Call of the Moon

Протяжный зевок сообщил мне о том, что стоит остановиться. Глаза слипались от усталости, тело задеревенело от долгого сидения в одной позе. Вытянув вверх руки, я потянулась к верхней полке с книгами, разминая суставы и мышцы. Несколько косточек с неприятным звуком хрустнули. Громко опустив руки на стол, я посмотрела на проделанную работу. Первая легенда была полностью переведена, что не могло меня не радовать, и не остановило меня от мысленных аплодисментов в честь самой себя. На столе лежало несколько толстенных книг-переводчиков. Да благословит Тор людей, которые додумались сделать словари с древнегреческого! Правда, моя радость длилась недолго. Перевод занял кучу времени, и дело шло к ночи, а в сумке гора невыполненного домашнего задания. Захныкав, как ребёнок, я устало откинулась на кресле, закрыв глаза. Тишина. Спокойствие. Умиротворение. И песня The Pretty Reckless - Going to Hell, играющая на всю громкость, вывела меня из сонного состояния, заставляя подскочить в кресле. Я быстро пробежала глазами по тексту. Тупая привычка, выработанная в школе. Сама сплю, а если застукали - вливаюсь в урок, будто ничего и не было. - Стайлз? – зажав телефон между ухом и плечом, я карандашом быстро записывала переведённое предложение в толстую тетрадь. - Как успехи? – голос на том конце связи был немного искаженным, не совсем голосом Стилински. - Устала, - в подтверждение слов последовал очередной зевок. - Это понятно. Для меня обыкновенный французский - уже вынос мозга, а греческий с его рунами! Я вообще лучше промолчу. А если вспомнить эту их любовь к запутанным поэмам… жуть. Никогда не любил «Илиаду» Гомера, - хохот парня заставил меня улыбнуться. – И всё-таки. Что-то интересное нашла? - Из того, что я перевела… Не особо. Только легенда о появлении аконита. - Волчьего? - Так точно, сэр. - И? – Стайлз замолчал, ожидая моего рассказа. - Тебе не понравится, - пробежав глазами по тексту, сообщила я. Тишина. Закатив глаза, я принялась читать: - По легенде, аконит получил своё название от городка Акон, где неподалёку был вход в Подземное Царство Мертвых, во владения Аида. Когда Геракл совершал свой одиннадцатый подвиг*, из слюны Цербера** появилось ядовитое растение – аконит. Считалось, что он символизирует преступление, словесный яд и холодность. В легендах часто упоминается как «цветок ведьмы». Тут даже наведен отрывок из «Метаморфоз» Овидия***, - на последнюю фразу слушатель завыл в трубку. Я же злобно хихикнула. - «… вывел. А тот, разъяряясь, возбуждаемый бешеной злобой, Громким лаем тройным одновременно воздух наполнил И по зелёным лугам разбросал белесную пену. Пена пустила ростки, говорят, и, влагу впивая Из плодоносной земли, получила зловредную силу. Этот живущий цветок, растущих на твёрдых утесах, Жители сёл аконитом зовут».**** Закончив читать стих, я с притворным испугом спросила: - Живой?! Парень только хмыкнул. Я представила его лицо: сжатые в тонкую полоску губы, обозначающие не злость, а скорее сосредоточенность и некую потерянность. Нахмуренные брови, складки в области переносицы. Стеклянный взгляд, устремлённый в одну точку, но не видящий её. - Продолжай. - Богиня Геката***** покровительствует этому растению. С греческого «аконит» переводится как «без пыли». Цветок связан с планетой Сатурном. Стихия – вода, знак зодиака – козерог. Стайлз, это нормально, что у растения досье, как у человека? – я вскинула брови, ибо, простите, стихия, знак зодиака?! - Это же легенда, расслабься. Тем более, у греков всё так запутано, - спинным мозгом я чувствовала, что он вскинул плечами. - Магические цели: корень - в момент соединения Сатурна с Солнцем. Вблизи новолуния – листья, на восходе Солнца; корень – на закате. На четвёртой фазе луны****** самая сильная магия, - даю доллар за то, что у меня глаза сейчас были, как у обалдевшего лемура. – Эм, а это что такое? Что еще за магические цели? Я окончательно запуталась. - Я тоже ничего не понял. Надо будет поразмыслить над этим. Дашь мне перевод? - Конечно, - откинувшись спиной о спинку кресла, я оттолкнулась ногами о пол и отъехала от стола. – Так… Что на счет свидания? Я почувствовала, как разрумянились щеки на лице, и едва переборола желание приложить к ним ладони. - Ах, да… - Стилински запнулся, что вызвало у меня непонятный трепет в области груди. – Давай через два дня, после школы? Оденься как в поход, но этот «поход» в безумно жаркое лето. И… тут одна деталь. Ехать довольно таки долго. Домой можем вернуться к ночи. Это… Ты ничего такого не подумай, ну… Я засмеялась, перебив парня. - Спокойней, я временами днями дома не появлялась. Мне нравится. - Тогда отлично, - Стайлз заметно расслабился. - Уже интересно, - я зажала в зубах карандаш, и начала разгребать беспорядок на столе дяди. - О, поверь, ты будешь в восторге! – сосредоточенность и серьезность улетучились, сменившись возбуждением, которое бывает у детей в ожидании подарка на Рождество от Санты. - Тогда чудесно, - выключив компьютер, я принялась засовывать в сумку тетрадь, которая явно не хотела влезать в поклажу. - Будут новости – звони, - я положительно кивнула, но голос парня в телефоне напомнил мне, что он не видит меня. - Обязательно, - наручные часы показывали начало десятого. – Спокойной ночи, Стайлз. - Сладких снов, - ответил парень, после чего положил трубку. Убрав телефон в задний карман джинсов, я почувствовала, как болезненно ныли щеки от улыбки, не сходящей с лица с начала разговора. Сердце билось со скоростью мириад раз в секунду, разливая внутри приятное тепло. Спрятав лицо в ладонях, я крутанулась в кресле, прямо как в детстве. От резкого порыва воздуха, убранные назад волосы упали на лоб, полностью скрыв лицо. Головокружение и болезненный скрип сиденья заставили меня остановить "карусель". Тот факт, что я была похожа на типичных влюбленных дурочек меня напряг, но засунув все сомнения в дальний ящик сознания, я просто радовалась. Дяди и Скотта в клинике уже не было, поэтому я смогла позволить себе маленькую слабость – закричать от счастья. Свидание! Настоящее! Со Стайлзом! Надо же, как всё быстро меняется. Еще неделю назад я готова была убить и закатать Стилински под асфальтом, а сейчас... Уже через два дня у нас будет свидание. Со стороны, это и вправду выглядит безумно. Несколько раз глубоко вздохнув, я постаралась успокоиться. Закрыв, набитую до отвала, сумку, я покинула кабинет Дитона, предварительно закрыв его на ключ. Выйдя из клиники через чёрный выход, я надела кольцо от ключей на указательный палец и начала его крутить, как обычно делают крутые ребята в фильмах. К сожалению, я не принадлежу к такому типу людей, поэтому покрутившись несколько раз, ключи отлетели на несколько метров, со звоном ударившись о стоящую на парковке машину. Ойкнув, быстренько подбежала к транспорту. В кармане зазвенел телефон, опять. "Ханна, завтра, после школы, жду тебя на последнем этаже дома по адресу Ридстоун Стрит А. Прихвати карты и Стилински. Последний не обязателен. Дерек" После прочтения сообщения у меня всплыло несколько вопросов. От куда Дерек знает мой телефон. Это раз. О каком доме говорится. Я думала, что он живет в том сгоревшем особняке Хейлов. Это два. С каких это пор Дерек решил втянуть в этот астрономический бред Стайлза. Это три. Честно, внутри меня была надежда, что на счёт ботана альфа пошутил, но, видимо, нет. Я села на корточки и схватила злосчастный предмет, из-за которого на синей Феррари появились еле заметные царапины. Ноги затекли и я поспешила встать. Резкая головная боль; казалось, мозг и черепушку варят в котле минут пятнадцать. Потеряв ориентир, я не смогла удержаться на ногах и с грохотом свалилась на машину. Звук сигнализации заполнил пространство, а я чуть не потеряла сознание. Было так громко, будто я и есть этот звук. Шея онемела настолько, что я просто не могла поворачивать голову. На стене показалась тень, еле видная, но тень. Судя по силуэту, это был маленький ребёнок, мальчик. Отойдя от Феррари, я медленно направилась на свет, где, предположительно, стоял хозяин тени. Подойдя ближе, я осмелилась подать голос: - Эй! Мне нужна помощь! Прошу... Из ушей потёк чёрный яд. А мальчик стал отходить. Я попыталась его нагнать, но скорость у ребёнка была невероятной. - Постой! Я не обижу тебя, честно! Просто позови взрослых... - голос звучал приглушенно, не как мой. Может, это и вовсе не я. Кажется, боль разделила меня на две части - физическую и душевную. И душевная явно была не в состоянии что-либо сделать. Разум затуманился и мальчик был единственной ниточкой, которая не давала мне отключится прямо на месте. Из носа потекло. Дитя продолжало идти, не обращая на меня никакого внимания. Я всхлипнула от безысходности. Мир вокруг вращался в разные стороны. Вот, я иду вверх ногами. Нет, я лечу над землей. Или ползу? Собрав всю волю в кулак, и зло скрипнув зубами, я попыталась нагнать тень. И случилось чудо. Он остановился. Я истерически засмеялась. Он действительно остановился! Силуэт был немного смазанным, чуть ли не прозрачным. Невысокого роста, но из-за того, что мальчик сильно ссутулился, вжав в плечи голову, он казался еще ниже. Худой, до невероятности. На детских руках отчетливо видно каждую косточку. Неопрятная копна рыжих волос. Футболка поло, в красно-жёлто-зелёную тонкую полоску. Песочные бриджи. Потёртые, старые и местами счёсанные кроссовки. От внешнего вида по спине пошёл холодок. Я не осмелилась подать голос, поэтому закрыла глаза и приставила пальцы к вискам, сильно на них надавив. - Ханна, ты меня помнишь? - голос звонкий и очень красивый. Мне сразу же захотелось услышать его смех. - Что? - я открыла глаза. - Ты должна помнить меня, - продолжил он, не поворачиваясь ко мне лицом. - Прости, но я не понимаю, о чём ты. Прошу, помоги мне! - я заскулила от боли. Становилось только хуже. - А ты мне не помогла. Я тоже просил тебя, но ты меня не слышала. Ты испугалась и убежала, оставив меня. - Я не знаю. Я честно не знаю, что ты имеешь в виду, - слёзы потекли по щекам. Мальчик неодобрительно покачал головой. - Ты убила меня. В горле стал ком, а удар сердца замедлился до одного в минуту. - Нет, - тихо прошептала я. - Да, - ребёнок повернулся ко мне лицом. Дикий вопль вырвался из моей глотки, заглушив даже головную боль. Я не верила своим глазам. Не хотела. Не могла. Вся одежда покрыта пятнами крови. А лицо. О Господи, оно полностью искусано и исцарапано до крови. На нём не было живого места. Только ярко-зелёные глаза были невредимыми. Но в них читалась боль, страх, отчаянье и ненависть. Я закрыла рот ладонью, стараясь заглушить крик. Горячие слёзы скатывались с лица, продолжая течь по подбородку и руке. Я рыдала от ужаса и не могла себя остановить. - Роберт! - Ты убила меня, Ханна, - гримаса исказила лицо Роберта. – Поэтому, я убью тебя. Приглушенный всхлип и я застыла. Одна секунда. Боковым зрением я различила дома и дорогу. Две секунды. Появлялись длинные тени. Три секунды. Отдаленный звук приближающейся машины. Четыре секунды. Неискренняя, наводящая страх улыбка застыла на лице Роберта. Пять секунд. И гудок машины оглушил. Я повернулась на звук. Яркий свет ослепил меня. - Ханна! Ханна, чёрт подери, что с тобой?! - вопль Эштона привел меня в чувство. Я посмотрела на брата. Его всего трясло. Через секунду он рухнул на асфальт, почти не дыша. Машина пронеслась мимо и поехала дальше, не замедлив скорости ни на милю. Роберта не было. Боль прошла. Разум прояснился. - Что это было?! - Эш хрипел, хватая воздух. Я села на колени и крепко его обняла. - Что ты тут делал? - вопросом на вопрос ответила я. - Предчувствие, провались оно в Ад, - капелька пота потекла по его лбу. - Зачем ты вышла на дорогу? - Я переходила на другую сторону, но тут резко выскочила машина. Я не успела среагировать, - голос предательски дрожал, но Эштон, судя по всему решил, что это пост-шоковое состояние. - Ты плакала. Вздрогнув, я вытерла влажные щеки. - Ничего важного, - блондин прищурил глаза. - Женские проблемы, тебе не к чему знать. Закатив глаза, он откашлялся и набрал в лёгкие как можно больше воздуха. - Спасибо, - я вымученно улыбнулась и крепче сжала в объятьях любимого и тупого братца. Вроде бы всё уладилось, но только я закрыла глаза, как передо мной был образ Роберта. *** Целый день я была раздражённой и сонной. Уроки длились долго и нудно, от чего я готова была биться о стену головой. Стайлза никак не могла застать, а если и видела его в конце холла, то он быстро уходил. МакКолла тоже толком не видела. Ребята, как и я, не могли понять их поведение, лишь молча кивали, мол, иногда на них находит. Написав Стилински о Дереке, он быстро ответил тем, что у него со Скоттом дела, поэтому пропустит столь интересное мероприятие. Хорошо то, что Люси и Айзек составили мне компанию, так как живут вместе с ним. Захватив наши рюкзаки и попрощавшись с другими, мы направились к центру города. На самой черте между многоэтажками и частными домами, стоял дом в двадцать, или даже больше, этажа. Табличка рядом гласила:

Ридстоун Стрит А

- Самый последний, да? - спросила я Люси. Она кивнула и подняла голову, смотря вверх. - Лифт хоть есть? - Есть, но он не рабочий. Не переживай, там не долго идти. Тень сомнения мелькнула в голове, но я доверилась Джонс. А зря. Нет, может, для оборотня преодолеть сорок лестничных пролётов, это как раз плюнуть, а вот мне было не до шуток. Я не жаловалась на свое физическое здоровье, но под конец пути Айзек почти тащил меня наверх. Ноги гудели от усталости, и я готова была завыть. - Ты не первая, кто вот так поднимается сюда, - засмеялся Лейхи, вручив мне сумку. - Со временем привыкаешь. Даже Стайлз приловчился. Уперев руки в колени, я пыталась отдышаться. - А Дерек знает, как проверять людей на прочность, - оборотни улыбнулись на мои слова. - Пора ему навести визит. Айзек положительно кивнул и, открыв замок на огромной ручке, отодвинул массивную дверь, открывая внутренний вид помещения.