У меня к тебе ненависть

«Ненавижу тебя» — Эта фраза преследует Чимина всю сознательную жизнь, и он бы рад все исправить, но почему-то жизнь упорно смеётся над ним, как будто Чимин — это лучшая шутка, которую хочется рассказывать всем опять и опять. Все началось ещё в детстве: ужасный пожар поглотил дом семьи Пак за считанные минуты. Погибли все, кроме крошки-омеги, который ночью вышел к бассейну, потому что забыл свою игрушку, без которой не мог спать. Когда он увидел языки пламени, пожирающие его дом, он не смог ничего сделать. Он так и стоял на лужайке с игрушкой волка в руках. Полицейские увезли его в участок, где он провёл ночь, не понимая, что происходит, и где его родители. Чон Чонсок, уважаемый человек в Сеуле, отложил все свои дела и опять приехал в полицейский участок, чтобы вызволить своего непутевого сыночка из-под ареста за очередную драку. — Офицер, — поздоровался Чонсок со своим другом из участка, — что на этот раз? — Господин Чон, здравствуйте, — офицер учтиво пожал руку мужчине в возрасте, — ваш сын подрался с хулиганами. Они наткнулись на него в подворотне. — Кто еще на кого наткнулся. И как они? — встревоженным голосом с нотками беспомощности спросил Чонсок. — Переломанные кости, легкое сотрясение и ушибы, — офицер ни разу не удивился тому, что отец спрашивал не про здоровье сына, а про состояние хулиганов, — ваш сын отделался синяками и разбитой губой. — И почему мне бог не дал милого омежку, — Чонсок прикрыл глаза руками от беспомощности. С момента, как Чонгуку стукнуло пятнадцать лет, это уже третий привод за месяц. Парень совсем отбился от рук, и что с этим делать отец не знает. — Это не мое дело, но могу я дать Вам совет? — приняв молчание за согласие, офицер продолжил, — Парень раскидал троих за раз и отделался лишь синяками, у него талант к дракам. — Лучше бы у него был талант к пению, — горько усмехнулся мужчина. Чонсок рухнул на скамейку. Что делать с озлобленным подростком с проблемой контроля? Папа Чонгука умер из-за несчастного случая, когда Чонгук был еще ребенком. Семье Чон было нелегко пережить эту потерю. Чонсок любил своего супруга больше самой жизни, они были так счастливы, когда родился Джин. Через несколько лет они узнали, что ждут еще одного ребенка, и счастью не было предела. Но на первом же узи они узнали, что малыш оборотень. Чонсок был напуган до ужаса: он молил супруга прервать беременность, потому что рождение оборотня — огромный риск, но омега был непреклонен. Он уже любил всем сердцем волчонка внутри себя, но он не успел подарить малышу всю свою любовь. Ребенку дали имя Чонгук. Чонсок остался один на один с разбитым сердцем и малышом, который чертовски похож на супруга. Чонгук знал, что отец винит его в смерти папы, как бы он это ни скрывал, как бы ни старался, глаза всегда выдавали его. Чонгук вырос, а злость на весь мир осталась, и в этом Чонсок винит себя. Он не справился с болью потери и не помог сыну преодолеть ее. — И что же мне делать с тобой, — обречённо усмехнулся мужчина. Он совсем не заметил, как маленькая ручка протянула ему своего волчонка. — Когда мне грустно, Чона́ всегда помогает мне развеселиться, — невероятно трогательные, невинные голубые глаза смотрели на Чонсока. Он взял плюшевого волчонка, не отводя глаз от мальчика. — Ты почему тут один, малыш? — Чонсок посмотрел по сторонам, но не увидел никого в ночном отделении полиции, — Где твои родители? — омежка лишь пожал плечами и сел рядом, болтая ножками. — Простите, сегодня сумасшедшая ночь, — подлетел офицер. — Почему этот ребенок тут один? — Его родители погибли в пожаре, а опека не хочет ехать. Чёртова бюрократия, — выругался офицер. — Вот и присматриваем за ним. — Какой ужас, он такой маленький, что с ним будет? — мужчина смотрел на грустного мальчика в голубой пижаме с невероятной тоской в глазах. — Родственников нет, за ним некому приехать. Отдадут в детский дом, потом кто-нибудь усыновит его, а пока он будет в отделении, — решение пришло само собой. — Не надо соцработников: я заберу его к себе, мои адвокаты все уладят, — мужчина подошёл к мальчику и присел на корточки рядом с ним. — Как тебя зовут? — мягким голосом спросил Чонсок. Эти голубые как бездна глаза смотрели на него так затравленно. — Чимини, — ответил мальчик, разглядывая расстегнутый сандалик. — Я хочу забрать тебя и Чону домой, поедешь со мной? — мужчина нежно взял ножку мальчика и застегнул липучку. Мальчик смотрел в добрые глаза напротив и протянул ручки. Чонсок сгреб малыша в охапку и направился к выходу. — Господин Чон, а как же ваш сын? — окликнул его офицер. — Посидит до утра, будет ему уроком, а завтра найду ему тренера. Чонгук еще даже не видел Чимина, но уже ненавидел его за любовь, которую подарил ему отец. Время шло, а ненависть только росла. Чонсок редко бывал дома из-за дел в городе. Альфа состоял в городском совете, как один из председателей, и имел большой вес в совете. Он всегда был занят, даже дома работа не отпускала его, но, отдать должное, Чонсок всегда находил время на своих детей и в особенности на Чимина. Омега стал настоящей отдушиной для мужчины. Послушный, милый и заботливый мальчик всегда был рад, когда отец возвращался домой. Он радостно бежал к нему через холл особняка, раскинув руки. — Папочка, ты вернулся! — радостно кричал мальчишка, сбегая по лестнице. — Маленький проказник, ты почему не спишь? — улыбался в ответ мужчина, обнимая ребенка. — Я сплю, — Чимин закрыл глаза, притворяясь спящим. — Я вижу, — засмеялся мужчина. Он прощал этому проказнику абсолютно все. Не простить было нельзя. — Ты сделал все уроки? — поинтересовался Чонсок. — Я… — замялся малыш, — Я почти все сделал. — Почти? Чимин, что такое? — Я не подготовил проект на завтра и, вероятно, меня будут ругать в школе, — понуро ответил Чимин. — Как не подготовил? Я видел вчера готовый макет на столе, вы же с Джином его закончили, — недоумевал отец. — Да, но, — Чимин замялся, он не хотел говорить, играя с галстуком. Он всегда так делал, когда не хотел чего-то рассказывать. — Чимин! — Макет плохо сох, и мы вынесли его в сад, но там тренировался Чонгук, — мальчик опустил виновато голову. — Он там тренировался и случайно сломал макет. — Случайно, как же, — начал злиться Чонсок. — Нет-нет, папочка, он не виноват, — Чимин перепугался и начал оправдываться, — Это я, я не подумал, что нельзя его туда выносить. Не ругай его, пожалуйста, — беспокоился мальчик. Чонгук часто попадал в неприятности, но еще чаще он попадал в неприятности из-за Чимина. — Хорошо, я не буду, — мужчина поцеловал мальчишку в светлую макушку, — не переживай за оценки, — уложив ребенка спать, Чонсок направился в комнату Чонгука. — Сын, — Чонсок отворил дверь в комнату. В комнате было прибрано: кровать заправлена, тетрадки лежали на столе, придраться было не к чему. — Ты не стучал, — раздался голос юноши, который качал пресс на полу. — Это мой дом, я могу входить в любую комнату, — мужчина пытался говорить ровным и спокойным голосом, не высказывая раздражения. — Конечно, твой, отец, — прорычал себе под нос Чонгук, тяжело выдыхая воздух. У Чонгука был свой способ побесить отца. — Что случилось с макетом Чимина? — спросил требовательным голосом Чонсок. — У меня дела хорошо, спасибо, что поинтересовался, — Чонгук проигнорировал вопрос мужчины, продолжая тренироваться. — Я задал вопрос. — Что, этот сопляк тебе уже успел нажаловаться? — явно начал злиться юноша. — Не говори так о своем брате, — возмутился отец, — он выгораживал тебя, а ты явно сделал это не случайно. — Он не мой брат, — Чонгук прикрикнул на отца, вскакивая на ноги, — то, что ты подобрал его на улице и привел в наш дом не делает его моим братом. — Я запрещаю тебе так говорить про Чимина! Не переноси на него свою злость, он ни при чем, — Чонсок начал терять терпение. — Ни при чем?! Да ты даже в глаза мне не смотришь, а своего Чимина чуть ли не облизать готов, — Чонгук явно перестал себя контролировать. Злость и гнев кипели внутри. Черные глаза светились золотым, волк внутри рвался наружу. — Хватит! — резко пресек разговор мужчина. Золотые глаза, клыки и тяжелое дыхание. Чонсок слишком хорошо знает, что бывает когда волк вырывается наружу, шрамы от когтей до сих пор ноют в непогоду. Чонгук видел страх в глазах отца. Проморгавшись несколько раз, Чон с трудом усмирил зверя внутри. Посмотрев с досадой на сына, Чонсок развернулся, чтобы выйти из комнаты. Опять разговора не вышло. — Отец, — окликнул он, уходящего мужчину, — в выходные у меня первый бой, ты придёшь? — все же с надеждой спросил Чонгук. — Я постараюсь, — искренне ответил мужчина, но в те выходные Чонсок не пришел, у Чимина поднялась температура. Мальчик два часа простоял на улице зимой, потому что Чонгук забыл его забрать из школы, а точнее не хотел этого делать. Чонсок надеялся, что со временем Чонгук смирится, потеплеет к брату или хотя бы не будет его так люто ненавидеть, но этого так и не произошло. Злость и ревность лишь множились внутри волка. Время шло, Чимин вырос прекрасным омегой, который не переставал радовать отца и старшего брата. Юноша занимался танцами и учился на первом курсе университета. Со временем Джин начал помогать отцу с делами города, чем не мог не гордиться отец. Они оба пропадали на работе, возвращаясь лишь поздними вечерами, где их ждал Чимин с чаем и рассказами про его день, и игнорирующий их Чонгук. Оправдались ли надежды на то, что Чонгук будет меньше злиться и ненавидеть Чимина?! Это вряд ли. Но он нашел способ справляться с гневом. Если днем Сеулом управлял совет, то ночью город сходил с ума от адреналина на боях. Бои без правил среди оборотней были местным развлечением и показателем силы. Семья Чон была очень уважаема в городе, но когда Чонгук впервые завоевал чемпионский титул, то влияние семьи только возросло, как и количество врагов.

Несколько лет спустя

Семья Чон собралась за завтраком в субботу утром. За большим обеденным столом все члены семьи общались и делились планами на день. — Отец, я подготовил все документы для совета, тебе осталось только подписать и… — Джин не успел договорить, как Чимин начал закатывать глаза. — Айщ, вы хоть за завтраком можете не обсуждать ваши бумажки, ходатайства, советы и прочую ерунду, — начал ныть, сидевший за столом омега. Одна нога Чимина была согнута в колене, другая болталась под столом. — Прости, сынок, работа она такая, — засмеялся Чонсок, — и сядь нормально, мы же за столом. — Да-да, я понимаю, — Чимин плюхнулся на стул около Джина, сияя своей улыбкой. — Мелкий, ты чего такой довольный-то? — спросил Джин, отпивая свой кофе. — Сегодня первый день в академии искусств. И ничего не испортит мое настроение, — Чимин поправил светлые пряди волос и принялся попивать свое какао. — Точно, как я мог забыть, что сегодня твой первый день, — распереживался Чонсок, откладывая бумаги в сторону. — Все в порядке, ты просто очень много работаешь в последнее время, поберег бы себя, — омега положил несколько блинчиков себе на тарелку. — Как насчёт семейного ужина? — неожиданно предложил Джин. — Ужина? — удивился Чонсок. — У Чимина сегодня первый день в академии, мы заключили ряд выгодных для города сделок и, думаю, заслужили выходной, — шутливо говорил альфа, отпивая крепкий кофе. — Отличная идея, сынок! — обрадовался мужчина в возрасте, — думаю, что после завтрака мы заедем в офис закончить дела и к вечеру будем дома. — Я попрошу, чтобы нам накрыли ужин к семи. — заулыбался в ответ Чимин. Семейство Чон приступило к завтраку, когда входная дверь отворилась. Чонгук вернулся с ночной тусовки домой. Домашние и прислуга уже привыкли, что Чонгук не всегда ночует дома. — Отец, Джин, — поздоровался Чонгук, открывая холодильник. Высокий светловолосый парень достал воду из холодильника и осушил почти всю бутылку. По внешнему виду парня было видно, что он не спал всю ночь. От него пахло крепким алкоголем и табаком с нотками сладковатого пота после тренировки. — Ты не поздоровался с Чимином, — сделал замечание Чонсок. Чонгук сделал вид, что не слышит отца, и не видит его гневного взгляда. — Мы давно не собирались все вместе за ужином, — сказал неожиданно Джин, чтобы разрядить обстановку. Он знал, что вряд ли что-то из этого выгорит, но энтузиазм не покидал его, — сегодня вечером будем праздновать поступление Чимина и успешное завершение сделки. — Это вряд ли, — усмехнулся Чонгук. Парень допил воду из бутылки и выкинул ее в мусорку. Чон уже собирался направиться к себе в комнату, когда отец его окликнул. — Чонгук, — Чонсок сжал кулаки, — сегодня вечером соберется вся семья. Пожалуйста. — Он мне не семья, — вальяжно сказал Чонгук, не замечая присутствия Чимина, который теребил подол футболки. — У меня есть дела поважнее, — продолжал настаивать альфа. — Ты носишь мою фамилию, а значит… — отец встал из-за стола, хотя знал, что ему не соперничать с сыном. — Я бы с радостью ее сменил, чтобы не быть связанным с ним, — Чонгук облокотился на стол руками, — но ты же не позволишь. Это ведь пятно на твоей репутации.- Мощная аура двух альф нависла тяжелым облаком над кухонным столом. Никто из них не собирался уступать. — Отец, он пьян, не слушай его, — вмешался Джин, — прекрати себя так вести, рядом с тобой становится душно находиться, — альфа толкнул брата в плечо, чтобы переключить внимание. Даже Джин не всегда оставался спокойным, когда младшего крыло, а крыло его почти всегда рядом с Чимином, который хотел бы сейчас раствориться. — О нет, душно тут не из-за меня, а из-за противного приторного запаха, которым провонял весь дом, — злобно ответил Чонгук, намекая на запах Чимина. — Щенок! — Чонсок было ринулся вперед со своего места. — Я лучше пойду, мне уже пора, — Чимин встал из-за стола, дабы не накалять ситуацию еще больше. — Ты даже не поел, — в секунду смягчился Чонсок. Тарелка Чимина с блинчиками так и осталась стоять нетронутая. — Я не голоден, и уже опаздываю в академию, — омега натянул на миловидное лицо улыбку и невозмутимо подошел к отцу, с другой стороны стола, поцеловав его в щёку. Чимин вздрогнул, когда услышал рык позади себя, и поспешил покинуть особняк. Юноша пулей вылетел из дома, натянув на себя бомбер по пути к двери. Выходя из дома, Чимин поднес край футболки к носу, пытаясь унюхать несуществующий запах. «Ничто сегодня не испортит мое настроение»— пытался убедить себя омега. Чонгук стоял под душем, пытаясь остудить себя и угомонить своего зверя. Ему становится все труднее сохранять самообладание: скоро полнолуние и зверь беснуется. Даже удвоенные тренировки не помогают ему выплеснуть пар. Приняв холодный душ и смыв всю тяжесть ночи, альфа натянул на себя джинсы и свежую футболку. — Ты пришёл читать мне нотации? — цыкнул недовольно альфа, вытирая влажные волосы полотенцем, — если да, то давай перенесём на пару часов, я устал. — А от них есть какой-то смысл? — Джин, одетый в строгий костюм, стоял у двери. Осуждающий взгляд старшего брата –единственное, что еще может привести в чувства Чонгука. — Не смотри на меня так, — Чон кинул мокрое полотенце на кровать. — Почему ты таким засранцем уродился? — с издевкой спросил Джин. — Всю идеальность и занудство потратили на тебя, ю ноу, — Чонгук передразнил брата. — Слышь, малой, ты, конечно, чемпион, но жопу-то я тебе надеру! — Джин зажал шею младшего, согнув его пополам, — ты забыл, кто научил тебя первому приёму. — Парни начали бороться и смеяться, как будто обоим было по десять лет. Они перекатывались по полу в шутливой схватке. — Отпусти, я щас задохнусь, — пыхтел где-то Чонгук, зажатый в тиски брата, который трепал его волосы. — Это тебе за то, что ты засранец! — Чонгук наконец-то высвободился из захвата старшего брата, чтобы отдышаться от смеха, — зачем ты его цепляешь? — Мне вообще насрать на него, — сказал Чонгук, поправляя задравшуюся от борьбы футболку. — Это неправда, и ты знаешь это. Если бы тебе было все равно, ты бы не изводил его. Он хороший омега, ты увидел бы это, если бы дал ему шанс. «Я давал ему шанс» — подумал про себя Чон. Картинки из прошлого возникли в голове у альфы. — Чонгуки, — жалобно пищал маленький мальчик, стоя у входа в комнату, — ты спишь? — Да, — недовольно ответил подросток, укутанный в одеяло. — Но во сне не говорят, — с любопытством в голосе говорил малыш. — Я вот сплю, а ты почему не спишь? — Чонгук присел на кровать, глядя на часы. Уже было за полночь. — Чона — мой волк, я не могу его найти, а без него мне не уснуть, — проскулил мальчик. — И поэтому ты разбудил меня? — Папы нет дома, — мальчик стоял босыми ногами на полу в голубой пижаме. — Как обычно. Ладно, залезай, — Чонгук откинул край одеяла, чтобы Чимин мог залезть к нему в кровать. Он явно не был намерен отправляться на поиски игрушки уже в который раз. — Но как же Чона, я не могу спать без своего волка, — продолжил канючить Чимин. — Чимин, ночь на дворе, завтра в школу, а ты хочешь чтобы я пошёл искать твою игрушку, издеваешься? — недовольно сказал Чонгук и сразу же об этом пожалел, когда увидел слёзы в глазах ребенка. — Прости, — шепотом сказал Чимин, утирая слёзы рукавом. — Иди сюда, я лучше, чем Чона, — Чонгук откинул одеяло совсем. Он знал, что пожалеет об этом, но выбора не было. Чон в один счет обернулся в большого волка с золотыми глазами. — Чонгукааа, — мальчик поначалу испугался, когда увидел волка на кровати, но волк спрыгнул на пол и подполз к ребенку, чтобы не пугать своим размером. Волк игриво вилял хвостом и поворачивал голову на бок. Мальчик стоял в ступоре, но уже не плакал. Волк потянул морду ближе, чтобы маленькая ладошка смогла погладить его, — Чонгука, это ты? — спросил Чимин шепотом, как будто их кто-то мог услышать. В ответ на вопрос Чон лишь лизнул мокрым шершавым языком нос Чимина, вызывая детский звонкий смех. — Пошли уже спать, — раздался голос Чонгука в голове у Чимина. Волк схватил зубами край пижамной рубашки и потащил малыша за собой. Этой ночью Чимин не проснулся ни разу. Он сладко спал в объятиях волка. По утру, когда Чонсок вернулся домой и увидел маленького омежку, лежащего под лапой огромного мохнатого зверя, он устроил Чонгуку жуткий разнос. Он запретил ему обращаться в доме и приближаться к Чимину. С того дня Чонгук покидал родной дом в полнолуния. Чимин забрал у него дом. — Ненавижу. — Джин, мы об этом уже говорили, — Чонгук поднялся с пола, отмахиваясь руками. — Я все еще не понимаю, почему ты его так ненавидишь. Просто ты мог бы… — альфа осекся, видя как тяжело Чонгуку, — пожалуйста, будь мягче с отцом. Он устал в последнее время, я за него переживаю. Эта работа убьет его, — Джин тоже встал с пола, поправляя помятый костюм, — и с собой тоже будь мягче. — Я заеду в офис и извинюсь перед отцом, но на ужин не приду, — старший брат потрепал Чонгука по влажным волосам. — Пойду переоденусь, а то если отец увидит меня в таком виде, его точно хватит удар, — они оба засмеялись. Чонгук подошёл к окну, чтобы взглянуть на сад. Он все еще чувствовал запах Чимина в доме.

***

— Наконец-то, — Чимин вдохнул воздух студенческой жизни, как делают в сопливых романтических американских фильмах. Он так долго ждал этого. Чимин поступил в академию, он будет учиться танцам. Омега прошел отбор среди сотен учеников и вот теперь он в числе самых талантливых студентов в Сеуле. Отец был так счастлив, когда пришло письмо о его зачислении. — Эй, Чимин! Приём! — романтику этого момента прервал подошедший к Чимину Юнги, — опять мечтаешь о чем-то. — Юнги, ты испортил момент, — протянул недовольно Чим. — Ой да брось ты. Ты же не один из этих сопливых ванильных омежек? — с презрением сказал зевающий Юнги. — Как ты можешь писать такие треки о любви и быть такой чёрствой какашкой? — искренне удивился Чимин, глядя на сонного друга. — Сам в шоке. Как у такого сурового рэпера и продюсера, как я в лучших друзьях розовая сопля? — парировал Юнги, поправляя небрежно натянутую на волосы шапку. — Эй! Я не розовая сопля, — возмутился Чимин. — Простите, дерзкая розовая сопля, — друзья разразились смехом, — ну что мы так и будем тут стоять, как придурки? — Юнги посмотрел на студентов, идущих мимо них. — Ну как придурок тут стоит только один, я просто стою, — продолжал подтрунивать Чимин. — Пошел ты, Чон! — Воу, по фамилии меня зовешь? Подленько, а говорил, что мы друзья. — Ой, все заткнись, розовая сопля, как ты вообще на мою голову упал? — друзья отправились в здание академии, весело обсуждая планы на первый день. Чимин был в полном восторге от танцевальных классов, от преподавателей и от уровня танцоров. Вся первая половина дня прошла в тренировочных залах за разными танцевальными дисциплинами. В классе Чимина очень много талантливых ребят и ему есть к чему стремиться. Больше всего ему запомнился Югем, омега со второго курса. У них были смежные дисциплины по современному танцу. Красивый, высокий и невероятно талантливый. Чимину казалось, что он неплох в танцах, но его настрой немного упал после встречи с старшекурсниками. Омега сидел в столовой, гоняя морковку по тарелке, в ожидании Юнги. — Чим, ты чего такой размазанный? — Юнги приземлился рядом на лавочку. — Я посредственность, — выпалил Чимин. — Чего? — с полным ртом спросил Юнги. — Я думал, что я хорош, а оказывается я лох, — Чимин уронил голову на стол в отчаянии, — и походу реально розовая сопля, — продолжал ныть омега что-то нечленораздельное. — Так, хорош, завязывай, только я могу тебя так называть на правах лучшего друга. Что стало-то? — Видишь того парня? — Чимин показал на Югема, — он в моем классе по танцам. Он же потрясающий, он красивый, высокий и такой талантливый, как он танцует… — Кто? Вон та вешалка? Чимин, ты что кимчи пережрал? — Юнги скептично посмотрел на омегу, вокруг которого трепетала еще парочка странных парней. — Ты так говоришь только потому что мой друг, — все так же ныл Чимин. — Ну да, он эээ…ну… — Юнги пытался подобрать правильные слова, чтобы подбодрить друга, — ладно, ты прав, он охеренно выглядит, но! — Я лох, — еще больше заныл Чимин. — Но! Чимин, ты себя недооцениваешь, ты очень красивый омега. И я видел, как ты танцуешь, тебя взяли, а это значит, что ты талантлив. Не такой талантливый, как я, конечно, — начал хвалиться Юнги, — но все же. Соберись, тряпка, — омега отвесил легкий подзатыльник Чимину. Он и так сказал слишком много, передоз ванильности чреват словесным поносом. — Ты правда так думаешь? — Чимин поднял голову. — Да. Так что хватит моросить, мокроту тут развел. Сегодня первый день! — Юнгиии, я… — высокий голос позади перебил Чимина. — Кого я вижу! — невысокий и худой омега подплыл к столику ребят, — неужели академия искусств опустилась так низко, что занимается благотворительностью? — Видимо да, раз ты тут, Кай, — Чимин закатил глаза, увидя своего одноклассника, который вечно цеплялся к нему в школе. — Неплохо, Чимин, я смотрю ты своего ущербного дружка тоже сюда притащил. — Завались или отхватишь, — сразу вспылил Юнги. — Как страшно. Юнги, почему ты возишься с ним? Ты же из нормальной семьи, а водишься с этим… — омега сделал паузу, чтобы с презрением посмотреть на Чимина. — Меня хотя бы взяли за талант, а сколько твоему папаше пришлось отвалить денег, чтобы ты сюда попал? — по выражению лица Кая было видно, что Чимин задел его. — Моему папочке хотя бы не пришлось меня с улицы подбирать, — злобно прыснул Кай. — Пиздуй отсюда, а то я точно тебе втащу, — Юнги вскочил со стула, готовый начистить фейс подонку напротив. — Юнги, не надо, тебе не нужны проблемы из-за него, — Чимин попытался остановить друга. — И правда, жалкое зрелище, — Кай встал со стула и развернулся, — неудачник и подкидыш — отличная компания. — Ах ты гнида, — тут Чимин сорвался и кинулся на омегу. Блондин повалил парня на пол, оседлав его прямо посреди столовой. «Ничего сегодня не испортит мне настроения»— думал Чимин, сидя в коридоре у кабинета директора. — «Я позвонил Джину, он все уладит. Главное, чтобы папа не волновался», –Омега сидел на стуле, нервно треся ногой. «Ничего сегодня не испортит мне настроение.» Кроме Чонгука, выходящего из кабинета директора в мой первый учебный день» — Какого? — осёкся Чимин, вжимаясь в кресло. Насыщенный запах хвои заполнил легкие. — Чего расселся, двигай давай, — Чонгук был одет в светлые джинсы, белую футболку и кожанку. Он явно не выглядел, как взрослый парень, который внушал доверие и мог улаживать конфликты. Скорее он их создавал. — "Мне капец", — сказал про себя Чимин, но директор, который вышел за Чонгуком следом, расплывался в улыбке. — Чон Чонгук, для меня большая честь познакомиться с вами, я болел за вас на последнем турнире, — директор пожал руку Чонгуку, — мы уладим этот конфликт, не переживайте. — Спасибо, я пришлю вам автограф, — Чонгук улыбался потрясающей улыбкой, которая исчезла ровно в том момент, когда он встретился взглядом с Чимином. — Я звонил Джину, почему ты тут? — нерешительно спросил Чимин, семеня за быстрыми шагами альфы. — Тебя что-то не устраивает? — возмущенно остановился альфа. Чимин лишь покачал головой. — Брат на встрече и он меня попросил, — Чонгук обернулся назад, глядя на Чимина, который не успевал за ним, — очень попросил, — Чонгук всем видом показывал, как ему не нравится происходящее. — Ммм, — омега сразу же поник, предвкушая приятную поездку домой. — Ты можешь идти еще медленнее? — Чонгук схватил Чимина за предплечье, потянув на себя, чтобы тот шёл быстрее. В холле академии никого не было, пары еще не закончились. Они молча дошли до парковки, где стояла машина Чонгука. Чимин остановился, не зная стоит ли ему садиться в машину. Последний раз он ездил с Чонгуком — никогда. И вся эта ситуация пугала его. — Тебе что, еще и дверь открыть, принцесса? — с издевкой спросил Чонгук, облокачиваясь на крышу машины. — Я…нет, прости, — Чимин виновато открыл дверь и сел на пассажирское сиденье рядом с Чонгуком. Омега максимально вжался в дверь и старался не смотреть на Чонгука, и, кажется, даже не дышать. — Прекрати уже, от тебя несет страхом, — Чонгук прервал тишину, открывая окно, чтобы впустить свежий воздух, — я тебя не съем. — Я бы поспорил, — пробубнил Чимин. Они продолжали ехать молча, вслушиваясь в шум трассы. На этот раз тишину прервал урчащий живот Чимина. Он сегодня совсем ничего не ел на завтрак, а его обед оказался на голове у Кая. Омега покраснел и попытался закрыть живот руками, как будто это как-то поможет. — Боже, с тобой одни проблемы, — Чонгук тяжело вздохнул. Альфа потянулся к бардачку, от чего Чимин немного вздрогнул. Чон достал оттуда энергетический батончик и кинул его на колени омеге. — Не стоило, я… — До особняка ехать сорок минут, что ты мне предлагаешь, слушать урчание твоего живота? — недовольно процедил Чонгук. — Спасибо, — робко сказал Чимин, открывая батончик. Он оказался совсем не сладким, как ему показалось. — Как ты это ешь? — скривился омега, но еда помогла немного расслабиться. — Мне нужно быть в форме, тебе бы тоже стоило завязать с блинами, — Чонгук бросил взгляд на ноги Чимина. «Ничего не сможет сегодня мне испортить настроение»— продолжал убеждать себя Чимин, злобно жуя батончик. — Ты не расскажешь отцу? — спросил Чимин спустя какое-то время. Омеге было непривычно сидеть рядом с Чонгуком, и он постоянно ковырял дырку на джинсах. Чонгук ничего не ответил. — Почему ты подрался? — спросил Чонгук, вспоминая слова Джина. — Этот тощий подонок обидел моего друга, — частично соврал Чимин. Кай и в правду обидел Юнги, назвав его неудачником, но еще больше он обидел самого Чимина, назвав его подкидышем. — Если не умеешь драться, не лезь в драку, — сказал Чонгук, посмотрев на разбитую губу и костяшки на руках. Машина подъехала к особняку, судя по парковке, никого дома не было, — вали давай. — Спасибо, — робко сказал Чимин. Чонгук смотрел в окно на удаляющегося омегу, он не мог понять, что больше его бесит в данной ситуации, пока не зазвонил телефон. На другом конце голос отца, которому сообщили о происшествии в академии, начал обвинять его, в том, что его злость и дурной пример плохо влияет на Чимина, и это он виноват в случившемся. — Ненавижу.