insomnia

До сих пор не верится. Гию и не представлял, насколько оживлённой станет его жизнь с появлением в ней Танджиро. И ему это нравилось: наконец, после стольких лет «простойки», проявлять заботу о ком-то, ходить на свидания, да и просто быть вместе с тем самым человеком. Во время их реальной встречи, мужчина понял, что отпускать мальчишку он точно не намерен. В голове были только тёплый взгляд алых глаз и солнечная улыбка. И ряд поцелуев, который случайно прервался из-за того, что их застукали. Глубоко вздохнув, Гию поднялся с кровати. Уснуть никак не получалось. Мужчина хотел хотя бы через сон поддержать юношу, сказать ему, что всё будет хорошо, да хотя бы молча взять его за руку. Но сосредоточиться никак не получалось. Вероятно, либо потому, что Танджиро никак спать не хотел (или не мог, скорее всего), либо из-за посторонних мыслей в голове. Нужно было поговорить с кем-то. Томиока решил позвонить лучшему другу. Хоть и была середина ночи, мужчина знал, что приятель не спал: всё из-за того, что он писал за плату курсовые работы для студентов. Действительно, что ещё можно делать ночью? Спать? Да вы что, нет! Дикость какая. Гудки, казалось, шли неделю, прежде чем в трубке раздался грубый с хрипотцой мужской голос: - Надеюсь, у тебя очень веская причина мне позвонить. Иначе не видать тебе своей головы. - Сабито, мне срочно нужна твоя помощь. Уж прости, что отвлекаю, хотя и сомнительно, что ты был занят чем-то важным. - М-м, а работа, значит, не важное? - И что, ты реально работал? Снова курсовые писал? - Ладно, угадал. Сегодня я решил отдохнуть, поспать. И конечно, ты вот никак не мог выбрать иную ночь для проблем. Вот нужна конкретно та ночь, когда я в кои-то веки решил поспать. - Сам виноват в недосыпах. - Вообще да, но не увиливай с темы. Я с тебя ещё спрошу. Возможно, выпивкой, кто знает. Так что случилось? Сто процентов это важное, раз позвонил в три утра. - Ты можешь приехать ко мне? - Что, сейчас? Братишка, не пугай меня. Надеюсь, ты никого не убил. - Не убил, не переживай. Просто приезжай. В трубке послышался вздох. - Хорошо. Вызову такси, а ты оплати. В конце концов, я ещё бедный студент. И он положил трубку. Оставалось минут пятнадцать, чтобы обдумать свои слова. Подумав обо всём сейчас, в трезвом уме, Гию и сам понял, что звучало это как минимум нелепо. Казалось бы, обычная история: свидание со своим соулмейтом. Но не при таких условиях, когда твоей родственной душой был ещё вчерашний ребёнок, а тебе двадцать четыре года. Да, ему уже исполнилось восемнадцать лет, и всё равно мужчина ощущал что-то неправильное. Он и представить боялся, что с ним сделает лучший друг, когда услышит эту историю. Лишь бы на месте не похоронил. Но, думается, до этого дойти не должно. Но всё же стоило на всякий случай приготовить киселёк. Послышался стук в дверь. Что ж, перед смертью не надышишься – решил Томиока и пошёл открывать дверь. Не здороваясь, рыжий ворвался, словно ветер, в квартиру брюнета: - Ну, рассказывай, что ты опять натворил? *** Танджиро вздохнул в очередной раз. Да кто ж знал, что так выйдет? У него не было глаз на затылке (о чём юноша, конечно, пожалел, иначе бы того, что на него косо смотрят его лучшие друзья, не получилось), поэтому он, поддавшись накатившему порыву, решился поцеловать Гию. Но как вообще получилось, что рядом оказались его два лучших друга? Сказать, что оба были в шоке, значит промолчать в тряпочку. Поначалу, Зенитсу и Иноске просто наблюдали, решив, что, вероятно, обознались. Ну серьёзно, разве мог их невинный ангелочек Танджиро, как выразился Иноске, «сосаться» с каким-то левым типом? Правильно, нет. И потому они просто стояли и выжидали, пока пара не закончит, но стоило только Агатсуме вглядеться… - Танджиро? Это ты? Какого чёрта здесь происходит? – не выдержав, закричал блондин. Юноша с красными волосами подскочил как ошпаренный и мигом отбежал от мужчины. Вконец раскрасневшись, он кинул извиняющийся взгляд на Томиоку. Тот абсолютно не выкупал происходящее, и поэтому смотрел только в сторону соулмейта. - Р-р-ребята… Пр-р-ивет… А…а…что вы тут делаете? – заикаясь и глупо хихикая, спросил Камадо. - И ты нас спрашиваешь, что мы тут делаем?! А себя спросить не хочешь? – голосил Зенитсу. Как ни странно, Иноске просто молчал, но при этом сжимая кулаки. - А, ну.. Это…Я просто… - Всё! Хорош, задрало, - наконец, подал голос Хашибира. Он грубо схватил красноглазого за запястье и потянул его за собой. От неожиданности и боли юноша прикрикнул. Опасаясь, что напугает этим Гию, он прикрыл ладошкой рот. Но это, естественно, не ушло от чуткого внимания мужчины. - Так, - перехватив руку кабана, произнёс он. – Стоять. Давайте все успокоимся. Отпусти Танджиро. Зеленоглазый обернулся, но руку юноши не отпустил. Вместо этого только сказал: - Это ты щас чё, будешь мне указывать, а?! Ты кто, нахрен, такой? Камадо никогда за всю жизнь так не пугался – настолько угрожающим тоном произнёс эти слова Иноске. Но боялся он не за себя: за Гию. Все знают, что обычно словесные перепалки с кабаном приводили к дракам, за что его частенько отстраняли от занятий. Тогда Танджиро тоже жалел бедняг, попадавшихся под горячую руку брюнета, но сейчас была совершенно другая ситуация. Да и в принципе вёл кабан себя очень странно. Обычно в конфликтных ситуациях, касающихся трио, он просто отстаивался в стороне: дела, не касающиеся его лично, его мало интересовали. Заступаться за друзей, он, конечно же, заступался, но не так и не с таким грубым тоном. Этот тон Танджиро сегодня услышал в первый раз. «Сейчас, скорее всего, Иноске может сделать что угодно. Нельзя этого допустить» - подумал Камадо. Да и одна только мысль о том, что Томиока может получить пусть и малые, но всё же увечья, приводила красноволосого в неописуемый ужас. Скорее всего, мужчина мог постоять за себя, но тем не менее худшего необходимо было избежать, и потому он вмешался. - Хватит, Иноске, - начал он. – Мне немного больно, просто отпусти меня. Я…я сам пойду. Одарив Камадо внимательным взглядом, а Гию – очень неприятным, он всё таки пошёл на попятную. - Томиока-сан, простите за это, Бога ради. Я…Давайте потом это обсудим. - Всё хорошо, не переживай. Иди, - слегка улыбнувшись, ответил он. Хотелось погладить юношу по волосам, но его уже увели под руки его друзья. Тот пару раз обернулся, виновато улыбнувшись, и уже спокойно, сам пошёл домой. По дороге Танджиро пытался завести с приятелями разговор, но те только хмыкали, нахмурив брови, и игнорировали юношу. Хашибира так и вовсе со всеми кустами в округе передрался. Поняв, что говорить с ними бесполезно, Камадо погрузился в раздумья. Эх, самое лучшее свидание (и по сути самое первое) было испорчено им самим. Но Камадо ни о чём не жалел: если б ему предложили вернуться в прошлое и исправить то, что сделал, он бы вернулся, но не только не исправил, так ещё и повторил бы. Разве что ему было ужасно стыдно перед Томиокой за эту сцену. Юноша не сомневался, он поймёт, и всё равно винил себя за неосторожность. И как вести теперь с друзьями, парнишка тоже не знал. Давно уже надо было им всё рассказать. И вот, в таком напряжённом настроении, они дотопали до дома Камадо. Танджиро посчитал, что расставаться при таких пробелах в разговоре было неразумно, и потому, сказав, что всё объяснит, пригласил друзей в дом. Те переглянулись, но всё же согласились. Приятели вошли в дом, и в коридоре их встретила Незуко. - В чём дело? Танджиро, ты что, на другой конец города мотался в магазин, что ли? Почему так долго? – начала причитать она, но, заметив друзей, примолкла. - Здравствуй, Незуко – тян! – как обычно поздоровался Агатсума со своей девушкой. Но, насторожившись от её вопроса, он подозрительно глянул на Танджиро. - Хорошо, я всё сейчас объясню. И тебе, Незуко, тоже. Пройдя в комнату, они все разместились, и Камадо-старший поведал свой рассказ. Полчаса спустя комната погрузилась в тишину. Не зная, что уже сказать, Танджиро опустил голову на руки. Ужасно хотелось спать, но юноша не мог себе этого позволить. Не сейчас. Поэтому, отряхнув голову, он снова сел прямо. В этот миг Иноске резко поднялся со своего места и ринулся к выходу. Танджиро побежал за ним. - Боже, Иноске, что-то случилось? - Да, но тебе об этом знать необязательно. Я пошёл, а тебе удачи с этим… - договаривать не стал, просто вышел, громко хлопнув дверью. Камадо осел на пол. - Эх, Танджиро, не сиди на полу, - сказал только что поспешивший Зенитсу. Он мягко нагнулся и поднял юношу с пола. - Что с ним происходит сегодня? Почему он так себя ведёт? – сквозь слёзы спросил Камадо. Он сам не заметил, как заплакал. Зенитсу только молча обнял друга. Он понял, что у него уже порядком сдавали нервы, и поэтому не стал говорить о причинах ужасного поведения кабана, хотя, кажется, вот Незуко сразу всё поняла. Она также тихо подошла и наблюдала за ребятами, не находя в себе силы их прервать. - Всё хорошо, Танджиро, - мягко поглаживая друга по голове, говорил Зенитсу. – Я тебя понимаю. Успокаивайся. Ты ведь в любом случае можешь рассчитывать на мою поддержку. И на поддержку Незуко, так ведь? – повернулся он к девушке. - Конечно! – ответила она. – Танджиро, ложись-ка спать, а завтра поговорим, хорошо? Вытерев последние катившиеся по щёкам слёзы, Камадо кивнул. Уже была середина ночи, и так уже он задержал всех. Позволив довести сестре себя до комнаты, он закрылся, переоделся в пижаму, лёг в кровать и наконец-то уснул после тяжёлого дня. *** В доме Гию также стояла тишина. Сабито, держа руку на подбородке, внимательно обдумывал сказанное другом. Никаких противоречий с его стороны не наблюдалось, поэтому Томиока смог чуть расслабиться. Наконец, додумав, рыжик произнёс: - Ну, что я могу сказать? Раз ты сказал, что твоему пацану уже есть восемнадцать, значит, срок тебе не грозит. Ну, тогда и расслабься. Гию ненадолго завис. Это что за совет такой? - Это что, серьёзно? - Нет, блин, пошутил. Конечно, серьёзно. Если начистоту, я думал, ты меня по чему-то серьёзному вызвал по типу пожара или чего-то такого. Но я не думал, что придётся разгребать твои любовные похождения. - Я бы и твои разгрёб, только у тебя их нет. - Ого, кто ж тебя так шутить научил? Если твой Танджиро, при встрече я пожму ему руку. И оставлю ему свой номер. Да ладно, шучу, - встретив холодный взгляд, тут же добавил Сабито. - Мда, спасибо, друг. - Ой, давай без этого. Подумаешь, в парнишку влюбился. Сейчас бы этому вообще удивляться, ага. Давайте тогда удивляться, что девчонка влюбилась в мужчину. Любовь – это же так удивительно! - Я старше его. - Не страшно. Вряд ли, судя по твоим рассказам о нём, он будет спускать твою будущую пенсию на развлекаловки. Да, рыжика фиг чем удивишь. Но всё же стало легче после разговора с Сабито: ощущение неправильности происходящего исчезло. Захотелось снова увидеть Танджиро. И, может, даже обнять. - Просто пригласи его снова на свидание, только уже в то место, где вас никто не побеспокоит, - похихикал парень. И то верно. Стоит обдумать этот вариант. Но это уже будет завтра, а сейчас нужно было лечь спать. Так как Сабито был частый гость, он уже соскочил и направился в «свою» комнату. Но перед этим он бросил: - Давай, спи. И не переживай ни о чём: только передавай во сне привет своему сладкому мальчику. И он скрылся, как раз вовремя: в него уже летела подушка. Решив оставить все остальные дела но потом, Гию последовал совету друга: лёг в кровать и моментально заснул. *** Танджиро оказался в каком-то лесу. Юноша сразу понял, что спит, и, обрадованный, побежал искать своего соулмейта. Лес был огромным по площади и с густо посаженными деревьями. И шёл этот лес вверх по направлению, с грубо обрезанными склонами с видневшимися в них корнями. Камадо понял: он стоит на горе. Но почему здесь так легко дышится? Наконец Танджиро показалось, что он добежал до вершины. Выйдя из тени деревьев, он оказался на обрыве. Вдали поднималось солнце, и вид был поистине волшебный: солнце освещало не только вершину, но и те деревья и поля, что виднелись в лесу. И рядом с обрывом стоял тот, кого больше всех хотелось увидеть. Гию обернулся и расплылся в улыбке. Подождав, когда к нему добежит юноша, он произнёс: - Ну, вот. Снова встретились. Прекрасно выглядишь. Только сейчас Танджиро додумался оглядеть себя. Он был одет в какую-то чёрную форму с чёрно-зелёным квадратным хаори. Удивившись, он оглядел Гию. Тот, что странно, был одет в такую же форму, только с другим хаори: с одной стороны оно было красным, с другой – зелёно-жёлтым, с интересными узорами. Всё это показалось до боли знакомым. Но думать об этом не хотелось. Да и зачем, когда рядом был соулмейт, и ему было что сказать. - Томиока-сан, я хотел ещё раз перед Вами извиниться. То, что произошло… - внезапно замолк он. Гию погладил юношу по щеке. Закружилась голова. - Позволь я отвечу теми же словами, что ты мне сказал: «не смей извиняться». Правда, не стоит. Я всё прекрасно понимаю. Просто скажи: ты хочешь быть со мной? - Что? - Просто ответь. Широко и ярко, почти затмевая солнечный свет, Танджиро ответил: - Да. Гию счастливо улыбнулся и обнял юношу. Тот не сопротивлялся, а, напротив, положил свои руки на спину мужчине и слегка сжал, сминая хаори. Сейчас было так уютно и тепло. Никому из них не хотелось прерывать идиллию, но у Томиоки было ещё, что сказать юноше. Поцеловав его в макушку, он отстранился. - Тогда давай снова встретимся. Уже в более укромном месте. Покраснев, Танджиро улыбнулся и кивнул головой. - И заканчивай уже с уважительным тоном. Ощущаю себя дедом каким-то. Юноша хихикнул. - Тогда можно я буду называть вас..кхм.. тебя Гию-сан? - Давно пора, солнышко.