Крепостной

- Чимин, возьми бокалы и отнеси их гостям - Сунбёль быстро даёт распоряжение крепостным. Вечер уже в самом разгаре, а они ничего не успевают. - Я? - Пак удивлённо смотрит на старшего омегу. - Ханна споткнулась и облила себя вином, больше некому выйти. Давай, у тебя чистая одежда. Это всего на несколько минут, пока она не переоденется. Ему ничего не оставалось, кроме как взять большой поднос и направиться к гостям. Их стало значительнее больше. Он обводит зал взглядом, находя своего барина. Он стоит рядом с Ли Сонхи. В нескольких шагах от него находиться Ёнджун и ещё несколько человек. Чимину не нужно идти в их сторону, и он правда считает, что ему повезло. Он сворачивает налево и идёт вдоль стены до нужного места. Чтобы гости вдруг не оказались обделёнными во внимании, зал был условно разбит на небольшие квадраты, в каждом из которых ходил прислуга, раздавая бокалы и исполняя прихоти гостей. Квадрат, в котором должен оказаться Чимин, находился ближе ко входу и людей там должно быть меньше. Он идёт осторожно, постоянно смотря под ноги и обходя других. В какой-то момент он начинает ощущать на себе чужой пристальный взгляд. Повернув голову, он натыкается на Дон Ши, который оказывается слишком близко к нему. "Успокойся" - он прислушивается к внутреннему голосу, сразу же отворачиваясь и твёрдо ступая в нужном направлении. "Этот человек более не властен над тобой, он ничего тебе не сделает" - это последнее о чём он успел подумать, перед тем, как почувствовать чужую ногу, об которую он спотыкается. Взгляд успел уловить то, что она была чуть отставлена в сторону, будто специально для того, чтобы он споткнулся. Пак приземляется на спину, он сам не до конца понимает, как умудрился вывернуть руку так, что большинство бокалов осталось на подносе. Несколько из них всё же падают, два разбиваются, но многие из тех, что остались на подносе, остаются стоять на своей тонкой ножке. Небольшие белые полотенца, что он держал на другой руке, разлетаются на расстояния метра от него. Чимин слышит еле заметные перешептывания, а после и смешки со всех сторон. - Чимин-хён! - Ёнджун подбегает к нему, останавливаясь между ним и Дон Ши - он упал из-за вас! Вы подставили ему подножку! - Дон Ши устремляет на ребёнка мягкий взгляд, приподнимая брови в немом вопросе. - Ёнджун! - Юнги тоже оказывается рядом, одёргивая ребёнка. Он чуть наклоняется, говоря совсем тихо - собери осколки - выпрямляется, обращаясь уже к помещику - прошу простить его, господин Ли Дон Ши. Ёнджун привязался к этому крепостному, мне очень жаль, что так получилось. Извинись. - Но ведь... - Перестань, господину Ли Дон Ши незачем этого делать. Скорее всего тебе просто показалось или же это произошло случайно. Извинись. - Не буду! - Он резко подрывается с места, выбегая из комнаты. - Ёнджун! - Мин не идёт следом за ребёнком, ему нужно остаться здесь - прошу простить его господин, я обязательно поговорю с ним. - Это же ребёнок, я всё понимаю. И всё же - он начинает говорить практически шёпотом, но Чимин и Юнги всё равно слышат его - я думаю, вам стоит что-то сделать с ним - Пак чуть дёргается, когда понимает, что Ли говорит о нём. Один из осколков проходит по коже большого пальца, оставляя за собой маленький порез - это моё мнение, но на вашем месте я бы избавился от него. Вашему племяннику не стоит так сильно привязываться к обычному крепостному, это может плохо закончиться. - Вы правы, господин Ли. Это не ваше дело, а следовательно и ваше мнение ничего тут не стоит, так что оставьте его при себе. Если мне нужна будет ваша помощь или совет, то я непременно обращусь к вам напрямую - глаза Дон Ши расширяются, но он так и не находит, что ответить, продолжая глупо смотреть на Мина - Чимин - Юнги приседает напротив него, заглядывая в глаза - приведи себя в порядок и найди Ёнджуна, успокой его и не впускай обратно, пока я не зайду за ним. - Прошу прощения, господин Мин - все трое оборачиваются на голос, молодой альфа идёт точно к ним - ваш племянник сказал чистую правду, так что вам не за что его ругать. - Что вы имеете ввиду? - брови Юнги сходятся к переносице, он уже порядком подустал от всей этой ситуации. - Ваш крепостной действительно упал из-за того, что Ли Дон Ши подставил ему ногу. - Ох, мистер Аутсон, думаю вы всё не так поняли - Дон Ши показывает всем свою добрую, натянутую улыбку - я не знал, что этот мальчик проходил рядом и действительно чуть вытянул ногу, об которую он споткнулся. Это произошло случайно. - Вы смотрели прямо на него. - Мистер Аутсон, я и не думал, что вы следите за каждым моим действием. Неужели я так интересен вам? Или же вы смотрели на этого омегу? Думаю, что через пару лет звания помещика вы лишитесь, хотя вас и сейчас трудно им назвать. Думаю такой мальчик, как этот, как раз подойдёт вам под титул - смех заполнил зал. - Не знал, что вы стали пророком, мистер Ли. Видимо недостаточно слежу за вами. - Господа - Юнги перебивает их перепалку в тот момент, когда рукава рубашки Аутсона начинают закатываться, а ладони сжиматься в кулаки - я прошу вас, прекратите. Это был несчастный случай, и виноват здесь только Чимин, так как он не следил, куда ступает. *** - Эй, малыш - Чимин заглядывает под лестницу, а после, увидев там силуэт ребёнка, залезает и сам. - Он ведь сделал это специально! Почему Юнги-хён не поверил мне? -он прижимается к боку Чимина, обхватывая его руку. - Это и вправду произошло случайно. Юнги-хён наверняка поверил тебе, просто он не мог признать этого при стольких гостях. Точнее, он не мог так унизить при всех господина Ли Дон Ши. - Почему? - Ну это трудно объяснить. Понимаешь, им нужно дружить для того, чтобы твой дядя стал более влиятельным и... И давай пойдём в твою комнату? - Угу... - И жили они долго и счастливо - Чимин закрывает книгу и поворачивается к ребёнку, что уснул уже несколько минут назад - доброй ночи, Ёнджун - он осторожно целует его в лоб, поправляет одеяло и направляется к полке, ставя книгу на место, рядом с остальными. Он оборачивается и чуть вздрагивает, только сейчас замечая в дверях Юнги. - Уснул, значит - он всё ещё был в своём сером костюме, в котором принимал гостей некоторое время назад. - Уснул, господин. - Пойдём - он выходит, Чимин следует за ним, прикрывая дверь. - Не ударился? - Извините? - Когда упал. - Нет. - Мне нужно уехать. Ёнджун остаётся на тебе. Если что-то случиться, то обращайся к Сунбёлю. Я вернусь послезавтра утром. Иди сюда. Он протягивает ему руку и Чимин вкладывает в неё свою ладонь. Мин прижимает его тело к себе, обхватывая руками и утыкаясь носом в шею. Чимин не вырывается, не возражает. Он уже привык. Перед сном помещик всегда приходит к нему и набивает лёгкие его запахом, а после, ничего не говоря, уходит. Как и в этот раз. Ничего не изменилось. Разве что сейчас они стояли довольно долго по сравнению с предыдущими. *** - Я надеюсь на вас, защитите честь и достоинство Кореи! - Есть! Хосок стоит прямо перед главой государства, рядом с ним Кан Дусон, главнокомандующий морскими войсками Южной Кореи. Чуть поодаль стоит его младший брат, которому доверили командовать западными морскими войсками ещё несколько лет назад, и Хосок правда гордиться им. Возможно, в скором времени, когда Дусон уйдёт в отставку, Чонгук займёт его место. Семейство Чон не всегда было таким богатым и влиятельным, как сейчас. Чуть меньше двух сотен лет назад о них мало кто знал. Всё начало налаживаться, когда их прадед решил посвятить свою жизнь военному делу. А после его сыновья и внуки тоже шли по его стопам, но Хосок - первый, кому удалось дослужить до главнокомандующего сухопутными войсками Южной Кореи. И возможно совсем скоро люди будут говорить не "Чон Хосок", а "Братья Чон", ведь младший к этому правда стремился. Объявление войны со стороны Китая обрушилось внезапно. Япония была мощным и незаменимым союзником Южной Кореи, и с момента начала войны между Китаем и Японией, Корея в больших количествах доставляла Японии помощь продуктами питания и оружием. Никто в мире, как в принципе и сами южнокорейцы, не думал, что Китай решиться направить свои войска на Корею, но всё же это случилось. И всё же в Южной Корее было объявлено чрезвычайное положение, все главнокомандующие, генералы и маршалы были собраны во дворце императора для обсуждения возможной проблемы. Через два дня нахождения у императора и активной деятельности по разработке боевых действий, произошло нападение и обстрел с вражеских кораблей один из южных портов Кореи. Жертвы насчитывались не только среди военных, но и гражданского населения. - Чонгук! - Хосок кричит имя брата, что уже собирался зайти в повозку - не умри. Младший из братьев Чон направлялся к карете, он, в отличии от своего брата, должен находиться непременно на территории военных действий, и всё же вероятность его смерти очень низка. Он не будет участвовать в проведении операций, его задача сводиться к разрабатыванию планов и руководству войсками. Слова старшего брата на повторе крутятся у него в голове. Он лишь слегка улыбается, понимая, как же глупо это, на самом деле, звучит. - Сам знаю. Ты тоже, хён. *** - Господин Тэхён, прошу вас, успокойтесь. Вам необходимо присесть. - Я спокоен! - Он раздражённо выкрикивает эти слова, продолжая ходить по комнате и размахивать руками - спокоен...спокоен...спокоен - эти слова он повторял для самого себя, пытаясь отвлечься от навязчивых мыслей о беспокойстве о муже. Внезапно ребёнок в его животе пинает его, и этот удар произошёл с такой силой, что заставил Кима согнуться, прижав руку к пострадавшему месту. Похоже малышу совсем не нравиться то, в каком состоянии сейчас находится его папа. - Господин... - Молчи - Тэхён сам добирается до кровати, усаживаясь на неё. Врач подходит к нему, пытаясь помочь и осмотреть, но Ким отмахивается от его руки. Стук в дверь заставляет их обоих направить взгляд на неё - войдите. Сокджин! - он подскакивает с кровати, выкрикивая имя друга. - Не скачи ты так - омега проходит вглубь комнаты, а врач покидает комнату, увидев кивок Тэхёна на дверь. - Прошу вас, отвлеките его. Ему нужно успокоиться. *** Чимин прижимает руку к чужому лбу, а после, быстро выходя из комнаты, направляется в другую. Он стучит, но ему никто не открывает, поэтому в следующий раз стучит более громко и настойчиво. За дверью раздаются шаги, после чего она открывается. Уставший взгляд опускается на Чимина, и тому правда жаль, что ему пришлось его разбудить, но по-другому он поступить не мог. - У Ёнджуна жар. - Давно? - Сунбёл выходит к нему в коридор, закрывая за собой дверь. - Нет, я уложил его спать и почувствовал, что он горячий. До этого всё было нормально. - Возвращайся к нему, я отправлю к тебе кого-нибудь, чтобы принесли таз с водой и полотенца. Обтери его, я съезжу за лекарем. У него есть кашель? - Пока ещё нет, но нос заложен. - Следи за ним. Если станет хуже, то действуй на своё усмотрение, но лучше дождаться нас. - Хорошо. Он возвращается назад, заходя в комнату ребёнка. Кровать Ёнджуна скомкана, он явно вертелся в то время, когда Пака не было. Он присаживается рядом, проводя ладонью по его мокрым волосам. Через несколько минут дверь открывается и Ин Со заходит внутрь комнаты, ставя тазик на стул, что оказался рядом с кроватью. - Как он? - Весь горит. - Тебе помочь? - они оба говорили шепотом, чтобы не потревожить и без того беспокойный сон ребёнка. - Нет, я справлюсь сам. - Если будет нужна помощь, заходи. - Угу. Ин Со уходит, оставшись один, Чимин опускает полотенце в тёплую воду, отжимает его и прикладывает ко лбу ребёнка. Тот дёргается, открывая глаза и устремляя взгляд на Пака. - Хён... - Что такое, малыш? - Больно. - Что болит? Не волнуйся, расскажи мне. - Голова и вот тут - он указывает на свою грудь, прикладывая к ней руку. - Не волнуйся, я рядом. С тобой всё будет хорошо, скоро приедет врач и осмотрит тебя. - Но я не хочу... - Я буду рядом, ладно? Ему обязательно нужно узнать, что с тобой, иначе мы не узнаем, как тебя лечить. - Можно я буду держать тебя за руку? - Можно. К удивлению Чимина, мальчик тянется к его ладони сейчас, и Пак позволяет ему это без лишних слов.