Хардкор

      На Ремнанте практически не осталось нормальных людей. И фавнов.       Жон понял это лишь недавно.       Но начнём с начала.       Приехав в Вейл, первое, что Жон заметил, как люди и фавны вокруг реагируют на него. Неведома зверушка, человек из-за Стены. Торговец информацией, благодаря которому Жон сумел попасть в Бикон, тоже оказался с прибабахом, вечно бурчащий себе под нос громила с базукой под барной стойкой спокойно и без вопросов дал, именно дал, а не продал ему фальшивые документы.       И выгнал. Типа, не мешай работать, ему ещё выпивку надо выставлять.       И это глава чёрного рынка?       Затем пришло время Бикона. И Руби.       Маленькая девочка с горящими энтузиазмом глазами хвасталась Жон своей гигантской косой-винтовкой, превосходящей в размерах и в весе хозяйку на несколько порядков, и это он ещё не припомнил о недавном взрыве, создавшего кратер прямо посреди площади Академии, где Жон нашел грустную девочку.       Да, Руби миленькая, но миленькая маленькая девочка с косой из фильмов ужасов, это за гранью добра и зла.       Затем Жон познакомился с Вайсс. И Пиррой.       Вайсс, он считал, что она тоже заметит странности вокруг, что тут твориться что-то непонятное. Явно Чёрная магия! Но девушка словно вылезла из мистаральских мультфильмом, да и ещё в придачу фанаткой в самом худшем проявлении.       Жон даже понимал Пирру. Когда тебя преследуют такие фанатки, в глазах которой прямо и читается желание обладать. В обоих смыслах этого слова. Да, Арк бы тоже бежал как можно дальше от такого общества.       Только тут маленькая проблема. Диагноз Пирры ещё хуже. Она… хорошая девушка, миленькая, нет, она ходячая секс-бомба, но именно что бомба. Взорвётся так, что и мокрого места не останется. Учителя и кадеты ещё Нору называли берсерком, они ещё Пирру не видели! Она очень хочет сразиться с сильным противником, выложиться на полную – чистый адреналиновый наркоман, прячущийся под маской стесняшки.       Нора… Нора это просто. Сирота с синдромом недостатка внимания. Вот и привлекает внимание при помощи взрывов, безумного смеха и девиантного поведения. Этим сказано всё.       Рен. Вух, он намного хуже Норы. Если Нора сирота с рождения, то Рен видел, как его родителей разрывали на части гримм. Неудивительно что тот закрылся в себе, злоупотребляет своё Проявление, и ведёт себя пассивно, боясь завести связи с другими людьми.       Янг. Так, она девочка, не девушка, хоть и на глаз так и не скажешь, с застойным бунтарским духом, проблемой с матерью и с Руби. Опека Янг простирается далеко за обычную заботу о младших родственниках, у Жона было с чем сравнивать, и тот видел, как Янг ломает одну палку за другой. Парни, которые посматривали на Руби с интересом, они… Жон так и не нашёл их. Реально не нашел!       Короче. Янг - это п*здец.       Блейк. Ох, не заметить, что девушка не снимает бант, вообще ни разу, хоть Жон и не подглядывал за ней в душе, но и любви к рыбе, опьянение от кошачьей мяты, кошачьи повадки и просто невообразимый страх перед собаками, и ненависть по отношению к Цваю – всего этого хватало, что определить фавна перед собой. Да и бант шевелится. С её диагнозом вообще смешно, если не грустно – максимализм во всём просто на лицо. Только как-то коряво вылазит тот наружу.       Дальше только хуже.       Синдер – целый букет психических заболеваний: от синдрома недостатка внимания до полного диссоциального расстройства личности.       Эмеральд – ещё одна сирота, что возвеличила Синдер до образа Верховного божества, как минимум, и страдающая от неразделенной любви.       Меркури – парень прошёл через глубокую яму полную дерьма, без света и надежды. Шутки за триста, туалетный юмор вперемешку с чёрным и полное безразличие к миру вокруг и к себе.       И если бы психами были только кадеты вокруг, но нет! Учителя.       Озпин, или Озма, человек полностью утративший связь с реальностью. Описать его состояние можно легко: даешь ему карандаш – спрашивает, что это у него в руках – он отвечает: «Карандаш» – забираешь карандаш и прячешь его в кулаке – спрашиваешь его что у тебя в руке – он отвечает: «ничего». И это настоящий эксперимент! Жон тогда его на эмоциях повторил четырежды, даже очень, со скоростью улитки, убирал карандаш в кулак и спрашивал один и тот же вопрос.       О, его коллега по зависимости от кофе, доктор Ублек далеко не ушел от директора. Его философское рассуждение о причинах присутствия в пончиках дырки и куда та исчезает до сих пор терзают Жона, доводя того до истеричного смеха. Он даже в Атласе получал письма от Ублека! В триста страниц!       Профессор Порт – вот с ним как бы это было неудивительно всё оказалось в порядке. Даже подозрительный нарциссизм и его рассказы, что оказались практически прямым повествование настоящих событий, нисколько не портили душевное состояние усатого Охотника.       Профессор Гудвитч – перфекционистка от мозга до костей. Всё в её глазах должно быть идеально, ни единое правило не должно быть нарушено, и из-за этого у той мозги сходят с нарезки – по рассказам Кроу, та довольно известная фигурантка множества нелицеприятных дел в Вакуо, в особенности в казино и, кхм, квартале красных фонарей. Да и она ЕДИНСТВЕННАЯ кто смогла перепить Кроу.       Генерал Айронвуд – фамилия говорит сама за себя. По нему надо диссертацию писать, желательно запереть в комнате с мягкими стенами и забыть, как кошмарный сон. Из-за столь короткого знакомства, Жон так и не смог определить его диагноз.       Винтер – идет по стопам генерала. Да и от матери не отстаёт. Та не зря ищет с Кроу драки, по рассказам Кроу у них даже секса никогда не было. Они уединялись, они пили, а секс – ни-ни, только плачь в плечо, рассказы о детстве с прибитыми к полу игрушками и жалобами на мужланов вокруг.       Кроу. Он один из нормальных людей. Да, пьянчуга которого только можно поискать, но вполне с понятными проблемами, которые, кто бы что не говорил, тот пытается решить. Только вот проблемы всё время наваливались и исчезать по щелчку пальца никак не стремятся.       Рейвен, одна из проблемы Кроу. Радикальная феминистка с верой в превосходство Силы – ещё не понятно, что хуже. Практически зеркально отражение Винтер: такие же проблемы в детстве, те же прибитые к полу игрушки и сверху Тиран отец – мужланы вокруг.       Тай. На взгляд нормальный мужик – внутри поганец с ворохом проблем. Тяжелая степень ПТСР, прибавляем максимальный родительский контроль и кучу внутренних демонов. Глушит алкоголь в заводских масштабах – Кроу еле успевает утаскивать стеклотару, благодаря которой финансы семьи не поют романсы.       Оскар. Назвать парня, в голове которого живёт древний король из первой эпохи Ремнанта, по сути являющийся личной шизой, трудно. Да и назвать ребёнка променявшего спокойную жизнь фермера на опаснейшую миссию по спасению мира от повелительниц гримм язык не поворачивается. Адреналиновый наркоман – одной фразой.       Салем. Ох, практически полная копия Озмы. Но с верху прибавить синдром "восьмиклассника" и получим психологический портрет Салем.       - Как ты думаешь, - заговорил Жон, вернувшийся из воспоминаний, – кто из Двух Братьев глава госпиталя?       - Госпиталя? – вскинул бровь Кроу, прихлёбывая из фляжки безалкогольный коктейль. – А, твоя идея о том, что Ремнант – это огромная психушка?       - Так кто?       - Хм. Ставлю на Тёмного, - ответил Кроу.       Жон кивнул, принимая ответ друга. Оскар с вылезшим из него духом Озмы ковырялся в четырёх реликвиях готовясь призвать Двух Братьев. Салем надув щеки сидела на земле, связанная цепями. Рядом с ней сидел весь её Круг. Чуть в стороне стоял Круг Озмы.       Через пять минут Жон понял – он глава госпиталя, а Кроу и Порт – санитары.