Гарри Поттер и Возвращение Лысого Бомжа

      — Хьюстон, у нас проблемы! – прокричал Гарри, врываясь в Выручай-Комнату. — Только не говори, что тебе придётся сражаться с ещё одним драконом, – проговорил Геллерт, захлопывая книгу. — Хуже! – ответил Гарри. — Мне надо пригласить девушку на бал! ДЕВУШКУ! Страшнее не придумаешь! Лучше дайте мне ещё одного дракона! Геллерт облегчённо выдохнул. Он то думал... А это даже не проблема. — Нашёл из-за чего переживать, – фыркнул он. — Что у нас, девушек что-ли мало в школе? Гарри только что-то недовольно промычал и вылетел из Выручай-Комнаты. Конечно, напрасно он волновался, что никто не захочет с ним пойти. В первый же день он получил приглашение от целых трёх девушек и одного парня! Но все они были младше его и на вид оставляли желать лучшего. Гарри отказал всем, а сам заперся в скрытой комнате за портретом безногого рыцаря, где близнецы Уизли устроили свой штаб. В основном Гарри бездельничал, вместо того, чтобы озаботиться парой. А ведь он даже не умел танцевать. И об этом надо было подумать в первую очередь. Иногда он, конечно, поглядывал на толпы девчонок, но они все ходили вместе, а он даже к одной боялся подойти. Ещё чаще он бегал от слизеринцев и пуффендуйцев. И те, и другие не оставляли попыток испортить ему жизнь. Когтевранцы и гриффиндорцы успокоились после первого тура и больше его не трогали, что значительно облегчило его жизнь. Когда Гарри спохватился, самые красивые были уже приглашены, а до бала оставалось совсем немного времени. Он был поражён тем, что даже Хагрид нашёл себе пару. Близнецы Уизли тоже обзавелись девчонками. Это становилось уже смешным. — Чёрт возьми! Почему это так сложно! – негромко шипел Поттер в который раз за день, чем уже порядком достал Геллерта, который решил в своём птичьем образе помочь ему. — Ты издеваешься, Поттер? Ты убил Волдеморта! Ты спас Философский камень! Ты путешествовал во времени! Ты, мать его, Гарри Поттер! Самый знаменитый волшебник Британии! Неужели ты не можешь пригласить девушку на бал?! Это легче лёгкого! — Ты глубоко ошибаешься, Геллерт! Убить Волдеморта? Пожалуйста! Сбежать из Азкабана? Да легко! Пригласить девушку? Невозможно! Это какой-то ужас! — Так! Всё! Ты достал меня своим нытьём! Живо собрался и пошёл пригласил вон ту слизеринку! – ворон показал клювом в сторону группы слизеринок, указывая на конкретную. Грозный голос Тёмного Лорда заставил Гарри едва ли не подпрыгнуть. Чувствовалось, что если Поттер сейчас не выполнит этот приказ, то ему потом будет очень плохо. Поэтому он глубоко вздохнул и зашагал в сторону девушек с таким видом, словно его отправили на эшафот. Чем ближе он подходил, тем быстрее таяла его уверенность. Вот чёрт! Зачем он на это согласился? — Э-э... Привет... Я... Извините... – начал Поттер, как только подошёл к ним, тут же потея от напряжения. Слизеринка, на которую он смотрел, вопросительно изогнула бровь, и Гарри ещё больше занервничал. — Ты... Тынемоглабыпойтисомнойнабал? – быстро протараторил он, и его глаза забегали. Он старался смотреть куда угодно, но только не на лицо слизеринки. — Кого-кого ебал? – переспросила девушка. Гарри покраснел и тут же разразился беззвучным матом, чуть ли не размахивая руками. Получился какой-то писк... Геллерт закатился от хохота, не выдержав, и его воронье карканье хоть и поразило девушек, но они тут же сосредоточились на Гарри Поттере, который всё пыхтел, но никак не мог выдавить и слова больше. — Поттер, иди ты... Совсем с катушек слетел, – покачала головой одна из девушек, а затем они все удалились. — Мама, какой позор! – в отчаянии простонал гриффиндорец, пока Геллерт продолжал покатываться от смеха.

***

С того дня прошло приличное количество времени, но Гарри никак не мог найти пару. Мерлин бы побрал тех слизеринок! Они всем растрепали о его поведении, и теперь Поттера поднимали на смех, а уж на бал... Да после такого Гарри ещё пару раз пытался что-то сделать, но из-за насмешек только хуже получалось. Поэтому он никак не мог найти партнёра для танца. К тому же он не умел танцевать, из-за чего уже второй час жаловался Геллерту в Выручай-Комнате. — Да научу я тебя! Только успокойся! – не выдержал Гриндевальд. — Ты бы лучше о паре думал, а то танцевать то не с кем будет! — Да я не могу пригласить девушку! Не могу! Они все смеются надо мной! — Не можешь девушку – пригласи парня! Да хоть кальмара! Кого угодно, Поттер! — Да-а? Легко сказать! Спустя ещё пару дней, когда он совсем отчаялся, к нему в голову пришла идея. Гарри решил, что пригласит Полумну. Как он мог забыть о своей подруге? Но как только Поттер собрался с мыслями, его перехватил Том. — Не смей! – грозно прошипел он. — Найди кого-нибудь ещё. — Да чёрт возьми! – психанул Гарри. — Кого? До бала остался один день! Тогда давай ты пойдёшь со мной? А? — Ты с ума сошёл? Я уже пригласил Луну! В первый же день, как только услышал о бале, между прочим. А ты... Грейнджер вон пригласи, ты с ней нормально общаешься время от времени. — Её уже пригласили! – в отчаянии крикнул Гарри. — Ты не мог подумать раньше о паре? Кого угодно пригласи! — Я не хочу какую-нибудь уродку! — О чём спор? – в помещение вошёл Геллерт. — Вот! – Том радостно ткнул в Гриндевальда. — Пригласи его! — Ты что, с ума сошёл? – зашипел Гарри. — У тебя нет выхода, Гарри, – сладким голоском нараспев протянул Том. — О чём это вы? – переспросил Геллерт. Гарри опустил голову, даже не зная, как начать, поэтому просто бормотал себе что-то под нос. Том недовольно промычал, закатывая глаза и сам обратился к Геллерту. — Короче, – начал он. — Ты идёшь с Поттером на бал, потому что этот дебил тянул до последнего и остался без пары. А он чемпион, у него один обязательный танец. Повисла зловещая тишина. Геллерт обдумывал свалившуюся на него информацию. Гарри снова недовольно забубнил что-то себе под нос, явно не обрадованный перспективой взять Геллерта в пару. Хотя бы потому что это походило на какое-то безумие. — Хорошо, я согласен, – наконец сказал Гриндевальд. — Но только один танец, Поттер. Я не собирался вообще идти, но ты... Вечно с тобой одни проблемы! — Мне и не надо больше, я сам не рад, но я, чёрт возьми, чемпион, так что моё присутствие обязательно, и танец тоже, – ответил Гарри. — Вот и отлично, – улыбнулся Том. — Не забудь про маскировку, Геллерт. Я вот уже себе придумал образ. — Угу, – буркнул тот.

***

В день проведения святочного бала гриффиндорец так и не нашёл никого, поэтому сидел в Выручай-Комнате над полной тарелкой еды, но так к ней и не притронулся, глядя в стену и находясь в подавленном настроении. Он даже забыл про рождественские подарки. — И даже здесь мне придётся вытаскивать твою жопу из неприятностей, – констатировал Гриндевальд. — Хотя скорее спасать от позора. Успокойся, Поттер! Соберись! Возьми себя в руки! Я же уже сказал, что если не найдёшь пару, то я с тобой схожу. Один хер, там один танец обязательный только! Гарри только вздохнул. — Ты думаешь это хорошая идея, Гел? — Да плевать! Просто сделаем то, что от нас требуют и уйдём. С внешностью Геллерт схитрил. Просто стал собственной копией лет эдак в семнадцать. Но с некоторыми довольно важными изменениями. Во избежание проблем, так сказать. И он был уверен, что никто ничего не заподозрит. Слишком хорошо он знал людей. Гарри просто безэмоционально глядя вперёд, встал рядом, когда время бала подошло. — Боги, это за гранью моего понимания, – сказал он. Геллерт только зевнул. Его это как-то совсем не колышело. Ну подумаешь! По сути тот же урок танцев, только в толпе идиотов. В конце концов, если Поттер придёт без пары, то ему потом такой пиздец прилетит от декана, что мама не горюй. Да и не только от декана. А ежели кто-то из профессоров и вздумает спросить, почему Поттер выбрал именно его, то можно отмахнуться и сказать, что просто так получилось, судьба, видимо, такая. МакГонагалл в первую же секунду чуть не потеряла челюсть, когда узрела Гарри. — М-м... Мистер Поттер... Должна признать, это смелое решение. Конечно в наше время это не так уж сильно порицается, но все как-то стараются скрывать... – проговорила она, глядя на спутника Поттера внимательным взглядом. — Я просто пару не мог найти, профессор, – тоскливо вздохнул Гарри, чувствуя, что сгорает от стыда признаваясь декану в этом. — Отчаяние сподвигло на такой вот...поступок. И это совершенно не то, о чём вы подумали. — Но... – начала было она, собираясь спросить что-то ещё, однако в этот момент уже пришло время идти в зал. Всё время от входа в зал и на протяжении всей этой глупой церемонии, открытия бала, танца, – всё время их поджигали различными взглядами. Малфой так вообще чуть не подавился от зависти, завидя, кого Поттер себе в партнёры отхапал. Как же... Нашёл самого прекрасного блондина, и им оказался не он, Драко, а этот! Не пойми кто! А вот Дамблдор, признаться честно, едва не захлебнулся тыквенным соком, который неспешно попивал, глядя на входящих чемпионов. Но, в конце концов, он просто смирился с тем, что стареет. Ну просто потому что этого быть не может. Сам Гарри был явно не в своей тарелке первые пять минут, постоянно то бледнел, то краснел, что в конце концов вывело Геллерта из себя. — Хватит меня позорить! И себя тоже! – прошипел он. — Ей богу, когда всё это закончится, я тебя прибью и прикопаю на лужайке Хагрида! – в этот момент у Альбуса, который как раз оказался рядом, брови поползли вверх от удивления. — Ха-ха, – совершенно невесело рассмеялся парень. — Он шутит, профессор, – нервно бросил Гарри в сторону директора, и поспешил утащить друга подальше от Дамблдора, маскируя всё это под танец. — Куда тебя понесло? Ты всё не так делаешь! — Всё правильно! Сам учил! — Да нет же! Ай! Хватит наступать мне на ноги, неуклюжий осёл! — А ты баран! — Поговори мне тут! Как всегда ввязавшись в перепалку, оба не заметили внимания остальных. В итоге к концу первого обязательного танца уже половина Хогвартса, включая профессоров, знала об их непростых отношениях. — Мать моя магия! Большего позора я ещё не испытывал! Какой же ты дурак блин! – простонал Гриндевальд, сидя, а точнее, практически развалившись за столом и сверля недовольным взглядом Поттера, сидящего напротив. Гарри только фыркнул. Мимо как раз проходила МакГонагалл и как бы невзначай остановилась. — Мистер Поттер, честно говоря, не смотря на ваш спор, танец у вас получился не плохой. Кстати, не уверена, что видела вашего партнёра в Хогвартсе раньше... Не хотите познакомить? — Так он и не... – замялся Поттер. — Позвольте представиться – Гарольд Гринвуд, – подперев рукой голову спокойно сказал Геллерт. — А, ну да, он из Дурмстранга, – вставил Поттер, и стоявший недалеко Каркаров подавился пуншем. — Чего?! – негромко, но возмущённо вскрикнул он. — Нет у нас такого! Нет и не было! — Вам стоит проверить, нет ли у вас проблем с памятью, – усмехнулся Гриндевальд, а сам взглядом стрельнул в Поттера, как бы говоря: «Умолкни!» У Каркарова дёрнулся глаз, и он поспешил уйти прочь, как и МакГонагалл, которая решила, что дальше допытываться будет невежливо. Геллерт таки успел без палочки достать её Обливейтом и немного подправил память. Как и затем Каркарову, который не успел отойти далеко. — Ну и навели мы шороху, – вздохнул Гарри. — Сам виноват, надо было нормально девушек приглашать. — Знаешь... Не жалею как-то... Уж лучше с тобой, чем потом какая-то дура будет со своими подружками обсуждать, как я отвратительно танцую, да и вообще дурак, идиот и... — Как же ты так жить будешь? – перебил его Геллерт. — В конце концов придётся найти девушку не просто для танца, а для личной жизни. Или что? Опять меня выберешь? – Геллерт вздохнул. — Прости, но нет. На это я не соглашусь. Я тебя люблю, очень люблю. Но только как друга, брата, сына! И ты всё, что у меня есть. И я могу помочь в таких вот безвыходных ситуациях, как пара для танца. Но это так... Мелочи. А тебя впереди ждёт собственная личная жизнь, семья... Тут я тебе не помощник. Думай об этом, Гарри. А то останешься один, как это и получилось в этот раз. Но тут я тебе помог, а там уже не смогу. Гарри не знал, что сказать, ведь чёртов Геллерт был прав. Но самого Поттера честно пугала эта мысль – что ему надо найти девушку, будущую жену, завести семью... Гарри боялся и не знал, как поступить. — Но ты мне поможешь? Дашь хотя бы совет? Я один не справлюсь... Если уж даже пару для одного танца не смог найти, – горько усмехнулся парень. — Куда же я денусь? Помогу, чем смогу. Обязательно. Ты же мой друг, – сказал тот и выжал из себя усталую, но искреннюю улыбку. — Почему так вышло? – пробормотал Гарри. — Почему ты попал в тюрьму? Ты же такой хороший! — Глупый ребёнок, – воззвёл глаза к потолку тот. — Нет, я таким не был, я... Я просто изменился, – тихо закончил Гриндевальд. — Так кардинально? – неверяще фыркнул Поттер и быстро огляделся, не стоит ли кто рядом, а затем наклонился к нему и зашептал. — Нет, Геллерт... Я много думал, ещё с того момента, как ты дал мне обещание помочь с Турниром. Знаешь, что я понял? Ты был таким всегда. Это твоя душа. Твоя добрая душа. Она неизменна. Ты выпустил из себя то, что хотел. Ты выпустил тьму, которая, как ни крути, есть в каждом человеке. А потом потерял контроль, и эта тьма захватили тебя. Но потом, за долгое время в тюрьме, ты остыл, и снова закрыл в себе свою тёмную сущность. Она всё ещё с тобой, но теперь под твоим контролем. А свет окутывает. Ведь он сильнее и важнее... И в тебе его гораздо больше! Ты хороший человек и хороший друг! И пусть, плывя во тьме, ты сделал много плохого, того, что трудно простить, ты всё же нашёл себя настоящего, понял, что натворил и испытал раскаяние. Поэтому ты, как никто другой, заслуживаешь свободы, любви, дружбы и, возможно, даже прощения. Когда я тебя вытаскивал, то не знал, но сейчас понимаю это, – Гарри замолчал и опустил взгляд. Он понятия не имел, зачем сказал всё это. Но сейчас оно казалось правильным. — Ты...правда так думаешь? – после недолгого молчания, произнёс Геллерт. Гарри не стал отвечать, просто поддался неизвестному порыву и крепко обнял его, выражая всё без слов. — Ну Гарри! Ты с ума сошёл! Не здесь, Гарри... – отчаянно краснея, проговорил Гриндевальд, безуспешно пытаясь отцепить от себя это недоразумение, которое полезло обниматься на глазах у всей школы. Какой позор... Впрочем, было уже бестолку, и он лишь вновь воззвёл глаза к потолку. — Ладно, спасибо... Но больше так не делай. На глазах посторонних. Мало ли, что подумают... Мы тут и так всех шокировали. — Да ладно, а я и не заметил, – рассмеялся Гарри и дружески чмокнул в щёку. — Гарри! – воскликнул Геллерт, сидя при этом со взглядом побитого щенка. — Считай это маленькой местью, – улыбнулся Поттер. — За что? — Ты знаешь за что... Не далее, как несколько дней назад ты смеялся надо мной, когда я пытался пригласить девушку! — Вот змея! — Не без этого, брат, – хохотнул парень. — Пошли натворим что-нибудь? А то уж больно все весёлые! Несколько секунд Геллерт прищуренно смотрел на него, словно раздумывая, но потом вздохнул и ухмыльнулся. Если творить хрень, то по полной. Хоть раз за долгое время он позволит себе веселье на полную катушку. Не вечно же серьёзным быть. — Окей, – предвкушающе ухмыльнулся он, – пошли, брат мой! Чую, Хогвартс будут отстраивать заново после нашего «натворим»! Они одновременно поднялись из-за стола и заговорчески переглянулись, понимая, что потом им влетит по самое не хочу, но зато будет весело. И в общем то, так и случилось. Когда все люди неожиданно взлетели в воздух, а столы и стулья начали сами плясать под музыку, профессора сразу догадались чьих рук это дело. Потому что только Гарри и Геллерт остались стоять на твёрдом полу и смотреть на результат своих трудов. — Вот это да! – восхищённо протянул Гарри. — Смотри, они сейчас поцелуются! – Геллерт указал на Драко Малфоя и Рона Уизли, которые без остановки летели навстречу друг другу. — О святые макароны! Рона надо спасти! Гарри взмахом палочки поменял траекторию полёта Рона, и Драко влетел прямо в Гермиону, а потом попытался отскочить с криками: «О нет! Фу! Меня коснулась грязнокровка!» — Оу, какая ужасная ситуация, – весело заметил Гриндевальд. — Ты смотри! – потянул его за рукав Гарри и показал в дальний угол, где обыкновенный деревянный стул пытался пригласить профессора Снейпа на танец. — А у нашей летучей мышки появился поклонник, – улыбнулся Геллерт. К счастью для профессоров, они смогли всё быстро вернуть на свои места и извинились перед иностранными гостями. Снейп и МакГонагалл с одинаковыми злобными выражениями лица собирались хорошенько наказать и Гарри, и его друга. Но Дамблдор решил, что сам разберётся. Отведя подростков в уголок, где почти не было людей, он наигранно сердито посмотрел на обоих и начал читать длинный выговор. Сначала и Гарри, и Геллерт покорно слушали, но где-то на середине речи, самообладание Геллерта дало трещину. У него сама собой начала вылезать на лицо широкая улыбка и в конце концов он не выдержал и захохотал. Дамблдор и Гарри уставились на него с немым изумлением. Гарри поджал губы, стараясь не засмеяться, но это не помогло, и он тоже начал заливаться безудержным смехом. Альбус переводил взгляд с одного на другого, не зная, что с этим делать. — Молодые люди, может объясните в чем причина вашего заразительного смеха? – уточнил Дамблдор. Оба только помотали головами и ретировались, не успел Альбус и глазом моргнуть. А затем они уже исчезли в толпе и найти их было бы слишком сложно. Махнув на это дело рукой, директор отправился веселиться. Гарри же поспешил поскорее выпить чего-нибудь, чтобы малость успокоиться. Под руку ему попался пунш, и он осушил сосуд одним большим глотком. — Ну что? Чего ещё натворим? – спросил Геллерт, осматривая зал. — Тебе мало было? – удивлённо приподнял бровь Поттер. — Это было лишь начало, – осклабился тот. В общем и в целом, покоя они с Гарри никому не дали, вытворяя всякую хрень. Пока Том не нашёл их не треснул хорошенько. Только он и смог усмирить своих друзей. Ибо они мешали ему танцевать. А он как никогда был в прекрасном настроении. Одновременно закатив глаза, Гарри и Геллерт присмирели. Время подходило только к девяти тридцати, веселье продолжалось, но некоторые студенты разошлись. Гарри решил, что им тоже пора закругляться. Он повернул в сторону выхода и взглядом наткнулся на Гермиону Грейнджер, которая танцевала с Виктором Крамом. Гарри моргнул, не веря своим глазам. Он даже не узнал её, когда выходил на обязательный танец. Та сама на себя не была похожа. Прекрасна! Это всё, что можно было сказать, об остальном забываешь. Гарри даже пожалел, что не успел первым её пригласить. Еле оторвав взгляд от девушки, Поттер поплёлся на выход вместе с Геллертом. Пока они шли, Гарри заметил, что в коридорах тоже куча народу ходит. Все шныряли туда-сюда. А у кого-то намечалась горячая ночка, судя по всему. В одной из тёмных ниш он даже узрел двух целующихся парней. Гарри отчего-то замутило, и он поспешил прибавить шаг. Геллерт невозмутимо шёл рядом, похоже его совершенно не смущало происходящее вокруг безумие. Чёрт возьми, они даже узрели мадам Максим и Хагрида. Вот где кошмар всея Хогвартса, но Геллерт даже этому не удивился. В конце концов, когда они добрались до Выручай-Комнаты, Гарри вздохнул с облегчением. Геллерт за две секунды сбросил маскировки и тоже выдохнул. Весёлый выдался вечерок, ничего не скажешь. — Прости, если доставил неудобства, – сказал Гарри. — Это было не так уж и плохо, – пожал плечами Гриндевальд. — Я, правда, не очень люблю толпу. Но это мне не помешало. — Так странно быть в школе на каникулах, – заметил Гарри. — Обычно мы у Сириуса. — Поздравляю с первым Рождеством без приставучего крёстного, – ухмыльнулся Геллерт и поклонился, заведя одну руку за спину, а другой протягивая коробку с подарком, которую он уже успел откуда-то достать. — Да ладно, Сириус ни капли не приставучий, – рассмеялся подросток и взял коробку. На это Рождество Геллерт подарил ему вязаный свитер, красный, с вышитыми на нём оленями и снежинками. Он был весьма милым и, наверняка, очень тёплым. Гарри тут же почувствовал наполняющее его чувство счастья и моментально появившееся рождественское настроение. — Спасибо, Геллерт, – Гарри обнял его крепко-крепко. — Ох, не убей меня своей любовью, – прокряхтел Геллерт. — Я так понимаю, мы откатились до одежды в подарок, – улыбнулся Поттер, ибо сам он отдал Геллерту такой же красный свитерок, только с котиками и ёлочками. — Похоже у нас одна клетка мозга на двоих, – Геллерт поднял брови и прикрыл глаза, качнув головой. Гарри хмыкнул, снял свой парадный костюм, переоделся в более удобную одежду и натянул новенький свитерок. — Что думаешь? – спросил он, подняв одну бровь и посмотрев на друга. Геллерт внимательно осмотрел его, улыбнулся собственным мыслям, а потом притворно упал на колени и, положив руку на сердце, заговорил восхищённым голосом: — О Повелитель! Вы прекрасны, как никогда! Я преклоняюсь перед вами и прошу вашей руки! Выходите за меня замуж! Гарри смущённо кашлянул. Глаза Геллерта лукаво поблёскивали, и он, вероятно, ждал, что же на такое ответит Поттер. — Ты забыл про самый важный атрибут свадьбы! Венок, – проговорил Гарри, стараясь удержать серьёзное выражение лица. — Свадебный? – улыбнулся тот. — Нет, похоронный, – пошутил Поттер, и, в конце концов, оба не удержались и захохотали. И пока все веселились на балу, Гарри наслаждался тишиной в Выручай-Комнате. Он позвал Добби, попросив у того горячий шоколад, а пока эльф выполнял поручение, Гарри заставил Геллерта надеть подаренный свитер. Тот хоть с ворчанием, но согласился на это. — Это так...по домашнему, – протянул Гриндевальд, осмотрев себя, чуть прищурившись, так как свет в комнате был тусклым. — Рождество же, – пожал плечами Гарри и протянул ему чашку с горячим шоколадом, которую принёс домовик. — Спасибо, – поблагодарил тот. Гарри только кивнул, взял свою чашку и уселся рядом, уставившись на горевший огонь в камине, расположенный напротив их диванчика и являющийся единственным источником света. Этот тусклый свет делал это место по-настоящему волшебным. А горячий шоколад действовал согревающе. Гарри повернул голову к Геллерту, и тот чуть не подавился от смеха. Гарри весь был в шоколаде. — Ну что ты как чушка, – по доброму усмехнулся Геллерт, отставляя свою чашку, так как опасался случайно облиться. Гарри фыркнул на это и насупился. Хотя по настоящему и не обижался. Шоколад с лица он, естественно, вытер, чтобы и правда не выглядеть, как поросёнок. — Не смейся, это случайно вышло, – сообщил Гарри, легонько пихнув его в плечо. — Осторожнее, – проговорил Гриндевальд, потерев рукой больное место. — Прости, прости, – Гарри даже отодвинулся. — Я забыл. В этот момент в комнату залетел Том, будучи уже в собственном облике, весь мокрый, раскрасневшийся и, кажется, немного уставший. — Народ снова попёр в зал, – тяжело дыша, проговорил он. — Профессора уже ушли, в зал рискнули сунуться младшекурсники. Праздник только набирает обороты. А пока я шёл сюда, видел как минимум три сладких парочки и почти стал свидетелем оргии. А вы чего тут скучаете? — Нам больше по душе тишина, – за двоих ответил Геллерт. — А ты? — Маскировка слетела, – пожаловался Том. — Её очень сложно держать. Гел, помоги, а? Я не планировал так рано уходить с праздника. — Покажи мне, – попросил Геллерт, поднявшись и взяв палочку. Том, не мигая, посмотрел ему в глаза, показывая облик, который ему нужен. Мужчина кивнул и парой взмахов наложил крепкую маскировку на Тома. — Спасибо, – закивал Реддл и помчался обратно на праздник. — Она продержится около трёх часов, не забудь! – крикнул ему вдогонку Геллерт. А когда Том исчез, Геллерт вернулся на своё место, мысленно гадая, почему Реддлу так понравилось на балу и уж не Лавгуд ли в этом замешана. Лично ему этот бал в кошмарах сниться будет. Хотя он признавал, что могло бы быть и хуже. Геллерт глубоко ушёл в свои мысли, гипнотизируя огонь, пока Гарри безмятежно о чём-то болтал. Всё это продолжалось какое-то время, пока Гарри не щёлкнул пальцем у друга прямо перед глазами, дабы привлечь внимание. Тот от неожиданности даже моргнул. — А? Что? – рассеянно переспросил Гриндевальд. Гарри с упрёком посмотрел на него и, отвернувшись, сказал: — Всё, я обиделся, ты меня не слушал! Геллерт почувствовал укол вины. — Прости, – виновато проговорил он. Гарри тихонько фыркнул и продолжил сидеть в позе аля «Я обиделась»! Геллерт только вздохнул и посмотрел жалким взглядом в надежде на быстрое прощение. Ну да, он признавал, что виноват, Гарри видел это, поэтому не стал долго обижаться и позволил Геллерту себя обнять. — Наше Рождество всегда будет так проходить? – тихо спросил Тёмный Лорд. — Это уже, можно сказать, традиция, обычай, – ответил Поттер и посмотрел на него хитрым взглядом. — Я жду от тебя нормальных извинений. Геллерт испустил вздох, очень похожий на какой-то обречённый стон. Шляпа явно должна была распределить на Слизерин эту мелкую вредную змейку. Манипулятор! Геллерт чуть прищурил глаза, затем нежно прикоснулся губами к его щеке и зарылся носом в его волосы. — Я прощён? – мягко спросил он. Гарри только улыбнулся, но ничего не ответил, и Геллерт, приподняв голову, удивлённо вскинул брови. — Что? Этого было мало? – озадаченно протянул он. — А сам как думаешь? – вопросил Поттер. Геллерт в очередной раз выдохнул и закатил глаза под лоб. Ну почему именно ему досталось это неугомонное создание? — Ну нет, я больше не буду, – пробурчал Гриндевальд. — Сопротивление? – удивился Гарри. — А я тебя недооценил. — О, а ты ожидал, что я буду потакать тебе во всём? Поттер промолчал, сам устроился поудобнее, уткнулся лицом в грудь Геллерту и закрыл глаза, чувствуя, как в мгновение ока на него накатила сонливость. Засыпать так рано он не планировал, но глаза сами собой закрывались. Геллерт тоже прикрыл глаза. Сначала была тишина, только шум огня разносился по всей комнате. Но затем всё прекратилось. Так резко, словно звук неожиданно выключили. Тьма накрыла его, и он почувствовал чей то страх, боль, отчаяние, ужас и жажду крови, жажду убийства. Всё это надавило на Геллерта со всех сторон, и он резко распахнул глаза, задыхаясь, словно пробежал несколько километров. Звук вернулся так же неожиданно, как и пропал. Кажется прошло всего несколько секунд, но было такое ощущение, что во тьме он пробыл, как минимум минуту. — Геллерт? – встрепенулся Гарри и поднял голову. — Что произошло? — Я не знаю, – отдышавшись произнёс Гриндевальд. — Не знаю... Откуда взялись эти чужеродные чувства? Это точно не его, и не от Гарри. Тогда откуда? — Может...это сон? – предположил Гарри. — В любом случае, сейчас всё в порядке. Правда? — Да, конечно, – кивнул головой тот. — Будешь спать? – спросил Поттер. — Как-то перехотелось, – ответил мужчина, и спихнув с себя мальчишку, встал и отправился к окну. Несмотря на то, что была зима, на улице лил дождь. Из-за этого и так скверное настроение упало до отметки «отвратительно». — Что случилось? – раздался голос Гарри в тишине. Несмотря на то, что друг сказал ему, что всё в порядке, Гарри почувствовал его смятение. И ему это не понравилось. — Объясни, что произошло? – снова повторил Гарри, но тот не ответил, просто покачал головой. Поттер поджал губы, встал и подошёл, тоже уставившись в окно. Обидно было, что он понятия не имел, что именно так встревожило его друга. А тот делиться не собирался. — Так и не скажешь? – буркнул Поттер. — Это всё совершенно не важно, – ответил Геллерт, поворачиваясь к нему. — Может нам стоит просто...отдохнуть? От всяких проблем, интриг и прочего. Хотя бы один день? – он важно протянул руку. — Ты шутишь? – удивлённо приподнял брови Гарри. Но тот просто покачал головой. Гарри несколько мгновений колебался, но затем подал руку в ответ, и Геллерт неспешно утянул его в танец, осознавая только сейчас, что пришёл конец его прошлому. И теперь начнётся новая жизнь.

***

Уснули они, когда было примерно около часа ночи. Геллерт отключился сразу, утопая во сне куда-то в глубину, от которой становилось как-то не по себе, хотя не должно было быть, ведь это всего лишь сон. Или же нет? Геллерт осмотрелся, пытаясь понять, где он оказался. Вокруг – сплошь пустота. Только тёмно-серый туман клубится. Геллерт присмотрелся и с удивлением обнаружил, что туман словно живой. Ему всё казалось, будто тот из глубины своей наблюдает и посмеивается. Отдельные клубы дыма начали собираться во что-то определённое. В тумане появились белоснежные светящиеся глаза и коварный оскал. Геллерт невольно сделал шаг назад. Ухмылка тумана стала более широкой. — Неужели не узнал меня, друг? – эхом пронёсся неизвестный голос. — Э-э... А кто ты? – спросил Гриндевальд, неотрывно наблюдая за дымкой. — Я? Смешно! Я твоя Тьма! – ответил голос. Основная часть тумана рассеялась, а остаток сформировался в длинного дракона, чем-то напоминающего китайских рептилий по телосложению. Передние и задние лапы были небольшими, а на голове два рога. Глаза засияли ещё ярче на вытянутой морде, и дракон улыбнулся. — Что-то ты размяк, не находишь? – спросил Тьма, стоя на задних лапах, вытянувшись, как суслик, и глядя сверху вниз на Геллерта. — Что? – не понял тот. — Знаешь, раньше ты соображал лучше, – прошептал дракон, и Геллерт с удивлением обнаружил, что морда оного уже находится на его плече, а рептилия оказалась позади. Тусклая вспышка. Геллерт на автомате зажмурился, а когда открыл глаза, то понял, что тьма вновь перед ним. — Посмотри на себя, – говорил он, плавно перемещаясь вокруг него. — Кем ты стал... Во что превратился... Ты слаб и жалок! – дракон почти вплотную приблизил морду к его лицу. — Но ты ещё можешь это исправить. Я могу дать тебе всё! Всё, что поможет нам достичь желаемого! Прошлый раз был неудачен, мы были близки к цели, но всё рухнуло... Но я гарантирую, что этого больше не повторится! В тот раз мы допустили несколько ошибок, но теперь этого не произойдёт! Ты сможешь достичь величия и никто нас не остановит! Я дам тебе гораздо больше... Твоя сила будет безгранична, никто не сможет нас остановить! Мы отомстим всем и каждому! Прими же меня! Тьма отодвинулся и торжествующе оскалился. — Зачем нужна дружба и любовь? – эхом пронёсся его задумчивый голос. — Всё это погубит тебя. Оно тянет тебя на дно, превращает в слабого и жалкого червя! – Тьма говорил уже не так воодушевлённо, голос сочился ядом. — Избавься же от балласта! Ты станешь сильнее, чем кто либо! Ты достигнешь всех своих целей, и мир будет твой! Кому нужно то ничтожество, что собрал ты вокруг себя? Дружба – ничто, власть и сила – это то, что нужно нам! Его слова были довольно убедительны, как заметил Геллерт, застывший, как статуя во время всей этой отповеди. Он отвлёкся, когда заметил сбоку какое-то движение, а повернув голову понял, что его окружает белоснежный туман, который за короткий миг сформировался в красивого коня. — А ты, верно, противоположность Тьмы? – уточнил Геллерт. Конь согласно склонил голову. — Верно, я есть твой Свет. И уверяю тебя, не стоит доверять Тьме. Однажды он привёл тебя к краху, и в этот раз сделает тоже самое. Тьма скрестил лапы и неприязненно посмотрел на белоснежного коня, от которого вокруг исходил яркий свет. — Послушай, – продолжил Свет. — Разве плохо тебе сейчас, Геллерт? Ведь именно сейчас ты чувствуешь себя счастливым, разве нет? Неужели ты готов пожертвовать всем хорошим ради собственной выгоды? Ты сможешь достичь величия и своими силами, а твои друзья обязательно помогут тебе. Тьма же уничтожит всё, что по-настоящему тебе дорого и вновь приведёт тебя к поражению. И ты потеряешь всё! Лучше прими свет, делай то, что кажется тебе правильным! Ты сможешь искупить свои грехи! Твори добро и получишь добро в ответ! Выбор за тобой! — Верно, решать тебе. Но знай, независимо от твоего выбора, я всегда буду рядом, – подал голос Тьма и прищурился, глаза его стали ещё ярче. — Тьма ждёт твоего возвращения. Геллерт вздохнул. Тут нужно думать логически. Он – тёмный волшебник. Тьма всегда была ему ближе, и, признаться честно, у Тьмы было гораздо более заманчивое предложение. Да, он хотел бы устроить свои порядки в мире. Он хотел бы стать сильнее. Возможно, отомстить. Как бы не пытался он, но прошлое всё равно тянет его к себе. Однако... Разве не прав был Свет, когда говорил, что сейчас у него есть всё, что нужно? К тому же он ведь решил для себя, что теперь начнётся новая эра для него, разве нет? И верно Свет подметил – если постараться, то можно достигнуть высот и своими силами. Постепенно. Вот только Свет для него – новое, неизведанное. Так что же выбрать? Свет или Тьма? Тьма или Свет? Мужчина вспомнил сегодняшний день, посиделки у камина, горячий шоколад и танец. Теперь у него не оставалось сомнений. Приняв решение, Геллерт поднял голову и заговорил: — Признаться честно, но сейчас я и вправду чувствую себя счастливым. И ещё я чувствую, что уже не смогу бросить своих друзей. И пусть тьма всегда была для меня ближе, я решил, что хватит с меня этого. Не хочу больше быть злом. Я всё понял. Власть, сила, богатство... Зачем мне всё это, если у меня не будет самого важного? Я думаю, мой выбор очевиден. Конь довольно прищурился и потёрся своей мордой о плечо Геллерта. — Не буду говорить о правильности выбора, – произнёс Свет. — Для кого-то он может оказаться плохим, но важно то, что именно ты считаешь его правильным! Тьма раздражённо фыркнул, в следующую секунду дракон вытянулся ещё больше и зло посмотрел сверху вниз. — Ты пожалеешь о своём решении! – прошипел он. — Так ты и останешься навеки тварью дрожащей! – это предложение Тьма закончил очень низким рычащим и жутким голосом, который эхом пронёсся вокруг, а затем Тьма растворителся, превращаясь в обыкновенный туман. — И тёмная и светлая сторона есть в каждом человеке, – проговорил Свет и с таким же эхом в голосе добавил, уже растворяясь: — Всё зависит от того, к чему стремишься ты сам. Мгновение, и Геллерт открыл глаза, узрев привычный потолок Выручай-Комнаты. Неужели это лишь сон? Гриндевальд сел в кровати и сходу, неожиданно для себя, зажёг огонёк чистой светлой магии на ладони. И с удивлением он понял, что теперь светлая магия подчиняется ему гораздо лучше. На другой ладони он зажёг огонёк тёмной. Тот не изменился. Геллерт всё также отлично владел темными заклинаниями. Вот только светлые стали даваться ему в сто крат легче. Он это почувствовал. Значит ли это, что всё приснившееся на самом деле реально? Геллерт коснулся плеча, того самого, о которое потёрся конь в его сне, и понял, что это то самое плечо, в которое попала стрела, и оно больше не болит. Это было так странно... Мужчина огляделся. Огонь в камине уже погас, остались лишь тлеющие угли. На другой кровати, недалеко, спал Том. Было неясно, когда он вернулся с бала, но спал крепко. На часах стрелка была где-то между тремя и четырьмя часами ночи. А за окном дождь неожиданно сменился на снег. Слишком много было впечатлений за один день. Надо было ложиться обратно спать. Лучше разобраться со всем утром. Так что Геллерт попытался выкинуть из головы всё лишнее, прижал к себе Гарри, потому что тот почти сполз с кровати на пол, и улёгся спать дальше, с надеждой, что больше ничего необычного этой ночью не произойдёт.