Есть ли валюта у Любви?

            

Сразу после суда.

            Витторе было привычно жить среди роскоши, но у них был небольшой загородный коттедж, в котором был погреб с редчайшими сортами вина, привезенных в Италию, как подарок на пятнадцатилетие брака его родителей. Дом был не хитро обставлен средним антиквариатом, и его потолки были расписаны местным художником. Они прибыли туда сразу после суда, так как было уже достаточно поздно, и этот дом оказался ближайшим подходящим местом. Нерасторопные дворецкие знали о приезде хозяев еще задолго, поэтому успели подготовиться. После ужина отцу позвонили по работе, и он уехал, но остальные предпочли остаться. У Витторе и его сестры была игровая комната, которая так и не была убрана после ее смерти, только дворецкие заходили туда, чтобы снять очередной слой пыли. Сразу после ужина принц отправился в эту комнату. Дверь была заперта замком, но после звонка в колокольчик ему ее открыли. Все было точно так же как и 3 года назад: серый сервант с фигурками разных персонажей, которые собирали они с сестрой еще в детстве. В более позднем возрасте они больше сидели в интернете, и ноутбуки старых моделей напоминали ему о тех временах. Под столом стоял отключенный мини холодильник, в нем они хранили мороженное. В углу стоял диван, с закинутыми на него подушками-пуфами. Он подошел к окну, за которым открывался вид на местный пляж. Был уже вечер и на нем не было людей. Рыжий закат отдавал последние лучи, которые проходя через призму стекла, растекались по всей комнате. Витторе услышал цоканье каблуков по паркету, он понял что это была его мать, она подошла к нему и положила теплую ладонь ему на плечо, слегка обнимая его.       — Не могу поверить, Ви. Прошло уже столько времени с тех пор, как вы играли тут, — прошептала София Леконт, с французским акцентом. Она, в отличие от мужа, старалась каждую свободную минуту проводить с детьми. Потеря дочери заставила ее привязаться к сыну настолько сильно, что она заперла его за стенами поместий, окружила охраной и сама того не понимая, лишила его свободы, но он понимал мать, и ждал лишь своего взросления, чтобы покинуть ее.             Витторе промолчал, лишь накрыл руку матери своей ладонью. За это время они сблизились настолько, что им не нужны были слова для понимания. Они пересели на кровать и просидели так не особо долго, их покой нарушила горничная, которая позвала княгиню по неотложному делу. Парень тоже не стал сидеть долго и отправился в свою спальню.             Ночь была холодной, и сон был неспокойным, посреди ночи Витторе проснулся и решил, что нужно бы было посетить теплицу с цветами, которая была неким хобби матери, однако она ее забросила, когда Виктория умерла. Окутавшись в халат, принц тихо спустился на первый этаж, все спали, но повар уже начинал готовить еду для персонала, и ему повезло, что старый флорист как раз сидел вместе с поваром в предвкушении сытного завтрака.       — Отведи меня в теплицу, я хочу посмотреть как сейчас там, — грозно, без капли уважения произнес принц, явно показывая уровень своего статуса.       — Молодой господин, сейчас поздняя ночь, может посетим ее утром? — на лбу старика выступил пот. Витторе сразу это приметили, взяв старика за воротник своими сильными руками, от чего тот покачнулся на стуле. Приказным грубым тоном повторив, — Отведи. Меня. В. Теплицу.       — Да, мой господин, прошу, не бейте меня… — Витторе откинул старика от себя и тот все же упал со стула, но встал и отвел его до теплицы.             Увиденное Витторе его огорчило: лозы были обесцвечены из-за нехватки воды, тюльпаны были практически без лепестков, а у роз были опущены иглы, что говорило о том, что кусты уже погибли. Он резко обернулся к флористу и схватил его за шею так, что он оторвался от земли.       — Ты убираешься отсюда прямо сейчас, и чтобы через 10 минут и следа твоего не было! — он ослабил хватку и старик, возможно, вспомнив молодость, побежал как только мог.             Разозленный принц отправился обратно, но не смог вновь уснуть решил пойти в ванну. Еле поместив свою тушу в ванне, он впервые за долгое время расслабился, было привычно, что отдохнуть можно только наедине с собой. Теплая вода окутывала его, как покрывало, а гладкие стены ванны, сохранявшие некую прохладность, давали необычный контраст.             Мысли, их так много в голове, но сейчас он был готов отпустить их всех, оставив только инстинкты.             Он стал слушать свое сердце, проникнулся настолько сильно, что буквально чувствовал, как кровь приливает к конечностям. Это были приятные чувства… Член стал набухать, в недлительные сроки, раздувшись до полного своего, внушающего размера. Он небрежно подрочил головку члена и когда он кончил, спустил воду и постоял несколько минут под душем. Он вышел из ванны и принял антидепрессанты, он не принимал их уже долго, поэтому и был столь напущенным с флористом.             Наступило утро. Мать и сын уже сидели за столом и начинали свою трапезу. Спустя минуты молчания, они поприветствовали друг друга, и завели разговоры на непринужденные темы. Сын был с матерью добр и открыт, однако, с нищими людьми и персоналом он общался потребительски, этому научил его отец, хоть мать и не приветствовала это, но никогда не ругала сына за это. Такое отношение сформировалось у него еще и после того, когда убили принцессу Викторию. Это была шайка мафии, состоящая из итальянского гетто, им помогли проникнуть в дом несколько дворецких, которые сделали это почти за сущие копейки. Теперь у всей семьи Ди Мартини была некая настороженность к персоналу и иногда малейшие ошибки оканчивались увольнениями.             После завтрака, они покинули резиденцию, и сидя в транспорте им позвонил секретарь отца.       — Госпожа Леконт, боюсь, журналисты каким-то образом смогли узнать результаты вчерашнего заседания.       — Романо, как это могло произойти! — громко и недовольно выкрикнула княгиня.       — Боюсь, я не располагаю данной информацией, но наши источники молчат. Господин Григорио сейчас обсуждает эти новости с главными журналистскими порталами, они наотрез отказывают скрывать новости о том, что Витторе является вторым богатейшим наследником в Европе. Один из порталов предложил вывести его в свет, чтобы избежать слухов.       — Следи за словами, Романо! Ему всего 17 лет, он даже не вступил в право на пользование имуществом, такое внимание может плохо сказаться на его дебюте в бизнесе, тем более если оно наступит после его учебы!       — Но, госпожа! — слегка повысив тон, сказал секретарь. — Клевета о том, что ваш сын заказал убийство сестры, могут причинить гораздо больший вред! А если мы представим его миру после столь долгого молчания в хорошем свете, то слухи отпадут. Далее последовало мгновение молчания, княгиня посмотрела на, сидевшего и слышавшего весь диалог, сына.       — Я поняла тебя, Романо. Передай мужу, что я займусь этим, пусть возвращается к работе. А СМИ сообщи, что я дам комментарий завтра на открытии новой ювелирной коллекции в Венеции.             Такие новости не особо удивили Витторе, он постоянно следил за новостями в интернете, и читал слухи более безумными и обидными чем это. Он понимал, что вскоре ему надо будет выйти в свет, и это скоро уже наступает.

Тем же утром. Прованс.

            Прованс заливало дождями уде 3 день, некоторые цветы Лео перетащил в дом. Продажи пришлось остановить, и нехватка денег стала все больше сказываться на нем и бабушке, однако в этот день должна приехать мать, и они собирались устроить небольшой ужин. Клодин купила багет и вместе с внуком они позавтракали им, запивая молоком.             После парень, взяв синий зонт, отправился на занятия, благо он жил недалеко, и идти надо было около 5 минут. Учился он не особо хорошо, но его все учителя его любили за его доброту и старательность, а девочки обожали его за его красоту и изысканность, из-за чего он становился объектом насмешек у парней. Но всё же он не особо любил это место, предпочитая цветы живым людям. Сегодня был последний день перед экзаменом. Уроки были сокращены, а учителя составляли бланки об успеваемости.             Дождь прекратил лить, и знойная жара сделала свое дело, создав душную и мерзкую атмосферу на улице. Дома он стал переносить цветы в сад и как только он закончил, то услышал, как загудели голоса фермеров, на проданном ими участке. Он чувствовал себя виноватым перед семьей, ведь его бабушка всю жизнь провела на этом участке, но отдала его во благо внука.             Клодин Крото было уже 79 лет, она постоянно шутила на тему своего возраста, но со временем все перестало быть шутками, она уже еле справлялась с домашней работой, ее пенсии едва хватало бы, если бы она жила одна. Смерть мужа сильно сказалась на ее здоровье, и виноградник был в огромном убытке, поэтому она предложила жене единственного сына с внуком переехать к ней. Тогда Лео было всего 2 года. Отец Лео погиб на работе, его ужалила гадюка, а он не предал этому значения.             Домик был обставлен очень и очень бедно, старые потрепанные шкафы, картины, купленные на блошином рынке. У этого дома был большой теплый чердак, там спал Лео. Еще при жизни его дед сделал окно на крыше, там они оставляли саженцы, но теперь там спит юный флорист, заставляя все цветами в такие дождливые деньки. Мама и бабушка спали вместе на первом этаже, на диване. У них была небольшая плита и совершенно недавно они купили новый холодильник. Так же у них была достаточно большая ванная комната.             Лео сел за свой стол на чердаке, он был для него и обеденным и рабочим и туалетным. Сидя перед зеркалом, он расчесал свои темные волосы и завязал их в пучок, добавляя веточку розы, он обмакнул в воск бутон и закрепил его поверх пучка, надел свой зеленый комбинезон. Загрузил повозку, закрепил ее к велосипеду и поехал на главную дорогу, там он в основном торгует цветами, делая букеты на месте.             Когда он продал последний букет, он поехал встречать маму, которую должна была привезти рабочая машина, водитель хорошо знал паренька и время от времени подвозил его вместе с повозкой до дому. Однако, прождав около часа, он решил позвонить матери по таксофону, но ответа не последовало.             Лео стал сильно переживать, но не мог ничего сделать, мать настрого запретила ему звонить напрямую начальству. В ту же минуту его схватила за руку чернокожая девушка, которая была чуть выше его самого, он посмотрел на нее и, осознав, что это Хельга, с радостью обнял ее. Она была кудрявой девочкой, носящая высокие джинсы и самодельно обрезанный топ. Ее отец был лучшим другом водителя, привозящего Мишель. Ребята позвонили ему, и он их успокоил, сказав, что у сотрудников срочное незапланированное собрание.             Обычно такие собрания бывают, когда у них намечается важное мероприятие, и они тем самым распределяют работников и меняют расписание. Обычно после такой работы выдают хорошие премии, поэтому эта новость воспринялась Лео даже как положительная.             Он научился делать букеты еще в детстве, бабушка приучила его к цветам. Своим усердием он даже превзошел её, и слухи о его мастерстве доходили до начальства его матери, однажды они пригласили его помочь с украшением корпоративного зала и результат всех шокировал. Как может четырнадцатилетний подросток превзойти профессиональных флористов, имеющих стаж в два три раза длиннее, чем жизнь Лео. Однако заплатили тогда совсем мало, унизительно мало.             Оставив дома повозку и велосипед, он попрощался с бабушкой и пошел в гости к Хельге, странно, но у нее он чувствовал себя более свободно и комфортно, чем дома. Она знала о его ориентации, но более того она знала и его увлечении, он не чувствовал себя девушкой, но женственность была в нем с самого взросления. Ему нравилось надевать платья, женское белье, он чувствовал себя красивым, но ему не хотелось носить его и в обычной жизни. Это больше был его сексуальный фетиш.             Сегодняшняя ночь не была исключением. Дом Хельги был по сравнению с домом Лео просто гигантским. 3 этажа, 11 комнат, 4 ванных. Однако и в семье у них было почти 20 человек, дело в том, что семья Хельги моногамна, 4 отца и 3 матери. Ей приходилось тяжело из-за насмешек в школе и оскорблений даже со стороны незнакомых ей людей, однажды она хотела покончить с собой, бросившись под машину, но, продающий цветы, Лео оттолкнул её. Так они и подружились.             Закрывшись в комнате и закрыв все шторы, они делали разные вещи. Разные безумности. Единственными друзьями друг у друга они перестали быть совсем недавно, когда у Хельги появился парень.             Утром Лео встал пораньше, и сразу отправился домой, сразу после него домой пришла Мишель, она выглядела испуганной. Сын увидел это, и посадив маму на диван, спросил:       — Что случилось, мам? Новое мероприятие? Расскажи… — возбужденно, но настороженно спрашивал Лео.       — Семья Леконт и Князь Ди Мартини собираются проводить светский бал, где соберут всех акул винодельного и ювелирного дела Франции и Италии. Они хотят дебютировать принца и наследника velourslaconte. А организацию всего мероприятия поручили нам, как самой крупной компании в Провансе. Они и раньше всегда сотрудничали с нами, но никогда не было таких масштабов. По желанию принца, весь зал должен быть оформлен в виде оранжереи, начальство активно нанимает флористов, но не могут найти никого, кто бы подошел… — медленно и испуганно сказала Мишель.       — А какие сроки? Неужели все должно быть так быстро?       — У нас всего неделя! Если мы провалим, то всю нашу организацию сожрут эти семейки. — резко и грубо ответила Мишель, ее карие глаза были как никогда темны и казалось, что она вот-вот расплачется. — Меня спросили, сможешь ли ты пройти собеседование?       — Но, мам, ты уверена? Меня так давно не приглашали…       — Они сказали, что заплатят 5000 евро! Этих денег должно хватить на твое обучение и проживание. Нельзя отказываться от такой возможности. Пожалуйста, сынок. Мы едем уже завтра, нам обещали хорошие выходные после мероприятия.       — Уже завтра? А как же бабушка?       — Может, попросим твою подругу? Нам выдали заплату, бабушке должно хватить.       — Если так, то… — Лео задумался, он боялся, что если облажается, то может лишить мать работы, но и отказаться было бы полной глупостью.             На следующее утро Хельга пришла провожать их, они позавтракали, и водитель к тому времени уже подъехал к дому. Спустя несколько часов они уже были в рабочей гостинице, им выделили двухместный номер. Гостиница не была особо хорошо обставленной, но условия были намного лучше, чем дома. Ближе к вечеру Лео пригласил организатор на собеседование, он уже знал о мастерстве паренька, поэтому ему оставалось только поставить печать.

Конец Главы 1.