раз.
10 августа 2022 г., 20:35
☆.･.･: ★.･.･: ☆
Чонгук лениво протирает полочку. Синяя тряпка уже немного подсохла, да и не особо, если честно, вытирает грязь. Противные тёмные разводы размазываются по дереву, но вымываться не собираются, из-за чего хочется сначала пафосно цокнуть, а потом и вовсе бросить заранее проигрышное дело. Но это его магазин, в котором он сам не захотел нанимать уборщика. Сделано всё было в целях безопасности (ну и экономии, куда без неё), да и разве он сам не сможет два раза в день помыть полы, протереть полки? Но, похоже, что нет. Все растения, которые ещё прошлым вечером стояли на несчастной полочке, сейчас покоятся на полу, аккуратно расставлены в ряд, чтобы не случилось никаких непредвиденных ситуаций, например, таких, как сегодня ночью. Вообще не стоило ставить луноцветы, а тем более взрослые зрелые бледно-фиолетовые луноцветы у окна в полнолуние. Цветы почувствовали силу и рванули вверх навстречу покровительнице, выбили полку, которая находилась выше. А там, между прочим, стояли такие же зрелые костроглазы, плоды которых вот-вот надо было собирать. Бедные бутончики из-за тряски начали разбрасывать свои огненные семена, что и привело к катастрофе в виде чуть не сгоревшего магазина. Благо бессоннице, Чонгук успел от скуки за несколько дней до этого обработать всё помещение специальным раствором, который не позволил бы ничему загореться. Когда это всё становится невыносимым проклятием, Чонгук не выдерживает. Хочется к чертям снять эту несчастную полочку, но ведь тогда придётся сдвигать всё, а в импровизированной теплице места и так почти нет. А потому колдун потирает колечко на среднем пальце и, оглянувшись вокруг, (а вдруг есть люди, они вообще существа странные и могут из ниоткуда взяться) тихонько шепчет: — Леффитос… Чёрная и неотмывающаяся грязь потихонечку исчезает — её словно невидимыми волнами сносит. Теперь не надо волноваться из-за перестановки, теперь надо волноваться за силы в волшебном кольце. Последнее время оно потихоньку начало барахлить, со временем всё больше и больше требуя времени на подзарядку. Недовольный и всё же расстроенный, Чонгук тихо ворчит. Сам же виноват, не надо было ставить луноцветы. Как он, колдун со стажем и таким огромным опытом, мог так просто опростоволоситься? Выругавшись из-за того, что силы, которых и так не особо много на человеческой территории, так ещё и с барахлящим кольцом тратятся на такие пустяки, Чонгук вновь поднимает костроглазы на полку, рассматривает оранжевые листики растений, которые со временем всё больше и больше походят на маленькие пестрящие шарики. Гордость окутывает его, ведь это всё вырастил он сам. Не в ведьминой деревне, а в человеческом городе. Один, без помощи других, не имея никаких наставников и помощников. Он сам возился с удобрениями, сам избавлялся от бесконечных вредителей и в нужное время вытаскивал на солнечный свет. Всё делал сам, и это сейчас так радовало, что несчастное кольцо отошло на второй план. Наконец и костроглазы, и луноцветы расставлены на свои места, только в этот раз на максимально возможное расстояние. Парень хлопает руками, смахивая противную высохшую землю с ладоней. Небольшая кладовка, в которую удалось провести волшебное окно — единственное место, в котором можно почувствовать себя довольным. До официального открытия магазина остаётся минут десять, но Чонгук заранее открывает дверь и переворачивает табличку, выставляя красиво выведенную надпись «Открыто» как можно аккуратней. Он пересчитывает деньги в кассе, недовольно хмурится, когда видит ржавые монетки, а потом откладывает их в сторону, чтобы вечером «подправить». В ближайший час никого особо и не будет, если не учитывать тех, кто заказал растение по интернету и решил забрать самостоятельно, чтобы не переплачивать за доставку. Но эти цветы стоят отдельно, нужно лишь свериться с накладной и впихнуть покупателю, а это особых переживаний обычно не доставляет. Колдун плюхается на мягкое сиденье около стола, на котором стоит кассовый аппарат, и вытаскивает из полки печенье. Люди потихоньку начинают появляться на улицах, спешат на работу, и лица у них такие серьёзные, что Чонгук невольно завидует. Он бы отдал свои тысячелетия, которые ему только предстоит прожить, чтобы хоть немного, но почувствовать, каково это, когда в тебе заинтересованы. Может быть, человеческая жизнь оттого и настолько ценна, что кончается слишком быстро? Чонгука же поддерживают силы природы, причем вне зависимости от того, хочет он этого или нет, его организм сам невольно выхватывает магию из мира. Она же и позволяет существовать куда дольше. Привилегии, о которых никто не просил. Он не может стать полноценным человеком, потому что как объяснить людям свою подозрительную молодость, не сменяющуюся десятилетиями? Не может быть и полноценным колдуном, так как вернуться обратно к себе в поселение нет возможности. «Не моя судьба», — про себя уверяет Чонгук, только вот тогда где же его? Одиночество со временем всё больше давит, стискивает душу. Всё больше и больше нагнетает и без того ранимого и такого «неправильного» по всем меркам. — Ой, — тихий и неловкий шепот разрывает тишину, заставляя Чонгука невольно вздрогнуть от неожиданности. Паренёк с пшеничными волосами, какой-то угловатый, словно потерявшийся в магазине ребёнок, с огромными ошарашенными глазами и мешковатой объёмной одеждой, осматривал свою руку. Дотронувшись до диких роз (которые заказала одна пожилая дама, она, кстати, должна была вот-вот за своим заказом подойти), он уколол ими палец, а на месте прокола, наверное, образовалась царапина. Так, по крайней мере, успевает предположить Чонгук. Когда он вообще успел пройти внутрь? Колдун отряхивает с брюк крошки, понимая что перед ним всё же клиент, и обеспокоенно смотрит в чужие глаза. В них словно плещется какой-то испуг и волнение, которое передается сейчас всему, даже воздуху, вибрации которого бьют по энергетическим струнам. А это уже настораживает. Да что так сильно его взбудоражило? — Вам, — Чонгук понемногу приближается, боясь напугать и без того испуганного человека. — Вам что-то нужно? — Я… — глаза блондина начинают судорожно бегать в поиске чего-нибудь, что можно назвать причиной похода. — Я за розами решил зайти, а они так дико колются, оказывается, — быстрый лепет и немного чудная жестикуляция руками смешат, — думаю, что они мне не подойдут. Я вообще часто о что-то колюсь, нет повода переживать, — он пятится назад, спотыкаясь о порог и чуть не плюхаясь на улицу. Чонгук поднимает руки в знак того, что и не собирается ничего делать. — Знаете, а вот стены у вас крутые. Мятный цвет — он крутой, да… Непонимающие друг друга, они застывают на месте и несколько мгновений просто смотрят перед собой, пытаясь разгадать эмоции собеседника. Непонятный блондин не опасен для Чонгука, он скорее больше опасен сам для себя. Колдун боится сдвинуться с места, потому что знает — люди сами по себе странные и непонятные, а этот вообще какой-то странный вдвойне. Парень мнётся на месте, лишь прижимает ладошку поближе к груди как что-то, до чего ни в коем случае нельзя прикоснуться. Он тихонько приоткрывает дверь, заставляя Чонгука удивлённо изогнуть бровь. Ситуация странная, но этот блондин ничего же не украл, а потому лезть к нему с разбирательствами нет повода. Думая, что этот человек сейчас уйдёт, Чонгук поворачивается и вразвалочку идёт обратно к своему печенью. — А у вас крутое колечко, то есть, не само колечко, оно какое-то вообще стрёмненькое, а круто то, что внутри него. Чонгук оборачивается. Только вот в дверях никого нет. Чонгук непонимающе хлопает глазами. Он единственный колдун, который живет среди людей. В этом он уверен. А в том, что из себя представлял парень, стоящий несколько мгновений напротив него, не уверен. После всего произошедшего он смотрит на дверь уже минут пять и не понимает абсолютно ничего. Голову, словно тисками, сжимает ощущение нервозности и подозрительности, обволакивая полностью. Что вообще только что произошло? Сжимая ладонь в кулак и всё ещё чувствуя холодный металл на своём пальце, Чонгук немного успокаивается. Его кольцо, его связь с магией и волшебством в целом, всё ещё при нём. Колдун чувствует себя каким-то глупым, ничего не понимающим ребёнком, потому что, если всего один странный парень смог вывести его из состояния равновесия, то что же будет в действительно стрессовых ситуациях? Он пытается вновь проиграть в голове момент встречи, но ничего подозрительного не припоминает. В магазин ничего не подкинули, не украли, не сломали, но все равно ввели невольно в состояние шока и мысленного тупика. Парень облокачивается об стол, подхватывает ещё одно постоянно крошащееся печенье, бормочет тихонько себе под нос что-то и смотрит на розы. На эти несчастные розы, от которых, возможно, серьёзно пострадал человек. Красивые и статные, цветы, словно назло всем остальным растениям, даже волшебным, кажутся неземными. В дорогущем горшке, на который Чонгук знатно так раскошелился, сейчас они, как соучастники преступления. Ведь именно из-за цветов и заварилась вся каша. — Да нет же… — пыхтит парень, смотря на печенье и еле сдерживая себя от порыва прихватить ещё одну штучку. — Ну, а вдруг ему просто камешек внутри понравился? Таймер, поставленный на десять утра, начинает трезвонить, наполняя помещение неприятным и надоедливым шумом. Теперь у Чонгука, прямо как и у обычных людей, начинается рабочий день. Он сейчас натянет на себя приветливую улыбку и будет впаривать цветы, выслушивая бессмысленные, а порой и вовсе бредовые мысли и человеческие рассуждения. И даже это нравится ему до дрожи: объяснять какой-нибудь девочке о том, как стоит заботиться о фиалках и где их лучше держать в течение недели так, чтобы мама не узнала про подарок раньше времени; поспорить с пожилой дамой о том, какое удобрение больше подойдёт для рассады; выслушать жалобы, что жена просто всё не так поняла, что в телефоне было сообщение не от любовницы, а глупая рассылка от провайдера с предложением перейти на новый тариф, но никак не на новую стадию отношений. Советовать о том, что и куда лучше посадить, что обозначает тот или иной цветок. Это всё заставляет чувствовать себя живым и каким-то… воодушевлённым? А пока никого ещё нет, крутясь на своём стуле и смотря то на стены мятного цвета, то на мелькающие растения, Чонгук проматывает в голове прошедшее столетие. Человеческий прогресс превосходит все возможные ожидания, люди движутся вперёд с какой-то космической скоростью, это даже немного пугает. Несколько раз мелькала в голове безумная мысль о том, что человечество сможет сначала обнаружить магические потоки и струны на Земле, а потом и вообще искусственно синтезировать их. Он даже ужаснулся тому, что так и деревню смогут обнаружить. — Я за розами. Чонгук уже второй раз за день вздрагивает и оборачивается. И даже задумывается о том, что необходимо купить и повесить в магазин колокольчик над дверью.☆.･.･: ★.･.･: ☆
Тэхён тихонько шипит от боли. Стеклянная бутылка со спиртом, стоящая рядом, словно проклятие, от которого не избавиться. А все из-за этого чертового непонятного чудака. Парень довольно умело отрывает от большого куска ваты то, что ему сейчас так необходимо. Ртом срывает резиновую подкладку и, слегка намочив ватку, тихонько проводит по ранкам. Шипы этих роз так сильно впились в кожу, что следы от них в ладони начали понемногу краснеть. Жжение и покалывание не кажется таким уж болезненным, скорее просто неприятным. И неприятным больше подсознательно — слишком низкий порог боли у Тэхёна. — Чертова ведьма… — бурчит он. Раны, которые получает Тэхён, плохо заживают. Он смотрит в окно, но глаза режет этот цветочный магазин. Вид из его относительно скромненькой новой съёмной квартиры при первом осмотре показался идеальным. Спокойный район, рядом парк, да и не так далеко от метро. Кустики всякие и там, и здесь натыканы, никаких шумных баров нет, а что ещё надо для спокойной жизни? Только вот спустя неделю после проживания райское на взгляд местечко начинает потихоньку сводить с ума. Это место пахнет магией. И Тэхёна это до дрожи вымораживает. Будучи полукровкой по материнской линии, он всё детство торчал с матерью-ведьмой. Парень помнит даже сейчас, как она смотрела на сына куда хуже, чем на крыс, с помощью которых проводила вымораживающие и леденящие душу ритуалы. Он прекрасно помнит этот запах гниющего и мокрого дерева, ощущения того, как легко можно отковырнуть древесину и потом, немножко потерев, вообще превратить в мелкую-мелкую щепку. Помнит, как к ним несколько раз заходила старуха, которая грубо и резко подхватывала мальчика, тянула за волосы и заставляла смотреть на себя, заглядывала даже не в глаза, а куда-то вглубь, внутрь, доводя до окоченения. Она мотала головой и шептала, что нечистый, что пора бы избавиться от такого «пока ещё слепого котёнка», а потом заставляла пить из огромной бутыли какой-то отвар. И мать тихонько бурчала, что проверит всё, как только исполнится ему семь лет, потому что ей помощник нужен, слишком уж стар дом. Как выяснилось, он всё же не тот, кого так сильно ждали. Только вот мать, что-то испытывающая к бледному и тощему мальчишке, не оставила ребёнка в лесу одного, а вытолкнула на дорогу, где его и нашли. Вторая жизнь, пусть и с наилучшими приёмными родителями, всё равно была серой. Тот самый отпечаток, который будет проклятием, никак не исчезнет из головы. Тэхён прекрасно помнит, как мать перед сном рассказывала о магических струнах и цветах, которым нет никакого сравнения. О волшебных колечках и тросточках, помогающих сотворить такие чудеса, что во снах и не приснятся. И помнит, как из кольца матери вырывались огоньки, маленькие-маленькие, почти незаметные. Они врезались в стены, визуально укрепляя старое чёрное дерево. И даже сейчас, сидя в однокомнатной квартире на окраине, он слышит этот запах трав, такой невыносимо давящий на сердце, но такой сладкий и почти неуловимый. А ведь почти забыл. И во всём этом виноват один колдун, открывший свой магазин прямо напротив его дома и какого-то чёрта шастающий среди обычных людей. Шмыгая носом и дуя на ранку, Тэхён пытается вспомнить, почему он так взбесился и не заметил, что сжал самые обычные цветы. Ну, как обычные, видимо дорогущие розы, но что-то же такое случилось, что заставило мозг отключиться и пойти вперёд, навстречу тому, что так сильно не любишь. Телефон сбоку пищит от сообщений коллеги. Ещё полчаса назад надо было быть на работе, но Тэхён сегодня прийти не сможет. У него внеплановый успокаивающий чай с ромашкой и самодельное печенье в форме ёлочек.☆.･.･: ★.･.･: ☆
Разглядывая через полку того самого блондина, Чонгук мнётся на месте. Спрашивать про руку будет немного глупо, потому что на ней солидная чистая повязка, а значит и фраза: «Слушай, я волнуюсь за твою руку, ты так вцепился в розы, что у меня их даже не хотели принимать. У тебя всё хорошо?», — сразу же отлетает из и без того небольшого количества вариантов. Да и вообще идея подходить к человеку, грустно выбирающему себе шоколад, кажется не самой хорошей идеей. Но про кольцо узнать-то как-то надо. И про руку, куда же без неё. Прошло уже четыре дня после того, как он впервые встретил его. И за это время было продумано такое количество теорий и возможных причин для этой неловко брошенной фразы, но ни одного вразумительного ответа в голову так и не пришло. Чонгук не следил за этим парнем, нет, он просто зашёл в магазин за апельсинами и заметил его. А раз уж выдалась возможность, то решил посмотреть. Ладно. Следил. Кто вообще не будет заинтересован в своей безопасности? Запутавшийся в своих мыслях, колдун не замечает, как теряет из вида человека. Удивляясь своей глупости, Чонгук судорожно пробегает взглядом по окружению вокруг. Парня нигде нет. Несколько пожилых женщин, рассматривающих упаковки печенья и перешептывающихся между собой об этом, но блондина нет. Тихонько, словно рысью, он проходит вперёд в поисках своей «жертвы». Не может же парень уже второй раз испариться в воздухе — таким даже самые уважаемые ведьмы особо не промышляют. А уж люди, насколько известно, тем более. Максимально незаметно для остальных он прогуливается и рассматривает полки, когда на деле пытается выяснить, куда же делся парень. Энергетические струны максимально спокойны, воздух подрагивает лишь из-за того, что сам Чонгук нестабилен. А может, он всё же ошибся и ничего подозрительного вообще и не было? Может, он всё это просто надумал? Колдун последний раз пытается высмотреть человека, но, не обнаружив, всё же плетётся в отдел со свежими овощами и фруктами за апельсинами. Раз уж для себя самого причину нашёл, значит, нужно поддержать вид заинтересованности в этой самой причине. Он спокойно запихивает спелые плоды в пакет, иногда всё же поглядывая по сторонам. «Он, наверное, ушёл, это я стоял и пялился в пустоту…», — думает Чонгук и сам грустнеет от того, что так легко потерял свой шанс. Обиженный скорее сам на себя, он плетётся в сторону кассы и по пути захватывает себе парочку батончиков, чтобы действительно перекусить во время обеденного перерыва. Через двадцать минут надо точно быть в магазине, а желательно уже даже пытаться расставлять только что привезённые орхидеи и калатеи. Всё же места не так много — все полки заставлены цветами даже несмотря на то, что прибыль и поток покупателей очень даже хороши. Чонгук уже мысленно представляет, как переставит миниатюрные едва цветущие кактусы вглубь, поближе к своему рабочему месту, а на освободившееся пространство впихнет несколько горшков. А вообще, неплохо было бы прикупить себе новенькую навесную полку, прикрепить её чуть ниже часов и именно туда поставить орхидеи, дабы побыстрее сбагрить их особо впечатлительным людям, пока они в самом цвету. — Меня ищешь? — шёпот за спиной пробирает до дрожи. И уже забывший про своего таинственного незнакомца Чонгук вновь возвращается с небес на землю. Это же надо было так опростоволоситься. — Зачем ты за мной по пятам таскаешься? — наигранно улыбаясь, спрашивает Тэхён. Колдун изумлённо хлопает глазами и не понимает, что сейчас вообще происходит. Ситуация четырёхдневной давности повторяется. Они опять смотрят друг на друга, опять не знают, что и как необходимо сказать, чтобы правильно выразить свои мысли. Глаза Тэхёна скользят по чужому телу, он неловко и так не вовремя проглатывает вязкую от страха слюну. Если такой вот взбесится и начнёт махать кулаками, то ему точно не поздоровится. Потому что разница в массивности всё-таки есть. Но он упорно и старательно показывает себя как человека, которому плевать на эту самую разницу. — А ты как думаешь? — Думаю, что сначала на вопрос должен ответить ты. — Я просто пошёл в магазин, — Чонгук с неловкостью поднимает пакет с апельсинами и шоколадками повыше, чтобы вопросов больше не возникало. — И решил пойти за мной следом? — Хей-хей, — колдун изумленно изгибает бровь. — Не думаешь, что у тебя какая-то мания преследования? Чонгук долго размышлял по поводу того, как стоит ненавязчиво узнать про то, что случилось четыре дня назад, но в его голове их встреча представлялась совсем иначе. Сейчас он переживает из-за того, что агрессивный и непонятный парень в прямом смысле может вцепиться в него. Поэтому и все обходные пути, придуманные бессонными ночами, испарились из головы, а на место них пришёл лучший, по мнению Чонгука вариант — спросить напрямую. И тогда с темы съехать не получится, и ответ, хоть какой-либо, да обеспечен. — Раз я ответил на твой вопрос, ответь на мой, будь добр. Почему ты вообще что-то до этого сказал про моё кольцо? Тэхён молчит и не понимает, почему брюнет не учуял полукровку с самого начала. Мать и та старуха изначально всё поняли, а этот стоит и пытается выяснить, даже толком не внюхиваясь. Парень, конечно, не знает, как они это делают, он ведь этой магической бурдой почти не одарён, но как-то же они должны это выяснять. Полукровки существовать не должны. Ведьмы слишком следят за «чистотой» своей крови. Сам факт того, что он как-то сумел выкарабкаться из сложившейся ситуации — благословение, а потому выдавать себя ни в коем случае нельзя. Никто не знает, что за фрукт этот парень с чёрными глазами. Может, лишь почувствовав в Тэхёне хоть каплю магической силы (а она в нём сто процентов есть, мать же ведьма), он придушит его или утопит, словно самого настоящего котёнка, как обещала старуха, взгляд которой и сейчас вспоминается с содроганием. Или он на самом деле здесь из-за того, что кто-то из них проболтался о «ненормальном» ребёнке? — Чувак, — стремясь показать своё превосходство, Тэхён со всей силы хлопает по плечу, — да ты одержим своей бижутерией. И я тоже, как её истинный ценитель, могу сказать, что у тебя крутое кольцо. Вот и всё. И плевать, что звучит фальшиво. Сейчас хочется лишь свалить, да куда подальше, и чтобы больше не видеть никого и ничего, особенно, если это ничего связано с магией.☆.･.･: ★.･.･: ☆
Резкий шум и последующий визг сигнализации невольно заставляют сначала дёрнуться телом, а потом и глаз с завидной частотой дёргается тоже. Обещали же тишину, так какого чёрта в округе шумно? Шлёпая босыми ногами по неприятному вздувшемуся в некоторых местах паркету (недостаток, который не был замечен в самом начале, теперь придётся терпеть), Тэхён уже рефлекторно проскальзывает вперёд, в сторону окна. Он прикрывается плотной занавеской молочного цвета, чтобы его никто не заметил, и выглядывает в поисках источника шума. На улице стоит грузовик с открытыми дверцами, через которые видна куча неаккуратно расставленных горшков — некоторые даже отколоты по краям. Разноцветные, они явно испачканы, или находятся в какой-то непонятной полупрозрачной упаковке, напоминающей отдаленно бежевый цвет. «Вот так вот и таскают горшки бракованные, а потом за них ещё втридорога платить», — думает парень, пытаясь рассмотреть людей, толпящихся около машины. Одну черноволосую макушку он замечает сразу. Ведьма. Он стоит и сверяется с какими-то бумажками, весь серьёзный и сосредоточенный настолько, что даже смешно становится. Относительно длинные и непослушные волосы постоянно заправляются за ухо, но бесполезно — спустя несколько мгновений прядки вновь спадают вниз, мешая читать документы. Сердце предательски вздрагивает и Тэхён уже ненавидит свою мечтательную натуру, которая почему-то так рвется навстречу магии. Спустя относительно большой промежуток времени, прошедший с их последней встречи, он всё равно никак не может выбросить его из головы. И эти противоречивые чувства потихоньку грызут изнутри. Тэхёна интересует этот колдун. И как бы он не хотел это отрицать, но что-то внутри его тянет к этому странному созданию. Почему-то хочется вновь его встретить и съязвить, брякнуть колкость или поспорить, вызывая внутри фейерверк чувств, которых он никогда раньше не испытывал, находясь рядом с обычными людьми. И как бы не были противны ему ведьмы и магические существа, как бы сильно он не был рад изначально, когда смылся от подозрений… Сейчас он хочет ещё. Ещё больше странных неловких движений и ещё больше этого взгляда, такого наивного и чистого, что аж не верится, кем на самом деле является этот парень. А ведь он даже имени его не знает. И вообще в целом ничего не знает. Только про магазин, стоящий напротив, и то, что это его кольцо, за которое держатся все эти волшебники. А что самое противное — путей для пересечения особых и нет. Не будет же он каждый день за кактусами заходить? Колдун наконец одобрительно кивает паре рабочих в такой смешной униформе с логотипом в виде цветочка сакуры. Они начинают перетаскивать некоторые упаковки, сверяясь с бумажками, выданными парнем, да и сам он выхватывает несколько горшков из машины, подгоняет остальных делать всё как можно быстрее. И только сейчас Тэхён замечает, что держащий в руках несколько горшков маг решает пристально рассмотреть окна ЕГО дома, ЕГО подъезда и, что не менее важно, ЕГО этажа. Испуганно выпучив глаза, Тэхён сначала ещё сильнее кутается в недавно постиранные шторы, которые пахнут противным дешёвым порошком, купленным по акции, а потом и вовсе медленно и плавно отходит от окна. Сердце бьётся как бешеное, а в голове почему-то вновь ни одной мысли и это странное состояние транса, которое было и при первой встрече. Такое непонятное ощущение, словно весь здравый смысл испаряется, и на смену ему приходит пока что неизвестное чувство. — Он же не заметил? А может, Тэхён и не хочет ещё раз встречаться с ним. Рановато пока.☆.･.･: ★.･.･: ☆
