Желание жить

Луи еще раз вздохнула, расправила свой нехитрый наряд - лучше, чем был первый, но все не княжеский - и быстро выскользнула за дверь, воровато оглядываясь и стараясь не шуметь. Увесистая связка ключей оттягивала подобие кармана и несколько действовала на нервы, а сумка с фляжкой воды и несколькими ломтями хлеба нещадно била по бедру. Девушка кралась по коридору, прекрасно зная, куда и зачем ей надо идти. В темницы. Она даже дорогу выучила. Вернее, ей "выучили" дорогу - Саурон настойчиво маячил за спиной, пока Луиза без запинки не рассказала про каждый поворот и закоулок, что должны были ей встретиться, в правильном порядке. Было в происходящем что-то ирреальное, до ужаса смешное и нелепое, и Луи даже была готова поклясться, что знает что именно. Весь этот план спасения Голлума был спланирован Сауроном от А до Я. Каждый на своем месте в определенный промежуток времени делает то, что велено Владыкой. Коридоры пусты по его приказу. Лишь у темниц есть горстка охранников-орков, которые будут делать вид, что ничего не замечают, даже если Луи с Голлумом пройдут сверху по ним. Самое, пожалуй, веселое в этой ситуации, что Голлум в курсе всего - сам согласился на эту сделку. Зеленый шизофреник говорит все, что знает, а за это его отпускают. Луиза лично выведет его к Черным Вратам. Причем девушка сама не вполне понимала, зачем просила все эти странные рокировки. Вряд ли так сильно она хотела попросить Голлума найти Бегинса первым и поговорить с ним с глазу на глаз на доверительных нотах. Бред. Цирк. Театр. Луи как-то забавно-горестно хмыкнула, прокручивая в голове всю эту подготовку. Надо же, как расстарался Саурон. И как просто он все это сделал, стоило лишь Луи "предсказать", что Голлум должен быть отпущен, и тогда Кольцо вернется. В прочем, в этом девушка уже уверенна не была. Пустоты в событиях книг все ширились. Белые пятна завоевывали все больше и больше фрагментов, которые были так необходимы, служили залогом ее жизни. Совсем углубившись в свои не вполне веселые раздумья, Луи благополучно прошла последний поворот и уткнулась носом в тупик. Пару мгновений погипнотизировав не вполне осознанным взглядом стену, девушка, не увидев каких-либо признаков страха у каменной преграды, была вынуждена вернуться назад и добраться-таки до дверей темниц. А там выяснилось, что она как-то не удосужилась спросить, какой именно ключ открывает дверь. Мысленно отвесив себе знатную такую оплеуху, Луи принялась в потемках перебирать ключи, рассматривать их и примерять на вид подходящие. Шестой ключ на втором круге смилостивился и подошел, и замок, душераздирающе клацнув, открылся. На спине завозились мурашки, и отнюдь не от холода. Темницы были местом сомнительного уюта, комфорта и прочего по списку, скорее даже наоборот. Звучный лязг из пыточной - Луи старалась не думать, чем там можно так громко лязгать - угнетал еще больше, как и то, что в самом начале располагались клетки, в которых, к пущему ужасу Луизы, иногда все же кто-то сидел. И не всегда молча. Кто-то стонал, кто-то припадал к прутьям решетки и просил помощи, воды, еды... Сердце сжималось, делало рондат, уходило в пятки и отчаянно отказывалось возвращаться на место. - Идем, шевелись, - Луи наивно постаралась принять как можно более независимый и отстраненный вид и выглядеть как можно более опрятно. Получалось из рук вон как плохо, но Голлум поглядел на нее с большим доверием, видимо приняв ее волнение за страх быть пойманными. Оковы гулко щелкнули и ударились о пол. Голлум же поспешил от них отскочить подальше: память о днях, проведенных на привязи в сырых темницах в компании недружелюбно настроенных орков, была еще свежа. - Зачем? – Голлум явно не верил в альтруистические замашки Луи, что, собственно, было в какой-то мере верным решением. Три дня назад, когда Луиза в предпоследний раз навещала Голлума, она предложила сделку: Голлум рассказывает про Шир, а за это его отпускают. После она спускалась еще один раз – сказать Голлуму, что все готово. Нужно лишь еще чуть-чуть подождать и назвать имя. - Мы заключили сделку, - девушка оглянулась на бывшего хоббита, открывая дверь и выходя в коридор, - Ты свою часть выполнил. Я выполняю свою.

***

Из Барад-Дура импровизированная команда выбралась без приключений, которых, собственно, и быть не могло с учетом введенного там Сауроном режима. Оставалось самое трудное – пересечь Мордор, направляясь на перевал Кирит Унгл. Именно на тропинке, ведущей к нему, Луи и должна была оставить Голлума в гордом одиночестве. Основная проблема этого пути была в том, что предполагалось идти через весь Мордор, где о плане побега не знает ни одна живая душа. Если их найдут и схватят, то беды не миновать. Штаны немилосердно цеплялись все те одинокие и очень желающие жить кусты, ноги уже начинали гудеть, а Луи с Голлумом еще даже не достигли первых орочьих палаток. Основная часть пути была пока еще впереди. Чем ближе были костры, тем чаще билось сердце девушки, но вот Голлум, кажется, чувствовал себя не в пример лучше. Он легко лавировал между горячими от общего жара камнями, да и трусил впереди, больше выступая проводником, чем спасенным пленником. Им предстоял долгий путь. Впроголодь; во тьме, задыхаясь от попадавших в легкие пепла и песка. Луи то и дело останавливалась и сдавленно откашливалась, боясь привлечь к себе лишнее внимание. В прочем, Голлум оказался хорошим проводником: он легко выискивал тропинки и грамотно обходил большие скопления орков. - Нам туда, на Кирит Унгл, - Луиза махнула рукой в сторону севера, - Там проще и лучше всего. Голлум недоверчиво глянул на Луи, но свернул в указанную сторону. Впереди было около суток пути. И ровно столько же Луизе возвращаться в одиночку.