Когда-нибудь...

      Мужчина в белом медицинском халате шёл коридором больницы, держа в руках папку. Свернув направо, Косач повернул за угол и вошёл в кардиологическое отделение, чтобы зайти к пациенту, который лежал с вывихом ноги, а вчера ещё и получил сердечный приступ. Он посмотрел вдаль и увидел новую медсестру Женю, которая шла ему навстречу, держа рядом капельницу. — Здравствуйте, Алексей Фёдорович! — светловолосая игриво поправила упавший локон, когда подошла ближе к врачу. — Здравствуй, Евгения! — улыбнулся Лёша, остановившись в двух метрах от девушки невысокого роста со светлыми волнистыми волосами, уложенными в аккуратную причёску. — А Вы какими судьбами у нас в отделении? — поинтересовалась Тищенко, отпуская капельницу и склонив голову набок. — Вы к нам практически не заходите, к тому же травматологическое отделение совсем в другом крыле. Решили в гости зайти?       Косач улыбнулся, опустив голову и тихонько засмеявшись. — Ну, можно сказать и в гости. Я к Коновалову решил зайти: он ногу вывихнул, когда по мокрой лестнице спускался, а вчера к вам загремел с сердцем, — объяснил Лёша. — Понятно, — Женя вздохнула. — Вы хоть иногда заходите к нам, когда время есть. — Хорошо, — улыбнулся мужчина. — Алексей Федорович! — кто-то позвал врача.       Повернув голову, Косач увидел старшую медсестру, которая спешила к нему. — Алевтина Васильевна, что случилось? — поинтересовался он, пройдя навстречу женщине. — Как хорошо, что я Вас нашла! — переведя дыхание, начала она. — Там девочка 11 лет поступила, каталась на велосипеде и упала. Защемление нерва в позвоночнике, смещение позвонков. Без Вас никак. — А почему не позвонили? Она в приёмном? — мужчина поспешил к выходу из отделения. — Не дозвонилась я до Вас, видимо, телефон в кабинете оставили, — ответила Алевтина. — Девочка в приёмном отделении.       Алексей Федорович посмотрел по карманам и понял, что его мобильный действительно остался в кабинете. Ругнув себя за забывчивость, он поспешил в приёмный покой. — А ты чего стоишь раззявив рот? Ты капельницу сделала, кому я просила? — спросила старшая медсестра, уставившись взглядом на Женю и поставив руки в боки. — А, что? — не поняла девушка, смотря туда, где ещё минуту назад стоял Косач. — Да, я уже забрала капельницу. А что? — Ну тогда чего стоишь посреди больницы? Дел невпроворот, а ты в облаках летаешь, — женщина отошла в сторону и остановилась, смотря на светловолосую. — Пойдём, дам задание.       Медсестра простояла ещё минуту, смотря в одну точку, а потом, взяв поудобнее капельницу, пошла вслед за Алевтиной Васильевной. Та ей что-то говорила, но Евгения её не слушала, находясь в своих мыслях.

***

      Катя вышла на улицу и посмотрела по сторонам, ища глазами кафе, где она договорилась встретиться с Виталием Сергеевичем, чтобы обсудить рабочие моменты. Большая вывеска с надписью «Атмосфера» привлекла внимание, и Вербицкая сразу поняла, что это то самое кафе, где её коллеги собираются в обеденный перерыв. Поправив сумочку на плече, девушка подождала, когда остановятся машины, перешла дорогу и вошла в помещение.       Лёгкая прохлада и не очень громкая музыка быстро погрузили Китти в приятную атмосферу. Осмотревшись в поисках свободного столика, Катерина выбрала столик у окна и прошла к нему. Сделав заказ, она посмотрела на улицу через окно, погрузившись в свои мысли. — Прошу прощение за опоздание.       Мужской голос вывел девушку из мыслей и заставил повернуть голову. Подняв глаза, Вербицкая увидела рядом со столиком Виталия, который, поправив рукава рубашки, занял свое место. — Может быть, Вы желаете сделать какой-либо заказ? — поинтересовался он, листая меню. — Не переживайте, я уже заказала кофе, — улыбнулась Катя. — А вот, кстати, и он. — Ваш заказ, — молодая официантка лет 20 положила на стол рядом с девушкой чашечку ароматного кофе. — Что-то ещё желаете? — Пожалуй, тоже что-то закажу. Один кофе без сахара, — Мельник отложил меню в сторону.       Подождав, когда девушка уйдёт, мужчина посмотрел на Китти, которая сделала глоток напитка, и начал: — Что ж, давайте не будем терять время, которого и так не очень много, — он взглянул на наручные часы. — Вы не против? — Вы правы, — Вербицкая положила чашечку на блюдечко и подняла глаза на собеседника, — обеденный перерыв уже скоро закончится, и не хотелось бы потратить его впустую, не учитывая этот кофе.       Виталий улыбнулся, услышав такое заявление, и, сделав глоток ароматного напитка, принялся объяснять девушке самые главные рабочие моменты. Она его внимательно слушала, стараясь все запомнить, чтобы в дальнейшем использовать эти знания и, таким образом, получить авторитет среди коллег.

***

      Возвращаясь вечером после работы домой, Катя решила зайти в гости к отцу, к которому не ходила уже давно, к тому же очень хотела поделиться с ним радостной новостью, что она наконец смогла найти хорошую работу. Зайдя в магазин и купив продукты, а также сладенькое, девушка направилась в сторону родительского дома. Рядом с многоэтажкой была построена небольшая игровая площадка, где сейчас играли дети, а рядом на лавочках сидели их родители или бабушки с дедушками и общались между собой. Вербицкая улыбнулась, проходя мимо шумной площадки, вдруг поймав себя на мысли, что когда-то так же будет сидеть с Лешей, а рядом с ними будет бегать, смеясь, их дочь или сын. — «А может и не один ребенок», — промелькнуло в голове у девушки, вновь вызывая на губах улыбку.       Она и не заметила, как пришла к подъезду родительского дома. Войдя внутрь, Вербицкая поднялась по лестнице на нужный этаж и остановилась перед дверью отцовской квартиры. Китти достала из сумочки ключи, вставила их в замочную скважину и, повернув замок дважды, распахнула дверь.       Родительское гнёздышко как всегда встретило уютом и тёплыми воспоминаниями из детства. В гостиной тихо работал телевизор, и как поняла девушка, то был футбольный матч. — Папа, ты дома? — Китти повешала сумочку на вешалку, положила пакеты на столик и, сняв босоножки, прошла в комнату. — Доченька, ты как всегда так тихо вошла, что я и не услышал, — мужчина встал с дивана и, подойдя к дочери, заключил её в объятия. — Ну чего ты без предупреждения? Я бы тортик купил бы или ещё что-то вкусненькое. — Не переживай, папа, я все купила, когда к тебе шла. Ты лучше чайник пойди поставь, а я пока все принесу, — произнесла Вербицкая и направилась в прихожую, где оставила продукты.       Степан выключил телевизор и, поспешив на кухню, включил чайник. Он достал из шкафа две чашки, чай, сахар, когда в комнату вошла Катерина. — Доченька, ну зачем так много? Я же не успею все это съесть сам, — мужчина посмотрел на стол, на который Китти уже выложила продукты. — Папа, во-первых, мне не сложно позаботиться о тебе, а во-вторых, я не так часто прихожу, как хотелось бы, к тому же со своей новой работой, скорее всего, буду приходить только по выходным, потому что и в этом не сильно уверена, — девушка загадочно улыбалась, что не смог не заметить отец. — Ты ушла из парфюмерной? — предугадывая наперед ответ, все же поинтересовался Степан.       Вербицкая сложила пакеты и, положив их на соседний стул, утвердительно кивнула головой, желая поскорее поделиться радостной новостью. — Да, я ушла из парфюмерной, потому что нашла новую работу. И теперь со вчерашнего дня я — маркетолог в одной известной компании по строительству домой.       Закончив, она посмотрела на мужчину, ожидая его реакции, и в следующий миг оказалась в отцовских объятиях. — Я же говорил, что у тебя обязательно все будет хорошо! Ты у меня большая молодец! — Вербицкий посмотрел на счастливую дочь, которая светилась от счастья. — Теперь ты счастлива? Сбылась твоя мечта?       Катя счастливо улыбнулась, смотря на отца, и вновь обняла его, понимая, что он все это время был рядом и всегда мог поддержать в трудную минуту. Даже когда Китти казалось, что надежды уже нет, Степан повторял, что самая тёмная пора перед рассветом, но однажды наступит день, взойдёт солнце, и тогда все наладится. Как бы ни было сложно, но девушка верила ему, и не только потому, что он умел успокоить и вселить веру, а потому, что она знала, что папа никогда плохого не посоветует, не обманет.

***

      Григорий сидел в своём кабинете и проверял кое-какие важные документы. Тёплый свет настольной лампы мягко падал на рабочий стол мужчины, осветляя его. Сквозь открытое окно, которое находилось справа от стола, доносилось тихое пение сверчков. С другой сторону комнаты стоял небольшой стеллаж с папками и книгами, на некоторых полках были расположены семейные фоторамки и статуэтки. Напротив стола находился диванчик и стеклянный столик.       Привычка брать работу из офиса домой возникла не так уже и давно — всего лишь около года назад, и тогда это сильно помогало мужчине погрузиться в себя, не думая ни о чем. В те дни Червинский мог часами не выходить из своей комнаты, сидя перед документацией, многочисленными отчётами, стараясь погрузиться в работу и забыться. Ему казалось, что если была бы возможность оставаться на ночь в офисе, то он бы в буквальном смысле жил бы там, ведь все равно год назад кроме работы ничего не хотел видеть. Отец старался всяческими способами отвлечь Григория, но тот был не переубедим и все равно делал по-своему. Спустя месяц попыток Петр Иванович решил оставить сына в покое, понимая, что ему просто необходимо время, чтобы справиться с предательством любимой женщины. К тому же тогда у Червинского-старшего с Ларисой дружеские отношения стали перерастать во что-то более тёплое, и он не хотел их потерять.       Через несколько недель Григорий понял, что жизнь не стоит на месте, а продолжается дальше, поэтому не было больше смысла сидеть целыми днями то в одном кабинете, то в другом. Мужчина старался жить дальше, но неприятный осадок прошлого оставался в душе. — Гриша, Гриша, — на пороге комнаты появился Пётр Иванович, который тут включил верхний свет. — Так заработался, что не заметил, как стемнело. Со своей работой зрение испортишь только так. — Ты прав, но тут столько работы, что не хочется оставлять на завтра, — Червинский потёр глаза, откладывая в сторону отчёт. — Вот мало тебе там работы, так ты ещё домой берёшь. Так и вся жизнь пролетит, — Червинский прошёлся по кабинету и, остановившись возле дивана, присел. — Раньше ты считал по-другому. Ты тоже когда-то все время уделял работе, старался что-то усовершенствовать. Мне, честно говоря, казалось, что она для тебя на первом месте, — Григорий посмотрел на отца. — Нет, я никаким образом не хочу тебя обидеть. Я имел ввиду, что ты сильно изменился после отпуска. — Надеюсь, в лучшую сторону? — мужчина улыбнулся, переводя взгляд на него. — Может наше с Ларисой путешествие так повлияло на меня, что я невольно решил изменить свои принципы?       Брюнет повёл плечами, переводя взгляд на настольную лампу. Пётр Иванович потёр переносицу, смотря уставшими глазами на сына. Ведь тот был прав. Можно было подумать, что отдых и разгрузка от работы помогли расслабиться и пересмотреть многие свои привычки, рамки, но здесь было что-то другое. Он и сам заметил, что изменился после того, как вновь погрузился с головой в семейную жизнь, в который раз убеждаясь, что любовь меняет людей до неузнаваемости.       После того, как не стало первой жены, Червинский старался заглушить душевную боль работой, не заметив, как это переросло в привычку, и он перешёл все границы. Но встретив Ларису, дружеские отношения с которой за короткое время переросли в нечто большее, мужчина и сам не понял, как невольно стал меняться, стараясь больше времени уделять любимой женщине. — Знаешь, а любовь меняет людей, — начал Пётр, заставляя Гришу перевести взгляд на него. — За этот месяц я понял, насколько важна семья, тёплые отношения с близкими и родными людьми. Раньше я жил буквально работой, а когда судьба свела меня с Ларой, хоть и таким нелепым способом, я понял, что семья — всегда на первом месте, а уже потом работа, друзья и все остальное.       Он улыбнулся вспоминая их первую встречу, когда они не поделили главную на дороге, после чего инспектор, проверив их документы, случайно перепутал их, возвращаясь владельцам. А чужие права мужчина обнаружил у себя только через несколько часов, когда решил привести документы в порядок после того случая на дороге. — Мой тебе совет, Григорий, — Червинский поднялся и посмотрел на сына. — Не держи прошлое, отпусти его. Нужно жить настоящим, а не думать о том, что когда-то случилось, иначе так и вся жизнь пролетит, а ты и не заметишь.       Пётр Иванович повернулся и вышел из кабинета, прикрывая за собой дверь. Гриша вздохнул и перевёл взгляд на закрытую дверь, думая над словами, которые он только что услышал. Каким бы не было прошлое, его нужно научиться отпускать, но порой это сделать очень сложно, боясь вновь обжечься…