Locus communis (лат. Избитые истины).

За окном завывал ветер и хлестал со всей доступной мощью дождь вперемешку со снегом. Гарри, которому надо бы с утра пораньше на тренировку, решил сегодня полежать подольше. - Решил, что не надо искушать судьбу? - спросила смеясь Гермиона, кинув красноречивый взгляд на окно, которое было мутным от струй текущих по стеклу. Рона передернуло. Гарри только кивнул, думая о том, что они непременно там встретятся с Таней. По крайней мере, он так надеялся. Прогулка до деревни Хогсмид оказалась малоприятной и даже отвратительной. Ветер норовил толкнуть Гарри и уронить на землю; он старательно обмотал лицо шарфом до самых глаз, но ветер постоянно срывал его; та часть лица, которая осталась не прикрыта, быстро намокла и онемела от холода и ее безжалостно царапали снежинки. По всей дороге в деревню виднелись кучки самых разных учеников, сгибавшихся под напором безжалостного и сильного ветра. Рон махнул рукой, привлекая его внимание, в толстой вязаной перчатке в сторону «Сладкого королевства» - там было открыто. Гарри и Гермиона, спотыкаясь, ввалились вслед за Роном в переполненную кондитерскую. Таня ждала внутри и сразу же повисла на Гарри. Рон с Гермионой понимающе хмыкнули и ушли занимать очередь. Потом все четверо, завернувшись поплотнее в свою одежду, пошли в "Три метлы", выпить сливочного пива. Гермиона куда-то отлучилась. Вернулась она более спокойная, чем обычно. У Гарри и Тани неожиданно сработали на руках кольца. Оба зафиксировали мощнейшую черную магию. - Герм, это от тебя исходит, - протянул ей руку Гарри, но та вскочила как ошпаренная: - Пошли в замок, я уже допила свою порцию, а вы? - и, не дожидаясь ответа, зашагала к двери. Все трое переглянулись между собой, пожали плечами и встали со своих мест. Они, согнувшись в три погибели от ветра, шли за размытой фигурой Гермионы, как вдруг она остановилась как вкопанная. Они тоже остановились. Что-то из ее сумочки змейкой выскользнуло, мерцануло зеленым и упало в снег. В ту же секунду Гермиона взмыла в воздух очень грациозно, вытянув вверх руки, словно хотела полетать. В этом было что-то очень странное, что-то неправильное, жуткое… Ветер бешено трепал ее волосы, но глаза Гермионы были закрыты и лицо застыло без всякого выражения. Гарри, Рон и Таня замерли на месте, не сводя с нее глаз. Поднявшись на шесть футов над землей, она вдруг ужасно закричала. Глаза ее распахнулись, но то, что она видела или чувствовала, очевидно, причиняло ей нестерпимую боль. Она кричала, не переставая. Рон тоже закричал и стал дергать Гермиону за щиколотки, пытаясь стащить ее вниз. Гарри и Таня бросились на помощь. Они дружно потянули Гермиону за ноги, но тут она рухнула прямо на них. Гарри и Рон успели ее подхватить, но она так билась и корчилась, что они едва могли ее удержать. Тогда они опустили ее на землю. Гермиона продолжала биться и кричать и явно никого не узнавала. Гарри огляделся: вокруг не было ни души. И быстро начал щупать ее пульс и прочее. Он ощутил приступ ужаса - счет пошел на секунды. Рон с ужасом и дрожа вглядывался в извивающуюся и кричащую от боли подругу. Таня быстро снимала шарф с шеи. - Рон иди за помощью! - крикнула Таня со всей силы ударяя его по щеке. - Ты ей не поможешь! - Ее прокляли... Чем-то мощным. - Хрипло произнес Гарри. Рон пришел в себя и кинулся по направлению к замку. Гарри нашарил руку Гермионы и сжал ее. И полностью отгородился от внешнего мира. Он боролся с болезнью и мерзкой порчей. *** Он нес ее на руках до самого Больничного крыла. Рядом шла Таня, сжимая его локоть - своего рода "магический аккумулятор". В ее сумке сейчас, опоясанное в три разных шарфа, лежало проклятое ожерелье. МакГоннагалл быстро отконвоировала их компанию и они шли в Больничное крыло все вместе. Как только Гермиону положили на койку и к ней бросились целители из Святого Мунго, так как Рон описал все в красках, Гарри побледнел, осел на месте и рухнул вниз. И потерял сознание...