Шторм

Общая деятельность лучше, чем что бы то ни было объединяет людей. Особенно, если она сопряжена с общими убеждениями. Именно на почве этих двух вещей мы и сошлись. Когда мир вокруг тебя горит, ты пытаешься сделать всё, что угодно ради того, чтобы хотя бы немного уменьшить огонь, обращая внимание на каждого, кто делает рядом с тобой то же самое. Особенно на такую симпатичную девушку, как Мария… Впервые мы встретились на лекции по философии. Мало кто смотрел на нашего преподавателя с тем же восхищением, что она. Впрочем, понять её несложно. Его голос действительно завораживает, почти вводит в транс. Конечно, это неправильно беспрекословно верить всему, что тебе говорит учитель, но в его случае сомневаться очень сложно. Хотя, кроме нас с Марией такие чувства, вроде, никто и не испытывает.       Позже мы стали пересекаться всё чаще. Было чувство, будто раньше её не было нигде, а теперь она везде. Впрочем, я бываю по-настоящему слеп к тем, кто находится рядом со мной. Поэтому, ничего удивительного в том, что её для меня не существовало.       Мы стали встречаться и вне кружка. Ходили в кафе, гуляли в парке. На нас часто странно смотрели прохожие, но мы не обращали на них внимания. Зачем, если у каждого из нас двоих есть человек, с которым можно обсудить всё, что угодно.       Я никогда не верил в соулмейтов. Но Мария… пошатнула это неверие. Она смеялась с каждой моей шутки, прощала мне все мои промахи. Идеальная девушка. Но когда я попытался заговорить с ней о романтике, она тут же провела черту. Ничего подобного в наших отношениях быть не может. Впрочем, позже я понял, что она права. Романтика, поцелуи — всё это только бы испортило нашу гармонию.       Но всё же уже в то время были странные моменты. Все вокруг косились на нас так, будто с нами что-то было не так. Я ни разу не видел, чтобы хотя бы на одну другую пару так откровенно пялились. А ещё… моя мать. Она не желала даже слышать о Марии. Хотя, обычно, матери, напротив, подталкивают своих детей к тому, чтобы завести отношения.       Всё это было странно. Пока не нашлось объяснение.       Поход… я мог бы рассказать красивую историю, как мы сходили в поход на озеро и любовались звёздами, но её не было. Был яркий солнечный день и седой психиатр, который зачитывает диагноз. Раздвоение личности. Воображаемый друг.       Вначале я отказывался верить. Отказывался пить таблетки. Марии не могло не существовать. Мы же… столько вместе всего сделали. Как это возможно, если её не существовало?       В последнюю нашу встречу мы молчали. Не надо было слов. Мария мягко обняла меня… и ушла. Я тогда уже достаточно долго принимал лекарства. Больше она не появлялась.       В столе всё ещё остался значок в виде красной звезды, который я так ей и не успел ей подарить.