Не сойти с ума.

Прошло две недели. Некромаги вполне вписались в местное общество. Единственное это Жикин бросил попытки пригласить Таню на свидание, из-за страха за собственную шкуру. Особенно, после двух красноречивых взглядов Валялкина. Но зато появилось ещё куча нелепостей. Главная из них была, бурное проявление чувств здешней ненормальной, Лизы Зализиной. Оказывается ей очень понравился Валялкин, и она громко, при всех заявила о пламенной любви к нему. Они были тогда всем курсом в общей гостиной, и единственное что спросил Ванька, было: Ты больная? Гроттер с Ягуном пили кофе, а как услышали признание этой тронутой, отошли подальше, дабы объёкт её любви, не заметил их издевающихся ухмылок. Следующим бзиком обитателей Тибидохса, к новеньким, это было приглашение Гробыни, на Лысегорские танцы, в каком-то супер-клубе, оплаченным каким-то арабским шейхом, поклонника всё той же Гробыни. На этот задивиг, Гроттер ответила согласием. Валялкин соответственно поехал вместе с ней , а вот Ягун только из-за блондиночки-Лотковой. Она конечно ещё не отвечала ему взаимностью, но уже иногда бросала заинтересованные взгляды в его сторону, что конечно не оставалось им незамеченным. В тот вечер, некромаги, что бы смыться с Буяна помогли местным зубрилам создать точные копии фантомов участвующих в танцующей бухаловке, как это назвала Склепова, и отправились на Лысую Гору. Смысла говорить, что после того вечера, была Лысая Гора бедная, нет. Но точно, все жители сего объекта, запомнят его надолго. Пойка была славной. Единственные кто не пьянели, были соответственно некромаги. Наверное это именно они сделали так, что все проснулись в каком-то неизвестном зале Тибидохса на полу, в нижнем белье противоположного пола. Девушкам было собственно ещё не так стрёмно, но вот парням было не до смеха. В общем вечерок запомнился им на долгое время. Зато с этого момента, весь пятый курс знал, что с некромагами лучше не пить, или пить но немного. В общем и целом, дни пролетали очень весело. Но только никто не замечал, как меняется один из них. Может быть потому что изменения происходили не быстро и внутри его. Глеб Бейбарсов старался никому не показывать этого. Может только некромаги и могли заметить, но он был им не интересен. Каждый вечер, он боролся с собой, пытаясь понять, чем его привлекла эта рыжая бестия и никак не мог. Он просто знал, что его к ней тянет, но что это? Этого он тоже не знал. И тогда он пытался забыться сном. Но во сне было ещё хуже. Там снова была она. И они, эти сны, были отнюдь не невинны. Ему снилось, что он, точно так же, спит в своей постели, и к нему приходит она, такая красивая и страстная. Она медленно улыбаясь подходила к нему, садилась рядом на постели, проводила своими нежными пальцами по его щеке. Во сне он просыпался и видел её. Тут же, она склонялась к его губам и пылко целовала его вызывая в нём бурю распаляющих эмоций. Он не сдерживал себя. Ещё жарче продолжал целовать её, лихорадочно снимая с неё одежду. Но к его сожалению, или может к счастью, этот сон, он никогда не мог досмотреть. Резко подрываясь, тяжело дыша в холодном поту он бесился, когда обнаруживал, что её нет. Но позже, более успокаиваясь, он благодарил бога, что это всего лишь сон. Теперь для него оставался один способ, хоть на время забыть о ней. Соловей решительно стал готовиться к близящемуся чемпионату, и гонял до полусмерти свою команду. Это и было для него спасением. Но увы, не на долго. * * * «….В итоге, команда магфордских специалистов, была сглажена магом из подземелья и теперь будут проходить реабилитацию. Бессмертник Кощеев уже обдумывает возможные варианты захвата…» - Привет. – Ягун вошёл именно в тот момент, когда Тане надоело слушать тот бред, что говорили по зудильнику. - Давно не виделись, - в своей обычной манере, ответила она, отбрасывая зудильник в сторону. - Что ж ты к нему так жестока, - усмехнувшись, спросил парень. Гроттер подошла к кровати и легла, закидывая ногу на ногу. После она посмотрела на друга с прищуром и спросила. - Слушай, эти лохи из Магщества, хотя бы что-нибудь умеют? - Не знаю, - засмеявшись сказал он, вспоминая тот случай с теми кретинами, что пришли их захватывать. – Мне если серьёзно, тогда не пришлось сложными заклинаниями пользоваться. Наипростейшим проклятьем послал, и они тут же сдулись. Но я не за этим пришёл. Ты не хочешь посмотреть тренировку? - Нет, - тут же ответила она. – Прочла парочку статей, о их позорном проигрыше, в первой же игре прошлого чемпионата. Не хочу разочаровываться ещё больше, смотря на это позорище. - Ну, не совсем позорище. Есть там пара, тройка кадров, которые ещё могут играть. Но команда, совершенно не слаженная. Я не понимаю, как они вместе проучились до пятого курса. Наверно тогда и профукали. Вот только эта тройка, пардон четвёрка: Шито-Крыто, Машка Малявка, красавица и этот, твой кареглазый. А остальные, у них под ногами путаются и играть мешают. - Всё равно не хочу, - ответила она, пропуская мимо ушей, про её кареглазого. Это Ягун нашёл прикол, позлить Валялкина. Только он не учитывал, что он будет злиться не только на него, но и на сей объект. - Тогда может просто, полетаем? - С удовольствием, - улыбнулась Гроттер, быстро вставая с кровати. – Давно знаешь ли, хотела попробовать отцовский контрабас. С этими словами, она раскрыла шкаф в котором был инструмент. Она не знала причину, почему не доставала его раньше. Да и полёты забросила. Ягун усмехнулся, подошёл к окну и вызвал свою ступу. Он предпочитал привычное. Хотя ему и говорила его бабушка, что до его пропажи, он души не чаял в полётной технике. Не дожидаясь Таньки, он вылетел, прекрасно зная, что она его догонит, летя даже на зонтике без спиц. Наверное в прошлой жизни, она была птицей. В то время, когда он пролетал мимо драконбольного поля, Таня стояла у окна и вдыхала воздух свободы. Он завал её за собой, и струны контрабаса, тоже скучающие по этим ощущениям, тоже подгоняли её, издавая звонкие звуки. И в следующее мгновение, даже не вспомнив, как она это сделала, летела на контрабасе, причём с закрытыми глазами. Ей не требовалось открывать глаз. Она чувствовала воздух, небо, землю. Она слилась с контрабасом и теперь они были едины. Летая в ступе, она никогда не могла полным образом насладиться полётом. То теперь же, для неё все это было новым, и неизведанным. Это чувство полёта, которое она сейчас ощущала. Взмахи рукой, замысловатые фигуры. Вот то, о чём она мечтала. Чего всегда хотела. То, ради чего она не утонула в той тьме, где жила. Соловей, Ягун, вся команда и тем более Глеб, смотрели затаив дыхание. Но вопреки их ожиданиям, она не приземлилась на поле, а улетела к океану. Ягун, тут же запрыгнул в ступу и полетел к ней. Но Соловей и тут успел отметить, что Ягун тоже уверенно держится в воздухе. Пусть не так красиво как Гроттер, но вполне сносно. И решил с ними поговорить после ужина, а теперь у него тренировка с этими бездарями. - Бейбарсов, Шито-Крыто, конкуренция появилась, - усмехнулась Склепова, указывая на их летательные инструменты, гитару с прицепом у Ритки и на гитару-арфу Глеба. Но никто на это внимания толком не обратил, так как Соловей занялся своими прямыми обязанностями. Ягун приземлился на берегу и посмотрел на сестру по дару. Она сидела на песке, опираясь руками. Глаза её были закрыты, но она прекрасно знала, что он пришёл, хоть его было и не слышно. - Внушительное заявление, - сказал он, смотря на океан. – Смотришься на этом творении, гораздо значительней. Таня медленно открыла глаза и с прищуром посмотрела куда-то в даль. Ей было сейчас как-то необычайно хорошо и спокойно. – Знаешь, у меня такое ощущение, что у меня крылья выросли. Словно я не на чём-то летела, а сама по себе. - Ясно, - хмыкнул парень, приваливаясь рядом. – Так что, куда полетим? – спросил он, глядя на заход солнца. - Без разницы, - ответила Таня. – Главное по выше. Ягун кивнул и встав, забравшись в ступу, взлетел. А вскоре, его догнала Таня. Вылетев с Буяна, они направились на запад. Им обоим действительно было всё равно куда, главное подольше чувствовать воздух и пьянеть от этого чувства. Вернулись они под утро. Часов так в пять или полшестого. Но они ведь не обещали, что будут соблюдать порядки школы. * * * На следующий день, некромаги на пары не явились. Вначале были вопросы, заинтересованные взгляды. После, было раздражение преподавателей и нервозность Соловья. Он больше всех хотел поговорить с двумя из них. Но не судьба. Таня и Ягун проснулись только к обеду, а Валялкин решил с вечера слетать в избушку покойной ведьмы, поэтому и вернуться должен был к вечеру. Пару раз, Поклеп посылал Гробыню к ним, как особо с ними сдружившуюся. Только результатов это не дало. Сколько она не тарабанила им в двери, ей никто не ответил. Вот что значит, хорошие звуконепроницаемые заклинания на двери, при чём с обоих сторон. Наверное именно по этой причине, сам Клёпа весь день проходил мрачнее тучи, и обещал жестокую расплату с некромагами. Естественно, его слова, никто всерьёз не воспринимал. Все задавали друг другу вопросы по поводу отсутствия некромагов, и лишь один Глеб Бейбарсов, сидел тихий, спокойно. А нет, нет, да посмотрит в сторону, где они обычно сидели. Как ни странно, сегодня ему снился полёт девушки, а не его обычная страсть, поглощающая его медленно но верно. Проснувшись утром, он долго смотрел в окно и думал о ней. Больше всего, ему хотелось избавиться от этого странного ощущения, и невыносимого желания. Всё это, в буквальном смысле, сводило его с ума. А когда он её видел в живую, то сквозь немыслимые преграды переступая, старался не смотреть в её глаза, в которых он терял всё. Будущее, прошлое и настоящее. Забывал всё, что только можно. Да и всё что нельзя тоже. Возвращаясь в свою комнату, после занятий, что бы зайти за своим полётным инструментом. И какого было его удивлением, когда по дороге, он встретил Гроттер. Она шла спокойно и уверенно. Впрочем, как всегда. Её волосы всегда так красиво переливались при солнечном свете, что Глеб невольно восхищался этим прекрасным зрелище. Не обыкновенный лисий цвет, а скорее необычайный огненный. Глеб видел, как они сближались, и ощущал, что не может дышать. И когда она уже проходила рядом с ним, он только и мог прохрипеть, а не сказать. - Привет. Таня, услышав его сипение презрительно усмехнулась и довольно равнодушно бросила в его сторону, насмешливое «Салют». Ни ободряюще улыбки, ни тёплого взгляда, она прошла дальше, оставляя в воздухе, аромат пиона, цитрусов и мускуса, который тут же затуманил ему голову. Проводив её глазами, Глеб решил, что больше он не может мучиться. Сегодня он сходит к человеку который сможет справиться с его проблемой. Который в свои семнадцать лет, мог найти проблему там, где она глубоко закопана и сильно зашифрована. И это была как ни странно – Гробыня. * * * Ближе к вечеру, Таня сидела в своей комнате. Валялкин обещал быть к утру, так что она была одна. Но нельзя сказать, что её не тревожили. Так как на ужин, она вновь не явилась, то буквально, через десять минут в её дверь раздался довольно громкий стук. Лениво отложив книгу, которую она читала, она встала и подошла к двери. Она конечно же могла открыть дверь не вставая, но с её стороны это было бы не прилично. За дверью её комнаты, стоял сам Соловей. Вот кого-кого она совершенно не ожидала увидеть, так именно его. Правда своего удивления она не показала. Даже не потрудилась запахнуть свой чёрно-красный пеньюар, под которым была надета в тон, атласная ночнушка. - Здравствуй Татьяна, - официально поздоровался он с ней. – Могу я войти? - Добрый вечер. Проходите, присаживайтесь, - спокойно сказала Таня, отходя в строну. – Чем удостоена чести, лицезреть вас у себя? Соловей посмотрел на неё мысленно сравнивая её и Леопольда. Да, внешне она была больше похожа на Софью. А вот характером, как он успел с ней пообщаться, вылитый Гроттер. Характер и восприятие жизни, точь, в точь повторяет своего отца. И не только его. Перечислять можно хоть всех, с начала Гроттеровского рода. Такая же нахальная и дерзкая. Совершенно ничего не боится и не стыдится. Взять даже нынешнюю ситуацию, где она перед человеком, который считается её преподавателем, она разгуливает в полураздетом виде, и совершенно не обращает на это никакого внимания. Как буд-то всё это в порядке вещей. - Ну я считаю, что следует перейти сразу к делу, - сказал он, отметив, спокойное лицо девушки, без каких либо эмоций. Нет, всё таки есть разница в ней и Лео. Манера жизни и воспитание, которое было им дано. – Вчера вечером, на своей тренировке, я увидел как ты пролетала мимо на контрабасе своего отца. Не буду говорить, что прямо асс. Но частичка понимания воздуха в тебе есть. По этому я хочу предложить тебе для начала просто потренироваться отдельно от команды, и показать, что ты можешь. Ну а там посмотрим, что будем делать дальше. - А с чего вы решили, что меня это может заинтересовать? – усмехнувшись, спросила Таня. Было смешно, как он говорит, всё с таким равнодушием, которое было деланное и далеко не могло заработать даже самого хилого Оскара. По крайней мере, так всё видела Таня. Она то сразу поняла, что её полёт ей очень понравился старому Разбойнику. Только тот был явно не из тех людей, которые прибегают к методу «Кнута и Пряника». Скорее такие придерживаются только жестокому методу кнута. И желательно по больше. - Ну во первых, ты Гроттер. А всем известно, что все Гроттеры участвовали в драконболе. А во вторых, я уже видел, как ты чувствуешь полёт. Тебя это должно интересовать. - Это всё, или есть ещё что-то, чего я не знаю? – всё с той же усмешкой, поинтересовалась Таня. – Мне жаль вас огорчать, но я не вижу никакого интереса в игре с вашей командой. Я как-то посмотрела матчи вашей команды и какой-то другой команды. Знаете, мне не хочется больше разочаровываться, смотря как ваши подопечные позорятся. - Тогда было всё иначе. Команда была не сыгранной. Тогда они практически ничего не умели. Все были новички… - А сейчас они все типа очень научились, - перебила старого тренера, Гроттер. – Мне Ягун рассказывал, что команда у вас до сих пор, не слишком-то слаженна. И капитана нет. - Да, тут ты права, - немного подумав, произнёс Соловей. – Я так и не смог найти капитана. Жилку команды. Хотя поверь, перепробовал я не мало игроков. А если серьёзно, то последним стоящим игроком у меня был, твой отец. По настоящему стоящим. У него был талант. В каждой клетке, его сущности, был драконбол. Правда до определённого момента. Но не мне об этом говорить. Кстати, когда ты родилась, он мне постоянно говорил, что очень хотел, лично научить тебя мастерству игры. - Стоп, стоп, стоп! – выставив руки впереди себя, снова перебила его Таня. – Вы что, таким образом пытаетесь на меня повлиять? - Да, - ничуть не смутившись, ответил тренер. – Но если тебя это успокоит, то я сказал тебе правду. - Знаете, - задумчиво проговорила она. – Вы бы были изумительным некромагом. Вам совершенно наплевать, что о вас думают. - Так ты согласна? Гроттер немного задумалась. А что она теряет. Посмотрит пару тренировок, может быть поучаствует немного. А потом ещё придумает, как можно разнообразить свою немного скучноватую жизнь. - Я может быть зайду как ни будь. Завтра, или послезавтра, - растягивая слова, словно мурлыкавшая кошка, проговорила Гроттер. – Но учтите! Вы вряд ли сможете меня чем-то заинтриговать, что бы я там осталась. Впрочем, можете попробовать. Мало ли. - Ты останешься, - уверенно сказал Соловей. – А знаешь почему? Ты не умеешь играть. Единственное что у тебя есть, немного наследственного таланта, самая капля, и контрабас твоего деда. Правда я не уверен, что ты сможешь с ним справиться. Буду ждать. С этими словами, он покинул её спальню, а Таня только усмехнулась. Блин, ну неужели, он хотел её этим как-то задеть. Если да, то очень зря. Забавный человек. Еще немного подумав об этом, Таня только было прилегла, как вновь услышала стук в дверь. «Интересно, что он забыл?», подумала она, вновь направляясь к сему объекту. Но открыв дверь, она недоумённо воззрилась на прибывшую парочку. - Чем обязана? – приподняв левую бровь, спросила она. * * * Час до происходящего. Склепова лежала у себя в комнате и перекрашивала ногти, в ядовито-сиреневый цвет. Аббатиковой в комнате не было, по этому её никто собственно и не отвлекал. Вдруг, кто-то не очень решительно постучался в дверь. Словно сомневался, стоит ли это вообще делать. Осторожно, стараясь не прикоснуться к чему либо своими ногтями, а то потом снова перекрашивать, Гробыня подошла к двери, и открыла. За порогом стоял Господин Бейбарсов. - Аббатиковой нет, - сразу и без приветствий, сказала Склепова, и попыталась закрыть дверь, но тот объект, тут же просунул руку, не давая ей этого сделать. - Гробынь, постой. Я не к Жанне, - быстро сказал Глеб. - Прости, мне показалось, что я ослышалась. Ты сказал, что не к Жанке пришёл? – немного офигевши спросила Склепова. Но увидев его лицо, словно сомнамбула отстранилась, пропуская его внутрь. Такого она не ждала. Она уже даже забыла про свой маникюр, и села в кресло. Ей было интересно, что же привело хахаля её соседушки, которая её не очень-то и переваривает. Но однако, ей пришлось порядком подождать. Оказалось, Глеб никак не мог собраться с мыслями, что бы выложить ей свою проблемку. И тогда она решила, что надо что-то делать, а иначе он так и не расстелется, и не скажет, зачем же он пришёл. - Рожай быстрей… - Гробынь, скажи…, что делать, если не совсем уверен в своих чувствах и отношениях к человеку, с которым сейчас вместе, - неожиданно спросил он. Честно. Склепова совершенно не понимала, в каких подвалах ловить свою челюсть. - Барсик, ты здоров? Пожалуйста, скажи, что у меня что-то со слухом, или накрайняк с головой. Хотя вроде нигде не стукалась. - охрипшим голосом, спросила она. Если она просто не думала, что парень Аббатиковой заявится чтобы поговорить с ней, то о чём поговорить, она не просто не ожидала. Теперь она пребывала, в шоке. Как такое возможно, что светленький барсик, который никогда никому не позволял обижать свою девчонку, ограждал её от всех возможных неприятностей, чтобы она ни дай Бог, расстроилась из-за чего-то. Да он даже и не смотрел в стороны других девушек. Все они давно привыкли, что, что бы не случилось, он всегда будет с ней рядом. Теперь они на него просто не заглядывались. Так вот и теперь, Гробыня совершенно не представляла, какой апокалипсис случился, что произошло подобное. - Нет, ты не ослышалась, - убито сказал Бейбарсов. Да, обречению в его голосе, может позавидовать, даже самый заядлый суецидник. - Что случилось? Бейбарсов, ты меня так не пугай. Ты это что задумал, с жизнью прощаться? Ты это брось. Я не хочу, что бы потом нас Сардик, заживо заел, что мы доконали бедного Глебушку, до смерти. Глеб поморщился. Даже теперь, в таком состоянии, он остался верный себе. С детства, он терпеть не мог это уменьшено-ласкательное прозвище. Он даже не понимал по какой причине. - Я уже сказал. Как понять, любишь ли ты того человека, с которым давно вместе, или же это просто привязанность? - Знаешь, - задумчиво сказала она. – Мне интересно, кто именно, смог нарушить твой душевный покой. Что за коварная женщина. Ведь когда-то это не удалось даже мне. Кто это интересно, смог обскакать меня. А ну как признавайся. - Ты довольно быстро пришла в себя, - заметил Глеб, приподняв брови. - Что бы я долго пребывала в прострации? Ты за кого меня держишь? За себя что ли. Давай рассказывай, о жертва женского коварства. - Понимаешь, я сам не знаю, что со мной творится. Но честно, я такого никогда раньше не испытывал. У меня даже дыхание перехватывает, когда она просто проходит рядом. А стоит только заглянуть ей в глаза, как всё! Я понимаю, что мне из них больше не выбраться. А она совершенно равнодушна. И совершенно меня не заме… - Кто? – перебила его Склепова. Ей надоело выслушивать, как Бейбарсов, в сторону кого-то дифирамбы поёт, а про кого именно она не знает. Ну нет, так не интересно. - Таня, - поникши, сказал Глеб. - Какая Таня? – на вдохе спросила Гробыня, мысленно надеясь, что это не именно та Таня, о которой она подумала. Нет, похоже в сегодняшний день, барсик, решил удивлять её. - Да, ты правильно поняла меня, - ещё раз вздохнув, сказал парень. – Я имел ввиду, именно Таню Гроттер. - Критин, - убито прошептала девушка. - Что? – переспросил Глеб, не услышав, что сказала Гробыня. - Придурок, идиот, тундук! Недоразвитое дитё утконоса и выхухоли! – не выдержав закричала она. – Ты балда, нашёл в кого влюбляться. Да её Парень, тебя тонким слоем по стенке размажет и не заметит как это сделал. Хотя нет. Он не только заметит, но и получит от этого неописуемое удовольствие. Ты понимаешь, что Валялкин Псих, с большой буквы. При чём влюблённый псих. А ты посмел посмотреть, да и ещё влюбиться, в его женщину. Ой, идиота кусок. Бейбарсов слушал всё это, прекрасно понимая, что она права, а он баран недоделанный. Но вот только он ничего не мог с собою поделать. Его неосознанно тянуло к ней. Хоть она на него совершенно не обращала внимания. - Так, всё хорошо. Гробыня сейчас успокоится, а иначе, у неё раньше времени, появятся морщинки, - начала себя успокаивать Склепова. А потом обернулась и с надеждой спросила. – Ты уверен? - Я не знаю, - ответил он. – Правда не знаю. Только чувствую, что она не такая как все. Какая-то особенная. Что-то в ней есть такого, что…. - Хватит, - взмолилась Гробыня понимая, что всё. Барсик для них потерян. Но всё же у неё была надежда, что апокалипсиса в виде озлобленного некромага Ивана Валялкина, пройдёт мимо них, если вдруг окажется, что у Глеба к Гроттер нет никаких чувств, кроме симпатии. – Есть возможность проверить, влюблён ли ты в неё или нет. Тебе надо с ней поговорить. - Как? – вяло отозвался Бейбарсов. – Она на меня ноль внимания. Я для неё пустое место. Вообще не существую. - Ну это не проблема, - отмахнулась Гробыня. – Ты же знаешь, что я смогу найти подход к любому человеку, к которому захочу. Это только с твоей ненаглядной Жаночкой у меня душа к общению не лежит. Вообще! И чего это вдруг Сардик решил, что мы сойдёмся. Что за чёрт ему стукнул в голову поселить нас вместе. Глеб вздохнул, но ничего не сказал, что теперь совершенно не радовало Гробыню. Её бы сейчас устроило, что бы он заступился за Аббатикову. - Ладно Ромео недоделанный, - вздохнула она. – Пойдём, поговорим с твоей Джульеттой. Но запомни. Я постараюсь придумать достоверную историю, с тобой в главной роли, а ты подтверди. А я потом как-нибудь свалю по-удачнее, что бы вы поговорили наедине. Это для тебя необходимо. Надеюсь, что ты всё же дотункаешь, что на этот раз все твои чувства ошибочны и перестанешь маяться дурью. Так и поступили. Примерно на полчаса, Гробыня вытолкала Глеба за дверь, что бы собраться, и не только внешне, но и с духом. Всё таки не каждый день ей приходилось узнавать, есть ли чувства у придурка к сильнейшей некромагине времени. Так что моральная подготовка ей бы не помешала бы. «А лучше бы вискарика грамм сто», подумала она, когда уже собиралась выходить из комнаты, к ждущему Бейбарсову. - Ну что Ромео нашей Вероны!? Пошли к Джульетте некромаговского разлива, - выдохнула она, схватив Глеба за руку и ведя его в комнату к Гроттер. Им предстоял не лёгкий разговор. * * * Молчание затягивалось, что весьма нервировало Гроттер. Внешне она этого конечно не выдавала, но внутренне хотела послать на все четыре стороны. Особенно, после разговора с Соловьём. - Вы не слышали моего вопроса? Могу повторить, - усмехнулась она, смотря на задумчивые лица прибывших. - Нет, мы всё слышали, - очнулась Гробыня. – Прости, но у Глеба возникла одна проблемка. Я пыталась проверить так это или нет, но наверное блок стоит. Не знаю. В общем, он потерялся, - пожав плечами сказала она. - Мне конечно всё стало понятно. Кроме одной детали, - задумчиво произнесла Гроттер. – Что вообще происходит? - А, хрен его знает, - махнула рукой Склепова. – Он меня если честно, в последние пол часа, задолбал. Сама прибить готова. - Ну, проходите, - отойдя в сторону, сказала Таня. Последняя фраза, её откровенно позабавила. Так что теперь она была готова выслушать их полностью. Ну может даже помочь. Если развлечения конечно продолжатся. - Итак. Я вас слушаю, - улыбаясь сказала она, мысленно прикидывая, что они ещё могут ей такого сказать. И что интересно у них за просьба. - Во! – указав в сторону Бейбарсова, сказала Гробыня. – У него спрашивай. Его проблема. - А самостоятельно он не мог прийти? Только с посредником в твоём лице, - усмехнулась она. - Да он просто не знал, к кому обращаться, с кем поговорить. Пришёл ко мне. А я то ничего сделать не могу. Вот и подумала, может ты чем поможешь. А Глебушка у нас мальчик скромный. Сам с такой просьбой к незнакомым обратиться не сможет. А я то, баба беспардонная, и совершенно без комплексов. Ну вот и решила, тебя попросить. - Хорошо, - кивнула Таня. – Без Склеповой ты прийти не мог. Но может ты хотя бы сам своё пожелание выскажешь. Что за проблема? - У меня? – не понял Барсик. Она была рядом, в таком совершенно откровенном наряде и он перестал соображать конкретно. Гробыня посмотрела на него и убито хлопнула себя по лбу. - Ну на сколько я знаю, у меня нет никаких проблем. А если и были бы, то я с ними и сама прекрасно справлюсь. - Ну…, ну я. Я… я… я…, - начал заикаться Глеб. - Красноречиво, - похвалила Гроттер парня, с серьёзным лицом. Гробыня уже вполне освоившись, смеялась над ним в другом кресле. - Не смущай нашего мальчика. Он у нас такой скромный, - издеваясь, прохохотала она. - А можно нескромный вопрос? - обратилась некромагиня к Глебу. В ответ, тот только кивнул, подражая ослику. – Если ты такой скромный, как говорит Гробыня, то не означает ли это, что ты до сих пор остался девственником. Это так? – спросила она. Склепова согнулась от хохота, уронив при этом пачку с арахисом. Бейбарсов ничего не ответил, прекрасно давая понять Тане, что она оказалась права. Всё таки она была права, когда решила впустить их, для разговора. Настроение у неё поднялось значительно выше. - Мы как раз по этому поводу и пришли, - до сих пор посмеиваясь, сказала Гробыня. - Нет! – притворно ужаснулась Гроттер. – Неужели кто-то покушается на твою невинность!? Гробыня повторно содрогнулась от смеха, а Таня как оказалось, тоже не удержалась от улыбки. Парню это же всё надоело и он молча проследовал к двери. - Ладно, не обижайся, - позвала его Гроттер, как только тот взялся за ручку. – Ну вот такие у меня пошлые шутки. Давай рассказывай, что у тебя там случилось. Постараюсь помочь, чем смогу. Глеб медленно повернулся и посмотрел ей в глаза. В них не было ни единой смешинки. Она говорила на полном серьёзе. Боже, что он в ней нашёл. Только что, она опустила его ниже плинтуса, а всё равно, сейчас видит в ней полное совершенство. Только зачем ей такой, как он. - У меня есть девушка, - наконец собравшись, начал он. – Но в последнее время, мы стали отдаляться с ней. И дело в том, что я совершенно не чувствую ничего такого, что чувствовал раньше. А Жанна, на меня обижается из-за этого, и говорит, что я её разлюбил. - А это не так!? – уточнила Гроттер. - Я не знаю. Но…, в последнее время, мне стала сниться одна девушка, и это не Жанна. Даже когда я просто закрываю глаза, то я вижу её. И ничего не могу с собой поделать. Меня тянет к ней и во сне и наяву. Но я боюсь, что это просто приворот, - закончил Бейбарсов, посмотрев на неё. - Ну, в полнее возможно, - немного подумав, ответила Таня. - Только чего ты от меня-то хочешь? – спросила она его. – Я маг смерти, а не любви. Чем я тебе могу помочь. - Слушай, - влезла Гробыня. – Ты проверь его на наличие посторонней магии. И если что есть, посмотри, что можно сделать. Ну если сталкивалась с этим. А если нет, то придётся перерывать библиотеку. Ладно, мне пора, - спохватилась она. Ведь обещала ему, разговор с Гроттер наедине. – А то меня Глом прихлопнет. И пока Бейбарсов ничего не успел сообразить, быстро свалила, оставив их один на один. - Ну ладно. Давай посмотрим, что у тебя там в голове творится. И есть какой-нибудь приворот, - хлопнув в ладоши, произнесла Таня. Глеб кивнул в знак согласия. – Тогда садись. Глеб Послушно сел в кресло, которое только что освободила Гробыня и вопросительно посмотрел на Таню. Гроттер же в это время задумчиво смотрела на него и размышляла, что делать. - Для начала, закрой глаза и расслабься. Постарайся ни о чём не думать. – Глеб сделал всё так, как она сказала. А потом, он отчётливо почувствовал, как она подходит. Почувствовал тонкий аромат её туалетной воды. Такой сладкий, свежий, с примесью востока. Такой соблазнительный, что голова у Глеба пошла кругом. После, он почувствовал Тонкие и холодные пальца на своих висках. А руки, которые покоились на собственнвх коленях, ощутили нежную, как у ребёнка кожу от соприкосновения с её ногами. Она подошла слишком близко к нему. И чтобы не сорваться, он сжал руки в кулаки и с силой стиснул зубы. - Я же попросила расслабиться. А ты напрягся, словно рожать собрался, - возмутилась Гроттер. «Тебе легко говорить», подумал Глеб. « Это же не я в полуголом виде здесь расхаживаю». - То есть я тебя возбуждаю не смотря на то, что у тебя есть девушка и не равнодушен к другой. Очень интересно, - усмехнулась Гротти. - Не подзеркаливай, - отвернувшись, попросил Глеб. – Ничего ты не понимаешь. После он встал, отодвинул её, и направился к двери. - На тебе нет никакого приворота, - сказала она, остановив его. – Ни заговора, ни зелья, ни приворота. Здесь даже купидоны не при чём. - Что тогда? – спросил он. - У меня есть одно предположение…, но боюсь, что такому светлому мальчику это не понравится. - ??? - Свою девушку, Жанну, ты никогда не любил, - невозмутимо начала пояснять ему Таня. – Возможно было какое-то влечение…, но не скажу что ты любил её. А что на счёт девушки, к которой тебя якобы тянет, то тут тебе следует ещё убедиться. - Как? – не понял Глеб. Он даже не возмутился, на то, что она сказала про его отношение к Жанне. - Ну тебе лучше знать, - улыбаясь сказала Таня. – Но знаешь, есть один способ. Я конечно сомневаюсь, но люди его хвалят. Попробуй и ты. – Бейбарсов заинтригованно посмотрел на неё. - Не знаю, слышал или нет. «Теория сравнения». - «Теория сравнения»? – переспросил Глеб. - Ну судя по этой теории, если ты поцелуешь другую девушку и ничего не почувствуешь. Не знаю. Так по слухам. Проверь. - То есть, мне надо её всего лишь поцеловать? – не понял Глеб. Таня просто пожала плечами. – А с кем сравнивать? - Да хотя бы со своей девушкой, которую не любишь, - покачав головой, ответила она. Нет, всё-таки он реально девственник. - А если я её всё-таки люблю? – не унимался Бейбарсов. - Ну вот и проверишь. - Но я не могу поцеловать её. У меня есть девушка, у неё парень. Я так просто не могу. « Это уже клиника», обречённо подумала некромагиня. Так серьёзно относиться к ничего не обязывающему поцелую. Бред. Эх, всему его надо учить. Встав с кресла, она вплотную подошла к нему, и слегка толкнула его, от чего тот упал на стоящую рядом кровать. Он с изумлённо-распахнутыми глазами смотрел, как она совершенно ничего не стесняясь, садится к нему на колени, обнимает его и наклоняется, что бы поцеловать. Но перед этим, тихо шепчет. - Это не трудно! И она мягко, прикоснулась своими губами к его, словно проверяя. Так и есть, помимо одной девушки, он больше никого не целовал. Тогда, она решительно углубила поцелуй. Глеб же не мог поверить, что она его целовала. Но вот только с Жанной, он никогда не чувствовал ничего подобного. Внезапно Таня углубила поцелуй и он забыл обо всём. Он чувствовал нарастающее возбуждение внизу живота. Что это такое? Так замечательно... он поднял руки, медленно скользя вверх по её ногам. Это казалось так естественно, что он обнял Её за талию, притягивая ближе. Девушка, которая буквально свела его с ума, целовала его так мягко и так страстно одновременно, что он терял голову. Таня же вообще была ошеломлена, чувствуя нарастающее возбуждение и притяжение, когда страстно углубила поцелуй. Больше всего её поразило то, что она сама чувствовал к кареглазому! Она чувствовала, как его руки скользили по её обнажённым ногам, и почти застонала от нахлынувших чувств. Внезапно ей захотелось, чтобы он не убирала рук, но парень, для пробы, обняла её за талию, притягивая еще ближе. О, это было НАМНОГО лучше! Теперь они были тесно прижаты друг к другу. Она приоткрыла губы и провела языком по его нижней губе. От удивления Бейбарсов приоткрыл рот, позволяя ей все. На мгновение их языки коснулись друг друга, но внезапно Гроттер вспомнила, что она делал и с КЕМ, и разорвала поцелуй. Глеб ошарашено смотрел на неё, всё ещё держа руки на её талии. Это было самое удивительное, что когда-либо происходило с ним. - Пошёл вон, - яростно прошептала Гроттер, наконец сообразив что только что произошло. Затем резко вскочила с его коленей, и с дикой злостью, схватила его за шиворот, буквально выкинула его за дверь, а сама быстро побежала в ванную, что бы избавиться от всех этих ощущений. Что с ней. Она ведь некромаг и не может любить. Нет, она его не любит. Просто подверглась страсти, не вовремя нахлынувшей на неё. Но почему тогда она ничего подобного не чувствовала, с Валялкиным. Нет, этого не может быть. - Это всё бред! Бред! Бред! – яростно колотя плитку в душе, кричала она, едва ли не впервые в жизни потеряв контроль. – Этого не может быть! У Бейбарсова же было ещё хуже. Он шёл совершенно опустошённый. Всё таки это правда. Он полюбил снежную королеву, то есть некромагиню. Что теперь ему делать он не знал. Также, он не понимал, что он сделал не так? Почему она разозлилась? Вопросов стало ещё больше. А вот ответов, как-то поубавилось.