Скажи что-нибудь

Миранда резко вздохнула и закрыла глаза, откинувшись на ступеньку, и снова тихо заплакала. — Ты меня слышишь? Или тебе просто все равно, если я уйду? — спросила Андреа. Миранда закрыла голову руками и продолжала плакать. — Знаешь, я бы сделала для тебя все что угодно. Я люблю тебя, Миранда, но я не могу этого сделать. Я должна попрощаться, — сказала она, и слезы потекли по ее щекам. — Господи! Скажи что-нибудь! — закричала она. — Я отказываюсь от тебя, Миранда. Миранда зарыдала громче, медленно поднимаясь с лестницы. — Мне очень жаль, Андреа. Мне очень жаль, — сказала она. — Я была такой дурой. Это...ты... Я...я тонула. Я не знаю, как это сделать. — Не знаешь, что? Подписать бумаги о разводе? Использовать секс, чтобы получить то, что ты хочешь? Обманывать? — Я не обманывала, — крикнула Миранда. — Но ты бы так и сделала, если бы я не помешала, — сказала Андреа. — Ты понимаешь, что в сущности превратилась во все, что ненавидела в Стивене? — Нет, нет, не говори так. Пожалуйста. Андреа покачала головой и подняла с пола сумку. — Я устала за последнюю неделю, и это никуда не приведет, — сказала она, практически переступая через Миранду по пути наверх. Миранда села, наблюдая, как Андреа поднимается по лестнице. Она поднялась на ноги, намереваясь последовать за женой, пока не услышала, как хлопнула дверь спальни. Она медленно прошла в комнату для гостей и забралась на кровать, плача, пока не уснула. Андреа проснулась среди ночи. Потянувшись к ней, она вдруг вспомнила события, произошедшие за последние несколько часов... Не то чтобы она могла забыть. Когда она лежала без сна, уставившись в потолок, она слабо слышала слезы Миранды, доносившиеся из комнаты для гостей. Ей не особенно нравилось то, что она сказала. Но она действительно чувствовала, что у нее не было выбора. Ее сердце разрывалось, и ей нужно было что-то сделать, прежде чем она понесет непоправимый ущерб. Но вид Миранды в таком состоянии убил ее. Сначала она подумала, что Миранда притворяется, что плачет, но продолжать этот фарс так долго? Конечно, даже Миранда потеряет интерес через несколько часов. Может быть, Миранда действительно тоже была расстроена? Андреа не могла больше слушать рыдания Миранды, поэтому встала и направилась в комнату для гостей. Пожилая женщина свернулась калачиком на одеяле и всхлипывала. — Привет, — тихо сказала Андреа, присаживаясь на край кровати. Ее рука зависла над телом женщины. Миранда перестала плакать, но не обернулась. — Миранда, я сказала некоторые вещи, которые, вероятно, не должна была говорить. Это нечестно с моей стороны ставить тебя на пьедестал, как будто ты непогрешима. — Нет, я понимаю. Ты же знаешь мою нетерпимость к, ну... Андреа, мне очень жаль. Я совершила ошибку, и я буду сожалеть о своих действиях всю оставшуюся жизнь. Я... я не хочу, чтобы ты уходила. Я люблю тебя очень сильно, — сказала она, рыдая в подушку. Андреа нежно провела пальцами по руке Миранды, затем потянулась и переплела их пальцы, когда она забралась к ней на кровать. — Я знаю. Я тоже тебя люблю. Почему бы нам не попытаться немного отдохнуть? — сказала она. Миранда сжала руки Андреа и крепко обхватила их вокруг своего тела, прижимая Андреа к своей спине. — Любимая, — сказала она, задыхаясь, — я не могу жить без тебя. И прежде чем ты что-нибудь скажешь. Да, я знаю, мне следовало подумать об этом, прежде чем приглашать Чарльза. — Мира, давай не будем делать этого прямо сейчас. — Нет, Андреа, мне нужно объяснить. Я знаю, это не оправдание, но я просто скучала по тебе. Я так давно тебя не видела, и мы обе были так заняты, что даже не могли поговорить. О боже, Париж был ужасен в этом году. Я чувствовала себя бабушкой для всех. В последнее время все в индустрии так молоды, что мне просто... мне нужно было снова почувствовать себя желанной, —сказала она, поворачиваясь и утыкаясь лицом в шею молодой женщины. — Я не хотела его—у меня не было намерений позволить этому зайти дальше нескольких колкостей. Милая, я хотела тебя. Дай мне еще один шанс. Пожалуйста. По щекам Андреа текли слезы. Она не знала, что все так плохо. Прошлой зимой Миранда упала, и таблоиды разорвали ее на куски. Она взяла трехмесячный отпуск, пока выздоравливала, и Андреа, по-видимому, была права, подозревая, что ее хрупкая психика не полностью исцелилась. — Ш-ш-ш, — успокаивала Андреа, поглаживая руками спину Миранды, — все будет хорошо. Мы справимся с этим. —Я не заслуживаю тебя, — сказала Миранда между рыданиями. — Ты должна быть с каким-нибудь тридцатилетним финансовым аналитиком. Ты должна завести семью и публиковать счастливые фотографии на Facebook, а не сидеть дома и...ухаживать за мной. — Ты сделаешь мне одолжение? — спросила Андреа. — Да. Что угодно, Андреа. — Заткнись. Миранда ахнула и отстранилась, глядя Андреа в глаза. — Но—но— — Миранда, — сказала она, обхватив голову руками, — послушай меня и ничего не говори. Я люблю тебя. Я очень люблю тебя, на самом деле, и я слишком остро отреагировала раньше. Я не уйду, потому что, честно говоря, не знаю, чтобы я делала без тебя. Мне жаль, что меня не было в Париже, когда я была тебе нужна. Но сейчас я здесь, и мы пройдем через это. Пойдем спать—в нашу постель. Я действительно устала, — сказала она, поднимаясь и таща женщину за собой. — Могу я кое-что сказать? — спросила Миранда, надевая хлопчатобумажную ночную рубашку. Андреа кивнула и обняла пожилую женщину. — Да? — Я люблю тебя, — сказала она, глядя в глаза Андреа. Андреа нежно прижалась губами к губам Миранды, прежде чем выключить свет и отвести их в постель. Все действительно будет хорошо.