𝒏𝒊𝒈𝒉𝒕 𝒂𝒈𝒂𝒊𝒏

      Звенит звонок, из кабинета толпой понеслись ученики,  весь коридор наполнился разными голосами, у всех были свои планы на эти выходные . Немного потупив у окна сидит Рома, волосы взьерошены, солнечные лучи освещали лицо парня, от чего на свету показался его цвет глаз,  сами они были тёмно серые, зрачки сужались от наступающего света. Парень поднял голову с парты и засмотрелся куда-то в стену думая о своём, да, рассуждал он в голове об одном " почему именно Антон?", с их первой встречи прошло почти полгода, Пятифан ещё при первой встречи запреметив блондина начинал думать о нём, после той " проверки на вшивость" и вечерней беседы доверие к нему всё таки дало о себе знать. Он сам замечал, что когда приходил к нему то приходилось тупить в одну точку, дабы Петров не о чём не догадался. Он представлял как они бы смотрелись вместе, один раз в голове промелькнула картинка как они идут за руку, о большем он и мечтать не смел, да и  особо на романтика  он не похож. Кто бы знал, как Пятифан хотел хотя бы приобнять его, да по пидорски, он сам таких призирал и говорил это Петрову, но после той встречи его стереотипы переломились, он не справился их напору, внутренняя война с принятием чувств наступила спустя две недели после встречи. Мысли проскакивали в голове давая лишь лишнюю возможность загнать себя в тупик, он будто пойман в ловушку своих же мыслей, но в один день Петров не боясь предложил прогуляться и так спустя несколько дней от таких мыслей не оставалось и следа. Антон был своеобразным спасательным кругом, он никогда не делал ему ничего плохого, помогал, поддерживал и ни разу не давал надежду оттолкнуть его от себя.       -Рома, поднимайся с парты, если хочешь спать, можешь побыть у меня родители все равно только через два дня приедут. По телу прошлись мелкие мурашки, он внимательно слушал его, он любил его мягкий голос, он не был каким-то басистым, он был будто что-то прекрасное, не надоедал  вовсе. Накинув рюкзак на плечо они поплелись из класса, когда в школе стало более менее пусто и направились в гардероб.       Раскрываются двери здания выводя их в такую холодную и мрачную, но в то же время прекрасную погоду. Свежий воздух резко попал в лёгкие от чего Пятифан закашлял, в голове заиграл туман, начали мелькать звезды глазах, горло сковало, было больно глотать воздух. Тихий скрежет снега под ногами, тёмный густой лес и такая родная русская тайга, на мгновение почувствовалось спокойствие. За спиной послышался скрежет, резко руки скручивают сзади и приставляют к горлу нож. Из-за деревьев выбирается Бабурин, улыбается падла. Руки затряслись от злости, но нечего Пятифан сделать не мог, слишком сильно сжали запястья. Антона повалили на землю с одного удара, он весь сжался, его пинают по ребрам со всей силы и давит животный оскал наблюдая за этой трапезой Семён. Петров уже буквально глотает кровь, руки онемели от мороза, нос разбит, лицо налилось кровью, финальный удар сразил его. Вот он Ромин зайчик, лежит на кровавом снегу и еле дышит и перебирает пальцами снег, ищя возможность подняться на ноги, но он только дальше заливается слезами от своей немощности.       Вся эта шайка свалила а он плачет, смотря на своего зайчика. Вытерев слезы он подхватывает парня по спину и несёт его домой, дорога была недолгой, минут десять. Весь вечер он обрабатываю ему раны, неумело, но стараясь, дул на порезы на его теле, он следил за тем, чтобы он не прекратил дышать. Антон спал в зале под тёплым пледом, а Рома курил на крыльце придумывая как достать Бабурина из под земли и начистить ебало, да так, чтоб родная бабушка не узнала. Докурив сигарету до фильтра и заходя в дом промолвил морозному ветру      - "Свинья ебучая, я тебя достану, только ты в живых уже точно не будешь..."