Твои тонкие запястия..

Арсений нервно стучит подушечками пальцев по маленькой чашке с крепким кофе. Паша лишь смотрит на него из подлобья, и даже не знает что сказать. — Да чего ты такой напряженный? Все же хорошо — Решает нарушить напряженную тишину друг. Он сразу ловит на себе недовольный и раздраженный взгляд Арсения, и все же ничего не понимает. — Не знаю хорошо ли... Он ученик, я учитель, у нас разница в возрасте восемь лет... Блять, Паш, это не правильно... — Сам себя обвиняет мужчина. Он много думал про тот вечер, вроде как, все было в мерах допустимого, но поцелуй... Эмоции... Чувства... Это ужасно, он ведь взрослый мужчина, а Антон подросток, они вскоре перестанут понимать друг друга, ссориться... А вдруг после очередной ссоры, Антон сделает с собой что то?... Арсений не мог этого допустить.. Ему было страшно терять мальчика. Он считал что они сильно поспешили, знакомы недели две, из которых общались всего 3-4 дня... А вдруг он какими то своими жестами надавил на бедного парня? И на самом деле тот к нему ничего не чувствует, и воспринимает все за должное?... — Арс, знаешь, как там говорится?.. Любви все возрасты покорны, расслабься. Этому парню нужен такой мужик как ты, у него сложное прошлое, надломленная психика, и сложное эмоциональное состояние. Ты его спаситель, ты нужен ему, понимаешь?.. — Павел пытался объяснить мужчине, и так очевидные факты, потому что видел как другу было сложно. Арсений немного сильнее укутался в свой шарф, и посмотрел на приятеля. Он не знал что сказать, с одной стороны, — брюнет был полностью согласен со словами друга. С другой же — все таки пугает его это все. Вдруг все не так радужно как кажется? Паша поднялся с места, натянул серое пальто, положил на стол купюру, что бы оплатить и свой кофе, и кофе друга, и лишь добавив "Подумай хорошо над тем что я тебе сказал", он направился к выходу, оставляя Арсения на едине со своими мыслями.

***

Следующий день у Антона прошел как обычно, и ни одной тени, глаз, или же двойника в квартире. Он спокойно себе ел, читал роман, переписывался с Димой, и конечно же думал. К нему в голову приходили максимально мрачные мысли, которые пусть и пугали Антона, но он все равно улыбался каждой из них. Он чувствовал себя ненормальным. Он общался сам с собой, он представлял как лежит в ванной заливаясь кровью, и его пугала мысль об этом, но он улыбался, маньячной улыбкой. Он смотрел в зеркало, и в отражении видел своего двойника, с красными сгорающими глазами, и улыбкой от которой было жутко. Мама, все так же не появлялась дома, и Антону это даже начало нравится. Он ведь и сам себе спокойно жил, со своими тараканами в голове, и разногласиями с подсознанием. Он не брался за лезвие, но так хотелось. Он во время утреннего диалога прошлого дня, обещал, что больше не сделает ни одного пореза, а обещания, — он выполняет. Шастун и не заметил как наступил вечер, а за тем и ночь. Как на зло, осталась всего одна сигарета, и так сильно хотелось чего то сладенького. И Антон, не долго думая, решает выйти в магазин, в 2:12 ночи, это ли не гениально?.. Юноша решил выйти в том, в чем ходил по дому — обычная черная футболка и домашние красные штаны. Он надел тонкую витровку, и взял с собой последнюю сигарету, зажигалку, телефон, и немного налички на сигареты и какое-то пироженое, или булочку. Забавно, но когда Антон думал про то какую булочку взять, он подумал про Арсения, и его легкий аромат карамели, и сразу выбросил из головы. Круглосуточный магазин был в минутах десяти ходьбы от дома юноши. Он спокойно шел по дворам, докуривая сигарету, он подошел к магазину, и увидел какую то компанию парней, которые топтались рядом с супермаркетом. Они посмотрели на него, и вроде как проигнорировали. Антона зашел в помещение, там было просторно, светло, и жутко, от того насколько там мало людей. Он прошел к хлебобулочному отделу, и начал выбирать. В итоге он взял круасан с шоколадной начинкой, и направился к кассам. Он выглядел на лет двадцать точно, еще и со своим то ростом. Кассирша без всяких вопросов продала ему сигареты, и он уже шел к выходу. Он зевнул, ему уже хотелось спать, но как только он вышел из теплого помещения, холод как будто тысячами маленьких иголок начал бодрить парня. Футболка была тонкой, а витровка никак не защищала от холода, он замерз, но ему было все равно. Однако он не так уж и много прошел от магазина, и почувствовал пристальный взгляд на него. Юноша как бы "невзначай" повернулся, и увидел ту компанию парней. Им на вид было по лет восемьнадцать, и человека там было три. Антон немного ускорил шаг, и заметил что шаги за ним тоже ускорились. Он снова улыбнулся своим мрачным мыслям, но все равно почему то думал что ему ничего не грозит. В какой то момент он резко получает удар под коленом, и от этого падает. Он пытается отползти назад, от надвигающихся на него парней. Он понимал что его ждет, и первое о чем он подумал, — это те самые, голубые, словно глубокий океан, глаза. Антону больно... Стоило же, ради какой то пачки сигарет выйти в магазин... Эта темная часть юноши, как будто полностью пропала. Остались страх, слабость и безпомощность. Последнее что чувствовал парень, — Это боль... Он чувствовал удары по спине, ребрам, животу, груди, лицу... Последнее что увидел, — Самого себя.. Его двойник спокойно стоял в стороне, и жутко улыбался, немного наклонив голову в сторону, его глазные яблоки были пустыми... Последнее что услышал, — Это крик... Крик таким знакомым, и таким любимым баритоном.. Мальчик больше ничего не слышал, не чувствовал, и до потери сознания, он продолжал смотреть в пустые глазницы своего двойника... Он с ненавистью смотрел на эту дьявольскую улыбку...

***

Арсений сидел в своей комнате. Он думал про то что бы подняться на этаж мальчика, и проверить как он, но воздержался, потому что посчитал это чем то сильно навязчивым. Мужчина решил спросить у парня как он, написав короткое сообщение. Проходит час-два, но ответа не следует. Арсений верит в то что мальчик уже спит, два часа ночи все таки. Мужчина лениво встал с кровати, и направился к холодильнику, в поисках чего то сладенького. Естественно он ничего не обнаруживает, и немного прикинув, подумал что хочет пройтись, а за одно и купить себе какую то сладость. Он тепло одевается, и быстро выходит. Кажется, минутами десятью ранее, он слышал что кто то спускался по лестнице, но не придал этому значения. Арсений вышел из дома, и направился в ближайший супермаркет, который, к счастью, работает круглосуточно. Он спокойно идет, всматриваясь в каждую веточку деревьев, и прислушиваясь к каждому звуку природы. Попов слышит какой то непонятный смех, человек двух-трех. Мужчина стараеися игнорировать его, пока не увидел каких то людей, которые стоя в куче, немного двигают ногами. Немного подойдя, он увидел что у них в ногах кто то лежит, свернувшись в комочек. Арсений бросается к этим людям, и только становясь все ближе, он начал молиться, лишь бы не увидеть там мальчишку. Он видит очень длинные ноги поджатые под себя.. Он видит тонкие длинные пальцы которые вцепились в русые волосы, что бы закрыть голову... И наконец, мужчина видит, эти тонкие запястия, которые очень сильно дрожали.... — Антон! — Крикнул старший, от чего повернулись обидчики. — Я уже набираю полицию! — Заявил брюнет, доставая телефон. Парни пулей пропали из поля зрения, будто их тут никогда и не было. — Антон! Антон, ты слышишь меня?! Шастун! — Арсений немного похлопывал парня по щекам, что бы тот очнулся. Он немного приоткрыл глаза, посмотрел в глаза учителю, и улыбнулся. Брюнет улыбнулся ему в ответ, ложа голову паря себе на колени. — Я приношу так много проблем... Мне очень жаль... Простите... — Хриплым голосом сказал парень, после чего медленно закрыл глаза. На глаза Попова начали наворачиваться слезы. Он боялся потерять этого парня, который уже стал для него частью его семьи. — Тоша, Тошенька, все будет хорошо... Я... Я вызову скорую.. Тоша, что болит?.. — Очень переживая спросил брюнет. Старший все время придерживал голову мальчика, что бы тот не отключался. — Все болит.. Нет.. Не нужно скорую.. — Ответил подросток очень тихо, почти шепотом, и очень хрипло. Арсения мучила совесть за то, что он не решил зайти к мальчику, потому что побоялся влезть в его личное пространство... А ведь нужно было... Мужчина встал на ноги, посмотрел на парня очень жалостливым взглядом. Было много крови, рваных ран, и уже начали проступать синяки. Как же все сживаемся внутри, глядя на бедного мальчишку. Арсений сильно нервничал, он не знал что ему делать, но первое что пришло.на ум — это принести мальчика домой, подлатать, сделать все что в его силах. — Антоша, все будет хорошо, держись.. Я.. сейчас.. — Мужчина не знал как аккуратно взять мальчика на руки, что бы ему не было больно. Он пытался как то по разному, но Антон все время мычал от боли. Арсений решил, нужно что бы юноша немного потерпел, потому что иначе, он никак не окажется дома. Как бы не было жалко парня, нужно действовать, иначе будет только хуже. Попов проигнорировав болезненое пыхтение мальчика, взял его на руки, и поспешил домой. Мужчина очень переживал, он даже представить не мог, что он будет делать если что то пойдет не так, и если парню станет хуже. Его голубые глаза, даже немного посветлели от того что на глазах немного выступили слезы, но мужчина успокоил себя моментально. Нужно быть сильным, а не сидеть и плакать. Нужно помочь мальчику, а не смотреть и сожалеть. Он даже не знал почему все таки решил не вызывать скорую, то ли это будет слишком долго, то ли слова мальчика на него все таки повлияли. Антон как будто заснул, и ему будто снился кошмар, от которого он мотал головой, недовольно пыхтел, немного боялся, его трясло, то ли от холода, то ли от страха. В этом сне он явно был не спокоен, и мычал что то на подобии "Я приношу одни проблемы.." или "Почему со мной так сложно?.." иногда и "Это все временно...". Арсений отвечал ему, надеясь что школьник слышит его через не спокойный сон. Он пытался успокоить мальчика, говорил что то успокаивающее. И наконец, мальчик уткнувшись в шею преподавателя, и скорее всего почувствовав его запах, успокоился, и мирно засопел куда то в ключицу.

***

Антон очнулся в полной темноте. Он как будто висел в невесомости, в четрой, страшной невесомости. Он встал, и пытался идти, идти, идти, что бы хотя бы куда то, но все же выйти. Шастун долго шел, ему было сложно передвигаться, потому что тело гудело от острой боли. Он не выглядел так будто его избили, но он чувствовал это всем телом. Вдруг он услышал смех, от которого кровь застывает в жилах. И не далеко появилось кресло, в котором сидел его двойник, и смотрел на него с жуткой улыбкой из подлобья. — Зачем ты на меня так влияешь? Зачем пытаешься внушить все самое худшее? Зачем попытался убить меня?.. — Антон задает вопросы которое действительно его волнуют. На этот раз, как и в последние появления тени, у нее были пустые глазницы, а не красные, сгорающие пеплом глаза, но это не мешало ей смотреть на парня. Он чувствовал ее взгляд, хоть глаз то, и не было. — Чего ты хочешь добиться? Зачем ты появился в моей жизни? А точнее, в моей голове. — Продолжает Шастун, рассматривая побитое тело, которое сидело на кресте напротив мальчика. Двойник подался назад телом, поджал губы, и изчез. В какой то момент в темноте раздался жуткий голос. — Шастун, ты такой глупый. Я это — ты. Если быть точнее, — я твоя тёмная сторона, твои худшие качества, и мысли. Я — твои сомнения, страхи, недоверие к людям, и все в одном лице. — Ответил на вопрос хриплый голос. Юноша осматривался по сторонам, но никого, и ничего рядом не оказалось. — Ты ведь сам бы и рад наконец то облегчить ношу близких. Ты ведь им не нужен, и с этим ничего не сделать, только помочь им и себе. Я не пытаюсь тебя убить, я пытаюсь объяснить, что так будет легче всем. Я тут лишь для того что бы ты сделал правильное решение. — Буквально через секунды три после слов жуткого голоса, отовсюду послышались смешки, и громкий смех где то в далеке. — Ты ведь хочешь что бы Арсу было лучше? Маме? Диме? А ты им в жизни просто напросто мешаешь, и что же лучше будет сделать, дорогой мой? Конечно, наконец то сбросить их груз, а точнее, сбросить с крыши. — Этот голос начал говорить таким тоном, будто он читает сказку, что бы Шастун заснул. Антон сначала подумал что не может не согласиться, но потом он понял, как сильно боится боли. Если у него есть темная сторона, то почему не может быть светлой? Она ведь должна быть у всех, как темная, так и светлая сторона мыслей, разума, подсознания. Мальчик решил, нужно напрячь мозг, что бы где то найти эти самые хорошие мысли, ведь единственное чем он занимался последнее время — это негативные мысли, от которых в черепной коробке образовался жуткий образ, и самые худшие ужасы. — А знаешь что? А ведь если бы я им действительно мешал, они бы вели себя по другому. Они бы давно отвернулись, или еще даже не появлялись в моей жизни. И его и бесить их, то бесить пока они не уйдут. Жизнь одна, — буду мешать им, раз это так, пока они не соберут вещи и не свалят. Все равно на их мнение, ведь если они просто сожалеют, — это ведь не дружба, и не любовь, по этому долго они не протянут. По этому, все равно, буду жить на полную, пока меня не собьет какой то там комаз, или пока не прийдет пой час. Иди в жопу, ты всего лишь, какие то преувеличение, любых моих мыслей. — Уверенно сказал парень. Во время этох слов, он почувствовал тот самый аромат, кофе, карамель, одеколон, и нотки мяты... Да, все же этот запах дает какую то силу, какую то мотивацию. Антон услышал какой то шепот, и немного улыбнулся, потому что осознал что все таки он псих, спорит с самим собой в своей черепной коробке, и чувствует запах Арсения, который так рядом... Мальчик понимал что это всего лишь какой то сон, но этот сон, он запомнит на долго, потому что он наконец то сделал свои темные мысли намного слабее.

***

Арсений растерян. Не каждый день, у тебя на кровати лежит мальчик присмерти. Мужчина нервно пытается найти аптечку, или хотя бы что то что бы хотя бы первую помощь юноше предоставить. Брюнет ничего не находит кроме какой то таблетки от головы, и зеленки, и решает что нужно бежать в аптеку. Он ложит мальчику на живот(на нем было больше всего синяков) упаковку замороженых овощей, а сам, быстро накидывает на себя курточку, и выбегает на улицу. Учитель идет всего лишь с несколькими мыслями — "Господи, хоть бы Антон спокойно спал. Хоть бы ничего не случилось, пока он сам у меня дома. Хоть бы ему не стало хуже..." Шастун открыл глаза. Почему он лежит под одеялом, но в живот все равно холодно? Мальчик приподнял одеяло, стараясь игнорировать боль при любом движении. — Понятно. — На выдохе сказал сам себе парень. Он был не у себя дома. Где он? Юноша встал с кровати, а это было трудным испытанием. Он держась за живот, и немного скрутившись все таки подходит к окну, и видит свой вид из окна, свой двор, свою площадку, дом напротив, но немного ниже, это означает, что он в своем доме, этажем ниже. Антона не сразу посетила мысль о том что он в квартире преподавателя, но все же через пару минут раздумий, он это понял. Еле волоча за собой ноги, он решил изучить квартиру. Стало интересно, как живет учитель. Не плохой ремонт, темно-серые стены, черный стол, большой зеркальный шкаф, черная двухместная кровать, две небольшие прикраватные тумбы, на одной из них были электронные часы, зеленые цифры на которых, говорили о том что уже без пяти три ночи. По планировке, квартира чем то похожа на квартиру Шастуна, но не совсем. Он увидел приоткрытую дверь, и открыл ее больше, перед ним был прямой коридор в метра три-четыре. Проходя по коридору юноша заметил входную дверь, и немного правее, напротив, еще одну комнату. В комнате было светло, она была достаточно просторной, от нее можно было выйти на балкон. Большой бархатный серый диван, письменный стол, маленький стеклянный столик рядом с диваном, и большой проход видимо на кухню без двери. Там была небольшая "ступенька", о которую чуть не споткнулся парень. На кухне были черные стильные навесные шкафчики, круглый стол, на котором стояла тарелка с фрутками, какой то новомодный серый холодильнык, кухонная тумба, полочки, и так далее. В холодильнике было много продуктов, мальчику хотелось есть, но он все таки воздержался. А выходя из кухни он оказался в "продолжении" коридора, где были туалет и ванная комната. Парень продолжил ходить по квартире и изучать ее, рассматривая каждый уголок. В двери провернулся ключ, прозвучал щелчок, и мальчик обернувшись, увидел запыхавшегося Арсения, с пакетом каких то медикаментов в руках. — Ты дурак? Быстро лег обратно, ходит он тут, хромает. — Серьезно обратился к мальчику старший, что вызвало у мелкого улыбку. — Че лыбу давишь? Быстро, я сказал — уже немного строже продолжил Попов. Антон подошел к брюнету, положил свои руки ему на скулы, и посмотрел ему в глаза, улыбаясь. Мужчина не мог понять, чего тот так сильно улыбается, ему стало немного неловко, и он нежно убрал руку мальчика со своего лица, и немного подталкивая, отправил его на кровать. Арсений только сейчас понял что парню нужно принять душ, отмыться от грязи, крови и прочего, переодеться, после чего мужчина уже будет обрабатывать раны. Юноша уже сел на кровать, и учитель резко его поднял. — Так, ты сам сможешь снять с себя одежду, потом помыться и одеться? — Посчитал нужным поинтересоваться Арсений. Мальчик хрипло хихикнул, и ответив "Конечно" встал с кровати, и направился в ванную. — Стой, стой, стой, сейчас... Секунду. — Преподаватель побежал к шкафу, и начал там рыться. Он достал светло-серые домашние штаны, черную футболку и белые, буквально, еще не тронутые боксеры. Он протянул вещи Антону, а потом понял что мальчик грязный, по этому он сам положил одежду на стиральную машину. Десятиклассник пожал плечами, и закрылся в ванной. Арсений почему то с облегчением выдохнул, и взял в руки телефон, проходит наверное секунд десять и он слышит "А свои вещи куда положить?!". Мужчина улыбнулся, и подумал над ответом. — Та в стиралку сразу закинь. — Мальчик кивнул, как будто старший его видит, достал из карманов все свои вещи: сигареты, телефон, ключи, булочку которую купил, и сдачу, и положил на стиральную машинку, рядом со свежими вещеми. Антон принял теплый душ, было болезненно стоять в душе, потому что все тело гудело от сильной боли. Нос, скула, плечи, спина, живот, ребра, бедра, колени, руки — все это очень болело, потому что эти части тела, к сожалению, какие то непонятные парни, отбили. Юноша вытерся, встал на коврик, и посмотрел на чистые вещи. Он одел боксеры и штаны, и держа в руках футболку, он уткнулся в нее носом, и просто наслаждался ее запахом, она пахла приятным стиральным порошком кажется с лавандой. Арсений услышал как открывается дверю в ванную и пошел следом за хромающим парнем в комнату. Мальчик лег на кровать. — И что теперь? — Немного шипя от боли он привстал на локтях. Мужчина закусил губу, и посмотрел на парня, после чего положил ему руку на грудь и немного надавил, чтобы он лег. Учитель начал копаться в своем пакете новых медикаметров, достал из него обезболку, бинт, вату, и перекись. Проходит минут десять, и мужчина уже заканчивает латать раны мальчишки, а тот продолжает шипеть, ворчать, пыхтеть, и много-много разных звуков, от боли. — Так, а теперь, рассказывай, какого хера, ты вышел на улицу в 2 часа ночи? — Все таки приходит время этого вопроса, и мужчина задает его строгим тоном. Шастун немного помялся, он не очень хотел отвечать на этот вопрос, ведь раньше в нем не было столько "храбрости" что бы ночью куда-либо выходить. Он не мог рассказать мужчине о всех своих внутренних переживаниях, о противоречиях, о всех разговорах с собой и галюцинациях, — ведь препод просто посчитает его психом и запихнет в психбольницу. — Сладенького захотелось, и сигареты закончились. — Антон сказал это так, будто он скулящий милый щеночек. Ну как на такого злиться? — Ты мог потерпеть, или на крайняк зайти ко мне, не подумал? — Уже более спокойно говорит Арсений. Он все равно зол на мальчика за то что тот подверг свою жизнь опасности, а ведь его могли убить, не будь мужчина таким же идиотом который ночью в магазин вышел.. Ну эту деталь мы упустим. Парень то, был безащитным котенком, а Попов наоборот. — Я хотел курить, очень, а тебя тревожить не хотел, я думал ты спишь.. — отвечает мальчик. Мужчина посмотрев на него, уже не мог злиться на бедного Антошу, он просто лег рядом с ним, и обнял его, уткнувшись в его шею носом. Они долго лежали и общались ниочем, пока не заснули, в уютных, теплых обнимашках.