Locus communis (лат. Избитые истины).

Гарри шел по теплой гальке ручейка. Таня в купальнике и шляпке, надвинутой почти на самое лицо, лежала на травке под лучами летнего солнышка и загорала. Ветер легонько шелестел верхушками высоких трав. Она уже выглядела более здоровой на вид и полностью оправилась от всяких побочных эффектов двух порч, наложенных на нее Зализиной и тетей Гурия Пуппера. Тот, впрочем, всячески пытался загладить свою вину: выписал пару чеков на солидные суммы, присылал пару раз цветы, конфеты, вина и фрукты. Таня только усмехалась: деньгами и конфетами утраченное здоровье не вернешь, к несчастью. Гурий был очень расстроен случившимся с Таней. Он и сам такого не ожидал. Пару раз Гурий навестил ее в магической больнице, не смотря на советы «дорогой» тети Настурции. Гарри и не стал подавать на него в суд. Грустное лицо Гурия, тысячи извинений и личная встреча Гарри с Настурцией сняло вопрос с постановки. Все быстро забылось… но только не с желтыми бульварными газетенками. Они мусолили этот эпизод еще очень долго. Гарри почти постоянно был на сборах, на тренировках по драконболу – Таня надолго выбыла из команды. Соловей был в крайней степени ужаса, узнав о случившемся, но ему пришлось согласиться на рокировку внутри команды – был неминуем ее развал. Еще больший ужас он пришел от показаний целителей по Тане. Гарри пришлось занять место Тани – иначе бы команда потеряла нужного игрока в этой позиции. Взамен него же, пока, играла другая «восходящая звезда» драконбола. Она пока не дотягивала, но все же это было лучше, чем ничего. Лизон была тише воды и ниже травы – Гарри спровоцировал громкий судебный процесс и ее задержали власти Англии и инкриминировали ей статью "Причинение запрещенной магией (заклятием) тяжкого вреда здоровью". Глеб сейчас носил ей передачи с едой – ввиду мерзкого характера, ее адвокаты разговаривали с ней только через пуленепробиваемое стекло. Кормить ее все отказывались – так она достала их своими истериками. А к дементорам было еще рано. Пока разбирательство шло медленно – всем хотелось вообще с этим не связываться. И с ней в том числе. Пока колдомедики Англии отказывали ей в том, чтобы объявить ее полностью здоровой и выпустить на игры и тренировки. Таня скучала и маялась от скуки. Уже начала учить английский, чтобы хоть как-нибудь спастись от нее. Комиссия и консилиум (о, эти чертовы бюрократы!) отклоняли прошение за прошением. Таню это дико бесило. Никогда бы она сама не подумала, что безделье настолько утомительное занятие! Но, все же, она понимала, что пока еще слаба и не сможет проводить полноценный матч по драконболу в воздухе. Путь еще радуется, что не запретили вставать с кровати! У Гарри иногда выдавались редкие часы свободы. Сейчас он подошел к Тане вплотную и глядел на нее сверху вниз. Его зеленые глаза сверкали. Она приподняла край шляпки, и Гарри весело сорвал ее с ее головы. И улегся рядом с ней. Шляпу держал он на вытянутой руке, не отдавая ее Тане. Таня приподнялась. После нескольких бесполезных попыток вырвать шляпу из цепких рук Гарри, Таня легла обратно. - Гарри, отдай, - проговорила Таня. Шляпка, наконец, переместилась с его руки на угол полосатого одеяла, на котором они вместе лежали. - А то что? – задиристо проговорил Гарри. - Хмм… я тебя не поцелую. В ближайшие часы. - Ты ведь сама не сдержишь этого обещания, - возразил ей на это Гарри, ложась на бок и исподлобья глядя на нее. - Ты читаешь меня как открытую книгу… - Таня легла со спины на левый бок. Теперь они были друг напротив друга. Зеленые глаза встретились с зелеными. Они оба прижались друг к другу, и теперь жадно целовались. Поцелуй длился долго. - И, все-таки, я не смогла сдержать обещание, - мягко сказала Таня, все еще не распуская объятий с Гарри. Гарри молчал, лишь довольно улыбнулся. Таня жадно вдыхала аромат его кожи, терпкого пота. Ей нравилось в Гарри абсолютно все – от одежды, до кончиков его чернейших волос. От его улыбки она млела, а от взгляда сжималось и трепетало сердце в груди. Вот, наверное, что значит любовь – принимать человека со всеми его недостатками и огрехами. Их влекло друг к другу с каждой минутой все сильнее и сильнее. А после ее болезни, ее отношение к нему изменилось до неузнаваемости. Она и раньше просто ценила его присутствие рядом с собой, а теперь… Она осознала, что Гарри – это надежная защита, он – ее и только ее. Он не бросит, не предаст, не обидит ее. Он боялся, что потеряет ее навсегда. А еще он планирует создать с ней семью. - Гарри? – спросила у него Таня. Гарри, который очень разомлел от летнего солнца, открыл сонные глаза: - Ммм? - Если бы я забеременела, то кого бы ты хотел? Мальчика или девочку? – поинтересовалась Таня. - Странный вопрос. Наверное, все – таки, девочку… - А почему? – спросила с удивлением Таня. – Обычно вы все хотите сына более чем дочь… - Ну, - тут Гарри вновь улыбнулся, - у нее будут зеленые глаза, рыжие волосы, твоя улыбка. Я буду обожать вас двоих, безумно. Мы назовем ее Лили, я очень хочу, ведь так звали мою маму, - Гарри мечтательно глядел на облако, мирно проплывавшее над его головой. Таня мигом представила себя в миниатюре. Вздрогнула. Но сказала: - А я, вот, хочу именно мальчика. С твоими зелеными глазами, черными как смоль волосами и добрым сердцем. А еще он будет также храбрым, сильным и красивым как ты, и его имя будет – Леопольд, в честь моего отца… - Таня говорила с удовольствием. - Тогда Лео, на наш манер, - мягко поправил ее Гарри, - будет нашим львенком. (1)Нашим любимым львенком… Таня громко засмеялась, представляя маленького, прелестного мальчика. - Какие у нас хорошие мечты, правда? Легкие, воздушные… - обратилась к Гарри Таня. - Я надеюсь, что наши мечты переживут будущую бурю, - очень тихо и серьезно сказал Гарри. – Ведь Лорд… - Я тоже на это надеюсь, - так же тихо сказала Таня. - А еще, я хочу дом, собственный дом, и чтобы ты была моей женой. Таня не знала, что на это ответить. Счастье переполняло ее до краев. - Я обязательно поженюсь на тебе, как только мне стукнет семнадцать лет. Я слово даю, - твердо сказал Гарри, прислоняя ее к своей груди, где она довольно улеглась. - Я старше тебя… на пару месяцев. Но мне надо получить гражданство, я ведь российская подданная, - возразила Таня, - я чту закон. Ваше законодательство даже менее путанное, по сравнению с нашим. - С этим проблем не возникнет. Я постараюсь. Они на время затихли в объятиях друг друга. Солнце скрыло белое и пушистое облако. Тень упала на них обоих. - Пойдем? – мягко спросил у нее Гарри, - ты еще слаба… не стоит столько времени проводить на солнце. - Пойдем, - вздохнула она. Они поднялись с пледа, нагретого солнечными лучами, свернули его и направились домой. Деревья зашелестели им вослед зеленой листвой. *** - Таня, - обратился к ней Гарри, держа в руке распечатанное, свежее письмо. Таня сейчас гипнотизировала взглядом зелье. Ей очень не хотелось его пить. - Да? - Меня приглашает к себе Сириус. Очень хочет встретиться… - он кивнул на раскрытый конверт. - А ты, что, хочешь? – полюбопытствовала она. И, приняв решение, решительно пододвинула чуть ближе бокал с зельем. Но не более чем на пару дюймов. - Да, хочу. Я не знаю, увижу ли его после следующих каникул. Которых может и не быть, если Лорд нападет. Теперь почти весь волшебный мир в опасности, - задумчиво проговорил Гарри, все еще смотря в письмо. Таня чуть побледнела, но гордо подняла голову, встречаясь понимающим взглядом с Гарри. Но смолчала. Гарри отвел через некоторое время от нее взгляд. - Я пойду, поеду к нему. Но поедешь ли со мной ты? – решил он спросить после некоторого замешательства и колебаний. - Конечно, поеду. Будущая жена должна разделить участь своего будущего мужа, - весело засмеялась Таня. Гарри улыбнулся ей, пододвигая ближе мерзкое зелье, которое она должна была принять согласно рекомендации целителей. Таня примирилась, что она все должна его проглотить. Она взяла стакан в руку. Таня выпила его залпом. Гарри ждал. - Там и, наверное, друзья будут твои, - продолжила Таня, поморщившись от мерзкого привкуса. И отставила кубок подальше от себя. Впрочем, Гарри забрал его со стола почти сразу же и поставил в мойку. Одно хозяйственное заклинание – и бокал засиял чистотой. - Наверно. Я так полагаю, что да, будут. Гарри уткнулся в газету, которая голосила очень истеричными заголовками типа: «Вы-Знаете-Кто наступает!» «Он прошел в метре от моего дома!» и прочей неправдой. Таня поняла, что Гарри засел с газетой надолго. Она и сама притянула к себе свежий номер «Сплети и бредни», и принялась его листать, изредка почитывая те места в тексте, что вызывали у нее интерес. Гарри мрачнел и суровел на глазах. Таня изредка бросала на него косой взгляд, прикрывшись своим журналом. В итоге Гарри яростно смял газету, скомкал ее в тугой бумажный шар и отличным ударом швырнул ее в мусорную корзину. Корзина сытно и громко икнула. - Еще ничего не произошло, а все уже сочиняют и жалуются! – гневу Гарри не было предела. – Писать такую чушь и ложь, это же надо! - Угу, - согласилась Таня, деля вид, что полностью поглощена журналом, - бред… полный бред. Гарри еще поругался, громко выражаясь разнообразной бранью в адрес газеты и затих. Успокоился. Таня только фыркнула, не поднимая глаз от журнала и невинно его листая. *** - Ну, что, идем? – тихо спросил у нее Гарри. Таня поморщилась, скривилась как от зубной боли, перешагивая через порог невзрачного и закрытого на всевозможные заклятия дома на площади Грюммо. Там было еще мрачнее чем раньше и так же очень пыльно. Миссис Уизли молча проводила их до их комнаты, а сама пошла на собрание. - Они меня точно позовут, - хихикнув, сказал Гарри. Он уселся прямо поверх застланной кровати. - Почему? – полюбопытствовала Таня у него, садясь рядом. - Я кое – что не рассказал. Я тренируюсь в мракоборческом центре. Уже месяц как… - КАК?! Как ты мог мне такое не сказать! – воскликнула Таня с изумлением и обидой. Она догадывалась об этом – уж больно тренировки были у Гарри частые и он, иногда, просто лежал на диване в лежку – так уж морально и физически уставал. Она подозревала некоторое время, что Гарри гоняют индивидуально, но один раз она перехватила звонок от Соловья по зудильнику – он отрицательно мотал головой на ее вопросы и изумленно смотрел ей в глаза. Заподозрила измену – но когда ему изменять? Во сне что ли? Тут было что-то не то. - Ты не спрашивала. И повода поговорить не было… - покаяно признал Гарри, гладя ее руку. - Ладно, - махнула рукой Таня, высвободив свою руку из рук Гарри, - слишком поздно. Пролитое зелье не соберешь… - Гарри начал гладить ее по волосам. Ей стало очень и очень хорошо - злость на него пропала. И тут из-за двери показалась голова миссис Уизли. Тане даже на миг почудилось, что она отделена от тела и висит в воздухе. - Гарри, там, внизу, очень хотят видеть вас обоих! - Уже идем, - ответил ей Гарри, не поворачивая головы на голос, а увлечённо лаская Таню по волосам. Таня улыбалась от удовольствия как кошка. Миссис Уизли (как показалось Тане) ярко вспыхнула, покрылась румянцем и быстро убрала голову из комнаты. Они, с трудом сдерживая смех, встали с кровати, представляя, какая сцена развернулась глазами у миссис Уизли.Они переглянулись между собой и громко рассмеялись. Они, все еще хихикая, спустились в полуподвальную кухню. Там на них уставились многочисленные глаза. Их ждали. Было в этом помещении все так же темно. И все так же освещал камин. Горели свечи в канделябрах-змеях. Стояли бутыли с водой и вином. И стаканы с бокалами. Первым, кого увидел Гарри – Кингсли, его непосредственный начальник. Он с участием уставился на молодого человека. Затем сидел угрюмый (впрочем, как обычно) Грюм, рядом – мистер Уизли с миссис Уизли. Дамблдор сидел во главе другого конца стола с МакГоннагал, что очень удивило Гарри. Еще прямо на них неодобрительно взирал Снейп, сидящий в тени около двери. Интересно, Сириуса не было видно. И где же он? - Здравствуйте все, - очень вежливо поздоровался Гарри. Таня просто чуть склонила голову в знак приветствия. Снейп мрачно окинул их взглядом своих бездонных глаз – колодцев. - Привет, Гарри, - Дамблдор сегодня был сама любезность, - садитесь. – Он повел руками в сторону двух свободных мест четко посередине длинного стола. Итак, он пригласил их обоих за стол. Гарри уже заметил напротив этих пустых мест Рона и Гермиону. Они приветливо заулыбались. Гарри подошел к столу, отодвинув ближайший к нему стул, посадил на него Таню, а уж потом сел сам. По бокам от них расположились Гестия Джонс и Люпин. - Как вы оба? – спросил Дамблдор, явно оттягивая момент четко заготовленной беседы. - Таня – гораздо лучше. Я – замечательно и не жалуюсь, - спокойно проговорил Гарри. Таня быстро обежала всех находившихся здесь взглядом. Гарри дотянулся до ближайшей бутылки с водой, и налил ее в два стакана. - Очень хорошо. А теперь ты объясни, пожалуйста, почему ты не у тети с дядей. Этого Гарри не ожидал. Никак. Он нахмурился. - Они выразили свое мнение, что не считают мое присутствие в доме оправданным. Тем более сейчас, когда я так занят. И вообще не желают видеть больше. Не так давно от них пришло письмо. Они, кстати, сейчас отдыхают на Багамах и это продлиться до начала учебного года. Я купил им эти путевки в знак моей признательности за все, что они мне сделали, - Гарри говорил это очень спокойно,- я могу себе это позволить. Я не называю это место домом с пятого курса. Я давно отказался от него… Удар прямо в яблочко. На лице у Дамблдора Таня заметила ходящие ходуном желваки. Ему это резко не понравилось. Но это было правдой. -… поэтому я скоро куплю собственный дом. У меня свои планы. - Что ж, пусть так, - директор школы Хогвартс замялся, - а почему ты … - Ходишь в мракоборческий центр? – перебил его Гарри, - я хочу получить нормальную работу. В конце-концов, не всю же мне всю жизнь просидеть прикованным к метле! Я еще этим самым держу себя в форме, это полезно. И мне нравится. В дальнейшем я точно пойду на службу в министерство. Но в какое, пока не скажу. - Что? – пораженно переспросил Люпин, - ты – уже работаешь? - Над собой – да, над уровнем магии – да. Уровень знаний по магическому кольцу, - тут Гарри покрутил его на своем пальце, - выясню уже скоро. Экзамены на днях. И у меня будет второй диплом. - Поразительно, - сказал Кингсли, - с огромным удовольствием хотел бы тебя видеть у себя в отдел. Да еще и два диплома… - Все будет зависеть от моей девушки. Если она захочет здесь остаться, то я буду искать работу здесь. Если же нет – поеду следом в Россию, - продолжил непререкаемым тоном Гарри. Все внимательно посмотрели на Таню. Ей стало немного не по себе от этих пронзительных взглядов. Она опустила взгляд и уткнулась взглядом в край стола. Снейп мрачно ухмылялся, глядя ей в лицо. Гарри почти вызывающе глядел на Дамблдора. - Так что случилось? – спросил Гарри у Дамблдора. – Я знаю, что мы много пропустили, когда оба были в больнице… - Уже начали пропадать маги. Сейчас слишком небезопасно гулять так, мой мальчик… - Профессор Дамблдор, я вырос и требую уважения к себе, - мгновенно ощетинился Гарри. – Пусть даже до совершеннолетия мне остался год. А «гуляю», как вы неосмотрительно выразились, от дверного проема дома до тренировочного центра или школы Тибидохс. Даже дома – и то скоро будут экзамены, не до безделья. - Поттер совсем потерял разум, - Снейп был тут как тут. – Надо было привить уважение к старшим… - Извините, профессор Снейп я был лишен родителей с самого начала. Я не знаю, что это такое – забота и любовь матери, гордость отца за сына, - Гарри среагировал сразу, тут даже Таня не успела его остановить, - так что вы – далеко мне не указ. Мои… родственники всячески игнорировали меня. И ненавидели. Нам не о чем больше говорить, - Гарри сразу четко подвел черту к концу разговора. Он начал медленно подниматься со своего места. Таня испугано глядела на него: Гарри был в ярости и не в самом лучшем настроении. Но, все же, поднялась следом. - Я пришел повидаться с Сириусом. Он позвал меня. Если у вас все, то мы пойдем. Море дел. - Гарри… - хотел было что-то сказать Дамблдор. Но Гарри уже быстро вышел из комнаты и громко звал Сириуса. Таня было оглянулась на компанию у двери, но выскользнула из кухни следом за ним. - Гарри стал гораздо злее, что ли… - протянул мистер Уизли. Он устало потер лоб. - Нет, скорее всего, это все его девчонка, - Снейп остался верен сам себе, - она и является… - Северус! – рыкнул на него Дамблдор. – Хватит! Молчание в комнате становиться более напряженным. Но тут говорит Кингсли: - Я кстати, думаю, что они оба останутся здесь. Я точно знаю – Гарри спрашивал у меня по поводу получения гражданства для Тани. Хотя… его могут принять и в России, тогда мы много теряем. Особенно в борьбе с Темным Лордом. Он не пойдет за Гарри в Россию – себе дороже. А мы… - Останемся, - спокойно проговорил Дамблдор. - Альбус, ну неужели Гарри так серьезно настроен? – спросила миссис Уизли, - я имею ввиду в отношении Тани Гроттер? - Серьезно, - ответил вместо Дамблдора ранее молчавший Люпин, - я увидел на руке у Тани характерное кольцо. У них явно была помолвка. Они ждут семнадцатилетия. Оба. Все заговорили разом. Они обсуждали Гарри еще минут пятнадцать, но их прервали. - Гарри не будет ни на чьей – либо стороне, - послышался голос от двери – там стоял Сириус. Видимо, они уже успели поговорить друг с другом. – У него она своя собственная. -Сириус! Ты не должен был… - снова начал говорить Дамблдор, но Сириус отмахнулся от него как от особо назойливой мухи. - Что именно? Потакать ему? Запрещать делать выбор? Запретить жить как обычный нормальный подросток? – Сириус говорил эти слова с ярко выраженным сарказмом и насмешкой в голосе. - Если хоть еще будут вопросы и совершенно дурацкие советы типа: «… надо было запретить», то я просто прокляну их говорящего. Он, уж если на то пошло, имеет право на счастье и самоопределение. - Лорд вернулся… - На войне как на войне – есть место и мирной жизни. Тем более Гарри просто плохо понимает, чего именно вы добиваетесь от него. Он хочет покоя. - Ему не получить покой. Ему это не даст Волан-де-Морт… - Именно поэтому он и думает о переезде в Россию…- перебил Сириус, - я думаю, что пора закончить этот фарс под громким названием «экстренное собрание совета Ордена Феникса». Гарри вы на свою сторону таким образом не перетянете. Вы и так оттолкнули его, не забывайте. Ошибок было слишком много, и он потерял веру в вас. А чтобы ее вернуть – надо многое сделать. - Сириус прав, - очень негромко сказала Гермиона. – Гарри не из тех, кто так легко может простить. Прощение нужно заслужить. И обсуждать Гарри за его же спиной – это как-то не очень… Гарри уже давно повзрослел – его к этому подталкивали обстоятельства. И, к моему сожалению - мы сами. Таня – только тому подтверждение. Все опять заговорили все разом. Не признать эту правду - все равно что быть глухими и слепыми. Дамблдор махнул руками, обращая на себя внимание. Все вновь замолкли. - Все, расходимся. Я не вижу в дальнейшем проведение собрания хоть какой-то смысл. Все, практически безмолвно, начали потихоньку расходиться. Миссис Уизли, когда осталась одна, села и всплеснула руками, глядя на почти не тронутые тарелки с холодным ужином. (1) Игра слов. Lion(анг.) – лев.