Горит все внутри

***

      Преддверие весны. Холод и влажность заполняли все улочки хмурого Петербурга, оставаясь напоминанием об уходящей зиме. Тускло и депрессивно.       Леша поправил вязаную серую шапку на макушке, шаркая ботинками по мокрому асфальту под ногами. Он привычно убрал руки в карманы большой куртки, прогуливаясь по городу на пару с Гречкиным. Что-то вроде совместного времяпрепровождения. На плечи падали редкие капельки грустно моросящего дождика. Они ритмично постукивали по козырьку бейсболки, торчащей из капюшона от худи на Кирилле. Они что-то вечно беззаботно обсуждали, блуждая по извилистым дорожкам и глухим улицам. Грязно белое небо прятало шарик солнца в своих плотных облаках, уберегая город от его лучей.       Макаров шагнул на возвышенность, идущую вдоль поребрика. Балансируя по тонкой полосе, он развел руки в стороны и продолжал говорить. Говорил негромко и все, что приходило на ум. Они рассуждали о близких, о мире вокруг. Леша говорил о будущем, смотря под ноги и переступая через сбитые плиты, пока рядом шел и подстраховывал Кирилл. Тот иногда отвечал на размышления, зачастую только подшучивая и не расходясь в своих речах. Ему нравилось слушать этого юношу больше, чем разглагольствовать самостоятельно. —… И я думал над поступлением в ВУЗ. Ну знаешь, я хочу заняться учёбой. Подам документы на какой-нибудь факультет журналистики. Хочу дальше развиваться и достичь чего-то своего. Самореализоваться в чем-то.       Он опускает руки обратно в карманы, поднимая голову и глядя перед собой. Но Кирилл не может смотреть никуда ещё, кроме как не на него. Его дыхание замирает на секунду. Глаза, под тенью козырька, рассеянно бегают по юношескому профилю и Кирилл чуть замедляет шаг. Вдруг возникшие слова раздражают горло и за считанные секунды ускоряют сердцебиение. —Давай уедем отсюда, — Вырывается с сухих губ и отдается эхом вдоль арки под которой они оказались. Его голос бьётся о бетонные стены, заброшенных домов. И также бьётся в спину юноши, прошедшего пару шагов вперёд от Гречкина.       Леша оборачивается на остановившегося парня, ловя его встревоженный взгляд, пронзающий тело. Брови невольно приподнимаются, а мысли останавливаются и отдаляются от мечтаний, когда он понимает, что тот не шутит. Их силуэты кажутся такими маленькими и незначительными в арке высоких зданий. Макаров практически чувствует свое притаившееся дыхание в повисшей между ними тишине. Он осторожно, но быстро спускается с возвышения на один уровень с Кириллом. —Чего? — Переспрашивает юноша, то ли не понимая, то ли остерегаясь понять его слова. —Давай уедем. Уедем из этого хренового города, хреновой страны. Подальше отсюда. Подальше от отца, особняка и всего этого ебанного прошлого. Я хочу быть свободным. Я не хочу тонуть здесь. Не хочу жить в полном осуждении и угнетении. И не хочу, чтобы ты так жил. Мы уедем и нас это больше не будет беспокоить.       Гречкин поспешно делает несколько шагов вперёд, кладя руки на горячие щеки Макарова и прикасаясь лбом к его лбу. Его голос хриплый, торопливый. Его брови ползут друг к другу, пока он бегает глазами по лицу юноши, вставшего в ступор. —Прошу, Леша. Здесь всё… Всё так бесполезно. И ты прекрасно знаешь это. Я хочу, чтобы у нас была настоящая жизнь. Я хочу думать о мелочах, о тупом быте, о чем угодно кроме ссаного особняка, отца и того через что мы прошли раньше.       Он нетерпеливо целует его в щеку, трепетно прижимаясь губами к его мягкой коже и лаская большими пальцами его веснушчатое лицо. Юноша только растерянно, еле касаясь, кладёт ладони на его локти. От дыхание на коже хочется дрожать. —Ты поступишь в любой университет мечты. Мы будем жить в домике где-нибудь у моря в теплой стране или посреди мегаполиса в одной из высоток. Где угодно, где только пожелаешь. Где-нибудь, где у нас есть будущее. Совместное будущее. Пожалуйста, — Отчаянно шепчет парень, чувствуя, как с каждым словом напрягается тело Лёши в его руках. Ему не нужно смотреть в глаза, чтобы ощутить эту хмурость и небольшую дрожь в мышцах лица напротив. —Я не могу оставить их, — Это все, что он может ответить сейчас. Это все, что приходит на ум. Леша опускает глаза в пол. —Мы будем приезжать. На кладбища и к Грому с Юлей. Мы можем приглашать их к себе, — Кирилл отвечает сразу и приподнимает его голову, зачесывая пальцами мягкие, русые волосы юноши и взглядывая в его голубые глаза, в которых различал собственное отражение.       Леша никогда не видел парня таким. Во взгляде Макарова сочилось сомнение и растерянность и Кирилл чувствовал тяжесть от этого, словно боялся чего-то, что мог услышать. Он пытался убедить Лёшу так, как будто это был их последний шанс на нормальную жизнь. Хотя может так и было в самом деле. Сейчас он осознавал, как задыхался в этой душной банке, в которую он себя загнал. Но они наконец-то вместе. И Кирилл нуждается в новой попытке на нормальную жизнь, пока их снова не унесла волна прошлого. Это была последняя возможность сесть в уезжающий поезд. —Ты же знаешь, что сейчас мне предлагаешь что-то, что кардинально меняет мою жизнь? И ты даёшь мне этот выбор вот так… И хочешь моего ответа так мгновенно, — Макаров бормочет, размыкая губы и сжимая пальцами рукава куртки на парне. —Я знаю, щеночек, прости… Но я чертовски много думаю об этом. Каждый божий блядский день после того, как очнулся в больнице. Я думаю о тебе и о том, что все может быть в разы лучше. Все может быть по-другому. Я почти чувствую, как упускаю время и возможность с каждой прошедшей минутой. Я, вероятно, безумец когда говорю это, я знаю…       Он все также держит ладони на его щеках, вглядываясь в его глаза и губы. А Леша чувствует давление в груди и как его голос мешается с собственным шумом в ушах. —Ты так заслуживаешь этого. Настоящей жизни после всего, что произошло. И мне это нужно. И мне нужно, чтобы ты был со мной рядом, — Продолжает Кирилл, быстро пробежав кончиком языка по своим сухим губам. —Мы должны были поговорить об этом нормально. Как взрослые люди, — Леша почти ругает его и хмурится сильнее, поднимая и смыкая руки на его запястьях. — Это ебать как инфантильно заводить такой разговор вот так. С пустого места. —Знаю, — Кирилл снова кивает, словно уже чувствует удар приближающегося отказа, но продолжает ждать. А Макаров прекрасно знает, что заговорить о чем-то настолько тревожном Гречкин не мог иначе, кроме как выпалить это, когда его чаша переполнится внутри. А она начала наполняться уже давно.       Леша молчит. Слишком долго молчит. Но Кирилл терпеливо ждёт любого его слова или звука, несмотря на то, как рвется его сердце с каждым нервным ударом. Их горячее, прерывистое дыхание сливается в одно целое. —Хорошо… Я согласен.       Кирилл с болезненным хрипом выдыхает и улыбается, крепко целуя его в лоб, а после в губы, прижимаясь своими к его горячему лицу из раза в раз. Леша обвил руками его пояс, сжимая пальцы на его спине и чувствуя, как Гречкин прижимает его к своему ссутулившемуся телу. Макаров ощущает и слышит, как бешено стучит сердце Кирилла напротив. —Я же не могу тебя бросить. Если тебе плохо, как я вообще могу оставить тебя тонуть в этой пучине? Я доверяю тебе. Если ты хочешь и веришь в этот шанс, я пойду с тобой на всё. Конечно же пойду и мы попробуем вместе.       Кирилл улыбается шире, целуя его в шею под мочкой уха, выдыхая горячий поток воздуха на его кожу. —Но это не исключает того, что ты должен был рассказать мне об этом раньше. Мы могли бы сразу все обсудить, — Он безуспешно пытается сохранить немного строгости в голосе, поглаживая его напряжённые мышцы спины пальцами. — Ты же знаешь, что если мы уедем это не решит все проблемы? —Знаю. Я сделаю все возможное. Мы будем работать над всем остальным дерьмом…       Тихо бормочет Гречкин, теряясь в собственном дыхание и склоняясь над юношеской фигурой, упираясь лбом в его плечо, пока тот обнимает его в ответ, сжимая руки на его теле. Кирилл втягивал лёгкий, опьяняющий запах с одежды. В голове было пусто. Ни одной дрянной мысли, терзающий сознание. Только странное спокойствие и безмятежность.

***

      Царапающий мороз весеннего воздуха раздражал кожу лица. Три темных силуэта. Макаров смотрел из-под опущенных ресниц. Гречкин стоял рядом и чувствовал его весомую усталость от посещения подобных мест. Они нуждались в переменах, но стоило достойно отпустить прошлое. Это было чертовски муторное дело…       Леша перечитывает имя несколько раз, не решаясь начать разговор. Константин тоже не спешит с этим. Возможно, мрачная фигура за спиной Макарова его напрягает. Возможно.       Костя держался на расстоянии в несколько шагов, сутулясь ближе к могиле, чем к парням. Его худое желтовато-бледное лицо приобрело более живой оттенок. На остром подбородке появилась светлая щетина. Ранее черные впадины глазниц посветлели и порозовели. От мороза на коже проявлялся хоть какой-то пигмент. Он выглядел живее, крепче, но взгляд такой же темный под хмуростью бровей.       Только Кирилл был спокойнее всех. Несмотря на абсолютно безразличное выражение лица, Леша знал, что Гречкин будет готов врезать блондину за любое неверное слово или действие. Да и Костя сам это чувствовал всем нутром. Но он не раскаивался, не винил себя за что-то содеянное. Он просто не устраивал разборок. Макарову хотелось верить, что Костя был близок к тому, чтобы понять его. Он хотел этого ради себя, Кирилла и Жени. Хотя в глубине души они все винили друг друга. —Есть сигарета? — Раздался хриплый голос Кости, но он не повернулся и не посмотрел на кого-либо из парней рядом. Его взгляд был только на надгробии.       Кирилл молча протянул пачку и, когда тот вложил одну сигарету между своих губ, парень поджёг ее кончик. Леша только бегал глазами между ними двумя.       Дым обволок худое лицо. —Ты был очень дорог ему. —Да, но дорожил мной иначе, чем был дорог мне. И я не смог бы признаться ему, даже будь он живой, — Костя поджимает губы и выдыхает, опуская голову. — Но плевать. Я хотел бы только, чтобы он был жив, даже если бы мне пришлось молчать всю свою сраную жизнь.       Кирилл переводит взгляд на Лёшу, вглядываясь в его профиль, пока Костя говорит. Знакомое чувство… Но он молчит. Он не найдет слов поддержки. Он был бы также отчаян. —Сейчас ради него ты можешь помочь только самому себе, — Отвечает Лёша, переводя взгляд на надгробие и вскоре отступая на шаг назад, поворачиваясь к Кириллу.       Костя только неохотно кивает, втягивая никотин в лёгкие.       Они расходятся. Кирилл и Леша садятся в машину. —Он справится, — Негромко говорит Гречкин. Леша медлит, задумывается и тоже только кивает в ответ.

***

      Ещё одна могила. Ещё одна слишком дорогая потеря.       Леша сидел на корточках, лаская край надгробного камня, желая найти какой-то физический контакт в ответ на его слова.       Кирилл был на расстоянии, теребя пальцы в карманах и кусая обратную сторону щеки во рту. Он не осмеливался влезть в что-то такое хрупкое. Своего вмешательства между этими двумя он уже оставил предостаточно. Гречкин видел себя чем-то разрушающим рядом с этой могилой. Рядом с этим именем, от которого дыхание сбивалось при случайном восприятии. Сердце билось быстрее и тревога накатывала, как в первый раз, когда он увидел труп или могилу. Это могила преследовала его во снах. Как и ребенок, изображённый на ней. Он не хотел слушать о чем говорил Леша, потому что не выдержал бы. Особенно перед их планами начать все сначала.       Кирилл убил ее, часть Лёши и часть себя в ту ночь. И породил в себе что-то инородное, но сошедшее к нему как милость, если он сможет не упустить шанс. И он не упустил.       Это было болезненное перерождение, оставившее огромные шрамы на всю жизнь. Для него и Лёши. —Привет, малышка… Я… Я приехал попрощаться. Мы с Кириллом уезжаем. Начнем все по новой. Так нужно для нас. Я хочу верить в этот шанс, — Макаров говорит шепотом, водя ногтями вдоль каменной плиты. — Юля позаботится о этом месте. Мы будем навещать тебя, конечно.       Леша закрывает глаза и прижимается лбом к обратной стороне ладони. —Говорить это… Труднее, чем я думал. Я надеюсь ты понимаешь почему я это делаю… Просто, я не могу иначе. Я люблю его. Кажется, даже очень сильно люблю, — Он немного горько усмехается, потирая переносицу костяшками пальцев и пытаясь подобрать нужные слова, не звуча слишком абсурдно. — Я мечтал о том, чтобы увидеть, как ты вырастешь и как мы были бы все вместе. Но судьба сложилась иначе и мне очень жаль. Я безумно благодарен тебе, малышка. Ты навсегда останешься со мной, где бы я ни был и чтобы не делал. Надеюсь, там ты по-настоящему счастлива и у тебя есть все, чего я не смог дать тебе при жизни.       Макаров чувствует жжение в глазах от подступающих слез. Он проводит рукой по выгравированным буквам и встаёт, рассеянно пятясь назад. Леша смыкает зубы, чтобы сдержаться от тоски, дрожащей в горле. Юноша поворачивается к Гречкину и зарывается ему в грудь, когда тот притягивает его к себе в объятия. —Черт возьми… — С резким вдохом шепчет Макаров, поджимая плечи. —Я знаю, милый… Знаю… Это тяжело.       Кирилл впускает пальцы в его русые волосы, поглаживая его голову и чувствуя, как сердце рвется на части в груди. Еще одна галочка в дурацком списке.

***

—Мы посмотрим мир, — Проговаривает Гречкин, касаясь губами стекла стакана и делая щедрый глоток виски. —Я поняла. Это была твоя идея? — Отвечает Саша, облокотившись локтями на кухонную столешницу в своей небольшой квартире.       Маленькое тускло освещенное пространство было заполнено запахом алкоголя и сигарет. Квартирка было очевидно обжитой, судя по множеству предметов и отсутствия чёткого места каждой вещи. Зато был приятный вид из окна, компенсирующий размер. Довольно высокий этаж и хорошая мебель. —Моя, — Он сухо соглашается, все ещё держа стакан у рта, уставившись куда-то в пустоту. —Ну, а если бы он не согласился? — Девушка чуть поворачивает голову на парня с ноткой любопытства в глазах. Ей хотелось понять их обоих, найти возможный способ поддержать. Все-таки если он здесь, значит он пытается прощаться. —Не знаю. Я бы все равно остался с ним. Хотя, думаю, что ебануто рисковал когда спрашивал тогда. Возникли бы вопросы и недопонимания, которые мы бы с трудом могли решить. Но я верил, что он согласится. Он знает, что ему нужно и чего он хочет. Это в первую очередь отличный шанс для его самореализации. Но я бы поддержал его любое другое решение.       Гречкин устало выдыхает и проводит рукой по своим волосам. Саша немного кивает и бегает глазами по парню. Он кажется потерянным, усталым и просто немного пьяным. —Мы уже почти подготовили документы. Возьмём с собой Кота. Попутешествуем, найдём идеальное местечко… — Медленно и чуть тише проговаривает парень, вдумываясь в собственные слова. Он проводит пальцами вдоль края стакана, думая о том через что им нужно будет пройти в будущем, чтобы достичь идеала. Будет ли это шансом на свободу? Делает ли он правильно, ставя все, что у них сейчас есть? К лучшему ли перемены?       Парень поднимает голову, отстраняясь от тяготящих мыслей, когда девушка подходит и кладет руку на его спину. Ее пальцы между лопаток придают немного тепла. —Все будет хорошо.       Гречкин удивлённо встречается с ней взглядом, но после выдыхает и обнимает девушку одной рукой. Какое приятное чувство, когда есть люди на твоей стороне… Саша обвивает руками его шею и легко улыбается. —Не бери на себя слишком много. Вы сильные ребята, но у вас также есть на кого положиться. Когда есть шанс на светлое будущее, ради которого вы так много трудились, нужно обязательно его брать. —Спасибо… Ты тоже можешь всегда положиться, ты знаешь. Мы поможем где бы мы ни были, — Тихо говорит Кирилл, опуская подбородок на ее плечо и прикрывая глаза. — Не забудь передать от меня подарки твоим братьям. —Конечно. Таинственный незнакомец такими темпами скоро совсем разбалует их. Жаль вы не успеете познакомиться. Я хочу, чтобы они знали кому я обязана всей этой "нормальной" жизнью. —Мы же приедем обратно в гости когда-нибудь. Не боишься, что если они со мной познакомятся, то научатся быть такими же придурками? — Парень тихо усмехается. —Не боюсь.

***

      Безусловно требовалось время для подготовки всего необходимого. Они составляли идеальный план их путешествия. Рассматривали множество вариантов, выбирали жилье и отмечали места, которые хотели бы посетить. Уходило время для создания новых всевозможных документов, которые могли пригодиться. Их разговоры приобрели особенно яркие краски. Какая-то бессмысленная болтовня варьировала от обсуждения их будущего положение в мире до обсуждения их чувств и переживаний насчёт их решений. Но в этих разговорах было свое очарование. Леша с Кириллом были друг у друга и они были ближе друг к другу, чем когда-либо.

***

      Они провели вечер с чашкой крепкого чая в гостях у Юли и Игоря. Прошел трудный, но необходимый разговор. Все стало сложнее и легче одновременно. Они безусловно все поняли и приняли, высказав всевозможную поддержку. Хотя на Громе проявились всевозможные виды ворчливого и хмурого выражения лиц. Он был молчалив, вдумчив, но не протестовал или осуждал. Юля была как обычно нежна, хотя без лишнего оптимизма. Это в ней нравилось Кириллу и Лёше. Она могла поддерживать и подсказывать по делу без лести и слащавости. Девушка имела в себе свойство совмещать строгость и заботливость в нужных ситуациях. Этого более чем хватало для ободрения.

***

      Парни прощально гуляли по весеннему Питеру часами. С утра до вечера, они плыли по улицам города, вспоминая и летние деньки. От столпотворения на узких тесных дорожках до прогулок на просторных набережных. Проходили мимо изяществ обычных домов и мимо различных памятных мест. Они оставляли в своей памяти каждый уголок этого серого города. Каждую незамысловатую надпись маркером или цветастые стикеры на светофорах, столбах и фонарях. Глаза замечали оригинальные, уютные кофейни за стеклянными витринами, изящные рестораны, необычные магазины, ретро секонд хэнды. В голове оставались простые люди, идущие с мрачным выражением лиц или компании молодежи по выразительнее. Сердце лежало к гуляющим дворовым котам, которые грелись на стеснительном Петербургском солнышке или прятались под старыми автомобилями. Маленькие потёртые лестницы, ведущие в какую-то бижутерную лавку, внутри которой в воздухе висит странноватый запашок. Зеленоватый плющ, захватывающий территорию облупившейся стены какого-то здания в богом забытом переулке. Множество мостов, вьющихся вдоль города. Металлические перила с узорами. Низкие старые здания в бледных оттенках, связанные судьбоносными проводами друг с другом. Мирные лодочки с влюбленными туристами, плывущими вдоль каналов или тот же яростный ветер, спасающий тебя в ненасытный летний день. Оранжевый закат, ласкающий золотые наконечники зданий. Серые крыши и, выглядывающие между ними, пышные зелёные кроны деревьев. Белое небо. Белые ночи. Орнаменты. Граффити. Голуби. Собственная антиутопия.       Санкт-Петербург — это муза.       Санкт-Петербург — это подростковая влюбленность.       Санкт-Петербург — это чистое вдохновение.       Санкт-Петербург — это размеренное течение с ноткой прекрасного уныния в сердце.       Но жизнь — это множество разных течений.

***

      Леша и Кирилл ехали на просторном автомобиле в аэропорт. Молчаливый, солидный водитель аккуратно рулил по автомагистрали. Это был крупный мужчина в возрасте, являющийся давним водителем в компании Гречкиных для важных клиентов или работников. Сейчас же он вез двух молодых парней, переноску с котом и их багаж в аэропорт. Гречкин Младший оставался на своем посту в большинстве фирм, где было возможно дистанционное руководство. Определенно это имело ряд сложностей и неудобств, но с компетентными помощниками, можно было практически иметь такую же власть, что и при личном присутствии. Пришлось пожертвовать некоторыми акциями и возложить на себя больше работы, но хотелось верить дальше, что это того стоит.       Между двумя парнями на заднем сиденье стояла пластиковая переноска с решеткой. Она немного шаталась с каждым приходом активности у животного, сидящего внутри. Он скребся, хрипло мяукал или просто крутился на месте. Не то, чтобы переезд был особо травматическим событием для этого кота со стороны его психологического состояния. Скорее он был просто слишком энергичен и самоволен для такого долгого заключения.       За спиной в багажнике гремело приданное из двух полных чемоданов и спортивной сумки. Они почти старались брать только самое важное, но в конечном итоге вещей было предостаточно. Они знали, что приобретут более, чем огромное количество необходимого на новом месте, но было бесполезно бороться с желанием взять каждую драгоценную для сердца и памяти вещицу. И вот они ехали с переполненным багажником и ручной кладью.       Леша ехал тихо, поглядывая на Кирилла рядом, сидящего в телефоне и разгребавшего накопившиеся дела. Светящийся экран открывал сосредоточенное лицо парня в полностью темном салоне автомобиля. Макаров перевел взгляд, наблюдая за мерцающими огнями меняющегося пейзажа. Ночная темень окутала город, позволяя ему покрыться множеством светлячков. Жёлтые пятнышки от фонарей вдоль дороги, освещали «верный путь». Везде рябили красные стоп-сигналы машин и их фары. Здания за окном менялись с ощутимой скоростью, покадрово исчезая за спиной. Макаров прикусил нижнюю губу и повернул голову, касаясь пальцем края переноски. Через щелчку показался блестящий глаз и мягкая лапка, выпускающая коготь, подстриженный с большим рвением и упорством хозяев. Леша чуть выдохнул и слегка улыбнулся, играя с Котом через небольшое отверстие сбоку коробки. —Сильно переживаешь? — Раздался тихий голос Кирилла, когда тот оторвал взгляд от телефона и посмотрел на парня. —Ты отлично знаешь ответ. Перемены с некоторых пор вызывают во мне достаточно нервозности. Что насчёт тебя? — Леша поднял глаза на парня, не отстраняя руки от игры с питомцем. —Если скажу правду, то ты будешь нервничать сильнее. Если солгу, то буду сам на ещё большем нервяке. Так что, давай пока не будем об этом думать. Знаю, звучит тупо и ебануто, но зато имеет немного смысла. Мы успеем ещё подумать о том, что делаем.       Кирилл берет юношу за руку и целует пару раз обратную сторону его ладони, касаясь горячими губами его кожи. Это странно успокаивало. Леша только кивнул, немного улыбнулся и наблюдал за парнем, сидящим через переноску от него.       Через время они приехали в аэропорт. Леша все также с интересом оглядывался, замечая каждую детальку огромного пространства, наполненного людьми. Кирилл же только что-то сонно ворчал, пряча усталые синяки под глазами за капюшоном худи и плелся следом. Под шум от крутящихся колесиков чемоданов они проходили по полированному полу. —Надеюсь, нож-бабочку ты не в ручную кладь запихнул? — Поинтересовался Кирилл с зевком, идя вслед за юношей. Тот закатил глаза и кинул недовольный взгляд на Гречкина через свое плечо, заставив его усмехнуться. — Я пошутил так-то. Но отчасти и правда любопытно было. —Я же не идиот. —Безусловно нет. Брать с собой нож в переезде тоже вполне целесообразно, — Поиздевался Кирилл, пробегая взглядом по очередям к досмотру. —Это воспоминания, — Сухо фыркнул Леша, приподнимая подбородок. —Конечно, — Забавляясь, согласился парень, прежде чем они встретились с Пчелкиной и Громом, приехавшими, чтобы попрощаться и проводить их. —Мы будем скучать, — Пробормотал Леша, ставя чемодан и входя в объятия Юли. Та ласково погладила юношу по спине и улыбнулась с поддержкой. —Ох, мы тоже, Леша, — Пчелкина кивнула и, когда Леша отстранился, она раскрыла объятия для уже подошедшего Кирилла. Несмотря на их предположительные ранние разногласия из-за прямоты Юли в журналистике, они очень хорошо относились друг к другу. Кирилл слегка наклонился, чтобы соответствовать росту девушки, и вежливо положил руки на ее талию, когда она обняла его. —Будьте аккуратны, — Проговорил Кирилл, кинув взгляд к Грому и выпрямившись. —Мы-то будем. Это вы сами осторожнее, — Пчелкина также тепло погладила Кирилла по спине и он немного улыбнулся ей с благодарностью.       Леша же не спеша подошёл к Игорю. Они стояли секунду, прежде чем юноша первым двинулся для объятий. Игорь не отстранился, конечно. Он положил одну руку ему на шею сзади, притягивая его к себе. Макаров только со спокойствием выдохнул, кладя подбородок на плечо мужчины и руки на его спину. —Это мой шанс… — Прошептал юноша, опуская взгляд в пол, пытаясь запомнить момент этого тепла. —Знаю я. Воспользуйтесь этим шансом по полной. Просто будь счастлив. Без всякого дерьма, — Тихо, но с хрипотцой выдал Гром. Леша улыбнулся и чуть отстранился. —Мы постараемся. Я постараюсь.       Мужчина потрепал его по голове и тоже позволил чуть одобрительной улыбке появиться на губах. —Я рад за тебя, — Он кивнул и они ещё немного отстранились друг от друга. — Я горжусь тобой.       Сердце Лёши дрогнуло, облилось горячей кровью. Он поджал губы, чтобы не сделать или не сказать ничего лишнего. Или, чтобы просто не разрыдаться. Он вглядывался в лицо мужчины и чувствовал родство. В его сознание и сердце теплилось ощущение близости и поддержки. Что-то настолько семейное и родное, что-то такое, чего не хватало ему раньше и что теперь он приобрел. Он заслужил это. — Спасибо, — Все, что удалось выговорить с комом в горле. Глаза предательски намокли и он опустил взгляд, отступая на шаг назад и позволяя Кириллу подойти к Грому.       Они сначала крепко пожали руки, но Гром все-таки притянул парня к себе, немного приобняв. —Береги себя, — Проговорил Кирилл с широкой улыбкой, приобняв того в ответ. — Постараюсь соблюдать все межнациональные законы только ради тебя. —И ты себя береги, говнюк, — Гром усмехнулся, отпуская парня и чуть пихая его локтем в шутку.       И вот Леша и Гречкин стояли вместе, прощаясь с уходящими Юлей и Громом. —Тяжко, — Выдохнул Макаров, прикусывая нижнюю губу и смотря вслед уходящим. —Да уж. Но мы же увидимся снова с ними. Не успеешь соскучиться, — Кирилл смотрит туда же и обнимает юношу рукой за плечи. Он отводит взгляд, опускает голову и целует юношу в макушку, пока тот на секунду расслабляется в его руках. —Всё, пойдём-пойдем. А то какие-нибудь папарацци словят нас тут обжимающихся, — Проговорил Макаров, выпрямляясь и взглядывая на парня. —Ну, ты прав. Пойдем, — Согласившись, Кирилл взял часть вещей и подождал, пока то же самое сделает Леша с оставшейся частью, прежде чем они отправятся на сдачу багажа.

***

      Домик у моря, приятный небольшой городок, новые возможности и впечатления. Немного отдушины перед новой бурной жизнью. Кот чувствует себя замечательно. Активен, как всегда. С интересом исследует каждый уголок нового жилья. Особое любопытство у него вызывают чайки, вечно кружащие над морем или садящиеся за окном. Кажется, охотничий инстинкт ничего в нем не убьет, даже пачка дорогого корма, лоток или любящие хозяева. Иногда присутствует зависть к его вольному характеру.       Кирилл, как и планировалось, работает дистанционно. Сложно, но он справляется. Даже появилось второе дыхание в его работе, главное, чтобы не перегорел. Он поразительно быстро нашел баланс между заморочками в бизнесе и возможностями отдыхать, исследуя мир вокруг и уделяя внимание близким. В нем проснулось удивительное чувство романтики и активности. Что-то живое украшает их ежедневную рутину. Теперь каждый день это что-то свободное. На столе цветы, чашки кофе и пробежки по утрам. Они ездят в город на свидания, а вечером проводят ещё более разнообразные свидания в спальне.       Леша собирается подать заявку в университет на факультет журналистики, как только они закончат сеансы путешествий и кругосветок. Когда они остепенятся — то попросят и перевести некоторые автомобили на новое место жительства. Макаров увлекается фотографией. Это особенно раскрывается, когда каждый день видишь что-то безумно прекрасное и новое. Но особое удовольствие приносит только фотографирование Кирилла. Фото вместе, фото спящего или улыбающегося Гречкина, фото Кота в всевозможных позах. Теперь распечатанные фотокарточки украсили холодильник и весь дом в целом. В воздухе кружит особый уют. Дышать стало легче.       Гулять по городу. Играть в шахматы. Утренние поцелуи на кухне, пока за окном шумят морские волны. Совместные принятия пенной ванны с сотней свечей вокруг. Смех над забавной мордочкой Кота, пока тот спит. Курение одной сигареты на двоих, пока они сидят вечером на веранде и смотрят на ночное звёздное небо. Совместные готовки ужина. Просмотры фильмов, укутавшись в плед на диване и почесывая пушистый живот питомца рядом. Видео-звонки с близкими. Попытки обучить Грома определенным функциям телефона. Обмен одеждой друг с другом. Ездить на машине с открытой крышей. Подпевать и танцевать под любимые песни. Первая поездка в парк аттракционов. Заниматься своими делами и саморазвитием в течении дня, чтобы встретиться объятиями и разговорами вечером. Посещения психолога, чтобы улучшить свою жизнь. Прощаться с каждым закатом, сидя на пляже. Поездки за покупками в гипермаркеты, скупая множество бесполезного, но забавного товара. Поцелуи под дождем. Пикники на полянке. Чтение друг другу книг. Массировать его плеч, пока он работает. Осветление его волос, когда у него отрастают корни. Поцелуи в каждую родинку и веснушку. Интерес к историям появления каждой татуировки. Делиться мечтами друг с другом. С интересом слушать каждое новое впечатление, возникшее за день. Дать отдохнуть друг от друга, когда это необходимо.       С каждым днём становится все яснее и ярче, что же такое любовь.

***

      Это была среда. У белого горизонта пролетали крупные чайки, громко что-то выкрикивая и проносясь над поверхностью воды. Морская гладь была тихой, в темной синеве отражались солнечные лучи. Спокойные волны с ласковым шумом вырывались на пустой берёг, расстилаясь тонкой пленкой. Вода поднималась по голую, худую щиколотку. Вслед за холодом на коже ног ощущался резвящийся песок, проникающий между пальцами и уходящий с прибоем. Волны пенились, шумели, утаскивали ракушки и камушки на дно морского царства. Лёгкие наполнял свежий, влажный аромат водорослей и соли. Пушистые облака плыли вдоль ярко голубого неба, опускаясь белоснежной дымкой вдоль горизонта еле заметных гор.       Леша подвигал пальцами ног, зарываясь глубже в песок, ощущая грубую текстуру мелких камушков. В волосы проникал ветер, щекоча слегка загорелую кожу лица и забираясь под белоснежную флопчатую футболку. На теле появилось чуть больше озорных веснушек от пребывания на солнце. Здесь воздух был свеж, а душа восхищенно звенела. Здесь сердце билось спокойно из-за дня в день. Морская вода поднималась к закатанным штанинам голубых джинс. Макаров грел в сердце мысль, что теперь он понимает рвение людей посмотреть мир. Теперь путешествия имели особое место в его любопытном сознании. Он смотрел вдоль берега, наблюдая как вода заметает любые следы на пляже, выравнивая каждую песчинку.       Леша увидел приближающийся силуэт боковым зрением и улыбнулся, поворачивая голову и чуть щурясь от солнечных лучей. Он встретился взглядом с довольным выражением лица Кирилла, подошедшего к нему по берегу со стороны дома. На нем была рубашка в яркий, цветной принт, заправленная в тонкие бежевые брюки. Верхние пуговицы рубашки были расстёгнуты, открывая вид на ключицы и грудь. Рукава подвернуты, а на запястьях звенели металлические браслеты. На его носу сидели солнцезащитные очки, а губы изогнулись в приятную усмешку. Светлые волосы немного растрепаны, он больше их практически не укладывает. Он светится в своем отдохнувшем теле. На его лице умиротворение и заслуженный покой. —Ты очень радостный, — Леша не может сдержать искренней улыбки, заглядываясь на чуть растрепанного парня. —Я должен грустить, щеночек? Посуда помыта, миска Кота полна, лоток убран, робот-пылесос включен, а я весь твой. Ну, это так, между всего прочего, — Он пожимает плечами, не сдерживая блеска глаз за солнечными очками. Парень кладёт руки на талию юноши и притягивает его к себе. —Переезд явно пошел тебе на пользу. Нам на пользу. —Ты только сейчас это заметил? Прошло прилично времени с момента, как наша жизнь приобрела новые краски, — Гречкин нежно касается губами его лба, щеки и, приподняв его голову за подбородок, губ. — Я люблю чувство, что моя жизнь теперь что-то большее, чем просто дерьмо. Разве ты можешь винить меня за это? Ты грешишь тем же, любимый. —Я не собираюсь отрицать того, что риск оправдав. Я люблю эту новую жизнь. —А я люблю тебя, — Он вновь целует его, на этот раз более требовательно и тепло. Его руки скользят по загорелым щекам, притягивая Лёшу ближе. Юноша держит руки на боках Гречкина, отвечая на поцелуй и чувствуя ткань его рубашки на кончиках своих пальцев.       Когда Кирилл чуть отстраняется, он выдыхает, слегка поджимая губы и бегая любящими глазами по Лёше. —Может нахер этот дорогущий ресторан в городе? Мне хватает ебучего пляжа, чтобы провести с тобой вечер. Да хоть всю жизнь. —Ты заказывал столик месяц назад. Бронь недешевая и долгая. —Похуй, — он быстро облизывает губы, наклоняя голову в сторону. — Я хорошо знаю тебя. И знаю, что этот ресторан был бы для тебя точно не главным. —Не главным для чего? — Он усмехается и чуть недоумевая, приподнимает брови. —Ну… Для чего-то вроде такого… — Гречкин пожимает плечами вновь и опускает одну руку к карману, вытягивая оттуда тёмно-синюю бархатную коробочку в форме квадрата. Он открывает ее худыми пальцами, которые практически готовы задрожать. Внутри коробочки небольшая черная подушечка в которое вставлено тонкое серебряное кольцо, с идущими вдоль тремя бриллиантами. Взгляд Гречкина не сходил с лица юноши, замечая, как вздрогнул каждый его мускул. Он практически чувствовал его сердцебиение. Полагаю, скорость ударов их сердец была примерно одинаково быстрой. Кириллу не пришлось бы даже говорить вопрос. Это было очевидно. Кажется, настолько же очевидно, как и ответ. —Ты выйдешь за меня? — Все же тихо пробормотал парень, чуть склонив голову к юноше. Губы того разомкнулись и он удивлённо бегал глазами от кольца к лицу Гречкина. —Черт возьми… Конечно. Да, — Он кивнул, вздыхая и обвивая руками шею Кирилла. Леша прижался губами к его губам, ощущая, как же пылает сердце внутри. Гречкин улыбнулся в поцелуй и притянул парня к себе свободной рукой.       И Леша чувствовал себя правильно. Он был на своем месте, чувствовал, что делает все так, как надо. Не было подвоха или вины. Он легко дышал и дышал полной грудью. Макаров внимал в себя это чувство свободы и любви.       Это было концом одной истории и началом совершенно другой.