Рукэн. Часть первая

Цикл «Равновесие» «Рукэн» Глава 1 Вавилон гордо возвышался выше Китая и Нью-Йорка на добрых два-два с половиной километра. Новейшие разработки конструкторов, научных гениев проходили испытания там, там же утверждали проекты, скрытые от общественности. Начальник отдела «Перемещения во времени» - Павлов Сергей Александрович слегка нервничал, что для него было удивительным. Ведь сколько уже лет он упорно как танк шёл по служебной лестнице. Ничего его не задевало так глубоко как проект «Изменение Сознания». Вообще новые эти проекты: «Осветление», «Подавление тьмой», «Вытягивание» вносили сумятицу в мысли, заставляли работать мозг начальника отдела как никогда продуктивно. Действительно чувствовалась серьёзность в таких проектах. Через десять-пятнадцать минут придут в его кабинет двое исполнителей: Катя и Дуэйн, посланцы в другие времена, и директор института «Параллельные Миры» - Дэндро Илона Александровна – 51-летняя представительная дама. Её он знал не очень хорошо, но оно ему и не надо было. В своих подчинённых он был уверен на все сто процентов. Хоть они и были молодыми, но сумели доказать свой профессионализм. Первой зашла к Сергею Александровичу Илона Александровна. Она учтиво поздоровалась с ним словами «Добрый день» и лёгким кивком головы. - Сергей Александрович! – Обратилась она. – Как вам новые проекты? Особенно этот последний – «Изменения Сознания»? - Честно … не до конца понимаю, Илона Александровна – застигнутый врасплох вопросом начал Сергей Александрович – но верю, чувствую, что очень полезен и нужен. - Если хотите, я могу более подробно объяснить. В какой-то мере это соприкасается и с моим направлением деятельности. - Да, вполне возможно пояснение. Думаю, как раз в присутствии моих лучших агентов – Кати и Дуэйна. Катя с напарником, вот уже работавшие вместе около полутора лет, показывали себя превосходно, с чем бы они ни сталкивались, какие задания им бы не были поставлены. Ведь отдел «Перемещения во времени» был связан именно с тем, как он и был назван – с перемещением во времени. А в таких случаях необходимо было обладать творческим подходом, умением быстро мыслить, адаптироваться в непредсказуемых ситуациях, мгновенно учиться. Вот они зашли в кабинет своего начальника, поздоровавшись с присутствующими, никому из них не выказывая предпочтения, сели на стулья с левого бока их шефа. Справа сидела директор. - Значит так, - начал Сергей Александрович – перехожу к делу. В какие непонятные моменты будет вклиниваться Илона Александровна (она специалист по параллельным мирам, и ещё по многих непонятным вещам). Имеется субъект на Земле, а именно – Александр Юрьевич. Ему двадцать девять лет, живёт обычной жизнью для своего времени – 2019 год, Земля, страна – Украина, город Николаев. Работает слесарем на коммунальном предприятии. Хочет развестись с женой. В чем смысл. Расскажу максимально что мне известно, плюс – добавит Илона Александровна, чтобы у вас сложилась максимально чёткая картинка. Так вот. Этот человек, по мнению экспертов, идеальный кандидат на «ссылку» его, так это назовём, на планету Рукэн, которая нуждается в помощи. Она, планета, «тонет», то есть без посторонней помощи ей придётся туго, очень туго. И мы можем ей помочь. Конечно, так есть и другие представители из других времён, но именно с 2019 года наиболее прогрессивный экземпляр. С чем это связано – не скажу. Моё дело – обрисовать ситуацию, методически вам помочь, как только я могу. Ваша задача, основная задача – так сказать, «обработать» субъекта, чтобы он согласился переместиться на планету Рукэн, чтобы он понял, что от него хотят. Его миссия – сделать мир лучше, внести свой почерк в жизнь планеты. Ничего, что он один. Есть и другие «переселенцы», «посланцы». Да что я вам объясняю, вы и сами знаете. Только вот изменение сознания, что оно собой подразумевает, я вам толком не скажу – сам неясно представляю. Своими словами, то, как я это вижу: попадая в другие условия, человек начинает по-другому мыслить, адаптируясь к возникшим раздражителям, руководствуясь своими индивидуальными, приобретёнными в процессе жизни принципами. Своим поведением он влияет на других людей … или сущностей, кто там на планете. - Да-да, Сергей Александрович. – Вклинилась Илона Александровна. – Именно так, как вы говорите. Люди. Там на Рукэне такие же люди. При появлении других людей, с другого времени (а это не параллельный Мир, это просто на далёком расстоянии планета, находящаяся в том же временном отрезке). При контакте с жителей планеты с представителями с других планет (ну а там только с Земли мы отправляем), появляется некая взаимосвязь, даже на уровне обмена чувствами, идеями. Человек даже не может до конца осознать, что с ним происходит, но на более высоких, тонких энергиях между субъектами происходит обмен. Другими словами, более тёмный становится более светлым. А тот мир явно тёмный. Присутствие светлых экземпляров привнесёт некий фактор перевешивания другого знака. Мы не боги, но осознаём, понимаем, что можем помочь, вмешаться. - Не думаю, что мы имеем на это право. – Сказала Катя. – Я непосредственный исполнителей чей-то воли, я понимаю, но это должны делать совсем не люди. - И кто же, по вашему мнению, Катерина? – Спросила Илона Александровна, внимательно всматриваясь в реакцию агента. - Кто-то, кто видит варианты ситуаций намного шагов вперёд, а мы с вами – всего лишь люди. Мы не можем за себя отвечать в полном объёме, не знаем, что будет с нами через час, через минуту, секунду. Как мы можем вмешиваться в целые миры. Эффект может быть непредвиденным. - Но вы же вот уже сколько времени работаете в отделе «Перемещения во времени», а выступаете против вмешательства. Как так? – Непонимающе сказала директор института «Параллельные Миры». - Да, я агент отдела, который вмешивается в естественный ход вещей, в ход времени. Я долго размышляла перед тем, как согласится. Что меня пересилило – то, что без меня будет свершаться очень интересные действия, а я останусь в стороне, и не буду знать. Я очень уважаю чужую жизнь, чужие интересы, свободную волю других людей, и я максимально хочу быть непричастной к выражению этой воли. И если моё влияние будет позитивным, будет вносить нотку возвышения на новый уровень, то почему бы и нет. - Кто вы по образованию, Катерина? – Резко спросила Илона Александровна. - Я – биолог. Могла быть экспертом в разработке позитронного мозга, но предпочла непосредственно участвовать в перемещениях во времени. Очень увлекательные путешествия. - Как вы видите изменения Сознания? – Продолжала расспросы директор института. - Я лично вижу изменения принципов, философии жизни у человека под влиянием знаний, приобретённых понятий. Формирование на основании знаний, понятий личной позиции. Чем сильнее человек в дальнейшем следует этой позиции, тем его более сформированной личностью можно считать. - А вы, Катя? Вы – изменили своё Сознание, или же на стадии изменения? Как считаете. – На лице Илоны Александровны можно было прочесть явное проявление интереса. Ответы на её вопросы возбуждали запрятанные в глубине души мысли, вскрывали наружу давно скрываемые размышления, часы упорной работы разума, мысли, сознания. - Я уверена, что мы сами можем изменить своё Сознания довольно быстро. Требуется принять решение, которое должно быть основательным и бесповоротным. Только так можно изменить Сознание. И, конечно же, знания. Приобретая их, можно удостоверяться в истинности принятого решения или в его ложности. - Погодите, дамы! – Произнёс Сергей Александрович. – Давайте без дискуссий. У меня … у нас есть задание. Так что мы должны сосредоточиться на нём. Философскую составляющую оставим на потом. - Согласна с вами, Сергей Александрович. – Согласилась Илона Александровна. – Давайте перейдём к следующему важному моменту – к самому субъекту с планеты Земля. Он находится в переходном периоде его планеты. Нужно учитывать условия существования Александра, его ход мыслей, его настроения, его ожидания. Если всё расставить правильно, то получим подготовленного для путешествия человека, готового на всё ради добра других. Сергей Александрович выждал паузу в разговоре, и добавил: - Илона Александровна, что для меня непонятно (признаюсь честно), так это как худшие условия могут изменить к лучшему человека. Ведь из не очень хорошего в очень плохое? Что может выйти? Я был бы очень признателен вам за объяснения. Не боюсь показаться неграмотным. Все мы в одном коллективе. Я так считаю. Потому наши усилия должны слаживаться в одно коллективное, взаимодополняющее. - Да, Сергей Александрович. – Начала директор института «Параллельные Миры». – Действительно может показаться на первый взгляд, что плохое может породить только плохое, но, удивительно, если побудешь в очень плохих условиях, то начинаешь ценить то хорошее, что ты имел. И понимание этого может прийти, если ты уже потерял, или же на некоторое время утратил то, что имел ранее. Так что наш субъект, если решиться (как мы думаем) на путешествие на планету Рукэн, то увидит, ощутит совсем уж худшие условия жизни. Причём в самом жёстком понимании. Ведь Рукэн на низком уровне морали находится. Уровень развития общественных отношений соответствует уровню средневекового на Земле. Спросите вы – как уговорить Александра? Не знаю. Это будет задачей наших (или ваших) агентов. - Да, мы это понимаем. – Ответил молчавший до этого Дуэйн. Сергей Александрович давал волю своим агентам и часто мнение выражал кто-то из агентов, при этом начальник отдела, как правило, возражал. Это подтверждало доверие начальника своим подчинённым, которые чувствовали отношение к ним, и готовы были выжимать из себя невозможное. Таким образом авторитет начальника шёл впереди его. Сергей Александрович добавил: - Какие вопросы – задавайте. Если сейчас у вас нет вопросов, потом появятся к вам вопросы. Не стесняйтесь. - Можно более подробно узнать о планете Рукэн. Так, кажется, она называется. – Спросил Дуэйн. - Да. Так. – Начальник отдела приготовился выложить то, что он знал. – Рукэн, как уже сказала Илона Александровна, находится на уровне развития средневековой Земли. Сейчас там четыре королевства. Один материк. Климат умеренный. Борьба идёт между кланами за власть. Исходя из жажды управления, контролирования ресурсов, вступают в действие всевозможные методы. Сами понимаете: «В войне все способы хороши». Наш Александр вольётся в свободный клан степного народа. Он ни в одно королевство не входит. Легенда уже придумана. Ему поверят. - А дальше, Сергей Александрович? – Спросила Катя. – Если его убьют? Или смертельно ранят? - Может случиться что угодно. Он сам лично должен выбрать. Если не согласится – значит так и будет. Заставлять, применять силу запрещено. Должно быть свободное волеизъявление. Думаю, вам понятно? – Спросил начальник отдела «Перемещения во времени». - Да, понятно. – Сказала Катя. - Ещё что могу добавить … - начал было Сергей Александрович. – Вам будет предоставлена подробнейшая информация об Рукэне. Действительно, вы должны очень тонко подойти к парню. Он живёт в своё время, рассчитывает на что-то, располагает. Вы меня понимаете. Илона Александровна? Может, вы что-то добавите? - Да. Все риски для Александра нужно выложить. Не стоит утаивать. А то потом, находясь на чужой планете, он может раскиснуть, духовно упасть и тогда … плохо дело. Эксперимент провалится. - А это эксперимент? – Спросил Дуэйн. - Да, это попытка улучшить нарушение равновесия с помощью существующих знаний. Мы не можем быть безразличными, видя, как целые миры могут поправить своё положение одним лишь примером одиноких экземпляров. Пусть они неизвестны, мимолётны, возможно, но яркая вспышка вполне может осветить собой тьму. И если на это согласны индивиды с других планет, то почему бы и нет? Свободу воли никто не отменял. Мы свободны. - Равновесие? - Да, парень, равновесие. – Директор института подалась вперёд, потом выпрямила спину, уселась поудобнее. – Идёт противостояние Сил Светлых и Тёмных. Мы можем не видеть глазом, но много чего не видно, а оно есть. Я возглавляю институт, который совсем недавно подошёл к открытию Вселенской взаимосвязи. То, что происходит здесь, сейчас, мгновенно отображается на далёкой планете. Даже мысли. Да что даже? Действительно, мысли способны влиять на Пространство. У вас задача более практичная, но как человек мыслит, так он и живёт. Раньше люди знали эту истину. Что ж? Я ударилась немного в философию. Простите мне. - Ничего, Илона Александровна. – Сказал Сергей Александрович. – Мне самому интересно, чем вы занимаетесь в своём институте. - Заходите, не бойтесь. Мы не кусаемся. – Шутя проговорила директор института. Начальник отдела улыбнулся. Времени на изучение параллельных миров у него не было. Время… Оно так неумолимо бежало. Хоть бы успеть представить отчёт о проекте «Изменение Сознания». Могут вообще закрыть весь его отдел тогда. Но он не даст себя выдать. Его агенты не подведут. Особенно он рассчитывал на Катерину. Её талант выпутываться из, казалось бы, провальных ситуаций, поражал. Именно в таком случае не помешает иметь такого человека под рукой. Почему так сложно? Он сам хотел быть начальником такого отдела, хотел экстрима. Вслух он произнёс: - Хорошо! Что ещё можем обсудить? По перемещение во времени вы знаете: что? как? каким образом? - Да, знаем. – Сказала Катя. - Хорошо. – Сергей Александрович несколько мгновений поразмышлял. – Илона Александровна, мы говорили с вами о изменении Сознании. Что ещё нужно знать моим агентам об этом? - Я сброшу мою статью «Изменение Сознания». Коротко: изменение условий не всегда влечёт за собой изменение сознания, но изменение подходов к жизни у человека имеет последствием изменение принципов, и даже фундамента, стержня, что служит у индивидуума идеологической мотивацией поступков, размышлений. – Поясняла директор института. – В основе всего – знания, идеи, понятия. Но как их приобрести, если человек постоянно живёт в одних и тех же условиях, ничего не хочет менять, а окружающие такие же как и он – «планктон», текущий по течению. Более подробно – в моей статье. - Как это связано с убеждением парня отправится в путешествие? – Спросил, удивлённо взглядывая, начальник отдела. - Связано оно таким образом. – Илона Александровна неторопливо набрала воздух в лёгкие. – Чтобы понимать основу, сам корень проблемы, нужно знать: что движет субъекта (в данном случае – Александра с Земли), чем он озабочен, что хочет более всего. Он – продукт своей эпохи, своего народа. Как ни рассматривай – заставить не получится. Только убеждения. И чтобы найти подходящие слова, чтобы задеть наитончайшие струны души – необходимо твёрдо знать основы формирования Сознания; знание исторических аспектов той эпохи, всех интересов Александра – мало, хотя и тоже нужно. Что такое Сознание? До сих пор не найдёте чёткого ответа. В своей статье я сделала попытку описать наиболее характерные особенности человеческого Сознания, принципы его работы. Катерина, Дуэйн! Просьба – прочтите! Она небольшая, но пользу извлечёте немаленькую. - Отлично! – Произнёс начальник отдела «Перемещения во времени» - Думаю, основное мы обсудили. Какие вопросы – можно будет встретится, обговорить. Не стесняйтесь – поняли? - Да, шеф! – Сказала Катерина. Они оба с Дуэйном встали и спокойно вышли. Дэндро Илона Александровна осталась в кабинете у Сергея Александровича. *** Девушка с напарником расположились в кафешке недалеко от офиса. Кате очень нравился город Вавалон. Особенно было ей по душе вот так спокойно посидеть перед тем как полностью погрузится в работу. Зелёные деревья за окном дополняли хорошее комфортное место. Дуэйн серьёзно что-то обдумывал. Сколько времени она живёт в самом современном летающем городе? Всю свою жизнь – 29 лети. Ей давали меньше. Она особо не задумывалась. У неё была интересная работа, привилегии, что давали жителям Вавилона, и её хобби – изучение истории Зиргулиса, известных планет, спорт. Что ещё нужно? - О чём думаешь, Дуэйн? - О задании? - Что? Не возбуждает? - Нет. Что ты? Интересно. Как-то необычно уговаривать парня решиться на перемещение в Пространстве. - Не вижу ничего необычного. Тем временем кофе уже был готов. Из стола выдвинулись стаканчики для каждого. Катин был со сливками. Девушка продолжила: - Поговорим, заинтересуем. Почему бы нет? Тебя что-то настораживает? - Нет, Катя. Просто … разве мы делаем так что-то важное, отправляя какого-то неизвестного парня с Земли на планету Рукэн? - Важно, Дуэйн. И даже очень. Один человек может очень многое. Может влиять на развитие событий. Всего лишь один, но вносит свой. У нас важное задание – можешь не сомневаться. - А изменение Сознания? - Это то, что может на парня повлиять. Когда он очутиться там – сразу придётся ему приспосабливаться под ситуации, условия. Мозг его будет усиленно работать, приспосабливаться. Хочет он или не хочет – придётся считаться. И когда обратно возвратиться – снова будет в своём родном месте. Что измениться? Изменится его восприятие. Восприятие может стать лучше или хуже. Мы же с тобой перемещаемся во времени, правда? - Да. - И мы всегда хотим возвратиться обратно? - Да, конечно. - Вот и наш Александр захочет возвратиться. Напарник обдумывал сказанное. Кажется, что-то его задело. За окном пролетали аэрокары по своим воздушным путям. Всё по порядку, по алгоритму двигалось, перемещалось, будто бы давно продуманный маршрут заблаговременно кем-то просчитан. Дуэйн работал в паре уже около одного года. Она отличалась нестандартным мышлением, а он всегда был номер два после неё. Но он не переживал по этому поводу, набираясь опыта, наблюдая за её образом мышления. По возрасту они были примерно одного возраста. Его всё устраивало. Абсолютно всё. А перемещения во времени – круто. Удовольствие отменное. Только чем дальше – тем задания становились сложнее. Много неизвестных. Сначала были задание очень простые: появится в таком-то месте, отдать или передать какой-то предмет. Якобы такие простые действия вносили необходимые изменения в ряд событий, помогали. Но теперь обстояло дело с живыми людьми. Основной удар берёт на себя Катерина. - Дуэйн! - Да, Кать. - Тебе нравится Вавилон? - Да, очень. Хотя я родился и вырос в Китае, но с восемнадцатилетнего возраста я здесь. Учился в университете иностранных языков. - А как попал сюда? - Случайно. Захотелось экстраординарного, необычного, горяченького. И вот я здесь. Порекомендовал один мой знакомый, представил Сергею Александровичу. - Я тоже случайно в этом отделе и ни разу не пожалела об этом. Я уверена, Дуэйн, что это задания – одно из самых важных, которое у нас было. Я, будучи студенткой технологического университета, читала статью Дэндро Илоны Александровны «Изменение Сознания». На меня оно тогда произвело впечатление. - Я не встречал, Катя. О чём статья? - Я припоминаю, что Сознание – это система. Оно не принадлежит нам. Некая структура вторгается в мозги всех людей, где бы они ни были, и кидает им мысли. И каждый сам выбирает, что для него нужно. - Причём изменение тогда? Не пойму. - При том, что изменив образ мышления, изменив отбор … то есть строго контролируя поток мыслей, можно изменить своё Сознание. Можно руководить своим настроением, эмоциями, своей жизнью. - А что этот парень? Он – какая-то большая цаца? - Он, скорее всего, может повлиять на многих. Хотя есть люди в окружении, которые также могут оказать влияние. Не знаю, Дуэйн. Может, Павлов нам что-нибудь расскажет? - Не сейчас. - Да, не сейчас. Согласна. Кофе почти был добит. Пора было идти. *** - Вы уверены, что Катерина с Дуэйном справятся? – Илона Александровна вопросительно смотрела на начальника отдела «Перемещения во времени». - Да, я уверен. Если кому я и доверил такое задание – то только этой парочке агентов. - Понимаете, если не было так важно участие Александра Захарченко в тех событиях, то можно было и не отправлять его на Рукэн. - В событиях на планете Рукэн? - Да, именно. - Но парень может и не согласится. Его право свободного выбора. Вы забываете. - Я не забываю. Слишком многое зависит от одного человека. Если не послать Александра, то жители могут и не узнать о пассионарности людей, о возможности объединяться, организовываться. - О чём вы говорите? - Не удивляйтесь, Сергей Александрович. Я сама не всё знаю, не всё понимаю, но краешек айсберга мне удалось рассмотреть. - Можете меня просветить? - Могу постараться. Но своим агентам не говорите. Если они догадливые – то сами поймут. Дело обстоит с самим назначениями вашего отдела, моего института «Параллельные Миры». Назначение – проще говоря – подниматься в развитии. Сами знаете: пока не было равенства между фракциями – развития не было, мы топтались на месте. Всё общество, все люди: верхних летающих городов, нижних. Даже кто занимался исключительно своим внутренним развитием (молитвы, духовные практики) всё равно никуда не двигался. И только с объединением с расой аборигенов Терры Новы у нас появились шансы на «выздоровление». И случилось сближение около полторы сотни лет назад. Сразу начался строится Вавилон. Сами знаете историю. - Но парень с Земли? Простой слесарь! Так, насколько мне известно. - Да, так. Совет требует от меня результатов. Он не настаивает, но понятно, что вложено немало, а на выходе пока что мало. - Если честно, Илона Александровна, я не совсем пойму: для чего ваш институт создан? Какова его польза? - Вы не верите в параллельные Миры? - Верю, но чтобы создавать целый институт? - Нужно изучать, знать. Так же как и перемещение во времени. Отдел создан. В чём его важность? - В том, чтобы избегать больших ошибок, чтобы люди шли по правильному пути. - А какой правильный путь? Может, с ошибками как раз правильный путь? - Хм… Я не понимаю вас, Илона Александровна. Вы ставите под сомнение целесообразность существования моего отдела. Ему уже около двадцати пяти лет. - Я знаю, Сергей Александрович. И ещё до его создания знали, проверяли, использовали перемещения во времени. Неофициально отдела существует гораздо дольше. Нет, я уверена, что ваш отдел важный, нужный и вы – самое то, что необходимо. Я слежу, наблюдаю за работой отдела. Успехи налицо. - Так что вы хотите сказать? Говорите проще! - Я хочу сказать, что при условиях, когда знаешь, что произойдёт, знаешь наперёд все ходы, и у тебя готов правильный вариант, то нужно обладать великой мудростью, чтобы не навредить, оставить необходимый зазор для свободного манёвра, для свободы поведения, мыслей. У вас великолепно получается не вмешиваться. Я знаю, что вам преподносят готовые инструкции, но чувство … - Да! – Резко, немного нетактично перебил её начальник отдела. – Я чувствую, что люди имеют право на свободу, чувствую, что не должно вмешиваться в нормальную жизнь. Так в чём же кусочек айсберга? Что вы знаете? - Я уже всё сказала. Прямо мне никто ничего не говорил, но читать между строк я умею. Глава 2 - Подавай быстрее! – Кричал дядя Стёпа. - Да, подаю! – Отвечал Саша. Трактор опускал трубу. Вот уже совсем близко. Траншея была вырыта на одной из улиц города Николаева в Украине. Воду прорвало и нужно было поломку исправлять. Как раз на помощь приходило коммунальное предприятие города, которое ремонтировало трубы, перекрывало воду, обновляло водопроводную систему города. Два слесаря: дядя Стёпа и Саша подавали трубу, а подошедший и слезший к двоим в траншею сварщик Ванёк со сварочным аппаратом сделает своё дело. Несколько зевак на улице наблюдали за происходящим. Обычное дело. - Ну что там? Скоро уже? – Спросил Михалыч – мастер, а теперь бывший за рулём трактора в виду отсутствия на работе самого тракториста (бухал вчера – не смог выйти; отвечать мастеру). - Да, скоро. – Отвечал сварщик в перерыве между работой. Сварочный аппарат то почти затухал, то возобновлялся. Шов получался ровный. Мастерская рука водила по трубе. Дядя Стёпа вместе с Сашей поддерживали в случае необходимости. Группа работала слаженно, организованно. После окончания мужики передохнули. - Ну, Стёпа, пойдёшь на халтурку, а? – Обратился Михалыч к дяде Стёпе. - Да, пойду, а чё? Деньги не помешают. Может, ещё кого возьмём? Кого-то из парней? Ванька или Сашу? - Лучше Ваню берите, я хочу … у меня есть планы на сегодня. - Как хочешь, Саня. – Сказал Михалыч. – Плотного сложения мужчина. На вид лет пятьдесят. Он занимал должность мастера уже долго на этом коммунальном предприятии, был вполне доволен. - Ладно. – Отозвался Ванёк. – Я пойду без проблем. – Этому парню было лет под сорок. Варил он неплохо; как для такой работы – просто безупречно. – А что там делать будем? - Там надо будет одной бабке подключить в ванной унитаз, ванну. И что там ещё – будет видно. Разве так важно? Разберёмся на месте. – Пояснил Михалыч. – А ты Сань что там? Чего-то запланировал? - Да. Кое-что надо сделать дома, а потом сходим с друзьями в «Рокенрольщик». Такой ПАБ есть. Слышали? - Да. Я слышал. – Сказал Ванёк. – Я там был. Да. Один раз. Там живая музыка, кажется. - Да, живая музыка. Сегодня будет один парень из Вознесенского района. Из Щербаней. Такое село. Но мужик – огонь. Будет весело. – Пояснял Санёк. - Да-да. Я вспомнил! – Проговорил Ваня. – Напился я ещё здорово тогда, но музыка – зачёт. Классно. Ещё бы сходил. Желаю отлично отдохнуть! - Спасибо! - «Рокенрол… ? – Вопросительно посмотрел Михалыч. - «Рокенрольщик». – Саня сказал. – Такое название. - Ага. - Придумали тоже. – Отозвался дядя Стёпа. – До этого наблюдающий за разговором. Самый старый из всех, но всё ещё сохранивший бодрость духа и тела, вполне моложавый для своих лет. А ему было около шестидесяти. Точно мало кто знал. По имени его называли Михалыч и сам директор – Иванович. Так прозывали директора, а что ещё надо было. Между собой каждый понимал о ком речь. – Рокенрол. Связано с рок-н-роллом, да? - В какой-то степени. – Отвечал Саша. - А что там с трубами, хватает? – Спросил Михалыч дядю Стёпу. - Да. Хватает. Сам видел, Михалыч. Стоят на месте. Куда их денет Иваныч, не знаю. - Никуда их не денет! – Говорил Михалыч. – Знает, что у людей ломаются трубы. Да не только у людей. Система ни к чёрту. Старьё, как ни погляди. Нам работа. - Согласен, Михалыч. – Сказал дядя Стёпа. - Что с этим-то? Так оставим? – Показывая на яму с трубами. - Да. – Отвечал мастер. – Оставим так. Позже подъедет Трюхачёв – зароет. У него трактор больше подходит для этого. Я сейчас позвоню. На этом объекте шабашим, а дальше сейчас выясню. *** ПАБ «Рокенрольщик» был довольно отведываемый ПАБ в городе Николаеве. Любители хорошо посидеть, послушать живую музыку приходили сюда. Бывшие одногруппники решили прийти сюда и отдохнуть. Саня Захарченко, его лучшие друзья по Николаевскому Университету Кораблестроения: Ира, Дима и Алексей, договорились на восемь часов вечера. В назначенное время все были в ПАБе. Их столик был во втором зале, в конце. В первом зале играла музыка. - О-о-о! – Приветик всем. Все хорошо выглядите. – Громко приветствовала всех парней Ирина. Она воспитывала сама семилетнюю дочь. Развелась около года тому назад. Чувствовала себя раскованно. Ребёнка оставила со своей матерью. - Привет! – Отозвался Лёша. - Как дела? – Спросил Саша у Иры. - Отлично! - Как дочь? - Осталась с бабушкой. - Такая бабушка. Твоя мама ведь ещё молодая, да? – Спросил Дима. - Да. У неё есть мужчина сейчас. Всё у неё отлично. - Так что же? Выпьем? – Алексей поднял руку, показывая официантке, что хочет сделать заказ. Его жена отпускала погулять с друзьями. Было у него уже двое детей: мальчик и девочка, но он не против был погулять, отдохнуть, расслабится. Он заказал всем по бокалу пива (все были не против), ещё кальмаров. Для начала должно хватить. Компания хорошо себя чувствовала, расслаблялась. Разговоры касались воспоминаний их обучения в универе, жизни в общаге. Шутки частенько слышались. Саша собирался найти себе девушку, поскольку он развёлся со своей женой уже около года назад. Всё подходящей не находилось. Вдруг выделилась необычная высокая, стройная девушка, которая начала вызывающе танцевать. Явно подзывая кого-то из парней. Александр потанцевал с ней, разговорился. Она в итоге дала свой номер телефона. Вполне можно было позвонить (так себе решил Александр). Девушку звали Катерина. На вид лет двадцать пять. Тёмные волосы, высокий рост. *** На следующий день Александр позвонил Кате. Она ответила приветливо. Поговорили. Парень пригласил её сходить в кинотеатр. Девушка согласилась. В кинотеатре «Мультиплекс» крутили фильм «Алита: боевой робот». По отзывам высокие оценки. На улице – хорошая погода. Март месяц. Вроде бы ещё не совсем тепло, но солнце светило как летом. Обманчивая погода. Катя уже ждала возле здания «Мультиплекс». - Привет! – Сказал Саша. - Привет! – Ответила Катя. – Ну что, пойдём. - Да. Пошли. Ещё не видела этот фильм? - Нет. - Вот и хорошо. Не холодно? - Нет. Посмотрев фильм, пара прошлась по улице. Саша спросил: - Кать! А ты … - Я – свободна, если ты это хочешь спросить. Ищу парня для серьёзных отношений. Хочу проверить, повстречаться для начала. - Хорошо. Я был женат. - И что? Что не устроило? Извини, что так нагло спрашиваю. Говори, если задеваю. Я – прямая. - Ничего. Я – инициатор. Развода – в смысле. Прожили около шести лет вместе. Детей не было. - И что же? С ней что-то не так? - Сильно много хотела. Всего и сразу. - Ага. – Девушка заулыбалась. – А ты … не смог удовлетворить запросы? - Сначала всё было нормально. Спокойно жили, наслаждалась жизнью. На улице была спокойная погода. Ни ветерка. - А я – свободна. Не люблю быть отягощённой. Может, это моя проблема. – Девушка немного задумалась. – Не перевариваю ложь. Совершенно. Лёгкий, идущий от Кати запах манил парня. Она была не на много ниже его. Одев не большие каблуки, может на несколько сантиметров была ниже парня. Её это не смущало. Далее она продолжила после небольшой паузы: - Я считаю себя переборчивой. Зациклена на идеале. Со временем требования мои не такие жёсткие, но всё же … Александр немного напрягся. Кто знает, что может его ждать с такой девушкой, хотя пока ничего нельзя было сказать наперёд. Они проходили возле скамейки. - Давай присядем! – Предложил парень. - Давай. Сразу скажу, Саш. Я хочу сначала побыть друзьями. Потом – увидим. Считаю, что хорошие друзья могут стать в итоге хорошими супругами. - Не совсем уверен в этом. Мы с моей бывшей Ниной были хорошими друзьями, но в это не помогло нам сберечь семью. У меня, по крайней мере, нервы не выдержали. - И ты уже бы не возвратился? - Нет! Не хочу. Если бы она изменилась? - Не стоит пытаться изменить человека. Он такой – какой он есть. Нужно его воспринимать таким – и точка. - А где-то работаешь? – Сменил тему Саша. - Да. Помощником нотариуса. Частный нотариус. - И как? Нравится? - Да. Я этого хотела. Бумаги, клиенты, офис. Так, как я представляла – так и есть. - А дальше? - Дальше? Можно подумать о лицензии нотариуса. Дорого, правда, но почему бы и нет? - А я – простой слесарь. - И что думаешь о дальнейшей жизни? - В плане карьеры думаю, что только предпринимательство может дать больше денег. А так. Пока кто-то не позвонит, не замолвит словечко – ничего не получится. - То есть, ты думаешь, что самому никуда не пролезть? Заведомо сдаёшься? - Такое ощущение, Катя, что не на той планете родилась. Как можно прорваться, если нет знакомств? Это – нереально. Я лично сколько раз удостоверялся. Пока большая шишка не позвонит, не скажет. Не хочу много говорить. Бизнес? Да. Своими руками. Сам с себя требуешь. Тогда и будет результат. Девушка немного зарделась. Вдруг подул ветер. Стало немного прохладней. - Ты не замёрзла? - Нет. Всё нормально. - На вот. Надень. – Саша протянул ей свою куртку. Катя одела. Она была одета явно легче, чем он. В куртке парня было намного теплее. - А тут прямо парк небольшой? Я раньше не замечала. - Да. Не так давно построили. А ты … далеко живёшь? - На Адмиральской. На втором этаже. Двухкомнатная квартира. Родители купили. - Ага. Шикарно! А я – в жилкопе. Мои родители подарили мне свадьбу деньги. Вот на что хватило – то и купили с Ниной. Она хотела побольше площадь. А жилкоп… - Что это означает? - Это типа коммуналки. Понимаешь? - Примерно. - Много квартир. Общий двор. - Ага. Такое себе нагромождение квартир в большом доме? - Да. Типа того. Разговор не совсем клеился, но, в общем, Катя была не дурна. Не дура – это точно. Что-то было не так с ней. Но что – парень не мог понять. Ускользала ниточка. Вроде бы и привлекательна, умна, сообразительна, но … далека от него. А он хотел, чтобы чувствовалась близость, чтобы романтизм был постоянно. Романтизм в хорошем смысле слова. Он провёл её до такси – и она уехала. *** Кафешка на Адмиральской была уютной. Приятные запахи разносились вокруг по всему помещению. Катерина с её напарником Дуэйном сидели за столиком. - Ты проработала три дня помощником частного нотариуса только для того, чтобы быть убедительней? Катя! Зачем? - Ещё с целью более основательно влиться в эту эпоху. Нужно быть в тренде, что говорится. А ты как, Дуэйн? Как тебе тот бар? - Ничего так. Непривычно. Музыка громкая слишком. А девушки были там очень даже ничего. На меня одна смотрела так. Я был тихим, скромным. Но я здесь не хочу долго быть. Когда ты собираешься ему всё рассказать? - Ещё два свидания. Одно уже было. Мы – друзья. Он неплохой парень. Ничего, правда, более основательного нельзя сказать, но если дали наводку на него, значит – он достоин. - И как ты собираешься ему говорить? Дуэйн встревоженно смотрел на девушку. Вокруг в основном молодые люди сидели спокойно. Было около одиннадцати часов дня. Суббота. Люди сновали по бездорожной улице Николаева. Но Катерина, кажется, наслаждалась порученному заданию. Лёгкая улыбка на лице могла говорить о предвкушении чего-нибудь приятного для неё. Отпив немного кофе с молоком, она сказала: - Очень просто. Сначала подготовлю. Встречи с ним и есть этой подготовкой. А затем просто скажу. Так и так: есть планета Рукэн, и ты можешь принести пользу, очень большую пользу, побывав там некоторое время. А точнее: около одного года. - А если будут вопросы? Если его не будут удовлетворять простые ответы? Если он захочет поглубже узнать? - Я ему скажу только то, что ему положено знать. Дальше – выбор за ним. Ничего сверх нормы я не собираюсь ему говорить. Он уже взрослый. Ему двадцать девять лет. Был женат. Богатый жизненный опыт. Достаточно для того, чтобы осознанно подойти к важному шагу в жизни. Дуэйн успокаивался. Его функция сводилась к поддержанию Кати. Основную работу делала она. Но в любой момент он мог прийти ей на помощь, какой бы характер она ни носила вплоть до замены её в задании. - А мне здесь нравится! – Проговорила девушка. – Вплоть до всего. Так всё по-настоящему. У нас в Вавилоне прослеживается искусственность. Искусственная жизнь: сделать всё по плану, изучить необходимое количество информации. Наперёд за тебя продумывают. Чем должен заниматься, что делать. - А твоя работа? Разве она тебе не нравится? Мы в прошлом. Земля до порабощения. Мы разгуливаем в одном из украинских городов. - Да. Она мне, безусловно, нравится. Но могло так не повезти. Очень запросто. Выбор мог быть невелик. - Я понимаю. Определённая специализация деятельности. Но можно же выбирать? - Выбирать? Дуэйн! Какой выбор?! Если есть наклонности для определённого вида деятельности – всё! Это вердикт! Исследуют на генетическом уровне. А в этом времени? Свобода! Реальная свобода. - Но так не настолько результативно! Катерина! На тебя уже влияют перемещения во времени. Мы всё-таки – дети своего времени как ни крути. Побыть немного не в том временном потоке – такова работа. Но нужно помнить откуда мы. - Я помню, я знаю! Дуэйн! Я прекрасно знаю! - Можешь громко не говорить. Парень огляделся в стороны – никто на них не смотрел. Такие разговори у них с Катей периодически случались: она не переварила отбор детей по их генетическим наклонностям, постоянно не соглашалась, хотела свободы, внутренне отстаивала её. Сама не подходила на эту работу, но доказала титаническим трудом, что способна, что труд может изменить человека, сделать невозможное. Лень, комфорт, праздность – Катя считала неприемлемым. Нужно идти всегда вперёд, всегда оттачивать свои способности, даже если ты генетически склонен к другому – так считала она. А Дуэйн приветствовал приспособленчество, комфорт. Если можно расслабится, а всё остальное сделает за тебя наука, технологические новинки исторической эпохи – то почему бы и не воспользоваться. Учёные, философы расходились во мнении. Могут же быть разные мнения? Конечно же могут. Но сейчас у них с Катериной задание. Важное – по мнению девушки. По его мнению – обычное задание. Какие глубинные последствия: он предпочитал не напрягать свой мозг. Пусть за него это делают учёные, философы, историки. - Хорошо, Дуэйн. Извини. Не стоит сейчас об этом. Я уже всё продумала. Уверена – всё получится. - Отлично! Пойдём пройдёмся по Адимиральской. Так, кажется, зовётся улица? *** «Макдональдс» находился в удобном месте: рядом была Адмиральская; пешком можно было дойти за минут пять-десять. Катерина быстро собралась и пошла. Двухкомнатную квартиру закрыла. Дуэйну сняли отдельную однокомнатную, находящуюся недалеко в том же доме. Утро было солнечным, прекрасным. Катя не представляла, как это можно не видеть аэрокаров у себя над головой, и что так просто растут деревья, что это огромная монолитная земля, а не летающий город. Хотя уже давно есть Соглашение об объединении всех городов: нижних и верхних, но девушка привыкла жить в Вавилоне. Считала его своим родным городом, родным местом. Может, она старомодна? Александр уже ждал её возле «Макдональдса». Они договорились встретиться в десять в воскресенье. И вот она подходит. - Привет, Катя! - Привет! Он был одет немного тепло для солнечной погоды, но как знать, может вдруг похолодать. Саша улыбался, первый начал идти к заведению, открыл перед нею дверь. Внутри было также светло. Люди ели. Очередь была небольшой. Дождавшись своего череда, они заказали каждому по кофе (ей – с молоком), по чизбургеру, картошка фри. Сели за стол. Было уютно и тепло. - Какие у тебя планы? – Спросил Саша. - Особо никаких. На сегодня. Завтра – на работу. - Завтра понедельник. Понятно – работа. А сегодня вечером? Давай прогуляемся! Можно прямо по Адмиральской. - Хорошо. А какая у тебя работа, Саш? Парень немного скривился, сделал непонятную гримасу, и ответил: - Я простой слесарь. Делаем то, что скажут. Ничего особенного. Просто … Есть объекты, назовём так, и надо сделать кусок работы. Например, надо поменять трубу – где-то в городе протекло. Едем: сварщик – ясное дело, я и ещё один слесарь, тракторист нас везёт, может мастер (или просто наведается – проверит). - На тракторе? Я думала – машине. Специальной – для служебного пользования. - Нет. Такой нет. Может она и есть, но не для нас. Мы – простые люди. - Но это – неравенство! Для кого-то есть, для кого-то – нет. Есть законы… - Какие законы? Ты меня снова удивляешь, Катя. Законы для того, чтобы каждый знал своё место. Официально всё красиво написано – уверен. Но в действительности совсем по-другому. Может вас учили по закону. Я могу тебе правду рассказать, как есть. Мне то что? - И что? Вы там делаете грязную работу? Копаете, носите?... - Да. Вообще ничего интересного. - Мне интересно. Действительно. У вас есть начальник? - Да. Есть мастер – Михалыч. Есть директор – Иваныч. Так мы их называем. Они начальники наши. Мастер – непосредственный. Свой мужик, такой же как и мы, а вот Иваныч… Он уже выше, конечно. У него есть несколько квартир, несколько домов частных. Есть дочь. - При чём здесь дочь? - Как при чём? Для неё старается. А для кого ещё? Разве что для себя. Это – да. Извини, может получается у меня злая интонация – надоело. - Надоело? - Надоело, что одни … В общем, не подняться выше и всё. Я уже говорил тебе. - Ах да! Помню. Знакомства, звонки и всё такое. - Да. Ну а ты? Чего ты хочешь? Знаю: живёшь на Адмиральской. - Да. Снимаю двухкомнатную квартиру. Живу сама. Привыкла к свободе. Хочу, чтобы мне никто никогда не мешал. - Может, кто-то будет не согласен с тобой? - Уверена, если я буду жить с кем-то, то только в согласии со мной. Только хорошо. - Понятно. Знаешь, я бы тоже так хотел, но уверен, что не получиться постоянно жить в согласии. - Могу поспорить с тобой, и довольно основательно. Тот, кто тебя любит, не допустит, чтобы тебе было плохо. - А как же его желания, его предпочтения? Всё равно не будет так, что одно и то же будет нравится одновременно обоим. Придётся уступать, договариваться. Ты мыслишь идеалами; в реальной жизни совсем по-другому. - Нет. Не по-другому. Знаю, что может быть всё идеально. Просто уверена в этом, Саш. Смотри! Например, если твой отец или мама, которые (ты уверен в этом) хотят тебе только добра, знают, что тебе нравится вот так-то, то разве они будут делать по-другому? - Они знают, как для меня будет лучше (в их понимании), и будут делать по своему разумению, хоть это, как по мне, будет не лучше для меня лично. Просто они … - Не настолько дальновидны? Не настолько могут предполагать твои желания? - Да. – Саша удивлённо на Катю посмотрел. Она всё чаще его удивляла. Могла найти недостающие слова, почти что чувствовала его, его направление мыслей. Было интересно. Просто разговаривать уже было интересно. Неизвестно, где она набралась таких знаний, но они иногда завораживали, уходили вперёд. - Катя! - Да! - У тебя только юридическое образование? - Да. Но я хотела быть лингвистом, историком. В детстве ещё. - Что интересного в истории? - Ну как же, Александр! Это же факты, жизнь реальная, как она есть. А артефакты – вообще жутко интересно! - Да. Не спорю. Есть вещички. У меня есть знакомые, которые находят интересные вещи, но не совсем законно. - Чёрные археологи? - Можно и так сказать. Что мне интересно, так это монеты, деньги. Вообще как устроена денежная система? Кто-то придумал такое, и до сих пор работает. - И будет работать, пока не придумают более рациональное. - Ты так говоришь, будто бы знаешь наперед? Так уверенно. - А что? Думаю – это неизбежно. Цивилизация движется по спирали. Есть моменты остановки, падения, а есть взлёта, практически мгновенного движение вверх. Тогда жди рассвета, золотого века. Саша, кажется, ничего не заподозрил. Пусть считает меня мечтательницей. Какая разница? Всё равно придётся говорить про свою миссию, говорить правду. Сегодня вечером. Только так. А пока просто разговор на вольные темы. - Ну а ты, Саш? Чем увлекаешься? - Я? Фото, кино, путешествия. - Как интересно! Действительно! Здорово! Путешествия? Куда же? - Мне нравится путешествовать по природе. Например леса, рощи, степи. Также интересны мне замки. Можем спланировать с тобой, если хочешь, поехать в замок. Можешь выбрать сама. Кате понравилась затея. Она пожалела, что не живёт в этом временном промежутке. Могла наслаждаться просто жизнью, природой этой эпохи, этими людьми какими они не были: плохие, хорошие, просто великолепные (от того и чувства были так вознесены вверх при контакте с ними; Саша был один из них – она была уверена). - Отлично! Я согласна! – Катерина почти хлопнула в ладоши, но осознание действительности приземлило её реальность. Задание, миссия. Да… Выражение лица изменилось. - Что не получается?! Катя? Когда получится – тогда и поедем. Ни к спеху. - А фото? - Фото? Уже становится не так популярно фотографировать. Ведь у всех уже есть телефоны, точнее – смартфоны. Каждый сам себе фотограф. - Почему же? Фотографы ещё будут нужны. Я уверена! Так что занимайся любимым делом. Это вдохновляет! - Спасибо! Буду иметь в виду. Ну а для бизнеса я бы выбрал техническое обслуживание автомобилей. Дороги у нас плохие, и не скоро будут хорошими, так что бизнес будет цвести. Что думаешь? - Хм… Раз уверен, что ты в этом разбираешься – то почему бы и нет? Жизнь коротка. Можно попробовать многое. Обучится можно ведь? Ещё молодой! - Ха-ха! Катя! Ты – просто удивительна! Извини, может, немного необычные вещи тебе сейчас говорю, но ты такие вещи выдаёшь – просто взрыв мозга. Пошли! Ты уже поела? - Да. Готово! Отлично! Пошли ещё погуляем. Они пошли. И гуляли целый день пока не наступил вечер. Глава 3 - Кем я там буду? – Спрашивал Александр. Взгляд его был очень серьёзен, тембр голоса ровным, тело напряжено, отношение к девушке уже не было настроено на ухаживания. Прослеживались чисто деловые отношения, максимум – дружеские, но точно не больше. - Ты будешь там племянником одного фермера-отшельника, который живёт на краю небольшого городка, предпочитает самостоятельно справляться со своим хозяйством: козами, коровами, домашней птицей. Иногда занимается земледелием. Легенда придумана, ты пройдёшь обучение. - И что дальше? Я … я не знаю о том мире ничего. И ты просто появляешься с другого времени, из будущего, чтобы меня завербовать? – Непонимание вперемешку с почти озлоблением читалось в выражении лица Александра. Катя под вечер, когда уже все темы были затронуты, посчитала, что уже пора сказать правду. Парень нормально отреагировал. Сначала спокойно, но потом начал больше задавать вопросом. На некоторые она не знала как и отвечать. - Не совсем. Только по твоему собственному добровольному согласию. - Почему я? Почему так неожиданно, и почему так необходимо помогать? Что могу я один сделать? - Не только ты один, поверь. И не неожиданно. Подготавливались заблаговременно. Многие факторы учтены. Если не хочешь – можешь отказаться. Твое право. Право свободной воли никто не отменял и не отменит никогда в жизни. Почему помощь, почему этой планете? Если ты никогда не задумывался, то и Земле, всему человечеству также оказывается помощь. Может даже ценой своей жизни. Но что такое жизнь? Ты не задумывался? Она … Она может не заканчиваться привычной для вас смертью. Форма жизни меняется, изменяется, но сущность души остаётся неизменной. Она – бессмертна. Душа. Человеческая душа. - Я… я думаю, размышляю. Парень сосредоточенно всматривался то на Катю, то на деревья, то на здания, находящиеся вблизи, то просто куда-то далеко, на звёзды, в небо. Только ему было известно, какие мысли ему приходили на ум, ну и самому Богу. - Я … один на неизвестной планете. В этом временном Пространстве? - Не один. Не беспокойся! Тренировки, учения. Ты познакомишься с другими «засланцами». Думай! Решай сам! - Планета Рукэн, на низком уровне развития. Каменный век, и я буду их поднимать. Сколько займёт пребывание там? - Около года. - А здесь меня сколько не будет? Тоже год? - Нет. Один день. Ты забываешь, что мы – путешественники во времени. - Что там происходит? На той планете? - Там войны… страдания, жестокость. Там есть и хорошее. Этот мир тонет. Плохого больше чем хорошего, но и ваш мир может скоро перейти черту. Если Земле не помочь – она может не выдержать. - Не выдержать чего? - Я не всё могу тебе говорить. Много сумбурных вещей путалось в голове парня. Он? Почему? Обычный слесарь? Что он может сделать? Целая планета? А что он здесь, на Земле? Что полезного сделал? Детей нет, дом не построил. Хотя в этом ли смысл жизни? Может, самое лучшее, что можно сделать – это помочь кому-то неизвестному неизвестно где? - Я вот дам тебе почитать статью из газеты. Она о нас. Кто-то общался с одной из «засланцев». – Девушка протянула ему газету, вытянув её из своей сумочки. «Планета Х» – название газеты. Свет от фонаря падал на них. Дома он почитает. - Сколько у меня времени на размышления? – Спросил Саша. - Не больше недели. Хватит? - Хватит. У себя в квартире Саша долго не мог заснуть. Кто-то помогает Земле. Кто знает? Интересно. Мы не одни во Вселенной. И кто знает, что может с ним случится на неизвестной планете. Завтра может быть как обычно: понедельник, работа, обед с коллегами, снова дом. А может быть по-другому: путешествие на неизвестную планету, встреча с неизвестными сущностями. Оставить всё как есть или попробовать, решиться изменить что-то, сделать что-нибудь действительно зависящее от тебя лично? В чём смысл его работы? В деньгах? Во времени, проведённом с коллегами, друзьями? Работа, жизнь. Двадцать девять лет – и что? Ничего значащего, заметного. Будет сорок, пятьдесят, шестьдесят. Может, он женится второй раз (или третий), появится ребёнок или двое-трое детей? Какая может быть будущая жена? Сварливая, дотошная, проедающая мозг? Или же хорошая, угождающая, любящая, родная, верная до гроба? От кого зависит? От чего? Он же не руководит высшими процессами, своей судьбой? Его родители? Они хотели внуков, очень хотели. Он единственный сын в семье. У двоюродных братьев уже были дети. Ребёнок, дети, жена. Дни, недели, месяцы, годы. Уже около одного года как не живут вместе с Ниной. А шесть лет прожили. Всё скатывалось, становилось хуже и хуже. Кто виноват? Вместе виноваты. Какая уже разница? Саша встал с постели, посмотрел на мобильный – начало первого ночи. Пора засыпать. Вроде бы и фильмы посмотрел, посмотрел новости по Интернету, но мысли не давали заснуть. Неужели без него кто-то не обойдётся? Он слесарь, простой маленький человек с планеты Земля, не имеющий никаких выдающихся способностей. Ага! Статья из газеты! Вспомнил! Можно прочитать. Парень достал газету, включил свет, сходил попить водички, и начал читать. «Путешественники во времени» «Я познакомился с ней в 1986 году. Её звали Таня. На то время ей было около 25 лет, мне – 31 год. Между нами завязалась дружба. Мы могли доверить друг другу сокровенные тайны. Ведь иногда нужен такой человек, который выслушает, посоветует. Но что странно, я стал замечать, что Таня стареет. Буквально через три года ей можно было дать за сорок. У неё не было мужа; она всегда жила для всех. Я не спрашивал, уважал её личное пространство. Однажды она рассказала, что … путешествует во времени и пространстве. Как правило, бывает она в других временах именно нашей планеты, но один раз довелось побывать на другой планете, где жители не являлись людьми в значении слова «человек», хотя внешне их было не отличить от обычного нормального человека. Когда она того хотела, тогда и рассказывала. Я обещал, что не буду никому говорить ничего до её смерти, а потом, может, и расскажу, если сам лично посчитаю, что эта информация может сослужить хорошую службу для человечества. И я уверен – она нужна. Понимаю, многое будет выглядеть фантастическим, но у меня нет никаких оснований не верить уже покойной Татьяне (она умерла в 2016 году). Так вот. Есть специальная некая служба по вербовке добровольцев путешественников во времени. Эта спецслужба состоит из людей из будущего. Вернее, они не совсем люди. Они ассимилировались с представителями другой цивилизации, которые населяли планету, на которую наши будущие потомки поселились, поскольку на нашей Земле стало жить невозможно по причине захватнических действий более развитой цивилизации. Звучит не совсем правдоподобно, но пусть я буду выглядеть сумасшедшим, но информацию поведаю всему обществу. Этот отряд смеси людей с аборигенами той планеты (её название Зиргулис) завербовал Таню. Она добровольно согласилась. Почему именно она. По их утверждению именно у неё такие качества, которые нужны для выполнения таких задач. А задачи весьма разнообразные. На Земле, например, более проще задачи, а что касается других планет – то тут сложнее обстоят дела. Есть планеты, где люди без Духа. То есть, душа есть как и у всех живых сущностей (и у животных она есть), а вот Духа, части Творца, у них нет. Технически цивилизации без Духа могут быть выше нас, но отсутствие главной составляющей делает их очень непохожими на нас. Те из них, кто понимает суть дела, завидует нам. В одном из таких миров Татьяна была. Там царит совершенно иная атмосфера. Человек или же вернее сущность сущности не друг, а враг. Им постоянно нужны ресурсы. По крайней мере, Таня попала на такую планету. По её словам, она стала больше ценить жизнь, буквально каждый миг. Многие вопросы так и остались для неё необъяснимыми, но хотя бы факт их возникновения говорит о многом. Например, что не могла объяснить Татьяна: - Почему будущие люди не изменят жизнь землян к лучшему, зная будущее? - Почему люди будущего не сделаются бессмертными? - Почему, имея огромный багаж знания, люди Земли всё ещё топчутся на месте? - Зачем люди творят зло, если можно жить в чудесном, счастливом мире? Не знаю, почему Таня многие имеющиеся у неё вопросы не задавала тем людям будущего. Скорее всего, стеснялась (она была действительно очень стеснительной). Что ещё она мне успела рассказать, так это то, что её, перед тем как послать в другое время, на другую планету, обучали в городе будущего – Вавилоне. По её описанию это чудесное место, где царит удивительная атмосфера; воздух наполнен энергией, у людей нет желания каким-то образом тебя использовать в каких-то противозаконных целях. Уважение, почёт, благоденствие … Вот слова, которые она находила для описания, но это далеко не всё, что я могу … как я могу описать её восторженные возгласы, её мимику? За один раз пребывания там она готова была отдать свою жизнь. А ведь она прожила жизнь в других условиях, в других проблемах. Она сама добровольно захотела так поступить. Чувствую себя обязанным всё рассказать, но всё не передашь словами, не опишешь, тем более, что я сам лично ничего этого не видел. Уверен, что кого-то это подвигнет искать ответы, кого-то натолкнёт на серьёзнейшие размышления, а кто-то не поверит и скажет, что всё это выдумки. Я инженер по образованию, очень долго работаю с людьми, и уверен, что некоторые говорят правду о вещах, которые они видели собственными глазами, а Татьяна Сидорук именно к ним и принадлежит. Куропатенко Николай Петрович» Что ж? Статья информативная, наталкивающая на мысли, рассуждения, выводы. Рискнуть? Отдаться воле случаю? Или же это не случай, не случайность? Провидение? Как говорится: случайностей не бывает, бывает закономерность. Нет случайных людей. Завтра с самого утра он позвонит Кате. Он принял решение! *** Они шли через парк Победы. Погода стояла солнечная. Саше не верилось, что вот так обыденно в родном городе может что-то происходить из ряда вон выходящее. Но, оказывается, может. Где-то ближе к концу парка они подошли к неприметному зданию. С виду можно было подумать, что это предназначено для электросетей, но зайдя внутрь, оказалось весьма прилично всё выглядело: стены аккуратно покрашены, столы, стулья шкафчики чистые. Единственно, что было темно, но это обстоятельство исправлялось с помощью ламп дневного света. - И что дальше? – Спросил Саша. - Дальше – перемещение в наш летающий город Вавилон на Зиргулисе. - Как? Вот отсюда? Никогда бы не подумал. – Лицо Александра Захарченко выражало неподдельное удивление. Дуэйн непроницаемо следил за Сашей, временами расслабленно смотрел вокруг. Взгляд его выражал обыденность, вроде бы говоря: «Это всё рутинная работа. Я не один раз делал такое. Что тут удивительного?» Катерина держалась бойко. Оживлённые глаза, движения тела были готовы постоянно воспринимать чего-то новенькое, неизвестное, таящееся в обыденности, ища яркости в блеклом свете. Может, потому Саше было легче принять решение, замечая и интуитивно чуввствуя на подсознательном уровне бескорыстность Кати, её отдачу работе, любимому занятию всей душой, всем естеством. Для неё сам процесс доставлял удовольствие, самые примитивные и незначительные действия приближали к самой заветной мечте. А что это была за мечта? Оставалось только догадываться. Дуэйн прошёл в дальнюю комнату. Катерина с Сашей прошли за ним. - Вот здесь! – Указала девушка. – Сюда становишься, мы подсоединим кое-что к тебе, сами станем на такие же места, и – мы на месте. - Так просто!? - Конечно, Саш. А разве должно быть сложно? – Катерина подбадривающе смотрела на него. – Надеюсь, ты окончательно решил? Смотри, можешь ещё передумать. - Катя, мы же уже на месте? – Недоуменно озвался Дуэйн. - Ну и что, Дуэйн? – Девушка серьёзно на него посмотрела. – Важное решение. Может, потребуется больше оговорённого срока пребывать на неизвестной планете. - Нет, Кать! Я хорошо всё обдумал. Я уверен абсолютно! – Взгляд Александра был твёрдым, выражал решимость. – Я долго думал. Хоть сколько нужно будет пробыть на этой планете – я готов. - Хорошо! – Сказала девушка. – Дуэйн, подготовишь отправку? - Да, конечно! Дуэйн размеренными движениями рук стал устанавливать специальные, непохожие ни на что, приборы, на каждого из них. Через небольшой промежуток времени они уже были на месте. Необычность места почувствовалась Саше сразу же, и сразу же бросились мысли о Земле, о родной стране, о родном городе Николаеве. Он решился окончательно. Почему? Он и сам до конца не осознавал, но уверенность была. Как так? Неизвестная планета, неизвестные существа, сущности гуманоидного типа, не люди, но выглядящие как люди, и он пролетел через Пространство, Время, чтобы им помочь?! Комната была светлой, наполненная … спокойствием, нейтральностью. Не выражала ничего. Они молча прошли ещё через несколько подобных комнат, прошли куда-то наверх, потом очутились на террасе. Свысока видана была масштабность, необычность, даже некая сказочность, беззаботность. Саша ни с кем даже не обмолвился словом здесь, но слова не были нужны чтобы догадаться: это место совершенно отличается от Земли, от тех общественных отношений, которые парень покинул на неопределённое время. Он посмотрел вокруг а Катя с Дуэйном как будто понимали, что ему нужно время для знакомства, для напитывания окружающей атмосферой. Понимали, выжидали; они были расслаблены, довольны жизнью. Что он видел, чувствовал? Чувствовал, что это нужно, необходимо; необходимость не для него лично, но для тех, кто там далеко, хоть и не человек; может, они смогут ими стать когда-нибудь, а он поможет им чего бы это ему ни стоило. Благодарности он не ждёт. Сверху летали неизвестны ему объекты. Шума не было никакого. Тишина. Разве что от комнат изнутри да на дорогах подальше слышалось наподобие шуршания. Здесь ценили спокойствие, тишину. Он огляделся – открывался вид будущего: высокие здания возвышались. Среди них были с огромным количеством зелени: прямо внутри. Как там осуществлялся полив? Кажется, люди просто наслаждались жизнью, жили без забот. - Сейчас мы пройдём в кабинет нашего непосредственного начальника – Сергея Александровича – нарушила молчание Катерина. – Затем мы отведём тебя в твой трактуэрт – это группа таких же как ты людей из разных времён с планеты Земля. Именно на Рукэн отправляется 12 из вас. Каждый будет заниматься своим. Вам будет разрешено общение. Многие не один раз отправляются. Девушка пошла, за ней – он с Дуэйном. Кабинет Сергея Александровича оказался совсем рядом. Начальник сидел за столом и следил за монитором. При входе их троих он встал, всмотрелся в его лицо, и произнёс: - Приветствую вас, Александр! Как настроение, самочувствие? - Хорошо! – Ответил Саша. - Вот и отлично! – Продолжал начальник отдела. – Думаю, Катерина, в общих чертах изъяснила вам суть. От себя добавлю: у нас очень важная миссия, и у вас не меньшая, а, скорее всего, даже большая. Влияние на жизнь других существ неоспоримо. Они себя называют хадарами. Хадары – то же самое, что люди означает. Вас ещё многому научат. Не пугайтесь. Какие сомнения, вопросы – сразу говорите. Я – ответственный за весь ход прохождения миссии. С меня спрос. Не стесняйтесь. - … я думал основательно уже. – Начал Саша. – Как я понимаю, там на Рукэне всё очень плохо. И люди с Земли помогают окончательно не упасть. - Не совсем. – Сергей Александрович внимательно смотрел на Александра своими наблюдательными карими глазами. Осмысления каждого слова осознавалась парнем с Земли, только прилетевшего в город будущего – Вавилон. – Вы с другими людьми с Земли как бы пример для них, как те, какими им нужно стремиться быть, стать. Если не посылать никого, то те миры скатятся в пропасть. Многие из них и так подчинены, но без света, без проблеска надежды вообще будет всё плохо. Очень хорошо, что вы, Саша, согласились. Я, честно говоря. Не до конца был уверен в вашем согласии, но, видимо, профессионализм Кати сыграл свою роль. - В чём-то это помогло, не стану скрывать. – Ответил Саша. - Вас обучат стрелять ил лука обрабатывать шкуры овец, коз, и многому, многому другому, что там может пригодиться. Времени займёт около 1 года. – Объяснил начальник отдела. – Скучно не будет. Естественно, питание, отдых вам будут обеспечены. Вдруг какие-то неудобства – сразу говорите. Кому захотите – Катерине, Дуэйну, мне – без разницы. Может, будут возникать вопросы по ходу подготовки – задавайте. Чем яснее будете знать, понимать – тем лучше. Конечно, всё узнать невозможно, но основные моменты, методику выживания в том мире освоить необходимо и даже жизненно нужно. - Понял вас, Сергей Александрович. Как я понимаю, возможен и смертельный исход. Кто знает? Мир жестокий, нечеловеческий. - Да, правильно понимаете. Если не готовы … - Нет, я всё обдумал. Я хочу, я готов! - А теперь, Катя, можно познакомить Сашу с остальной группой. Члены трактуэрта оказались самыми обыкновенными людьми. Все с Земли, с разных времён. Тренировали отдельно каждого по своему направлению. В случае встречи на Рукэне нельзя было выдавать своё происхождение, своё знакомство. Просто нужно было сделать вид, что не знаешь. В принципе, можно было сообразить, что нельзя было выказывать своё происхождение, знакомство с такими же засланцами. Их было 12 человек. Были другие трактуэрты. Саша видел, знал о ещё четырёх. Они тренировались отдельно, были расположены подальше. Из своих членов он общался чаще всего с Лидой. Она была из 1999 года. Часто молчала. На вид возраст можно определить ближе к 45 годам. Александр из вежливости никогда не спрашивал. Как правило, их всех садили вместе завтракать, обедать, ужинать, отдыхать. Мужчин и женщин было поровну: по 6 человек. Разные возраста. Самому младшему было около 9 лет. Звали Ростислав. Странно, думал Саша, что такой маленький, а уже ему могли доверить важные задания и могли принять во внимание его волеизъявление. А как же его родители? Разве согласны были его отпускать в неизвестность. Но не стоило так сильно задумываться. После очередного тренировочного изматывающего дня Лида была особенно задумчива. Александр наблюдал за ней, не решаясь задать вопрос. Она сама знала, когда заговорить. Удивительно, вдали от дома повышается желание поговорить с кем-то. В обычной жизни не замечаешь ценности слов, общения. Просто живёшь, работаешь, делаешь какое-то дело. А часто и вообще никого не хочешь видеть. - Знаешь, Саш! – Обратилась Лида. - Да, Лид. – Отозвался Саша. Они сидели рядом. В группе каждый выбирал себе того, с кем ему было комфортнее. Иногда объединялись по трое-, четверо, но в основном по двое. Столов и стульев хватало. Иногда кто-то хотел быть наедине со своими мыслями. Другие это понимали. - Я, конечно, не буду тебе рассказывать чем я занимаюсь, к чему меня готовят, но уверена, что значение каждого из нашей группы, каждого вообще землянина одинаково в равной степени. Конечно, ещё нужно стараться. Реально работать над собой. - У тебя, Лид, частенько приходят философские мысли. Я вот уверен, что напрасно мы с моей бывшей женой развелись. - Ты всё про свою бывшую. - А что?! Она … у неё много, очень много прекрасных качеств. У других таких нет. - Вы же довольно долго прожили вместе. Семь лет, да, кажется? - Нет. Около шести. А ты, Лид? Ты ведь тоже … Да ты и не разводилась, забыл. - Да, я замужем. Лучше отстраивать имеющееся, чем заново строить. Хотя не всегда. Есть просто люди не подходят друг другу – и всё. Развод – лучший метод. Всем будет только лучше. - Хм… Мне иногда надоедает эта вся подготовка. Может, какой-то нам отпуск придумали бы? - Там отдохнёшь. - Ты не первый раз ведь там оказываешься, на Рукэне? - Да, не первый. Сам узнаешь, не переживай. - Я не переживаю, просто хотелось бы более подробнее узнать. - Когда сам увидишь, пощупаешь, попробуешь – лучше миллионов рассказов. Что я хотела сказать, Саш. Мы все достойные; нас выбрали, и независимо от результата – мы много сделали. Даже сам факт отбора много о чём говорит. Они же знают будущее, могут просчитать, потому каждый владеет набором необходимых качеств. - Какая-то игра, а, Лид! Не кажется тебе? - Вся жизнь – игра! Почему бы не поиграть? Считаю вполне достойное занятие. - Как бы мне хотелось посмотреть чем каждый занимается. Вон Виктор, Фёдор? А! А тебе, Лид? - Нет! Есть рамки. Я чётко знаю, понимаю. Это правильно, справедливо. Есть правила, и нужно их придерживаться. - А кто в жизни придерживается правил? - В этом-то и проблема, что не придерживается. Есть ещё более высшие правила. - В смысле? - Заповеди, допустим. - А! И что!? Их точно никто не придерживается. Не кради, не убивай, прелюбодействуй. Просто невозможно придерживаться! - Возможно, Саш, возможно. Мир был бы другим. Совершенно другим. А мы члены этого общества и не придерживаемся правил. - А они … правители, чиновники!? Пусть они сначала начнут придерживаться! Рыба гниёт с головы. - Нужно с себя начинать. Закон причины и следствия. А чиновники, высшие чины откуда? Из простого народа! Ладно, хватит, Саш. Лида встала из-за стола, пошла. Саша пошёл за нею. - Извини, если чем обидел. - Нет. Ты не обидел. Всё нормально. – Ответила женщина. Дни шли за днями. Периодически им устраивали отдых подольше. Однажды даже показали Вавилон. Их повели по улицам, заводили в здания. Жители летающего города относились совершенно безразлично к ним, вроде бы они давно жили с ними вместе, вроде просто соседи встретились случайно.На кого были похожи жители Вавилона? Ни на кого, кого знал когда-нибудь Александр Захарченко. Трактуэрт держался вместе. Земляне чувствовали близость их происхождения. Хоть люди будущего и были людьми, но отличались разительно, тем более происхождение здешних было сомнительным: может, в роду кого-то из них были аборигены. Сами чистые аборигены тоже встречались. Цвет кожи их был синим. Так они были выше значительно обычных людей. Более всего Саше понравились здания с зеленью. Внутри было просторно, пахло разными растениями. Можно было выбирать на усмотрение по вкусу. Он бы себе выбрал с примесью хвойных деревьев или папоротников. Некоторые из трактуэрта говорили про низ: их интересовала жизнь внизу. Так или иначе, пока они знакомились с верхним самим продвинутым городом будущего – Вавилоном. Чем занимались жители? Саморазвитием, познанием себя, отдыхом. Работа была, но так её не назвали. Лида в отличие от Саши, много знала о людях будущего, об их укладе жизни. Она знала, что внизу иногда возникают недопонимания и люди выдвигают требования, претензии. Саша жадно внимал рассказам женщины. Интерес его всё больше разгорался, и он почти был уверен, что Лида – политик или же приближенная к власти личность. Но как бы там ни было, люди будущего значительно больше внимания, времени уделяли самому человеку как личности, его свободе. Труд сводился максимально к четырём часам занятости в течении четырёх дней в неделю здесь наверху. Внизу сохранялась пятидневная трудовая неделя с шестичасовым рабочим днём, но тенденцией было ещё большее уменьшение труда, и замена его на свободное время. Труд … он выражался в применении мыслительных способностей людей в области высоких технологий; многие неизвестные принципы применялись. Что только давали использование гравитационных сил, энергии планеты? Действительно, масса времени освобождалась. Александр так мало знал, но к многозначительному был допущен. Из всех членов трактуэрта Лидия вела себя наиболее спокойно, уверенно. Никто не проявлял к ней надменности, напыщенности, пренебрежительного тона. Буквально на уровне чувств проникала энергетика этой женщины к другим, и они были как бы «заряжены» ей. А, может, им было известно больше чем ему? Парень не заморачивался; просто наслаждался моментом, ведь где ещё такое увидишь? - Саш! – Обратилась к нему Лида. - Да! - Можешь заметить их размеренность движений. - Они никуда не спешат. Меня бы уже уволили, если бы я себя так вёл. - А они на работе. А знаешь, почему они так себя могут вести? - Нет! Почему? - Потому что никто ничего не крадёт, не врёт. Всё распределяется по справедливости, всё делается во благо всей общности. Внизу ещё не до всех дошло. - Прямо коммунизм. - Мы ещё не скоро придём к этому. Человек будущего следил за параметрами снабжения растений необходимым количеством полезных минералов, влаги. Казалось, у него нет начальников. Оттого его деятельность приобретала заботливое отношение сродни домашнему ведению дел. Как будто весь город – одна семья, если даже не роднее. У парня возникло невольно белое чувство зависти. А он постоянно страдал от несправедливости. Сколько ты работал, сколько сил вложил – Никого не интересовало. Начальник всё равно своё возьмёт при любых раскладах, но здесь? Забота о всех. От каждого по способностям, каждому – по труду. Просто мечта. Их посадили за столики, накормили. Еда выдвигалась из специальных емкостей, расположенных прямо в столе. Что ты хочешь – то и заказываешь. Их сопровождал специально приставленный к ним специалист. Помогал каждому, кому чего-либо требовалось. Забота, обходительность, благожелательность сквозили в его движениях, манере говорить. Как будет дальше, когда никого из людей будущего не будет рядом? Как он будет обходиться без Лиды, без приставленных специалистов по разным направлениям? Зачем смотреть далеко, лучше смотреть ближе, а там будет видно. По мере поступления проблем их решать. Проходили дни, недели, месяцы. Прошло уже около четырёх месяцев. Срок подготовки у каждого из членов трактуэрта отличался, и определялся особенностью задачи. Саше ещё оставалось около восьми месяцев подготовки, Лиде – коло шести. Она уже бывала в подобных миссиях, потому училась быстрее, и, можно было сделать вывод – задача у неё была посложнее чем у Саши. А, может, выполнение одной миссии подразумевало промежуточную подготовку к следующей. Тем не менее, они так же встречались во время приёма пищи, отдыха, свободное от тренировки время. Перемены в Саше были ощутимы и даже визуально: он был другим человеком. Куда делись простые, ребячьи замашки, безответственность в действиях? Во всём он видел смысл. А, может, на него влияло общение Лидой? Другие члены трактуэрта тоже менялись. Только его знакомая, казалось, постоянно была ровной, стабильной, чётко идущей к только ей известной цели. А чего именно она хотела, чем руководствовалась? – оставалось загадкой. Недавно их спускали вниз, показывали жизнь. Жизнь простых людей была больше похожа на известную ему в его время: работа в магазинах, заводах, компаниях различных отраслей. Конечно, более высокий уровень техники, но люди? Люди более похожи на известных ему: такие же торопливые движения, проявление эмоций, но как-то это всё выглядело в меньшинстве случаев. В большинстве же сквозило упорядочивание на лад верхних городов, вроде бы незримый строитель настраивал мотив налаживания успокоения, гармонии, человечности. Позже Лида поведала, что никто никого здесь не заставляет придерживаться конкретных правил, норм. Конечно, есть законы, нормы поведения и были всегда, но с верхних городов никто не навязывает свою культуру, стиль жизни. Сам факт существования уклада общественных отношений, где нет неравенства между людьми уже заразителен. Даже не указывая, а просто показывая пример, можно добиться результатов, и что ещё больше всего поразило парня – верхние города только давали и только по согласию нижних городов и посёлков брали необходимое небольшое количество сырья, и то предполагалось отказываться и от этого. А нижние города и посёлки, видя такое отношение и развитие верхних летающих городов (перемещение было свободным между верхними и нижними), сами перенимали стиль общения, культуры. Преступность стремительно падала. Условия существования её были упразднены, потому утрачивалась почва или же убиралась питательные вещества в почве, в связи с чем честность, прозрачность, справедливость, открытость ставали основными чертами характера людей и аборигенов. Родной аборигенов был отдельный материк, куда их поведут (вернее, телепортируют из специальных помещений). Александр так успокоился, что ему не хотелось возвращаться домой, а, тем более, видеть и жить в жестоком, враждебном мире неизвестной планеты. Но он решился, пообещал себе лично, что выполнит всё необходимое. А решение многое значило для него, и, Саша был уверен – для общего хода событий планеты Рукэн; какой бы незначительной могла показаться его деятельность в разрезе всех общественных движений и всего общества, населяющего планету. По окончании шести месяцев весь трактуэрт собрали. Пришёл начальник отдела «Перемещения во времени» Сергей Александрович. Его полная фигура, большая лысеющая голова показались при входе в помещение, где они ждали его. Одет он был в строгий тёмного цвета костюм. Рядом были Катерина с Дуэйном. Начальник разместился на трибуне, которая стояла на возвышении. Было ясно, температура около 25 С. Скорее всего, город располагался в таком месте, где стояла примерно одна и та же температура круглый год. - Дорогие друзья! – Начал Сергей Александрович. – Мы все – члены одной команды да и вообще, я уверен, члены одного общества. Мы оказались здесь вместе неспроста. Каждый принял решение, каждый проходит подготовку (у кого она уже подходит к концу), и каждый выполняет очень важную миссию, задачу, цель, можно сказать – предназначение. Вы кое-что узнали о нашем обществе; ранее у меня были сомнения – стоит ли вам знать о нас столько, но я уже уверен, знаю – стоит. Чтобы выполнять важную работу – нужно и знать важную информацию и, соответственно, принимать важные решения. Возможно у кого-то из вас закипают мозги от поступающей информации? Не беспокойтесь – человек способен на очень многое и многое может перенести, принять Сергей Александрович сделал паузу. Возможно для того, чтобы смысл сказанного лучше дошёл до каждого. Затем продолжил: - Чтобы ни случилось, знайте – вы достойны, вы – избраны из многих таких же людей не менее важных и ни в коем случае не хуже вас, но оказавшихся менее подготовленными для выполнения задач подобного рода. Для меня большая честь организовывать такой проект. Кто знает, кто не знает: есть ещё трактуэрты, готовящихся на путешествия на другие планеты, более или менее враждебные, но так нуждающихся в оказании помощи, в оказании содействия в защите, поддержания тех ростков светлых структур, светлых индивидов, которые могут затухнуть, погаснуть, так и не созрев до полной готовности. Катерина и Дуэйн осуществляли вербовку вас сюда. С помощью исследований вычислялись наиболее пригодные кадры для таких задач – и вот вы здесь. Аборигены давно с нами ассимилировались. Не бойтесь их. Они – гуманоидная раса. В чём-то они учили нас, а в чём-то – мы их. Но мы вместе – и это главное. А теперь, у кого есть вопросы – можете задавать. - У меня есть. – Обратился рослый мужчина по имени Василий. - Да, слушаю. – Сказал начальник отдела. - Почему мы не можем рассказывать друг другу о наших индивидуальных задачах? Ведь если мы встретимся на Рукэне – будет более ясно кто чем занимается. - Потому, Василий, что каждого задача, функция – своего рода интимное дело. Если встретитесь на планете – не будете знать чем занимается ваш коллега по цеху, так сказать, - будет легче притворятся, что вы друг друга не знаете. А рассказывать своё происхождение запрещено. Если и узнают отдельные хадары – скорее исключение из правил. Естественно, что может просочится информация. Я имею в виду о вашем происхождении. Но это будут лишь догадки, и потому со временем забудется. - А можно узнать о других планетах? – Задала вопрос девушка лет двадцати – Просто интересно! Например, организовать встречу с членами других трактуэртов? - Мы допускаем такое, но уже после трёх путешествий. Среди вас такие имеются, но нежелательно вам пока столько знать. Всему своё время. Не волнуйтесь – кому много дано, с того и большой спрос. На даном этапе вы и так многое знаете, и ещё больше узнаете, почувствуете, попав на Рукэн. Повисло молчание. Каждый, видимо, обдумывал своё. - Если вопросов нет, - продолжал Сергей Александрович, - то я предоставлю слово Катерине и Дуэйну. Кто из вас первый или кто более готов – прошу! – Начальник отдела посмотрел на своих обоих агентов. Первой вызвалась Катя. Бодро подошла на место своего начальника, в то время как начальник отдела освободил ей место, присел на стул, стоящий в первых рядах. - Добрый день, дорогие друзья! – Обратилась она ко всем – нас видят многие члены общества планеты Зиргулис. Здесь всё прозрачно! По крайней мере, мы к этому стремимся. Сергей Александрович основное сказал .От себя добавлю, что для меня лично каждый из вас – это отдельная история, отдельный … драгоценный камень. Да, не побоюсь так выразиться. Драгоценный, потому что к каждому нужен свой индивидуальный подход, своеобразная ловкость «обрабатывания», но я … мне очень нравится мой труд. Я уверена – мы делаем важнейшую работу, вносим новое в следы шагания человечества по новым планетам. У кого возникают вопросы по влиянию наших действий на других планетах – не беспокойтесь. У них такое состояние дел – что хуже не сделаешь, а то, что мы вас забираем с Земли – то многое тратит Земля путём необдуманных действий ваших сильных мира, ваших властьпредержащих, а также тех тёмных сил, о влиянии которых вы, скорее всего, не знаете, а, может, думаете, что это вымысел или сказки. Мы существенного влияния на вашу и нашу планету Земля не оказываем. Ваша гибель возможна, но вы согласились, придя сюда к нам. Кто не уверен до конца, на сто процентов – не поздно отказаться. Никто не сказал ни слова. Тишина. Некоторые переглянулись. Намерения у каждого были серьёзные. Саша был уверен, что у каждого было своё обоснование перемещения сюда, своя индивидуальная история. Катерина, выдержав паузу в несколько минут, продолжила: - Я рада! Я рада, что я способна была убедить каждого из вас, а где не я – то Дуэйн (мы с ним команда). Я очень довольна и счастлива за вас и за нас, нашу команду на Зиргулисе по предварению проекта «Перемещение во времени» в жизнь. Уверена, что не зря сформировали целый отдел. Не просто было начато такое направление как «Перемещения во времени». Много неизвестных. Но, как оказалось, оно стоило того. Катерина улыбалась. Её открытость, искренность передавались на других. Сомнения … нет, их не было ни у кого, а если и были, то никто их не выказывал, не показывал и не изъявлял. Вдруг, как будто читая мысли Александра, подняла руку Лида. Дождавшись лёгкого кивка головой Кати, встала, и произнесла громко, с чётко поставленной дикцией, уверенностью в голосе: - Я хочу расписаться под каждым словом, сказанным нам и Катериной и Сергеем Александровичем. Я уверена в чистоте их намерений, и убеждалась не один раз, отправляясь на очередное задание. У кого есть сомнения – пусть их отбросит, спрячет глубоко и не высовывает. Что бы ни случилось, какие испытания каждому из нас не пришлось перенести – пусть помнит – мы несём изменения к лучшему не только ради себя самих, а ради будущего всей Вселенной. Всё взаимосвязано, и поступки, мысли связываются воедино невидимою слою. Катерина огляделась, посмотрела в глаза каждому, кто глянул на неё. Затем продолжила: - Кто бы чем ни занимался, какую работу ни выполнял на Руэне или же несмотря на социальное положение его на Земле – вживаться полностью в новую роль и отдаваться, пахать, влаживать всего самого себя, ведь кто же кроме нас? Кто поможет другому живому существу, кроме более осознанного, подготовленного, готового протянуть руку помощи, несмотря на то, что эта рука может быть отбита на пути? Я призываю к полной отдаче, и да – Господь поможет нам и пребудет всегда с нами! Аминь! - Аминь! – Подхватили все присутствующие, включая представителей людей из будущего. Настроение царило располагающее на открытость. Катерина ушла с трибуны, не поблагодарив, не сказав больше никаких слов на последок. Слова Лидии вполне можно было считать одобрением выступления девушки. Дуэйн подошёл к трибуне. Его слово было очередным. - Приветствую вас, друзья! Как вы можете видеть, чувствовать, ощущать – вы все подросли очень существенно за очень короткий период времени. Причиной тому могут быть обстоятельства, качество вашей подготовки, влияние обстановки самой, влияние ожиданий от вас. Ожидания самые высокие. Не стоит переживать по поводу того: получится – не получится. То, что вы здесь, приняли решение и не отступили до этого момента – уже победа. Главная победа – это победа над самим собой. У вас ещё будут испытания на Рукэне. Буквально каждый момент нужно будет выбирать. А правильно или нет – зависит от вашего личного понимания и принятия миссии. Должен признаться – я хотел быть лучшим агентом в отделе. Когда я работал с Катериной, то понимал, что она фаворит, она – лучше, но только когда я не стал думать о ней как о сопернике, а стал воспринимать наш труд как общее целое – сразу стало легче. Сразу стало всё на свои места. Нет никакого соперничества, нет перетягиваний каната – кто лучше. Это не важно. Все мы равны! Запомните! Никто из вас не стоит выше другого не зависимо от той роли, что ему поручена. Все роли хороши! Все роли важны! Каждая вносит свою лепту, каждая вносит элемент в единую систему. Если кто-то выпадет – может нарушиться стройность системы. Вы пока не видите весь общий смысл затеи, но знайте – он есть, и очень глубокий. Не буду слишком нагружать мозги. Если есть вопросы – задавайте! Василий поднял руку. - Да, Василий, слушаю! - Я бы хотел ещё побывать в нижних городах, а ещё лучше – в посёлках. Для меня там было уютно. Тем более мне скоро отправляться. - Если Сергей Александрович позволит, то … Начальник отдела покивал головой в знак согласия. - Да! Наш начальник даёт «добро». Можете побыть там. - Спасибо! – Произнёс довольный мужчина. Его лицо украсила улыбка. После минутной паузы Дуэйн продолжил: - Я сказал самое важное, что считал нужным. Если нет вопросов, то можно заканчивать. Хоть мы и можем перемещаться во времени, но оно всё равно для нас проходит. До свидания! Начальник отдела встал, ещё раз подошёл к трибуне после ухода с неё Дуэйна, и сказал: - Вас проведут по местам. Завтра обычный режим дня. Всё по-прежнему. Я рад, что занимаюсь таким направлением деятельности и уверен – мои агенты тоже. И думаю, что со временем и вам всем понравятся предоставленные задачи, несмотря на всевозможные трудности. До новых встреч! - До свидания! – Послышалось от каждого члена трактуэрта. Ещё через три месяца перед ними выступила директор института, женщина лет около пятидесяти. Её слова очень доходчиво объясняли причину путешествий во времени, целесообразность вмешательства, что носило исключительно позитивный характер. Проблема с языками решалась с помощью специального прибора, цепляющегося к горлу и переводящего родной язык землян в родной язык хадар. То есть, ты говоришь на чужом языке, а когда они говорят, то этот же прибор переводит их слова на язык землян, поступающий в уши посредством специальных ушных приспособлений, закреплённых в ушные раковины. Александр уже ждал путешествия; был полностью настроен, готов. Лида тоже была готова и настроена ещё более парня. Нахождение и обучение в Вавилоне становилось более привычным, обыденным. Если бы Саше сказали завтра идти на его работу, то он бы не захотел. Несмотря на то, что тренировки часто забирали много физических, моральных сил, ожидание нового, чего раньше никогда в жизни не видел, подносило дух, накатывало ощущение возвышения. Другие чувствовали подобное, но были и те, кто боялся. Страх им вселяла информация о жестокости того мира, беспощадности. Жертвовать для бессердечных сущностей не сильно то и хотелось. Так день за днём пришло время отправки Лиды. Она бесстрастно попрощалась с Захарченко Сашей, и пошла как ни в чём не бывало. Без знакомой время для парня шло медленнее. Он одиноко сидел за столом в столовой и мирно трапезничал. К нему подсели Василий с Петей. Василий был покрупнее Пети, шире в плечах и понахальнее. - Ну что, Саш! – Вопросительно обратился он к парню. – Без Лиды скучно? - Не сказал бы, что прям скучно. Сам знаешь – много тренировок. Скоро и мне отчаливать. - Кем ты был на Земле? Какой год? - Слесарем. 2019 год, Украина. Город Николаев – мой родной город. - А я был … и есть, в принципе, торговый агент, город Херсон, Украина. Меня лично всё здесь устраивает. Хотелось бы, даже очень хотелось, чтобы наши правители побыстрее пришли к правильным выводам. Сколько можно? - Хм … Да, Василий. – Отвечал Саша. – Не только от них зависит, но и от нас. Нас – большинство. Что это нас в политику заводит? - Что ни коснись – политика. Да, Петь? - Да. – Отвечал Петя. – Даже здесь – тоже политика. Говорили, мол, не важно кто главный, а ведь есть же начальники, руководители? - Не в том смысле, Пётр. – Ответил Александр. – Подразумевается, что всегда должен быть тот, кто управляет, организовывает процесс, но равность между людьми положена в основу взаимоотношений. Важно понимать. Я тоже так же думал, как и ты, Петя. Лида мне объяснила, в чём разница. Тот, кто руководит, должен чувствовать ответственность за подчинённых, ответственность за свои действия. А у нас в Украине: я начальник – ты дурак. Всё по знакомству, коррупция. Какой разговор об ответственности, заботе о подчинённых, людях? - Да, понимаю. – Соглашаясь, сказал Василий. – Я из 2015 года. Не имею права расспрашивать о будущем, но вижу, что ничего не поменялось. Можешь не отвечать, Сань. Петруха вот был чиновником мелким, госслужащим – работал в земельных ресурсах в России в 2006 году – тоже ничего хорошего. Будем надеяться. Не будем о грустном. Ты женат? - Разведён. - Дети есть? - Нет. - А у меня есть двое: мальчик и дочь. Так хочетсяувидеть. Для них пройдёт день-два. Ну а если что-нибудь со мной случится, то что ж? Ради светлой идеи согласился, ради живых сущностей. Да и захотелось адреналина, если честно. Всё как-то сухо было, без страстей, однообразно. - У меня – не однообразно. Просто меня убедила Катя. Её аргументы основательны, обоснованны. – Сказал Саша. - Ради высшей цели, ради других. Ведь и с Высших Миров помогают нам. – Говорил Вася. - Я верю, что нам на Земле помогают. - Кто? Ангелы? – Пренебрежительно заметил Вася. - Можно и так сказать. - Пока сам себе не поможешь – никто не поможет. - Ты не можешь, Вась, видеть всю картину целиком. Только фрагменты. Не можешь осознать меру ответственности. Василий замотал головой, губы его скривились. Александр сохранял спокойствие. - Меру ответственности?! Санёк, те, кто наверху, пусть осознают меру ответственности. А я – выполняю закон, всё делаю правильно. Пусть … исполняют свои же придуманные законы. А я, мы … Вот Петя – россиянин, но я не считаю его врагом. Почему я должен отталкивать его, если он мне ничего плохого не сделал. Немного отдаляюсь от темы, но пусть. Зато выговорюсь. Те наверху решили, что они… - Слушай, Василий! – Произнёс Саша, немного повысив голос. – Мы все взрослые люди. Я не собираюсь с тобой спорить. - Кто ж спорит!? – Сказал Вася. - Вот и хорошо! Я понимаю, что не во всём мы можем сходится. И это правильно. Это жизнь. Не могут все быть одинаковыми. Всех под одну гребёнку. Тот так считает, тот так. Каждый имеет право на свою точку зрения. Еда уже закончилась. Оставался сок в стаканах. - Да, Саш, не будем ссориться. – Уже спокойнее произнёс Вася. – Мы будем скоро в других условиях. Я должен был отправиться раньше, но мне продлили срок. Решили, что мне не помешает дополнительные полгода тренировок. Я только рад. Я ещё несколько раз был в нижних посёлках и видел там неплохих девушек. - Ты же женат, есть дети?! – Произнёс Саша. - Ну и что? Ладно, ты можешь не понять. Если есть красивые девушки, то жена останется женой, и дети будут на месте… - Ты не прав, Вась! Конечно, твоё дело. Я лично был женат около шести лет, но альтернативу жене не могу найти. Да и не стремлюсь, если честно. - Плохо ищешь – Отвечал Саше Вася. – Всегда можно найти альтернативы, и даже несколько. Там, в нижних городах, полно красивых женщин. Даже видел аборигенок, таких синих, синюков. Ха-ха! Какие-то мулатки тоже будут ничего. Синеватый оттенок кожи, представляешь, а?! Петя улыбался. Саша немного ухмыльнулся уголком губ, но интереса не разделял. Не затем он проделывал такой путь, чтобы искать себе девушку или будущую жену. Он сам много сделал ошибок в жизни, многому научился и ещё многому научится. - Санёк! – Прервал размышления Саши Василий. – Не обижайся, не воспринимай близко к сердцу. - Я не обижаюсь. - Вот и ладненько. Мы с Петрушой собираемся сегодня побывать в нижнем посёлке. Давай с нами! У них даже что-то наподобие водки есть. В штирит быстро. Ну и если синенькая подвернется – узнаем цивилизацию поближе. Прямо ближе не бывает. Синий оттенок, а какой рост! Представляешь, мне уже интересно. - Синенькие – класс! – Петя продолжал улыбаться. Его веселили шуточки Васи. - Знаете, мужики, я пас. Я запланировал кое-какие дела. - Какие дела могут быть здесь? – Василий настаивал. - Могут. – Саша выпил сок. – Желаю вам хорошо повеселится, отдохнуть. И рад был побеседовать с вами. – Парень встал и пошёл. Василий недоумённо посмотрел ему вслед. - Пусть идёт себе! Петруха, будет всё на месте! – Василий весело улыбнулся, предчувствуя прекрасный исход их похождений в нижних посёлках. Остальное время до отправки на Рукэн проходило стабильно в тренировках, отдыхе от них, настраивании на неизвестность. Василий с Петей иногда обменивались с Сашей недолгим разговором, но их отличие отдаляло их, и делало нахождение вместе не столь комфортным, сколько хотелось каждому. Их водили и в другие летающие города: Китай, Нью-Йорк, но Вавилон казался Захарченку самым близким из всех. Даже привычные земные, находящиеся на твёрдой поверхности, не казались такими близкими парню, как Вавилон. Он привлекал неуловимым, невидимым присутствием атмосферы умиротворения, чего не хватало другим городам и местам планеты Зиргулис. Внешне были очень красивые места в Нью-Йорке: фонтаны, зелёные посадки деревьев, кустов, цветов. Просто рай! Но Вавилон … Казалось бы: просто сидишь в ничем не приметном кабинете или находишься на улице, но рациональное движение к порядку, упорядочению всего, находящегося здесь, пронизывало всё. Дело было в самом существовании такого места.Среди тренеров был один абориген, который рассказал парню, что этот город задумывался как интеллектуальный фундамент, но так вышло, что здесь стали больше задумываться о внутренней составляющей человека, его совести, а рационализм, разум занял второе место. Абориген с синей кожей говорил это с чувством гордости. Любой труд он делал с полной отдачей, душой, но всегда был благодарен Высшему Разуму, в которого верил, за каждый день его жизни. Его звали Тусэрн. Казалось, он ни на что не обижался. Всегда был в хорошем, добром расположении. Специализировался на таких вещах как фехтование, стрельба из лука, ведение домашнего хозяйства с овцами, коровами, курами, гусями, утками и другими домашними птицами. Он любил занятия со скотом, с птицей, и вообще он любил животных, птиц и практически всех живых сущностей. По его словам он хотел бы отправиться лично в Средневековье, и устроился бы там пастухом. В свободное время совершенствовал бы свои умения, собирал целебные травы (ещё одно его увлечение) и радовался жизни. По духу Тусэрн был чистый землянин. Саша был бы рад иметь такого дядю, если бы абориген был им на Земле. Сколько можно было поговорить с ним – он говорил. Общаться с ним – бальзам на душу. Конечно, Лида – его друг, но Тусэрн – не меньше. Катерина ловила их беседующими подолгу в искусственно сделанном хоздворе (воспроизводство подобия двора на Рукэне). Причём разговор мог казаться тем чисто земных: трудностей проживания на маленькую зарплату, отношений с девушками, происхождения жизни на Земле, во Вселенной, рыбалки, футбола, бокса. Синий гигант (рост был около двух с половиной метро) был любознательным, трудолюбивым. Говорил, что миссия их (то есть, таких как Саша засланцев в другие планеты) благодарна, нужна, полезна, и что он бы сам с радостью отправился, но он понимает значимость своей работы. Когда Катерина заставала их беседующими на лавочке возле дома, то они умолкали. Девушка улыбалась, подходила; могла присесть к ним, могла просто молча уйти, а могла помешать процессу и указать на дальнейшие действия. Без слов все друг друга понимали. Естественно – миссия на первом месте. Абориген с самого рождения жил в Вавилоне, был чистокровным представителем своей расы. Соединение с людьми считал природным процессом и потому они для него были абсолютно такими же как он во всех отношениях. Александра оценивал очень высоко. Хотя показатели по умениях у парня были самые обычные, посредственные, но как человек виделся Тусарну уникальным. Однажды Катерина спросила синего человека: - Тебе комфортно с Сашей?! Я права? - Да, Кать. Это так. Я, как правило, не позволяю себе сближаться с учениками, но он особенный. Взгляд аборигена сделался задумчивым. - Если всё сложиться как мы думаем, то на него воозложится важное задание, вернее сказать – миссия. Только по его доброй воле возможен ход событий, когда перекос получится на сторону Добра. - Разве такое может быть на Рукэне, Кать? Не могу поверить. - Я говорю: мы просчитывали варианты событий. Не только мы лично, но и искусственный интеллект. Конечно, ещё одним из главных действующих лиц является Лидия. - Лидия?! Я её плохо знаю. - Она задействована на более высоком месте в социальной лестнице Рукэна, так что ты мог с ней не сталкиваться вовсе. - Но знаю точно. - Скоро Александр будет готов. - Я искренне рад за него. - Всё отлично! И ты Тусэрн молодец. Я выражаю тебе благодарность за твой вклад. Уверена – Сергей Александрович присоединился бы к моим словам. - Спасибо! Глава 4 Время пришло отправляться на чуждую планету – Рукэн. Сколько подготовки к этому моменту – и он настал. Сашу провели в специальное помещение, ещё раз рассказали что к чему (в который раз) – и он перенёсся… Шум, гам, неразбериха, темень, запах гари. Еле-еле заметно возню возле каких-то помещений. Потом вспыхнуло пламя. Его языки поползли вверх, в стороны, захватывая крыши сараев и рядом стоящих построек. А Вулэн стоял как вкопанный. Ему было рассказано, что будет происходить на первых порах, а потом – неизвестность. Он волен поступать как хочет. Свобода действий. Вот кочевники заберут, что считаю нужным, убьют хозяина дома – Нруккэна, и он – его племянник Вулэн, окажется рядом. Кочевники нападали среди ночи, горожане прослышали о нападении и уже подступают на помощь. Нруккэн был отшельником, разводящим овец, коров. Домашних птиц, и живущий отдельно от всех, не желающий ни с кем общаться. В его крови текла кочевничья кровь, но очень малая доля составляла таковую. Кочевникам важно было показать свою мощь, свою агрессию, свою возможность огрызнуться на королевство, находящегося на Юго-Востоке. Нападения на одного из членов графства, хоть и отшельника, повлечёт преследования по закону. Но кочевники решились. - Гони туда! – Послышалось из толпы. Мятущаяся, ничего не соображающая толпа, движимая инстинктом толпы, погнала табун лошадей. Среди увлечений старика-отшельника были и лошади. Их то и уводили к себе, а всё остальное было не нужно. Вулэн спрятался под деревом, между кустов. Пламя освещало происходящее. Часть кочевников с лошадьми скакали, видимо, к основным силам, остальные (а их большинство) выжидали, осматривались. Главного среди них невозможно было определить. Одеты были они в лёгкую броню из кожи, иногда просвечивали кольчуги и доспехи. Движение несколько хаотичны, не организованы. Возможно, самые плохие и нерадивые были отправлены для начала военных действий. Вдруг они встрепенулись, начали переговариваться, указывать в направлении, откуда двигалось небольшое войско. Кто-то скомандовал выставить вперёд лучников. Отряд лучников насчитывал около десятка. Остальные отошли подальше. Вулэн догадывался теперь кто командовал – властный кочевник в доспехах, с ятаганом в руке. Шлема у него не было. Вместо него имелся непонятной конструкции головной убор. Команды его немедленно приводились исполнение. Войско приближалось. Вот уже слышно ржание лошадей. Лучники кочевников выстрелили. Близость смерти почувствовалась. Ради чего, кого! Так сразу. Так быстро прошло время подготовки! А он думал, что слишком было затянуто это время. Ан нет! Началось! Первые убитые валились с лошадей. Лучники продолжали стрелять. Войско королевства не было большим. Неужели проиграют? Его отправили на смерть вот так сразу? Уже что будет. Он согласился. Неожиданно группа из четырёх-пяти рыцарей в тяжёлых, видимо, доспехах, выехали вперёд, прикрываясь щитами. Ещё группа из человек десяти прятались за ними. Преодолев расстояние в половину пути, резко выехали лошади более быстрые, и на скаку лучники королевства начали стрельбу: первые стреляли – удалились назад, следующие стреляли – удалялись назад. Произошла сумятица, а потом – бой. Вулэн выглядывал осторожно, всматривался, но сзади кто-то тихо подкрался, приставил нож к его горлу, и шёпотом произнёс: - Иди за мной. Парень не видел кто сзади. Послушно пошёл в направлении, указанном захватчиком. Немного погодя он мог различить силуэт кочевника: невысокого роста, щуплого, скалившегося постоянно, и довольного своим поступком. Всё происходило как кошмарном сне. Вулэн не мог поверить в происходящее. - Куда его, Оррах? - Вон туда! – Указал главарь на стоявший недалеко сарай. – Всех пленных будем туда помещать. Потом заберём с собой. В сарае было влажно. Видимо, он протекал. Звуки боя доносились. Кто-то умирал, кого-то ранили. Немыслимо. Такое происходило! Только вчера – полное умиротворение, спокойствие, понимание, а сегодня – жестокость, убийства. Это точно неправильно. Спустя некоторое время сюда завели несколько человек, среди которых оказалось девушка. Она была воинственна, не сломлена и готова огрызаться и драться на смерть. Но вместе с этим какая-то нотка человечности, благоразумия угадывалась, вернее, чувствовалась в её движениях. Она присела в углу и ждала неминуемого. С ней привели ещё двоих: женщину, одетую в кольчугу и мужчину в доспехах, с ножнами на поясе, но без оружия. - Ты кто? – Спросил мужчина. - Я – Вулэн, племянник Нруккэна. Его, скорее всего, уже нет в живых. Он оставался в доме, который сожгли, а я был в сараях – смотрел за скотом и за птицей. Всё случилось быстро. - Мы предугадывали нападение. Немного не рассчитали с временем. Мне жаль - Ничего. Мы все можем умереть. Тем более, что кочевники собирались нападать. - Да. Ждали их прохода не только здесь, но и в других графствах Юго-Восточного королевства. Теперь Вэндербассэ – наш король, будет очень недоволен. Надо будет действовать. Не бойся, парень, войско короля не оставит всё просто так. Если тебе некуда идти – приходи в королевские войска – место найдётся. - Рано говорить про такое – мы в плену. – Отозвалась девушка. Она не была напугана. Строгое выражение лица, лёгкие изящные доспехи из кожи. Видимо, она была лучницей и для лёгкости передвижения и удобства одевалась в лёгкую броню. – Надо думать как сбежать. У них немаленькое войско по сравнению с нашим отрядом. Наши могут не победить сейчас. Позже вышлют вдогонку отряд, а пока придётся выживать. Женщина в кольчуге слушала разговор. - Что скажешь, Матильда? – Мужчина в доспехах повернулся к ней. - Думаю, нам стоит быть организованными и сплочёнными. Будет возможность – убежим. Пока за нами смотрят. Хоть наши напирают – силы неравны. Наверняка ещё припрятаны отряды конницы. Уверена, что, организовав нападение на Вуффрет, подготовились хорошо. - Хватит разговоров! Молчать! – Щуплый кочевник, что привёл Вулэна, подошёл, посмотрел на них, и, видя повиновение, повернулся и вышел. Группа пойманных молча переглядывалась. Вулэн настраивался на худшее. Им связали руки и вели полями, холмами, посадками. Парню пришлось вживаться в роль, и это у него получалось. Девушка оказалась не очень разговорчивой, тот мужчина в доспехах разговаривал в основном с женщиной. Возможно, они были содного отряда или хорошо знали друг друга, и теперь Вулэн пытался заговорить с воинственной неприступной девушкой. - Я помогу почистить картошку! Сварим что-нибудь! – Сказал он девушке. - Меня зовут Вулэн. - Меня – Сэкха. Парень протянул руку – она пожала. Её встревоженный взгляд падал на появляющихся кочевников. Вулэн сказал себе чувствовать и вести себя какой он есть и не хотел больше пытаться делать и чувствовать как житель этой планеты. Он именно такой. Пусть воспринимают его таким. Он взял брошенные им кочевниками сырую картошку, лук, ещё какие-то непонятные то ли овощи, то ли фрукты (что-то местное). Маленький ножик дал ему Виран (так звали мужчину в доспехах); им Вулэн и начал чистить картошку с луком. - Ещё один привал или два – и надо обдумывать побег. С тебя проку будет мало – ты не воин. Будешь отвлекать внимание кочевников. Виран с Матильдой тоже обдумвают. - Ты откуда? – Спросил её парень - Я из Вуффрета. Мой отец – Кранатис, местный дворовый. У него есть хлебный магазин и булочная. Я всегда любила лошадей и военное дело. Отец служит своему графству, своему королевству. А вы со своим дядей давно живёте на отшибе? Наконец-то какой-то разговор. Время пойдёт быстрее. Чистя картошку, Вулэн отвечал: - Давно. Дядя всегда хотел жить, чтобы ему никто не мешал. Любил свободу. - Я тоже люблю свободу. – Она присела рядом, посмотрела как он орудует ножом. - Я всегда помогал ему. В основном по хозяйству: пас отары овец, смотрел за скотом, птицами. Он хорошо ко мне относился. - Что-то за племянника мне мой отец ничего не говорил. Да, за странного фермера Нруккэна слышала. Отец говорил, что он занимается хозяйством сам по себе. Жена умерла давно, а вот племянник … - Я сам приехал к нему года три назад и не отходил далеко от него. Жил, правда, сторонясь людей. Сам дядя ходил в город когда нужно было, а я дома оставался на хозяйстве. Огонь горел, приятно согревая. Как раз дрова прогорят, оставляя жар для котелка. - А я всё время между людей. Может бы и рада побыть наедине, пожить одна некоторое время, но отец, мама, младшая сестра. Всё время какие-то дела находятся. Семья есть семья. - Да, конечно, Сэкха, я тоже ещё в детстве жил в большой семье. Нас было шестеро. Отец, мать и четверо детей. Я – самый старший. Отец – брат дяди Нруккэна попросил помочь своему брату, так как он уже становился стар, жил без жены. Я согласился. Я всегда хотел возится со скотом. Люблю это дело. - Отлично, когда есть любимое дело. Не скучно жить. Картошка брошена в котелок в кипящую воду. А есть он очень хотел. - Как ты относишься к оружию? – Спросила его Сэкха. - Если надо – то буду воевать. Куда ж денешься? - Мне кажется, что ты не похож на того, кто будет убивать. Нужно решиться. - Ты видишь смысл кого-то лишать жизни? - А почему бы нет? Если на тебя нападают, хотят нанести вред – нужно защищаться. Нужно давать отпор – жёсткий и беспощадный. Чтобы больше не лезли. - Отпор – да. Но лишение жизни? Не совсем согласен. Ранить можно. - Это война! – Девушка оглянулась. Кочевники не обращали на них внимания – занимались своими делами, но поодаль были смотрящие за периметром лагеря. – Если не ты – то тебя. Смерть – привычное дело. Хочешь жить – умей убивать. Никакого чувства жалости. Это плохое чувство. Избавься от него раз и навсегда. Прислушайся ко мне! Девушка воодушевилась. Куда делась её опаска! Вдруг она спохватилась. Наверное, слишком длинной была её речь в её собственном понимании. - А я, Сэкха, не уверен. Что вообще нужно кого-то убивать. Даже если на тебя нападают. Так можно бесконечно резать друг другу глотки – и что в итоге? Никогда не закончиться вражда, постоянно будет злость кипеть. Кто-то первым должен это понять. Иначе – война навсегда! Я так высказываю свои рассуждения. Не подумай, что я осуждаю королевские войска. Кочевники … они тоже откуда-то взялись; почему-то возникло желание у них воевать. - Раньше была империя. Всего четыре королевства. Сейчас они разделены, а когда-то один император управлял всеми. Воля одного влияла на всех. Считаю, уверена, что это правильно. Тогда бы не было такого как сейчас. А сейчас мы разделены. Даже графы хотят отделиться от королевств. В единстве сила. Ты, Вулэн, не находишь? Снова огонёк зашевелился в глазах девушки. Потаённые мысли вышли наружу. Парень раздумывал. Потом ответил: - Император … единоначалие, единовластие? Смысл есть. Как выбрать достойного? С чего начать? - Может вспыхнуть война. Сначала здесь, потом перекинутся на другие графства, охватить всё королевство. Юго-Восток. Потом – вопрос? Кто поддержит кочевников? Подходил Виран. Сэкха замолчала. - А, вы готовите обед? Очень хорошо! На всех нас, как я понимаю? - Да, тут хватит на всех! – Вулэн утвердительно закивал головой. Внутренне желая ещё поговорить с Сэкхой без него. - Я позову Матильду. Через сколько времени подойти? - Через минут десять. – Сказал Вулэн. - Хорошо! – И пошёл. Он вместе с той женщиной в кольчуге помогал кочевникам выковывать подговы лошадям, вернее, делали они это по принуждению. Виран был кузнецом, Матильда ему помогала. - Что ты думаешь о кочевниках? – Спросила Сэкха. - Что они невоспитанные, невежественные … - начал говорить Вулэн первое, что приходило в ему голову. - Не могу согласиться, Вулэн. Их культура древнее нашей, а нападение на графство не говорит о плохом воспитании невежестве. Когда-то мы их покорили. Реакция на агрессию. У них в легендах описывается вольная жизнь без протектората королей; вообще без власти. Мне было интересно узнать о кочевниках, и я нашла немало в библиотеках о их традициях, обрядах. Например, смерть они воспринимают как радость, как восхождение по лестнице вверх. Такое слово … Я забыла. А, эволюция! Восхождение по спирали эволюции, охватывающей все миры. А у нас говориться, что мир только один – это наш. На нашей планете Рукэн сосредоточено всё живое и возможное. Материк Зиктрида – вот основная площадь. Конечно, есть острова, но я бы не хотела там жить. - А я бы хотел. - На острове? - Да! Пусть даже небольшой. - Кочевники из острова. Нужно, чтобы все хадары жили сообща. Можешь на меня так не смотреть. Да, война – потому что нужно защищаться, а если договорится о мире, то можно жить дружно, объединив культуры, знания. Я бы хотела. Сэкха посмотрела на него. Это совершенно другой взгляд. Он выражал понимание, проникновенность. - Мне трудно поверить, Сэкха. Честно. Тут мы сражаемся, и тут – мир, дружба. - Согласна. Очень непросто. Я готова и убивать и мириться одновременно. Но чувствовать кого-то выше себя тоже не хочу. Равенство. Мы должны отказаться от протектората, перестать брать с них дань. Тогда – как хотят. Если будут продолжать проявлять агрессию – война. Время подходило обедать. Виран с Матильдой приближались. О интересных и волнующих вещах уже не поговоришь. Что ж? Пора есть. Ночью, когда большинство мирно спало, послышались крики. На кочевников напали. Сэкха быстро сориентировалась. И начала готовиться к побегу. Виран с Матильдой подошли ближе к переполоху. - Идём туда! – Сэкха указала в сторону тёмных зарослей. Виран подошёл к ним и сказал: - Похоже, местных разбойников решила напасть на кочевников. Лучше случая для побега не придумаешь. Пора! Их заметили. Приставленные к ним кочевники приближались. Виран быстро побежал к ним, освобождая время для парня с Сэкхой. Матильда шла на помощь Вирану. Попав в гущу тёмных зарослей, они с Сэкхой бежали куда попало. Главное было оторваться. В суматохе не думали за Вирана с Матильдой. Может, они уже были мертвы. В таких обстоятельствах всё решали доли секунды, скорость соображения мозгов. - Туда, туда! Быстрее! – Секха вела. Может, и сама не знала куда, но вела, приняв на себя груз ведущего. Через минуту пятнадцать ничего не было слышно. Оторвались. Темп снизили. Как-то быстро, просто получалось. Если бы не Виран с Матильдой, то было бы намного сложнее. - Можно медленнее! Вулэн, ты как? - Нормально! А ты как? - Всё хорошо! Нас могут попытаться выследить, если разбойники не перебьют всех. - Разбойники? Странно. Зачем разбойникам нападать на кочевников? - Кто знает? Может, давние счёты или же нечего терять. Для нас неважно. В лесу было тихо. Время предрассветное. Как раз самый сон. Хорошее время для нападения. - Кажется, нашла тропу! – Сказала девушка. – Пойдём! - Ага! Они шли по тропе. Иногда появлялись странные звуки. Парень никогда таких не слышал. Он оглядывался по сторонам, ничего не замечая. - Знаешь, Вулэн, у меня такое ощущение, что ты с другой планеты. - Почему же? - Оглядываешься. Явно не знаешь что такое духи леса. - Не знаю. - У каждого леса есть свои духи. Общая душа всех деревьев, всей растительности. Она может издавать звуки где угодно. Раньше даже пытались поймать, увидеть, но никому не удавалось. Об этом знает каждый пятилетка. Откуда ты родом? - Из Хипачей. - Постой! Да ты должен знать кочевников хорошо. Это же прямо возле высадки с их острова Рнитра! - Да. Я их часто видел. - Кому я тогда рассказываю о культуре, традициях. - Я не вникал, Сэкха. Мне было совсем не интересно. - Поселение сразу за нашим Юго-Восточным Королевством. Северо-Запад, да? - Да-да. - И вы там жили всей семьёй? - Да. - Отец твой, мать? Откуда они родом? - Отец – полукровка. Мать – кочевница с острова, отец – из Хипачей, местный крестьянин. Ну и я – уже смесь. Совсем … - Я понимаю! Всё ясно! Почему твоего дядю иногда прозывали кочевником. У него корни кочевничьи. - Смотри! – Вулэн указал на озеро, выглядывающее среди восходящего солнца. - Да, озеро. Очень красиво. Думаю, не до купанья? - Пожалуй, да. Во взгляде девушки показалось смущение, или же только показалось. Сэкха пошла быстрее, почти побежала. До самого повстречавшегося им селения она молчала. Он тоже молчал. Молчание было взаимопонимающим, наполненным тихим, осязаемым пониманием необходимости передохнуть от беседы. На Земле парень это редко встречал. Собеседник должен был бы быть или очень близкий тебе человек или же знающий тебя давно, что даже молчание кажется наполненным смыслом. - Это небольшое поселение, Вулэн. Нам можно представится путешественниками. Не должны ничего заподозрить. Найдём где можно остановится. Кажется, вот что-то похожее на постоялый двор. Вулэн увидел большой двухэтажный дом из дерева. Войдя во двор, они увидели разносортных хадар: кто сидел на лавочке, кто разговаривал стоя с другими. Каждый занимался своим. Центральный вход был здесь. При входе за стойкой располагался поседевший хадар с усами. - Что могу предложить заезжим? - Нам бы комнату. – Спросила Сэкха. - Хорошо. М-м-м… - Отдельные комнаты. - Сейчас посмотрю. Да, есть. Вот, пожалуйста. Второй этаж. - Сколько с нас за сутки? - Три серебряных скойла. - Вот! Держите. Сэкха положила три серебряных монеты. Кочевники её не обыскивали. Вообще они их не обыскивали. Им важно было наличие пленников. Деньги их не интересовали. Вулэн пошёл за Сэкхой. Комнаты были относительно неплохими. После осмотра апартаментов, они спустились и заказали поесть. Принесли суп овощной, на второе – гречневую кашу с котлетами. Вместо гарнира – подлива с поджаренными морковкой и луком. Парень уминал за троих. Побег потребовал немалых усилий от него. - Предлагаю осмотреться, пройтись. – Предложила после плотного завтрака девушка. - Так рано – а уже сколько лю… хадар. - Да. Сейчас период сбора урожая. Рано встают. Подозреваю, что здесь выращивают одну культуру, ценящуюся практически везде по материку и островах. Она из отряда зерновых. Я опасаюсь, что сюда могут заявится кочевники. Нужно найти кто здесь главный. Дворовый или же сам барон. Давай спросим у того при входе? Оказалось, что селение держит некий барон Нравет. Они направились к нему. Поселение именовалось Друберцы. Было небольшое, расположенное в лесу. Дом Нравета не был далеко. Подошедши к нему, Сэкха постучала в двери. Отрыла женщина лет пятидесяти, спросив: - Вы договаривалась о встрече с господином Нраветом? - Нет! – Ответила Сэкха. - Он сейчас на поле. Обычно он появляется, когда солнце стаёт изрядно припекать. Часам к одиннадцати точно будет. Если дело очень срочное, то можете отправляться на поле. Отсюда километров пять будет. - Дело срочное! Не требует отлагательства. Касается кочевников. Они могут прибыть сюда. – Девушка нервно взглядывала на женщину при последних высказываниях. - В таком случае … можете взять лошадь. Есть одна … - Нам хватит. – Сэкха быстро спохватилась следовать за женщиной. Вулэн сел сзади, обнял девушку, - и они поскакали в направлении, указанном женщиной. На поле косили урожай. Местные жители укладывали аккуратно снопы, усердно трудясь. Нравета они нашли быстро по указке местных. Он оказался упитанным мужчиной, невысокого роста, с бычьей шеей, раскрасневшимися щеками. - Вы Нравет? – Спросила Сэкха, сходу с лошади. - Да! А кто спрашивает? Кажется, это моя лошадь? Вам дали её? - Да, дали. Срочный вопрос. – Девушка слезла с лошади после Вулэна. – Меня зовут Сэкха, я – дочь Кранатиса, дворового из графства Вуффрет. А это – Вулэн, племянник местного фермера-отшельника, которого недавно убили кочевники. Они напали на его двор, хозяйство. Отец организовал отряд, но, подозреваю, нас оказалось недостаточно. Меня, Вулэна, и ещё двоих: Вирана и Матильду кочевники взяли в плен. По дороге не кочевников напали разбойники. Необычное явление – но факт. - Ха-ха! – Нравет смачно усмехнулся. – Ай-да молодцы! Отличились! Но молодцы! - Вы о ком? – недоумённо посмотрела девушка. - Я о Стронописе. Местрный главарь шайки разбойников. Давно хотел потягаться с кочевниками. У него родителей убили кочевники. Теперь он страшно зол на них. И вот случай. Неудивительно. А он готовился! Собирал банду. Правда, не только для этого. Вернее, больше для разбоя на дорогах: грабил купцов, путешественников, одиноких путников. Но кочевники! Много их?! - Может, тридцать-сорок. Вполне вероятно не все показывались. - А у нашего разбойничка насчитывается хадар двадцать-двадцать пять. Хм… Что ж… - Нужно быть готовыми к нашествию. – Сэкха серьёзно смотрела на барона. – У вас есть вооруженные военные. Барон понуро опустил глаза. - Есть несколько хадар бывших военных. Раньше служили в королевских войсках. Оружие? Если они сохранили с собой … А так нет. Мы – селяне, землеробы. Видите, сейчас сезон. - Но… не время! – Девушка оглянулась, посмотрела на процесс. – Если нападут – нужно дать отпор. Сколько бы нас не было – нельзя сдаваться. Кочевники будут драться до конца. - Сронопис тоже. - Он может быть уже мёртв. - Я распоряжусь! Что в моих силах – я сделаю! Можете оставить себе лошадку. Скажите Намене – она выделит вам комнату. Сколько хотите – столько и живите у нас. Друблберты своих не бросает. Пока я жив – я буду барон до последнего вздоха этого поселения. – Барон огляделся. – Сарчаус! – Крикнул он. – Подошёл рослый мужчина, широкий в плечах, лет около тридцати на вид. – Закончишь самое важное, что у тебя на очереди – сразу ко мне во двор – найдёшь вот двоих, что перед тобой. Организуешь по моему поручению собрание всех бывших военных. Я подойду чуть позже. Ещё всех желающих, добровольцев. Могут подойти кочевники. Быть готовыми – наша обязанность! А вы: Сэкха и Вулэн. Можете передохнуть – немного. Девушка с парнем дождались Сарчауса. Он окалася быстрым, шустрым на исполнение приказов барона. Сам он был дворовым, правой рукой Нравета. Все приготовления были не напрасны. Скорее, чем они того ожидали, к ним пожаловали кочевники. Вулэн следил за приготовлениями к нашествию. Бывших военных оказалось пять хадар. Добровольцами вызвались пятнадцать хадар. Вооружение не ахти! У вояк мечи (все с одного королевского отряда), у добровольцев – что придётся: топоры, самодельные пики, дротики, дубины. Ну хоть такое. Только они собрались и начали что-то вразумительное предлагать как послышался топот конских копыт. Из леса вырывались около десятка конницы кочевников. Поселяне закрывались, бежали. Отряд, предводительство которым принял один из бывших военных, расшатывался на глазах. Что делать? Вулэн подумал о бегстве. Сэкха яростно глядела в направлении появляющихся кочевников. Вдруг она дёрнулась на лошади, поскакала вдоль улицы и начала кричать. - Свободные хадары, жители поселения Друбберты! На нас напали! Именем графа Флортиса, короля Вэндербассэ, объявляю срочный сбор всех способных держать оружие для борьбы с общим врагом – кочевниками! Не прячьтесь! Восстанем! Вперёд! Некоторые двери стали открываться. Девушка продолжала бежать. Кричала она что было мочи. Друбберты не были большим поселением. Между тем первые всадники приближались к быстро сколоченному отряду. Жители поселения выходили, Сэкха их организовывала. Вулэн стал возле дерева как вкопанный. Биться на мечах, другим видом холодного оружия его не учили. Его навыки в данный момент были бесполезными. Бывшие военные держали удар. Первые всадники ударились в кучу, состоящую из двух бывших военных и трёх добровольцев. Ранили кочевника самодельной пикой. Другие кочевники разметали отряд. Сэкха собирала отряд из жителей. Вдруг из большинства домов показались открывающиеся калитки, ворота (у кого что было), и стали выходить жители, вооруженные кто чем: кто вилами, кто лопатой. Даже парнишки лет пятнадцати воинственно брались за палки, камни, и начинали примеряться давать отпор. Сэкха двигалась толпой. Разбушевавшаяся толпа поселян неслась бегом, крича несвязные звуки. Кочевники раздумывали мгновение, затем отскакали поодаль, видимо размышляя о дальнейших действиях. Всё-таки они не решились … Повернули и … медленно потопали в лес. Барон Нравет пробирался вперёд, ближе к бывшим военным, к самому отряду. Вулэн как стоял так и оставался стоять. Такого он не ожидал. Никто не ожидал! Сэкху было не видать. - Сарчаус! Сарчаус! Сарча … - Ты здесь?! – Барон нашёл того, кого искал. Вулэн видел, как Нравет обнял своего дворового, свою правую руку. Осмотревшись по сторонам, сказал: - Кто убит? Кто ранен? Есть такие? Оказалось, что двое из бывших военных были при смерти, шестеро добровольцев ранены. Среди поселенцев пока нельзя было сказать. Тут взгляд барона устремился на него: - А! Вот и наш друг! Парень! Забыл как тебя зовут. - Вулэн! - Да, Вулэн! Где твоя подруга?! - Пошла … побежала туда! – Парень указал в направлении хадарской толпы, которая волновалась, кричала. Скорее радовалась, чем печалилась. - Отлично! Парень, вы здорово помогли. Если бы не вы, то … мы бы пропали. Сарчаус! - Да, господин Нравет! - Срочно, сейчас же выезжай с двумя-тремя нашими, на твой выбор, в Тнису. Граф Грубен должен быть у себя. Скажешь, что от меня. Кочевники! Сам объяснишь случившиеся своими словами. И ещё: вот эти двое пришли из графства Вуффрет. Их отряд разбили, а их взяли в плен, но разбойники наши местные под предводительством Стронописа напали. Как видишь, не разбили кочевников – они прискакали к нам. Проси помощи! - Понял, господин! Уже бегу! - Удачи! Барон обнял дворового, и Сарчаус ушёл. Между тем Сэкха подъезжала. - Барон Нравет! – Обратилась она к нему. – У вас прекрасные хадары. Любят свою землю, своё поселение. Если всё королевство состоит из таких же – мы их прогоним! - Сэкха! – Произнёс барон. – Оставайтесь сколько хотите. Вы – почётные жители Друббертов. Когда хотите и насколько хотите – приезжайте, оставайтесь – будем рады. Жители поселения обступали своего главу, вместе с двумя вновь прибывшими. Вулэн чувствовал как приятное чувство, неведомое ему доселе, расходится по всему телу. Что это? Радость победы? Чувство превосходства, порождённое при поверженном враге. Или же защита своей территории так сладка? У себя на Земле точно не было. Плохо или хорошо? Он не мог ответить быстро. В голове был туман, мысли перемешивались. Следующие два дня были отдыхом. Отсыпался Вулэн до сколько хотел. Сэкха вставала рано: тренировалась по-своему, встречалась с бароном. Обсуждала с ним планы. Парень помогал по хозяйству: давал воды имевшимся у барона коровам, убирал навоз. В общем, чем мог быть полезен – отблагодарил за содержание их с Сэкхой. Девушка понимала свою ценность в другом: воинские способности пригодятся намного больше в условиях нападения кочевников. На третий день Сэкха разбудила его пораньше. - Будешь обучаться фехтованию! – Утвердительно заявила она. – Ты должен уметь держать оружие! Пусть не очень хорошо, но дать отпор, когда потребуют обстоятельства – обязанность любого хадара, тем более мужского пола. - Хорошо! Согласен! – Вулэн нехотя оделся, умылся, и вышел во двор. - Сначала завтра! – Заявила девушка. Она была полна сил, решимости, и пёрла напролом. Да, за ней как за каменной стеной. Она знает чего хочет. - Что дальше, Сэкха? Мы долго будем здесь? – Спросил парень, когда они шли на кухню. - Думаю, мы отправимся в Тнису. Так безопасней. Нравет обеспечит нас лошадьми. Тем более, там уже, скорее всего, готовятся к военным стычкам с кочевниками. - Это … - Кочевники наверняка отправили разведывательный отряд для проверки обстановки: как сопротивляться, какие военные силы, каков военный задор? Сколько останется уцелевших – расскажут главным силам на Рнитр. Бессмысленно догонять. А потом – главные сражения или у нас, в каком-либо из графств Юго-Восточного Королевства, или же в графствах Северо-Восточного Королевства. - А ты как думаешь, Сэкха? - Я не знаю! Я не стратег. Если возвратимся – может быть хуже. Кочевники могут напасть туда же. А могут и нет. В Тнисе сильные отряды пехоты. Я всегда хотела их увидеть. Как раз случай. - Но, Сэкха, можно направится домой. - Кстати, там недалеко и твои родные земли. Можем навестить твоих родных. - Я не хочу их навещать! - Хм … Странно! Я думала, ты хочешь … - Пойдём есть! - Ладно, пошли! На завтрак были жареные яйца с зелёным лучком, петрушкой, чай с неведомых Вулэну листьев. К чаю подали наподобие блинов с вареньем из ягод (также неизвестных парню). В воздухе пахло травой, сеном и немного навозом. Стол стоял во дворе. Нармена была обходительна с ними. Слух о подвиге Сэкхи быстро разлетелся по всех Друббертах. Во время чаевания наведался Сарчаус. В руках у него был музыкальный инструмент наподобие балалайки, но несколько другого типа. Хотя Вулэн не разбирался в музыке. Сарчаус расправил плечи, сел поудобнее на стул, поданный Нарменой, и начал петь: - Утро началось. Снова рассвет. Мы встаём. Такова наша суть. Ты не ной – на всё есть ответ. Шевелись, не дай другу заснуть! Я и ты – навек мы друзья! Я и ты – всегда впереди! Я и ты – родная семья! Я и ты – на верном пути! - Сарчаус! Как я рад! Правильно! Музыка с самого утра настраивает на нужный ритм работы. – Нравет весело похлопал дворового. – Как тебя приняли в Тнисе? Граф Грубен как отреагировал на новости? Барон сразу перешёл к сути. Скорее всего, его знали как хадара дельного, вникающего в суть вещей. - Да, уже готово! - Господин Нравет! – Дворовый положил аккуратно свой музыкальный инструмент возле себя, оперев его о стену сарая. Стоявшего рядом. – Новости восприняли настороженно. Граф воинов-мечников, воинов-тяжёловесов, воинов-лучников держит при себе. Отборный отряд, так сказать. Гонец послан королю Вэндербассэ. Будет назначен руководитель войск короля. На акт агрессии будет соответствующая реакция. Приняли хорошо. Выделили неплохие покои. На следующий день утром я уже отправился слюда, домой. Хотя оставляли на несколько дней. Мне дорого наше поселение. Здесь наш дом. - Знаю, Сарчаус. Можешь не выходить в поле. Мы – одна семья, мы – друббертианцы … так правильно сказать? Эта девушка – барон указал рукой на Сэкху – показала отвагу, мужество. Даже без оружия мы – сила. Мы все вместе можем дать отпор. Я не мог подумать про такой манёвр, но именно такие действия нас спасли. Были бы пленные или убитыми. - Я хочу Вулэна немного обучить фехтованию. – Сказала девушка. Они сидели за одним столом. Блины приятно пахнули. Парень отпивал по маленькому глотку, солнце ставало сильнее нагревать воздух. - Правильно! Нечего мужику прятаться за бабьей спиной! Тебя никто не обучал, парень?! – Обратился к нему барон. - Нет. Моя семья – скотоводы. Мы – мирный народ. - Мы – тоже. – Продолжал барон. – Но в такие времена придётся браться за оружие. Правда, Сарчаус? - Да, придётся. – Промолвил дворовой, невесело поглядывая на свою «балалайку». - Ты не печалься, Сарчаус! – Барон привстал. – Твои способности петь подымают настроение, настраивают на лучший лад. Не забрасывай, прошу тебя! Кочевники уже лет десять, кажется, молчали. Да? – Барон вопросительно поглядел на крепкого дворового. - Да. Около того. – Сарчаус призадумался. – Тогда они подняли бунт. Открытого противостояния не было. Сейчас разведка боем, прощупывание. - Сэкха! – Обратился он к девушке. - Да! - Сколько вы у нас намереваетесь пробыть? Я прошу прощения, но у меня созрела мысль сформировать свой отряд – и пойти прямиком к графу Грубену. - Сарчаус! Ты бросаешь нас?! - Я не хочу, господин Нравет! Но, уверен, двинется поход на кочевников для придушения в зародыше сопротивления. Они присягнули всем королевствам. Да, они – автономны, но агрессия с их стороны должна быть наказана по всей строгости. Мой долг, как члена королевства, защищать своего короля. - Вэндербассэ способен себя защитить, Сарчаус! Ты тут будешь более полезен. Я без тебя – как без рук. - Но долг … - Как хочешь! Я отпущу тебя – будь уверен. Служение королю – обязанность всех нас. На твоём месте я бы не спешил. Тем более, я мог бы воспользоваться своим правом управления, своей властью. - Я вас слишком хорошо знаю, мой господин. - Да … Мы – больше друзья. Не должен себя вести так барон. Я – недобарон! - Вы – лучший барон, которого я знаю. – Дворовый тоже встал, готовый обнять своего господина. - Нам пора! – Отозвалась Сэкха. – Мы пошли! - Удачи! – Сказал барон Нравет. Поляна была выбрана удачно: тень от широколиственных деревьев обеспечивала прохладу даже в обед, трава приятно щекотала ноги. - Смотри, Вулэн! – Начала Сэкха. – Вот, я взяла несколько мечей для ознакомления. Это короткий, а это ятаган – видишь, согнут наружу – оружие кочевников. Основное: решайся сразу, жалость оставь на потом, а лучше про неё вообще забудь. Схватка, взгляд. Да, особенно взгляд. У тебя с этим проблема. - Проблема?! - Да. У тебя слабый взгляд. Взгляд заведомо проигравшего. - Как взгляд может что-то говорить? - Взгляд говорит о многом. Я бы сказала – это самое первое, на что ты должен обратить пристальное внимание. Взгляд выражает намерения, решимость, силу характера, настойчивость. Если не будешь настроен должным образом – взгляд выдаст тебя. Противник почувствует это. - А тебя кто-то учил? - Да. Мой отец и ещё были учителя. Бери на выбор. Вон тот – двуручный. Пока не надо. Они упражнялись. Девушка оказалась неплохим учителем. Имелись деревянные мечи, сохранившиеся у бывшего военного на чердаке дома. Как раз ими и проходили основные уроки, тренировки. Сэкха не жалела сил, а Вулэн уставал. Кроме фехтования она научила его стрелять из лука. Кажется, она хорошо проводила время. Дни шли за днями. Спустя десять дней отряд Сарчауса был готов. Собрав всё необходимое, они двинулись в путь к графству Тниса. В Тнису они добрались за полтора дня. Не так далеко оставалось до Северо-Восточного Королевства. Графство оказалось обустроенным на высоких холмах. В центре был расположен замок, вокруг – поселение хадар. В основном занимались сельским хозяйством: разведением скота, домашних птиц, иногда – коз, овец. Рынок был представлен рядами столиков. Навесов над ними и беспорядочным нагромождений товаров. Поселяне сновали туда-сюда, выбирали для себя что-нибудь, и уходили. Можно было приметить вооружённых хадар, которые внимательно следили за порядком. Одеты они были в доспехи, на левом боку имелся меч. Графские воины. Граф Грубен встретил их в своём замке. Их отряд насчитывал пятнадцать душ. Около входа в замок стояла охрана. Узнав, кто приехал, их пропустили всем отрядом, проводили к месту здания самого замка. Через минут пять граф вышел к ним, прошёл к небольшому дворику, уселся за стол, стоящий, возможно, специально для приёма гостей во дворе перед замком. Погода стояла солнечна. Уже было за полдень. Во дворике росли деревья, цветы и даже виноград оплетал невысокие арки, сделанные из стали. Граф начал: - Приветствую вас, Сарчаус! Как я вижу, вас целый отряд. Граф был властный хадар, имеющий по сравнению с другими, высокий рост. Глаза выражали упрямство, строгость, непоколебимость. Может, с первого раза можно было ошибиться, но ровная осанка, уверенные движения красноречиво говорили за себя. Сэкха его не без интереса рассматривала. Сарчаус ответил: - Граф Грубэн! Вот наш отряд – пятнадцать хадар. С нами также пошли Сэкха – дочь одного из дворовых графства Вуффрет, Вулэн – племянник одного убитого фермера из того же Вуффрета. На них напали кочевники, взяли в плен, но возле нашего поселения Друбберты разбойники напали на кочевников, что дало возможность девушке с парнем сбежать. При нападении остатков отряда кочевников на Друбберты Сэкха проявила невиданную отвагу, что позволило отбить нападение. И вот мы здесь. Также остальные двенадцать из нашего поселения вызвались добровольцами. - Отлично! – Сказал граф, изучающе поглядывая на Сэкху. – Могу вам поведать свежие новости, которые совсем недавно стали мне известны. Взгляд графа скользнул на каждого из троих. Так сложилось, что вместе с Сарчаусом постоянно были Сэкха с Вулэном, потому остальные члены отряда остались поодаль ожидать результата переговоров. - Сарачус! – Обратился граф к дворовому. - Да! – Отозвался дворовой Друббертов. - То, что я сейчас расскажу, относится к военной тайне, потому тем самым оказав доверие к вам троим, одновременно поставлю вас в один ряд с военными высших офицеров. - Для меня честь! – Громко сказал Сарчаус. - Хорошо! – Ответил граф Грубэн. – У нас мало времени. Миг испытывает на прочность и надёжность. Всё не спроста, нет мелочей. Так вот. Кочевники, как я могу предположить, задумывали очень давно нападение на королевства, и теперь они начали воплощать свой план в жизнь. По данным моих разведчиков, кочевники послали три своих отряда для пробы сил противника: на Юго-Восток – графство Вуффрет, на Северо-Запад – графство Паланий, на Северо-Восток – графство Мурскони. Основные силы брошены на Юго-Запад – на Королевство Дролая. Пятитысячная конница наголову разбила целые королевские войска. Король не убит, но дворец его удерживается. Теперь нужно думать о тактике. - А как же вооружённые силы графств? По пути не могли оказать сопротивление? – Сарачаус не мог никак понять. Выражение лица показывало озабоченность, волнение и вместе с тем нетерпение. Граф хладнокровно отвечал: - Никто не ожидал такого поворота событий. Мирный Народ – сам понимаешь. Сидели, жили, трудились во славу короля, и … такое. Я жду вестей от короля Вэндербассэ. Уверен – он должен быстро принять меры. От Чандырснеба ничего толкового не ожидаю – Северо-Запад всегда отличался замкнутостью на себе. Северо-Восток? Королева Мэтдина? Она всегда хотела мирной жизни. Но её воительницы очень храбры, и готовы на всё ради королевства. Послышался топот конских копыт. Въезжал огромный отряд Южно-Восточных королевских войск. Виднелся герб короля Вэндэрбассэ – солнце на голубом фоне. Доспехи рыцарей поблескивали на солнце. Впереди шёл важный рыцарь без шлема, в отливающем желтизной доспехе. Он подъехал вплотную к ним. - Вижу, Грубэн, вы мило беседуете, но есть дела поважнее. – Бестактно кинул рыцарь в жёлтых доспехах. – Срочно сборы! Где их проведём?! - У меня! – Сказал Грубэн. – Должен удалится. – Граф посмотрел на них, встал. Потом, видимо, что-то надумал, и добавил: - Эти трое тоже пойдут с нами! Рыцарь в жёлтом сердито смерил взглядом Сарчауса, Сэкху и Вулэна – ничего не сказал. Через минут пять они сидели в помещении замка графа Грубэна, предназначенного, скорее всего, для таких вот совещаний. Рыцарь в жёлтом оказался графом Лафтером – поверенным и правой рукой короля Вэндэрбассэ. Без промедлений он начал говорить: - Итак! Мы имеем разбитые войска короля Дролая на Юго-Западе. Король Вэндэрбассе предполагает напасть сразу же на кочевников, но, думаю, они именно этого и ждут. Потому я предложил дать удар на родину кочевников – остров Рнитр. Корабли есть. Порт «Ронт-Прит» на Северо-Востоке всегда рад принять представителей нашего королевства. Мэтдина не будет отрицать жестокости кочевников. Даже она не оспорит фактов проявления жестокости. Потому … - Не стал бы спешить. – Резко сказал Грубэн. – Такие действия только разозлят наших противников. Нужно быть мудрее. Ценю твою непоколебимость и мужество, Лафтер, но … - Я назначен командующим войск королевства. Я – командир всех войск. Но я всегда прислушивался к твоим советам, Грубэн. Потому я здесь. Ты – главный советник. Твоей проницательности позавидует любой, потому я открыт! - У меня пока ничего не созревает толкового. – Говорил Грубэн. – Что на данный момент я осознаю довольно чётко, так это то, что нам нужно объединять усилия. Вдруг резко к ним в помещение зашёл военный, подошёл к Лафтеру, что-то сказал ему шёпотом, повернулся и вышел. Лафтер посмотрел на всех присутствующих, и сказал: - Стало известно, что корабли племён нуздреков с острова Нуэлима приплыли к Северо-Западному графству. Их было очень много … - Граф опустил взгляд. – Похоже назревает большая война. Глава 5 Король Чандырснэб был доволен собой. Одно из самых больших по площади королевств, находящееся на Северо-Западе. Он – король. Чёрные усы, бородка говорили о ещё не старом хадаре с резкими чертами. Придворный резко открыл дверь его кабинета, и доложил: - Ваше величество, представители вольных племён нуздреков требуют встречи с вами. Чандырснэб недовольно глянул на придворного, долго служившего у него. - Их много? - Да, ваше величество! И ведут себя вызывающе. - Хорошо! Пусть ожидают в приёмной. - Слушаюсь! – Придворный, полненький хадар, с подобострастным выражением лица пошёл поспешно выполнять поручение. Король неспешно, обдумывая сто-то в своей голове, пошёл в приёмную. Делегация из восьмерых нуздреков ожидала в приёмной. На богатую отделку столов, стульев, потолка они не обращали никакого внимания. Наиболее уважаемый среди них, но ничем внешне не отличающийся, первым начал разговор: - Приветствуем вас, король Чандырснэб! - Добрый день! – Отвечал король Северо-Запада. - Мы приплыли, чтобы обсудить наше … сотрудничество в дальнейшем. Как понимаете, король Северо-Запада, обстоятельства складываются не в вашу пользу. – Лицо нуздрека было непроницаемым, суровым, не выражающим никаких чувств. Напротив, лицо Чандырснэба выражало бурю эмоций. Ухмылка выражала хитрость обманчивость. Но это внешне. А внутренне неизвестно о чём замышлял король. Его дворец процветал за счёт огромных налогов с подчинённых земель. Никто не смел выступать против него. Князья, графы, бароны. Дворовые и простые хадары прекрасно знали злобный нрав короля. Кто хоть несколько перечил ему попадал в немилость. Экспорт орехов, помидор, огурцов, других овощей значительно пополнял казну. Вслух он произнёс: - Мне известно о нападении кочевников на все земли королевств. Особенно – на Дролая. Он покорён. А вы?! Разве есть ваша часть участия в тех событиях? - Мы … У нас некая договорённость с кочевниками. – Начал представитель нуздреков. – У нас есть автономия, независимость. И мы знаем рамки нашего поведения. Но мы можем поддержать кочевников, если захотим. - Понятно! Что вы хотите от меня? – Прямо спросил Чандырснэб, отпивая маленькими мерными глотками вино со своего бокала. Для гостей он ничего не предложил. Разве что прибыли его братья и сестра – короли и королева, - тогда бы он что-нибудь предложил. - Мы хотим, чтобы вы проявили нейтральность к событиям в королевствах. В свою очередь мы гарантируем, слово племени нуздреков, проявление нейтральности к вам, и, в последующем предоставление автономности королевству Северо-Западных земель. Король приподнял бровь, задержал взгляд на представителе нуздреков, вызвавшемся вести речь с ним. - А вы смелые! – Сказал король. – Вот так заявится ко мне. - А вы видели наши корабли?! Сколько их?! – Спросил нагло всё тот не нуздрек. Остальные молча наблюдали, очевидно полностью доверившие вести речь от имени их всех, и всех жителей острова Нуэлим. Племена нуздреков отличались проявлением высокой степени доверия друг к другу. - Нет! Ещё не доложили! – Сказал король. - Лучше вам не знать, Чандэрснэб! – Говорил нуздрек. Пропуск титула считался оскорблением, тем более, если речь шла о короле. Но король быстро понял, что сейчас не место и не время проявлять силу. Момент проявления силы он хорошо чувствовал, отчего и сникал славу короля самого властного из существовавших на Рукэне. - Можете погостить у меня несколько дней, господа! – Почти ласково обратился к гостям король. Слишком неестественно звучали эти слова из его уст. - Нет! Спасибо! У нас мало времени! - Говорил нуздрэк. – Мы хотим слышать от вас ответ. - Я прошу более не пропускать титула, господа! Я уверен, что можно договариваться при проявлении должной степени уважения друг к другу. – Произнёс король. - Ответ от короля Северо-Запада для нас многое значит. Вообще мы ценим слова, особенно, если они сопутствуют делу. Если нет – наше терпение может кончиться. - Я не собираюсь испытывать терпение ваших племён. – Король, кажется, стал нащупывать правильный тон, слова. Он всегда мог быть ловким в речах. Как раз тот самый случай. – У нас есть великолепные места для приёма гостей. Не откажите в любезности побыть хотя бы до завтрашнего утра. А сутра встретимся здесь же в том же составе, и я скажу вам своё решение. Повисла тишина на некоторое время. Нуздреки переглянулись. Безмолвное общение длилось многовения, за которые невидимые и непонятны для короля выражения лиц заплывшего внезапно племени говорили многое друг для друга. Наконец уполномоченный представитель устремил взгляд на короля, оповещавший о начале разговора: - Мы принимаем предложение короля Северо-Запада и воспользуемся его любезностью. Завтра в восемь утра мы появимся здесь и расчитываем на поозитивное решение. - Скажи как тебя зовут, храбрый нуздрэк? – Спросил король. - Коалин! - Я запомню и прикажу записать в книгу приёма гостей, посланцев к королю Северо-Запада. Гости встали синхронно как один и вышли. Позже королю донесла разведка о известных им встречах нуздреков с кочевниками. Последнее время намечалось явное сближение позиций обеих больших племён. Кочевники представляли собой смесь различных по обычаям, традициям, верованиям племён; нуздрэки же были единым племенем, обитавшем на острове Нуэлиме долгое время. Замок королевы Мэтдины не блистал красотой, но ухожен был руками почитающих и уважающих свою госпожу слуг. Она не любила слова «слуга», но в силу обстоятельств приходилось играть свою роль. Лидия с Земли, но одевшая маску королевы Северо-Востока, самого маленького королевства на материке Зиктруда, насчитывающего четыре королевства. Отдельные шесть островов числились за королевствами; самый большой из них Нуэлим хоть и принадлежал Юго-Западному королевству под предводительством короля Дролая, но пользовался автономией. Второй по величине – Рнитр, на котором жили кочевники, не получил автономии больше из-за яростного сопротивления императору Клотру, объединившего четыре королевства и острова в одних руках. Остальные четыре острова располагались на самом Севере и принадлежали королю Чандырснэбу, чему он был безумно рад. На тех островах жили исключительно хадары Северо-Западного королевства. Хоть Мэтдина не любила войну, сражения, но доля её забросила именно на планету, где многое решается с помощью грубой силы. Она это осознавала, понимала, и потому в который раз возвращалась сюда с времени, когда ещё была подростком. Её, девочку Лиду с Земли, уговорили жить на неизвестной планете и быть зодесь королевой Северо-Востока. Сначала ей казалось очень почётно, красиво, пёстро, очень благородно, но затем стало доходить, что такая должность требует от тебя всех сил без остатка. Настоящая королева Мэтдина согласилась на обмен: её переносят в «мир фантазий» (как она сама называла будущее), то есть в город будущего Вавилон; там ей обеспечили все беззаботные условия, а Лидия начала жить здесь. Случилось это лет пятнадцать назад, во время назначения настоящей Мэтдины королевой. Императора убили; императрица ещё раньше умерла, братья-короли наведывались крайне редко. Замену никто не замечал. Простые хадары … они и есть простые – что скажут, то и будут делать. Чтобы возродить их самостоятельность, веру в себя потребуется много времени. Но сколько бы его не потребуется, Мэтдина – Лида будет стараться изо всех сил, сделает невозможное, чтобы построить справедливое общество. События последних дней расстраивали Мэтдину. Она сидела во дворике замка, замышляя о дальнейших планах. Кочевники начали нападение. В графстве Мурскони её королевства отбиты вражеские атаки. В их отрядах было много женщин, - молодых девушек – матриархат сказывался. Почему так случилось? Почему она так рьяно стала расстраивать общину, где главенствующая роль отводилась женщине? По её собственному убеждению женщина более вынослива, более сообразительна, более …, а, может, мужчина тоже вправе стать хотя бы на один уровень? Нет! Убеждения, принципы. Старшая служанка замельтешила своими длинным платьем, быстрой походкой подходя к ней. - Ваше величество! К вам пожаловали на переговоры представители с графства Тниса Юго-Восточного королевства. - Сколько их? – Строго спросила королева. - Около дюжины. Может и того больше. - Хорошо! Пускай проходят сюда. - Слушаюсь! Через мгновение во двор заезжала карета в сопровождении вооружённых рыцарей графства и вооружённых хадар. Из кареты вышли девушка худощавого сложения, но быстра в движениях, одетая в кожаные лёгкие доспехи, и парень … Она его узнала. Александр! Ну что ж? Спектакль начинается. - Добрый день! – Начал один из сопровождавших карету хадар довольно крепкого сложения. – Я – Сачаус, дворовой из Друббертов, а это – Сэкха – дочь дворового из графства Вуффрет и Вулэн – племянник одного из фермеров Вуффрета, на которого напали кочевники. Мы приехали на переговоры. - Присаживайтесь! – Пригласила их королева Мэтдина. – Фертис, принеси гостям напитков. Королева вела себя сдержанно. Сама прошла на террасу, в которой располагались столы, удобные длинные скамейки, стулья. Обстановка слаживалась располагающая к беседе: открытое пространство, природа, недалеко само здание замка. - Слушаю вас! – Обратилась королева к дворовому Друббертов, когда все четверо уселись. Остальные сопровождавшие тройку переговорщиков были размещены в специально предназначенных для таких целей месте. - Значит … королева Мэтдина! – Нерешительно начал Сарчаус. – Мы из графства Тниса можно сказать самостоятельно решились к вам преихать. Там графы Лафтер,Грубэн решают вопросы ведения военных действий против кочевников. Лафтер предлагал повести войска прямо на остров Рнитр – родину кочевников, и окончательно разгромить остатки ничего не подозревающих войск врага. Грубэн против – это только разозлит неприятеля. Что они решили – нам неизвестно. Мы вместе с Сэкхой и Вулэном предлагали переговорить с вами. Можно же заручиться поддержкой союзников. Это важно в таких условиях. - Они знают – я их не поддержу ни при каких обстоятельства. Все они, в том числе их король Вэндэрбассэ, хочет получать дань от народа, который хочет автономии. И то, что они начали военный поход, неудивительно. – Речь королевы была ровна, тембр голоса звучал уверенно. – С чем вы ко мне приехали? Что конкретно предлагаете? И что ещё вам известно? - Мы … - замялся дворовой. - Мы хотим единства! – Уверенно заявила Сэкха. Взгляд сосредоточился на персоне королевы. – Если объединяться земли королевств перед общей угрозой – мы победим! - Тебя зовут Сэкха, да? - Да! - Так вот, Сэкха. – Руки королевы взяли бокал, наполненный красным вином. – Объединение длится очень долго. Со времени раскола империи Нурдэмбэм прошло около пятнадцати лет и всё это время никто не хочет объединяться. У меня здесь около десяти миллионов жителей. Среди них военных немного. Оружие есть, есть чёткая иерархия власти. Если я прикажу – большинство взрослого населения пойдёт воевать. И погибнет во славу королевы. Кочевников около одного миллиона. Нуздрэков на Нуэлиме около семи миллионов. Не знаю, известно ли вам, но нуздрэки договаривались с королём Чандырснэбом о проявлении им нейтралитета при нападении на Южно-Восточное королевство. Южно-Западное уже сдалось. Король Дролай пал. Я хотела, очень хотела объединения с другими королевствами, но только не уверена, что мои братья-короли честные хадары. Вернее, я уверена, что они не честные. Посмотрите на мои княжества и баронства – никто не хочет других королей, королев. Они доверяют именно мне. Они верят мне, вверяя свою жизнь. На мне ответственность. – Дыхание королевы Северо-Востока участилось. Взгляд опустился, вино почти выпито. - Но как же другие хадары, другие королевства? – Сэкха не могла понять. - Другие? – Королева снова возбудилась. – Другие должны переосмыслить свои взгляды, свои убеждения. Если и дальше будут только давить друг, друга, будут стоять на позициях хозяина-раба, то войны неизбежны. Какой бы ни был итог этой войны – будет победитель и побеждённый. Главные вопросы – как побеждённый будет смотреть на победителя и как победитель будет смотреть на побеждённого. Если победитель снова захочет получать дань, то мира не видать. Если побеждённый захочет отомстить – тоже мира не видать. Кочевники? Кто они? Они такие же хадары как и мы. У них даже более древняя культура, традиции. На что я ещё соглашусь с вами, так это на переговоры с кочевниками. Нужно убеждать, говорить. Аргументы, доводы, правда – главное наше оружие, но не мечи, копья, стрелы. Поднимешь оружие на хадара – от него же и умрёшь. - Но ваши воительницы славятся искусным владением холодным оружием, луком?! – Спросил Сарчаус. - Да, это правда! – Подтвердила королева. – Но что движет нами? Я всё время внедряю учение баланса внутреннего и внешнего. Нужно, чтобы никто не пытался быть выше другого. Единство!? Да, правильное слово! Но что можно под ним подразумевать. Ты мне будешь давать десятину от своих доходов потому что я тебя поедил?! Где же справедливость? Внутри должен быть порядок, в мыслях; желания должны быть под контролем и не задевать права и свободы других хадар. Внешняя сторона жизни и выражается в удовлетворении желаний. Посмотрите, сколько храмов у меня в королевстве! - Да, мы видели! – Вступил в разговор Вулэн. – Действительно нигде я больше не видел столько. - Ещё можете увидеть у кочевников на острове Рнитр. – Королева воодушевилась. Похоже, она была прекрасным оратором. Интересно, подумал Вулэн, кем она была на Земле. Может, учительницей или психологом. Какое это имело сейчас значение? За время нахождение здесь на Рукэне она великолепно вжилась в роль королевы Северо-Востока. Они остались на несколько дней. Вулэн рассматривал замок, ходил возле построений вблизи, оценивал. Речь королевы затронула его. По пути он видел храмы; об этом свидетельствовали куполообразные навершия, кресты на самом верху, а также конические структуры крыш некоторых увиденных им зданий. Религия? Зачем она нужна? Он вспоминал свою бабушку, которая читала Библию, но мало что понимала в ней, хотя ходила регулярно в церковь, ставила свечку, давала деньги за то, чтобы священник помолился за кого-то. А здесь? Лида как священник проповедует религию? Странно. Как раз мимо проходил мужчина в рясе. Вулэн рассматривал его. Мужчина остановился, заметил взгляд парня, и произнёс: - Проходите в наш храм! Пусть наполнится душа твоя сыне, благодатью! Успокоение и смирение да будет с нами! - Где ваш храм? – Спросил Вулэн. - Вот, рядышком, сыне. Пройдём, я покажу. Священник направился идти к храму, парень – за ним. Через несколько минут они уже заходили в небольшой храм, более похожий на большой дом с куполообразной крышей. - Вот, посмотри, сыне – всё общее! Вот иконы – святые помогут нам! Иегова не допустит развращения общества! Он постановил нашу королеву на престол, и теперь – она наш управитель и направляющий. Ей мы доверяем свою судьбу всецело! - А кто … - несмело начал вопрос Вулэн. – Кто даёт вам всё это? - С рук Иеговы подано с милостью, странник! Верно, ты не с наших земель, сыне? - Нет. Я с графства Вуффрет. Пришёл на переговоры к королеве. - Отлично! – Священник милостиво улыбнулся, взглянув мимо него. Вошли ещё хадары. – Заходите! – Обратился он к нескольким входившим, крестящиеся наподобие как крестятся христиане на Земле. В храме было умиротворённо, пахло какими-то странными запахами. Похоже, как раз парень попал на проповедь. Следя за приготовлениями священника, понимал – он не ошибся. - Дорогие братья, сестры, дети. Не убоимся зла! – Начал священник. Голос его отзывался эхом. – Кто пришёл с миром к нам – с миром уйдёт. Кто пришёл со злом – будет направлен рукой Господа нашего Иеговы на путь истинный. Пути господни неисповедимы. Во время тревожных событий будем сохранять спокойствие, смирение перед Духом Святым; будем внимать Гласу Божьему, ибо не знаем как лучше для нас, но знает Он. Как направит рука Иеговы, как покажет Он действия королеве нашей Мэтдине – так и поступим. Пусть нерушима будет уверенность наша, что Он есть! И пусть не будем пребывать во зле, потому что не таково назначение и природа наша, Аминь! - Аминь! - Аминь! - Аминь! – Повторил парень за другими присутствующими, стоящими рядом. Лица их выражали покорность, веру, расслабленность и некое благоговение перед самой атмосферой, наполняющей храм. Вулэн достоял до конца. Длилось это минут двадцать-тридцать. Затем хадары стали расходится. Вулэн оставался. Обычно священники на Земле окутывают себя нимбом некоей таинственности, и к ним просто так не подойдёшь. Нужна определённая причина для обращения: покрестить ребёнка, отпеть родственника при похоронах. А здесь обычная беседапочти светского характера? - Пройдёмте, молодой хадар, во двор! – Обратился священник нему. Вулэн кивнул, не сказав ни слова, и прошёл за ним. Они прошли по дорожке, выложенной камешками, в дворик, присели за стол. Красивая арка и виноградник давали тень. Откуда-то так же одетые священники стали подавать на стол кушанья. Приятный запах разносился вокруг стола. Затем, когда было уже наложено достаточно еды, священник обратился к другому, который сел напротив него: - Крупа гречневая, лепёшки овсяные, фрукты свежие. Что дал Господь – тем и рады. - Да святится имя Его! - Да святится имя Его! Священники, количество которых было уже шесть, закрыли глаза, мысленно что-то произнесли, и принялись за еду. Вулэн тоже попробовал. На вкус было неплохо. Гречка, сваренная хорошо с добавлением неведомых приправ, лепешки овсяные. - У нас гость из графства Вуффрет! – Сказал знакомый священник. Другие закивали. Тот, что напротив, произнёс: - Мы все братья! И кто с других земель прибывает к нам – тоже брат. Неважно откуда ты, что ты думаешь. Ты – наш гость. Куда бы ты ни приехал, к кому, какова твоя цель – неважно. Пей, ешь, прибывай во здравии! - Спасибо! – Сказал Вулэн. – И что? Так по всему королевству? Оказываете приём любому, кто придёт? - Именно! – Подтвердил первый встретивший его священник. – Ты правильно понял. Ещё: вся собственность общая. Никто не может владеть всем имуществом. Да и вообще никто не может ничем владеть. В других королевствах не так. - Почему у вас так? - Потому что королева принесла учение. Мы все вняли ему. - А те, что не вняли? Есть такие? – Спрашивал Вулэн. - Есть. Ни к кому не проявлять насилие. – Отвечал первый встретившийся священник. – Кто чем хочет заниматься – тем и занимается. Каждому овощу своё время. Если овощ ещё не созрел, то, значит, его нельзя срывать – зелёный, только будет хуже. - А когда созреет? – Спросил парень. - Никто не может знать среди хадар. Только Иегова. Он всё знает, Он – всеведущ, вездесущ. Он знает: что? когда? зачем? Покушав, Вулэн пошёл дальше. Почти всюду он наблюдал уважительное отношение к себе, друг к другу. Как? Он ожидал увидеть злой мир, а в итоге – рай. Парень пошёл к королеве. На удивление она сразу его приняла. Прямо в замке, в комнате, приятной для общения. - Лида! Можно так обращаться к тебе? Всё равно никто не слышит, не видит. - Нет, Вулэн, давай соблюдать правила! - Хорошо. – Согласился парень. Выражение лица королевы было спокойно, сосредоточено на беседе. Вулэн настроился на разговор, собрался с мыслями. - Вулэн, что тебя беспокоит? Как себя чувствуешь? - Чувствую … более менее. Адаптируюсь к обстановке. Вживаюсь в роль. А ты … вы, королева. - Я уже пятнадцать лет как здесь королева. Не подряд, правда, отрывалась или, вернее сказать, отрывали меня, но, как ты мог уже догадаться, не напрасно. - Церкви, храмы … религия, королева. Это – польза для общества? - Вернее, Вулэн, идеология. Я сама глубоко религиозный человек, и семья моя всегда верила в Бога. Здесь у меня есть возможность попробовать свои силы в построении того общества, в каком бы я хотела жить. И вот постепенно я внедряю идеологию веры в Высшие Силы – Бога, Творца, Иеговы. По моему, не важно как назвать, главное – вера в Того, Кто организовывает всё. Пускай будет ложный путь, но я уверена, что я права, что я на верном пути. Сначала … Ты знаешь, Вулэн, когда ты – самый главный на какой-то части суши, то гораздо всё проще. Власть сладка. Очень. Я почувствовала. Но она, в принципе, необходима. Тем более, я уверена, централизованная власть. Кто-то один должен управлять, направлять. - А церкви, Мэтдина? Причём здесь? - Хм … Вулэн!? Религия – опиум для народа. Слышал? - Да, конечно! Опиум? - Опиум! То есть, народ делается управляем. Хорошо, если во благо, к хорошему. Если во зло – то плохо. Я хочу, чтобы все жили хорошо. Кстати, вот тебя как раз не хватало. - Меня?! - Именно! Для равновесия, для перевеса. Кочевники возмутились. Это понятно лично для меня. Лет двадцать назад их победили силы империи. С них взимается дань. Относительно племён нуздрэков – они поступили более умно: предвидя проявление агрессии более сильных войск империи, объявили об автономии, внося налоги в казну империи, а в последующем – каждого из четырёх королевств, но значительно меньше чем дань. Кочевники, уверяю тебя, Вулэн, мудрее разумнее любых хадар из трёх королевств. Моё королевство пошло по-другому пути. - В чём моя задача, королева Мэтдина? Вы сказали о равновесии. Не понимаю о чём речь. - Речь о стороне, о позиции, которую ты займёшь. Что ты выберешь. Если ты примешь мою сторону, мою идеологию, то тогда есть шанс удержать королевства от бездумных войн, бессмысленных кровопролитий. А если ты примешь сторону кого-то из королей, то будешь как все. - Не знаю, Мэтдина. Ты смогла установить управление под своим началом, построить церкви, храмы. - Я уже говорила: когда есть власть – всё просто. Отдаёшь приказы, распоряжения – выполняют. Специалисты находятся, оформляют в красивые формы, преподносят красиво. Дальше – дело техники. Главное – идея. Есть такое выражение: можно сопротивляться силе вражеских армий, но силе армии идей сопротивляться бесполезно. Как раз тот случай. - И какая идея? - Идея – построить справедливое общество. - Какая моя миссия? - Помочь мне своими силами. - Что именно? - Например: пойти к кочевникам с задачей провести переговоры. Цель: заключить мирный договор. Мы не нападаем на них, они – на нас. - А другие королевства? - Они будут нападать, завоёвывать. Просто так не оставят. Их больше, их армии сильнее. Они это понимают. - И что может быть? - Может Вэндэрбассэ пойти основными силами войной против основных сил кочевников, которые сейчас находятся на Юго-Западном королевстве. Будут штурмовать крепость короля Дролая, занятую кочевниками, пока не возьмут.