Locus communis (лат. Избитые истины).

Гарри с прощальным поцелуем Тани на губах ввалился в кабинет МакГоннагал. Та лишь окинула студента внимательным взглядом, заметила слегка отстраненное выражение его лица. И отпустила. По дороге в гостиную, его поймала Луна. И протянула знакомый до омерзения пергаментный свиток. Директор. Опять. Ладно, он пойдет поневоле... Гарри лоб в лоб столкнулся с Гермионой, и та незамедлила ему рассказать о сцене, произошедшей дома у Рона, куда попала по приглашению миссис Уизли. Она полностью поправилась, но так и не вспомнила, кто именно ударил ее Империусом. - Не помню, - грустно ответила подруга. - Даже как толкнула дверь туалета не помню... Гарри сразу же перестал наседать. - Да? - удивленно переспросил юноша, услышав ее рассказ, - как жаль, мы так давно не встречались ни с Люпином, ни с Тонкс, ни с мистером Уизли... Ну, быть может, еще пересечемся с ними. Я-то рядышком занимаюсь, совсем рядом. Бедный Стэн... Как мне его жаль! Гермиона заметила раскрытый и изрядно помятый свиток в руке у Гарри. Они сели за свободный стол в гостиной Гриффиндора. - Директор вызывает? - Не сегодня. Зав... - но договорить до конца он не успел. Послышался громкий вопль, и на только что вошедшего Рона Уизли запрыгнула Лаванда. Девушка засмеялась Впрочем, как и большая часть гостиной. Гарри ощутил грусть: они все-таки не помирились. По видимому, не судьба. *** Новый семестр для учеников начался на с приятного сюрприза - кто-то приколол ночью к доске объявлений в гостиной большой белый лист пергамента, на котором значилось: "УРОКИ ТРАНСГРЕССИИ. Если вам уже исполнилось семнадцать лет или исполнится до 31 августа, вы вправе пройти двенадцатинедельный курс обучения трансгрессии, который будет вести назначенный Министерством магии инструктор. Желающих принять участие просим расписаться ниже. Плата за обучение: 12 галеонов." Гарри немного засомневался, подписывать или нет, но все же чиркнул свою фамилию на нужной строчке. Гермиона хотела было поставить свою роспись, но рядом волшебным образом материализовалась Лаванада Браун, разумеется тащившая Рона Уизли за сумку. Она беспардонно вытащила перо из пальцев Гермионы, и расписалась ниже Гарри. Гермиона покраснела от злости, но ничего так и не сказала. Рон жалостливо смотрел в ее сторону, но Лаванда уже уводила его в укромный темный угол, очередной раз целоваться. - Меня сейчас стошнит, - сказал Гарри вслух, - пошли, Герм. Герм? Гермиона неожиданно метнулась куда-то вправо и пропала из виду. Гарри ругнулся на русском чисто автоматически. *** Гарри нашел ее только ближе к вечеру: до урока с Дамблдором было каких-то два с лишним часа. Она сидела в пустой аудитории и колдовала небольших желтых пичужек из воздуха. - Трансфигурация... Я... Упражняюсь, - ломким голосом произнесла Гермиона. Гарри кивнул и сделал вид, что полез за носовым платком, но все равно заметил как Гермиона трет и так изрядно покрасневшие глаза. - Тебе больно, - тихо произнес он. - Лучше с такими вещами не врать... - Гарри, - она быстро соскочила со своего места, и остановилась прямо перед парнем, - почему... Разве он не видит?! Не видит, как я на него смотрю? Не видит того, как я к нему отношусь... Не как к другу... А как... Как... - К любимому человеку... - очень тихо прошептал Гарри, а Гермиона, всхлипнув, прижалась к нему. Он аккуратно обнял ее: она вся дрожала и сейчас выплакивала всю свою накопившуюся боль. Он еще долго успокаивал ее. Они долго были оба в тишине... *** Мысли Гарри все еще были где-то очень далеко. Он запутался в сетях отношений двух друзей и своем к ним, хотя как говорит Таня: "В любовном треугольнике оба угла непременно тупые". Сейчас он, немного обалдевший от такого развития событий, так и не разобрался во всем. Не очень слушая Дамблдора, он нырнул в очередное воспоминание. Первое было о родных Тома Реддла, о Мраксах. Там было показано как пьяный Мракс глупо пробалтывается незнакомому ему Тому, хотя тот был его родным дядей, о том, какая была его глупая мать и магл отец. Восстановить картину произошедшего было легче легкого. Потом второе (директор, почему-то вспомнил и о нем) домовика Похлебы о повзрослевшем, юном Волан-де-Морте. Как он жадно вглядывался в две вещи: кольцо и чашу Основателей Хогвартса. То, каким образом он завладел этими двумя, на взгляд Гарри, безделушками, вызвало у него глубокое омерзение. И третье, профессора Слизнорта. Крестражи... Гарри вскочил со своего места как только они вышли из воспоминания, и остановился у темной стены. Его глаза расширились и он прекрасно понял и осознал то, что спрашивал у профессора Лорд. Он попал...