Глава 1
19 июня 2021 г., 21:45
Дождь беспощадно бил по железной крыше остановки, отчего маленькие капельки отскакивая, разбивались об асфальт. На улице, практически, не осталось людей. Редко проезжали велосипедисты, либо пробегали женщины с разноцветными зонтами. Сидя на деревянной, тонкой скамье и поджимая к ногам рюкзак, маленький мальчик всматривался вдаль, но не мог разглядеть ни единой машины. Его волосы и одежда насквозь намокли, тонкие прядки волос не хотели держаться за ушами. Вздыхая, с каждым разом всё глубже, он нехотя опустил взгляд на обувь. Все одноклассники одевающиеся по погоде, хвастались новыми ботинками или сапогами, а на его ногах, до сих пор, с лета, красовались тряпичные кроссовки, уже везде обклеенные и обшитые старыми нитками и заплатками. Рассматривая прохожих, мальчик замечал различные эмоции на лицах: жалость, безразличие, а то и вовсе злость. Однажды, его выгнали из детского парка, в котором он качался на качелях, обозвав заразным и больным, из-за больших синяков под глазами, бледной кожи и ссадин на руках и ногах. Рюкзак, с которым мальчик ходил в школу, тоже имел свою историю. Отец подобрал его на блошином рынке, у старого торговца, который решил распродать всё своё нажитое барахло. Когда вещь всунули в руки, он сначала долго не мог понять, ему ли это предназначается, но после поблагодарив, старался не сводить с рюкзака глаз. Это был первый и единственный подарок отца, обычно, он не тратил деньги на мальчика, отдавая предпочтение спиртным напиткам или сигаретам. Лямки рюкзака отрывались уже три раза за начало года, но тихонько стащив пару катушек ниток и иголку, мальчик, как мог, пришивал всё на место.
К остановке подъехала старая, облезлая машина из которой высунул голову, почти лысый старик. Стараясь не поднимать взгляда, мальчик поджав свои губы, трясся от холода, но игнорировал незнакомцев. Осмотрев ребёнка с ног до головы, ещё двое, достаточно грубым голосом, предложили: прокатиться, а сам старик подмигивал, демонстрируя тощую руку в наколках. Отрицательно мотая головой, мальчик понял, что медлить больше нельзя, автобус не приедет, а на улице становилось всё холоднее и солнце клонилось к закату, пуская на свои улицы подозрительные личности. Спрыгнув со скамьи и закинув рюкзак на одно плечо, мальчик почувствовал как быстро замерзают ноги, пропитавшиеся водой от мокрой обуви. Сложив руки на груди и пряча пальцы в рукава лёгкой кофты, мальчик перешагнув ограждение пошёл в сторону леса. Чем дальше он отдалялся от трассы, тем спокойнее ему становилось на душе. Через лес он наловчился ходить уже давно, несмотря на все наказы учителей, эта дорога считалась самой быстрой. Тропинки тут не было и перепрыгивая через корни деревьев, мальчик изредка сдувал падающие на глаза волосы. Об этом месте отзывались плохо: лес маньяков, бомжей и прочей людской гадости. Старых бутылок и запаха тухлятины тут действительно было много, но место которое он называл домом, практически ничем не отличалось от этих мест. Может, лишь, наличием кровати. Хотя, место на котором спал мальчик было больше похоже на собачий спальный мешок.
Смотря на небо, мальчик сам того и не заметил, как подошёл к железному забору. Осмотревшись по сторонам и перекинув рюкзак на другую сторону, он быстро опустившись на землю, переполз на другую сторону. С этой стороны решётка была измазана краской и яркая надпись: вход запрещён, была почти оторвана и закрашена мелками. Впереди красовались полуразвалившиеся многоэтажные здания. Это был один из районов города и когда-то он даже пользовался популярностью, тут строили дачи, бегали дети с обеспеченными родителями. Но, время никогда не стояло на месте и теперь тут живут только хиппи, бездомные попрошайки, работники трасс и прочий сброд. Громкая музыка начала бить по ушам, как только мальчик начал идти между переулками. Сильнее прижимая к груди рюкзак, он натыкался на беззубые улыбки и протянутые руки, от которых ловко уворачивался или фыркал, отталкивая назад. Подойдя к белой, обшарпанной двери и почувствовав омерзительный запах, мальчик прикрыв нос и рот рукой, осторожно достал ключ из кармана штанов. Вставить его с первого раза в замочную скважину не вышло, но спустя пару попыток, ключ наконец войдя в отверстие, провернулся. Дверь со скрипом отошла назад, но ощущение, что она вот-вот отвалится никуда не делось из маленькой головы. Её никто не подкручивал сотни лет, а дверные петли уже лопались и держались на тоненьком клеевом слою. Искать источник запаха мальчик не желал и слегка потоптавшись на пороге, прошёл вперёд. В квартире не было света, кажется, его отключили ещё месяца три назад, за неуплату счетов и прочие коммунальные задолженности. На первом этаже находилось две комнаты, одна представляла из себя гостиную: в самом центре стояла пара деревянных досок с цветочной вазой на самом верху, в углу красовался диван, весь в пятнах и дырах от пружин, на полу валялись старые тряпки и миски кота, который неделями не появлялся дома. Раньше тут ещё был комод с вещами, но после очередной пьянки, всё чудным образом исчезло за одну ночь, а часть вещей просто перешла в огромную кучу на полу. Вторая комната была кухней, на ней стояла плита, деревянный стол, раковина которую не мыли месяцами, пара валяющихся тарелок и кисточек, прямо внутри. Раньше тут ещё была посудомойка и, кажется, духовка, но это забрали за неуплату налогов. Маленький холодильник, который отец подобрал в мусорном баке, обрёл своё место под столом, рядом с пледом и плюшевым мишкой. Несмотря на наличие холодильника в этой квартире, он зачастую был пуст. Мальчик редко находил в нём еду, зачастую, это были банки пива или куски прогнившего хлеба.
В коридоре, между полками и барахлом, на выброс, красовалась лестница, с переломанными ступеньками. Забрав из гостиной свой карандашик, мальчик оглядев взглядом батарею и не найдя на ней сухих вещей, поднялся по этой лестнице на своё спальное место. Только тут, он сняв свой рюкзак с плеча, смог отбросить его в сторону и натянув на себя длинную футболку, сложить вещи в большой чемодан, который был найден недалеко от дома и имел сотню маленьких дырок. Лестница вела на маленький чердак. Тут, прямо на полу, лежал большой матрас, а рядом тот самый чемодан с улицы. На матрасе мальчик расположил свою куртку, пару отцовских рубашек и плюшевого мишку, которого ему подарила «женщина» с трассы. Чердак выглядел достаточно просто, но был самым тёплым местом в квартире. Тут его не мог достать пьяный отец и его друзья, часто проводящие время в квартире. Большинство жильцов в этом районе не имели своего достатка и напиваясь до потери сознания, валялись прямо на дорогах и ступеньках.
Уснуть в эту ночь не получалось долго. Рассматривая рисунки в своём блокноте, мальчик слышал скрип и ворчание, громкую музыку, ругань, а отец и вовсе не вернулся домой в таком позднем часу. Повернувшись на бок и прижимая ноги к груди, мальчик не знал, как завтра будет объяснять школьному психологу своё состояние. Каждый месяц в их школе идут занятия и проверки, в прошлый раз он не пришёл, а месяца два назад обещал, что сам поговорит с родителями. Школьная учительница уже давно заметила неладное: он неопрятно одет, одежда вся заросла пылью, волосы стоят, а сам ребёнок в предсмертном состоянии. Мальчик не носил обеды с собой на занятия, но каждый раз улыбаясь, утверждал, что они ему не нужны. Живот предательски урчал, а он лишь улыбался, продолжая обманывать. Друзей в группе у него не было, а вот не приятелей мальчик нажил быстро. Детям не нравилось, что он не такой как остальные, что он странный. Родители не встречают после школы, да и выглядит он так, словно его бьют. Маленький зомби…
Все плохие слова сказанные в свой адрес, мальчик хорошо помнил и даже специально запоминал. Читать он ещё не умел, как собственно и писать, но памятью обладал прекрасной. Заснув только под утро, мальчик снова с трудом поднял голову с подушки. Спустившись по лестнице и попутно снимая с себя футболку, он встав перед зеркалом, осматривал своё тело. Торчащие рёбра, ноги и руки все в крови и синяках, на ступнях имеются раны и мозоли, а синяки под глазами, казалось, только увеличиваются в размерах. Взяв из раковины расчёску, мальчик кое-как уложив волосы, натянул на себя ещё мокрый свитер. Он неприятно ложился на тело, прилипая и остужая его, но другой одежды под рукой не было. Волосы мальчика отросшие ещё на пару сантиметров, уже почти достигали плеч, из-за чего, его вполне можно было спутать с девочкой. В своём шестилетнем возрасте, он уже всё понимал, насчёт гендерных стереотипов и внешнего вида. Одноклассники, все без исключения, бегали подстриженные под корень, а Ларри засматривался на разноцветные резинки и заколки девочек. Выглядывая в окно, через прилипшие к стеклу газеты, мальчик сжимая в руках спинку стула, никак не мог собраться с силами и вновь пойти в школу. Это место ему не нравилось. Учитель относился к нему как к брошенному в мусорный контейнер щенку, а одноклассники чуть было не утопили его в школьном сортире, из-за внешнего вида.
Одевая свои единственные кроссовки на ноги и закидывая на плечо рюкзак, Ларри открыв окно, спрыгнул вниз. Через дверь он предпочитал не выходить по утрам, чтобы не мучаться с ней ещё больше, чем оно уже есть. Пробираясь через заросли кустов и грядок, мальчик вдруг застыл на одном месте. Приложившись к стене лицом, на земле валялся парень. Вся его одежда была порвана, а спина изуродована до такой степени, что моментами проглядывал позвоночник. Прикрыв лицо ладошками рук, Ларри осторожно перепрыгнув через мёртвое тело, прибавил шаг, а под конец и вовсе побежал к железному забору.
В школе дела обстояли как и прежде. Найдя свой самый дальний шкафчик и прикрепив к одежде именную наклейку, мальчик отправился в класс. От его кроссовок на полу оставались мокрые и грязные разводы, но он старался не обращать на это внимания, лишь изредка виновато поглядывая на уборщика. Он стоял в коридорах круглосуточно и ему явно не нравился внешний вид мальчика. Учился Ларри в подготовительной группе, отчего все кабинеты были ярко украшены в цветочки, деревья и птичек. А столы сдвинутые в один большой круг, образовывали пенёк, посреди кабинета.
— Ну что, ребята, вы готовы поговорить со школьным психологом? — Учитель, как обычно, улыбалась.
По всему классу послышался детский гул и смех. Девочки прижимали к груди своих кукол, а мальчики шептались сзади, им не терпелось продолжить играть в мяч на заднем дворе. Все дети были крайне хорошо одеты, несомненно, ведь родители никак не хотели привлечь внимание психологов, тем более, в плохом цвете.
— Ларри, ведь, да? — Не заметив как хлопнула дверь, мальчик продолжал лепить из пластилина, проигнорировав вопрос.
Он знал, что одноклассники начнут обсуждать его. Психолог часто первым делом обращалась к нему, задавала вопросы и даже пыталась подключиться к играм, этот раз не стал исключением.
— Какая у тебя красивая одежда, Ларри, а что ты лепишь?
Слегка улыбнувшись, мальчик не стал делать замечание о том, что врать в данной ситуации совсем не обязательно. В блокноте у психолога, после занятия, обязательно появится метка об этом всём: неразговорчивость, плохой внешний вид и состояние. Моторика у Ларри тоже была развита не самым лучшим образом, он пытался вылепить два круга, но они выходили страшными и совсем не ровными. Слегка покусывая нижнюю губу, мальчик тихо стучал ногой по полу. Ему не нравился пристальный взгляд психолога на себе.
— Мама забыла постирать.
Голос слегка дрогнул, а буквы вновь получились картаво. Убирая волосы за уши, Ларри не поднимал взгляда вверх.
— Как зовут твою маму?
По правде, мальчик не знал этого. Иногда, к ним в квартиру приходила женщина. От неё неприятно пахло сигаретами и алкоголем. Она заваливалась, мусорила, пользовалась их вещами, а пару раз даже топтала мягкого мишку, которого Ларри прятал под столом. Эту женщину, отец велел звать матерью. Но подходить к ней мальчик боялся. Она постоянно кашляла, выглядела страшно, а клоки её волос вечно засоряли раковину.
— Её зовут Марта.
Марта — кошка, нарисованная на обшарпанных обоях в гостиной, в самом пыльном углу. Ларри назвал это имя, потому что пару раз наблюдал, как женщина носила разодранный халат с кошками, из которого то и дело вылезали все её части тела.
— Марта говоришь, — Психолог сделала недолгую паузу, — Где работает отец?
Понимая, что у него ничего не выходит, мальчик перестав лепить, недовольно покосился на часы. Времени до конца беседы было ещё слишком много, а он не желал больше врать, — Я люблю компот из ягод.
В голубых глазах смотрящих прямо на психолога, можно было заметить грусть и сожаление, смешанные со всеми проблемами этого мира. Маленький мальчик, так жадно цепляющийся за свой мирок…
Отложив пластилин в сторону и схватив в руки свой рюкзак, Ларри вскочив со своего места бросился бежать прочь. Он чувствовал, как его хватали за руки и плечи, но сжимая пальцы и отталкивая взрослых, не собирался останавливаться. Точного адреса его проживания в школе не знали, отец часто приносил липовые справки и прописки, поэтому, именно в старой, вонючей квартире, мальчик чувствовал себя в безопасности.
Как бежал по трассе и лесу Ларри не помнил, чувства смешались, а в голове звучали лишь новые вопросы психолога о семье. По щекам ручьём катились солёные слёзы, а на коленках появилась пара новых кровоточащих ран.
Захлопнув за собой дверь, мальчик тихонько прокравшись на кухню, постарался отмыть с тела песок и грязь. Рюкзак, прилегающий к стене, он ногой запихнул поглубже под стол, услышав приглушённые шаги.
Когда в комнату вошёл небритый, высокий мужчина, сердце Ларри забилось быстрее. Ранее он незнакомца не встречал. Страх, пронзивший тело, не давал сдвинуться с места. Сзади мальчика находилась лишь пара грязных ложек, а ими защитить себя он не мог. Поправляя шапку на затылке, мужчина положив руку на стол, слегка согнулся в пояснице. Все действия незнакомца Ларри воспринимал враждебно, отчего часто сжимал руки, всем телом прижимаясь к раковине и посматривая на свой рюкзак. Хотелось схватить его и выбежать на улицу, но проход узкий и незнакомец, непременно, схватит раньше.
— Как тебя зовут, малец?
Прокуренный голос, как и у большинства обитателей здешних мест.
На вопрос мальчик не ответил, лишь поджал губы и спрятал руки за спину, пытаясь нащупать острые предметы.
— Какой молчаливый, а отец у тебя более разговорчивый был.
Когда речь зашла об отце, Ларри на секунду задумался. Этот незнакомец знает отца, а возможно, угрозы не несёт. Но ещё раз прокрутив слова, понял, что это было сказано, явно не в положительной форме. Если отец что-то задолжал, то скорее всего, этот незнакомец пришёл за их вещами.
— Твой отец мёртвый в сарае валяется, а если ты сейчас не заговоришь, отправишься к нему.
Незнакомец ухмыльнулся, — Я думал, что он только квартирку оставил, а тут такое наследство.
Постучав пальцами по столу, незнакомец сделал пару шагов вперёд. Мальчик был ему ниже пояса, а страх заполнил всю квартиру. Ожидая всего самого плохого, Ларри прикрыл глаза, пытаясь не разреветься. За эти секунды, он понял, почему отец не пришёл вчера вечером и что незнакомец, скорее всего, хочет и его смерти тоже.
Подняв голову ребёнка за подбородок, незнакомец слегка сжал её в своих руках, но не получив криков о боли, отстранился. Особых планов на ребёнка у него не было, да и кому нужна эта морока в такое время.
— Я даю тебе три секунды, чтобы убраться отсюда.
Вздрогнув, Ларри прижимаясь к стенам, достал свой рюкзак, а после, сложив в него плед и мишку из-под стола, покосился на лестницу. Незнакомец начал отчитывать секунды. На спальном месте, мальчик не оставил ничего, кроме пары рисунков, но убегать из родной квартиры было грустно. Ком стоящий в горле никак не хотел убираться, а ноги неприятно болели от новых ран. Хватка незнакомца была почти неощутима и совсем не сравнима с теми ударами, которые Ларри получал от отца.
Оказавшись в переулке, мальчик придерживая рюкзак за ручку, сделал пару шагов вперёд. На балконе второго этажа, красовался фикус в горшке, но его листы пожелтевшие от сигарет, были готовы вот-вот отвалиться и улететь прочь. На небе виднелась пара чёрных туч, видимо, к вечеру пойдёт дождь. С самого детства Ларри очень любил грозу. Сидя на подоконнике и укутавшись пледом, он мог часами наблюдать за раскатами грома. Отец в это время уже спал, а мальчик ходил на цыпочках, чтобы не побеспокоить чуткий сон надзирателя.
Когда он был младше, жизнь казалась проще. В ней не было школьных учителей, которые пытались влезть к нему в душу и личное пространство. Да, отец, чаще бил его, прикрикивая, чтобы Ларри побыстрее нёс еду и чашки для водки, но вечером, когда все засыпали, он вырисовывая в своём блокноте яркие рисунки, надеялся на иную жизнь. Бывало, пару раз, что мальчик прижимаясь спиной к стене, не мог пошевелиться от боли и отец тушил об его ноги окурки, разрешая друзьям трогать его и совершать неприятные вещи. О таких днях Ларри помнил, но старался вычеркнуть их из своей жизни, как бы больно ни было, он жил, жил в этом городе и именно с этими людьми.
Оглядываясь по сторонам, мальчик шёл прямо, между домов. Этот жилой район был длинным и медленно, на самой окраине переходил в другие. Дойдя до полуразвалившегося магазинчика, Ларри присев на его ступеньки, достал из кармана связку ключей. На старой проволоке их было три: от квартиры, от сундука на чердаке и просто найденный в лесу, ржавый, помятый ключ.
— Эй, малыш, ты потерялся?
Спиной почувствовав чью-то ногу, Ларри резко убрав руку обратно в карман, отрицательно помотал головой.
— Детям не особо подходит гулять тут.
Голос звучал мягко и приятно, отчего вызывал доверие мальчика, хотя, поворачиваться к его обладателю он не спешил. Но, делать этого и не пришлось, ведь обладатель голоса до конца спустившись по лестнице, сам вышел вперёд. Изначально, Ларри посчитал его женщиной: длинная юбка, короткий топ, туфли на высоком каблуке, измазанное косметикой лицо.
— Меня зовут Барри, — Улыбаясь, мужчина протянул ребёнку руку, — Пожми.
На пальцах Барри красовалась сотня различных колец, волосы были собраны и убраны назад, а ногти неопрятно покрашенные в розовый цвет, выделялись на фоне тёмной одежды.
— Ты мальчик? — Ларри протянул свою руку в ответ, — Я думал, что так одеваться нельзя.
Мужчина лучезарно улыбнувшись, отрицательно качнул головой, — Мой дорогой, ты можешь одеваться как хочешь.
Столько милых слов в свой адрес, мальчик ранее никогда не слышал. Ещё раз глянув на руки Барри, а потом и на свои, Ларри поспешил спрятать их за спину. Его ногти были грязными, отчего мальчику стало стыдно за свой внешний вид.
— Где ты живёшь, малыш?
Барри смотрел на него, не сводя взгляд, изредка поправляя спадавший с плеч вверх. Он работал в этом районе уже давно, тут было множество голодных мужчин, готовых заплатить любые деньги, за хорошую ночь, а в этом мужчина был хорош.
— Я нигде не живу, но останусь тут, теперь я буду спать на крыльце, — Прижимая к себе рюкзак, Ларри помнил, что в нём он припас несколько булочек хлеба, которые смог выпросить на рынке у одной казачки.
— Малыш, ты не можешь спать на крыльце борделя.
На этом самом крыльце, Барри натыкался на многих интересных личностей: пьяница, рассказывающий, что он был миллионером, сброд цыган, беременная женщина желающая сделать аборт у местного психа, но встретить ребёнка, он никак не ожидал. Дети не живут в этом районе, тем более, не спят на крыльце борделей. Пускай Барри и не был опытной нянькой или отцом, но насчёт этого факта был точно уверен.
— Что такое бордель? — Ларри перебил размышления мужчины, — Это кафе в котором ты работаешь?
Откашлявшись, Барри пожал плечами, — Знаешь, мне кажется, что мы подружимся.
Вспоминая где он посеял ключи от квартиры, мужчина одной рукой постарался поднять ребёнка, — Ты поедешь ко мне в гости, мы с тобой будем друзьями.
Такого предложения Ларри никак не мог ожидать. Барри показался ему интересным, а то и вовсе манящим и притягательным. Он носил длинные ногти, красил волосы и лицо, хотя все учителя в школе, твердили, что такими вещами могут заниматься только девочки. Поднимаясь на ноги, мальчик протянул мужчине свою руку, — Я хочу заколочки.
Квартира Барри находилась в трёх кварталах от полуразвалившегося магазинчика, каковым его считал Ларри. В кирпичном здании, за рыбными лавками и одеждой, проходил тонкий коридорчик и одна из дверей в этом коридорчике, принадлежала мужчине. Всю дорогу, мальчик не сводил взгляда с нового друга. Он оценивал его внешний вид и мечтательно представлял, что может одеваться точно также, ведь Барри уже пообещал ему разноцветные заколки. Рюкзак, почти спадающий с плеча был достаточно тяжёлым, но Ларри старался не подавать виду, чтобы не задерживать мужчину.
Когда пожелтевшая дверь с различными надписями отворилась, мальчик первым делом увидел множество ковров и забавных штук для интерьера. Это были вазы, висящие штуки, разноцветные ковры. Квартира пускай и не имела больших размеров, но была светлой и яркой, а в углу красовалась деревянная лестница на верхние этажи. Изначально, Ларри посчитал, что это место и является основным домом Барри, но когда узнал, что это лишь вход, сильно удивился. Ранее он не видел таких странных домов, ведь, чтобы пройти в квартиру, нужно помешав чужим людям, пройтись по их жилью. Быстро вбежав вверх по лестнице, мальчик присев на корточки, наблюдал за тем, как его новый друг жестами объясняет что-то пожилой женщине, при этом мило улыбаясь. Дождавшись Барри, они прошлись по второму этажу, вплоть до его конца и только тогда, Ларри смог оценить квартиру нового друга. При входе мальчика встретил деревянный шкаф и зеркало, а чуть подальше располагался диван и длинный стол.
— Теперь я могу узнать, что ты делал на улице? — Ловким движением рук, Барри достал из-под дивана пару пустых банок спиртного.
— Мой папа меня бросил, теперь я совсем один, — Ларри решил рассказать правду, надеясь, что новый друг не выгонит его на улицу, — Я убежал из школы пораньше, ведь учительница хотела вызывать злую тётеньку, которая отберёт меня.
Вздохнув, Барри продолжал убирать с пола мусор. Он понимал, к чему клонит этот ребёнок, ранее он уже имел дело с опекой, будучи подростком. Мужчина был готов слушать и дальше, но мальчик резко замолчал, тем самым, позволяя поглубже задуматься и уйти в свои мысли. Выкинуть брошенку на улицу Барри не мог, сам помнил, как это тяжело, а сдать его полиции возможности не предоставлялось, ведь мужчина и сам был в розыске за продажу тяжёлых наркотиков. Встав во весь рост и повернувшись к ребёнку, Барри цокнул, — Я оставлю тебя у себя, но с одним условием, что ты не будешь доставлять мне лишних хлопот.
Работая в борделе, Барри часто приводил в дом своих клиентов. Так он мог заработать больше денег, так ещё и споив клиента, забрать его остатки из кошелька. Ребёнок, мог вполне помешать этому, но если пристроить его к знакомым и приучить тишине, то обузой он не станет.
— Ты сказал, что не хочешь ходить в государственную школу, поэтому, будешь ходить в мою.
Смысл своих слов, новый друг не объяснил, но Ларри верил ему, поэтому лишь слабо кивал в ответ на все высказывания. Пока Барри готовил яичницу на плите, мальчик присев между большим горшком с цветами, достал из рюкзака футболку. Осторожно сняв с себя вещи и переодевшись, Ларри сложив свой свитер и штаны, решил оставить их на полу. В рюкзаке, помимо пледа, он всегда носил с собой фонарик и батарейки, на случай темного времени суток, ведь именно темноты мальчик до смерти боялся. Проведя рукой по подоконникам и всем висящим штукам в квартире, Ларри заметил пару фотографий на стенах. Они все были чёрно-белыми, с размазанными лицами, но выглядели такими счастливыми. Пытаясь дотянуться до одной из них, мальчик не заметил как в комнату вернулся Барри с двумя тарелками в руках.
— Это не моя семья и меня нет на этих фото, они принадлежат старым владельцам.
От неожиданности Ларри вздрогнул, — Папа вешал на стены газетные статьи и вырезки.
— Зачем ты вспоминаешь того, кто тебя бросил? — Удобно расположившись на диване, Барри поднёс ко рту вилку с куском яичницы, — Меня тоже бросили, но я их не вспоминаю.
— Кто тебя бросил? — Новый друг нравился мальчику, поэтому, он посчитал, что такой интересный человек должен нравится и всем остальным тоже.
— Общество не любит тех, кто не похож на них, — Уже смыв с себя всю косметику, Барри начал выглядеть более естественно, — Поэтому стоит быть осторожнее со своими желаниями.
Вечер в новой квартире, прошёл не так как дома. Новый друг задавал много вопросов Ларри, про его возраст, имя, увлечения и последующие годы жизни. Сам Барри пускай и редко, но вставлял в промежутки истории и о себе, оставляя в секрете место своей работы, но подчеркнув, что мешать ему в этом — нельзя. Ночью мужчина бросив на диван большое одеяло и пару подушек, разрешил ребёнку спать рядом с собой, но тот пождав к себе ноги, всё равно чувствовал себя не комфортно и спал, почти полностью вжавшись в спинку.
Рано утром, когда солнце ещё даже не показалось на горизонте, Ларри предоставили пару рубашек и шорты. Сам Барри позавтракав остатками вина, пытался распланировать своё время на день. Сейчас он собирался закинуть ребёнка к Луи и отправиться к Нелли, которая уже должна была позаботиться о его списке клиентов на день, а возможно и ночь. Нелли мужчина знал давненько, эта хитрая прохвостка украла его деньги, когда он первый раз наткнулся на эту дешёвую забегаловку, в которой женщины трясли своими обвисшими телами.
На удивление мужчины, буквально за десять минут, мальчик уже был одет и топтался у выхода, в ожидании. Посмотрев на ребёнка, а после на его волосы, Барри достав из шкафа пару резинок для волос, заплёл на голове Ларри пару маленьких хвостиков. Подвал Луи находился достаточно близко, но как только мальчик заметил куда они идут, то вопросы из его уст не имели конца. Барри пускай и имел крепкие нервы и хорошую выдержку, но окончательно сдавшись и подтолкнув ребёнка вперёд, просто скрылся из виду. Что делать с новым подопечным, он объяснил Луи ещё вчера, написав тому сотню сообщений о том, что малец даже не умеет читать в силу своего возраста. Оставшись один в тёмном коридоре, Ларри решив, что его снова бросили, медленно поплёлся вперёд. Свой рюкзак он оставил у входа в квартиру нового друга, ведь Барри запретил брать вещь с собой. Фонарик который сейчас бы так пригодился, мальчик тоже забыл, а именно поэтому шёл как на иголках, совершенно не зная, к чему это может привести.
— О, а я тебя везде ищу.
Прямо перед собой, Ларри заметил чей-то силуэт. Подойдя ближе, он смог рассмотреть смуглые черты лица: маленькие косички и тёмно-чёрные глаза. Насторожившись, Ларри чётко помнил, что Барри называл это место школой, но разве подвал мог являться таким учреждением.
— Чего притих? Я Луи, тебя ко мне братуха подкинул, — Луи был весел и казалось не имел других забот, как присматривать за чужим ребёнком.
— Вы не школа, — Мальчик снова запинался в своей речи, путаясь в словах.
— Ты не дорос до школы, а читать я тебя и сам научу, — Подмигнув, Луи подняв ребёнка на руки, закинул его к себе на плечо.
Все движения произошли так быстро, что Ларри толком не успел ничего сообразить, а оказавшись повисшим в воздухе и вовсе потерял всякую надежду.
Когда Луи посадил его на старое кресло, мальчик вспомнил свою учительницу и яркий кабинет. Учительница интересно рассказывала о всяких животных и даже водила их на прогулки в парк, а что ему мог дать этот знакомый Барри, он не мог себе и представить. Неужели он будет рассказывать ему про улиток в таком страшном месте. Луи принёс его в какой-то маленький недо-бункер, без окон и одним единственным выходом наружу. К стенам прилегали железные ящики, а по полу валялись пачки из-под чипсов и газировки.
— Ты друг Барри? — Засовывая пальцы в маленькую дырку в кресле, решил поинтересоваться Ларри.
— Мы приятели, но он часто тусит один в последнее время, может обострение, — Луи отвечал на все вопросы спокойно, но имел такие большие зрачки, несвойственные обычным людям.
— Что такое обострение? — Мальчик обратил внимание на глаза Луи и старался почаще в них заглядывать.
— Барри немного болеет, он один, но на самом деле его много, — Луи начал показывать что-то руками, стараясь объяснить ребёнку взрослые вещи, — Тебе не понять.
— Он и женщина и мужчина? — Вспомнив одежду Барри, мальчик попробовал сделать такой вывод, — Наверное это хорошо.
Луи посмотрел на ребёнка с неким подозрением, а после вспомнил, чем планировал заняться вместе с новой парой маленьких рук.
— Ты умеешь быть незаметным?
Луи хорошо помнил, что ему говорил Барри на тему воровства, но ведь ребёнок маленький и такой незаметный, а именно поэтому, продавцы даже не заметят такой хитрости. Об этой затее Луи задумался ещё после первого сообщения, однако, тот факт, что он может получить по шапке слегка притормаживал процесс.
Луи — наркоман, сидящий на тяжёлых наркотиках уже третий год, познакомился с Барри в одну ночь, когда будучи под жёстким кайфом, чуть было не переспал с тремя азиатками. После этой ночи, он получал от друга по шапке за каждый свой маленький промах, а воровство, одна из личностей Барри не любила больше всего. Интересно, впихни он в это дело мальца, убьёт ли он его окончательно…
— Я незаметно брал еду из-под носа отца, — Ларри прошептал это тихо, — Барри не разрешает говорить о тех, кто бросил тебя.
Луи ухмыльнулся и даже не удивился такому высказыванию о друге. Как-то раз он задел тему о семье, так Барри разнёс ему пол подвала, сломав телевизор и стол, а после долго не мог успокоиться, смыв в унитаз пару пачек с наркотиками.
— Тут рядом есть ларёк, ты должен проползти снизу и схватив коробку пива, вернуться обратно, — Луи прищурился, ожидая, что малец станет препираться, как это подобает детям в таком возрасте.
Глаза Ларри начали бегать по комнате, а в голове пробегали различные мысли, от тех, что просьба плохая и до тех, что он может получить уважение со стороны своего учителя. Хотя, честно говоря, из Луи ужасный педагог.
— Почему у тебя такие большие зрачки? — Мальчик сам того не заметил как перевёл тему разговора.
Луи тяжело вздохнул, — Я родился такой, — Ну, не рассказывать же мальцу о тяжёлой степени наркомании, — Работать будешь?
Медленно, но согласно кивнув, Ларри понимал, что его могут поймать и тогда без полиции дело не решиться, а её он боялся. После смерти отца, родственников больше не осталось, а значит, его как бездомного котёнка заберут в приют, где придётся спать на железной кровати и жить с другими детьми. И если кровать Ларри не пугала, то другие дети очень даже. Будучи не социальным, мальчик не умел находить с ними общий язык и зачастую, являлся объектом насмешек и травли.
— Тебя уже ловила полиция?
По дороге до ларька, мальчик старался обходить все лужи, ещё утром заметив, что подошва его кроссовок совсем отлипла и вот-вот отвалится.
— Полиция, да что они мне сделают, я слишком ловок для них и хитёр, — Слишком перехваливая свои способности, Луи говорил громко, не секунду не сомневаясь в своих высказываниях.
На прошлой неделе, его поймали и он почти неделю просидел за решёткой, пока шло дело о его многочисленных кражах, а проверка на наркотики и алкоголь в крови дающая зелёный свет, планировала засадить его за решётку на очень долгое время. Благо, Барри умел решать такие вопросы и будучи в ужасно рассерженном состоянии, поменял Луи местами со стражем закона.
Отвлечь продавца — не сложная задача, особенно, если знать на какие точки нужно давить. Луи частенько пристающий к молодым девушкам на этой улице, выучил все вредные привычки толстого пьяницы.
Когда Ларри объяснили его задачу более подробно, он неохотно присел на корточки, заглядывая под доски, названные полом. Из ларька неприятно пахло рыбой и водорослями, а на земле ползали насекомые, которых мальчик ненавидел всем сердцем. Однажды, Остин — одноклассник, принёс в группу своего паука, так Ларри чуть руки не лишился, когда насекомое совершив нелепый прыжок, укусило его прямо в палец. Задерживая дыхание и собираясь с духом, мальчик спрятав пальцы рук в рукава рубашки, медленно полез под доски. Чем глубже он заходил, тем отчётливее слышал дыхание и тяжёлые шаги сверху. А маленькие насекомые, кажется, все разбегались в разные стороны. Дойдя до самого конца, Ларри уткнувшись макушкой головы в деревянный тупик, начал искать отверстие, про которое твердил Луи. Просунуть туда руку оказалось лёгкой задачей, а вот дотянуться до коробки с пивом у мальчика не получалось.
— Что ты мелешь мне тут, проваливай, пока я сам к тебе не вышел.
— Так это шутка такая, чувак.
Замерев на месте, Ларри прислушивался к голосам продавца и Луи, который видно, чем-то не угодил первому. Рубашка, которая была одета на мальчике вся испачкалась в песке и грязи, отчего тот слегка вздрогнул, не желая огорчить Барри. Когда голоса стихли, Ларри наконец-то нащупав ящик, резким движением потянул его вниз, отчего деревянный пол треснул, образовав дыру. Маленькие щепки и пыль полетевшая на мальчика, заставила его прикрыть глаза от боли и раздражения, а ящик свалившийся сверху, сильно ударил по животу. Слёзы катившиеся по щекам и дикая боль в глазах мешали пошевелиться, как вдруг, чья-то рука резко схватившая Ларри за ногу, потащила его наружу.
Луи услышав треск досок, а после громкий шум не сразу понял в чём дело. К сожалению, большинство его реакций имели запоздалый характер. Но увидев перед собой злобное лицо пьяницы, он понял, что нужно удаляться. Под крики и матерные выражения, Луи вытащив пыльного ребёнка из завала и подняв его на руки, вместе с ящиком пива, бросился на утёк. Уйти было не сложно, особенно через несколько лазеек в заборах и железных лестниц.
Пьяница действительно вызвавший полицию, по всей видимости начал описывать им не только Луи, но и ребёнка, которого видел пускай и мельком, но имел теорию, что наркоман его похитил и совершает принудительные действия.
Вернув ребёнка обратно на кресло, Луи осмотрев его внешний вид, понял, что Барри, вновь, устроит ему хорошую взбучку. Мальчик был весь в пыли и грязи, имел красные от щепок глаза и пару укусов насекомых на щеках, которые, кажется, перерастут в синяки. Видя слёзы мальца, Луи цокнул, — Хочешь попробовать?
Успокаивать детей он не умел, да и дела с ними раньше не имел, ведь кто подпустит такого ненормального к здоровому ребёнку — только психику портить.
— Я не хочу…
Ларри, то и дело всхлипывал, протирая глаза. Одежда снова намокла и была грязной, а обуви он и вовсе лишился, когда Луи схватил его и понёс. Ящик, со всей силы приземлившийся на живот, был тяжёлым и мальчику показалось, что он и выдавил ему все органы, наружу. Тело болело, а спину он и вовсе не чувствовал.
Оставшиеся часы в подвале Луи было тихо. Он выпивал очередную баночку пива и валяясь на раскладушке, почти погружался в сон, тихонько храпя от выпитого алкоголя, а Ларри рассматривал картинки в журналах, которые смог вытащить из-под железных шкафов. На них были изображены различные бренды в одежде и ярко-красочные люди, из-за улыбок которых, можно было подумать, что они безумно счастливы. Босые ноги быстро замерзали, но мальчика больше волновали занозы на пальцах рук, которые он по часу мог доставать перед зеркалом, раньше, дома. Барри, который оставил его с Луи ещё рано утром, так и не появлялся в дверях, отчего Ларри, пускай и незаметно, но расстраивался.
— Ты ещё тут? — Приподнимаясь на локтях, Луи зевнул, почесав затылок, — Мне кажется, тебе стоит идти самому.
— Куда идти? — Ларри испугался, вспоминая, что квартира Барри находится через чужой дом, — Я один не могу, я подожду.
— Да не придёт он, может снова переключиться забыл, — Луи чувствовал как быстро затекали руки, но и оставлять у себя ребёнка не собирался, его ведь нужно кормить, а не покормишь — помрёт ещё.
— Я потерял резинку, — Пальцами рук поправляя волосы, сделал вывод мальчик.
Жалуясь по дороге на своё жалкое существование, Луи подняв мальца на плечи, старался как можно скорее вернуть его в начальную точку. На улице уже было темно, звёзд и луны не видно и лишь вой собак, не давал Луи погрузиться в сон. Когда они дошли до дверей в квартиру, Луи без стука ворвался внутрь, а Ларри топчущийся позади, прижался к батарее, выглядывая из-за спины своего учителя.
— Ой, ты решил зайти ко мне в гости? — Стоя на стуле, мужчина протирал люстру, каким-то маленьким куском тряпки.
— Ты забыл у меня своего ребёнка, — Луи пошатывался от выпитого алкоголя, — Забирай.
— Забыл кого? — Поправив длинное платье, мужчина действительно задумался, — У меня нет детей.
— Как же ты меня раздражаешь.
Развернувшись, Луи подтолкнув мальчика к другу, захлопнул за собой входную дверь. Ларри прятал руки за спину, а после вяло кивнул на свой рюкзак, — Это моё, Барри.
— Меня зовут Вивиан, мой дорогой, — Отложив тряпку в сторону и слегка склонив голову на бок, мужчина осознал свою ошибку, — Видимо тебя привёл Барри, раз ты говоришь о нём.
— Но ведь Барри это ты, — Ларри заикался, но больше из-за дефектов в речи, — Я испачкал твою рубашку.
Выражение лица мужчины за секунду приобрело серьёзный характер, — Я Вивиан, а пачкать одежду совсем не хорошо, неужели ты не знаешь, как нужно вести себя на улице.
Почувствовав себя виновато, мальчик опустил голову. Он теперь окончательно потерял смысл своего нового друга и не понимал, что происходит в этой квартире. Сначала, Барри, теперь какая-то женщина, а ведь выглядит он абсолютно также. Барри не ругал его за грязную одежду и совсем не соблюдал порядка, а она — протирает пыль и ведёт себя так, словно является самым чистоплотным человеком на этой планете.
— Когда Барри привёл тебя сюда и зачем?
Эта сторона нового друга не была пугающей, но сам факт того, что он ничего не помнит, заставлял задуматься. Ларри боялся, что может не понравится и тогда его выкинут обратно на улицу, или ещё хуже, сдадут в руки полиции.
— Я тут второй день живу, Барри сказал, что я могу остаться с ним, — Мальчик промямлил это, буквально, себе под нос.
После сказанного Вивиан удалилась в другую комнату, но Ларри отчётливо слышал, как мужчина спорил сам с собой. Доказывая, что это ничему не помешает, а то и вовсе повышая голос. С одной стороны были упрёки, а с другой спокойная речь. Мальчику было страшно и он вспоминал как прятался под столом в такие моменты, но в квартире у Барри такого сооружения не нашлось, поэтому, он как самый храбрый оставался сидеть на месте. Ранее, Ларри такого поведения ни у кого не наблюдал, да, отец мог громить квартиру, кричать и распускать руки, но разговаривать самому с собой, словно там несколько людей — никогда.
Интересно, а может ли он, как отец, в такие моменты, ударить его или сделать что-нибудь куда хуже, чем есть…
— Я видел злых людей сегодня, — Только завидя силуэт друга, почти выкрикнул мальчик.
— Извини, что Вивиан так резко удалилась, — Мужчина положил на стол стакан с соком, — Она была не в духе сегодня, мы немного поругались, но сейчас всё хорошо.
Рассказывать о похождениях с Луи мальчик не стал, но упомянул, что теперь у него совсем не осталось обуви, ведь она потерялась в процессе обучения. Барри на это лишь хмыкнул, предоставив мальцу свои старые сапоги. Их материал был достаточно прочным, а поэтому не мог так просто промокнуть или порваться, несмотря на великоватый размер для детской ножки.
В то время как Ларри жил с новым другом, в школе были обеспокоены его поведением и пропуском занятий. Учительница и психолог считающие это максимально странным, доложили обо всём директору, по окончании дня вызвав наряд полиции. Приехавшие на вызов изначально отказались искать ученика, но выслушав показания двух взрослых женщин напряглись.
— Вы утверждаете, что на нём нет живого места?
— Да, он весь в ссадинах и синяках, у него огромные мешки под глазами, слабо развита речь и моторика рук, а родителей мы и вовсе не видели.
— Уходит один, приходит один, — Никак не унималась учительница, — Вечно в грязной одежде и единственной паре обуви, в обед ничего не ест и с детьми не ладит.
— Обманывает и убегает с занятий, — Психолог сверявшая тесты Ларри и его личные высказывания, давно решила, что мальчик лжёт.
Что-то записывая и переговариваясь, полиция решила обратиться и к директору школы, который охая и ахая, сообщил, что адреса названые, так скажем, отцом, неверные и ездить по ним не имеет смысла.
Сделав школе выговор за несоблюдение правил и штраф в определённой сумме, полиция заверив, что обязательно рассмотрит это дело, поспешно удалилась. Они действительно были удивлены, но больше не семьёй мальчика, а халатным отношением школы к своим подопечным. Ведь такой маленький ребёнок, с кучей внешних нарушений, уже давно должен был стоять на учёте у их отдела по делам несовершеннолетних.
Жизнь с Барри нравилась Ларри. Он не обижал его и неделя проходила бы спокойно, если бы Луи не пытался отмечать свои учительские способности, которые вовсе не имел. Каждый раз, когда новый друг уходил на работу, мальчик оставался с Луи. За неделю тот смог обучить его чтению простых слов, благодаря уличным вывескам и названиям улиц, краже мелких вещей и угону чужих мотоциклов.
Солнце на улице светило ярче обычного, а все водоёмы высохли, в связи с сильной жарой. Луи посадив мальца на плечи, яро доказывал одному байкеру, что место на парковке принадлежит ему, пускай он и не имеет своей машины.
— Я может тут стою, а ты свою железку можешь и в другое место поставить, понятно? — С кулака врезав байкеру в грудь, кричал Луи.
Ларри прикрывал глаза и крепче сжимал плечи Луи в своих руках. Ему не нравилось выражение лица байкера и в случае, если он ударит, мальчик непременно заплачет, ведь Луи явно не удержится на ногах. Ожидая удара об асфальт и множество крови, Ларри совсем забыл оглядываться по сторонам, как его учил Барри. Полицейский медленно подошедший к ним со спины, решил остановить начинающуюся драку.
— Что тут происходит? — На вид молодой и новенький в отряде полиции паренёк, сам дрожал как осиновый лист, глядя на двух высоких мужчин. Сам он был низкий ростом и совсем не имел мышц, но яркий значок красовавшийся на груди, давал понять, что он — охраняет закон.
— Мы просто беседуем, — Байкер разминающий руки, попытался отвязаться от паренька.
Луи хитро ухмыльнувшись, сделал пару шагов назад. Он уже пользовался такой тактикой ранее и сняв мальца со своих плеч, плавно подъехал к полицейскому сбоку. Что-то шепнув тому на ухо и подмигнув Ларри, мужчина цокнул, — Он приставал к моему сыну.
Байкер, явно не ожидая такой подставы со стороны, опешил, — Какому сыну? Ты что несёшь, придурок, ты место моё занял.
Молодой паренёк в форме, оглядев обоих со стороны, достал из кармана своё удостоверение, — Вы оба пройдёте со мной, а потом мы разберёмся.
— Ты на глаза этого альфонса посмотри, он же явно под наркотой, — Байкер не думал униматься, уже снимая с тормозов свой мотоцикл, — Я тут оставаться не намерен, а с тобой мы ещё поговорим.
Игнорируя крики юного полицейского, байкер скрылся с места преступления. А пока полицейский делал вызов и составлял бумаги, его примеру последовали и Луи с мальцом. Изначально, они пришли на эту остановку, чтобы устроить там пикник, но как только еда была разложена на простыни, пришёл этот «я хочу занять своё место», как будто других мест нет.
Вечером, когда Барри уже раскладывал еду по тарелкам, а Ларри рассматривал новости в телевизоре, его взгляд переменился. Из спокойного и уравновешенного, Барри вдруг стал холодным и злым. Опрокинув стол и тем самым напугав мальчика, он судорожно искал острые предметы. Схватив с пола своего мишку и спрятавшись в маленьком пространстве между шкафом и стеной, Ларри закрывал уши руками, прижимая ноги к груди. Барри не вёл себя как обычно, а после нахождения ножа, начал оставлять после себя кровавые следы. Боясь пошевелиться, мальчик изредка наблюдал силуэт друга, переходящий из одной комнаты в другую. Звуков Барри почти не издавал, только тихие стоны после каждого пореза доносились по квартире. Боясь, что его найдут, Ларри сжимал ручки в кулаки, но спустя пару часов, начал чувствовать как глаза медленно и предательски закрываются. Как уснул, мальчик не помнил, но открыв глаза, первым делом приложив ухо к стенке шкафа, начал прислушиваться. В квартире стояла полная тишина, но значило ли это, что он может выйти…
Свет проникающий через тонкие шторы, играл лучами на обоях, а Ларри осторожно высунув голову из своего убежища, глазами искал Барри.
— Не выходи оттуда, — Голос друга резко послышался со стороны дивана, — Ты ведь не хочешь проблем.
— Что ты делаешь? — Мальчик поджал губы.
— Ночью Барри совершил плохой поступок, ты ведь не хочешь это видеть, — Вивиан сложила руки на груди. Пускай она и сидела спиной к ребёнку, но прекрасно видела и знала обо всех его действиях и эмоциях.
— Барри мой друг, — Осторожно и медленно выползая из своего укромного места, Ларри тяжело дышал, чувствуя как бьётся сердце.
Вивиан ничего не ответила на его высказывание. Она была достаточно серьёзной и деловой женщиной, поэтому Ларри относился к ней с уважением и страхом. Немного пройдя вперёд, мальчик замер, заметив чьи-то ноги, на полу, в ванной комнате. Не сводя оттуда взгляда, руки Ларри задрожали, а тело стало совсем ватным и перестало слушаться.
— Ты видишь её? — Когда Вивиан вставала на место Барри, голос мужчины становился более звонким.
— Кто это? — Мальчик тихо прошептал это, словно боялся, что его кто-то услышит.
Подойдя к ребёнку со спины и схватив его за плечи, Вивиан начала идти вперёд, заставляя мальчика всё ближе подходить к ванной комнате, дверь в которую была открыта. Когда они были уже на пороге, в глаза Ларри бросилась страшная картина: на полу, в ванной комнате, лежала связанная, молодая девушка. Она была в сознании, но рот занятый куском тканей не давал сказать ни слова. Всё её тело было изуродовано до синяков, волосы образовали ужасный колтун, а в глазах виднелся лишь страх и ужас.
— Ты ведь сам захотел выйти, — Чувствуя солёные слёзы на своих пальцах, Вивиан сказала это с неким сарказмом, а после и вовсе захлопнула дверь.
— Ей ведь нужна помощь, — Хорошо заметив как девушка пыталась выбраться и кричать сквозь путы, всхлипывая и еле понятно, говорил мальчик.
— Теперь эта проблема не только Барри, но и всех нас, а поэтому ты как хороший мальчик сейчас отправишься готовить со мной завтрак.
Тело не слушалось, но чтобы не разозлить Вивиан, Ларри старался делать всё в точности как ему говорят. Мальчик не понимал, как безобидный Барри мог причинить девушке такой вред и что он собирался делать с ней дальше. В ванную комнату вход теперь был закрыт и Вивиан даже намеревалась закрыть её на ключ, но замочная скважина оказалась сломанной и неподходящей. Иногда, мальчик слышал тихий скрежет, а когда шум становился сильнее, Вивиан каждый раз извиняясь, брала в руки толстый прут.
Проводить время с этой личностью Барри мальчику не нравилось. Она была слишком требовательной и вечно читала нотации и правила, а пару раз била его по рукам, когда он сыпал неправильные ингредиенты в чаши или путал соль и сахар. Когда Вивиан наконец оставила его одного, Ларри не мог отвести взгляда от ванной комнаты, он всё ждал прихода Луи или Барри, чтобы поговорить с ними об этом.
— А можно мне к Луи? — Опомнившись, мальчик вспомнил, что именно Луи может ему помочь, ведь когда у Барри случались обострения, именно он приходил к нему на помощь, по крайней мере по рассказам.
— Что тебе нужно от этого наркомана? — Вивиан плохо относилась к друзьям Барри, считая их грязными и вовсе не подходящими для этой квартиры, — Хочешь рассказать ему наш секрет?
Последнее прозвучало на высоких тонах, отчего Ларри вздрогнул и отрицательно помотал головой.
Барри не появлялся уже достаточно давно, что радовало Вивиан, судя по её довольной ухмылке и наваждению своих порядков в квартире. Детей она никогда не любила, но избавляться от маленькой проблемы не торопилась, предпочитая спокойно рассматривать пейзажи в окне и сторожить полумёртвую девушку. Дверь в ванную комнату была под запретом, а когда мальчик собирался почистить зубы, Вивиан отправляла его на кухню. Она видела волнение в глазах ребёнка, возможно, ужас или страх, но его желание пробраться куда не следует, должно быть наказуемо.
Ларри волновался за своего друга, а вдруг, его накажут, а вместе с ним, отберут всё имущество и Луи останется совсем один. Мальчик помнил, как плохо Луи переносил одиночество, он начинал нервничать и грызть свои пальцы на руках. Девушка сидящая в ванной комнате, выглядела молодо, интересно, зачем Барри такое совершил, какой у него был мотив или мысли в тот момент, но этого Ларри не знал. Изредка, он наблюдал как Вивиан заходила в запретную комнату со стаканом воды, кричала, а то и вовсе замахивалась на лежащее тело.
Подходить к Вивиан с вопросами мальчик боялся, хотя, у него за день их накопилось предостаточно. Как вдруг, громкий, женский крик и звон бьющегося стекла раздался на всю квартиру. В ванной комнате стоял страшный вопль и гул, а предметы, казалось, летали и разбивались об стены. Достав из рюкзака свой фонарик и укутавшись в плед, Ларри поджал ноги к груди, положив на них голову. Вивиан резко выбежав из кухни, прятала за спиной большой нож, мирно покоящийся на нижней полке шкафа и распахнув дверь, она вонзила его, прямо в живот девушки. Кровь, медленно стекающая по юному телу, пачкала пол, а сама жертва закатила глаза, громко простонав от боли. Поддерживая её за плечо, Вивиан отбросила ту на пол, позволяя ей, сильно приложившись головой об стенку, потерять сознание. Глядя на это зрелище, мальчик потерял дар речи, он не знал как реагировать на подобную ситуацию и сильнее зарываясь подбородком в плед, лишь наблюдал, переводя взгляд от тела к Вивиан и обратно. Начиная сильно размахивать руками, Вивиан резко облокотившись на стеллаж с книгами, снова разговаривала сама с собой. Голос менялся от грубого и злого, до более тонкого, но не менее строгого.
Сидя в самом углу квартиры, Ларри пытался рассмотреть взгляд своего друга, чтобы понять, кто на этот раз займёт место в теле, но увидеть его не мог. В квартире уже было достаточно темно, а выключатель находился прямо за спиной мужчины. Мальчик в последнее время, часто наблюдал, как его друг ругался сам с собой и пару раз даже пытался ломать предметы и бить себя по рукам и лицу. Видимо, ситуация с девушкой, снова заставила мужчину уйти в себя.
Шум в коридоре и женские голоса, испугали Ларри. Там, за входной дверью, кто-то явно услышал кипишь в их квартире и теперь, в коридоре, собралась маленькая толпа народу, которая тихо перешёптываясь, видно, пыталась решить, кто постучится в квартиру. Тяжело дыша и не имея возможности сказать ни слова, мальчик прикусив свою губу до крови, крепко сжимал в руках кусок пледа. Он ещё не знал к чему может привести такой кипишь, но хороших последствий не будет…
— Ты возьмёшь её за руку, а я подниму и мы вместе скинем её на лестницу, за окном, — Вивиан выглядела слегка уставшей, все её руки были измазаны в крови, а по лицу текли капельки пота. Одежда, в которую она была одета, вся помялась, испачкалась в разводах и имела совсем неподобающий вид, — Живей.
Медленно поднявшись и будучи босым, Ларри осторожно подошёл к телу девушки. Взяв её за руку и пройдя вперёд Вивиан, мальчик чувствовал как всё ещё, пускай и медленно, бьётся её сердце. Идя впереди, ему предстояло открыть окно, чтобы друг смог сбросить в него юное тело. Окно поддавалось плохо, но спустя несколько попыток и приложения массы усилий, дело было сделано. Поправив на плече спадающую футболку, мальчик поднял голову, пытаясь рассмотреть выражение лица Вивиан.
— Соседи вызовут полицию, поэтому ты, сейчас ляжешь под диван, — Вивиан вернувшись в гостиную, бегло осмотрела её взглядом, — Иди сюда.
Оказавшись в полнейшей темноте, Ларри старался отвлечься и думать о хорошем. К примеру, о словах Луи о том, что когда он закончит с постройкой байка, то сделает ему модную причёску, чтобы волосы не путались. Когда Вивиан скрыв следы преступления, распахнула дверь, то за ней уже стояли не только все соседи, но и парочка полицейских, которые явно не горели особым желанием тут находиться.
— Что вас сюда привело, молодые люди? — Вивиан улыбалась и выглядела так естественно, словно всего того, что происходит в последнее время и вовсе не было.
Полицейский заметно удивившись внешнему виду мужчины, поперхнулся, даже не зная с чего начать, — Вы тут один?
Раннее он не видел таких ярко одетых и не скрывающих свою работу трансвеститов, — Нам поступили жалобы на шум в квартире, крики и кто-то даже видел маленького ребёнка.
— Я не люблю детей, дорогой, — Заметив маленький недочёт в виде плюшевого медведя, Вивиан сделала пару шагов назад, дабы скрыть это от чужого взора, — Я тут работаю и по вечерам, ко мне может заглянуть пара клиентов, ничего более.
Пока второй полицейский оформлял бумаги, первый бегло осматривал квартиру на посторонние предметы, либо может, людей. Чужие дела его мало интересовали, да и этот район никогда не пользовался популярностью простых смертных, лишь всякий сброд, к которым он приписывал и кучку трансвеститов, вроде этого.
Милая старушка, живущая на самом первом этаже, среди висячих ковров и сохнущей одежды, также находилась среди пришедших соседей. Она пожав Вивиан руку, не могла не вставить свои слова о том, что Барри — её сосед, добрейшей души человек, который никогда не нарушал её жилищные правила.
Дело с шумом оказалось закрыто достаточно быстро, полицейский даже не стал толком осматривать квартиру, не желая иметь дел с трансвеститом. Но напоследок, прежде, чем уйти, всё-таки показал Вивиан фотографию, пропавшего из школы мальчика. На ярком снимке была изображена школьная группа дошколят, а красным фломастером обведён силуэт Ларри.
— Этот мальчик пропал, он убежал из школы, мы не знаем его местонахождения, родители не выходят на связь, мы можем предположить, что он находится в этом районе, либо же был похищен.
Вивиан поджав губы и слегка кашлянув в кулак, отрицательно мотнула головой, — Если бы тут бегали дети, то местные педофилы прыгали от радости.
Грубым кивком второму полицейскому, они оба поспешно удалились, а соседи перешёптываясь, неохотно расходились по квартирам. Было неожиданно, что эта кучка бездетных алкоголиков действительно кого-то вызовет, ведь половина и о существовании телефона то не знала.
— Так ты сбежал из дома? — Глядя на диван, Вивиан заперла дверь на ключ.
Выползая из тёмного укрытия, Ларри отрицательно мотнул головой, а после опустив её, никак не мог прийти в себя. Руки и ноги сильно дрожали, а по телу толпами пробегали мурашки. Словно, маленькие муравьи…
— Тебя полиция ищет, у нас у всех могут быть большие проблемы.
Под утро, когда Ларри ещё крепко спал, Вивиан стоя у зеркала и смотря прямо на своё отражение, гневно угрожала Барри. Она хотела, чтобы он избавился от тела девушки и ребёнка, на что мужчина никак не соглашался. Трусом он не был, но и потакать Вивиан во всём не желал, считая, что сам может разобраться с такими мелочными трудностями, да и вообще, в этом теле он главный.
— Ты довела его, он даже и слова не говорит.
— Если ты не избавишься от ребёнка, полиция его найдёт и тогда нас ждут большие проблемы, ты не помнишь, как мы часами сидели под действием успокоительных, я не могла пошевелить и пальцем, пока эти чёртовы санитары втыкали иголки в тело.
— Он защитит нас.
— Где же тогда он был раньше, когда был нужен и почему должен защищать сейчас.
— Твоя вера, вот, что действительно важно.
Квартира Ларри, где он проводил так много времени со своим пьяным отцом и его шайкой приятелей. Дверь внутрь быстро отвалилась, пока Рик отрабатывал на ней выстрелы из пистолета, купленного у одного торговца у пристани. Внутри и на чердаке всё было разгромлено, в гостиной валялись ящики с патронами и порохом, а наверху, будучи пьяными, валялись Дункан и Скотт, являющиеся помощниками, своего господина, которому сильно задолжали за выпивку. Перерыв всю квартиру, Рик ожидал, что быстро найдёт припрятанные Стивом деньги, но как оказалось, это было более сложной задачей.
Семь лет назад, Стив работал с Риком в одной команде. Они вместе выпивали и работали на одну крупную шишку в районе. Стив пытался покорить сердце Шарлотты, а Рик, будучи диким ревнивцем, часто бил его за такие выходки. Женщина была прекрасна, но отдаваться одному из них не спешила, а именно поэтому, Рик пытался устранить своего соперника. Будучи ещё молодым, он по глупости и пьяни, рассказал Стиву свой секрет, на одной из вылазок. О том, что поздно ночью, двадцать девятого марта, в один из портов приплывает корабль, полный денег и различных богатств. Охрану на корабле легко подкупить, а Шарлотта увидев такие деньги, сразу отдастся целиком и полностью. Желающий получить женщину и лёгких денег, Стив обманом устранив Рика, действительно добыл денег, а после его след простыл. Годами, Рик жил с мыслями о той ночи, желанием мести и возвращению того, что по праву принадлежит только ему.
И вот, выследив Стива и устранив его, заполучив квартиру, он не может найти лишь одного, своего богатства, которое жалкий пьяница явно не мог профукать. Рик никак не мог успокоить свой гнев: он стрелял по окнам, двери, забытым вещам. Возможно, он просто упускает какую-то деталь…
— А ты не думал, может он деньги отдал кому-то, — Выдвинул своё предположение глупец Дункан.
— Ага, ищи дурака, небось в банк отнёс, — Скотт не отставал от приятеля, — Он ведь тогда с Шарлоттой был.
— Что ты сейчас сказал? — Услышав про Шарлотту, в голову Рика пришла действительно гениальная мысль, — Ребёнок.
— Какой ребёнок? — Держа в руках пустую бутылку, Дункан икнул.
А ведь действительно, Стив пропал вместе с Шарлоттой и видимо женщина родила ему ребёнка. А если деньги Стива не в квартире, то единственный человек знающий где они, это маленький сын. Но вот незадача, он не подумав об этом в самом начале, упустил ребёнка. Он в буквальном смысле выпинал свои деньги из квартиры и пустил в свободное плавание.
— Мне нужен этот ребёнок, — Выстрелив прямо рядом с лицом Скотта, пробормотал Рик.
С момента больших перемен в жизни прошло пару месяцев. Осень сменялась зимой и прежняя грязь и слякоть на улицах, замерзала, покрываясь тонкой коркой инея. Полицейские продолжали развешивать по улицам фотороботы и объявления о пропаже ребёнка, а особо болтливые и вовсе считали, что мальчик давно погиб и никто не сможет его отыскать. В школе, учительница нередко сталкивалась с возбуждёнными взглядами родителей, шушукаясь за её спиной и в общей беседе группы, они боялись, что точно так-же, она может потерять или упустить из виду и их ребёнка. Психолог расторгнувшая контракт со школой и вовсе ушла в себя. Работать на школу, после косых взглядов и обвинений со стороны опеки, стало невозможно. Полиция утверждала, что именно школа в большинстве процентов виновата в случившемся с маленьким мальчиком. Родителей не знают, адреса не проверяют, ребёнок ходит в синяках и ничего не ест, а после большой проверки и вовсе выяснилось, что он пару раз падал в обмороки, из которых его выкачивал уборщик. Где в этот момент были пристальные взгляды взрослых, никто не знал.
— Луи, а ты знаешь, что Барри прячет в большом сундуке? — Сидя на верхушке забора, Ларри наблюдал за тем, как двое мужчин копались в мусорном баке.
— Нет, не знаю, а ты знаешь? — Луи делал вид, что не замечает Барри.
— Мне кажется, он прячет большой секрет, — Мальчик улыбался, — Но мне не рассказывает о нём.
— Барри просто очень скрытный, да? — Луи провёл пальцами рук по своему лицу, изображая улыбку.
— Лучше бы ты принялся за работу, — Барри выглядел слегка раздражённым, ему надоедало часами слушать этих двоих.
Закатив глаза, Ларри тихонько хихикнул. Болтая ногами назад и вперёд, мальчик старался присмотреться вдаль, но не мог разглядеть ничего, кроме деревьев и почти рухнувших домов. На мусорку они пришли в поисках новых антикварных вещей, которые Барри и Луи сдавали каждые выходные, выбираясь в центр города. Ларри тоже просился с ними, но каждый раз получал отказ, аргументированный тем, что в городе его все знают и ищут, благодаря дешёвым бумажкам полиции.
Поправляя спадавшую на глаза шапку, мальчик пару раз обошёл сначала Барри, а потом и Луи. Новые вещи, он получил сразу с приходом холодов. Каждый раз сдавая мусор, его друг получал несколько монет, на которые приобретал еду в городском супермаркете, недалеко от их района. Но, с появлением в квартире ребёнка, Барри начал тратиться не только на еду, но и на вещи. С продажи пары деревянных крестов, он смог купить мальцу куртку, шапку и пару новых футболок, которые предложили бесплатно — на вырост. Пускай Барри купил их и не в проверенном магазине, зато без блох и ребёнок бегал одетый.
Свою работу в борделе Барри тоже не забрасывал, но обычно они вместе с Луи тратили всё на наркотики и пиво, которые были жизненно необходимы обоим для разгрузки.
— Я хочу шарфик, — Ларри пинал какой-то старый кусок железки.
— Зачем он тебе? Я могу порвать свой свитер и обвязать тебе его вокруг шеи.
— Удавку только изобретёшь, на которой все вместе и повиснем.
Барри с утра не имел настроения. Вечером к нему в квартиру вломился богатый клиент и кинув мальца на Луи, мужчина принялся за работу. Но кто же знал, что дружок с ребёнком вернуться в шесть утра, пока он скачет на чужом органе, полностью разгорячённый. В конечном итоге, потеряв часть денег и даже не успев накинуть на плечи одежду, Барри кинули словно собаку на трассе под дождь.
Поняв, что разговор с шарфиком закрыт, Ларри продолжал исследовать мусорные руины. Он не надеялся найти тут что-то стоящее, но в прошлый раз смог открыть ногой достойный кусок чьего-то забора.
В прошлом месяце, Луи выиграл в карты со старой вдовой, большие, железные ножницы. Он уже давно обещал Ларри модную и стильную стрижку, а именно поэтому в качестве выигрыша выбрал именно их. Когда мальчик уже сидел на деревянной скамье, а Барри нервно пил свой кофе, Луи принялся за свою работу. Стриг он достаточно долго, но осторожно, стараясь не задеть уши и шею. Ларри сидел как на иголках, постоянно спрашивая, не закончил ли мужчина свою работу, а Барри видя, что у него выходит, постоянно отворачивался, изначально понимания, какой плохой идеей было давать ножницы в руки наркоману. Когда Луи наконец-то сделал пару шагов назад, Ларри подбежав к зеркалу, склонил голову на бок. Луи остриг ему большую часть волос, до начала уха, пускай слегка криво и неровно, но мальчику работа понравилась. Раньше его никто так не стриг, словно своя личная парикмахерская.
Новые бантики и заколки также регулярно появлялись на голове Ларри, а однажды, они с Луи даже устроили показ мод, дожидаясь, пьяного друга с работы. Тот шёл по дороге весь покачиваясь и всячески стараясь не упасть, цеплялся за плечи Луи. Платье медленно сползало с его плеч, а одну туфлю Барри утопил в канаве, пытаясь попасть ей в орущего кота.
Волосы Ларри из-за шапки очень сильно пушились и стояли, словно одуванчик. Вот так и сейчас, сняв шапку, пока никто этого не видит, мальчик старался приложить свои волосы обратно. Перчаток у него не было, а пальцы рук часто мёрзли, отчего Ларри постоянно держал их в карманах. Обратив внимание на небо и почти голые ветви деревьев, мальчик услышал голоса. Они не были похожи на пьяный бред или крики, а наоборот, звучали весело и жизнерадостно. Задумавшись, Ларри начал крутиться на месте, пытаясь понять откуда идёт этот звук, а после, смог рассмотреть силуэты троих детей, прямо с другой стороны забора. Через этот лес и забор он часто бегал домой, а поэтому неприятных воспоминаний была масса. Неужели кто-то смог найти его протоптанные тропинки…
Подойдя чуть-чуть поближе, мальчик смог определить, что пускай и маленькая компания, но видно была тут впервые и возможно, даже набрела случайно. В их компании была всего одна девочка, а одеты они были явно по погоде. Долго рассматривать девочку Ларри не стал, а вот один мальчик сильно привлёк его внимание. На куртке ребёнка был вышит разноцветный мишка, а шапка в виде лисёнка была впору и делала лицо таким милым и аккуратным.
Ларри уже хотел было приблизиться к незнакомым детям, чтобы рассмотреть мальчика получше, но снова вспомнил о своём внешнем виде: большая шапка, куртка не по размеру, весь грязный и пыльный и волосы снова пушатся и кудрявятся. Да и разговаривал Ларри плохо, часто запинался и делал большие паузы, картавил. Все эти особенности, заставляли Ларри впадать в краску и стесняться других детей. Мальчик, который так привлёк его внимание, мог просто отвернуться и убежать домой, а то и вовсе посмеяться над ним.
Высунув руку из кармана и убрав пряди волос за уши, Ларри продолжал наблюдать. Он привык видеть Барри в компании мужчин, что те трогают его, держат за руки и даже целуют. А иногда, когда Барри оставлял его ночью в квартире, он мог слышать, как мужчины доставляли другу большое удовольствие, о котором он потом подтверждал Луи. Смотря на всё это, Ларри решил, что мальчики тоже могут быть ему интересны и даже больше чем девочки. Эта, например, ему совсем не нравится, несмотря на длинные, белые косички и розовое пальто.
Пускай Ларри и не особо понимал, что значит доставлять удовольствие, но судя по тому, что Барри рассказывал об этом с улыбкой, возможно, это сравнимо с прогулками или поцелуем. Когда мальчик думал об этом, то невольно в его памяти всплывали и плохие моменты. Когда отец приходил с пьяными друзьями, он мог спорить с ними на карты. Пару раз, когда отец проигрывал, он кивал на него и тогда, эти высокие мужчины, лезли своими руками под одежду Ларри. Они трогали его тело, прикасались к нему своими губами, раздвигали ноги. Когда мальчик начинал сопротивляться или кричать, то отец мог дать ему пощёчину или пнуть ногой, не желая разочаровывать друзей.
После таких развлечений, Ларри прекращал разговаривать на пару дней и лёжа в углу, смотрел на нарисованных карандашом котиков. Он боялся мужчин и его страх, никогда не покидал голову. Кошмары, которые частенько снились Ларри в родной квартире, все наперебой были связаны с мужчинами. В них, они приносили ему боль, тушили о руки окурки и эти блуждающие по телу руки приносили неприязнь, заставляя вздрагивать и забиваться в угол.
Из-за воспоминаний прошлого, Ларри долго не мог поверить, что Барри хорошо в компании мужчин и что они могут приносить ему улыбку на лице.
Дети пытались тыкать в железную проволоку в заборе различными палками и руками, но это не приносило никаких результатов, Ларри они не видели из-за высокой травы и мусора, но он смог детально разглядеть их. Девочку, двое мальчиков слушали редко, отчего та обижалась и дулась, но вскоре, снова включалась в игры. Привлёкший внимание Ларри ребёнок, скорее всего, был его ровесником, он не выделялся особой активностью, но изредка бросал за забор камни. Вообще, после того как Ларри перестал посещать школу, он перестал видеть и детей. Целыми днями он проводил в компании Луи и Барри, которые пытались научить его читать по банкам из-под пива и даже лепили с ним снеговиков из перьев, вываливающихся из подушек.
Когда Луи подошёл к нему со спины, Ларри вздрогнул, испугавшись. Дорога домой не прошла молча, Барри читал нотации, касательно того, как не стоит вести себя в приличном обществе, услышав как Луи учил Ларри пинать соседа, если тот скажет хоть одно грубое слово.
В квартире стояла гробовая тишина, лишь крики с улицы нарушали эту идиллию. Там, кто-то явно был недоволен погодными условиями. Когда Барри удалился в ванную комнату, мальчик бросил взгляд на окно. Когда Вивиан в ту ночь, сбросила из него тело девушки, то Барри на утро был этим недоволен — ничего удивительного, он постоянно ворчит. Девушка, как оказалось, была ещё жива, но друга это мало волновало и он, буквально, закопал её заживо. Естественно, не рассказав об этом Ларри, хотя Луи всё-таки проговорился, когда пытался уложить его спать, рассказав страшилку на ночь. Верить Луи или нет, мальчик не знал, но был рад, что девушка больше не валялась под их окнами.
Пальцами рук постучав по холодильнику и пару раз заглянув внутрь, мальчик остановил свой взгляд на большом сундуке. Барри открывал его каждое утро, перед работой, а после уходил в ярких юбках, колготках и платьях. Слыша журчание воды из ванной комнаты, Ларри помнил, что ему нельзя трогать вещи друга, но детский интерес брал вверх над запретами. Осторожно приоткрыв сундук, мальчик начал с радостью осматривать женские вещи. Такого большого количества он никогда не видел, а тут и юбки и платья и кофты самых разных оттенков. Интересно, откуда у Барри так много всего.
Найдя вещи одного, чёрного цвета, Ларри закинув их к себе на плечи, подошёл к зеркалу. Его волосы снова сильно завивались, а голубые глаза горели под лучами солнца. Осторожно сняв с себя футболку, мальчик решил, что быстро померяет эти вещи и положит на место, пока Барри будучи в ванной, его не видит.
Натянув на ноги колготки и юбку, а сверху накинув чёрный топ, Ларри крутился как юла перед зеркалом, высматривая как это выглядит со спины. Колготки были велики и тянулись за ним следом, по полу, а юбка спадала, но мальчик всячески придерживал её руками. Забыв обо всём на свете, Ларри представлял себя на месте своего друга и прикрывая глаза тихонько хихикал и пританцовывал.
— Я смотрю тебе нравится, — Барри наблюдал за мальчиком уже в течении пары минут.
Услышав знакомый голос, Ларри чуть было не снёс зеркало, — Извини.
Волосы Барри были насквозь мокрые, а полотенце еле держалось на худых бёдрах, — Тебе идёт, но стоит носить то, что тебе по размеру.
Ларри кивнул и сам того не заметил, как опустив юбку, уронил её на пол.
В сундуке Барри лежала ещё масса увлекательных вещей, к примеру, его старый фотоаппарат, который он, не без уговоров, разрешил взять мальцу на пару часов. Фотографируя каждую мелочь в квартире, Ларри носился сломя голову и пару раз падая, старался на сломать удивительный предмет. Раннее он никогда не держал в руках фотоаппарат, лишь видел его, в руках учительницы на праздниках и фестивалях.
Все прежние раны на теле Ларри и его синяки под глазами быстро затягивались и пропадали. Следы чужих рук и издевательств забывались, а новые ссадины от игр, приносили куда более яркие впечатления о хорошем времяпровождении. Будучи довольно активным, мальчика было сложно удержать на одном месте, по этой причине он постоянно падал.
В поисках ребёнка Рик обходил своих знакомых и врывался в чужие дома. Его не волновало, кто там жил, в районе не было обеспеченных семей, а поэтому бояться было нечего. Оружие в руках Рика лишь внушало дополнительный страх в пьяниц и наркоманов, но о ребёнке никто и не слышал. Это злило мужчину и застрелив парочку людей, он забирал их последние деньги, а некоторым клоками вырывал волосы на голове.
Зайдя в очередной притон, к Рику подошла, явно пьяная, официантка. Юбка приподнята, а вверх и вовсе отсутствует.
— А ты красавец сегодня, Рики, — Официантка провела языком по своим губам, чуть было не вешаясь на мужчину.
— Ты приходила в дом Стива, — Рик залпом выпил рюмку водки, — Отвечай.
Схватив официантку за горло, мужчина притянул её к себе. Медленно сжимая пальцы всё сильнее, он не желал слушать лжи.
— Я была у него всего пару раз, хорошо платит за ночь. — Теряя последний кислород, женщина начала задыхаться. Её голос хрипел, а Рик слушал эти звуки с упоением.
— Его ребёнок, ты видела его?
— Бегал он по квартире как бешеный, мешал только, — Официантка попыталась высвободиться от крепкой хватки Рика.
— Сейчас ты его видела?
Рик закинул ногу на ногу, ему нравилось данное развлечение. Помниться, когда он ебал эту сучку во все дыры за барной стойкой.
— Давно уже нет, не знаю я.
Глядя на посиневшие губы, Рик грубым движением оттолкнул официантку. Стуча пальцами по столу, он никак не мог простить себя за тот день, когда он упустил ребёнка.
— Если он на улице, то давно в полиции.
— Ты вообще на улицу выходишь? Ищут его все, — Рик прокричал это, не желая слушать такие глупые вещи.
Официантку Анжелу он знал давно, работала тут с молодости, а когда он только пришёл в этот район, всё пыталась прицепиться да содрать больше денег из кошелька. Помнится, как он платил ей, чтобы она крала драгоценные вещи и деньги из домов своих клиентов, на этом Рик и жил, пока не появились Дункан и Скотт. Этих двоих постоянно приходилось вытаскивать из драк и потасовок, но в ответ они платили ему своим верным подчинением. Рик чувствовал себя как босс маленькой мафии, а они — его верные крысы.
Подперев рукой подбородок, мужчина смотрел вдаль, как вдруг увидел ребёнка, именно того самого, сынишку Стива. Он шёл под ручку с каким-то трансвеститом и улыбался высокому и смуглому мужчине. Именно в последнем Рик узнал Луи. Местного наркомана, у которого Дункан скупал последние наркотики и пиво по акции. Решив, что данная картинка достаточно интересная, Рик сделал пару снимков на свой телефон и поспешив выйти из здания, решил немного проследить за сладкой парочкой. Осторожно идя за спинами троих, Рик никак не мог понять, как ребёнок попал в руки трансвеститу. Понять его рабочую сущность было не сложно: женские вещи, яркий макияж и туфли на высоком каблуке, хотя при этом мужское телосложение и лицо, да, миловидное, но мужское. Пряча оружие в заднем кармане штанов, Рик не планировал использовать его прямо сейчас, он хотел приставить к стенке сначала наркомана, а потом уже и заняться «папочкой», которого видимо играл трансвестит для ребёнка. Наблюдая за счастливым выражением лица сына Стива, Рик не равно выламывал пальцы на руках, ему не нравилось данное зрелище, зато теперь он точно знал, у кого можно выкупить, либо забрать угрозами ребёнка. Ведь этим двоим своей бы жизнью заняться, а не воспитывать чужих подкидышей.
Поздно ночью, когда в районе были слышны только громкие песни из колонок и храп местных бомжей, Рик со своими друзьями отправился к подвалу Луи. С ноги открыв единственную дверь, Рик ухмыльнулся, глядя на то, как Луи вколол себе очередную дозу наркоты в вены. Кивнув в сторону Скотта, двое подчинённых скрутили руки Луи за спину, заставляя его встать на колени. Не особо вникая в суть происходящего, Луи никак не мог вспомнить лица, явно, своих неприятелей, а доза наркоты начинавшая быстро действовать, успокаивала, клоня мужчину в сон.
— Ты знаешь зачем я пришёл? — Рик решил начать издалека, обходя Луи сбоку.
— Видимо я тебя чем-то обидел, — Луи ответил шуткой на вопрос, оставляя свой позитивный настрой при себе.
Двое подчинённых буквально выламывали ему руки, но из-за наркотиков он почти не чувствовал боли, лишь покой и капельку возбуждения.
— Мне нужен ребёнок, которого вы украли, — Ударив в спину Луи своей ногой, прохрипел Рик.
Слегка вздрогнув Луи прокручивал в голове приказ мужчины, которого он видел впервые в своей жизни. Но понял сразу о каком именно ребёнке тот толкал свои речи.
— Я не люблю детей, — Пользуясь тактикой Барри, Луи старался выждать время, пока к нему нагрянет толпа покупателей.
— Зачем ты мне врёшь, — Подойдя к Луи спереди, Рик достал свой пистолет, приставив его к голове Луи, — Местный наркоман, хочет стать очередным трупом?
— Это не твой ребёнок, его родителей нет, а поэтому тебе ли важно где он? , — Прикрывая глаза, Луи не опасался выстрела и смерти, — Теперь у него новая семья.
— Кто интересно? — Рик хихикнул, — Наркоман и проститутка?
Вся жизнь Луи состояла из достаточно красочных моментов. Он родился в старом трейлере на заброшенном пустыре, в компании троих женщин, уже имеющих собственных детей. Родила его — она из них, но на руках всё время таскала фарфоровую куклу, которая была дороже собственного сына. Поскольку им никто не занимался, то будучи ребёнком Луи бил окна и фары автомобилей, желая привлечь внимание и получить хотя бы дозу тепла и любви, но вместо этого бывал жестоко наказан. Женщины в трейлере считали себя главнее всех мужчин и когда родился Луи пытались его кастрировать пластиковыми ножницами, а наказывая приковывали к батарее, под лучами яркого солнца. Не имея возможности глотнуть и капли воды, Луи терял сознания. Всё детство проходило именно в такой закономерности, а будучи подростком и попав в плохую компанию, его и вовсе изнасиловали трое мужчин, заманив в заброшенный амбар. Сколько он там пролежал — плохо помнил, но знал одно, что именно после того случая, жесткого увлёкся наркотиками. Наркотики помогали забыть. Наркотики дарили ему жизнь, без этих воспоминаний. Жизнь другую и более красочную. А этот ребёнок, он особенный в его жизни. Луи не получающий ничего, кроме физического и психического насилия, мог учить его любить мир. Да он был наркоманом, но он видел то прекрасное, которое не видят все остальные, будучи слишком занятыми или считающими, что они стоят выше этого.
— Я могу дать тебе жизнь, взамен на ребёнка, в противном случае, можешь передать своему другу шлюшке, что вас ждёт смерть, — Рик схватив Луи за подбородок, хорошенько врезал ему по лицу.
Рик постоянно поглядывал на часы, он знал, что скоро придут клиенты за новой парой наркотиков, об этом заранее предупредил Дункан. Любопытно, что Луи не узнал его, но Рик был уверен, что уже спустя пару часов, сынок Стива будет в его руках. Пока Луи был в своих мыслях, он уже прочитал ему целую лекцию о том, что малец им вовсе не нужен, он только помеха и лишние проблемы. А Рик, знающий толк в детях, вполне мог о нём позаботиться. Да, большинство его фраз были ложью, ведь получив свои деньги, он скорее всего застрелит ребёнка, но разве наркоману стоит об этом знать.
— Подумай хорошенько, — Захлопнув за собой дверь, Рик со своими дружками удалились прочь.
Луи упавший на пол от бессилия и прилива наркотиков в кровь, видел перед собой лицо улыбающегося Ларри. Наверняка, этот тупица и имени его не знает, а уже качает права на владение чьей-то жизнью. Рассказывать о произошедшем Барри, мужчина собирался уже утром, он посчитал, что вместе они, обязательно, придумают способ избавиться от такого преследователя. Ларри — замечательный ребёнок, со сложной судьбой. Луи никак не хотел, чтобы он повторил его судьбу или совершил нечто похуже.
Барри редко проводил время с мальчиком, большую часть своего времени он разгуливал в барах и борделях куда его с радостью приглашали клиенты. Зачастую, на эти часы его забирал Луи, но в этот день он не пришёл, сколько бы Ларри не сидел у двери и не ждал, шагов не было слышно.
— Я буду один?
Мальчик наблюдал за сборами Барри, с каждой минутой расстраиваясь всё сильнее.
— Не могу же я забрать тебя к себе на работу, меня не поймут.
Поправляя рубашку на груди, мужчина поглядывал на часы, — Луи плохо себя чувствует, скорее всего.
Барри хорошо знал какой образ жизни вёл его друг, а поэтому не был удивлён такому поступку. Скорее всего, Луи сейчас валяется на диване и отходит от наркоты, ему не до мальца.
— А что мне делать? — Ларри схватил Барри за руку, когда тот подошёл к выходу.
— Послушай радио, посмотри в окно, — Список вещей, мужчина придумывал на ходу, а после вырвав руку, вышел в коридор, — Я закрою тебя.
Барри спешил этим утром, а поэтому совсем забыл о завтраке. Его ждал местный авторитет, которого заинтересовали отзывы о работе мужчины.
Оставшись в полнейшем одиночестве и услышав щелчок замка, Ларри фыркнул, — Но у тебя нет радио.
Чувства голода не было, да и мальчик привык к тому, что его никто не кормит. Дома он мог не есть почти неделю, питаясь тем, что давали в школе и выпивая огромное количество воды.
Спустя десять минут и сотни пройденных кругов вокруг дивана, мальчик заскучал. С Луи ему было очень весело, а в этой душной квартире даже не было книжек с картинками, одни ковры и грязное окно. Интересно, почему он так подло поступил, не забрав его. Ложась на пол, Ларри продолжал раздумывать на эту тему. Быть может, с Луи случилась беда или он потерялся или забыл о нём, хотя последнее маловероятно.
Открыв все ящики и комоды в квартире, взгляд мальчика пал на его новые вещи. Барри, получив денег, купил ему юбку и пару новых заколок. Изначально, он не планировал так поступать, но Ларри говорил ему о своём желании круглосуточно, даже ночью, пока Барри пил кофе у окна.
Решив, что он сам сможет отыскать Луи, мальчик одев на ноги юбку и слегка поправив футболку, с уверенностью в свои силы посмотрел на окно. По этому району он бегал частенько, а поэтому знал, опасностей тут много, но обойти всё возможно. Подвал Луи находился недалеко, а поэтому он обязательно справиться.
Зацепив мешающиеся пряди волос заколками и накинув на плечи куртку, мальчик приставил стул к окну. Открыть его было сложно, ведь Барри с такой силой захлопывает форточку, что та скоро треснет и отвалится. Усилий было приложено много и Ларри даже тыкал в окно ножом, чтобы то распахнулось.
Спустя, примерно, час, мальчик радуясь своим силам, уже спускался по железной лестнице. Она была грязной и скользкой, но Ларри терпел.
Ветер на улице задирал юбку, продувая ноги, но мальчик не обращал на это внимания, постоянно оглядываясь и смотря по сторонам. Медленно перебегая от одного здания к другому, он чувствовал себя шпионом.
По деревянным лавочкам и дырявым вёдрам кучками спали стайки голубей, в канализацию крыса тащила мёртвого воробья, а кошки орущие из балконов, взглядом следили за Ларри. Живности на улицах было много, летом он даже видел тут тараканов, мигрирующих из одного дома в другой. Зимние месяцы только наступали, а за одну ночь выпало столько снега, что мальчик мог слепить целого снеговика. Если бы не операция по спасению Луи, то Ларри непременно бы не сдержался.
Обходя валяющиеся на тротуарах тела, мальчик заглядывал в окна первых этажей. Занавесок у большинства не было, а поэтому он разглядывал приборы в квартирах и мебель. Спускаясь всё ниже по улице, Ларри проводил пальцами по рук по кирпичной стене дома, как вдруг, завернув за поворот увидел знакомое лицо. Забежав обратно, мальчик прижался к стене. На крыльце стоял тот самый мужчина, который убив отца, лишил его единственной квартиры. Ларри не знал как поступить в данной ситуации и уже был готов вернуться к Барри, как вдруг услышал, что речь идёт о нём. Имени мужчины он не знал, но заприметил в заднем кармане штанов пистолет. Такой когда-то им показывали на уроке обороны, заставляя заучить, что это не игрушка, а опасная вещь способная лишить жизни. Незнакомец говорил о том, что никак не может найти его, часто повторяя, — Сын Стива и какие-то значимые деньги. Склонив голову на бок, Ларри прикрывал глаза. От ветра по телу шли мурашки, а куртка из-за больших размерах была легко продуваемой. Ни о каких деньгах мальчик не знал, раз в месяц, они с отцом питались супом: из воды, картошки и морковки, а имени отца он и вовсе не знал. В доме оно никогда не звучало.
Попятившись назад, мальчик испугался когда услышал громкую ругань и прикрыв уши руками, старался не заплакать от безвыходности. Барри много раз говорил ему не высовываться на улицу, но мальчик его не слушал, считая, что прекрасно знает тут все закоулки и с ним ничего не случиться. Этот незнакомый мужчина пугал его, он ходил с оружием и выглядел злым. Помня, что он сделал с отцом, Ларри не хотел повторять этой участи. Пускай о смерти он знал маленькую часть вещей, но со слов местных бродяг уяснил, что это очень болезненный процесс. Услышав приближающиеся шаги, мальчик не думая бросился бежать в обратную сторону, но срезая пути перелезал через маленькие лазейки в деревянных заборах.
Раньше он бегал так представляя себя бандитом. Правда, при этом с ним был рюкзак, а сейчас всё немного поменялось. Пряча руки в карманы куртки, Ларри чувствовал как холодный ветер бьёт по лицу. О рюкзаке с сокровищами мальчик теперь редко вспоминал, но иногда поглядывал как тот лежит на шкафу.
Выдохнувшись, мальчик чувствовал как сильно колотится сердце, а руки буквально онемели от холода. Голова слегка побаливала, потирая уши, мальчик пытался хоть чуть-чуть её согреть. Ориентироваться на местности Ларри уже умел достаточно хорошо и вспоминая все дома по цветам, указал себе рукой нужное направление. Из-за усталости, он теперь плёлся достаточно медленно, а в голове словно прошёлся шторм, стёрший все мысли и фантазии. Теперь осталось только чувство холода и урчания в животе, которое явно намекало на перекус.
Проходя мимо большой свалки мусора, краем глаза Ларри снова заметил того мальчика, с забавной шапкой. На этот раз он был один, но не выглядел грустно или расстроено. Остановившись, Ларри решил понаблюдать за ним. Мальчик, видно решивший перелезть через проволоку, разрезал её ножницами, хотя выходило это плохо, из-за высокой степени прочности и толщины. Улыбнувшись, Ларри прикрыл лицо руками, он резко забыл о том мужчине, переключившись на ребёнка. Сжимая руки в кулак, Ларри переминался с ноги на ногу, а после сорвав ещё не умерший от холода цветок, начал идти в сторону мальчика. О наличии юбки на своих ногах Ларри забыл уже давно, совершенно не чувствуя её, а лишь холод, пронизывающий до костей. Свободной рукой Ларри сжимал длинный рукав куртки, а в другой прятал за спину цветок. Мальчик долго не замечал его, но когда заметил, то слегка переменился в лице. Почти вплотную подойдя к забору из проволоки, Ларри дышал глубоко, стараясь не запинаться в словах.
— Я вижу тебя тут уже во второй раз.
Услышав такие странные слова вместо приветствия мальчик промолчал. Свою работу с разрезанием проволоки он прекратил, но ножницы не убирал.
— Я хочу подарить тебе это, — Голос Ларри слегка дрогнул.
Протянув руку с цветком вперёд, Ларри ожидал абсолютно любой реакции. В школе его часто обижали, а поэтому к отказам и плохим словам, он относился нейтрально. Да, обидно, да, он плакал в туалете первое время пропуская занятия, но ко всему привыкаешь.
— Зачем? — Мальчик оглянулся назад, он осматривал Ларри с ног до головы, а в его глазах читалось непонимание.
— Чтобы сделать приятно, — Ларри так и продолжал держать руку с цветком.
— Ты девочка? — Мальчик знал, что ответ отрицательный, — Только девочки носят юбки.
Ларри почувствовал как его щёки начинают гореть от смущения. Барри так спокойно ходил по улицам в таком виде, а ему почему-то стало стыдно перед этим мальчиком, — Я не девочка, мне так нравится.
— Нравится… — Заканчивать предложение мальчик не стал, хотя явно собирался сказать что-то ещё.
— Возьми, — Ларри подошёл на пару шагов ближе и засунув руку в одну из дырок на решётке, цветок был уже прямо перед носом мальчика.
После такого напора, мальчик всё-таки взял дарённый цветок и спрятав его в карман куртки, продолжал стоять на месте, — Ты тут живёшь?
— Да, рядышком, — Ларри вновь улыбнулся, проводя руками по юбке.
— А зачем делать мне приятно? — Мальчик мог долго не моргать, а его зелёного цвета глаза ярко переливались на солнце.
Ларри опешил от такого вопроса. Когда мужчины приходили в дом к Барри, то фраза «делать приятно» промелькала достаточно часто. Сам он считал, что так говорят потому, что нравится время проведённое с человеком или сам человек. А раз этот мальчик привлёк внимание Ларри, значит он ему нравится. Так это или нет, Ларри не знал, а вдруг, после такого признания мальчик уйдёт, ведь юбки он уже посчитал странным.
— Нравится.
— Что нравится? — Мальчик склонил голову на бок, прищурив глаза.
Что может нравится? Ларри нравилось мороженое, машинки и разноцветные мелки, а этот мальчик, нравится ему также как мелки.
— Нравишься как мелок, — Ларри так углубился в тему мелков, что даже не заметил как произнёс это вслух.
Мальчик напрягся и задумался, — Я не могу тебе нравится, — Снимая с рук перчатки, мальчик смял их, — Ты мальчик.
— А мой друг говорит, что так можно, — Ларри внимательно следил за его действиями, — Это даже, наверное, хорошо.
— Мои родители так не говорят, — Мальчик опустил взгляд на землю, — Мой брат так сделал и его наказали.
— Что сделал? — Ларри не понял последних слов, рассматривая черты лица мальчика.
— Он говорил, что это друг, а потом рассказал, что любит, — Мальчик прикусил нижнюю губу, — Любить сложно, это тоже он сказал.
— А нравится? — Когда Ларри подошёл к решётке совсем близко, то смог узнать, что мальчик выше него ростом и имеет тёмные волосы, торчащие из шапки.
— Не знаю, мне никто не нравился, наверное, это как любить, только чуть-чуть меньше, — Мальчик протянул Ларри свои перчатки, — А любить, но чуть-чуть меньше, наверное, это заботиться.
Ларри было неловко брать чужую вещь, но мальчик не убирал своей руки, как и он с цветком, — Заботиться?
— Да, мой брат заботиться обо мне, он говорит как одеваться и кормит мороженым, — Мальчик впервые улыбнулся, — А его он тоже любил, только не так как меня, я видел, что они держались за руку, это забота?
— Меня тоже держит за руку мой друг, — Ларри взял перчатки, — Но он меня не любит.
— Мой брат держал его за руку не так, — Мальчик надулся, — Он держал по-другому, вот смотри.
Когда Ларри спрятал перчатки в карман, мальчик вновь протянул свою руку, но уже засунув её через проволоку. Смотря на неё, Ларри не понимал, чего от него хотят, пока мальчик не пояснил, что он должен протянуть свою руку в ответ. Когда данное действие было выполнено, мальчик осторожно взял Ларри за руку, слегка сжимая её в своей.
— Он держал его за руку так, словно он сейчас потеряется, — Мальчик не опускал руки Ларри, — Держал с заботой.
Раньше, Ларри не ощущал таких эмоций. От руки мальчика шло тепло, а сердце снова забилось быстрее. Боясь пошевелиться, Ларри смотрел на мальчика, а тот делал это в ответ. Сколько они так простояли, Ларри точно сказать не мог, но когда мальчик резко опустил его руку, то немного приуныл. Благодаря руке мальчика, его достаточно быстро согрелась, да и эта особая атмосфера, нравилась Ларри. Но, ещё раз улыбнувшись, мальчик тихо проговорив, — Мне уже пора, — начал удаляться в сторону дороги. Шагая по сугробам, он выглядел таким счастливым, в своей забавной шапочке.
— Меня зовут Ларри, — Прокричав вслед уходящему, он смотрел на его удаляющийся силуэт.
— Я Юджин, — Мальчик помахал Ларри рукой, а потом побежал вперёд по снегу.
Идя к подвалу Луи, Ларри чувствовал себя радостно. О незнакомце он давно забыл и теперь в его голове крутился только Юджин, мальчик который приглянулся ему с первой встречи. Раньше он так мило ни с кем не беседовал, а тот даже взял его за руку. Интересно, а Барри тоже чувствует себя так, после общения со своими мужчинами.
Дойдя до обиталища Луи, мальчик перепрыгивая через ступеньки, проскользнул в приоткрытую дверь. В помещении странно пахло, а валяющийся на полу Луи, после опасной ночи, не чувствовал всех частей своего тела. Ларри слышал звук каждого своего шага и очень боялся, что сейчас Луи просто не откроет глаз. Присев на корточки рядом с длинным телом, мальчик тыкнул пальцем в нос Луи, а когда тот что-то пробурчал обрадовался. Открывать глаза Луи не спешил, но положив ладонь на плечо мальца, согласно кинул, — Ещё живой.
Поднять Луи с пола у Ларри не получилось. Он тянул его за руку и за ноги, тыкал пальцем в бока и лицо и даже сидел на его спине, но мужчина лишь кивал и бурчал под нос, — Ещё жив.
Луи после разговора с Риком долго не мог прийти в себя, будучи ещё и под наркотой, перед его глазами плавали разные картинки и моменты из жизни. В углу он, кажется, даже видел тёмный силуэт своей матери. К полуночи за дозой пришли и все желающие, ведь час продажи был открыт, но Луи чувствовал себя насколько плохо, что пьяницы и наркоманы забрали его партию товара почти за гроши, понимая, что отдавать всё равно придётся.
Барри ворвался в подвал Луи, будучи очень злым, ещё по дороге он успел поругаться с Вивиан, которая каждую секунду корила его за желание воспитывать ребёнка. Одежда пошла наперекосяк, а косметику мужчина смысл по пути, желая прибить непослушного мальчика. В подвале его ждало интересное зрелище: Луи, который всё-таки смог сесть, прислонившись к тумбочкам и Ларри, всячески пытающийся его расшевелить.
— И что это значит? — Барри провёл рукой по подбородку, его взгляд был таким пустым и холодным, — Я с вами тут торчать не собираюсь.
Услышав голос Барри, Луи ожил, вспомнив, что ему нужно непременно и срочно поговорить касательно ребёнка. Что-то мыча и пытаясь составить два слова в одно, он махал руками. Ларри видя данное зрелище, привстал, отойдя на безопасное расстояние.
— Приходил мужик… — Луи открыл рот и замер, — Это насчёт мальца.
Насторожившись, Барри глянув на ребёнка, попросил его выйти и подождать на улице. Ещё по активным жестикуляциям он понял, что тут намечается долгий и возможно важный диалог, ведь бутылку пива для похмелья или воды Луи просит иначе.
— Что за мужик и что с ребёнком, — Барри вновь слышал в голове приглушённый голос Вивиан, которой не терпелось выйти и занять его место.
— Не знаю как звать, угрожал, ребёнка просил, — Голова Луи кружилась и он чувствовал как чувство тошноты поднимается к горлу.
— Это его ребёнок? — Барри помнил, что малец говорил, что отец его бросил, а может и вовсе умер, кто его знает.
— Нет, говорит, нужен и всё, — Луи потирал виски, — Говорит, позаботиться лучше, чем мы, оружием тыкал.
— Вот как, — Барри ухмыльнулся, вспоминая все ночные разговоры с самим собой.
— Одного из его дружков я знаю, — Луи сделал паузу, — Наркоту у меня брал, но потом перестал, мутный тип.
— А что насчёт ребёнка? — Барри был серьёзен, — Вивиан просит избавиться.
— Опять ты про эту каргу, этот ребёнок наш, — Луи уже настолько привязался к мальцу, что готов был подраться за него, — Научись за себя стоять перед ней.
— Ребёнок может быть помехой, а если пошли угрозы, — Барри пытался мыслить реалистично.
— Он говорил, что убьёт, если не отдадим, — Смотря в пол, Луи тяжело дышал, — Но и ребёнка убьёт, не нужен он ему.
Диалог между Барри и Луи не привёл ни к чему хорошему. Они ругались, кричали друг на друга и каждый отстаивал свою точку зрения. Луи — любил мальчика и пускай и был наркоманом и не умел заботиться о ближних, хотел его защитить. Барри — реалист и будучи под воздействием своего второго я, считал, что ребёнок мешает работе. Да, он хорошо относился к мальцу, с понимаем и иногда сочувствием, но не более. Ларри стоящий прямо за дверью, тихонько подслушивал их диалог, пока по его щекам катились солёные слёзы. Он боялся, что сейчас двое его друзей предадут его и отдадут этому мужчине, который непременно пристрелит его из своего пистолета.
С утра до позднего вечера Рик ждал, что Луи с этим трансвеститом принесут ему ребёнка. Любые новости, были бы сейчас очень кстати для него, но, к сожалению, он ничего не получал. Пистолет, лежащий на столе, прямо перед Риком жаждал новой крови и он это понимал. Луи не ответил ему чётким ответом, но Рик надеялся, что он поступит умным образом и не станет нарываться на неприятности. К сожалению, мысли Рика не оправдались. Этот дом, в котором жил Стив, они перевернули с ног до головы, даже умудрившись повредить пол и стены, но никаких денег Дункан и Скотт так и не нашли. Смотря на голые деревья, Рик вспоминал черты лица возлюбленной Стива, а ведь и его тоже. Он не знал, куда она могла подеваться и почему его бывший напарник остался один с ребёнком.
— Босс, они так и не пришли, — Дункан высунул свою голову в проход на кухню.
— И новостей никаких нет, — Скотт не желал отставать от напарника.
— Рано утром мы сами к ним придём, — Рик устал ждать, а поэтому решил принять последние и самые жёсткие меры, которые он обещал Луи, — Выясните, где живёт этот трансвестит с ребёнком.
Первый раз за всё время, Луи и Барри вместе шли до квартиры, а Ларри медленно плёлся сзади, вспоминая все яркие события сегодняшнего дня, ведь больше их в его жизни может не быть. Когда друзья выходили на улицу, мальчик уже вытер все свои слёзы, но смотря на дорогу, был поникшим. Он так не хотел снова встречаться с этим мужчиной, он боялся его, так же как и отец в своё время. Рик — был человеком со странными наклонностями, готовым убивать и не быть наказанным, это хорошо знал Стив в своё время.
— Он меня убьёт, — Сидя на коленях Луи в гостиной, мальчик прошептал это себе под нос.
— Никто тебя не убьёт, малыш, — Луи всё время поглядывал на Барри, — Я сегодня буду ночевать тут.
Всю ночь, Луи и Ларри смотрели фильмы, через телевизор соседки Гимзо, жившей в соседней квартире. Эта добрая старушка, выслушав, что мальчик мучается бессонницей, так проявилась сочувствием, что сама предложила им это. Ларри сложно было отвлечься, но Луи придумывал всякие забавные вопросы и истории, в перерывах на рекламные записи. Барри в этот момент стоя перед зеркалом в квартире, медленно и всё глубже вонзал нож в свою правую руку. Немой крик в пустоту, а Вивиан наслаждаясь видом, заставляла его вонзать предмет всё глубже. Из-за ситуации с ребёнком, она сильно разозлилась, желая преподать мужчине хороший урок. Она считала себя главным обладателем тела, дающим работу и кров. Зная как велика опасность быть убитым от рук психа, она кричала избавиться от ребёнка и отдать его, а лучше ещё и избавиться от Луи, что так мирно поддерживал жизнь в этом чаде.
Ранним, зимним утром, двое полицейских наткнулись на множество детских следов возле трассы, ведущих в лес. Помня о пропавшем ребёнке и накинув на себя дополнительные элементы одежды, они направились прямо по следам. Дорога была трудной: ноги утопали в снегу, не выдерживая веса двоих взрослых, холод бил прямо по лицу, а рация вечно пищала, противным, механическим голосом. Выйдя к железному забору, полицейские переглянулись. Выбора у них особо не было, искать ребёнка было обязательным занятием, а тут первая зацепка — следы. Перелезая через колючую проволоку, женщина поправила спадающий с бёдер пояс, — Ужасное место, одни пьяницы и сброд.
— Думаешь ребёнок может быть тут? — Мужчина нажал на красную кнопку по рации.
— Не знаю, но следы есть, хотя тут уже послабее, это ещё снегопада не было, повезло.
Углубляясь в дома, полицейские не теряли надежды найти ребёнка, считая, что наконец-то напали на нужный след.
Рик тоже не терял времени зря и перезарядив свой пистолет, довольно рассматривал себя в зеркало. Он встал пораньше и пнув Дункана и Скотта, кинул на них разгневанный взгляд, эти двое, вечно всё проспят и опоздают. Узнать адрес проживания проститутки было несложной задачей, ведь мужчина работал в борделях и имел огромную клиентскую базу, приезжающую на дом. Помимо адреса, Рик выяснил, что трансвестита зовут — Барри и он имеет тесную дружескую связь с Луи, который непременно донёс ему новость об его визите. На улице ещё не успело встать солнце, а снега становилось всё больше и больше. Идя переулками, Рик никак не мог поверить, что эти двое готовы пожертвовать своей жизнью, ради ребёнка, который им даже не нужен. Вот сколько они его знают, месяц, два, да они даже о себе позаботиться не могут.
Ларри и Луи уснули только по утро, удобно расположившись на диване соседки. Ларри закидывал на Луи ноги и руки, мирно посапывая. Луи в свою очередь часто просыпался, поднимая голову, в один из таких разов он увидел лицо потерянного Барри. Приподнимаясь на локтях, Луи не мог понять в чём дело, пока друг не заговорил.
— Там, в окне, трое мужчин, один, явно, имеет оружие, — Барри был спокоен, но по его эмоциям можно было заметить, что такого он не мог ожидать, — Тот про кого ты говорил, его зовут Рик?
— Не знаю я, тёмный такой, в шапках всяких ходит, — Луи осторожно поднялся на ноги.
— Рик, такая тварь, что я даже связываться с ним не имел желания, но по твоей совести он сейчас придёт сюда, — Барри поднимал голос на Луи, — Он убил моего знакомого, просто пырнув в него ножом.
От криков Барри, Ларри неохотно приоткрыл глаза. Перед ним уже стояли двое друзей, а Луи начал поторапливать и почти хватать за руки и ноги. Когда Ларри встал и снова накинул на плечи куртку, то Барри схватив его за руку, буквально побежал прямо по коридору, к самой последней двери. Луи шёл следом за ними, раздумывая как защищаться от человека, имеющего столь ярый приоритет. За неведомой серой дверью оказалась пожарная лестница, по ней, все трое начали спускаться на улицу. Рик в это время заходил с главного входа и не обращая внимания на претензии соседки, буквально вламывался в каждую квартиру, — Я всё равно их найду.
Оказавшись на заднем дворе здания и подняв мальца на плечи, Луи осторожно бросил взгляд на окна, в которых столкнулся взглядом со Скоттом. Теперь всё шло на минуты. Предупредив Барри, Луи с ребёнком на плечах бросился бежать к знакомой леди, имеющей при себе ружьё. Но, только они добежали до поворота, как из него, самодовольно ухмыляясь, лёгкой походкой вышел Рик. Ларри тяжело сглотнул, крепче хватаясь за Луи, ему становилось страшно. Барри стоящий впереди них, сделал ещё шаг вперёд, — Что тебе нужно, Рик?
— А разве он тебе не сказал? — Рик кивнул на Луи, — Как грубо.
Дункан и Скотт вставшие сзади, совсем огородили их от дороги, закрывая все возможные лазейки, чтобы уйти. Луи посматривал на Барри, пытаясь придерживать его рукой за плечо, но на его получал лишь отмашки и фырканье.
— Этот ребёнок тебе не принадлежит, — Барри старался говорить сдержанно, хотя был готов убить Рика, за все те унижения, которые тот принёс ранее, — Оставь нас.
Рик сжимал руки в кулаки и резким движением достав пистолет, направил его прямо на Барри. Руки слегка дрожали, а губы образовали тонкую линию. Напряжение возрастало, но мужчина был настроен решительно. Не захотят отдать хорошо — умрут. Луи поняв к чему всё идёт, поставил мальца на землю, заставляя его спрятаться за спину. Дункан и Скотт подходившие к ним всё ближе, знали, что нужно делать если босс начнёт стрелять. Хватаясь за одежду Луи, Ларри плакал и всхлипывал, не желая видеть всего этого. Он хотел вернуться обратно, в подвал Луи или душную квартиру Барри, увидеть того мальчика — Юджина или пойти в школу.
— Прекращай, — Барри сделал резкий шаг вперёд.
Рик грубо нажал на курок пистолета, от неожиданности и напряжения. Пуля рассекающая воздух, пронзила тело Барри, заходя глубже в плоть, прямо рядом с сердцем. Кровь вышедшая из горла, полилась прямо на тротуар. Упав на колени, а после всем телом на землю, подбородок Барри приложился к земле. Рукой хватаясь за место раны, перед глазами Барри начали пролетать воспоминания. Боль от пули мужчина сравнивал с ударами железной плетью, которые он получал от отца. Когда Барри впервые одел платье, своей сестры, а родители увидели его в этом, то он провёл трое суток в сарае, в котором получал по спине плетью. Тело кровоточило и болело, а после пошло заражение крови. Отшельником Барри стал не по своей вине, от него отказалась семья, бросившая его тело гнить на обочине дороге, а он выжил, позволяя своей второй личности выйти наружу. Перед глазами всё плыло, а крик мальчика и последующие выстрелы Барри пропускал мимо ушей, его тело становилось ватным, разум замирал, а глаза закрывались. Да, возможно он прожил не самую лучшую по мнению остальных жизнь, но она была наполнена тем, что ему никак не могла дать семья. Луи — единственный, кто принимал его таким, какой он есть.
Видя как истекает кровью тело Барри, Ларри бросился к нему, но Луи успевший прикрыть ребёнка собой, получил три выстрела в разные части тела. Оглушённый громкими звуками, мальчик совсем потерялся. Он бегал словно кролик, с одной части дороги на другую, чувствуя как его грубо хватают за руки и отводят подальше от двух лежащих тел. Луи взяв Барри за руку, прикрыл глаза от боли. Он никогда не боялся смерти, но не желал умирать в одиночестве.
— Стоять на месте, — Звонкий голос полицейских донёсся по району.
Услышав выстрелы, двое бродящих: мужчина и женщина, уже не надеялись найти что-то ценное, но наткнувшись на мёртвые тела и пропавшего ребёнка, картинка прояснилась. Рик был вынужден отбросить пистолет в сторону, уже совершенно не понимания, что он творит, а Дункан и Скотт отбегая от мальчика, прятались за спину босса. Ларри не видел ничего перед собой, слёзы по его щекам не переставали течь, а крики прекратились только сейчас. Всё тело дрожало, а голова переставала слушаться, словно, он был куклой в чужих руках и вот-вот потеряет сознание.
Жизнь — бесценная штука, так говорил Луи, каждый вечер перед уходом Ларри. Он всегда был весел и никто даже не мог подумать, что заядлый наркоман имеет столько чувств и эмоций внутри. Принимая наркотики, Луи бежал от прошлого, не заботясь о настоящем. Он как и Барри, были двумя скитающимися душами, давно потерявшими надежду на спасение.
