Битва близнецов

       Разорённый лагерь представлял собой печальное зрелище. Тлеющие бревна и обрывки ткани, всюду разбитые маски и покорёженные доспехи, запах крови и палёного волоса. Несмотря на видимость победы картина боя сложилась следующая: армия Каэнриах потеряла убитыми и ранеными более сотни бойцов; рыцари — восемь убитых и пленный златовласый. Отряд, пришедший с Драконьего хребта, на поверку оказался не столь грозен — около ста семидесяти бойцов. Ледяной лавачурл, приведший бойцов, рассказал, что изначально их насчитывалось три сотни, но по пути они наткнулись на группу Фатуи во главе с ужасным рыжеволосым воином. Врагов положили еле-еле, предводителю удалось уйти. Командир уничтоженного «дадаупского корпуса» приблизился к расквартировавшимся хиличурлам и пробасил: — Равняйсь! Смирно! Никакой реакции. И это при том, что отряд представлял собой плачевное зрелище — ледяные щиты и дубинки растаяли, а боевой дух явно снизился при виде побоища. Наконец из общей массы вышел порядком мокрый и уменьшившийся в размерах лавачурл и спросил: — По какому праву? — Волей господ Вестников. Ты смещен с поста, так что подними своих людей и займи место в строю. — Чтооо?! — Ты отказываешься выполнять приказ? Вместо ответа лавачурл замахнулся кулаком, но не успел. Его оппонент перехватил кулак, а свободной рукой воткнул топор между глаз врага. Эффект превзошел все ожидания. Отряд, гремя оставшимся оружием, за минуту построился в идеальную формацию. Митачурл усмехнулся. — То-то же. *** — Вести неутешительные, господин. Отряд из Ли юэ уничтожен. Часть сожрали вишапы, часть перехватили миллелиты, остальных отловил и добил парень в маске демона. Последние выжившие пришли сегодня утром — голов тридцать. — Что с Инадзумой? — недовольно проскрипел маг бездны. — Попали в шторм близ каменного леса. Пришла только половина. — И сколько вас в итоге? — Около трехсот. Этого недостаточно. Операцию придется отложить. — Вы возьмёте Мондштад с тем, что есть. Все во благо Каэриах. — равнодушно констатировал голос. — Я не поведу своих бойцов на верную смерть. Это самоубийство. — с плохо скрываемой злобой рыкнул митачурл. — Это приказ. — нахмурился маг бездны. — Твоего мнения никто не спрашивал. — А мне не интересно твоё! — заорал митачурл и, схватив мага бездны за грудки, поднял его над полом и приблизил к оскаленной пасти. — Что я скажу бойцам? Идите и умирайте за Каэнриах, о которой в нихрена не знаете и которая сгинула тыщу лет назад?! А что я скажу их матерям, когда их дети погибнут ни за что?! Думаешь, если вы Вестники, то можете нами распоряжаться?! В первую секунду на лице мага бездны промелькнул страх, но потом к нему снова вернулось холодное спокойствие. Маг щёлкнул пальцами и по груди митачурла словно ударили мечом — грудную клетку расчертило крест-накрест незримыми клинками, из ран закапала кровь. Митачурл упал на одно колено, выронив мага бездны и прижимая руки к груди. Раны были не так глубоки, чтобы убить, но явно очень болезненны. Края порезов исходили быстро рассеивающимися бирюзово-черными тенями. — Похвальная храбрость. — резким голосом захохотал маг бездны. — Но дам совет — не стоит саботировать приказы. Второй раз так просто не отделаешься. *** Ночь окутывала ущелье, словно напоминая о необходимости спать. Мало кто спал в ту ночь, разве что белки да мыши. Хиличурлы отстраивали лагерь, строгали дубины и щиты, делили трофей с рыцарей и оплакивали погибших. В одной из отстроенных хижин горела лучина, давая собеседникам возможность видеть друг друга. Один — митачурл с кое как перебинтованной длинными папоротниками грудью. Второй — пиро лучник с искусно расписанной маской, украшенным перьями оружием и перевязанной ногой. — Жалко ребят. — пробормотал лучник. — Столько лет вместе. — Жалко. — согласился митачурл. — Но еще жальче нас и новобранцев. Эти Вестники…! — не найдя слов великан так хватил ладонью по хрупкому столику, что тот разлетелся на куски. Лучина упала и погасла. — А знаешь… Вестников ведь не так много… — заговорщицки усмехнулся лучник. — Хорошо, что свет погас, в темноте говорить сподручней.