Последствия

      Твердо решив стать Демоном, Вики обрекла себя на посещение одних с ними занятий. Мими и Ади, которые болтали на каждом уроке обо всем, что взбредало в их головы, не способствовали повышению ее успеваемости, но на то они и Демоны. В тот день Вики намеренно проигнорировала свободное место рядом с друзьями и прошла к самому дальнему ряду парт, на который учителя никогда не обращали внимание. Она знала, что Мими спишет это на желание Непризнанной сесть вместе с Люцифером и не упустит возможности посмаковать свежую сплетню с рыжеволосым бесом.       Увидимся на внушении.       Люцифер редко посещал общие занятия, являясь только для выполнения земных заданий. Конечно, зачем самому сильному и высокородному Демону в школе тратить свое драгоценное время на изучение того, что он знал с пеленок? Вики надеялась, что и это занятие по внушению не станет исключением, что она просто сможет сфокусироваться на своих мыслях, переварить сказанное Мими и понять, что ей с этим делать.       Постепенно аудиторию заполнили разговоры и шелест крыльев. На потирающую виски Вики без устали глазели те, кто успел заметить ее в компании принца Ада утром, но девушка упорно игнорировала эти взгляды, притворяясь, будто для нее ничего не изменилось. А на деле — изменилось все. Она не питала несбыточных надежд на то, что с Люцифером все будет легко и просто, как могло бы быть с Дино, потому что слышала слухи о нем, гуляющее по школьным коридорам. Одна только Ости чего стоила — рожденная Бессмертная, достойная партия для будущего правителя, которая была для него лишь способом снять напряжение. Все это понимали, кроме самой Дьяволицы, которая, сидя в паре метров от друзей Вики, скучающе рассматривала свой идеальный маникюр. Люцифер никогда и никому ничего не обещал, думая только о себе. Так, почему Непризнанная решила, что для нее эта связь обернется чем-то иным?       Люцифер умеет кружить головы.       И сколько голов он успел вскружить за свою вечность? Десятки? Сотни? Тысячи? Количество не беспокоило Непризнанную, ее беспокоило лишь то, что она может стать очередной. Ей не хотелось собирать с пола окровавленные осколки своего многострадального сердца после того, как Дьявол скажет ей, что между ними ничего, кроме секса, не было.       Что-то дрогнуло в ее душе, призывая поднять глаза как раз в тот момент, когда в аудиторию входил Люцифер. В черной рубашке, с неизменными искорками лукавства в глазах он целенаправленно шел к глазеющей на него Непризнанной, улыбаясь лишь уголками губ. Студенты смотрели ему вслед, когда он проходил мимо, а Ости даже подскочила со своего места, чтобы привлечь его внимания, но без толку. Мими и Ади хихикали, подталкивая друг друга локтями, все больше напоминая глупых смертных школьниц, у подружки которых появился парень-старшеклассник. Прошествовав мимо всех, Люцифер вальяжно уселся рядом с Вики, старательно прячущей от него свое лицо за ширмой из распущенных волос.       Их колени соприкасались, по коже девушки бегали предательские мурашки, а время превратилось в жевательную резинку, замедлив свой бег. Вики украдкой взглянула на расслабленного Дьявола. Мало того, что он решил явиться на занятия, которые раньше игнорировал, так еще и уселся с той, кого раньше изводил. И пока все таращились на их странную пару, заставляя Вики напрягаться с каждой секундой все сильнее, Люцифер, кажется, не замечал вообще никаких изменений.       К счастью Непризнанной студентам пришлось отвести любопытные взгляды, когда в аудитории появился Геральд. Учитель зашел за кафедру и лукаво улыбнулся, переведя взгляд с Дьявола на Непризнанную и обратно, но никак не прокомментировал внезапное появление сына Сатаны на своем уроке.       Непризнанные уже имели представление о внушении, но оно было весьма и весьма смутными. Вики, которая умоляла Мими, Ади и Сэми научить ее тому, чему отказывался учить Непризнанных Ангел Фенцио, уже умела заглядывать в сознание других Бессмертных и даже могла внушить им какую-нибудь пустяковую мысль. Например, однажды она заставила Мими изменить излюбленному Демонами черному цвету и одеться во все белое. Но без фундамента в виде теории и постоянной практики дело не двигалось дальше глупостей и шалостей, поэтому Непризнанная полностью сосредоточилась на лекции Геральда.       Когда горячая ладонь Дьявола неожиданно легла на ее колено, Вики вздрогнула и, округлив от удивления глаза, уставилась на него. Люцифер смотрел прямо перед собой, делая вид, что поглощен речью учителя, хотя вряд ли он мог почерпнуть из нее что-то новое для себя, а его рука поднималась все выше, проникая под подол изумрудного платья девушки.       — Что ты делаешь? — Зашипела Непризнанная, пытаясь смахнуть с себя его руку.       — Привлекаю твое внимание.       — Нас могут увидеть, Люцифер!       — Стесняешься моего общества? — Пальцы Дьявола уже касались ее белья.       — Хватит!       — Я же только начал.       Стоило горячим пальцам по-хозяйски надавить на возбужденную плоть через тонкое кружево, Непризнанная закатила глаза и тихо ахнула. Было в этих запретных играх что-то дурманящее — адреналин и возбуждение Адским коктейлем неслись по венам, сошедшее с ума сердце стучало где-то в горле, мысли путались, превращаясь в неразборчивый поток. Было в этих играх что-то воистину Дьявольское.       — Расставь ноги чуть шире, Уокер.       Вики беспрекословно подчинилась, она уже сама подавалась навстречу пальцам Дьявола, желая ощутить их внутри себя. Но Люцифер не спешил, медленно, едва касаясь, обводил круговыми движениями клитор, спускался к лону, чтобы слегка надавить, и снова возвращался на исходную. Он играл с ней, наказывая за то, что она посмела не обратить внимания на его появление, а ведь он пришел исключительно ради нее.       — Люцифер. — Его имя сладостью растеклось по онемевшему языку.       — Хочешь что-то сказать, Непризнанная?       — Пожалуйста…       Ее уже не волновало присутствие десятков посторонних, все внимание сосредоточилось только на желанной разрядке. И тогда горячие пальцы усилили свой нажим, срывая с губ Непризнанной вздох облегчения.       — Тише, Уокер. Ты же не хочешь, чтобы Геральд поставил тебе двойку?       Плевать на Геральда. Прикосновения Дьявола воспламеняли кожу. Губительный пожар бушевал внизу живота девушки, сжигая пресловутых бабочек дотла. Одну за другой. Их трепещущие некогда крылышки обращались пепел, который оседал на внутренностях, отравляя их этими дикими чувствами к Люциферу, от которых не было спасения. Это совершенно не тот случай, когда у них есть шанс на выживание. Огонь, живущий в сыне Сатаны, способен сгубить все, до чего сможет дотянуться. Включая наивную Вики Уокер, которая летела к нему, словно мотылек на свет фонаря.       Неожиданно перед глазами замелькали знакомые образы. Поляна. Обнаженный Дьявол. Сладкие стоны, сотрясающие воздух. Это были не ее воспоминания. Это Дьявол делал пытку еще сладостнее, внушая ей свой взгляд на то утро. Вики сжала пальцами край парты, старательно сдерживая рвущиеся наружу стоны, когда напряжение достигло своего пика. Быстро, крышесносно, беспощадно. Вики торопливо поправила свою одежду, когда рука Люцифера пропала с ее паха, откинулась на спинку скамьи и облегченно выдохнула, закрыв глаза, перед которыми отплясывали яростный танец черные пятна. Два оргазма за день после длительного воздержания лишили ее сил, и сосредоточиться на интересной лекции Геральда уже не представлялось возможным. Плевать.       — И никакой благодарности? — Открыв глаза, Вики наткнулась на острую усмешку Люцифера и не смогла не улыбнуться в ответ.       — Люцифер, — словно гром среди ясного неба увлеченных друг другом учеников настиг голос преподавателя, — раз уж ты отвлекаешь Уокер от занятия, то, может, хочешь сам научить ее внушению?       По спине Непризнанной пробежался неприятный холодок. Неужели Геральд все-таки стал свидетелем их шалости, хоть она и пыталась вести себя очень тихо? Конечно, он Демон, но элементарные правила приличия еще никто не отменял, а за их столь грубое нарушение не грешно было бы вырвать им обоим крылья и отправить их скитаться по земле до скончания времен. Поджав губы, она скосила взгляд в сторону Дьявола, который, как и всегда, был полностью расслаблен — ему либо плевать на последствия, либо они остались незамеченными. В любом случае, волны исходившего от его мужественного тела спокойствия захлестнули и Вики. Она выдохнула и пригладила все еще подрагивающими ладонями свои взмокшие волосы.       — Конечно, Геральд, я как раз рекламировал ей свои умения.       Вики не смогла сдержать истеричного смешка, за который получила от Дьявола легкий шлепок по бедру и его лукавую улыбку. Геральд смотрел на странную пару с легким прищуром, будто пытаясь разгадать какую-то тайну, но довольно быстро потерял к ним интерес и, пройдясь взглядом по остальным студентам, возобновил свой рассказ.       Мысли оставались легкими отнюдь не долго. Непризнанная чувствовала на своем лице изучающий взгляд алых глаз Дьявола и от этого начинала нервно ерзать на своем месте. Хотелось задать ему миллион вопросов, расставить все по своим местам, но что-то подсказывало Вики, что Люцифер просто посмеется над ее наивностью и предложит не обременять себя общепринятыми рамками межличностных отношений.       Обреченный вздох слетел с губ девушки. Она покачала головой, окончательно убедив себя, что «долго и счастливо» никогда не будет подходить сложившейся в ее жизни ситуации, и решила просто плыть по течению. В конце концов, что плохо в том, чтобы расслабиться и получать удовольствие? Пусть это удовольствие и могло обернуться самым страшным из кошмаров. Вики отчаянно не хотела однажды занять место Ости, которая бросала на них с Люцифером ревнивые взгляды и заламывала руки, будто пытаясь удержать себя на месте и не броситься на «разлучницу». Вики не хотела подкидывать дров в пожар самодовольства Люцифера, питая несбыточные надежды на их совместное счастливое будущее.              Для сына Сатаны, который ожидал от Вики совсем другой реакции на его появление, урок Геральда превратился в настоящую пытку. Она не смотрела на него, старалась держать дистанцию и была полностью сконцентрирована на чем-то, что сидело в ее голове. Стоило ему пошевелиться или вздохнуть глубже обычного, Вики напрягалась — он видел, как белели костяшки ее пальцев, когда она сжимала свои крохотные кулачки, и чувствовал пульсацию ее энергии. И, черт возьми, каково же было его удивление, когда она вскочила со своего места, когда Геральд объявил об окончании занятия, и бешеным ураганом понеслась к выходу, расталкивая остальных студентов, толпящихся на ее пути, локтями.       Неужели она надеялась оказаться быстрее Дьявола?       Едва не рассмеявшись над ее усилиями вслух, Люцифер медленно поднялся на ноги и плавно пошел по следу Уокер. Толпа сама расступалась перед ним, пока Вики приходилось прогрызать себе путь к выходу почти что зубами. Люцифер рассматривал ее тонкую фигуру, которую швыряло из стороны в сторону, когда на пути Непризнанной оказывался кто-то, не желающий уступать ей дорогу.       — Куда ты так спешишь, убогая? — Неожиданно на пути Уокер встала надменно улыбающаяся Ости, которая была настолько захвачена идеей отомстить конкурентке, что не заметила приближение Люцифера.       — Не твое дело. — Отмахнулась Непризнанная, поспешив обогнуть Ости.       Зеленые глаза Дьяволицы полыхнули ярким заревом, не сулящим Непризнанной ничего хорошего. Когда Вики обогнула ее по дуге, Ости выбросила вперед руку и впилась в хрупкое запястье девушки своими острыми, словно бритвы, ногтями. Знающий, на что способна Ости, которая отчаянно старалась стать его женской версией, Люцифер ускорил шаг. Он уже не просто шел, а практически бежал к месту событий, чтобы предотвратить кровавую расправу над дерзкой Непризнанной. Отшвырнув от себя неожиданно появившегося на пути Непризнанного, имени которого Люцифер даже не знал, он, будто из ниоткуда, материализовался прямо в эпицентре конфликта, заслоняя собой Вики. Он не видел, но знал наверняка, что Ости неуклюже пошатнулась, наткнувшись на преграду в виде его спины, и поспешила выпустить тонкое запястье Вики из своей хватки.       — Так спешила на индивидуальные занятия, что забыла подождать своего учителя? — Сверкнув белозубой улыбкой, Люцифер обвил талию Уокер рукой и, не принимая никаких возражений, потянул ее к выходу.       Он услышал ее тяжелый вздох и напряг каждую мышцу в теле, ожидая, что она начнет оказывать сопротивление, но Вики на удивление спокойно приняла свою судьбу и не пыталась вырваться из его объятий. Сохраняя молчание и потупив взгляд, она покорно шагала в сопровождении сына Сатаны по школьным коридорам, неуютно ежась каждый раз, когда чувствовала на себе чей-то взгляд. Это странное поведение уже начинало действовать Люциферу, который и без того не отличался Ангельским терпением, на нервы. Для него оставалось загадкой, почему Вики Уокер, которая несколько раз кончила от его прикосновений всего за один еще не закончившийся день, упорно делала вид, что между ними ничего не было и нет. Конечно, он мог бы залезть в ее очаровательную головку и раздобыть все интересующие его ответы, не прибегая к глупым разговорам о чувствах, но что-то подсказывало Люциферу, что Непризнанная не оценит этот жест по достоинству. Земные женщины сильно отличались от Бессмертных — судя по тому, что Люцифер узнал, пребывая в мире смертных, они любили цветы, долгие прогулки и разговоры, любили пить вино, глядя на что-нибудь красивое, и плакали над чужими трагедиями, изображенными актерами кино.       Очередной вздох, слетевший с искусанных губ Непризнанной, привел Люцифера прямиком к точке невозврата. Рывком развернув к себе девушку, он прижал ее к своей груди и призвал водоворот. Пушистые облака окружили их со всех сторон, отделяя от посторонних глаз, и один Шепфа знал, куда он должен был их привести.       В головах обоих царил абсолютный хаос. Вики думала о том, что сама позволила Люциферу проникнуть так глубоко под ее кожу, что теперь не сможет вытравить его ничем и никогда. А Люцифер просто любовался ее растерянным лицом и считал гулкие удары сердца.       Когда облака рассеялись, Вики пришлось несколько раз моргнуть, чтобы избавиться от слезной пелены перед глазами. Она неуклюже выпуталась из объятий Люцифера, не желая позволять ему нарушать ее личные границы вот такими внезапными порывами, и огляделась. Они стояли на крыше старинного дома, ветер игриво трепал их одежду, принося с собой всевозможные запахи и звуки. Узнавание пришло мгновенно, хотя она до того момента никогда не была в Риме. Раскинувшись по обе стороны от Тибра на множестве холмов, древний город был окутан приятным полумраком только вступившей в свои права ночи. Несмотря на поздний час, по улицам еще ходили люди — туристы, с интересом разглядывающие все, что представало перед их взглядами, и коренные жители, спешащие укрыться в своих уютных квартирках от гомона голосов и бурления Тибра. Учась в университете, Вики мечтала исколесить всю Италию на арендованной машине, есть фокаччу и пить сладкое вино по вечерам, сидя на веранде какого-нибудь милого кафе.       Очарование открывшихся видов захватило Непризнанную, и она, забыв о Дьяволе, который стоял за ее спиной, прижала руки к груди, будто пытаясь угомонить неистовое биение сердца. Ее глаза лихорадочно бегали по улочкам и строениям, подмечая места, в которых ей непременно хотелось бы побывать. Если бы она до сих пор была смертной, ее сердце, наверное, разорвалось бы от переполнявших его эмоций.       Люцифер, стараясь не нарушить ее восторга, осторожно подошел к краю крыши. Ему не раз доводилось бывать в Риме — как, впрочем, и в других не менее знаковых городах мира смертных — но теперь, когда рядом стояла очарованная моментом Вики, вечный город заиграл новыми красками. Люциферу хотелось показать ей Рим таким, каким его знал его он — не Колизей и фонтан Треви, а маленькие уютные улочки, в которых и заключалась вся прелесть Италии, которую он и сам постиг только теперь.       Обернувшись, Люцифер увидел, как трепетали на ветру серые крылья Вики, как блестели ее глаза, перебегающие с одного места на другое, как подрагивали ее приоткрытые губы. В уголках синих глаз заблестели кристаллики слез, а прижатые к часто вздымающейся груди руки дрожали.       — Хочешь прогуляться? — Осторожным, нежным прикосновением Люцифер поймал скатывающуюся по ее щеке слезинку, которая сверкнула серебром в свете луны.       Вики слабо кивнула, наблюдая за тем, как Люцифер разглядывал ее слезу на кончике своего пальца. На его лице отразилась странная гамма чувств, из которой Непризнанной никак не удавалось выделить одно конкретное, но никогда прежде она не видела, чтобы он смотрел так хоть на что-то. Были ли вообще в жизни сына Сатаны вещи, способные вызвать в нем положительные эмоции, кроме, разумеется, беспорядочных половых связей с Дьяволицами вроде Ости? Вики почувствовала болезненный укол ревности, когда эта мысль метеоритом пронеслась в ее голове. Взглянув на Люцифера, она мысленно вознесла молитвы своему сердцу, которое потянулось к Люциферу в тот же момент. Нельзя влюбляться в Дьявола.       Нельзя.       Но сердце было глухо к мольбам Непризнанной.       Почувствовав, как по телу расползается сожаление, Вики раскрыла крылья и поспешила спикировать вниз. Вместо пылкой, несдержанной влюбленности в Демона она получила то, что получила. Но главной проблемой этих отношений была вовсе не лишняя прагматичность. В то время, пока Вики боялась поговорить с Дьяволом о своих страхах и сомнениях, сам он никак не мог решиться рассказать ей о том, что сердце его ожило с ее появлением.       Если бы Папа Римский знал, что по городу уверенно шагал сын Сатаны, который останавливался всякий раз, когда шаги Непризнанной за его спиной стихали, и ждал, когда Непризнанная осмотрит очередную церквушку или витрину сувенирного магазинчика, он, наверное, мгновенно упал бы замертво от удивления, но не от страха. Ведь на самом деле Люцифер не показался бы ему воплощением зла — его глаза с нежностью следили за каждым движением девушки, которая, улыбаясь, указывала ему на то, что в очередной раз привлекло ее внимание. Люцифер улыбался ей в ответ и иногда рассказывал ей историю какой-нибудь базилики. А Вики слушала его с замиранием сердца, представляя себе Люцифера, гуляющего по залитым теплым солнечным светом улицам. Она почти воочию видела, как искрится солнце в его смоляных волосах, прибывающих в легком беспорядке, как расстегивает верхние пуговицы неизменно черной рубашки, заставляя всех девушек в радиусе ста метров покраснеть от смущения. Вики хотела бы, чтобы тот Люцифер из ее фантазий воплотился в реальность.       За разговорами ни о чем они добрели до старинного палаццо, ныне превращенного в многоквартирный дом. В некоторых широких окнах приветливо мерцал электрический свет, другие — зияли отталкивающей темнотой, на заднем дворе, который прятался за высокой живой изгородью, журчала вода, а с мансардного этажа тихо пела скрипка. Вики, почувствовав, как внутри нее разгорается острое желание узнать, что скрывала от ее взгляда изгородь, расправила крылья и перемахнула через аккуратно подстриженные кусты, заставляя Дьявола последовать за ней. Острые шпили многолетних кипарисов вонзались в ночное небо, повсюду цвели олеандры и благоухающие розы, а в центре стоял высокий фонтан, искрящийся в свете серебристой луны.       Конечно, в окрестностях школы было немало захватывающих дух видов с падающими в пропасти водопадами и парящими в воздухе островами, но они не могли сравниться с атмосферой земных ночей — когда все живое засыпает, а мир погружается в густую, уютную тишину, когда воздух становится прохладнее, а запахи насыщеннее. Вики не скучала по своей смертной жизни, в которой было, в общем-то, довольно мало приятных моментов, но она скучала по вечерам, в которые она выходила на свежий воздух, забыв о пыльных учебниках, и просто шла, куда глядят глаза. Обычно ее спутником становилась музыка, играющая в наушниках на полную громкость, но иногда к ней присоединялся стаканчик ароматного кофе, который она покупала за углом своего общежития.       Едва ли не захлопав от радости в ладоши, она подпрыгнула к фонтану, и опустилась на его край. Ее глаза горели, когда она смотрела на свое отражение в прозрачной воде, а из головы ненадолго улетучились мысли об обреченном недоромане с Дьяволом.       — По легенде этот фонтан исполняет желания, если бросить в него монетку. — Бархатистый голос Люцифера окутал ее подобно мягкому пледу.       — Смертные любят приписывать эту суперспособность многим фонтанам. — Обернувшись на застывшего за ее спиной Дьявола, фыркнула Вики. — Например, тем, что стоят в торговых центрах.       — Ну, это уже просто кощунство! — Подобравшись ближе к Непризнанной, Люцифер сел рядом с ней на край фонтана. — Хочешь загадать желание, Уокер?       — У меня нет мелочи. — Она наивно пожала острыми плечами.       Люцифер с самой хитрой ухмылкой из всех возможных щелкнул пальцами перед ее лицом, и в них, как по волшебству, появился блестящий, новенький цент, который игриво подмигивал Непризнанной, призывая произнести заветное желание вслух. Улыбнувшись, девушка приняла монету из рук Дьявола и снова взглянула на свое отражение, но в этот раз без того детского восторга, который пронзил ее, когда она перелетела через живую изгородь. Ненастоящая монета, глупая легенда, неосуществимое желание. Чего она хотела? Чтобы Дьявол, наконец, перестал играть с ней в кошки-мышки. Вики просто хотела определенности.       Без особого энтузиазма бросив монету в воду, Вики наблюдала, как по ее отражению побежала рябь.       — Вики? — Осторожное прикосновение Дьявола к ее подбородку заставило Непризнанную задрожать. Каждое прикосновение, каждый взгляд, каждое неосторожно оброненное слово делало ситуацию еще запутаннее, и Вики знала, что уже никогда не сможет распутать все узелки своего помешательства.       Он так долго смотрел ей в глаза, что Вики показалось, будто целая необъятная Вселенная уместилась в его алых зеницах. До покалывания в кончиках пальцев ей хотелось раствориться в этом моменте, потеряться в этом ощущении единении их душ, раз за разом переживать переплетение их энергий. Медленно, очень медленно Люцифер начал наклоняться к ее лицу, потянувшись к приоткрытым губам за поцелуем, свидетелями которому должны были стать молчаливые звезды, но Вики огромным усилием воли вынырнула из транса и отстранилась.       Прерывисто дыша и ненавидя себя за то, что разрушила один из лучших моментов в ее жизни, она нервно пригладила несуществующие складки на подоле короткого платья и, набравшись смелости, снова взглянула в глаза Люцифера. В алых очах всего на секунду отразилась растерянность, а затем они снова стали привычно холодными. Какими и были всегда.              При любых других обстоятельствах, с любой другой девушкой Люцифер не стал бы останавливаться — он непременно получил бы желаемое, даже если бы встретил некое подобие сопротивлений. Но не с ней. Сначала ее энергия была похожа на терпкий виски, который Люцифер так любил, она растекалась по его языку, обволакивала, заставляла желать большего, а затем — в одно мгновение — в ней появился привкус чего-то кислого, а глаза Непризнанной потухли. Слишком резкая смена настроения сбила Люцифера с толку. Он точно знал, что Вики хотела раствориться в этом поцелуе не меньше, чем он сам, и слишком резкая перемена в ее настроении выбила его из колеи. Еще никогда Дьяволу не приходилось разгадывать столь сложный ребус. Что скрывала в своей черепной коробке Вики Уокер? О чем думала? Чего желала? Почему, черт возьми, была такой непостоянной?       — В чем дело, Уокер? — Ходить вокруг да около у Дьявола уже просто не было сил. Эта чертовка вымотала его своими перепадами настроения.       Невооруженным взглядом можно было увидеть нервозность в ее порывистых движениях — она в очередной раз поправила подол платья, пригладила и без того идеально лежащие волосы, закусила нижнюю губу. Слишком много лишних движений. Слишком много вопросов без ответов. Слишком много напряжения.       Придвинувшись ближе, Люцифер мимолетным движением пальцев заправил прядь ее черных волос за ухо и провел линию от челюсти до ключицы. Ему не нужно было заглядывать в ее мысли, чтобы понять, что она хочет чувствовать его прикосновения, но он никак не мог разобраться в причинах ее добровольного отказа от них.       — Я не… — нерешительно начала девушка, а в следующее мгновение вдруг изменилась в лице и решительно взглянула в его глаза. — Никак не могу понять, с чего вдруг ты стал таким внимательным и вежливым? Я выполню свою часть сделки и без этого притворства.       — Что? Сделки?!       Мир окрасился в бордовые тона. Сделка. Вики Уокер все еще считала, что она в силе. Она все еще надеялась, что сможет переметнуться в тыл врага?! Неожиданно вены Люцифера налились свинцом, в горле заклокотал животный рык, глаза заполыхали Адским пламенем. Ревность. Она распространялась по его организму с поражающей скоростью, словно паразит, сжигая остатки здравого смысла. Он тяжело дышал, сверля Непризнанную немигающим взглядом, и уже готов был разорвать чертова Ангела напополам, чтобы тот, наконец перестал путаться у него под ногами, но неожиданный вздох Вики заставил его отвлечься от плана кровавой расправы всего на секунду, которая оказалась решающей.       — Да, сделки! — Рыкнула она, будто впитав в себя его гнев. — Пусть я не хочу, чтобы ты исполнял свою часть, но это не освобождает меня от обязательств!       Не хочет?       — Не хочешь?       Вместе с его пылом потух и пыл Непризнанной. Она смущенно потупила взгляд и в очередной раз поправила волосы. Кажется, на ее щеках даже заиграл легкий румянец. Или ему показалось?       — Дино меня больше не интересует. — Решительно заявила она.       — Добрый вечер. — Знакомый Люциферу с раннего детства мягкий голос, таящий в себе смертельную угрозу, зазвенел в ночи. — Извините, если помешал, но мисс Уокер ищет вся школы.       — Это что… — Непризнанная с немалым удивлением разглядывала вышедшего из тени, отбрасываемой кипарисом, мужчины средних лет с высокими острыми скулами, темными волосами, тронутыми первой сединой и темно-красными глазами, которые смотрели на нее с неменьшим интересом. Мужчина был одет в старомодный костюм-тройку, а его шею обхватывал красный галстук-бабочка. Тонкие губы дрогнули в приветливой улыбке, но глаза оставались безучастными.       — Мой отец. — Закончил мысль Непризнанной Люцифер.