Locus communis (лат. Избитые истины).

- Но почему ты больше не ходишь на уроки окклюменции? - нахмурившись, спросила Гермиона у Гарри. - Я же тебе говорил, - пробормотал Гарри. - Снейп считает, что теперь, когда основы изучены, я могу продвигаться дальше самостоятельно. Вот и все. Был первый день пасхальных каникул, и Гермиона, по своему обыкновению, провела большую его часть, составляя расписание подготовки к экзаменам для Рона. Гарри и Рон не мешали ей: это было проще, чем ввязываться в спор. Рон с ужасом обнаружил, что до экзаменов осталось всего полтора месяца. - Как ты мог об этом забыть? - требовательно спросила Гермиона, дотрагиваясь своей палочкой до расписания Рона. От ее прикосновений квадратики на расчерченном листе пергамента по очереди вспыхивали разными цветами в зависимости от предмета, которому они соответствовали. - Не знаю, - ответил Рон. - Так много всего происходило… - Ладно, держи, - сказала она, протягивая ему расписание. - Готовься по нему, и все у тебя будет в порядке. Рон мрачно поглядел на пергамент, но потом его лицо прояснилось. - Ты отвела мне по одному свободному вечеру на каждой неделе! - Это для тренировок по квиддичу, - сказала Гермиона. Улыбка Рона увяла. - Какой в этом смысл? - угрюмо сказал он. - В этом году у нас столько же шансов выиграть Кубок по квиддичу, сколько у моего отца - стать министром магии. Гермиона ничего не ответила: она смотрела на Гарри, который невидящим взглядом уставился в противоположную стену гостиной, хотя Живоглот царапал его руку, требуя, чтобы ему почесали за ухом. Он думал. - Что с тобой, Гарри? - Со мной? Ничего, - поспешно ответил он. Схватив книгу «Теория защитной магии», он притворился, будто ищет что-то в указателе. Живоглот, решив, что бессмысленно тратить на него время, скользнул прочь под стулом Гермионы. На душе у него скребли кошки. Всю жизнь он свято верил, что его родители были прекрасными людьми, и потому ни секунды не сомневался в том, что злобные выпады Снейпа в адрес его отца - чистейшей воды клевета. Разве другие, например Хагрид и Сириус, не говорили ему, каким замечательным человеком был его отец? - Ну да, конечно, ты посмотри на самого Сириуса, - раздался у него в голове чей-то язвительный голос. - Неужто он был лучше? Да, однажды он случайно услышал от профессора МакГонагалл, что его отец с Сириусом были в школьные годы порядочными смутьянами, но она говорила о них как о предшественниках близнецов Уизли, а Гарри не мог себе представить, чтобы Фред с Джорджем подвесили кого-нибудь в воздухе вверх тормашками просто ради забавы… разве что если бы по-настоящему его ненавидели… может, они и поступили бы так с Малфоем или кем-нибудь другим, кто действительно этого заслуживал. Гарри попытался убедить себя в том, что Снейп заслужил мучения, выпавшие на его долю, но разве Лили не спросила: «Что он вам сделал?» — и разве Джеймс не ответил ей: «Пожалуй, все дело в самом факте его существования, если ты понимаешь, о чем я»? Неужели Джеймс затеял все это только потому, что Сириус пожаловался на скуку? Гарри вспомнил давнишний разговор с Люпином на площади Гриммо: по словам Люпина, Дамблдор назначил его старостой, рассчитывая, что он поможет ему обуздать Джеймса с Сириусом… но в он просто сидел и смотрел на происходящее… Гарри постоянно напоминал себе, что Лили все-таки вмешалась - его мать вела себя достойно. Однако выражение ее лица, когда она кричала на Джеймса, не давало ему покоя, как и все остальное: Джеймс явно вызывал у нее отвращение, и у Гарри просто в голове не укладывалось, что после всего этого они могли пожениться. У него даже мелькнула мысль, уж не заставил ли ее Джеймс выйти за себя силой… Почти пять лет отец был для него источником утешения и вдохновения. Если кто-нибудь говорил ему, что он похож на Джеймса, Гарри преисполнялся гордости. А теперь… теперь при одной мысли об отце у него внутри все точно съеживалось от холода и гнева. Он-то знал, какого это, издеваться над более слабым. Пасхальные каникулы близились к концу, и погода становилась все более ветреной, теплой и солнечной, но Гарри, подобно всем прочим пяти- и семикурсникам, сидел в четырех стенах, листая учебники и то и дело наведываясь в библиотеку. Чтобы не выделяться из общей массы. - Я к тебе обращаюсь, Гарри! Ты что, не слышишь? - А? Он поднял глаза. Джинни Уизли с волосами, растрепавшимися на ветру, подсела к нему за столик в библиотеке. Был поздний воскресный вечер. Гермиона отправилась в Гриффиндорскую башню зубрить древние руны, а Рон ушел на тренировку по квиддичу. Странно, почему Джинни пришла раньше? - Привет, Джинни, - сказал Гарри, подвигая к себе книги. - Почему ты не на тренировке? - Она закончилась, - сказала Джинни. - Рон повел Джека Слоупера в больничное крыло. - Зачем? - Мы точно не знаем, но, похоже, он оглушил себя своей собственной битой. - Она тяжело вздохнула. - Ну да ладно… Я получила посылку, она только что прошла проверку по новым правилам. Джинни положила на стол увесистый пакет в коричневой бумаге: видно было, что его разворачивали и потом аккуратно завернули снова. Гарри увидел на нем надпись, сделанную от руки красными чернилами: «Проверено и допущено к употреблению. Генеральный инспектор Хогвартса». - Это пасхальные яйца от мамы, - сказала Джинни. - Для тебя тоже есть одно… На, возьми. Она протянула ему красивое шоколадное яйцо в бумажке с узором из маленьких снитчей - внутри, под стать обертке, оказался пакетик летучих шипучек. Гарри посмотрел на него и вдруг, к своему ужасу, почувствовал в горле комок. - С тобой все в порядке, Гарри? - тихо спросила Джинни. - Да, все замечательно, - хрипло пробормотал Гарри и сглотнул, превозмогая боль. Он не понимал, почему обыкновенное пасхальное яйцо вызвало у него такую реакцию. Что же, черт возьми, с ним происходит? - Последнее время ты прямо не в себе, - настаивала на своем Джинни. – Ты с Таней поссорился? - Да нет же… Просто… кое-что произошло… И мне нужен совет… - Гарри тщательно подбирал и взвешивал слова. - Мне надо поговорить с Сириусом, - прошептал Гарри. - Но я знаю, что это невозможно. Ему не хотелось есть, но чтобы чем-нибудь заняться, он развернул свое пасхальное яйцо, отломил от него большой кусок и сунул в рот. - Ну, - неторопливо сказала Джинни, в свою очередь отламывая от яйца кусочек, - если ты и правда хочешь поговорить с Сириусом, пожалуй, мы сможем это устроить. - Брось, - мрачно ответил Гарри. - Амбридж следит за всеми каминами и проверяет всю нашу почту! Как же тут выкрутиться? - Если человек всю жизнь живет с Фредом и Джорджем, - задумчиво сказала Джинни, - он начинает понимать, что на свете нет ничего невозможного - дело только в том, хватит ли у тебя храбрости… Гарри посмотрел на нее. Может быть, причина была в шоколаде - Люпин всегда советовал есть его после встречи с дементорами, — а может, у него просто стало легче на душе после того, как он высказал вслух желание, мучившее его целую неделю, но в его душе снова затеплилась надежда. - Что вы себе позволяете? - Ах ты, черт, - прошептала Джинни, вскакивая на ноги, - я совсем забыла… К ним стремительно шагала мадам Пинс - ее морщинистое лицо было искажено гневом. - Шоколад в библиотеке! - воскликнула она. - Вон отсюда, немедленно! И, взмахнув палочкой, она отправила книги Гарри, его сумку и чернильницу вдогонку за их владельцем и Джинни, поспешившими прочь из библиотеки, - вещи то и дело догоняли их и на лету поддавали им по затылку. * * * Словно для того, чтобы подчеркнуть важность надвигающихся экзаменов, незадолго до окончания каникул на столах в Гриффиндорской башне появились стопки брошюр, рекламок и проспектов, посвященных различным волшебным специальностям, а на доске вывесили объявление, гласившее: КОНСУЛЬТАЦИЯ ПО ВЫБОРУ ПРОФЕССИИ В течение первой недели летнего семестра всем пятикурсникам надлежит пройти краткое собеседование с деканом своего факультета на предмет выбора будущей профессии. Дата и время собеседования для каждого ученика указаны ниже. Гарри отыскал в списке свою фамилию и выяснил, что он должен явиться в кабинет профессора МакГонагалл в половине третьего в понедельник. Это означало, что ему придется пропустить почти весь урок прорицаний. В последний уикенд каникул он вместе с другими пятикурсниками потратил львиную долю времени на изучение материалов по профессиональной ориентации, предложенных их вниманию. - Не хочу быть целителем, - заявил Рон вечером накануне начала занятий. Он был поглощен чтением брошюры, на обложке которой красовались перекрещенные кость и волшебная палочка - эмблема больницы святого Мунго. - Здесь говорится, что ты должен получить, как минимум, «В» на ЖАБА по зельеварению, травологии, трансфигурации, заклинаниям и защите от Темных искусств. Немного же они требуют, как по-вашему? - Ну, это ведь очень ответственная работа, правда? —- рассеянно откликнулась Гермиона. Она читала яркий оранжево-розовый проспект, озаглавленный: «ХОТИТЕ ПОПЫТАТЬ СЧАСТЬЯ В ОТДЕЛЕ СВЯЗЕЙ С МАГЛАМИ?» - Похоже, для общения с маглами не нужна очень уж высокая квалификация. Надо всего лишь сдать СОВ по магловедению: «Для нас гораздо важнее ваш энтузиазм, терпение и хорошее чувство юмора!» - В общении с моим дядюшкой одним чувством юмора не обойдешься, - хмуро заметил Гарри. — Там тебе скорее понадобится хорошая реакция, чтобы уворачиваться от ударов. - Он уже наполовину пролистал брошюру, посвященную волшебному банковскому делу. - Послушайте-ка вот это: «Вы мечтаете о захватывающей жизни, полной ярких путешествий, опасных приключений и щедрых наград за открытие новых кладов? Тогда присылайте документы в Волшебный банк „Гринготтс“, набирающий Ликвидаторов заклятий с блестящими перспективами работы за границей…» Между прочим, им нужна нумерология - это по твоей части, Гермиона! - Я не слишком люблю банковское дело, - отозвалась Гермиона, поглощенная чтением уже другого проспекта: «ПО СИЛАМ ЛИ ВАМ ОБУЧЕНИЕ ТРОЛЛЕЙ-ОХРАННИКОВ?» А ты, как я понимаю определился уже? Ты же игрок… Но ее прервал подошедший Фред. -Ты хочешь перекинуться словечком с Сириусом. Итак. Мы думаем приступить к делу завтра после уроков, когда все выйдут в коридор, - тогда можно будет добиться максимального эффекта. Начнем где-нибудь в восточном крыле, чтобы сразу выкурить Амбридж из кабинета. Пожалуй, Гарри, мы можем гарантировать тебе минут двадцать. Как ты думаешь? - Он поглядел на Джорджа. - Да, - как можно небрежнее сказал Гарри, - не мешало бы. - Хватит нести чепуху, - заявила Гермиона, распрямляясь и глядя на него так, словно не верила собственным глазам. - Ты что, не знаешь, что Амбридж сует нос во все камины и обыскивает всех наших сов? - Я поговорю с ним в ее кабинете. Я уже все продумал. Я ничего не боюсь. - Чем вы будете ее отвлекать? - спросил Рон. - Увидишь, братишка, - сказал Фред, и они с Джорджем снова поднялись на ноги. - Для этого тебе надо будет только наведаться в коридор Григория Льстивого этак часиков в пять пополудни. * * * На следующий день Гарри проснулся спозаранку. Его пугала не только перспектива вломиться в кабинет Амбридж и воспользоваться ее камином для переговоров с Сириусом, хотя и это могло нагнать страху на кого угодно. Сегодня Гарри предстояло еще и другое испытание: он должен был очутиться в непосредственной близости от Снейпа впервые после того, как Снейп выгнал его из своего кабинета. Полежав немного в постели и поразмышляв о грядущем дне, Гарри тихонько встал и пробрался мимо кровати Невилла к окну. Утро было поистине великолепное. В воздухе висела легчайшая дымка, и из-за нее небо чистейшей синевы казалось опаловым. Прямо напротив Гарри росла высокая береза, под которой его отец когда-то мучил Снейпа. Он не знал, какие слова Сириуса могли бы развеять впечатление, произведенное тем, что он увидел, но ему отчаянно хотелось услышать от крестного его версию тех событий - ведь наверняка же были какие-то смягчающие обстоятельства, хоть что-нибудь, объясняющее поведение отца… Или их не было… Гарри тяжело вздохнул, одеваясь на пробежку. Снейп же, судя по всему, решил держаться так, словно Гарри был невидимым. Гермиона Гарри надоела уже после пяти минут сидения с ней, и Гарри отделился от нее с Роном. Когда настала пора отправляться на прорицания, он был в таком дурном настроении, что совсем позабыл о назначенной ему консультации с профессором МакГонагалл и вспомнил о ней только после того, как Рон спросил, почему он еще здесь. Гарри бегом кинулся наверх и опоздал лишь на несколько минут. - Извините, профессор, - выпалил он, закрыв за собой дверь. - Я забыл. - Ничего, Поттер, - быстро ответила она, но тут Гарри услышал, как в углу позади него кто-то хмыкнул. Он обернулся. Там, с блокнотом на коленях, сидела профессор Амбридж - шею ее украшал нелепый кружевной воротничок, а на губах играла отвратительная самодовольная усмешка. Гарри мысленно прикинул, сколько времени ей понадобиться, чтобы привести в ярость профессора МакГонагалл. Он ставил на пять минут. - Садитесь, Поттер, - напряженно сказала МакГонагалл. Затем поправила кучу брошюрок на своем столе, и Гарри заметил, что руки у нее слегка дрожат. Гарри сел спиной к Амбридж и постарался сделать вид, что не слышит скрипа пера, которым она сразу же что-то застрочила в блокноте. - Итак, Поттер, мы встретились, чтобы обсудить ваши профессиональные перспективы и помочь вам решить, какие предметы лучше выбрать для изучения на шестом и седьмом курсах, - сказала МакГонагалл. - Есть ли у вас какие-либо идеи относительно того, чем вы займетесь по окончании Хогвартса? Ваши СОВ я уже видела, так что… - Э-э… - промычал Гарри. Назойливый скрип за спиной мешал ему собраться с мыслями. - Ну? - поторопила его МакГонагалл. - Я думал о двух путях: первый – стать профессиональным игроком и уехать жить в Россию насовсем, - У Амбридж слишком скрипнуло перо, что на миг выбило его из колеи, - а второй - я думал, может, мне пойти в авроры. Я колеблюсь. - Для этого нужны высшие баллы, - сказала МакГонагалл, извлекая из-под бумажной груды на своем столе маленькую темную брошюрку. - Вот видите: они требуют не менее пяти ЖАБА, и по всем нужно получить, как минимум, «выше ожидаемого». Кроме того, вы должны будете пройти ряд обязательных тестов на психологическую устойчивость и профессиональную пригодность в Главном мракоборческом центре. Это очень трудно, Поттер, - они берут только самых лучших. По-моему, за последние три года у них вообще не было пополнения. Но ваши результаты позволяют вам… Тут профессор Амбридж еле слышно кашлянула, точно проверяя, насколько тихо ей удастся это сделать. Профессор МакГонагалл не обратила на нее внимания. - Наверное, вы хотите знать, какие предметы вам следует выбрать? - сказала она, чуть повысив голос. - Да, - сказал Гарри. - Очевидно, защиту от Темных искусств? - Разумеется, - твердо ответила МакГонагалл. - Я бы также посоветовала… Амбридж снова кашлянула, на этот раз немного отчетливее. МакГонагалл на секунду прикрыла глаза, потом опять открыла их и продолжала говорить как ни в чем не бывало. - Я бы также посоветовала взять трансфигурацию, поскольку мракоборцам часто приходится прибегать к ней в своей работе. Я рада, что у вас по ней «выше ожидаемого».Заклинания – у вас они есть, отличная оценка, очень хорошо, Флитвик будет вам рад. И зелья… Снейп будет не в восторге, хотя у вас «Первосходно», но примет вас в свой класс. Обязан принять. Что же касается защиты от Темных искусств, то в среднем ваши оценки были довольно высоки. Профессор Люпин даже считал вас… Может, вам все-таки стоит принять микстуру от кашля, Долорес? - Нет-нет, благодарю вас, Минерва, - откликнулась Амбридж, которая только что кашлянула уже совсем громко. - Но меня тревожит одна вещь: получили ли вы самые последние оценки Гарри по защите от Темных искусств? Уверена, что я их вам передавала. - Вы имеете в виду это? - с отвращением сказала МакГонагалл, выуживая из личного дела Гарри кусочек розового пергамента. Она проглядела его, слегка приподняв брови, а затем убрала обратно в папку. - Экзамен он сдал на превосходно! - Вы не разобрали мой почерк, Минерва? - спросила Амбридж елейным тоном, позабыв кашлянуть. - Конечно, разобрала, - сказала МакГонагалл, так крепко стиснув зубы, что ее слова прозвучали слегка невнятно. - Тогда я в недоумении… Боюсь, я не совсем понимаю, зачем внушать мистеру Поттеру ложные надежды, если… - Ложные надежды? - повторила МакГонагалл, все еще избегая отвечать Амбридж взглядом на взгляд. - Он получил высокие оценки за все контрольные работы по защите от Темных искусств… И им очень доволен состав экзаменационной комиссии… - Мне крайне неловко возражать вам, Минерва, однако, как вы можете видеть по моей записке, у меня на уроках Гарри демонстрировал очень низкий уровень знаний… - Что ж, тогда мне следует высказаться более определенно, - заявила МакГонагалл, наконец повернувшись и глядя Амбридж прямо в глаза. - Он получал высокие оценки по защите от Темных искусств у всех преподавателей, компетентность которых не вызывала сомнений. Улыбка исчезла с лица Амбридж мгновенно, будто выключили лампочку. Она откинулась на спинку стула, перевернула страницу в своем блокноте и застрочила в нем с невероятной скоростью - ее зрачки так и шныряли туда-сюда. Профессор МакГонагалл снова обернулась к Гарри - ее тонкие ноздри раздувались, глаза горели. Гарри едва не хмыкнул – он ошибся на одну сотую секунды. - Есть вопросы, Поттер? - Да, - сказал Гарри. - Какого рода тесты предлагает Министерство, если у претендента достаточно высокие баллы по ЖАБА? - Ну, вам нужно будет доказать, что вы умеете сопротивляться давлению и так далее, — пояснила МакГонагалл, - продемонстрировать выносливость и упорство, поскольку подготовка мракоборцев занимает еще три года, и вдобавок иметь очень хорошие навыки практической защиты. Это означает необходимость усердно трудиться даже вне школы, так что если вы не готовы. - Это будет. Спасибо профессор. - Поттер, нашу консультацию можно считать законченной. Гарри забросил сумку за плечо и поспешил убраться из кабинета, стараясь не глядеть в сторону профессора Амбридж. Идя по коридору, он слышал, как они кричат друг на друга за закрытой дверью. Амбидж была сильно не в духе, когда пришла на урок Защиты, который сегодня шел по расписанию у Гарри и всех остальных гриффиндорцев. Гарри пытался представить себе, что скажет профессор МакГонагалл, если его поймают в кабинете Амбридж всего через несколько часов после того, как она поручилась за него… ведь, в конце концов, ничто не мешает ему просто вернуться в Гриффиндорскую башню в надежде, что на летних каникулах он улучит удобный момент и расспросит Сириуса о сцене, свидетелем которой стал благодаря Снейпу… ничто, кроме свинцовой тяжести в животе, которую он чувствует при мысли о таком разумном поведении… да и потом, Фред и Джордж уже спланировали, как они будут отвлекать Амбридж, а в его сумке дожидаются своего часа нож, подаренный Сириусом, и старая мантия-невидимка отца. Но факт остается фактом: если его поймают… Он решился. Когда они покидали класс, сердце Гарри билось гораздо сильнее обычного. Пройдя коридор до середины, он услыхал вдалеке шум, безошибочно доказывающий, что близнецы начали свое дело. Вопли и крики отдавались эхом где-то наверху. Ребята, выходящие из других классов, замирали и прислушивались, с опаской поглядывая на потолок… Из их класса выскочила Амбридж. Она неслась так быстро, как только позволяли ее короткие ноги. На бегу вынимая палочку, она помчалась в противоположном направлении, и Гарри понял: сейчас или никогда. Поддернув сумку за ремень, он пустился бежать, уворачиваясь от учеников, которые оправились от первого удивления и теперь спешили ему навстречу, заинтригованные суматохой в восточном крыле. Добравшись до коридора, в который выходила дверь кабинета Амбридж, Гарри обнаружил, что он пуст. Спрятавшись за рыцарские доспехи у стены - шлем, которым они были увенчаны, со скрипом повернулся за ним вслед, - Гарри открыл сумку, выхватил оттуда нож Сириуса и набросил на плечи мантию-невидимку. Затем медленно, осторожно вылез из-за доспехов и, тихо ступая, приблизился к кабинету Амбридж. Вставив лезвие волшебного ножа в щель между косяком и дверью, он мягко провел им вверх и вниз, потом вытащил обратно. Раздался еле слышный щелчок, и дверь распахнулась. Он нырнул внутрь, быстро прикрыл ее за собой и огляделся. И сразу же применил заклинание черноты на мерзких котят. В кабинете потемнело, но камин был виден ясно. Люпин, который оказался у камина, подозвал Сириуса. Разговор длился минут семь. Сириус пытался что-то возразить, но Гарри понял все - все намеки и полностью разочаровавшись в отце, вылез из камина и снял заклятие. Он сам никогда бы так не поступил…. Воремя. Филч уже входил в кабинет. Остальное Гарри увидел собственными глазами. Близнецы улетели из Хогвартса на метлах, под гром аплодисментов.