Разные

— Шаст, чего застрял? Пошли уже домой. Антон сидит на скамейке в раздевалке, мониторит инсту и витает в своих мыслях, даже не поворачивая голову в сторону вихрем ворвавшегося Позова. Вместо этого он выдаёт многозначительное «угу», не отрываясь от телефона. Он слышит тяжёлый вздох Димы. — Всё понятно, влюбленыш, опять залипаешь на своего Попова? Антон отвечает Диме не менее тяжёлым вздохом и поднимается, нехотя убирая телефон: — Ничего я не залипаю, просто слежу за результатами, он же крутой пловец. Тут даже ты не поспоришь, — быстро добавляет он на скептический взгляд Димы. — И никакой он не мой. Позов выходит первым, Антон задерживается, выключая свет, и бормочет себе под нос: — К сожалению… Он прощается с Димой на выходе, садится в свою машину и устало откидывается на спинку сиденья. Ему завтра лететь на другой конец страны на очередные курсы, так что надо хорошенько отдохнуть и уж точно не думать ни о каких Поповых. Что в последнее время делать очень сложно. Антон качает головой и заводит машину. «Утонешь ли ты со мной»? — снова и снова перечитывает Антон, уже битый час зависая на страничке Арсения. «Что ж за человек такой, невозможный», — восхищается, поражаясь оригинальности очередного фото и очередного хэштега. Антон и до этого периодически следил за спортивной карьерой Арсения (и очень даже постоянно за самим Арсением), а сейчас, когда его тренер уехал в другую страну, это вообще стало манией. Теперь Антону заполучить этот редкий кадр ничего не мешает, и он включает режим «вижу цель — не вижу препятствий». «Утонешь ли ты со мной?» Антон думает: «Чёрт возьми, да». И нажимает на значок вызова. С момента первого звонка, первой встречи и до первого поцелуя проходит полгода. Антон все это время сходит с ума, пытаясь совместить холодный профессионализм с чувствами, пока сам Арсений сходит с ума по тренировкам и соревнованиям. Они выигрывают вместе одно серебро и два золота. После второй победы Антон больше не ждёт ничего и целует Арсения сам. Тот отвечает незамедлительно, будто только этого и ждал, отстраняется, смеётся: — Что, утонешь со мной? Антон обнимает его крепче и целует снова: — В тебе утону, Арс. А про себя думает: «Уже утонул, окончательно и бесповоротно». Арсений делает ему предложение спустя два года, пока они находятся за границей на очередных сборах. Антон даже не сразу верит в услышанное. Сказать, что он счастлив, значит ничего не сказать, но и удивлён не меньше. Он сам готовился сделать этот шаг первым, но постоянно откладывал, потому что было до чертиков страшно. Это же Арсений, никогда не узнаешь, что у него на уме. Но теперь Антон смотрит на его слегка потерянное лицо, которое все больше мрачнеет, и понимает, что завис и ещё не сказал ничего вслух. — Конечно да, дурачина, ты чего такой испуганный? Да. Тысячу раз — «да». Арсений наконец улыбается, они обнимают друг друга, и, может быть, совсем-совсем немножко у Антона слезятся глаза. Спустя ещё пару месяцев, когда они дают клятвы, Арсений хитро прищуривается и спрашивает: — Антон Шастун, утонешь ли ты со мной? Антон жил с этим ответом уже слишком долго, по собственным меркам. — С тобой, в тебе, за тебя, — шепчет он в губы своему мужу. — Всегда, — добавляет так, что это слышит только Арсений. Видя сияющие глаза напротив, Антон не сомневается, что сделал тогда самый импульсивный, но самый правильный звонок в жизни.