать поношенные. Она выглядела в нем как роскошная дама. Она не стала укладывать волосы в прическу. В воздухе ее все равно растреплет и не сдержит ни одно известное заклинание. Чуть косметики и готово. Мантия легла на плечи и Таня вторично ощутила себя неуютно. К счастью, она ее там снимет... Ее окликнул Гарри. Выйдя из своей комнаты, на миг она не поверила, что это он: так он шикарно выглядел. Гарри одел шелковую черную рубашку с коротким рукавом, черные брюки с ремнем и пряжкой в виде льва; его кольцо безумно придавало почти готическому стилю красоты. Высокие ботинки дополняли образ. Перед ней стоял прекрасный черноволосый и зеленоглазый юноша. Кафф-дракон свернулся на левом ухе. - О... Потрясающе выглядишь, Гарри. - Выдавила Таня. За три недели Гарри подкачался и выглядел просто супер. - Ты тоже, очень красива, - возразил Гарри. Все сомнения по ее наряду мигом развеялись. Особенно, когда Гарри увидел потрясающий разрез сзади. Он, совершенно не удержавшись, провел пальцами по красиво обнаженной спине. Таня, как только пальцы Гарри нырнули под платье, мягко вывернулась. - Извини, - с долей раскаяния в голосе произнес Гарри, - мне невозможно было удержаться... - Я не обиделась, Гарри. - Таня весело глядела на него. Часы пробили полдесятого. Таня с Гарри начали поторапливаться. Оба вынесли метлу и контрабас во двор. Был уже вечер, постепенно становилось все темнее и темнее. Ночь потихоньку вступала в свои права. Солнце ушло за горизонт. Оба сели на свои метлу и контрабас. Таня держала в руках письмо Гарри и произнесла заклятие, нить Ариадны. Она тонкой ниточкой начал показывать направление. Они сразу же взлетели и набрали высоту. Нить вела их. Метла и контрабас рассекали воздух. - Нам еще долго? - выкрикнул Гарри, они уже летели минут пятнадцать. - По нити Ариадны: еще минут десять. - Крикнула Таня и смерила направление. Они старались лететь высоко, чтобы их не увидели лопухоиды. Плюс на них было заклинание невидимости и согревающие чары. Иначе бы они быстро закоченели на холодным ветру. Но руки их все равно мерзли. Таня перекладывала смычок из руки в руку, но холод был безжалостен. Гарри молча смотрел то вокруг, то вниз. Вот пролетели они жилой квартал; внизу мелькают огни автострады; затем они летят над Темзой, и далее и далее... Но вот нить превратилась в более золотой, яркий луч. - Мы близко! - крикнула Таня радостно. Гарри промолчал. Он боялся, что если откроет рот и наглотается холодного воздуха, то быстро заболеет. За Таню он тоже переживал. Вот они спикировали и оказались на темной улочке, едва освещенной дальним фонарем. На газоне, чего сильно обрадовало Таню. Она ловко подхватила контрабас, чтобы его не поцарапать. Нить, которая вела их, растаяла. Часы вдалеке пробили одиннадцать. - И где же дом? - Таня начала злиться.- Где Площадь Гриммо 12? Обстановка словно ждала этого вопроса. На стыке двух домов номер 11 и 13 неожиданно начал рости третий. Таня фыркнула и потирала замерзшие руки. - Фиговая маскировка! - выразила она общее с Гарри мнение. Вот и дверь с порогом. Гарри подхватил контрабас Тани, а Таня взяла метлу и держала смычок. Голос Феофил Гроттера в перстне что-то неясно проскрипел на великолепной латыни. Что-то про отношения. Таня с интересом глянула на дверь: заколдована ли она? - Стучи уже, а то я войду не тихо, - зашипел на нее Гарри, с тяжестью контрабаса на руках, - разнесу ее на молекулы! Таня негромко хохотнула и вежливо постучала. Серебряный дверной молоток был сделан в виде извивающейся змеи. Они снова прождали на пороге минут пять. Гарри тонко взвыл и одним ударом красной искры нажал на дверной звонок. Причем этот звон мог бы и мертвого поднять: Гарри наложил на звук заклятие увеличения. Этот звон стал настойчиво громкий. Таня едва успела зажать уши: Гарри, как и все темные, имел склонность к преувеличению и немного перестарался. К двери быстро промчались и их просмотрели в дверной глазок. Тут Таня уже начала поднимать кольцо, чтобы грамотно, по урокам Зубодерихи, наложить приличный сглаз, как дверь распахнулась. Но пороге стояла миссис Уизли. - Гарри! - Гарри, из-за контрабаса, мило улыбнулся ей самой холодной улыбкой, которую мертвец бы принял за образец, - Таня! - Таня глядела на нее во все глаза. Ее кольцо пылало зеленой невыпущенной искрой. - Проходите, мы вас ждем! Правда что-то случилось с дверным звонком... Он так нас напугал всех! Она еще что-то говорила, но тут Гарри не выдержал: - Миссис Уизли, дайте нам пройти! Мы только что прилетели! - Ох, я не заметила, - Таня при этих словах крепко выругалась на родном русском языке. - Идите! - Она потеснилась, пропуская их внутрь. Переступив порог, Гарри с Таней попали в почти полную тьму прихожей. Пахло сыростью, пылью и чем-то гнилым, сладковатым. Ощущение — как от заброшенного здания. - Круто, - брезгливо оценила Таня. - А где черепа, кости и прах? - Гарри заржал во весь голос. Миссис Уизли зажгла свет. Раздалось тихое шипение — и на стенах ожили старинные газовые рожки. В их слабом мерцающем свете возник длинный мрачный коридор с отстающими от стен обоями и вытертым ковром на полу. Над головой тускло отсвечивала затянутая паутиной люстра, на стенах вкривь и вкось висели потемневшие от времени портреты. Из-за плинтуса до них донеслось какое-то шебуршение. И люстра, и подсвечники на расшатанном столе были оформлены по-змеиному. - А Глебу тут бы понравилось, очень даже понравилось бы... - пробормотала Таня. Гарри был уже весь красный от того, что пытался хоть как-то сдержать рвущийся из груди хохот. Он едва смог положить контрабас и метлу и мягко, с осторожностью установя их на только что созданные из воздуха подставки. - Ах, Гарри, как я рада тебя видеть, — прошептала миссис Уизли, стиснув его так, что ребра затрещали. - И тебя Таня. - Таня с глазами героя-мученика приняла объятия. Гарри отвернулся, не в силах больше наблюдать это цирк. - Мы кое-кого ждем, вам надо пока наверх. - Наверх? - заикнулась Таня. Ее глаза выдавали то, что она в ярости. - Да, наверх. Сейчас все соберутся... У нас собрание. Я позову, когда кончится... Вас прово... - Гарри, пошли, - Таня не стала дослушивать фразу до конца. Гарри, не глядя на замерзшую истуканом миссис Уизли, пошел вслед за Таней, которая лениво сняла мантию, обнажая идеальную спину. Он тоже снял мантию, демонстрируя свой наряд. Мантии, при помощи заклинания левитации, примененной Таней, повисли на вешалках. Гарри с Таней топали на третий этаж. Они миновали большую подставку для зонтов, сделанную, казалось, из отрубленной ноги тролля, и начали подниматься по темной лестнице. На стене Таня увидела несколько сморщенных голов, расположенных в ряд на декоративных пластинах. Приглядевшись, она поняла, что это головы домовых эльфов. У всех — одинаковые вытянутые носы-рыльца. Ее едва не стошнило от омерзения. Она быстро уткнулась в рубашку Гарри. Тот пустил искру и все головы оказались занавешены непрозрачной, темной тканью, которая полностью закрывала их. И только тогда Таня рискнула поднять голову. - Спасибо, - сказала она, с трудом подавив рвотный позыв. - Не за что. Пошли дальше. Они оказались на третьем этаже. Гарри смело пересек грязную лестничную площадку, повернул дверную ручку спальни, сделанную в виде змеиной головы, и открыл дверь. На мгновение они созерцали мрачную комнату с высоким потолком и двумя кроватями. Потом раздалось громкое птичье верещание, а следом еще более громкий возглас, и все поле их зрения заполнила пышная масса густейших волос. Гермиона, кинувшись к Гарри с объятиями, чуть не сбила его с ног, а Сычик, маленькая сова Рона, стал бешено кружить у них над головами. - Гермиона! Рон! - Гарри вежливо отстранился, пропуская вперед Таню. - Привет! Мы только что прилетели! Дайте нам вздохнуть немного! Таня вежливо созерцала захламленную всяким хламом комнату. Рон открыто пялился на ее голую спину. Теплое сияние, вспыхнувшее в Гарри при виде двух лучших друзей, погасло, и в живот хлынуло изнутри что-то ледяное. Целый месяц протосковав по Рону и Гермионе, он теперь вдруг почувствовал, что не прочь остаться одному с Таней. - Привет, Таня, - вежливо сказала Гермиона. Таня кивнула ей, все еще осматривая простор комнаты. И отогнала Сыча от своей головы. Тот полетел куда-то вглубь комнаты. - А, я еще краем уха слышал про ... что это за место? — внезапно выпалил Гарри. - Штаб-квартира Ордена Феникса, - мгновенно ответил Рон. - И что за столь секретная организация, как я понимаю, делает в этом, - Таня повела рукой вокруг, - захолустье? - Это тайное общество, — быстро сказала Гермиона. — Его основал Дамблдор, он же и возглавляет. Участвуют главным образом те, кто боролся против Сам-Знаешь-Кого еще в прошлое его появление. - Это вы про вашего Волан-де-Морта? - спросила Таня. Рон и Гермиона синхронно вздрогнули. - Угу, - пробурчал Рон. - Кто входит в общество? — спросил Гарри. - Совсем немного народу. - Мы знаем человек двадцать, — сказал Рон, — но думаем, что есть и другие. Гарри смотрел на них. - Ну? — требовательно спросил он, глядя то на Рона, то на Гермиону. Таня наконец-то удостоила двоицу своим пристальным вниманием. - Э… — смешался Рон. — Что — ну? - Волан-де-Морт, вот что, — яростно крикнул Гарри, и его друзья одновременно снова вздрогнули. — Какие новости? Что он затеял? Где он? Как мы будем с ним сражаться? - Правильные вопросы, - прибавила Таня. - Нас не пускают на собрания Ордена, — нервно сказала Гермиона. — Поэтому подробностей мы не знаем, только общую идею смогли уловить, — торопливо добавила она, увидев выражение лица Гарри. - Понимаешь, Фред и Джордж изобрели Удлинитель ушей, — сказал Рон. — Очень полезная штука. - Чего Удлинитель? - переспросила Таня. - Ушей, ушей. Правда, в последнее время пришлось перестать подслушивать: мама узнала и устроила жуткий скандал. Фред и Джордж теперь прячут все свои Удлинители, чтобы мама не выбросила. Но до этого мы хорошо ими попользовались. Мы знаем, что некоторые члены Ордена следят за выявленными Пожирателями смерти, ведут их учет… - Другие набирают в Орден новых членов, — подхватила Гермиона. - А третьи что-то стерегут, — сказал Рон. — Там все время идут разговоры об охране. - Я даже догадываюсь, кого, - Таня не сдержала смеха, рвущегося из груди и села на край кровати. Гарри, Рон и Гермиона тоже громко захохотали. - Так чем же вы занимались, если вас не пускали на собрания? — спросил Гарри. — Вы писали, что очень заняты. - Это правда, — быстро ответила Гермиона. — Мы очищаем дом, ведь он пустовал много-много лет и здесь чего только не завелось. Кухня и большая часть спален уже готовы, завтра займемся гости… А-а-а! С двумя громкими хлопками посреди комнаты возникли из ничего близнецы Фред и Джордж, старшие братья Рона. Сычик заверещал еще бешеней прежнего и порхнул на шкаф. - Да перестаньте же наконец, — устало сказала Гермиона близнецам, таким же рыжим, как Рон, но не столь долговязым и более плотным. - Ну что вы ржете? - недовольно проговорил Фред. - Вы нам мешаете собирать инфу! - Тем временем Джордж с интересом разглядывал Таню. Они нечасто видели ее, так как большей часть изобретали что-либо в кабинете или потайном ходе. - Привет, красотка! - обратился к ней Джордж. Таня неспешно оглядела его с ног до головы. В Гарри вспыхнула искра ревности. Он мягко подошел к Тане. Та перевела на него взгляд и улыбнулась ему. Он взял ее под руку и плюхнулся рядом, обнимая ее за плечи. Джордж мигом оценил обстановку: - О, Гарри, прости... Мы с трудом поняли, что это твоя девушка... Мы не хотели... Будем знакомы? - Будем, - Таня пожала его протянутую руку. Худой мир был восстановлен. Ревность Гарри быстро угасла. Фред, держал какой-то длинный, телесного цвета шнур. - Удлинитель ушей, — объяснил он, увидев вскинутые брови Гарри, и поднял шнур повыше. Оказалось, что он тянется на лестничную площадку. — Мы пытаемся узнать, что делается внизу. - Вы только поаккуратней, — посоветовал Рон, глядя на Удлинитель. — Если мама опять увидит… - У них большое собрание, ради этого стоит рискнуть, — сказал Фред. Дверь открылась, и возникла длинная рыжая грива. Джинни. - Ой, Гарри, здравствуй! Таня, рада тебя видеть! — радостно воскликнула Джинни, младшая сестра Рона. — Мне послышался твой голос. — Потом она повернулась к Фреду и Джорджу: — С Удлинителем ушей ничего не получится, она наложила на кухонную дверь Заклятие недосягаемости. - Откуда ты знаешь? — спросил Джордж, сразу упав духом. - Мне Тонкс рассказала, как это выяснить, — ответила Джинни. — Ты просто кидаешь в дверь чем попало, и если не долетает — все, значит, недосягаемая. Я бросала с лестницы навозные бомбы, так они отплывают от двери, и только. Можете не рассчитывать, что просунете под нее Удлинитель ушей. - Зато, я его смогу усовершенствовать, - Таня поднялась с кровати, которая негодующе скрипнула. - Дайте сюда. Близнецы, поколебавшись с минуту, уступили. Таня положила шнуры на соседнюю кровать и произнесла заклинание: - Спецслужбус прослушкус! - из ее перстня вырвалась зеленая маленькая искорка. - Все! - Объявила она близнецам, - выдвигаемся! Но узнать что-либо времени уже не было: — Атас! Фред с силой потянул на себя Удлинитель ушей. Раздался новый громкий хлопок, и они с Джорджем исчезли. Спустя несколько секунд в дверях спальни появилась миссис Уизли. — Собрание кончилось, идите вниз ужинать. Всем не терпится тебя увидеть, Гарри. Но можно узнать, откуда, под кухонной дверью навозные бомбы? — Это Живоглот, — с невинным видом соврала Джинни. — Он любит с ними играть. — Понятно, — сказала миссис Уизли. — А я думала, Кикимер, он горазд на всякие странные выходки. Не забудьте вести себя в коридоре потише. Джинни, у тебя страшно грязные руки, что ты такое делала? Вымой их, пожалуйста, перед ужином. Джинни корчила гримасу, пока окончательно не ушла из комнаты. - А кто такой Кикимер? - спросила Таня, когда они спускались по лестнице. - Здешний эльф-домовик, — ответил Рон. — Псих полнейший. Первый раз такого вижу. Гермиона бросила на него сердитый взгляд: - Никакой он не псих, Рон. - Святая цель его жизни — чтобы ему отрезали голову и вывесили ее на дощечке, как голову его матери, — раздраженно сказал Рон. — Это что, нормально? - Таня содрогнулась. - Ну… если даже он немножко странный, его вины в этом нет. Рон игриво стрельнул глазами в Гарри. - Гермиона все еще носится со своим обществом… Как его там? - Я ни с чем не ношусь! — вспылила Гермиона. — Я пытаюсь бороться за права эльфов, понятно тебе? Дамблдор, между прочим, тоже считает, что мы должны относиться к Кикимеру гуманно. - Ну ладно, ладно, — сказал Рон. — Пошли, я умираю с голоду. Он первым вышел на лестничную площадку, на первом этаже и тут... - Стойте! — прошептал Рон и, выбросив назад руку, остановил Гарри и Гермиону, Таня остановилась в тени. — Они еще в коридоре, может, что и услышим. Бесшумно наклонившись над перилами, все четверо посмотрели вниз. В сумрачном коридоре под ними было полно волшебников и волшебниц. Все взволнованно перешептывались. В самой гуще толпы Гарри увидел черные сальные волосы и крючковатый нос профессора Снейп — наименее любимого им из педагогов Хогвартса. Гарри сильней перегнулся через перила. Ему очень интересно было, что делает Снейп в Ордене Феникса. Перед самыми его глазами вдруг возник шнур. Он посмотрел наверх и увидел на площадке этажом выше Фреда и Джорджа, которые тихо опускали к темному скоплению людей в коридоре Удлинитель ушей. Секунду спустя, однако, волшебники двинулись к выходу и пропали из поля зрения. До Гарри донеслось тихое ругательство Фреда, поднимавшего Удлинитель обратно. Они услышали, как входная дверь открылась, потом закрылась. - Снейп никогда здесь не ест, — негромко сказал Рон, обращаясь к Гарри с Таней - И хорошо, что не ест. Пошли. - В коридоре надо потише, — шепотом напомнила им Гермиона. Миновав зановешенные головы эльфов на стене, они увидели у входной двери Люпина, миссис Уизли и женщину с ядовито-розовыми волосам которые магически запирали за ушедшими многочисленные замки и засовы. - Ужинать будем на кухне, — прошептала миссис Уизли, встретив их у подножия лестницы. — Гарри, милый, пройди на цыпочках по коридору вон к той двери… БАБАХ! - Тонкс! — в отчаянии крикнула, оборачиваясь, миссис Уизли. - Простите! — взмолилась Тонкс, та самая, с розовыми волосами, растянувшаяся на полу. — Все эта дурацкая подставка для зонтов, второй раз об нее… Но конец фразы потонул в ужасном, пронзительном, душераздирающем визге. Траченные молью бархатные портьеры, мимо которых Гарри прошел раньше, раздернулись, но никакой двери за ними не было. На долю секунды Гарри почудилось, будто он смотрит в окно, за которым стоит и кричит, кричит, кричит, точно ее пытают, старуха в черном чепце. Потом, однако, он понял, что это просто портрет в натуральную величину, но портрет самый реалистический и самый неприятный на вид из всех, что когда-либо ему попадались. Изо рта у старухи потекла пена, она закатила глаза, желтая кожа ее лица туго натянулась. Вдоль всего коридора пробудились другие портреты и тоже подняли вопль, так что Гарри невольно зажмурился и закрыл уши ладонями. Таня зажала уши руками. Люпин и миссис Уизли кинулись к старухе и попытались задернуть портьеры, но это у них не вышло, а она завизжала еще громче и подняла когтистые руки, точно хотела расцарапать им лица. — Мерзавцы! Отребье! Порождение порока и грязи! Полукровки, мутанты, уроды! Вон отсюда! Как вы смеете осквернять дом моих предков… Тонкс, ставя на место громадную, тяжеленную ногу тролля, все извинялась и извинялась; миссис Уизли бросила попытки снова занавесить старуху и забегала по коридору, один за другим утихомиривая остальные портреты Оглушающим заклятием. Из двери, перед которой стоял Гарри, стремительно вышел мужчина с длинными черными волосами. Но тут Гарри это все достало и он крикнул во всю мощь легких: - Заткнись! - Старуха и все оглянулись на него. Старуха неожиданно резко ушла из рамы. И мужчина, вышедший из комнаты, задернул портьеры. Он обернулся, и Гарри узнал в нем своего крестного, Сириуса. - Ну, здравствуй, Гарри, Таня, — хмуро сказал он. — Ты, Гарри, я вижу, уже познакомился с моей мамашей. - Это, - Таня пребывала в легком шоке от увиденного, - ваша мать?! - Да, вам что, никто не сказал? Это дом моих родителей. Но я последний из оставшихся Блэков, и дом теперь мой. Я предложил его Дамблдору в качестве штаб-квартиры. Это едва ли не единственная польза, какую я могу сейчас принести. Гарри, ожидавший более сердечного приема, отметил про себя, что голос Сириуса звучит и жестко, и горько. Они вместе с Таней вошли в подвальную кухню. За ними шли остальные. В этом похожем на пещеру помещении с грубыми каменными стенами было так же мрачно, как в коридоре над ним. Главным источником света был большой очаг в дальнем конце кухни. За мглистой завесой трубочного дыма, стоявшего в воздухе как пороховой дым битвы, угрожающе вырисовывались смутные очертания массивных чугунных котелков и сковородок, свисавших с темного потолка. Посреди множества стульев и кресел, которые принесли для участников собрания, стоял длинный деревянный стол, заваленный пергаментами, заставленный кубками и пустыми винными бутылками. Еще на нем громоздилась какая-то куча тряпья. У дальнего края стола, наклонив друг к другу головы, о чем-то тихо беседовали мистер Уизли и его старший сын Билл. Таня, применив чистящие чары и выпустив две зеленых искры, чем немного напугала миссис Уизли, очистила стол от копоти, грязи. Она не любила беспорядок. - У меня тяга к чистоте, - провозгласила Таня. Миссис Уизли промолчала и кашлянула. Ее муж, худой лысеющий рыжеволосый человек в роговых очках, встрепенулся, поднял голову и вскочил на ноги. Поверх его плеча был виден Билл, чьи длинные волосы, как и раньше, были стянуты в конский хвост. Он торопливо скатывал в трубки оставленные на столе пергаменты. - Гарри! — воскликнул он и, бросившись к вошедшему, энергично тряхнул его руку. — Я страшно тебе рад! Вы, как я полагаю, мисс Гроттер. Таня кивнула и окончательно села за стол, рядом с ней приземлился Гарри. - ... если вы хотите поужинать до полуночи, мне нужна помощь, — обратилась миссис Уизли ко всем собравшимся. — Нет, ты уж сиди, милый Гарри, отдыхай с дороги. Таня, тоже самое. - Что нужно делать, Молли? — с воодушевлением спросила Тонкс, вскакивая с места. Она уже ранее познакомилась с Таней и с Гарри. Миссис Уизли посмотрела на нее с опаской. - Э… — заколебалась она, — нет, Тонкс, спасибо, ничего не надо, ты тоже сегодня устала. - Нет, нет, я хочу помочь! — радостно возразила Тонкс и, сшибив по дороге стул, бросилась к кухонному шкафу, откуда Джинни уже вынимала столовые приборы. Таня издала смешок. Сириус представил человека, что Гарри по ошибке принял за кучу тряпья. Его звали Наземникус Флетчер. Вскоре несколько больших ножей под присмотром мистера Уизли вовсю резали мясо и овощи без всякой человеческой помощи, миссис Уизли помешивала в котле, висящем над огнем, остальные вынимали и ставили на стол тарелки, кубки и съестное. Гарри остался сидеть за столом с Таней, Сириусом и Наземникусом, который, моргая, глядел на него все так же тоскливо. И попытался закурить. Таня ему это не простила. Она подняла руку и из сигары или сигареты, только что зажженной волшебной палочкой Назема выросла колючая роза. Тот здорово об нее укололся. - Ай! - и выронил ее. Сириус засмеялся своим лающим смехом. - Мистер Наземикус, может, закурите в другом месте? - Таня смотрела на него своим фирменным жестким взглядом. Гарри подобрал розу. Таня приметила пустую вазу и в ней появилась вода. Она соскользнула со стула, взяла цветок из рук Гарри и поставила ее в вазу. - Да, - жалобно пробелеял Назем, поймав взгляд миссис Уизли. - В другой раз... - Фред, Джордж… Ну почему не в руках?! — крикнула миссис Уизли. Гарри, Сириус и Наземникус обернулись и миг спустя дружно нырнули под стол. Фред и Джордж приказали большому котлу с тушеным мясом, железной фляге со сливочным пивом, массивной доске для резки хлеба и лежащему на ней хлебному ножу отправиться к ним своим ходом. Закопченный котел проскользил по всему столу и резко остановился у самого края, оставив на деревянной поверхности длинную черную полосу. Фляга со звоном упала, расплескав повсюду свое содержимое. Нож соскользнул с доски и воткнулся, зловеще подрагивая, в стол в точности там, где пару секунд назад лежала правая ладонь Сириуса. Таня испуганно пустила искры и расплавила его, при этом вскочив со стула. - Ради всего святого! — взмолилась миссис Уизли. — Ну зачем было это делать?.. Нет, с меня довольно. Если вам теперь можно использовать волшебство, это не значит, что надо махать палочками направо и налево! - Таня быстро отвела взгляд, хотя это не предназначалось ей. - Мы просто время хотели сэкономить! - возразил матери Фред. Таня, чуть дрожа, опустила кольцо. Гарри подошел к ней, успокаивая. Они снова спокойно сели. - Ни один из ваших братьев ничего подобного не делал! — бушевала миссис Уизли. Она с размаху поставила на стол новую флягу сливочного пива и пролила почти столько же. — Билл не считал нужным трансгрессировать через каждые пять шагов! Чарли не пробовал заклинания на всем, что попадалось под руку! Перси… Она резко умолкла и испуганно, не дыша посмотрела на мужа, чье лицо вдруг застыло. - Давайте же есть, — быстро предложил Билл. - Вид страшно аппетитный, Молли, — сказал Люпин и, положив на тарелку тушеного мяса, передал ей через стол. Несколько минут стояла тишина, перебиваемая только постукиванием ножей и вилок о тарелки и поскрипыванием сидений под едоками. Потом миссис Уизли повернулась к Сириусу, что-то рассказывая. Но тут в кухню вошел еще один персонаж. Все повернулись к входящему. Седовласый старик. Этим входящим оказался Альбус Дамблдор собственной персоной... - Альбус! Мы тебя не ждали! Садись! - пригласила его миссис Уизли. Директор кивнул. Гарри произнес, откидываясь на стуле: - Здравствуйте, профессор Дамблдор. - Здравствуйте сэр. - Коротко произнесла Таня. И голубые глаза скользнули по ним обоим. Таня мигом заблокировала подзеркаливание, поставив блок. Она поняла, что Гарри поступил так же. Судя по прищуривающемуся взгляду за стеклами очков. Он отметил и внешний вид Гарри и Тани. - Вам обоим привет, друзья. Гарри, я рад видеть тебя в добром здравии, - Таня почуяла в слова Дамби неискренность. В них было столько же золота, сколько в хорошей и качественной подделке. И незаметным жестом нашла под столом ногу Гарри и надавила на нее своим каблуком. Тот понял намек. - Как твое лето? - О, более чем замечательно, сэр. Лучшее лето в моей жизни. - Гарри, не стесняясь, положил свою ладонь поверх лежавшей на столе ладони Тани. И слабо сжал ее. Таня почувствовала в себе ровное пятно тепла. Ее захватило щемящей нежностью. Она клокотала в ее груди, словно океан. Ощутила то самое чувство. Она любит его... Она порозовела и улыбнулась ему. От нее не скрылся взгляд Сириуса с Люпином. Они переглянулись и обменялись понимающим взглядами. - Просто замечательно... - Сэр, позвольте мне кое в чем признаться... - проговорил Гарри якобы раскаяно. "... молодец, Гарри. Лучшая защита - это нападение", - подумала Таня. - Эм? - спросил Дамблдор удивленно. Таня ощутила легкое злорадство, но себя сдержала. - Я заключил контракт с командой по драконболу... - в голове у Тани образы тараканов аплодировали, стоя на задних лапах. - Теперь я получаю полторы тысячи галлеонов в месяц. И играю за Англию, как бы представляю ее в мировой команде. Его нельзя отменить. Он ровно на один год. Я играю с такими как Кэтрин Курло и Гурий Пуппер... Меня заприметил тренер команды, Соловей... - пока Гарри произносил свою пламенную речь, Таня любовалась реакцией остальных, сжимая руку Гарри. Мистер и миссис Уизли приоткрыли свои рты и хлопали глазами. Сириус ликовал. Люпин настороженно качал головой. Рон жадно блестел глазами при фразе о том, сколько Гарри будет получать, и его вилка с салатом эффектно пронеслась мимо рта. Тонкс в упор глядела на Гарри, но внимательно слушала. Джинни открыла рот прямо совсем как ее мать. А Дамби незаметно (кроме Тани, внимательно смотрящей на всех и отмечающей каждую деталь) для всех, серел лицом. - ... ну, вот... - Гарри остановился. - Я официально игрок по драконболу. - Здорово! - воскликнул Сириус, опережая всех, - поздравляю! Мой мальчик будет играть в драконбол! - Я вас на матч приглашу. Он состоится через три недели. Пришлю всем билеты с совой. - Но в чем причина столь важного для тебя решения? -Таня, услышав эту фразу, мысленно пожелала Дамблдору поперхнуться куском еды. - Ни для кого не секрет, что я хочу иметь семью. И главное - я хочу свой дом. И я добьюсь этого ни смотря ни на что. - Гарри подчеркнуто не смотрел на Сириуса. Тот быстро опустил глаза. Люпин странно отреагировал на это: тоже опустил глаза и неловко завозился на стуле. - Надеюсь, что с Таней у нас это получится. - Он взглянул на сидящую рядом Таню и поднес ее руку к своим губам и поцеловал ее. - Но опасность в виде... - Ничего, думаю тот не нападет при команде девяти мощных волшебников, и кучи волшебников из обоих министерств магии. Да еще и учителя есть, мы ведь тренируемся в Тибидохсе. Он не такой идиот, чтобы соваться туда. Тем более я буду вечно не один. Мой контракт видел Фадж и Людо Бэгмэн. Потом еще посмотрели гоблины-юристы. Я на него согласился. Я думаю, что руководство школы пойдет мне на встречу, отпуская на тренировки два - три раза в неделю. К вам еще в школу должен явиться мой тренер, Соловей Одихмантьевич. Он еще с вами кое-что должен обговорить. У меня все. - Драконбол безумно опасен! - воскликнула Гермиона, но Гарри возразил: - Ни одного смертельного случая с 1800 года. Чем не мог бы похвастаться квиддич. Да еще мы все застрахованы. Я ухожу из команды по квиддичу. Мне будет совершенно некогда играть в команде. - А Таня тоже в команде? - спросил Рон. Эта новость была для него шоком. Таня кивнула. Дамблдор предпринял последнюю попытку: - А как же экзамены и уроки? - Я уже начал подготовку. Сдам досрочно. - Уверенно сказал Гарри. - Вот как. Смело, мой мальчик... - лицо Гарри при этих словах вытянулось, словно он проглотил кусок лимона. - А как ты будешь добираться? - За мной зайдет Таня. У нее есть перемещающий амулет. - Гарри умолчал, что он теперь есть и у него самого. - Но я хочу знать, что я тут пропустил? - Не так много. Но все, что мы от тебя узнали, очень нам помогло. Согласиться с тем, что Волан-де-Морт возродился, означает великую головную боль для Министерства. Ни с чем подобным оно не сталкивалось почти четырнадцать лет, — горько сказал Сириус. — Фадж просто не в состоянии взглянуть правде в глаза. Гораздо удобней считать, что вы, Дамблдор, лжете, стремясь сделать его, Фаджа, положение неустойчивым. - Я знаю, что он не поверил... - Понимаешь, да, в чем проблема? — спросил Люпин. — Пока Министерство утверждает, что Волан-де-Морта бояться нечего, очень трудно убеждать людей, что он возродился, особенно если они и сами не склонны этому верить. К тому же Министерство сильно давит на «Ежедневный пророк» — запрещает писать. Поэтому рядовые волшебники большей частью не знают о случившемся ровно ничего, и это делает их легкой добычей Пожирателей смерти, если они используют заклятие Империус. - Но вы-то ведь сообщаете людям, да? — спросил Гарри, глядя поочередно на мистера Уизли, Сириуса, Билла, Наземникуса, Дамблдора, Люпина и Тонкс. — Вы им говорите, что он возродился? - Мы все стараемся, но пока... Если мы будем часто болтать, то окончательно растеряем все, что у нас пока есть... - сказал Дамблдор, сложив пальцы в обеих руках вместе. Он рассеяно уставился на потолок. - Тайно, - произнесла Таня. - Вы тайно убеждаете людей. Как и ваш темный волшебник...- Дамблдор поймал ее взгляд и кивнул. - Тот же принцип вербовки... - Волан-де-Морт не ходит от дома к дому и не стучится к людям в двери, — сказал Сириус. — Он обманывает, околдовывает, шантажирует. У него богатый опыт тайной деятельности, и вербовка сторонников — только одно из ее направлений. У него есть и другие планы, которые он надеется осуществить без всякого шума, и как раз им-то он сейчас уделяет главное внимание. - Что ему нужно, кроме сторонников? — спросил Гарри, и ему показалось, что Сириус, прежде чем ответить, обменялся с Люпином быстрым взглядом. — То, чем он может завладеть только исподтишка. Взгляд Гарри оставался таким же озадаченным. Зато Таня выпрямилась на своем стуле. Ее нога под столом наступила на ногу Гарри, предупреждая его. - Некое, скажем так, подобие оружия, — добавил Сириус. — То, чего у него не было в прошлый раз. - Когда он был силен? - Да. - Что за оружие? — спросил Гарри. - Гарри, вы с Таней, как я понимаю, совершили сегодня длительный перелет, - обратился к ним обоим Дамблдор. - А вам наверное надо отдохнуть. Таня вмиг все поняла: - Да, нужно. Для нас есть отдельная комната? Для отдыха? Мы все равно завтра отбываем на тренировку... - Идите тогда наверх, - миссис Уизли встала . - Я провожу вас. Гарри встал. И, не глядя ни ни кого, пожелал всем спокойной ночи. Таня шла за ним под руку. Взрослые же глядели вслед молодой паре.