Горит все внутри

      Леша проснулся от ноющей боли в висках и грохочущей музыки, доносящейся откуда-то снизу. Зажмурив глаза, Макаров сел на край кровати и спустил ноги, ощущая ступнями как дрожит пол. В мыслях он уже проклял и послал Гречкина всеми существующими способами. В комнате было очень холодно. Или же Леше так казалось. Сидя в одной футболке, он посмотрел на кожу рук, наблюдая как быстро она покрывается мелкими мурашками и как приподнимаются волоски. Юноша встал, приближаясь к открытому окну и касаясь пальцами его рамы. Ледяной ветер пробегал по лицу, обжигая щеки и растрепывая темные волосы парня. На пыльной улице пахло недавно прошедшим дождем и каким-то горело-сладким ароматом, остающимся на кончике носа. Запах, заставляющий возникнуть в голове единственный и неповторимый образ уже знакомого человека. Потухшее солнце медленно уходило за горизонт, покрывая некоторые рельефные здания своим алым светом. Леша подошел ближе и, высовываясь в открытое окно, позволил себе отдаться ветру на ближайшие несколько секунд, перед тем как войти в хаос, творящийся за пределами этой комнаты.       Парень обернулся на дверь и, нахмурившись, закрыл окно. Он немного потянулся и вышел из комнаты. Сейчас музыка звучала в разы громче, а помещения заполнились разными шумными голосами. Людей было довольно много и в основном они собирались группами, разбросанными по всему особняку. Макаров слегка прищурился от звенящей в голове боли, усиливающейся с каждым громким звуком, и спустился на первый этаж. Мысли еще смутно и сонно бродили по черепной коробке, но одно было ясно — он не переносит вечеринки. Под ногами валялись пластиковые стаканчики и разбитые бутылки с пролитым на пол спиртным. Вся гостиная находилась в тускло неоновом свете, переливаясь разными цветами. Комната пропахла алкоголем и дымом от сигарет. Кто-то безостановочно пил, а кто-то беззаботно пытался найти с кем бы весело провести эту ночь. Одни нелепо танцевали на кухне, другие уже давно отключились, лежа на полу у дивана. Никого не волновали последствия собственных действий. Люди здесь ищут безнаказанности и развлечений. Некоторые позволяют себе больше, чем следовало бы, но их действия никогда не выйдут за пределы этих стен.       Протиснувшись через толпу, Леша вышел в гостиную, пытаясь побороть внутри лёгкую панику от довольно большого количества людей. Он нервно искал глазами в толпе Кирилла. Лишь бы не встретить его сейчас. Еще несколько минут и Макаров сможет сбежать. Всего лишь нужно убедиться, что рядом нет Гречкина или кого-нибудь другого, подозрительно выглядящего. Глаза остановились, все таки найдя нужного человека. Кирилл сидел на диване в гостиной, а на нем сверху удобно устроилась какая-то симпатичная девушка. Она наклонилась и буквально впилась в его губы. Гречкин не показывал особой заинтересованности в этой связи, лишь не сопротивлялся уверенным действиям партнерши. Длинные золотистые волосы струились по оголенной спине, и когда некоторые пряди падали на лицо девушки, она в спешке заправляла их за ухо, снова ловя губы парня, будто он убежит, если получит слишком много свободы. Наверное, она ожидала бурного продолжения в одной из спален этого особняка. И, наверное, она получит это продолжение, но не более. Утром она проснется той же девушкой, что и сотни оказавшихся на ее месте. Сотни девушек к которым Кирилл остался равнодушным. Всего лишь не имеющая значения связь, от которой потом ранимое сердечко девушки будет трепетать при одном лишь виде или имени парня. Как безрассудно и наивно. Гречкин одной рукой держал блондинку за талию, касаясь пальцами ее бархатного платья. Хотя зеленые глаза смотрят не на нее. Совсем не на нее. Они уловили знакомый силуэт в толпе, даже на время заставляя себя оторваться от поцелуя. Гречкин встретился с взглядом любопытствующих голубых глазок, сияющих в тусклом освящении.       Макаров испуганно вздрогнул. В эту же секунду он рывком скрылся в надвигающейся кучке пьяных, веселящихся от души людей. Но похоже Кирилла это не особо заботило, он лишь слегка прищурил глаза и вновь потянулся к своей сегодняшней любовнице. Леша странно тяжело дышал и, положив руку на грудь, пытался успокоить бешено бьющееся сердце. Он задел плечом несколько проходящих ему навстречу людей и облокотился спиной о стену. «Боже, он заметил меня… Чем нужно думать, перед тем, как вставать посреди комнаты и впритык глазеть на кувыркающегося с очередной девушкой Гречкина… Блять, это всё хреновый план… Очень хреновый. Но хотя бы Гречкин занят и до меня ему нет дела. Хоть что-то хорошее.»       Леша закрыл лицо руками и потер переносицу. Внутри были странные ощущения, незнакомые самому Макарову чувства. Неприятный осадок и горький вкус во рту. Парень осмотрелся в поисках какого-нибудь напитка, лишь бы смочить горло. Он взял со столешниц рядом какую-то прозрачную бутылку с темным содержимым. Протерев горлышко краем футболки, и сделав пару глотков, парень поморщился. Горло обжигало, но вместе с тем уходил неприятный привкус.  —Блевотина какая-то… Как этот псих это вечно пьет… — Леша вытер тыльной стороной ладони уголки губ и поднял глаза на приближающийся звук.  —Это ты мне? — раздался хриплый, посмеивающийся голос. Перед парнем стоял мужчина лет тридцати с небольшим. Он был довольно накачен и через темную футболку с идиотским принтом виднелись выпирающие мышцы. От него несло ядерным перегаром и дешевым одеколоном. Темные волосы мужчины были коротко сострижены. Предплечья были забиты татуировками, некоторые из которых смахивали на тюремные наколки или просто сильно неудавшиеся партаки. Губы мужчины расплылись в подозрительной улыбке с какими-то жирным намеком.  —Простите, что? Нет, я не думаю. Это я не вам. А вообще, знаете, мне надо идти, — парень слегка попятился и нахмурился, удивившись своей растерянности. Предчувствие не подводило его. Он не успел отстраниться, как мужчина крепко обнял его за плечи, и теперь весь блевотный коктейль ароматов ударил прямо в нос. Он наклонился к шее Леши и даже потянулся к ней губами, но парень дернулся, переводя его внимание.  —Ну ты че такой? Я тебя сразу приметил. Миленький такой. Прям сладкий недотрога, — мужчина мерзко рассмеялся и повел парня за собой. Леша сопротивлялся и грубо отпирался от него руками.  —Ты с ума сошел? Что ты несешь… Блять, отпусти меня нахуй. Не трогай, — Макаров хотел было вцепиться зубами в его руку, но тот ответил ему грубой пощечиной, чуть ли не разбивая губу в кровь. Это заставило Макарова на время растеряться.  —Че ты тут устраиваешь? Хватит ломаться. Не бойся меня. Я люблю таких как ты, но мое терпение не безгранично, сладкий, — мужчина рассмеялся, грубо прижимая парня к себе.       Отчаянные попытки вновь встретить зеленые глаза. Бесполезные, совершенно глупые попытки. С чего вдруг возлагались на него какие-то надежды? Леша повернулся к мужчине и попытался что-то громко возразить, но тот лишь усилил хватку, больно сжимая синяки на плечах. Он мгновенно затащил парня на второй этаж. С каждым шагом Макаров сопротивлялся все больше, а руки мужчины сжимали его все больнее. Он вырывался. Сердце громко и быстро стучало, а от паники в ушах звенело так, что половина слов мужчины была неразличима. Он что-то слащаво говорил на ухо Леше, касаясь кончиком носа его мочки. Ощущение его противного дыхание на шее вызывало рвотный рефлекс. И вот парень уже оказался насильно затолкан в одну из спален и закрыт с этим уродом на замок.  —Боже… Даже блять не думай, — резкий голос Леши дрожал, как и все его тело. Дрожь не покидала его на протяжение двух суток, но сейчас это было что-то новое. Он опасливо стоял на другом конце комнаты. Внутри горела ярость, сопротивления и страх. — Ты, ебанутый, отойди сейчас же блять.  —Ну, чего ломаешься? Я сразу заметил твой взгляд. Я тот, кто тебе нужен. Просто расслабься. Я не кусаюсь и больно не сделаю. Иди сюда, давай, малыш, — продолжил мужчина, медленно подходя к парню и протягивая к нему руки, словно нетерпеливо желая прикоснуться к юношескому телу. Леша вжался в стену и инстинктивно оглядел комнату в поисках чего-нибудь тяжелого и твердого. Как только он отвел взгляд, мужчина тут же схватил парня за руки и кинул на кровать.       Леша громко взвизгнул. Его голос итак был хриплым и осипшим, что с каждым громким звуком глотка чуть ли не разрывалась изнутри. И голоса не осталось вовсе, лишь хриплые, тихие возгласы и шипение. Мужчина придавил Лешу собой, в два раза превосходя его весом и продолжая крепко держать его, заломав руки. Парень начал бить его ногами и продолжать вырываться. Но мужчина вмиг подавил протесты, будто те ничего не значили вовсе.  —Не рыпайся, собачонка. Будешь послушным, я может и буду понежнее с тобой. Хотя я вижу чего ты хочешь. Такие как ты, явно заслуживают грубо. Заслуживают быть хорошенько отодраны. Я-то знаю твои тайные желания, псина, — тихо пробурчал мужчина, снимая с себя футболку.  —Я тебе не собачонка, уебок. Не трогай меня, сука. Не смей блять, — шепотом прохрипел Леша. Он пытался снова и снова вырваться. Ничего не помогало. Совершенно. Секунды тянулись словно часы. Будто этот момент не заканчивался, только выдерживая ожидание чего-то ужасного.       Мужчина расстегнул ремень и с дребезгом отбросил его на пол, потом разделся догола и также окончательно обнажил Макарова, грубо срывая с парня одежду. Сил не осталось. В глазах потемнело и даже резкая, острая боль по всему телу не привела парня в рассудок. Ноги дрожали, но Леша больше не сопротивлялся, позволяя себе вжаться в мягкую кровать. Его голова лежала на холодном одеяле. Единственное, во что он хотел верить — это в то, что кто-нибудь это остановит. Единственная его надежда — это чертов Гречкин. Он сделал бы что угодно, лишь бы это остановилось. Отчаянная вера. Настолько отчаянная, что Леша бы и подумать не мог, что просил бы об этом когда-нибудь в своей жизни. Но что еще остается? Наверное ничего.       Проходили минуты, десятки минут. Горячая слеза стекала по виску. Леша мертво смотрел куда-то в пустоту. Он обездвижено лежал, стараясь не ощущать дыхание на своей шее и ключицах. Стараясь не чувствовать сжимающих его тело рук, от которых завтра останутся синяки, если Леша, конечно, доживет до завтра. Парень невольно пошатывался с каждым нарастающим хаотичным движением и толчком. Больше не больно. Больше не страшно. Хотелось просто, чтобы этот омерзительный процесс кончился.       Как глупо наверное было верить, что кто-то геройски придет на помощь. Тем более Гречкин... Раздался нервный стук в запертую дверь. И до сердечной боли знакомый голос. Макаров почти задыхается, поднимая глаза.  —Блять, все двери закрыты. Эй, ебаный рот, шевелитесь там. Мне ещё куда-то облеванных студенток девать надо, — слышится голос Гречкина. Его голос не перепутать ни с чьим другим. Но сейчас речь не о искренней душевной благодарности Леши. Это выигранное время.       Мужчина отвлекся. Он остановился и, практически испуганно, обернулся на дверь, даже начал что-то возмущенно отвечать. Но Леша этого уже не слышал. Парень набрал в легкие воздух и рванул к прикроватной тумбе. Мужчина не успел даже посмотреть обратно на юношу, как о его голову с дребезгом ударилась небольшая настольная лампа. Увесистый предмет с хрустом врезается в скривившиеся лицо, раздирая плоть и хрустя костями черепа. Ее стеклянный абажур разбился и осыпался на голое тело Макарова вместе с кровавыми брызгами. Мужчина рухнул без сознания на кровать, рядом с парнем. Вся его левая сторона лица была похожа на отбитое кухонным молотком мясо. На белоснежном одеяле проступало огромное красное пятно. Леша лежал прямо рядом с ним, чувствуя металлический запах и смотря в закатывающиеся глаза. Слезы стекали с горячих щек. Парень закрыл рот рукой и отвернулся, пытаясь сдержать порыв рвоты от лежащего рядом тела и от всего происходящего ранее. Судорожное дыхание перебивалось всхлипами. Леша отпустил лампу, и она упала на пол, разбиваясь окончательно.       Макаров просто неподвижно лежал несколько секунд. В том же положении, что и был оставлен. Казалось, он и не дышит, но его грудь все-таки иногда поднималась в попытке захватить немного воздуха. Теперь его омраченное тело покрылось новыми следами и травмами. Покрылось следами, которые Леша будет ненавидеть всю свою жизнь. Жалкую и сгнившую жизнь. Холодное юношеское тело чем-то напоминало куклу. Фарфоровую, рукописную и с белоснежной кожей. Но эту фарфоровую куклу совсем разбили, что теперь ее осколками можно только вскрыться и не более. Теперь Леша испытывает большее отвращение не к ебанному Гречкину, а к самому себе. Леша стал грязным. И эту грязь теперь невозможно отмыть.       А рядом с ним тело. И он был уверен, что это тело больше не проявит признаков жизни. А если бы проявило — он бы добил. С удовольствием. Леша сморщил лицо в отвращении и сжался, но его глаза раскрылись снова вместе с услышанном голосом.  —А… мне спрашивать все ли там нормально или… Эм… блять, там кто-то вообще живой есть? — произнес Кирилл и сделал еще несколько неуверенных стуков.       Леша рванул с кровати, спотыкаясь. Он быстро натянул свои джинсы и кое-как открыл замок. Дверь распахнулась, и Макаров чуть ли не упал на стоящего напротив Гречкина. Ноги еле держали парня, и сохранить равновесие было невозможно. Все тело безостановочно дрожало и едва слушалось. Кирилл поймал парня, крепко схватив его за плечи. Леша испуганно поднял голову и зацепился пальцами о руки Гречкина, пытаясь устоять на ногах. Парень смотрел на Кирилла с испугом и растерянностью, подобно зашуганному уличному щенку, тянущемуся к рукам человека и выискивая любой помощи. Он никогда не видел его таким. Гречкин немного затормозил и лишь молча смотрел на Лешу, пытаясь найти причину сложившейся ситуации. Парень слегка приподнял Макарова и поставил его ноги, но тот продолжал крепко хвататься за его предплечья пальцами, нуждаясь в тепле его кожи. В другой ситуации с губ Леши могли бы сорваться слова благодарности, но здесь и сейчас он никогда не скажет этого. Не осмелится, даже если правда был искренне благодарен. Полная чушь. И Леша точно это знал.  — Блять, это ты… Подожди, какого хера ты тут делаешь? Что это был за шум? А это… ебать… — произнес Кирилл и перевел взгляд на свои руки. Его пальцы были испачканы кровавыми следами, так же как и тело Леши. — Это твоя кровь? У тебя вся грудь и рука в крови. Что за хуйня… Чего молчишь? Эй? Прием?       Гречкин был в панике, недоумении, но голос был тверд. Он положил руки на дрожащие плечи парня, пытаясь осадить его. Кирилл отстранился от Леши и, быстро пробежав по нему взглядом, снова посмотрел в глаза Макарова, настойчиво ожидая ответа. Юноша же сильнее сжал свои пальцы и сделал глубокий вдох, отводя глаза. Его губа дрогнула.  — Я… убил человека… — тихо и хрипло произнес парень, сдерживая нахлынувшие эмоции от осознания совершенного. Леша напрягся и снова перевел взгляд на Кирилла. Тот стоял несколько секунд в полном ступоре, а после нахмурился, пытаясь переварить информацию.  — Что?.. Ты что сделал? — Гречкин сделал тяжелый вдох и, не дожидаясь, отодвинул Макарова вбок, смотря ему за спину, прямо в глубь комнаты. Снова несколько секунд растерянности, а за ними последовал не менее тяжелый выдох. Парень сжал зубы и прикусил нижнюю губу, не отводя взгляда от тела, лежавшего на кровати. — Ебанный в рот… Блять, Макаров, это пиздец.