У меня к тебе ненависть

Полуфинал лиги боев без правил привлекает к себе все внимание столицы. На арену сегодня пришли любители захватывающих боев и все сливки общества, словно на светский раут. Город живёт боями! За последние десять лет бои без правил по популярности обошли даже Чусок. Знаменитости и просто любители собираются чтобы себя показать, да на других посмотреть. Если вам не посчастливилось урвать заветный билетик, то вы скорее всего в спортбаре или у экрана телевизора. Люди толпились у стадиона в ожидании входа на трибуны. Множество лавочек с едой и атрибутикой спортсменов виднелись со всех сторон. Папарацци и репортёры уже прибыли на место в ожидании зрелища. — Иногда забываю, что мой братишка суперзвезда, — смеялся Джин, приветствуя Чонгука, который скрывал лицо под черным капюшоном. На стенах арены висели огромные баннеры с лицом сегодняшних бойцов. — Автограф дать? — улыбался Чон, озираясь по сторонам, чтобы его никто не узнал. — Билеты дай, без автографа как-нибудь переживу. — Чонгук на автомате засунул руку в карман, все еще разглядывая толпу снующих вокруг людей. — Его тут нет, он дома. — Хорошо, — расслабился Чон, — держи. — Альфа потянул два билета, но тут же убрал руку, оставляя брата ловить воздух. — Тогда зачем тебе два? — Чтобы ты спросил! — Джин попытался взять билеты, но брат решил, что такого ответа ему не достаточно и опять игриво отдернул руку. — Я пришел не один. — Это я и сам понял, гений! Кто он? — довольно улыбнулся Чонгук. — Ты нас познакомишь? — Это вряд ли, — Джин еще раз попытался забрать билеты у брата, но тот был настроен решительно повыбешивать Джина. — А зря, представляешь как бы ты поднялся в глазах омеги, узнай он, что твой брат чемпион лиги. — Чересчур самодовольно и наигранно сказал Чонгук, для вида даже расставив плечи и выпустив грудь вперед. — Ты еще не победил, придурок. — Джин в шутку взял Чонгука в захват. — Мало я тебе взбучку устраивал! — Джин держал младшего за шею, трепя за щеку, что максимально бесило альфу. — Все, ладно, отвали, — Чон похлопал ладонью по руке Джина, прося ослабить хватку, — капюшон ведь слетит. — Братья разошлись в стороны после шуточной борьбы. — А если серьёзно, будь осторожен. У тебя сегодня сильный противник. — Джин обнял брата, как он делал это перед каждым матчем. Похлопав брата по спине, он направился в сторону прохода на трибуны. Чонгук же направился в раздевалку. Перед тем, как свернуть за угол, Чон обернулся, чтобы посмотреть на спутника Джина. — Симпатичный, — довольно сказал себе под нос альфа. Рядом с Сокджином стоял стройный молодой человек в строгом сером костюме с розовой атласной рубашкой. Миловидные черты лица сразу выдавали в нем омегу. Судя по портфелю в руках и деловому образу это коллега Джина. Сокджин вел себя очень учтиво, приобнимая омегу за талию. Чон одобрил выбор брата, но все же решил не шпионить дальше. Джин сам представит их, когда сочтёт нужным. Вернувшись в раздевалку, альфа размялся, пару десятков отжиманий и прыжков на скакалке для разогрева было вполне достаточно. Боксировать с грушей перед боем было своеобразным ритуалом. Ритмичные и отработанные до автоматизма удары нужны были для ментальной настройки. Во время боя Чонгук вычислял слабости противника и просчитывал все его удары, ну а после дело техники. — Готов?! — раздался знакомый строгий голос тренера. — Да, тренер, — кивнул Чон. Тренер накинул на него халат, помог замотать руки эластичной лентой и дал пару наставлений не выходя из раздевалки. — Тебе надо измотать противника, он посыплется после второго раунда. До этого придется попотеть и уворачиваться от его ударов. Его удары прозвали " удар кувалдой» не просто так. — Понял, отличный план быть живой грушей, — Чонгук слушал внимательно, хоть и острил. Он и сам все это знал, но все же внимал наставлениям тренера. Они просмотрели все матчи и обсудили стратегию задолго до полуфинала. — Настрой?! — На победу! — ответил Чон. Тренер молча кивнул, и они вышли из раздевалки. Идя по длинному коридору, ведущему к арене, Чонгук не слышал рев трибун и голос диктора, который представлял бойцов. — В правом углу ринга восходящая звезда и финалист прошлого года Чон Чонгук! — оповещал раскатистый голос. Трибуны сорвались на крик, когда альфа появился у ринга. Чонгук не играл в угоду публики, красуясь и боксируя в воздух, как делали многие. Он был сосредоточен на своем противнике. — Не обосрись там! — тренер хлопнул Чона по спине с напутствием перед боем. «Не обосрись там» — эта фраза всегда снимала стресс перед началом. Такое напутствие тренера было Чонгуку по душе. — Первый раунд! — звон гонга ознаменовал начало боя. Как и предполагал тренер в первом раунде противник обрушивал на Чонгука один удар за другим, загоняя в угол ринга. Альфа в левом углу был на голову выше Чонгука и шире в плечах, удары он наносил сверху. Последние тренировки перед боем были направлены на отработку «ухода из угла», поэтому Чонгуку не составляло труда выбраться из подобных ситуаций. Натиск противника был куда мощнее, чем ожидал альфа. Хоть их план и состоял в том, чтобы измотать соперника, но Чон сам нехило так запыхался. — Много пропускаешь! — единственное, что сказал ему тренер во время перерыва, поливая затылок холодной водой. — Хотите поменяться местами, тренер? — с сарказмом ответил Чон, жадно заглатывая воду. — Огрызаешься, значит еще не все дерьмо из тебя выбили, — удовлетворено кивнул тренер, направляя вентилятор на Чона. Пару мгновений передышки и новый раунд. Изматывающий темп боя в основном в оборонительной позиции дал свои плоды, хоть и собирать себя придется завтра по частям. Противник заметно замедлился, частота ударов уменьшилась, значит время повернуть ход боя в свою пользу. Оппонент опьяненный тем, что Чонгук не наносил ударов, а лишь оборонялся, совсем потерял бдительность. Этим и воспользовался Чонгук. Увернувшись от очередного удара, Чон вместо того, чтобы вновь поставить блок, ударил противника. Тишина. Тяжёлое дыхание и оглушительный рев трибун. — Кажется это нокаут! Только посмотрите, он дизориентирован! — раздавался голос комментатора. — С трудом, но он встает, бой продолжается! Вот это зрелище. — Альфа все еще мотал головой из стороны в сторону, пытаясь прийти в себя. Серия ударов от Чонгука, большую часть которых оппонент пропустил, только разозлила альфу. Чон двигался вокруг соперника, словно порхающий мотылек, нанося удар за ударом. Последний удар пришёлся по виску, Чон ударил наотмашь, оттолкнувшись ногой от ринга. Противник рухнул на пол. — Потрясающий удар от Чон Чонгука! Кажется это конец! — рефери отсчитал положенные секунды, но противник все так же лежал без движения. Гонг провозгласил об окончании боя и безоговорочной победе. Он выиграл. Чон прикрыл глаза, все внутри ликовало. Крики и аплодисменты заглушали все вокруг, вспышки фотоаппаратов слепили глаза, тренер и его помощники вывалились на ринг, празднуя и скандируя имя победителя. Где-то в далеке Чонгук слышал слова комментатора о том, что он стал финалистом лиги! Цель близка как никогда. Останется лишь один шаг до заветной победы. Чьи-то руки подняли его кверху, раскачивая в победном ликовании. Именно в этот момент он подумал о том, как бы он хотел сейчас видеть Чимина. За всем этим шумом он не сразу различил, что крики толпы, скандирующей его имя, с ликующих возгласов сменились паническими криками. В суматохе он едва ли различил панику на лицах людей, Чонгук слишком поздно заметил, что все кто подбежал к его оппоненту для оказания помощи, расступились. Тело соперника тряслось в конвульсиях, глаза закатились, руки напряжённо искривились, а на месте рта появился звериный оскал. Произошло то, чего все опасались. Он обращался в оборотня.

***

Сидя в такси Чимин не мог найти себе места, он то и дело елозил на сидении, поправлял волосы и крутил кольца на пальцах. — Можно пожалуйста побыстрее! — попросил омега у водителя. — Красный, ничего не поделать. — Спокойным голосом ответил мужчина, понимая, что в больницу люди не просто так едут. Чимин откинулся на кресло, продолжая бессмысленно смотреть в окно. Картинки городского пейзажа проплывали мимо него, не оставляя после себя ничего кроме белого шума. В голове был полный бардак. Омега все время думал о Чонгуке, но в тоже время пытался думать обо всем кроме него, ведь от мыслей о нем мерзкий ком вставал поперек горла и слезы предательски скатились из глаз. — Чимин, — тёплая ладонь отца накрыла руки Чимина, которые не могли найти покой. — Все будет хорошо, успокойся пожалуйста, — омега посмотрел на своего папу. Он совсем забыл, что с ним едет пожилой мужчина со слабым сердцем, который уже терял близких людей. Его нервы никому не помогут, а лишь сделают хуже. — Конечно все будет хорошо, — Чимин поцеловал тёплую и такую родную руку отца и прилег к нему на колени. «С Чонгуком все будет хорошо» — повторял себе Чимин. Это были самые долгие двадцать минут в его жизни. Время, когда ты просто ждёшь и ничего не можешь сделать. Машина остановилась у входа в больницу. Чимин как ошпаренный вылетел из авто, помогая отцу выйти. — Я не немощный старик, не надо меня под руку вести! — возмутился альфа. — Чимин! — раздался крик из только что подъехавшей машины Тэхена. — Что произошло?! — альфа выглядел помятым, видимо только недавно проснулся. — Я не знаю, мы только приехали, — они быстрыми шагами шли по коридору к стойке регистрации. — Я был с Юнги когда тренер позвонил мне и сказал, что Чонгука увезли в больницу. — В голосе Тэхена чувствовалась тревога. — Отец, пожалуйста быстрее, — Чимин шел на несколько шагов впереди, то и дело оглядываясь назад. — Идите, — мужчина махнул рукой. Поняв и без слов Чимин с Тэхеном рванули вперед по коридору. — Простите, где я могу найти Чон Чонгука? — спросил Чимин у мед брата на стойке. — Кем вы ему приходитесь? — спросил невозмутимо молодой человек, не отрываясь от своих дел. — Какая к черту разница, где он? — раздражённо спросил Тэхен. Чимин дотронулся до плеча альфы, давая понять, что все в порядке. — Не могу сказать. Информация только для родственников. — Я, я его брат. — Ответил Чимин. Неспешно молодой человек ввел данные в компьютер. — Он в операционной, ожидайте. — Что с ним? — спросил Чимин, на лице которого замер испуг. — Не могу сказать, я не его врач. — А что-то вы можете сказать? — не терпеливо сказал Тэхен, ударяя по стойке. — Не могу, ожидайте. — Молодой человек не обратил внимания и с тем же равнодушием продолжил перебирать бумажки. — Тэхен, не злись, он правда ничего не знает. — Чимин потянул альфу за руку, отходя к креслам. К этому времени отец уже подошёл. — Надо найти Сокджина, — Чимин начал оглядываться по сторонам в поисках брата. — Джин! — воскликнул Тэхен, когда высокий силуэт показался из коридора. Джин шел вместе с тренером, которому уже оказали первую помощь. Все ринулись к ним. — Боже, ты в порядке? Что произошло? — Чимин так крепко обнял брата, что тот едва мог дышать. — В порядке. Бой уже закончился, Чонгук выиграл, все радовались и кричали, а потом…- Джин замолчал, переводя взгляд на тренера. — Его соперник начал превращаться в оборотня, потеряв контроль, — горько заключил мужчина. — Боже мой! — ужаснулся Чимин. — Как это произошло? Там же всегда есть медики! — не понимал Тэхен. Все знали, что рано или поздно такое может произойти, но всегда были наготове, чтобы ввести сыворотку, приостанавливающую трансформацию. — Мы не видели, что там произошло. Мы праздновали победу, я стоял спиной. Чонгук заметил первым, он оттолкнул меня, чтобы зверь не набросился. Началась давка и все разбегались в разные стороны.— А Чонгук остался один на один со зверем, — Тэхен сказал то, о чем подумали все присутствующие. — И, конечно, он не обратился, боясь потерять контроль. — Тэхен сел на кресло, обессилив от осознания ситуации. Несложно представить последствия схватки человека и оборотня. Повисла гробовая тишина. За время ожидания Джин сходил в машину, чтобы снять с себя грязную от крови рубашку. Он ехал в карете скорой помощи вместе с Чонгуком и был весь в его крови. Отец, услышав о произошедшем, схватился за сердце. Ему немедленно дали успокоительных, сейчас он был под присмотром медперсонала, который только недавно его выписал из больницы. Тренер ходил из стороны в сторону, ругаясь по телефону с персоналом больницы из-за наплыва репортёров. Тэхен позвонил Юнги, которого он бросил посреди ночи, заверяя, что ему не стоит ехать сюда. Чимин же молча почти без движения сидел на кресле, наблюдая за тем, как больничные часы отсчитывают секунды. — Чон Сокджин! — позвал врач, вышедший из двери, ведущей в реанимационное отделение. — Это я! — увидев доктора, все подскочили с кресел. Альфа внимательно посмотрел на присутствующих людей. — Как он, доктор? — Состояние крайне тяжёлое, — без лишних утаек сказал врач, — травмы полученные при нападении не совместимы с жизнью. Боюсь, что мы не сможем ему больше помочь. Он либо выкарабкается и придет в сознание, либо нет. — Шок и ужас отразился на лицах всех присутствующих. — В карте написано, что в случае неспособности пациента, Чон Сокджин принимает решения за него. — Что можно сделать? — спросил Джин, сильнее сжимая руку Чимина, который вцепился в него. Все боялись услышать неутешительный ответ. — Он оборотень, а значит при превращении запустится регенерация, но мы не знаем, придет ли он в себя, если мы попытаемся вывести его из-под наркоза. Превращение должно быть добровольным. — Доктор пытался объяснить все очень подробно, понимая ситуацию. — Боюсь, что даже если он придет в себя, он не будет обращаться в волка. Испугается, — с горечью сказал Джин. — Мы можем ввести ему сыворотку для превращения, — предложил доктор. — Так вводите! — неожиданно для самого себя крикнул Чимин, не понимая зачем они вообще это обсуждают, когда дело плохо. — Не все так просто. Есть риск, что он потеряет контроль из-за тяжести своего состояния и навредит себе и окружающим еще больше. Несмотря на то, что оборотни сильнее, чем люди, они все равно чувствуют боль. Травмы тяжелые, он может обезуметь от боли. — Вы хотите сказать, что и так и так он может умереть? — заключил побледневший отец. — Гарантии нет. — В воздухе повисла тишина. — Вам придется принять трудное решение. — Погодите, но если он не потеряет контроль, то что будет? — спросил Тэхен, в его глазах загорелся огонек надежды. — Вероятнее всего запустится процесс ускоренной регенерации и у него будет шанс, по крайней мере мы на это надеемся. — Чимин может пойти к нему, — Тэхен озвучил мысль, которая крутилась в голове у Чимина. — Исключено! — в голос возразил отец, — с чего ты взял, что Чимин может как-то повлиять на него?! — Тэхен и Сокджин перевели взгляд на Чимина, зная ответ на вопрос. Казалось, что среди присутствующих только лишь отец не знал как обстоят дела. Чимин замялся и опустил виноватый взгляд, собирая всю храбрость, что была в нем. — Потому что я его омега, — еле слышно сказал Чимин. Не так он планировал рассказать отцу, что его дети, хоть и не родные, тайно встречаются. Хотя по правде говоря, он вообще пока не сильно планировал. Они еще сами толком не нашли определение своим отношениям. И отцу надо было рассказать совсем не так и не тут, а сидя на диване через энное количество времени, когда они будут уверены, что любят друг друга. Постойте, ведь они даже не говорили друг другу, что любят. Чимин все еще опускает взгляд от смущения, когда Чонгук целует его. Он еще даже не привык к тому, что можно подойти и обнять его со спины, когда тот готовит утром кофе. Ведь мысль о том, что они вместе еще не успела осесть в сознании омеги. Еще слишком много того, что они не сделали, не попробовали и не выяснили. Все эти мысли разом обрушились на голову и без того потерянного Чимина. — Какой еще омега, что за бред? — Отец Чимина не мог поверить в происходящее. Словно ему только что сказали, что все моря стали сладкими на вкус. Альфа мотал головой в стороны, не в состоянии принять сказанное. — Я все тебе обязательно объясню потом. — Чимин схватил за руки отца, прижимая к себе. — Просто поверь мне. — Умоляюще просил Чимин. — Нет! Что за вздор ты несёшь! Я не разрешаю! — отец начал выходить из себя, — я уже потерял любимого человека из-за оборотня внутри него, я не допущу того, чтобы и ты пострадал. — В глазах альфы стояла жуткая картина из прошлого. Его протест и отказ был понятен. Любой родитель хочет защитить свое дитя. — Папочка, послушай, он не опасен, я прошу тебя, — взмолился Чимин, пытаясь достучаться до отца. — Исключено! Я не пускаю тебя туда. В конце концов я твой отец! — Чонсок покраснел от злости, он мотал головой, не собирая сдавать позиции. — В карте написано, что в случае чего решает Джин. — Чимин резко повернулся к Сокджину, который стоял позади. Вся растерянность улетучилась, на смену ей пришла несвойственная Чимину решимость. — Я совершеннолетний и сам решаю за себя, — сказал Чимин, смахнув слезы с щек, — Джин, мы не можем оставить его умирать. — Внутри альфы происходило ожесточенное сражение разума с чувствами. Он то и дело смотрел на отца, а потом на брата. — Джин, пожалуйста, — просил Чимин, который и мысли не мог допустить, что больше не увидит Чонгука. — Если он тебе навредит, я не смогу простить себе, — альфа обнял младшего, прижимая к себе. Ему тоже было сложно принять такое решение. — Он не тронет меня, он не опасен. — Шептал омега как заговоренный, сжимая ткань кофты. — Сокджин, я не разрешаю! — стоял на своем отец. Джин не мог припомнить, чтобы Чонсок говорил с ним в таком тоне. Обычно все шишки доставались младшему, поэтому Джин немного опешил. — Чимин прав, не тебе решать. Чонгук выбрал меня, прости отец. — Альфа с сожалением посмотрел на Чонсока, — я считаю, что так будет правильно. Колите. — На лице омеги проскользнуло облегчение, но вслед за ним тенью проскользнул и испуг. — Хорошо, пройдите с нами, — врач уклончиво кивнул головой и последовал за закрытые двери ведущие в отделение. — Вы готовы? — спросил врач. Чимин не был готов ни когда шел по длинному больничному коридору, ни когда одевался в спецодежду, ни теперь, стоя у операционной. — Да, — выдавил из себя Чимин. — Он подключен к аппаратам жизнеобеспечения, там много трубок и разных машин. Не пугайтесь. — Чимин кивал на автомате, не уверенный, что слова доктора дошли до него. Все, о чем он мог думать — это Чонгук который там лежит. — Сейчас мы выйдем и мне придется отключить его от аппаратов и ввести сыворотку. Процесс обращения может напугать вас, не подходите близко пока он не закончится. — Я понял, — Чимин переминался с ноги на ногу не в состоянии найти точку внутреннего равновесия, которая была необходима не только ему, но и Чонгуку. Двери открылись. Они вошли в стерильную палату, которую уже покинул весь персонал. Омега направлялся к койке, не находя смелости поднять глаза. Он шел, внимательно следя за рисунком на полу. Фантазия подкидывала ему разные картины: Чонгук с разорванной когтями грудью, море крови, переломанные кости. Одна версия хуже другой. В палате было очень светло и холодно, холодело не только его нутро от ужаса, но и тело от пониженной температуры. Подойдя в упор к койке, Чимин нерешительно поднял взгляд. — Боже! — сердце остановилось от вида Чонгука. Ничего из того, что фантазия подкинула ему, к счастью, не оказалось реальным. Альфа был бледным, измученным и безжизненным. Трубки обвивали его тело, которое закрывали белые стяжки из непонятного материала. Руки, ноги, живот, — не было и просвета кожи, чтобы его не закрывали послеоперационные пластыри. — Он без сознания, но возможно слышит вас, — сказал доктор, давая минутку на осознание. — Чонгук, — трясущейся рукой Чимин потянулся к единственному свободному от трубок и пластырей местечку на теле альфы. Он накрыл его ладонь своей, передавая тепло. Альфа лежал неподвижно. Тишину нарушали лишь работа аппаратов и ритмичные звуки, измеряющие пульс. Он был все таким же, но его тело было исполосовано когтями зверя. Хоть медицинские пластыри и скрывали все ранения, но по их количеству Чимин мог понять насколько дело плохо. — Я с тобой, все будет хорошо, — тихонечко прошептал омега на ушко Чонгуку, оставляя нежный поцелуй у виска. — Сердце у оборотня совершает больше ударов, чем у человека. Из-за стрессовой ситуации сердце Чонгука после обращения зайдется бешеным ритмом. Приборы будут пищать как сумасшедшие. — Доктор рассказывал все очень подробно и неспеша, давая Чимину время переварить информацию. — Вам нужно успокоить его, чтобы он не навредил себе и кровотечение не открылось вновь. — Я понял, — Чимин гладил руку Чонгука, чтобы он ощущал, что он не один. — Я готов. — Доктор кивнул в ответ и поднял голову вверх. На смотровой галерее стоял Джин, Чонсок и Тэхен в ожидании. Наверное им сейчас было куда хуже, чем Чимину, ведь они совсем ничем не могли помочь. — Сколько это займёт времени? — Сложно сказать, ранения очень тяжёлые. Сердцебиение должно прийти в норму, около сотни ударов в минуту. Вы можете смотреть по приборам. — Доктор начал убирать лишние трубки, чтобы при обращении не нанести волку еще больший вред. — Ввожу сыворотку. — Мужчина надавил на поршень шприца, и светлая жидкость попала в организм Чонгука. Оставалось только ждать. Доктор поспешил покинуть помещение, чтобы не вызвать гнев оборотня. Все произошло куда быстрее, чем Чимин мог себе представить. Все вдруг замерло, звук куда-то пропал. Вот Чонгук лежит на койке, показания приборов меняются. Еще мгновение и тело альфы неестественно выгнулось, руки напряженно вцепились в одеяло. Чимин попятился назад к стене и закрыл глаза от испуга. Сложно сказать сколько прошло времени секунды или минуты. Омега пришел в себя когда услышал звук металлических предметов, бьющихся от пол. — Чонгук! — перед ним на полу стоял черный волк, он скалился и скулил от боли. Волк не мог ровно стоять, он то и дело обессиленно падал, но не прекращал попытки встать. — Чонгук все хорошо, ты в безопасности. — Омега поспешил к нему. Волк метался по полу, не понимая где он и что с ним. Когда Чимин подошёл ближе, волк рыкнул и клацнул зубами в опасной близости от лица омеги. Чимин отпрянул назад. Волк пытался вытащить иглу от капельницы из лапы, делая себе только хуже. На полу начали появляться следы от крови, раны снова открылись. — Не надо, не трогай. — Чимин без опаски кинулся к волку, который снова попытался встать. — Тише, тише. Посмотри на меня, все хорошо. Я с тобой. — Чимин обхватил мощную шею зверя руками, — посмотри на меня, — омега погладил волка по голове, успокаивая его. — Вот так, тише. Мы в больнице, все будет хорошо. Я буду с тобой рядом. Только, пожалуйста, не двигайся. — Волк ткнулся носом в щеку Чимину, давая понять, что узнал его, и вновь попытался встать. Лапы дрожали от слабости и зверь упал на Чимина, повалив его на пол. — Не надо, не вставай. Ты слишком слаб. — Чимин обхватил тело волка поперек руками, укладывая его на колени. — Тише-тише, давай просто полежим вместе. — Волк еще пару раз попытался подняться, но Чимин был непреклонен. Он продолжал гладить его по голове, целуя в макушку. И черный волк успокаивался. — Невероятно, — прошептал Джин, наблюдая сверху. — Он, действительно, слушается его. — Как такое возможно? — Чонсок все еще в ужасе глядел на своего сына. Огромный черный волк лежал у него на коленях, словно котёнок и позволял себя гладить. — Он его омега, — усмехнулся Тэхен. На этих словах все немного напряглись, — по началу я не понимал почему Чон так взъелся на своего младшего, люто ненавидел и выбешивался из-за одного упоминания. — Это была не ненависть, — продолжил Джин, — природа сыграла злую шутку. — Я не могу в это поверить, — сокрушался отец. Из всех людей именно малыш, которого он усыновил, оказался родной душой для Чонгука. В один момент все отвратительное поведение Чонгука по отношению к Чимину нашло логическое объяснение в голове Чонсока. Через что же пришлось пройти его сыну, отрицая чувства к омеге. Как же он был слеп все это время, он просто не хотел видеть проблемы, ведь проще было принять, что Чонгук просто паршивец со сложным характером. — Что же я наделал. — Отец схватился за сердце, тяжело дыша. Джин успел подхватить отца и усадить на стул. — Когда Чон сказал, что только он чувствует его запах, я был удивлён, но познакомившись с Чимином все стало на свои места. Им будет нелегко. — Мои дети, как такое может быть, — Чонсок помнит, что случилось с папой Чонгука и Джина, сколько боли принес этот волк его семье. А теперь он ластится в руках младшего сына. — Смотрите, пульс приходит в норму, — сообщил доктор, указывая на табло. — Остается только ждать. — Никогда не видел Чонгука волком. А он огромный однако.- Неожиданно сказал Тэхен, чтобы разрядить обстановку и отвлечь всех от тяжелых мыслей. - Пожалуй, буду меньше выеживаться в его сторону. Спустя несколько часов, когда волк совсем успокоился, доктор вернулся в палату, чтобы проверить состояние больного. Открывшаяся дверь не осталась незамеченной. Зверь навострил уши и издал утробный, предупреждающий рык. Доктор тут же остановился. — Тише, все в порядке, он тебе не навредит, — Чимин сонно разлепил глаза, все это время они так и сидели на полу операционной. — Я принес одеяло и подушку, тут холодно. — Доктор не спеша подходил, показывая Чонгуку что он не обидит омегу. — Приподнимись, — доктор просунул подушку между Чимином и стеной, на которую тот облокачивался. Волк внимательно следил глазами за всеми действиями альфы, периодически не забывая скалиться. — Одеяло. — Оставьте, хотя вряд ли оно мне понадобится, оборотни очень горячие. — Чимин посмотрел на свои колени и огромного волка, который лежал рядом, согревая его. — Моя личная печка. — Хорошо. Мне нужно заменить капельницу с лекарством и проверить раны, — нервно сглотнул доктор. — А вы рисковый, — посмеялся Чимин, что не очень понравилось волку. Чимин вновь начал гладить морду, чтобы отвлечь его от неприятных ощущений. Мужчина потянулся к лапе зверя, из которой торчал катетер. Осторожным движением он заменил трубку и повесил новый раствор. Осталось самая малость, всего лишь посмотреть, что под пластырем. — Очевидцы рассказали, что он не давал оборотню выбраться за пределы ринга, — говорил доктор, потихоньку осматривая волка, которого Чимин крепко держал. — Он мог уйти вместе со всеми и тогда бы не пострадал, но он предпочел остаться, чтобы не пострадали остальные. — Звучит словно он герой. — Усмехнулся Чимин, глядя на место, где они оказались. — И вот даже не отругаешь его за это, — горько усмехнулся Чимин. Омега видел, как тяжело Чонгуку, как он скулит от каждого движения и замирает, чтобы не было больно даже от дыхания, — хотя лучше бы он был хоть немного эгоистом. — Ну тут как посмотреть. — Доктор открепил пластырь с лап, чтобы проверить как идет процесс заживления. — Они сами выбрали этот спорт и знали, что такое может быть. — А вы не фанат боев, я так понимаю? — Чимин водил пальчиком по носу волка со всей нежностью, которая была в нем. — Предпочитаю лечить людей, а не калечить. — Доктор чуть увереннее пододвинулся ближе, чтобы осмотреть раны на животе. — Волк начал рычать, звук клокочущего утробного рыка эхом отражался от стенок операционной. — У Чонгука другое мнение на этот счет. — Волк внимательно наблюдал за действиями альфы, несмотря на свое состояние. Как только доктор подошёл ближе, волк перекинул лапу через Чимина, показывая, что это его омега. — Не претендую. Рад, что жертв в этом несчастном случае меньше, чем могло бы быть. — Доктор улыбнулся. — Раны начинают затягиваться, думаю, что все будет хорошо. Нужно лишь время. — Слава Богу, — Чимин прикрыл глаза, наконец выдохнув. Весь тяжелый груз этого долгого дня упал с хрупких плеч. Еще никогда Чимину не было так страшно, как сегодня ночью. В такие моменты понимаешь, что вся суета и заботы, в которых ты переживаешь, на самом деле такая ерунда. Все проблемы можно решить и все можно исправить. — Вы очень смелый омега, — доктор посмотрел на эту странную парочку с теплотой. Что-то было в них невероятно трогательное. Может быть нежность с которой Чимин гладил и чесал волка за ушком, ровно приглаживая шерсть, а может тот взгляд нечеловеческих глаз, в котором читалась любовь, с которой волк смотрел на него. А может все вместе. — Постарайтесь уснуть. — За время работы доктор видел множество людей и слышал разные истории, но он знал почти наверняка, что все у них будет хорошо. — Хорошо, спасибо доктор. — Услышав, что опасность миновала, Чимин разрешил себе прикрыть глаза и провалиться в заслуженный сон. Омега уснул так крепко, что не заметил, как прошла ночь и за ней наступило следующее утро. Они несколько дней провели в больнице, Чимин отказывался покидать палату. Он оставался рядом с волком, которого все же уговорил лечь на кровать, ведь его зад не понравится Чонгуку, если будет плоским от сидения на полу. На третьи сутки Джин даже попытался зайти в палату, отшучиваясь о том, что Чонгук зарос и хорошо бы побриться. После этого приходил Тэхен, который говорил без умолку, совсем не страшась волка, правда Юнги он запретил заходить. Они с Чимином болтали в коридоре, пока Тэ развлекал своего друга. Отец тоже приходил, правда он еще не был готов говорить, он лишь сидел рядом наблюдая за тем, как спокойно спит Чимин, распластавшись рядом со зверем. Волк тоже не подходил к Чонсоку, даже наоборот отвернулся от него, показывая свое отношение. Со временем раны затянулись окончательно и в общем состояние волка было стабильным, но возникла другая проблема, он не хотел возвращать человеческий облик Чонгука, чтобы они ни делали. Воспользовавшись ситуацией, волк взял верх над сознанием Чонгука. — Я ведь знаю, что он где-то там внутри тебя, — шептал Чимин, зарывшись носом в пушистую тушку. — Ты просто очень не хочешь уходить от меня, да? — волк лежал рядом, делая непринужденный вид. — Я очень тебе благодарен, что ты спас его. И рад тому, что мы провели время вместе, я даже уже привык засыпать с тобой, — омега сладко зевнул, обнимая своего волка. — Но я так скучаю по Чонгуку, верни мне его пожалуйста, ненадолго. — Последнюю фразу Чимин произносил уже в полудреме. Пальцы, сжимающие мягкую шерсть ослабли и разум потерял связь с реальностью.