Тот самый парень из бара

Неделя шла очень долго. Каждый день походил на пытку. Арс целыми днями не выходил из дома, что заставляло все чаще думать об Антоне. Было довольно странно, что тот так легко принял решение приехать и сам настоял на этом. Может это что-то значило? Конечно, Попов хотел, чтобы это значило для Антона что-то больше, чем просто приезд к своему другу на пару дней. Но при каждой мысли о том, что Шастун приедет из-за доброты душевной, все внутри переворачивалось. Он не хотел. С каждым днем Арсений все меньше хотел, чтобы Антон приезжал. Он не мог свыкнуться с мыслью, что у человека, к которому брюнет чувствовал не дружеское влечение, мог кто-то быть. Это не справедливо. Почему судьба пошла против него и его чувств. Зачем он вообще тогда пригласил его погулять. Это же полный пиздец. Знал бы, как это все обернется для него, никогда в жизни не пил бы в ту ночь. От этого становилось еще больнее. Мало того, что невеста бросила, так еще и предмет его обожания обзавелся любимым человеком. Но винить Антона просто не было смысла. Шастун и понятия не имел, какой беспорядок был сейчас в голове у Арсения. Какие чувства он испытывал даже при одном сообщении от него. Да, Антон писал Попову каждый день по нескольку раз, спрашивал у того, как прошел день и, что он сегодня делал. А в ответ приходило только: "Да ничего, весь день дома был, ты что делал?" Никакой инициативы от Арса, он пытался отдалиться, но получалось плохо. Потому что каждый раз, когда Антон в очередной раз рассказывал смешную историю, которая произошла с ним, Попов не мог сдержать улыбки и тоже рассказывал какую-нибудь смешную историю из жизни. Уже завтра они должны будут встретиться. Как назло, последние два дня они только об этом и говорили. Антон рассказывал, куда хотел бы сходить и что посмотреть. Арсений же называл места, которые по его словам действительно стоит посетить Шастуну. Когда они обдумывали план своих действий, завершение прогулок всегда останавливалось на том же пабе, где они и встретились в первый раз. Место было действительно неплохим. Бывало немного тесновато порой, но это только под вечер. Хорошие и отзывчивые сотрудники. Красивый и даже, на удивление Арсения, уютный интерьер. Это место ассоциировалось у Попова одновременно с и плохими воспоминаниями, и с хорошими, что порой доставляло трудности. Например, если получалось так, что брюнет посещал это место один, или с кем-то, кроме Антона, то его захлестывали воспоминания с жуткой болью и тоской в районе сердца. Он вспоминал громкое расставание со своей горячо любимой девушкой. Сейчас, конечно, ему было на это абсолютно плевать, ведь в его жизни есть другой человек, ради которого хочется улыбаться и дарить всю свою любовь и внимание. С Антоном все было по-другому. Это были какие-то новые чувства, не дающие и дня продержаться без мысли о Шастуне. Сколько бы раз Арс не говорил себе, что это неправильно, что так не должно быть, что Антон - его друг и ничего больше между ними быть не может и не могло быть. Но, как говорится, надежда умирает последней. А в этом случае она умрет вместе с Арсением. Разобьется обо все острые углы и скалы, но встанет и будет дальше внушать, что все образуется и наладиться, несмотря на все неполадки и косяки в жизни, которые, казалось, не прекращали преследовать Попова на протяжении всей его никчемной жизни. Хотя, не сказать, что она была уж прям такой никчемной. Он был хорошистом в школе, на него всегда обращали внимание девочки разных возрастов, а иногда и мальчики, что, конечно, льстило. Первый раз Арс усомнился в своей ориентации лет в шестнадцать, когда был в десятом классе. Тогда ему приглянулся новый одноклассник, который только перешел в их школу. Все закрутилось очень быстро. Неоднозначные взгляды, намеки и двусмысленные шутки. Одноклассники тоже не оставили это движение без внимания и часто сторожили пацанов возле школы. Чаще прилетало Диме, так звали того симпатичного юношу, который смог завоевать сердце Попова. Сережа Матвиенко. конечно, пытался что-то сделать с этим, но был чуть ли не в два раза меньше тех ублюдков, поэтому чего-то стоящего все равно сделать не мог. Но он каждый раз после потасовки обрабатывал раны влюбленных "голубков" и поддерживал их. Это правда помогало. Можно сказать, что только на Сереже и держались их отношения. Да это даже отношениями сложно назвать. Они ни разу не ходили куда-то вместе. Пытались держаться скрытно, как оказалось, херово скрывались. Они часто зажимали друг друга на перемене на какой-нибудь из пожарных лестниц, где редко кто ходил. Ощущения были ошеломляющими. Масло в огонь подливало и возможность быть замеченными учителями. Но от этого влечение друг к другу только увеличивалось. Хотелось все сделать быстро и грубо, но одновременно с этим растянуть момент как можно дольше. Чаще всего ведущем в их отношениях был Дима, но порой он позволял Арсу доминировать над собой, что доставляло Попову нереальный кайф. Закончилось все так же быстро и неожиданно, как и началось. Дима переехал в другой город, даже не сказал куда, чтобы было "легче" справиться с расставанием без цели сорваться в один момент и приехать. Первое время они общались, даже иногда созванивались, но потом Арс отпустил его, а Масленников не был против. Будто он продолжал общаться с Арсением только из-за жалости. Но тем не менее, спасибо ему за то, что дал Попову самому понять и отпустить. В то время он, казалось, правда был влюблен. В институте желающих завалиться к Арсу в постель и оттрахать как последнюю шлюшку стало в разы больше. Если до этого внимание со стороны парней он получал лишь взглядами, изучающими его тело, то тут его напрямую называли педиком и приглашали к себе "на чай" . Конечно, никакого чая там и в помине не было. В этом Попов убедился и не один раз. Естественно, соглашался на "чаепитие" он только с симпатичными ему юношами, поэтому, в целом, он был совсем не против такого разгульного образа жизни. Арс мешал отношения с девушками и мимолетные встречи на перепих со своим полом. К третьему курсу он понял, что с девушками ему что-то не нравится, но тогда вовремя появилась Алена. Она была глотком свежего воздуха, после долгого нахождения под водой. Она была красивой, добродушной и невероятно смешной. Тогда Арс решил завязать со своими похождениями направо и налево. Он всего себя посвятил ей. Она дарила ему все: любовь, ласку, общение, уют и секс. Он был не так часто, как Попов привык получать, но это было не важно. Он тонул в ней. В общении с ней. Ему было абсолютно плевать на остальных. порой он даже игнорировал Матвиенко, но это затягивалось ненадолго. Алена стала для него всем. Еще на четвертом курсе, когда они встречались только около полугода, Арс пообещал, что жениться на ней. Он дышал ею. И, казалось, она тоже им дышала, но не была настолько зависима от него. Через какое-то время после этого она настояла на том, чтобы съехаться. Попов в принципе и не возражал. Он настолько любил ее, что хотел проводить с ней все свое время. А Алена будто это видела и дала толчок в качестве своего предложения. У них все было замечательно. Не было никаких ссор. Конечно, порой было недопонимание, но они обходили все острые углы, не давая друг другу усомниться в себе. Потихоньку Арс привык к ней. Уже не было такого сильного желание всегда быть рядом и ни с кем больше не общаться, поэтому он вновь обзавелся друзьями и знакомыми. Стал больше времени проводить за учебой и подготовкам к сессиям. Алена все понимала и не давила, хотя было заметно, что теперь уже ей чертовски его не хватало. Будто началась вторая волна чувств, которые с новой силой ударили по голове. Они стали чаще заниматься сексом, без какого-либо предварительного общения. Каждый день был как день сурка, но в хорошем смысле. Утром оба отправлялись в институт, где иногда пересекались и уединялись в каком-нибудь туалете. После учебы они отправлялись на свои подработки, так как денег катастрофически не хватало на еду, не то что на оплату съемной квартиры и других счетов. Стипендии Попова было недостаточно, поэтому они вдвоем пахали, как кони. А вечером Арсений занимался допоздна, после чего был маленький перекус, а потом столь долгожданная разрядка. Секс с Аленой был что-то с чем-то. Словами не описать насколько они погружались в процесс, отдаваясь ему полностью и без остатка. Она была настолько горяча, сексуальна и красива во время процесса, что Арс терял голову. Он не мог ни о чем думать. Вся голова была забита ею. Ее сладкое почти хриплое дыхание в его шею. Нежные губы, оставляющие свой след на каждом миллиметре его тела. Руки, скользящие по его мускулистому торсу и плечам, заставляющие брюнета поскуливать, если вдруг она отстранялась от него хоть на миг. А она полностью отражала его действия и прихоти. Алена была богиней в его глазах. Он ни на кого не променял бы ее. Она была его единственной. Но все разрушилось в один миг. Как он не замечал ее странного поведения, никто не скажет. Арс был опьянен ею. Уже после их скандального расхода Попов смог посмотреть на вещи под правильным углом и все понял. Буквально за несколько месяцев до случившегося Попов затронул тему свадьбы, которую она благополучно свела на нет, аргументируя это тем, что у них сейчас нет денег, да и вообще, зачем им нужен лишний штамп в паспорте. Но Арсений просто закрыл на это глаза. Он так сильно ее любил и души в ней не чаял, что попросту воспринял ее отказ именно по этим причинам как само собой разумеющееся. Что не сказать об Алене. После этого она стала отдаляться от него. Отнекивалась от прогулок по городу или походу в какое-нибудь кафе. И все чаще стала уходить в гости на ночь к своим "подружкам". А он верил, потому что был слеп от безграничной любви. И только в тот злополучный вечер, когда по приезде домой обнаружил все свои вещи собранными в чемоданы и сумки, Арс взглянул на нее, во взгляде читалось раздражение и сожаление, из-за которого сердце разрывалось на куски. Он не понимал мотивов, но покорно ушел, как брошенная своим хозяином собака, привязанная к какому-нибудь столбу и забытая всеми на свете. В тот же вечер Попов написал Серому, но тот был занят и не смог приехать, или хотя бы пустить друга в свой дом переночевать. Пришлось отвезти вещи домой, стараясь как можно незаметней проскользнуть в свою комнату, чтобы все оставить и свалить на улицу. Как раз в тот день Арс и открыл для себя тот паб. Как бы то ни было, Попов рад, что сложилось именно так, иначе, он не встретил бы Антона, не понял, что Алена была не его любовью, а лишь длительным помутнением разума. Арсений очень хотел, чтобы с Антоном все было по-другому, а потому решил оставить все на самотек, без риска для обоих оказаться в неловкой ситуации. Хотя, неловкая она будет только для Попова, но это все равно не меняет его решения по поводу своих действий. Он будет ждать. Столько, сколько потребуется. И пока брюнет не поймет, что его чувства к Шастуну взаимны, ничего предпринимать не будет. Хотелось бы в это верить, ведь Попов привык забирать все, что по его мнению должно принадлежать ему. Собственник, что сказать. Ну, нет, слишком грубое и злое это слово. Он просто любвеобильный. И тоже хочет быть любимым тем человеком, которого он любит сам. Ему не нужны деньги, подарки, какие-то типичные знаки внимания, ему просто нужно живое общение и ласка. Ему хватит, правда. Больше ничего в жизни в принципе и не надо, разве что деньги, но он бы спокойно и без них прожил, если бы не постоянная обязанность платить за все подряд, что за еду, что за свое проживание. Хотя, теперь за проживание платит его мать, но это не меняет картину. Это временно. Он пообещал сам себе, что съедет, как только найдет новую работу и накопит достаточно денег.