Это моя жизнь

2013 год

      Мы с ребятами сидим в нашей маленькой гостиной и просто молчим. Мы почти сделали это. Вау. Завтра наша группа дебютирует и все узнают, кто такие — BTS. В нас полно решимости для того, чтобы доказать миру, что k-pop не только для азиатов, что он не только для детей. Я совру если скажу, что мы очень уверены в себе. Достаточно лишь бросить взгляд на каждого из нас и сразу хочется фыркнуть что-то типо такого: «И эти мальчики должны прославлять k-pop? Не смешите и покажите настоящую новую группу» — это те мысли, которые читаются в глазах каждого из нас, но вслух их никто не озвучивает.       Я смотрю на Гука и хочется тихо вздохнуть. Этот ребёнок очень стеснительный и зажатый, за времена, что мы пробыли трейни, он так и не раскрепостился. Но чего ещё ждать от того, кому всего 15? Мы буквально стали старшими братьями этого мальчишки, хотя и нам самим ещё нужна мамкина сиська. Но у Гука по-настоящему потрясающий голос, так что я верю в него и сделаю всё для того, чтобы помочь этому ребёнку раскрыться. Каждый из нас сделает всё ради него.       Следом я смотрю на единственного своего хёна в нашей группе. Сокджин. Мда, с этим парнем поладить получилось не сразу, у него нет золотой середины и устойчивости. Если я, к примеру, являюсь спокойным штилем, а Хосок бурным водопадом, то Джин хёна кидает из крайности в крайность. Он либо слишком шумный и шутки из него прямо-таки льются, либо он затихает и уходит в себя. И всё же было бы глупо не признать, что он замечательный хён. Именно такой, который был всем нам нужен. Он заботливый, но не перебарщивает с этим. Никогда не бывает навязчивым и всегда помогает другим выплывать из своих болот. Сейчас же его взгляд мало чем отличался от взгляда нашего манне. Он также уставился на свои скрещенные между ног руки и о чём-то напряженно думал.       Намджун. Лидер. Он им честно говоря вообще быть не хотел и надо было видеть его глаза, когда ему сообщили его позицию в группе и хоть мы с ним частенько ссорились в вопросах связанных с музыкой, он был отличным парнем. К нему у меня вопросов не было вообще и я был искренне рад тому, что именно его сделали нашим лидером. Я не знаю более сильных духом людей, которые никогда не идут на конфликт и умеют находить выход из любой ситуации. Он был единственным из нас, кто сейчас не выглядел подавленным, скорее просто сосредоточенным и готовым идти в бой. Он уже репер, стал им до того, как стал трейни. А я музыку начал писать так же до того, как стал трейни, так что нам с ним сравнительно проще, чем остальным. Наверное.       Хосок — парень, который буквально озаряет нас. Его сценический псевдоним подходит ему на все сто процентов. Гораздо больше, чем мне мой, или Джуну или Тэхёни. Хосок был строгим когда дело касалось танцев или выполнения каких-либо поставленных перед нами целей, но в остальное время он был душой нашей семьи. И эта душа к слову, неплохо так разделяла обязанности с нашим лидером. Так что я не знаю, чтобы мы делали без него, если бы Джун не вступился за него и не отстоял его полноценное право быть частью BTS.       Тэхён. Он довольно странный парень, но я думаю, что это дело возраста. Он был старше Гука на два года, но по ощущениям был младше на все пять лет. Этот парень настрадался за то время, что его оставляли их «тайным оружием», он постоянно считал, что на самом деле продюсеры просто неуверенны в том, что хотят видеть его частью нашей группы. Так это или нет, никто из нас не знает. Но он действительно чудесный парень, талантливый и не отлынивающий от работы. Он быстро находит общий язык со всеми и частенько именно он заставляет Гука выйти из своего закрытого панциря. Хотя помнится, что поначалу они не очень ладили.       Чимин. Та ещё тёмная лошадка. Парень почти не уступает Хосоку в мастерстве танца, но всё-таки у него профиль более узконаправленный. Но двигается он как надо, порой даже кажется, что он не касается ногами пола и тупо парит в воздухе. Даже меня, человека которого буквально силой заставили танцевать, восхищало то, как двигался Чимин. Он у нас так же отвечает за мускулы в команде, так как кроме него ими никто особо не блещет. Хотя мне почему-то кажется, что у нашего манне есть план о том, чтобы занять место Пака в этом деле. Вокал Чимина мне кстати нравится больше, чем голоса других вокалистов, было в нём что-то особенное и запоминающееся. Чимин был единственным кто не сидел ни на какой поверхности в гостиной, а просто стоял у маленького окна и задумчиво смотрел на город. Этот парень пробыл трейни всего 11 месяцев и было много недовольных тем, что через такой короткий срок его допустили к дебюту. Но честно говоря, плевать на недовольных. Пак этого заслужил. Хотя из-за своего сложного характера, его пару раз чуть не уволили и пару раз он сам порывался уйти. Остаётся лишь надеяться на то, что он не решит это сделать после того, как группа дебютирует.       — Ладно ребята, крайняя тренировка завтра в 6 утра, а сейчас уже почти час ночи, давайте расходится. Надо хоть немного отдохнуть. Мы завтра должны выложиться на все двести процентов из ста и мы обязательно это сделаем. Все поняли? — Джун встал с дивана и посмотрел на всех своим взглядом лидера. И когда только успел втянуться, с усмешкой подумал я.       Все парни молча встают со своих мест, кивают лидеру, кто-то похлопывает друг друга по плечу, а Чимин и Тэхён вообще слипаются как сиамские близнецы и идут по своим комнатам. Один Гук остаётся около дивана и неловко мнётся, несмотря на то, что мы проводили почти каждый наш день за последние три года — вместе, он всё ещё замыкался в себе периодически. Что ж, могу понять его, как интроверт — интроверта. Пока я раздумываю о том, чтобы подойти к мелкому, приобнять и отвести спать, это за меня делает Джин. Ну и отлично, думаю я про себя а уже на подходе к ванной слышу, как в комнате бесятся Чимин с Тэхёном и громкий смех Хосока.       — Ну и дети. — говорю я и тут же эта фраза проносится в моей голове.       Я на секунду останавливаюсь и пытаюсь переварить то, что только что произошло. Голос в моей голове был женским и прозвучал не синхронно со мной, а через несколько секунд после того, как эту же фразу произнёс вслух я. Понимая, что это может означать, я бегом несусь в ванную и захлопнув на собой дверь, разворачиваюсь и прислоняюсь головой к холодной стене.       — Нет, пожалуйста. Только не сейчас. — а потом срываюсь и ударяю рукой по стене, со всей силы, от чего от плеча больной руки расползается боль, — Какого чёрта это должно произойти именно сейчас?       Это была лишь секунда и всего два слова, но для меня они были подобны смертному приговору. Мой соулмейт объявился. Как же, блять, вовремя! Молодец девочка, ничего не скажешь! У меня дебют завтра, у меня карьера, у меня будущее. Почему сейчас? За что мне это? Я не хочу слышать голос в своей голове, не хочу видеть её во сне и тем более не хочу, чтобы какая-то чёртова связь тянула нас друг к другу. Все знают, что чем дольше ты отторгаешь своего соулмейта, тем больнее по итогу будет. Это терпимо и с этим можно жить, можно даже научиться подавлять эту связь, но в моменты сильных эмоциональных всплесков наших соулмейтов, мы будем чувствовать тоже самое, что и они. Если твой соулмейт счастлив, то и ты будешь счастлив. Даже если на это нет никак особых причин. Если ему больно, то и твою грудь будет разрывать боль. Эта ментальная связь обрывается лишь тогда, когда вы всё-таки находите друг друга и признаете друг друга своими истинными. Но я никого сейчас искать не собираюсь!       В ответ на мои мысли, мою грудь начинает неимоверно жечь и даже лоб покрывается испариной от того, что внутри меня буквально огонь. Судьба наказывает меня за то, что я не принимаю наличие своего соулмейта. Мне в одну секунду становится так хреново, как будто на моих глазах расчленили тысячу щенков и я повернувшись к стене спиной, медленно скатываюсь по ней вниз, пока не оказываюсь сидящим на полу и прижимающим свои колени к груди. Именно в таком положении меня находит Гук.       — Хён, ты чего? — я не видел его, но по голосу было слышно, что мелкий паникует, а это значит, что сейчас он позовёт кого-то из старших, что мне было совершенно ни к чему сейчас.       — У меня… — я устало отрываю голову об собственных коленей и смотрю на Гука, прищурив глаза. Свет в ванной комнате буквально прожигает мои глазницы, как будто я смотрю на солнце и поэтому мне приходится пару раз моргнуть, прежде чем продолжить, — У меня появился соулмейт.       Глаза Гука сначала в неверии расширяются, а потом радостно загораются.       — Так это же здорово, хён! Поздравляю! Мои родители соулмейты друг друга и они очень счастливы. Так ты начнёшь искать её завтра или уже сейчас полезешь в интернет? Знаешь, мы могли бы позвонить менеджеру, чтобы он обратился в компанию для поисков соулмейтов, это будет быстрее и…       — Я не буду её искать. Я от неё отказываюсь. — стоит мне только сказать это, как мою грудь в очередной раз пронзает острая боль. Ничего, я научусь контролировать это.       — Но… Как же так хён? Тебе же будет плохо и ей будет плохо!       — Чонгук, открой глаза и посмотри на вещи реальными глазами. У нас завтра дебют, мы айдолы. У нас нет права на то, чтобы иметь соулмейтов. Это не смертельно, многие люди отказываются от своих истинных и живут с людьми, которых любят.       — Но я не понимаю, зачем отказываться, если это самый настоящий подарок судьбы?       — Это моя жизнь, ясно тебе или нет?! — Юнги злился, очень сильно злился.       — Но хён… — Чонгук хочет что-то сказать, хочет образумить своего непутевого хёна, но Юнги резко прерывает его.       — Это моя жизнь! Я не позволю, чтобы какая девчонка разрушила всё то, к чему я так долго шёл. К чему мы все так долго шли. Что тебе важнее и дороже, чтобы наша группа дебютировала или мой отказ от соулмейта?       Чонгук опускает грустный взгляд в пол и понимает, что возможно это главная ошибка его хёна.

***

      — Значит, отказался. Что ж. Наверное у него есть причины. Ничего и без соулмейта можно прожить. Больно ты мне нужен, придурок.       Говорит девушка и выходит на улицу, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Работа летней вожатой в детском лагере выматывает, но она же делает её счастливой. Она любит детей и дети отвечают ей взаимностью. Девушка смотрит в звёздное небо и думает о том, что всё хорошо, у неё есть парень и никакой соулмейт ей не нужен. Именно так думает она, пока по её щеке катится одинокая слеза.