А можно, я с тобой посижу?

Весь персонал детского дома обеспокоенно готовился к прибытию новеньких. Воспитательницы прибирали и обустраивали комнаты, поливали цветы на подоконниках и приводили в порядок классы. Всё здание было наполнено гулом, топотом детских и взрослых ног. Коридоры с картинами и рисунками на стенах, казалось, стали ещё ярче. Одна из воспитательниц добродушно отчитывала мальчишку. Тот задел горшок с геранью, следом за этим уронив книгу. Насколько помнится, этот человечек часто ломал что-то или двигался неаккуратно, но ругать его и не думали. Яркое летнее солнце радовало детей на улице. Им разрешили выйти во двор, так что и он не увенчался тишиной. Слышался звон отбиваемого мяча, радостные крики и смех. Также были спокойные ребята, собирающие конструктор или перекатывающие машинки по траве. На ступеньках дома лежало несколько книг и тетрадь с вложенным в страницы карандашом. Хозяин вещей устроился рядом, немного сонно смотря на происходящее вокруг. Веснушчатое лицо с выразительными глазами обрамляли рыжие волосы, которые пушились и колыхались от лёгкого ветра. Яркая красная футболка с логотипом известной фирмы, джинсы - его ничего не выделяло и не было во внешности чего-то особенного. За исключением, конечно, огненного взрыва на голове. Мальчик сжимал в пальцах чёрную ручку и с усердием рисовал что-то на запястье. Тетрадь, предназначенная для такого, могла и обидеться. За воротами показался белый автобус, который зарулил во двор и открыл дверцы. Из автобуса практически сразу начали выходить девочки и мальчики, постарше и помладше рыжика. Но внимание приковал к себе серьёзный, с чёрными волосами паренёк. Он окинул взглядом того, кто сидел на ступеньках, и вдруг улыбнулся. Серьёзность сошла на "нет", и Рыжик слабо, но ответил на улыбку. Некоторые дети уже разбредались по двору, но были собраны в группу воспитателями. Все шумной "компанией" двинулись к дому, но одна девушка остановилась. – Серёжа, ты почему здесь? – обратилась она к мальчику на крыльце. – Сейчас ребята в столовую пойдут, кушать. Идём со всеми? Серёжа отрицательно помотал головой. Черноволосый неподалёку рассматривал его с интересом. – Ну хорошо. Хочешь ещё немного порисовать? – Да. – Тогда оставайся, договорились. Я позову, когда понадобится. Девушка удалилась в здание, и практически сразу к Серёже подвинулся черныш. – Привет? – заметно, что он не из тех, кто стесняется при знакомстве. – Давно здесь? – Ага. Но тут ничего так, нормально... – Те дамы, которые нас собрали, слишком вежливые. – Так это же хорошо, разве нет? – Ну не знаю, – немного помолчал. – Тебя Серёжа зовут, да? – Серёжа, да. Разумовский. – Олег Волков, – протянул руку для пожатия, и Серёжа тут же сжал её в своей. – А можно, я с тобой посижу? Сергей улыбнулся, кивнул и отодвинул книги, позволяя новому знакомому сесть. Тот устроился рядом и обратил внимание на тетрадь. – Я посмотрю? – услышав утвердительный ответ, полистал страницы и остановился на одном из разворотов. Там чёрным карандашом была нарисована птица, раскинувшая крылья на остальные клеточки. – Красиво. Любишь птиц? – Да, если честно. Сам не знаю, почему. Олег усмехнулся и положил тетрадь на место. – У тебя волосы красивые, кстати. Даже необычные. – Спасибо... Мне такое очень редко говорят. Та же воспитательница, что подходила к Серёже, вышла вновь. – Идёте кушать? Только вас и не хватает. И Серёжа, ты завёл себе друга? – Это Олег. Олег же кивнул, тихо проронив: "Здрасте". Мальчики удалились в дом, захватив с собой вещи. В столовой же все сидели по парам, и только Сергей коротал время в одиночестве. На столе перед ним дымился горячий суп, но аппетита не было. Вдруг ещё один стул отодвинулся, и рядом оказался Олег. – Не против же, да? А то одному как-то скучно есть. – Конечно, я только за. Они улыбнулись друг другу, и обоим стало как-то теплее. То же самое продолжалось и на уроках, при выполнении заданий. Серёжа оказался вполне способным и начитанным, так что нередко помогал Волкову с предметами. А Олежа помогал Разумовскому, защищая от нападок сверстников и просто предоставляя себя в качестве друга. Странно, но лучший человек в жизни Сергея появился спонтанно. Когда им за 18, также сидят на тех ступеньках и говорят о чём-то своём. Разумовский также рисует на запястье, но уже на чужом. Олег видит, как на коже появляется чёрная птичка и улыбается уголком губ. А когда Серёжа пододвигается ещё ближе, не выдерживает, и оставляет поцелуй на виске. И Разумовский, кажется, не против.