Шаг в бездну

Бретт оттолкнулся от ствола дерева как от трамплина, подпрыгивая вверх, ухватился за ветку дерева и подтянулся, низко пригибаясь к коленям и задерживая дыхание. Она шла за ним. Её шаги, сопровождаемые сбивчивыми хрипами и грохочущим сердцебиением, громко неуклюже хрустели сквозь подлесок. Зачем она это делала? Отсутствие скрытности и прерывистое дыхание, а также то, как она без поддержки необдуманно пустилась в лес, на его территорию, были отличительными чертами любителя, а не опытного охотника. Он мог бы убить её, если бы захотел, но отчаянно сопротивлялся порыву. Он порезал ей горло с намеренной точностью, осторожно, чтобы не повредить ярёмную вену, и был уверен, что поверхностной раны будет достаточно, чтобы напугать её и заставить отступить, чтобы он мог уйти. Но она всё ещё была здесь, теперь стоя прямо под деревом, на котором он прятался, угрожающе подняв нож, так, будто каким-то образом чувствовала его присутствие. Может, она всё-таки была настоящим охотником. Тёплая кровь струилась из груди Бретта, куда она ударила его палкой для лакросса, и стекала вниз, прежде чем слиться с кровью на боку. Её становилось слишком много. Вот-вот закапает. Охотница должна была уже уйти. Ей следовало проскочить мимо него и потерять его след, чтобы они оба смогли пережить это испытание. Было слишком поздно. Время замедлилось, когда капля крови слетала вниз и с мокрым звуком падала на её вытянутую руку. Охотница посмотрела прямо на неё, её плечи заметно напряглись – поняла: он здесь. Через мгновение развернётся и нападёт. Клыки и когти вытянулись, глаза загорелись янтарной яростью, когда Бретт бросился с дерева прямо на неё, сбив с ног. Нож упал на землю вне досягаемости. Зарычав, Бретт обвил когтистыми пальцами её шею и поднял охотницу в воздух. Он вскинул другую руку, готовый нанести смертельный удар, отвёл и… Звук поющей стрелы разорвал воздух, а грудь Бретта взорвалась огнем. Он замер и в недоумении посмотрел на свою грудь, прежде чем зарычать и ринуться в противоположном от прилетевшей стрелы направлении. Он петлял и кружил по лесу, сердце колотилось, а кровь хлестала из груди. Бретт был готов к еще одной стреле. Пройдет ли она через шею и проткнет горло? Ударит ли по спине и пробьет легкое или, наконец, пронзит его сердце? Каждый миг казался последним, пока Бретт вдруг не обнаружил, что выскакивает из леса в придорожную канаву. Он огляделся и сообразил, что находится в жилом районе Бейкон Хиллз. Он не мог бегать по улицам со стрелой в груди. К счастью, охотники также не могли застрелить его здесь, не привлекая внимания. Бретт глубоко вздохнул и заставил свои глаза потухнуть, а клыки и когти втянуться. С рычанием он вырвал стрелу из груди и бросил её в канаву, затем прижал дрожащую руку к ране, чтобы остановить кровотечение. Пропитанный волчьим аконитом мяч для лакросса и рваные раны замедляли выздоровление. Ему нужно было уйти в безопасное место и спрятаться, пока не сможет вернуться к стае. Бретт принюхался, покачивая головой и приводя все чувства в полную боевую готовность. Он выбрался из канавы и пересёк улицу, прежде чем спуститься по насыпи на противоположной стороне дороги и войти в городской район. Эта часть города выглядела знакомой. Он был здесь раньше, чтобы навестить… Лиама! Лиам жил в этом районе! Бретт сориентировался, срезав через задний двор и выйдя в переулок. Дом Лиама находился всего в нескольких кварталах отсюда. Лиама, возможно, и не было дома, но даже если и так, его родители впустили бы Бретта. Они были друзьями в Девонфордской средней школе до того, как Данбар сорвался и испортил машину их тренера. Лиам, вероятно, мог сказать своим родителям, что они с Бреттом больше не друзья, но разве Бретт в этом виноват? Он был уверен, что родители Лиама не бросят его в беде. Более серьезной проблемой представлялось убедить двух врачей в том, что его зияющие раны на груди не нуждаются в медицинской помощи. Бретт нахмурился, когда шел по подъездной дорожке к Лиаму, и понял, что проблемы, кажется, не возникнет. Лиама не было дома, равно как и его родителей. В доме царила полная темнота, и внутри не слышалось ни одного сердцебиения, кроме ленивого стука, принадлежавшего собаке Лиама, Битси. Бретт вздрогнул от звука машины, подъезжающей по улице к дому. Может, ничего страшного, но что если... Он пробежал за угол дом, перелез через забор и приземлился на заднем дворе как раз в тот момент, когда машина проехала мимо. Первоначально Бретт хотел растянуться на одном из шезлонгов у бассейна, но он все еще истекал кровью и решил, что ему лучше держаться подальше от бетона и мебели, на которых останутся следы, поэтому остался в траве. Через несколько минут он снова услышал подъезжающую машину и через звук работающего мотора различил сердцебиение Лиама, вышедшего из машины. – Эй, я у тебя на заднем дворе, – прошептал Бретт, рассчитывая, что сверхъестественный слух Лиама уловит его голос. У Лиама участился пульс, он испуганно ахнул, но успокоился к тому времени, когда открыл ворота и вошёл во двор. Он был в спортивной одежде и нес сумку. Должно быть, вернулся домой со школьной тренировки по лакроссу. Интересно, почему задержался? – Что ты здесь делаешь… – глаза Лиама вспыхнули жёлтым в темноте, он понюхал воздух. – истекая кровью? Бретт немного поёжился, но постарался не двигаться слишком активно, потому что каждое движение отзывалось болью в разорванных мышцах спины: – Твой дом неплох для того, чтобы истечь кровью. Лиам подошел ближе. От него разило смесью раздражения и беспокойства. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Бретт перебил его: – На меня напали охотники. Я ушёл и понял, что ближе всего – твой дом. Лиам сердито посмотрел на него: – Ты привел к моему дому охотников? – Я, кстати, в порядке. Спасибо, что поинтересовался, – нахмурился Бретт и покачал головой. – Нет, не привёл. Я оторвался от них еще до того, как добрался сюда. – Точно в порядке? – спросил Лиам, глядя на окровавленную на груди рубашку Бретта. – Почему всё ещё идет кровь? – Первый охотник использовал аконит. Он замедляет выздоровление. Лиам расстегнул молнию на спортивной сумке и вытащил полотенце, которое протянул Бретту. – Давай. Переместимся в дом и разберёмся. Бретт кивнул и вытер кровь, которую смог найти, со своего тела, прежде чем обернуть полотенце вокруг груди, чтобы предотвратить дальнейшее кровотечение. Лицо Лиама потемнело от беспокойства, и он осторожно положил руку на спину Бретта возле выходного отверстия клюшки для лакросса. – Ты уверен, что сможешь излечить себя? – Уверен, – Бретт наклонился к Лиаму и с облегчением вздохнул, когда тот начал вытягивать боль. – Тебе не нужно этого делать. Лиам не ответил, просто успокаивающим движением провёл пальцем рядом с раной Бретта. Они пересекли двор и направились к задней двери. К тому времени, как Лиам отключил сигнализацию, Битси уже подбежала к ним, высунув язык и виляя хвостом. Это была большая собака-метис с рыжевато-коричневой шерстью. Лиам погладил её и немного почухал за ушами, прежде чем она прошла мимо него и прижалась своей большой головой к бедру Бретта. – Привет, девочка, – Талбот погладил её по голове и шее и похлопал по спине. – Думаю, она тебя помнит, – Лиам тоже похлопал её по спине, его пальцы почти коснулись пальцев Бретта. – Похоже на то, – Талбот сдвинул ладонь и намеренно задел пальцы Данбара. Он был ранен и страдал от боли, и, хотя Лиам не был с ним в одной стае, поиск утешения у другого оборотня с дружественными намерениями был инстинктивным. – Пойдём, полежишь в ванне, пока не остановится кровотечение, вымоешься, – сказал Лиам, ведя Бретта через гостиную. Битси шла рядом с ними. – Я потерял телефон в лесу, так что позже мне придётся одолжить твой, чтобы позвонить Сатоми и рассказать ей, что случилось. Тревога скрутила живот Бретта в ожидании этого разговора. Его альфа будет разочарована в нём. Он и сам был разочарован в себе. – Что вообще случилось? – спросил Лиам, следуя за Бреттом вверх по лестнице, всё ещё придерживая его за спину. – Я имею в виду, помимо охотников и того, что ты сбежал. – Я... – Бретт мотнул головой и отодвинулся от руки Лиама. Он стиснул зубы от резкого приступа боли, вызванного как самим действием, так и потерей контакта с успокаивающим прикосновением Данбара. – Я не хочу об этом говорить. – Прекрасно, – тон Лиама был оборонительным, что сделало ещё более удивительным то, что в следующий момент он намеренно прижал ладонь к спине Бретта и вытянул ещё боль. От этого Бретту стало хуже – по крайней мере, эмоционально. Физически это было облегчением и помогло ускорить его выздоровление. Он лицемер. Только сегодня он учил Лиама контролировать себя, чтобы никто не пострадал, а потом сам чуть не убил человека в лесу. Лиам отвел Бретта в ванную и помог снять с его тела окровавленное полотенце, которое бросил в угол у корзины. Данбар поднял руку, выпуская когти. - Лучше снять рубашку так, чтобы тебе не нужно было поднимать руки над головой. Бретт кивнул. Рубашку уже не спасти – она вся в дырах и пропитана кровью. Он замер, когда Лиам подошел ближе и ослабил ворот рубашки на шее Бретта. Кровь стекала по пальцам Данбара, когда он врезался в верхнюю часть ткани острым когтем другой руки. Лиам работал осторожно и выглядел сконцентрированным и спокойным. Бретту подумалось, что он был очень милым сейчас. Сосредоточенное лицо Лиама всегда приводило Талбота в восторг. Глаза Лиама, мягко-зелёные сейчас, в освещении ванной, ярко-синие в другое время, были полуприкрыты длинными ресницами. Его прямой рот, уголки которого были немного подняты, идеально подходил к прямому, слегка вздёрнутому носу. – Я был влюблён в тебя в Девонфорде. Лиам приподнял свои красивые брови, и его глаза расширились от удивления. Он перевёл взгляд с груди Бретта на его лицо. – Ты никогда ничего не говорил. Бретт пожал плечами, умудрившись не дёрнуться от приступа боли. – Не думал, что тебе это будет интересно, да и не хотел портить нашу дружбу. – Тогда почему ты сказал это сейчас? Бретт рассмеялся: – Наша дружба уже испорчена. Лицо Лиама осветилось улыбкой, и Бретта не волновало, что это был сарказм. – Возможно, не совсем. Я ненавижу тебя чуть меньше, чем раньше. – Я вёл себя как мудак… – О, это точно! – Лиам усмехнулся и вернулся своему прежнему занятию, аккуратно срезая рубашку с груди Бретта. – … с тобой сегодня, – раздражённо закончил Талбот. – Не только сегодня, – фыркнул Лиам. Бретт собирался было признаться Лиаму в том, что он почти натворил в лесу, но не смог. Он не мог признаться своему бывшему другу и давнему сопернику, что у него были собственные проблемы с контролем. – В общем… я хотел бы извиниться. Лиам оторвал мокрую ткань от кожи, и порыв холодного воздуха заставил Бретта вздрогнуть. Данбар ухмыльнулся: – Ого! Не знал, что ты умеешь извиняться. – Смотри, не привыкни к этому, – Бретт стиснул зубы, пока Лиам стягивал липкую ткань с израненной кожи. Материя упала на пол с тяжёлым мокрым звуком. Багровая кровь растекалась по идеально белой плитке у их ног. Лиам с шумом выдохнул сквозь зубы, глядя на торс Бретта. – Выглядит отвратительно. – Да ладно? – Бретт немного напряг кубики и приосанился. – Большинству нравится, как я выгляжу без рубашки. Лиам поджал губы и закатил глаза. На груди Бретта были две открытые раны. Одна – от палки для лакросса – в правой стороне, ближе к центру груди, другая – от стрелы – на несколько сантиметров выше и ближе к плечу. Свежие струйки крови стекали по его гладкой, загорелой коже, достигая живота, где попадали в линию пресса посередине и просачивались под пояс штанов. – Я пойду в душ в гостевой комнате. Позови меня, если что-нибудь понадобится. – Хорошо, – Бретт скинул ботинки, когда Данбар повернулся, чтобы уйти, но, когда наклонился, чтобы снять штаны, изменение положения заставило его вздрогнуть и снова встать. – Лиам, подожди. Данбар остановился в дверях и повернулся, вопросительно подняв брови. – Я залью весь твой пол кровью, если нагнусь, чтобы снять штаны. – Можешь залезть в ванну и тогда пол не пострадает. Бретт нахмурился. – Или ты можешь помочь мне, чтобы я больше не страдал от лишней кровопотери. Лиам фыркнул и выглядел так, будто собирался возразить, но вместо этого шагнул вперёд, наклонился и одним быстрым движением стянул штаны и нижнее бельё с бедер Талбота. – Дальше сам, – сказал он, не сводя глаз с Бретта. – Спасибо, – ответил Талбот, приподняв ногу, чтобы снять одежду. Лиам ушёл, закрыв за собой дверь. Бретт полностью обнажился, сел в ванну и наполнил её водой, достаточно горячей, чтобы его загорелая кожа покраснела. Он прислонился головой к бортику и меланхолично наблюдал, как кровавые струйки из его ран постепенно иссякают. В конце концов, раны затягивались, искромсанная плоть разглаживалась, отверстия заполнялись, коричневели, и если бы не алые разводы в воде около мест, где были раны, ничто бы не указывало на то, что на него напали. Бретт вздохнул и зачерпнул воду в ладонь, смывая последние следы одной из худших ночей своей жизни. – Никто не должен иметь такую силу, – пробормотал он. Так она сказала ему, прежде чем попыталась убить, и прежде чем он порезал ей горло и убежал. Тогда он гордился собой за то, что смог так ловко ранить. Она будет жить. Бретт дёрнул коленом, наблюдая, как красноватая вода плещется о стенки идеально вычищенной ванны и откатывается, не оставляя следов. Он не мог этого сделать. Не мог смыть ее кровь так же идеально, полностью. Пятна её крови оставили следы. Охотница была первым человеком, на которого он когда-либо напал. Она будет жить, но будет носить свои раны намного дольше, чем то время, что требуется ему залечить свои, сидя в ванне. Её шрамы могут остаться навсегда. Так же, как и его. – Я почти убил её, – слова отразились эхом от кафельных стен и вернулись к нему. – Я почти убил её! Дверь ванной открылась, и Бретт подпрыгнул, автоматически подавшись вперед, чтобы прикрыть пах в попытке соблюдать правила приличия, но это был всего лишь Лиам, и Талбот замер, а потом откинулся назад, устраивая руки на бортиках ванны. Всё-таки у него было чем похвастаться. – Могу чем-нибудь помочь? – спросил Бретт, напрягая пресс и выгибая спину, чтобы удобнее устроиться. – Что не так? – спросил Лиам, наклоняя голову, как щенок, пытающийся рассмотреть новую игрушку. Мокрые взъерошенные пряди его волос небрежно падали на уши и лоб. Он был без рубашки, только в синих спортивных шортах, а его мускулистая волосатая грудь все ещё была влажной после душа. Бретт бросил быстрый взгляд на свой мягкий член и мошонку, плавающие на поверхности воды, и ухмыльнулся Данбару: – Кажется, что что-то не так? Лиам закатил глаза и зашел в комнату, вставая у раковины и складывая руки. – Ты тут орал, что почти убил кого-то. Поэтому да, я думаю, что-то не так. – Я чуть не убил охотницу, которая… – Пыталась убить тебя? – тон Лиама звучал так, будто в этом нет ничего страшного. – Это неважно, – Бретт нахмурился и сел, чувствуя отвращение к бесцеремонному поведению Лиама. – Ты даже не знаешь, что случилось. – Так расскажи. Бретт вытащил пробку из ванны и буркнул: – Ладно, когда вылезу из ванной. Лиам кивнул и ушёл. Двадцать минут спустя они расположились на кровати Данбара. Бретт позаимствовал у Лиама спортивные шорты и лежал на боку на матраце, подняв одно колено, чтобы можно было опереться на него во время разговора. Лиам сидел, облокотившись на подушки, у изголовья кровати, скрестив ноги под собой. Выражение его лица было серьёзным всё то время, что он слушал рассказ Бретта. – А потом я прыгнул к тебе на задний двор и стал ждать, пока ты вернешься домой, – Бретт скользнул пальцами по безупречным мускулам своей обнаженной груди. Лиам какое-то время молчал, а затем встретился взглядом с Талботом. – Ты ничего плохого не сделал. – Я почти убил её. – Но не убил же. А если бы и так… Это была бы самооборона. – Мне не нужны правильные оправдания, – Бретт впился взглядом в Лиама. – Я буддист. Я против насилия. – Ты намеренно бил и толкал меня на поле во время игры в лакросс. – Это ведь спорт, а ты оборотень. – Ты так делал ещё до того, как узнал, что я оборотень. – Ну… – Бретт вздохнул и отвёл взгляд, уставившись на выцветшее синее покрывало Лиама, чувствуя, новый приступ вины. – Это тоже было неправильно. – Все живы. – Я лицемер, – Бретт быстро посмотрел на Лиама и снова опустил глаза. – Ты самодовольный мудак. – А ты мелкий засранец, – Бретт подавил желание пнуть Лиама. Он против насилия, да. Лиам усмехнулся и пожал плечами. – Не быть идеальным – это нормально, но я понимаю, как тебе сложно это принять, мистер Идеальный Кручёный, Идеальный Сплит-додж, Идеальный Перекат. – Ты помнишь все мои приемы в лакроссе? –- с нотками гордости спросил Бретт. – Только те, в которых ты выглядишь высокомерным придурком, – Лиам мило улыбнулся, его ярко-голубые глаза озорно блеснули. – Так что да, почти все. Бретт открыл было рот, чтобы возразить, но вмиг посерьёзнел, когда новая волна боли захлестнула его. – Я знаю, что не обязательно быть идеальным, но если бы я сделал это, если бы я убил ее, то... Лиам вытянул одну ногу и ткнул Бретта в щиколотку теплыми пальцами ног. – Это было бы прекрасно. – Прекрасно?! – как бы ни было иронично, Талботу захотелось убить Данбара за эти слова. – Хорошо, я открою тебе свой секрет, – запах Лиама вдруг наполнился смесью стыда и беспокойства. – Даже если ты будешь вести себя потом как мудак и использовать это против меня. – Не буду, – Бретт сдвинул ногу так, что его голень перекинулась через ступню Лиама. Лиам кивнул, все еще излучая опасение, но, очевидно, решив довериться Бретту. Талбот мягко улыбнулся. Было приятно, что Лиам всё ещё доверял ему после всего, через что они прошли. – Помнишь прошлое суперлуние? Бретт кивнул. – Я потерял контроль и чуть не убил Скотта. – Что?! В течение следующих нескольких минут Лиам рассказал все подробности. – Так что поверь, я знаю, каково это – почти совершить ужасную, изменяющую жизнь ошибку, – тон Лиама был низким и серьезным. – Я никогда не забуду того, что произошло. Я никогда не смогу с этим справиться. Но это хорошо, потому что постоянно напоминает, что поставлено на карту, если я потеряю контроль. Бретт повернулся, чтобы быть лицом к лицу с Лиамом, и переместился ближе. Он скрестил ноги и устроил одно колено и голень на вытянутой ноге Лиама. – Я никогда не испытывал проблем с потерей контроля. Но теперь я чувствую, что если сделаю один неверный шаг, то превращусь в настоящее зло. Лиам подался вперёд и коснулся колена Бретта, ловя его взгляд. – Ты такой, каким был всегда. Не злой и не станешь настоящим злом. – С чего ты взял? – спросил Бретт, не в силах отвести взгляд от лица Лиама. – Потому что я тебя знаю, – Лиам провел языком по своим губам. – Люди меняются. – В том числе и к лучшему, – прошептал Лиам, схватив Бретта за голое плечо. – Лиам… – Тихо… Данбар потянул Талбота к себе и встретил на полпути. Их сомкнутые губы прижались друг к другу на мгновение, прежде чем губы Лиама приоткрылись и охватили нижнюю губу Бретта. Талбот застонал, и когда его рот открылся, язык Лиама скользнул внутрь. Черт! У него во рту был язык Лиама. Бретт обнял Данбара за затылок, а тот повернулся на бок для лучшей опоры. Лиам не отодвигался. Напротив, прижался плотнее, обхватив Бретта за шею и плечи. Бретт толкнулся своим языком в рот Лиама, ритмично проникая в него, будто трахая, и поглаживал его грудь. От мягкого прикосновения пальцев к заросшей волосами груди Лиама член Бретта запульсировал. Его эрекция проскользнула вбок под штанину свободных спортивных шорт, и Бретт не был уверен, нравится ли ему это, потому что теперь её ничего не стесняло, или нет, потому что в этой позе стало сложно тереться о Лиама. Лиам прижался лбом ко лбу Бретта и полностью поднялся на колени, прижавшись членом к животу Талбота. Его рука скользнула между их телами, и он издал тихий стон от удивления, касаясь низа живота через шорты. Лиам отстранился, разрывая поцелуй. – А где... - Лиам резко потёр пах Бретта сквозь шорты. – Я же видел, в ванной… – Ой, забыл на бортике, кажется. – Чего? – Лиам нахмурился. Бретт рассмеялся и взял руку Лиама, направляя ее ниже, пока она не встретила основание члена, затем подтолкнул её вниз и в сторону по стволу. Когда Данбар сжал его сквозь мягкие хлопковые шорты, Бретт застонал и напрягся, чувствуя, что готов вот-вот кончить. – Ого! – Лиам потянул ткань вниз по бедру Бретта, пока, наконец, его эрекция не оказалась полностью обнажена. Бисерина смазки растянулась ниточкой между розово-красной головкой и загорелым мускулистым бедром. – Не надо, – Бретт заскулил и хлопнул Лиама по руке, обрывая ниточку и блаженно скользнув пальцами по ласкающей его ладони. – Я уже почти... – Тогда кончай, – Лиам подмигнул ему и обвил пальцами набухшую головку, двигая крайней плотью вверх-вниз по пульсирующему пучку нервов. Бретт вскинул бедра и умоляюще посмотрел на Лиама. Тот ухмыльнулся и спустил руку ниже, сжимая ствол. Его пальцы пробежались по нему, ладонь снова обхватила головку члена, по которой он принялся скользить, периодически сжимая. – Ох… – взгляд Бретта изменился, член был невероятно твёрдым, пока он выплёскивался в руку Лиама. Талбот привалился к Данбару, уткнувшись лбом в его плечо, и уставился на полоску волос от паха до пупка и отчётливые очертания эрекции в шортах. Это зрелище усиливало волны дрожи по всему телу, пока он кончал, забрызгивая горячей спермой руку Лиама. Бретт краем глаза заметил, как она капает из пальцев Данбара на тёмно-синее покрывало. После оргазма Талбот даже не мог смущаться, что кончил так быстро. Не его вина, что Лиам был таким чертовски горячим! Или что это было самым захватывающим сексуальным опытом в жизни Бретта. – Вот так, – сказал Лиам, наконец, когда Бретт перестал содрогаться от волн оргазма. Он вытер перепачканную руку о бедро шорт и поцеловал парня. Бретт отдался поцелую, позволяя Лиаму терзать свой рот и наслаждаясь осознанием того, что его вожделение было в некоторой степени удовлетворено. Целоваться с Лиамом было ужасно возбуждающе, но теперь он мог смаковать ощущение напряженного мускулистого торса Лиама, выгибающегося навстречу ему, наслаждаться прикосновением его рук к собственной заднице, эрекцией Лиама, которой он тёрся о бедро Бретта. Пока язык Данбара ласкал его рот, Талбот обвел пальцами ложбинку пупка Лиама и спустился ниже по дорожке волос. Лиам был таким горячим волчонком, что Бретт с нетерпением ждал возможности исследовать остальную часть его тела, но прямо сейчас у него была особая миссия. Лиам вскрикнул и прикусил нижнюю губу Бретта, когда тот залез в его шорты и обнаружил, что Данбар, как и он, был без белья. Бретт исследовал плоть Лиама так подробно, как мог, не прерывая поцелуй и попутно умудрившись стянуть шорты, чтобы хорошенько рассмотреть. Волосы на лобке ощущались густыми, пушистыми и мягкими для пальцев Бретта. Член был крупным, с выступающими венами, возможно, длиннее, чем у него, но Талбот успокоил себя, что это маловероятно. Должно быть, это была просто иллюзия от того, что он касался кого-то другого, а не себя, к тому же Лиам оказался обрезан, и Бретт потратил несколько секунд, играясь с ободком головки, удивляясь тому, насколько все обнажено. Лиам захныкал и прервал поцелуй. - Хватит дразнить! У Бретта не было шанса ответить, потому что Лиам снова толкнулся языком в его рот и требовательно качнул бедрами. Бретт был более чем счастлив помочь ему и обхватил пальцами член. Талбот гладил его быстрыми грубыми движениями, периодически касаясь большим пальцем головки. Лиам почти сразу потерял самообладание, дрожал и всхлипывал в рот Бретта всё громче и сильнее с каждым рывком руки. Несколько движений, и Лиам вскрикнул и запрокинул голову. Горячая сперма залила шорты и руку Бретта. Воздух в комнате стал густым, плотным от феромонов, которые заставляли снова возбуждаться и чувствовать благодарность, когда Лиам сдвинул бедра и прижался головкой к бедру Талбота через их тонкие шорты, пока его плоть выплёскивала тёплый влажный поток на их тела. Бретт протяжно застонал, когда сперма Лиама попала на его пах и член. – Твою мать, это было слишком хорошо для обычной дрочки, – Лиам вздохнул и прижался лбом ко лбу Бретта. – Ага, – согласился Талбот, мокрым и неаккуратным движением надавив на головку члена Лиама. – Хочешь попробовать что-нибудь ещё? – спросил Данбар с явным возбуждением в голосе. Бретт усмехнулся и кивнул, а затем отстранился. На его губах заиграла самодовольная ухмылка. – Думаю, тебе как раз нужен кто-то, кто научит тебя азам взаимоотношений между парнями. Лиам рассмеялся и радостно откликнулся: – Иди на хер. Бретт пожал плечами и подмигнул: – Хорошая идея.