Их остров спокойствия

       Утро встречает тёплым пледом, мягкой постелью, воздушной подушкой и спокойной утренней дрёмой. Хоть глаза и тяжёлые, поднять их труда почти не составляет. Однако слово «почти» оказалось сильнее Тэ.        До полуспящего омеги доносятся невероятно приятный аромат и едва слышимые голоса, и это заставляют его слегка поёжиться на мягких простыня. Запах выпечки сразу будоражит в Киме чувство голода, ведь уже очень давно он не ощущал подобных ароматов.        Позже приходится подняться над кроватью на локтях и разлепить сонные глаза. Незнакомая простынь, подушка и плед мигом помогают вспомнить о том, что вчера случилось. От воспоминаний просыпается тут же, дико испугавшись. Альфа. Чонгук. Спас его.?        Тэхён, находясь в шоке, всё же вновь укладывается, переворачиваясь на спину, ощущая небольшую боль в горле и голове. Он вновь начинает благодарить черноволосого, преисполняясь яркими и хорошими ощущениями. Но потом вспоминает уже всё…        Грустно? Не то слово. Хочется просто лечь и забыть о том, от чего сердце кровью обливается. Ким прячет переносицу в изгиб локтя, больно кусая губу и стараясь не заплакать. Хотя, куда ещё? Плевать, что он сейчас в чужой кровати, квартире, городе. Ему нужно хотя бы чуть-чуть проплакаться. Будет надеяться, что сюда никто не зайдёт.        И сердце начинает ускоряться, пока на щёки возвращаются привычные солёные дорожки. И после пары секунд, слёзы заканчиваются. Собственно, после вчерашнего, их не осталось совсем.        — Доброе утро, уже проснулся? — слышится тихий и нежный голос, отчего русый вздрогнул и устремил взгляд на выход. Пухлощёкий, светловолосый парень, приветливо улыбался, но как только он увидел следы от слёз, сразу же поменялся в лице, обеспокоенно подошёл к Тэ и присел на край, — Ты плакал? Что случилось? Сон плохой приснился или где-то болит?        Теперь возможность рассмотреть его стала гораздо лучше. Красивый мальчик, точно омега, а личико похоже на маленькую уточку. Или цыплёнка. Тэ, хоть и стыдно за такое сравнение, но всё же он не будет этого отрицать.        — Эй, всё в порядке? Какой-то ты уж совсем бледный что ли… — парень осторожно тянет ладонь ко лбу Кима и, как заметил сам Тэ, маленькую такую. Это так умиляет, что не в силах не улыбнуться. На это светловолосый улыбается в ответ, — Температуры вроде нет.        — Да и не должно быть, — русый, хихикнув, приподнимается и принимает положение полусидя.        — Надеюсь, — омега рассматривает Кима с головы до пояса, потому что ноги-то под пледом спрятаны, а потом решает начать разговор, — Я Пак Чимин. Можно просто Чимин.        — Очень приятно, Чимин. Ким Тэхён, — он отводит взгляд, неловко улыбаясь.        — Как ты себя чувствуешь? Почему ты плакал? У тебя что-то болит? — Пак, приободрившись, укладывается животом на кровать, и подпирает лицо кулачками, продолжая беседу.        — Да нет, всё в порядке, — он быстро вытирает слёзы, — Ничего не болит, просто… Это, утреннее… Когда я просыпаюсь, у меня слезятся глаза.        — Хм-м-м, — Чимин хмурится и выпячивает нижнюю губу, — Допустим, что я поверил, и раз так, то опустим. Кстати, сколько тебе лет? Ты из Сеула?        — Ну. Мне семнадцать, в декабре будет 18, и я из Тэгу. А ты?        — Какой ты маленький! Мне двадцать четыре пока, в октябре уже двадцать пять стукнет, — Чим ярко улыбается, отчего его глаза превращаются в очаровательные полумесяцы, — Я вообще из Пусана, но так получилось, и я попал в Сеул. Ты сюда учиться приехал или к кому-то?        — А… — он мнётся пару секунд, — Нет, я сюда просто захотел на время каникул приехать. А потом ведь поступление.        — Так, стоп. Если ты поступаешь в этом году, тебе семнадцать, значит ты рано пошёл в школу?        — Ну… Есть такое дело… А Вы учитесь?        — Нет уже, работаю медбратом. И давай на «ты», а то мне слишком неловко, — смеётся тот, — Знаешь что? — Чимин смотрит с хитрым прищуром, смущая и так неловко опустившего взгляд Тэ.        — Ч-что?        — Не буду врать, но Чонгук так сильно испугался, что ему пришлось нас позвать. Мой альфа, Юнги, его чуть не кастрировал прямо по телефону, потому что позвонил ну прямо ни свет, ни заря. — прикрыв ладонью рот, хихикнул тот, — А здесь он кастрировать его не смог, потому что ты спал. А орёт Чонгук знатно, хоть и очень редко.        Тэхён, пытаясь переварить сказанное омегой, смущается ещё сильнее, отчего щёки покрываются румянцем.        — Раз он проснулся, то когда этот мелкий засранец вернётся, я его обязательно кастрирую, — в дверном проёме появляется уже другой альфа, почёсывающий свою коричневую шевелюру.        — Привет, Юнги-я, иди к нам, — Пак улыбается уже своему альфе, похлопывая по месту рядом.        — Виделись уже, — тот подходит к кровати и садится с краю, — Иди ко мне, Чимин-а.        — Тебе дома не хватило? — парень поднимается и, чуток проползая, усаживается к своему парню на колени, укладывает свои руки ему на плечи, пока тот уже крепко обвил чиминову талию.        — Ну что ж, доброе утро, — Юнги переводит взгляд на смущенного парня, который все это время наблюдал за их обнимашками, — Мин Юнги, 25 лет, тебя как зовут?        — К-Ким Тэхён, мне 17… — он диктует это так быстро, что даже страшно становится.        — Йа, Юнги-я, зачем ты его так напугал? — вмешивается старший омега, тихонечко ударив своего альфу по макушке.        — Чимин-а, ну что я поделаю, раз у меня такая манера речи?        — Ну со мной же ты нормально разговариваешь.        — Потому что ты мой омега.        — Но это не значит, что с Тэхёном можно говорить как на допросе.        — Тэхён, извини, но я по другому разговаривать не умею, — обращается Мин уже к Киму, который сидел и неловко смотрел на парочку.        — Всё в порядке, — проговаривает тот, решая кое-какую вещь не умалчивать, — Вы очень красивая пара.        Те сразу же переводят удивлённые взгляды на младшего, который, посчитав свои слова неуместными, отводит взгляд и произносить тихое «Извините». Пара, не успев и слова сказать, одаривают его добрым взглядом.        — Спасибо, Тэхён, это приятно слышать, — произносит Юнги, прижав к себе омегу ещё крепче.        — Ты чего грустишь? — спрашивает Пак, встав с коленей и подойдя к Киму.        — Я думал, что сказал что-то лишнее и вы разозлились… — признается тот, наконец поднимая взгляд на Пака и его альфу.        — Ну что ты, солнышко, — умиляется старший омега и прижимает Тэ к себе. Тот удивляется, ибо светловолосый обнимает так крепко и тепло, что даже и сказать ничего не получается, — И в мыслях не было на тебя злиться.        — Тэхён, плачешь-то зачем? — добро усмехается альфа, пока Чимин, удивлённо вскидывает брови и смотрит на лицо Кима.        — Как это? — светловолосый так сильно удивляется, а потом принимается большими пальцами вытирать солёные дорожки, — Ну что за слёзы? Тэхён-а, я сейчас сам заплачу!        — Так! Не надо плакать! Я сейчас позвоню Чонгуку и он вас осчастливит, — он как раз уходит за телефоном, оставляя омег наедине.        — Теперь он ушёл, и я бы хотел услышать, почему ты плачешь, — тихо проговаривает Пак, садясь так, чтобы он мог обнять Тэ за плечи. Тот молчит, не решаясь что-либо сказать, но успокаивающие поглаживания по плечу от него приводят в чувства.        Действительно. А почему слёзы вдруг решили появиться на лице? Неужели опять вспомнился вчерашний день? На самом деле всё гораздо проще. Слёзы появились от чувства, что здесь ему рады. Как бы странно это ни звучало. Эти люди видят его в первый раз и мало того, что не прошли мимо, так ещё помогли, и не раз, Тэхён уверен. Как бы плохо ни было сравнивать, но он готов поклясться, что даже в семье он не испытывал подобной душевной лёгкости. И это скрывать совсем не хочется.        — Это очень трудно объяснить, — неуверенно начинает Ким.        — Тэхён, я клянусь, что постараюсь тебе помочь, — старший омега говорит слишком убедительно, чтобы у Тэ нашлись силы сопротивляться, — На кухне осталось немножко блинчиков, хочешь? Или Юнги сейчас всё съест. Вкусняшки помогают выработке гормонов счастья.        — Хах, нет, спасибо. Просто… Я даже не знаю… — он делает небольшую паузу, пока старший его слушает, — Мне очень приятно, что вы мне помогли и помогаете. Но почему? Мы ведь даже с Чонгуком друг у друга знаем только имя, а тут даже вы мне помогаете. Почему? — Тэхён поднимает на старшего отчаянный взгляд, даже им задавая миллионы раз «Почему?».        — Ух… — Пак молчит минутку, а потом, собравшись с мыслями, наконец начинает, — Честно, мне понятно твоё беспокойство, но знаешь… — он делает секундную паузу, — Как бы плохо тебе ни было, всегда после чёрной полосы начинается белая, ненужные люди просто уходят, освобождая место тем, кто действительно для тебя важен. И извини меня за это, но я чувствую, что у тебя произошло что-то плохое. Поэтому я не могу не постараться помочь тебе. И если для этого нужно узнать друг друга получше, то я готов начать прямо сейчас, если ты хочешь. Да и чутье моё омежье подсказывает, что не зря ты тут, вот прям чую своим мягким местом. — и в конце своего невероятно проницательного монолога Чимин ярко улыбается, вновь замечая одну солёную дорожку, — Ну не плачь, пожалуйста. Я же хотел сделать наоборот, — парень вновь обнимает Кима, чувствуя себя настоящим психологом.        — Нет, всё нормально. Спасибо вам большое, — Тэхён безо всяких сомнений верит Паку, потому неуверенно обнимает в ответ, доверчивым котёнком тянется навстречу солнечному лучику. Таковым старший омега и является.        — Так, ребята, — в комнату входит Юнги, прожёвывая последний блин, и омегам приходится друг от друга оторваться, — Быстро думаем, что хотим, Чонгук всё возьмёт.        — Хочу шоколадный тортик! — громко восклицает Чимин, поднимая руку как в школе.        — Чонгук, один шоколадный торт и ты останешься существом мужского пола, — проговаривает Мин в трубку, молча секунду, — Тэхён, что тебе?        — Э… — он теряется секунду, — Нет-нет, что вы, ничего не нужно, — он отмахивается, ощущая себя каким-то нахлебником. Его и спасли, и пригрели, и спать уложили абсолютно чужие люди, теперь ещё и накормить пытаются. Для воспитанного Кима это уже предел наглости.        — Скажи, чтобы взял пару шоколадок, фрукты, орешки, — Чимин уже сам встревает в разговор, рассматривая почему-то тело гостя.        — Слышал? — спрашивает альфа, пока Тэхён выдаёт немые протесты, ибо быстро прийти в себя не получается. Омега очень надеется, что альфа по ту сторону трубки не расслышал, и будет шанс сказать о том, что не надо на него тратиться, — Молодец, давай быстрее, два ребёнка кушать хотят. Конец связи.        — Юнги! — внезапно повышает голос Тэхён, ловя на себе какой-то устрашающий взгляд, — Юн-ги-щи, — быстро исправляется он, снижая громкость голоса, — Не надо было…        — Слышать ничего не желаю. Чонгук придёт и мы все наконец-то нормально позавтракаем, — Мин с этими словами вновь выходит из комнаты, а-ля «Мой живот голоден, тебя не слышно».        Вообще, омега не знает, что сказать в этой ситуации, его мозг банально не справляется с поставленными задачами. То месяц, полный умственных и физических нагрузок, экзамены, выпускной, вчерашний срыв, сегодняшние ситуации… Потому его просто одолевает желание спрятаться и не высовываться до того момента, когда всё и вся встанет на место, в большей степени его эмоции и чувства. И через несколько секунд его мозг постепенно отключается, отчего он вновь погружается в неторопливый сон.        Чимин укладывает Тэхёна поудобнее и укрывает пледом по плечи, осторожно потрепав по голове, перед тем, как выйти.        Второй раз Тэхён просыпается уже на животе, обнимая чужую подушку. И в голове сейчас и пусто, и хорошо. Сон изгнал все ненужные мысли, окунул в океан тёплых воспоминаний и успокоил душу. Теперь можно сказать, что он умер, достиг Нирваны, возродился и вновь достиг Нирваны. Только Тани в объятиях не хватает. И теперь он вспоминает, почему рядом нет любимого пёселя. Он удручённо выдыхает и за несколько минут старается всё переосмыслить. И если честно, то ему сейчас как-то всё равно на прошлые пару дней.        — Ну матерь Божья, м-мх, — он мычит и вновь кутается в тёплый плед, рассчитывая на то, что он в комнате од…        — Доброе утро, ты проснулся? — в комнате слышится приятный и мелодичный голос, от которого сердце омеги ёкает, а он сам вздрагивает и переводит взгляд на источник звука, — Всё в порядке? — альфа спешно подходит к кровати и присаживаются на самый край, боясь спугнуть Тэхёна.        Тот, в свою очередь, может лишь любоваться парнем напротив. На черноволосом домашняя футболка, серые спортивки, а из-под обеих вещей проглядывались невероятные рельеф. Волосы собраны в пару хвостиков по бокам. Как тут сердце не ёкнет? Нет, почему оно не сказало «Моя остановочка» — не понятно.        И всё же русый решает слишком долго не молчать, потому, смущаясь и отведя взгляд, старается что-то сказать.        — А. Нет-нет, всё в порядке… — Тэ еле как подбирает слова, почёсывая затылок.        — Что ж… Хорошо, — он слегка улыбается, — Ванная комната прямо напротив спальни, если что… Приходи завтракать… Я, пожалуй, пойду.        Атмосфера особо к разговору не располагала, потому альфа встал с кровати и тихо удалился. Честно? Тэхён уже не понимает совсем ничего. И теперь он всё же решает хоть чуть-чуть ополоснуть лицо, прийти в себя, потом извиниться перед Чоном и уехать, наконец, домой. Так и сделает.        Он быстро встаёт и направляется в комнату напротив спальни. Его встречает светлая ванная комната, душ со стеклянной дверкой во всю стену, небольшой умывальник и парочка шкафчиков. Он быстренько набирает в подставленные ладони воду и ополаскивает лицо. Вода снимает усталость с лица и пробуждает полностью.        Но теперь он понимает, что находится в чужой одежде. Его мгновенно передёргивает, вопросов становится на один (миллион) больше. Тэхён неуверенно выходит из ванной и так же скромно направляется в сторону, как он понял, кухни.        Тихо подойдя к кухне, он оглядывает её из коридора. Светлая комната, большое окно из которого виднеется небо и высотки; за плитой крутится альфа и что-то готовит. И от этой картины сердце непроизвольно учащает свои ритмы. Походу, альфа услышал его тихие шаги, либо сердце, и через пару секунд на Тэ смотрела пара миндальных глаз.        — Присаживайся, — он рукой указывает на накрытый стол, но Ким продолжает скромно мяться на месте, — Не бойся, присядь, пожалуйста.        Ну и после этих слов тэхёновская смущённость сдаётся под натиском улыбки черноволосого. Он присаживается на стул и старается обдумать слова, которые хочет сказать.        — Приятного аппетита, надеюсь, что тебе понравится, — Чонгук ставит перед Тэ чудом выжившие чиминовские блинчики, — Или Чимин очень расстроится, — уже себе под нос бормочет тот.        — Эм… Чонгук…        — Да? — старший присаживается на стул рядом, изучая лицо омеги. Если быть честным, то он чувствует, что Тэ хочет ему сказать что-то с похожим смыслом, как и вчера. Послать, короче. Но сейчас он постарается переубедить парня.        — Блин… Я совсем не знаю, что сказать. Эти два дня были слишком странными… — русый больше не хочет и не может что-то репетировать.        — Ну, раз так, то давай просто на время забудем об этом. Поговорим о погоде. Ну, или о чём-нибудь ещё. Как тебе Сеул? — Чонгук всем сердцем надеется, что омега отвлечётся от этой темы и просто позволит себе немного разговоров с альфой.        — А, город прекрасен, — Тэхён улыбается, вспоминая, как гулял по городу, — У вас невероятно красиво. И еда уличная такая вкусная… Я не могу… — он вспоминает, какой невероятный запах слышал на улицах и буквально улетал.        — А что ты пробовал? — и Чон искренне радуется, что он смог увести Тэ от неприятной темы.        — А… — и тут он понимает, что чуть-чуть обломался, — Я не пробовал ничего…        — То есть? — Чонгук изгибает бровь, особо не понимая.        — Ну… Просто времени особо не было, я подходил пару мест, но до было как-то не до еды, — Тэ от волнения начинает осматривать всю комнату, стараясь уйти от разговора, доходит до того, что пол под ногами становится чуть ли не произведением искусства — какой же линолеумный линолеум.        — Извини, но ты вообще ешь? — парень как-то грустно оглядывает парня, посмотрев на его худые руки.        — Конечно, но только иногда.        — Иногда — это сколько?        — Ну три-четыре раза…        — В день?        И Тэ молчит, вжимаясь в стул. И ему сейчас становится от этого стыдно.        — Ох… — старший выдыхает, — Я, конечно, думал о том, что ты слишком мало ешь, но чтобы настолько…        — Я уже привык к такому, так что не стоит беспокоиться, — он слегка улыбается.        — Можно мне твою руку, пожалуйста? — парень вновь просит руку Тэ и тот спокойно протягивает её Гуку, — Я думаю, что ты и сам видишь и ощущаешь, насколько худой, — Чон рассматривает красивую омежью руку, достаточно большую ладонь с аккуратными и длинными пальцами, невольно представляя, как бы эта ладонь смотрелась в его.        — Есть такое дело, но мне нормально, честно.        — Сколько тебе лет? — Чонгук отпускает руку, вновь переводя взгляд на омегу. Теперь у него есть шанс более подробно рассмотреть лицо своего собеседника. Но надолго он не будет на нём задерживаться. Пока что.        — Семнадцать, — парень даже смущается. Однако молчание старшего его немного пугает. Сделав глубокий вдох, тот продолжает.        — Я думаю, говорить о том, что такой рацион, мягко говоря, тебе не подходит — бессмысленно, — старший старается подобрать правильные слова, — Просто береги себя пожалуйста. Честно признаюсь, ты очень красивый омега, не буду этого скрывать. Но береги себя и свою красоту, пожалуйста.        Тэхён молчит. Честно? В силу того, что он подросток, врачи повлиять на эту ситуацию особо не могли. Но сейчас ему хочется верить, послушать и последовать советам Гука. И такие, якобы, банальные комплименты всё же ему очень приятно. И как это работает?        — Спасибо, — тихо проговаривает тот, — И за заботу, и за комплимент, — улыбаясь уголком губ, младший всё же может поднять благодарный взгляд на альфу.        — Не думаю, что скрывать правду нужно, — альфа тоже улыбается по-доброму, смущая омегу сильнее, — Тогда я даже не знаю, что тебе предложить. Может просто чай или.        — Честно, мне в такой ситуации хочется и отказать, потому что желания быть каким-то нахлебником у меня совсем нет. Но после этого разговора, мне кажется, что я должен даже через силу, извиняюсь, затолкнуть в себя завтрак.        — Слушай, раз так, то давай начнёшь с простого, — Чон берёт из вазы с фруктами красное яблоко и просто руками разламывает его на две части, отчего у Тэ буквально глаза на лоб полезли.        — Обалдеть! Как ты это сделал? — сейчас младший напоминает маленького ребёнка, увидевшего в первый раз огромный торт на день рождения.        — Я же просто яблоко разломил, — чуть смеётся старший и протягивает одну половинку фрукта Тэхёну, который проговаривает тихое «спасибо», продолжая с удивлением смотреть на старшего.        — Круто же! — Тэхён для примера взял новое яблоко и попытался сам разломить, но, увы, неудачно, — Вот видишь! Даже я не могу, а ты вообще какой-то Шварценеггер! — по-доброму возмущается младший.        — Да ладно тебе, не такой я и сильный, — Чонгук забирает целое яблоко и откусывает сам.        — Эй, ну зачем новое откусил? Я бы тебе эту половинку отдал, — проговаривает тот.        — Мы с тобой договорились начать с яблока, а не с половинки. Помнишь?        — Боюсь, что в меня оно не влезет, — Тэхён всё же откусывает яблоко, довольно мыча, — Блин, оно такое вкусное, не могу.        — Мне они тоже нравятся. Слушай… Извини, не спросил, но тебе нормально такое кушать?        — Фрукты — конечно, — Тэхён чуток посмеивается, — Они ведь очень полезные для здоровья.        — Не спорю, но перебор с фруктами настолько же вреден, как и фастфуд.        — Блин, ты говоришь как врач какой-нибудь. Ты случаем не он?        — Нет, я хореограф, практикую спортивные танцы, но всё же медицинским опытом не обдёлен, — он хмыкает с ноткой самодовольности и смотрит, как глаза Тэ расширяются ещё сильнее.        — Хореограф? Ничего себе, — Ким с удивлением продолжает маленькими кусочками погружать сладкое яблоко в рот, — И давно ты хореограф?        — Около четырёх лет.        — Ого… Я уверен, что ты достигнешь больших высот.        — Спасибо, а ты на кого хочешь учиться или уже работаешь?        — Ну… Я думаю поступать в медицинский университет. Не работаю, но думаю подрабатывать.        — Как Чимин что ли?        — Почему?        — Ну… Он тоже учился в медицинском. Сейчас в больничке работает.        — А на кого он учился? Он говорил, что работает медбратом.        — Ну, думаю, он тебе с привеликим удовольствием всё расскажет сам, — Чонгук хитро улыбается.        — А почему не ты? — интересуется тот, прожёвывая фрукт.        — Потому что он сам с тобой хочет о многом поговорить. Думаю ты заметил, что он очень дружелюбный.        — Судя по последним событиям, то вы все невероятно дружелюбные. И добрые… — в этой ситуации младший не упускает возможности сделать комплимент в ответ на предыдущий чонгуков.        — Я очень рад, что ты так думаешь. Мы не могли поступить иначе, — Чонгук улыбается, кажется, не только губами, но и глазами. Очень приятно слышать такие вещи.        — Ну… Раз мы разговорились, то я думаю, что будет правильно сказать тебе самое огромное спасибо… — русый невольно вспоминает вчерашний инцидент, после которого благополучно проснулся в кровати Чона, — Я бы очень сильно хотел тебя отблагодарить, но не на словах, — Тэхён поджимает губы и смотрит в глаза Гуку.        — Знаешь, ты меня уже благодаришь тем, что просто захотел поговорить и остался. И я должен за это поблагодарить тебя, — альфа почёсывает затылок, отводя взгляд в сторону, корча моську дурочка.        — Ничего ты вовсе не должен, ты чего? Просто скажи, что я могу для тебя сделать, пожалуйста, — Тэ всё же стоит на своём и решает в случае чего предложить оплатить хотя бы купленные продукты.        — Ну, раз ты всё же хочешь меня отблагодарить… — Гук на секунду замолкает, — Я буду очень рад, если ты захочешь продолжить общение, — и тот складывает в просящем жесте руки.        — Ну мать моя морковка… — Он молчит пару секунд, — Я согласен продолжить общение с тобой, Чимином и Юнги в любом случае. Но имей ввиду, что я хочу тебя хоть как-то отблагодарить. Могу предложить вернуть тебе деньги за продукты…        — Какие деньги за продукты? Вообще-то мне нужно что-то кушать, я же не просто так в магазин хожу. В конце концов это уж слишком глупо с моей стороны — брать деньги за обычное яблоко, — Гук с наигранным возмущением бросил на растерянного омегу взгляд.        — Ну, раз так, то мне придётся сдаться…        Омега поднимает руки, якобы «Ты выиграл», продолжая улыбаться. Внутри как-то слишком тепло и сладко. На лице появляется здоровый румянец. Скорее всего это от яблока. Да, именно.        — Надолго ты планируешь задержаться здесь?        — Ну, наверное сегодня — завтра уже поеду домой.        Омега задумчиво чешет подбородок, не заметив лёгкую грусть, промелькнувшую в глазах альфы. Тот, коротко выдохнув, продолжает.        — Понятно. Но знаешь, тут много всего интересного, — он делает паузу, пока омега переводит на него свой взгляд, — Например, музей трансформеров, музей Бэтмена… — он вновь на пару секунд замолкает, — Ой… Я как-то не подумал, что омегам такое неинтересно. Извини.        — В смысле неинтересно? Я все фильмы про трансформеров смотрел вообще-то!        — Да ну? — Чонгук искренне удивляется, дико радуясь, — И кто твой любимчик?        — Бамблби! — с искоркой в глазах начинает русый, тут же вспоминая все яркое моменты из всех фильмов, по которые не забыл и попутно вспоминал.        Чон лишь заворожённо смотрел, наблюдал и, откровенно говоря, любовался. Кажись, ещё чуть-чуть, и его зрачки примут форму сердечек и будут биться так же быстро, как и сердце внутри. Пожалуй, его натура альфы даже сопротивляться обаянию этого омеги не хотела. Она с привеликим удовольствием поддавалась, согреваясь тёплой улыбкой воодушевившегося Кима. Черноволосый буквально готов на всё, лишь бы полюбоваться ей ещё хотя бы несколько секунд.        Следующие пару часов проходят настолько незаметно и в такой расслабленной обстановке, что со стороны может показаться, будто эти двое дружат уже сто лет. Даже как-то спокойно становится на душе у обоих. Однако омега совсем не замечает красноречивых взглядов, направленных прямо на него с тёплой улыбкой. Это Чонгук будет только на руку. Пусть отвлечётся на любимые вещи и не будет замечать этого, главное, что ему легче.        — Фух! Всё! Яблоко вот тут, я больше не могу! — сдался Тэ, расплывшись по стулу и устало выдохнув. Он победно указывает на свой живот, намекая на то, что яблоко достигло своей цели.        — Что ж, молодец, — Гук улыбается, а на его сердце становится даже спокойнее, — Вечером к яблоку можно добавить ещё чего-нибудь.        — У меня нет права на отказ? — омега поджимает губы, чьи уголки предальски ползут вверх и выдают его довольную улыбочку.        — Право на отказ устроить праздник живота? — Чон изгибает бровь, строя очень смешную рожицу, отчего, омега не сдерживает смешок, — Поверь мне, будет так вкусно, что тебя потом за уши не оттянешь, - он на пару минут замолкает, а потом тянет лыбу так, будто треснет скоро, - Ну-у-у?        — Айщ, уболтал, болтун, — притворно возмущается младший. Но всё же ему очень приятно чувствовать внутри себя не пустоту, а хотя бы яблочко. Из-за ужасного режима его организм уж очень устал и Ким надеется, что в скором времени эта проблема решится. Спасибо Чону.        — Ну что поделать, — Гук тянет довольную лыбу, — Я умею.        — Но всё же спасибо, мой живот счастлив.        — Всегда рад. Кстати, Чимин меня всегда за это убить готов, — смеётся Гук, натыкаясь на вопрошающий взгляд напротив, — Он же, вроде как, за ЗОЖ, но я превращаю этот ЗОЖ в ЖОЖ.        — Мне уже смешно, но всё же что всё это значит? — Ким уже растягивается в дурацкой улыбке и почти посмеивается. Эта чонгукова интонация, а-ля «Ведущий-дурачок» просто убивает.        — Потому что я таскаю этих двоих по выходным по всему городу, слушаю отборные претензии и постоянно нахожу какие-то вкусняхи. Кстати, не в тему, но Юнги обладает бесценным талантом — унизить без всякого мата, но почему-то Чимин, будучи его парнем, научиться этому не может. Так вот, этот медик-ЗОЖник просто никогда не может устоять перед тем, как Юнги предлагает лапшу, которую я нашёл в одном местечке. Так вот, я его здоровый образ жизни превращаю в жизненный образ жизни. А жизнь, как всем давно известно, штука такая, что порой твоё лицо сползает так низко и появляются морщины. Только не от возраста, а от твоей реакции.        Пока старший был увлечён своим рассказом, Тэ едва сдерживал свой смех, являя взору альфы красивую квадратную улыбку. Она даже солнце затмит своей яркостью и невероятным, согревающим жаром, оседающим где-то у Чона в груди.        Эта идиллия длилась до тех пор, пока не послышался какой-то рингтон на телефоне черноволосого, который, спешно извинившись, берёт гаджет и принимает звонок. На его лице отражается уже более строгое выражение, и даже смеявшегося до этого момента Тэ, он заставил напрячься.        — Алло? — по ту сторону трубки слышится мужской голос, однако Ким, несмотря на внезапно накалившуюся атмосферу просто погрузился в медовый голос Чонгука, который что-то с кем-то обсуждал. И через несколько секунд каких-то разговоров, Гук кладёт телефон обратно и переводит слегка обеспокоенный взгляд на омегу. И Тэ это замечает.        — Что-то случилось? — спросил младший, заметив на лице напротив некую растерянность.        — Тема будет не особо приятной, — сразу предупреждает Гук.        — Ну… Думаю, моё сердце выдержит, — Ким хихикает чуток, но мысленно настраивается на разговор.        — Вчерашнее происшествие… В общем, альф держат в участке… Но для того, чтобы их арестовали, нужно, как минимум, допросить жертву, то есть тебя, — Чон делает небольшую паузу, — Но я могу дать показания от своего лица, если… — но его вдруг переживают.        — Чонгук, спасибо за предложение, но я могу сделать это сам, не волнуйся, — Тэхён тепло ему улыбается, — Я могу попросить номер такси и адрес участка?        — Какое такси? Поедем вместе, я свидетель, мне тоже нужно, — быстро говорит тот, вновь отправляя в рот кусочек яблока.        — Чонгук… — Тэ уже хотел отказаться, но как только увидел какой-то странный взгляд альфы, тут же притих, — Ладно-ладно, понял.        — Тэхён, я тебе противен? — внезапно спрашивает старший и вновь присаживается на место, пока на него вмиг поднимается пара непонимающих глаз, — Ты так сильно стараешься избежать моей помощи и…        — Нет! Вовсе нет! — вдруг повышает голос младший, а после поняв, что это невежливо, прикрывает рот ладошкой, — Прости, — вновь пауза, — Но я не стараюсь тебя избегать и ты мне совсем не противен! — он отводит взгляд и опускает голову, — Просто я не хочу казаться слишком беспомощный и вообще навязываться. У тебя ведь точно есть много дел, помимо меня и поэтому мне стыдно, что вышло как-то так… Не каждый же день на твою голову валится какой-то левый омега и заваливает тебя своими проблемами…        Гук думает пару минут, а после, осмелившись, хочет положить ладонь на тэхёнову, но останавливается и кладёт её на плечо, привлекая внимание омеги.        — Извини, просто…        «…один прекрасный мальчик с родинками под губой и носиком, русыми волосами, будто вылезший из манги, полностью оккупировал моё сердце»        — Я хочу тебе помочь. Я баран, очень упёртый баран, который делает что-то до самого конца. И я буду помогать тебе до тех пор, пока не будет очевидно даже слепому, что помощь тебе точно не понадобится.        Если на эту ситуацию посмотрит любой другой человек, то он вообще ничего не поймёт и подумает, что это вообще как-то ненормально, а у этого альфы явно, тихо шифером шурша, крыша съехала, спеша. Вот только Гук абсолютно адекватный и он делает всё это ради омеги, который ему запал в душу. Увы и ах, он даже извиняться не будет.        — Ты не баран, — Тэ смешно дует губы и снова отводит взгляд, пока щеки приобретают пунцовый цвет.        — С тобой об этом с удовольствием поспорят, как минимум, два человека. И эта парочка была здесь сегодня утром.        — Знаешь, я тоже очень упёртый, — уверенно возразил младший, — И поверь, я смогу привести столько фактов, которые уж точно заставят каждого сдаться! — у него был настолько грозный и одновременно воодушевленный взгляд, что возражать не хотелось вовсе.        — Ладно, спорить не буду, 1:1, — улыбается тот и в примирительном жесте поднимает руки, — Тогда пойдём? У тебя есть сменная одежда?        — А… Да, есть, только куда делась моя старая? — Тэ наконец вспоминает, что проснулся-то он далеко не в своей одежде и ему вновь стало как-то не по себе.        — Ну, вчера ты уснул, а твою одежду нужно было отправить на экспертизу, поэтому, когда сюда приехала скорая, тебя будить не стали, но всё же переодеть нужно было, — альфа говорит очень легко, а после замечает небольшую настороженность на лице Тэхёна, — Не волнуйся, это делал не я, а добрый дядя-омега, который сию секунду меня под зад чуть из квартиры не выпнул. Просто выгнал на кухню, где я сидел под пристальным надзором остальной бригады.        Выпалив все это, он даже не понял, что Тэ смутился не того, что его кто-то переодевал, а то, что он снова доставил Чону так много проблем, из-за чего снова залился румянцем, только уже от стыда.        — И-извини… — тихо говорит тот, — Из-за меня у тебя было так много проблем… — Тэ виновато опустил голову.        — Эй, ты чего? — старший присаживается перед омегой на корточки, — Не грусти, какие ещё проблемы? — но Ким всё ещё боится поднять взгляд. Теперь он смущается ещё сильнее, потому что ну никогда его не успокаивал альфа, тем более такой. Почему сердце ещё не стремится на остановочку? — Так, ну-ка перестань. Хватит грустить. Давай собираться и чем быстрее мы туда приедем, тем быстрее покончим с настоящей проблемой, а потом обязательно с Чимином и Юнги пойдём погулять в центр. Так что ты сейчас успокаиваешься, захочешь — берёшь яблочко или орешки, что хочешь, собираешься, мы едем в участок, разбираемся с проблемой, а потом идём гулять, ладно?        Тэ, поджав губы, решает, что хватит распускать сопли. Он берет руки в ноги и, подняв голову, улыбается, буквально взглядом благодаря старшего.        — Спасибо большое, — Тэхён ярко улыбается, получая такую же улыбку в ответ, — Тогда я пойду переоденусь, что ли… Можешь подождать тут, пожалуйста? — он от своей же просьбы немного смутился.        — Ну естественно, подожду, — Чон снова присаживается, после чего младший удаляется. Буквально час и они уже были готовы, а по дороге точно так же болтают, смеются, а Чон незаметно любуется радостным парнем.