два.
10 августа 2022 г., 20:35
☆.･.･: ★.･.･: ☆
— Знаешь, что согласно трудовому кодексу тебя можно уже увольнять? — ядовито плюётся Хосок. — Ты мне должен, я прикрыл тебя и спас твою задницу от увольнения. — И чем же ты прикрыл мою задницу? — пыхтит Тэхён, скидывая с себя джинсовую курточку. Сегодня-то он не опоздал, а даже наоборот — пришел раньше назначенного времени. — Собой. И что самое странное, даже при таком странном наезде, Тэхён просто не может злиться на этого парня с манией таскать на себе вещи всех цветов радуги. Тихонько хихикнув, он ставит на стол уже немного остывший кофе, плюхается на стул и поправляет «скелет» диалога. Всё же работа в call-центре — это не его призвание. Хотя, если признавать честно, Тэхёну сначала нравилось это дело. Особенно чувство, что ты кому-то нужен, что без твоей помощи разобраться в сложившейся ситуации никто не сможет. И это так радовало, что при первых положительных отзывах после звонков улыбка не сходила весь день. Но, к сожалению, на одном энтузиазме и стремлении быть для кого-то важным дело далеко не укатило, а поэтому сейчас, спустя несколько месяцев работы на линии приёма, трудиться стало уже немного напряжно. Ну, как немного, это уже не антистресс, который был изначально, это лишь одна добавка негативных эмоций. — Зря на самом деле… — напяливая на себя наушники, бормочет он. — Всё равно уволиться хочу. — Куда пойдёшь потом? — скорее из вежливости, а не из интереса спрашивает Хосок. До начала рабочего дня ещё больше десяти минут. — Не знаю, мир круглый, что-нибудь и для меня найдётся. Хосок крутится на стуле, а потом резко останавливается, цепляясь за стол Тэхёна руками и лучезарно улыбаясь. Даже за такой короткий промежуток они довольно-таки сильно подружились, а эта привычка обозначала одно — хочется посплетничать.☆.･.･: ★.･.･: ☆
Чонгук ещё раз разглядывает полку, которую он прибил, блин, криво. Он щурится и недовольно вздыхает, потому что возможности исправить ситуацию уже нет. Если он решит переставить её ровнее, то на старом месте появятся дырки в стене, которые придется замазывать краской. Её, как назло, не осталось, а мазаться, пачкая всё вокруг, стремления нет. Да и Чонгуку не кажется, что краска именно того мятного цвета, что покрывает стены его цветочного, продаётся в каждом магазине. Кольцом пользоваться не хочется. Пусть оно сейчас и кажется заряженным полностью, всё равно лучше позволить ему отдохнуть от магических преобразований. Колдун потихоньку ставит на новую полку горшки, так старательно вымытые и очищенные с помощью отвара листьев облачных цветов. И знали бы люди, с помощью чего вымыты эти горшочки, то сами бы разнесли всё, чтобы купить хоть один такой горшок, ведь облачные цветы являются синонимом к слову устойчивость. Поэтому вымытые с помощью отвара вещи становятся раза в два крепче — их простым падением не сломать. А тут и потёрли везде, и даже дали немного впитаться, в разумных пропорциях, конечно, но всё же. Может, стоит изрисовать на стене что-нибудь, чтобы скрыть неудачную полку с помощью стилизации? Орхидеи, поставленные ещё неделю назад на видное место, сейчас уже почти распроданы. Прибыли достаточно, чтобы закупить растений ещё больше, только вот, к сожалению, места очень мало. Цветочные магазины сами по себе не такие большие по площади. У Чонгука ещё довольно-таки громоздкий по сравнению с остальными конкурентами, но у него и направление другое. Он не продаёт букеты, лишь рассаду и живые растения для дома. Время уже близится к восьми, когда Чонгук выходит перевернуть табличку, оповещающую о закрытии. Вряд ли сегодня заглянет кто-то ещё, потому что в районе работа в основном лишь с утра, когда люди спешат на работу, по пути захватывая горшочек с кактусом для начальника, и наоборот, когда они после неё возвращаются домой. Чонгук довольно смотрит по сторонам. На улице свежо и спокойно, лишь дети носятся в округе, да кошки бездомные, довольные спокойствием, бегают. Тишина и чистый воздух вкупе с предвкушением хорошего времяпровождения поднимают настроение. И в тот момент, когда он уже собирается зайти внутрь своего магазина, Чонгук замечает парня, споткнувшегося о бордюр и громко выругавшегося. Еле удержавшись на ногах, блондин в попытке сохранить равновесие хватается за куст больной рукой, злясь при этом ещё сильнее. Человек со скорченным лицом поворачивается в сторону, и Чонгук узнаёт в этом пареньке того странного, с которым судьба сталкивает его уже не первый раз. Он хочет двинуться, чтобы помочь или поддержать, но парень скрывается в подъезде. А потом, через несколько минут, в одном из окон второго этажа зажигается свет. Оказывается, странный блондин действительно живёт в доме напротив.☆.･.･: ★.･.･: ☆
С часу до двух официально зафиксирован обеденный перерыв. Хосок спокойненько располагается в мягком чёрном кожаном кресле, будто он сейчас не в кафе находится, а у себя дома. Тэхён же напряжённо мешает кофе тонкой пластмассовой палочкой, про себя проклиная создателей этой неудобной и бесполезной тонкой штуки, которая толком и не упрощает ситуацию, а только усложняет. — Вот допустим, — прочищает горло Тэхён. — Допустим такую ситуацию, что у тебя в окружении есть пиздец какой опасный для твоей жизни человек… Говорить тяжело не только из-за того, что придётся половину опустить. Делиться с кем-то своими мыслями Тэхён не привык, но он прекрасно понимает, что ему нужен трезвый взгляд со стороны. Ведь сам парень в голове уже тысячу раз рванул навстречу верной гибели, а сдерживает его лишь здравый смысл и снотворное, которое он принимает уже какой вечер, заходя домой. Потому что не хочется чувствовать эту чёртову магию, проникающую в квартиру и витающую вокруг. Не хочется чувствовать магию, но хочется кинуться к колдуну. Парадокс. — И он опасно близко к тебе. И ты вроде бы предотвратил все возможные последствия, разорвал ту самую единственную ниточку, — он воодушевленно поднимает кофе, словно изображая из себя философа. — Но тебя самого чертовски тянет туда. В самый эпицентр жести и всего такого… — Да у тебя какая-то Санта-Барбара, друг мой, — Хосок задумывается и рефлекторно расстёгивает верхние пуговицы рубашки. — Насколько он опасен для тебя? — Он как бомба, которая лежит в огороде с бородатых времён, — хихикает Тэхён. — И неизвестно, рванёт она или нет. Но думаю… что он притворился, будто ничего не понимает, потому что… ну, не мог же не понять. — Держи друзей близко, а врагов ещё ближе… — крутит салфетку Хосок. И Тэхён понимает, что парню на самом деле плевать на чужие проблемы. Хосок пришёл попить бесплатный кофе и хоть как-то удовлетворить свою потребность в настоящем, а не рабочем общении. Да и без разницы, ведь прямо сейчас они вдвоём используют друг друга для своих целей. Самое главное — услышать хоть что-то со стороны, что сможет помочь или немного облегчить ситуацию, которая кажется натянутой струной. Тэхён пробует кофе на вкус и довольно щурится. Всё сладко и совсем не горько. Он наблюдает, как уже почти бывший коллега сминает бедную салфетку, а сам ещё раз прокручивает в голове всё с самого начала. А ведь началось всё из-за того, что именно сам он, идя домой, почувствовал этот запах и без осознания своих действий зашёл не туда, куда следовало. И понеслось. Последний месяц его жизни — сплошной паралич. Парень просто топчется на одном месте, даже нет, он на нём завис. Привыкший к коротким и прямым путям, Тэхён ещё не понимает, как ему следует поступить, чтобы удовлетворить сразу два своих противоположных желания. Он предпочитает чувствовать себя спокойно, комфортно и, желательно, без всего магического рядом, но ещё и хочет небольшой волшебный мир, который будет доступен лишь для небольшого круга (из двух персон). Да, абсолютно детское и бессмысленное желание, но Тэхён действительно этого желает. Ребёнок, которому показали на запретную вещь, стоит родителям уйти, сразу же ее схватит и начнёт из одного только упрямства и чувства этой запретности рассматривать её и тискать. Вот и он, увидев для себя то, что было недоступно, прямо сейчас хочет сломать эту преграду, чтобы потом наиграться и бросить вещичку, которая ещё и отравляюще ненужной окажется в итоге. — Но ведь я же сказал, что он опасен, — поднимает взгляд. — Я не смогу полностью контролировать всю ситуацию. — Ну не убьёт же он тебя! — гогочет Хосок, а Тэхён в ответ корчит гримасу иронии. — Повысим ставки. Допустим, что он это сделать может, — глаза загораются огнём агрессии, ведь это всё куда серьезней, чем кажется на первый взгляд. Но не скажет же он напрямую: «Я сын ведьмы, меня должны были прибить ещё пятнадцать лет назад, но что-то пошло не так, и я все ещё не кормлю червей, а бегаю своими ножками по земле. А вот этот «человек» может отправить меня туда, куда и положено». Поражаясь своим мыслям, Тэхён вздрагивает и ещё раз осознаёт, куда он влип, и еле сдерживается от очередного порыва начать рефлексировать. — Ну, тогда тебе надо как можно скорее делать от него ноги, — Хосок встаёт и бьёт пальцем по наручным часам, показывая, что обеденный перерыв подошёл к концу. — Или обыграть его. — Обыграть?..☆.･.･: ★.･.･: ☆
День потихоньку тянется один вслед за другим без какого-либо разнообразия. Слушаешь чужие жалобы, помогаешь, слушаешь, помогаешь, слушаешь брань, всё равно помогаешь… Стоя с коробкой около уже бывшего офиса, Тэхён ощущает себя героем дешёвого сериала. И коробка какая-то стереотипная, с непонятным висящим обрывком скотча, разукрашенного синим маркером. Не хватает только резко наступившей судной ночи, разбегающихся в разные стороны от истерики людей, вылезающих из разных углов монстров и конца света. Да и невероятной магической силы, неожиданно появившейся из ниоткуда. — Да блин… Коробка вроде не такая уж и тяжёлая, там всего мелочь, которая потихоньку перетекала из квартиры на рабочее место для удобства: кружки, ручки, подставки, всякие стикеры, несколько книжек, чтобы не умереть со скуки при перерывах, зарядка на всякий случай… Аж глаз дёргаться начинает. Вышвырнули, как котёнка. Тэхён сам написал заявление, но он не думал, что его выставят за дверь так сразу, буквально дав несколько часов на то, чтобы освободить рабочее место. Подумаешь, работал неофициально... и по чужим документам. Могли бы хоть из уважения грустно поцокать и пожалеть сотрудника, просидевшего на линии куда больше обычного человеческого потока. И вот, он потихоньку переваливается с ноги на ногу, ждёт необходимый автобус. Несколько минут толкучки в попытке залезть внутрь, выслушивание недовольного бурчания и нескольких тихих оскорблений, и парень плюхается на свободное место, опуская коробку на колени. На руках красные следы, Тэхён шипит и растирает руки, чтобы хоть немного унять дискомфорт. Он теперь безработный. Деньги на месяц есть, за квартиру заплатить есть чем, но вот что делать дальше, не имея никакой профессии — он не знает. К родителям не хочется — они затискают. И как-то… Неудобно что-ли? Хочется найти в себе то, что поможет раскрасить серые будни. Хоть одно хобби, которое поможет развлечься, при этом не прибавив лишнего стресса и причин для самокопания. Чтобы жизнь заиграла новыми красками, чтобы от каждого дня дыхание замирало от восхищения и ожидания. Хочется потом, в старости, вспоминать свою молодость с улыбкой на лице, радуясь тому, что провёл её, занимаясь СВОИМ делом, которое действительно нравилось. Не тем, что навязало общество, а именно тем, что нравилось только ему. Вот только проблема Тэхёна заключается в том, что никаким особым талантом он не наделён. Самый обычный — всё своё детство провёл в темноте без развития, а в подростковом возрасте — попытках хоть как-то догнать обычных людей. Хоть и обречён на вечное непринятие из-за своей «неправильности», он всё же пытается найти для себя хоть что-нибудь интересное, вечно бегая с одной работы на другую, с одного места жительства на другое. Возможно, это глупо, но Тэхён не стоит на месте, он идёт, непонятно куда, но идёт. Может, потом окажется, что в пропасть, в непонятную пустоту, но всё же это лучше, чем стоять и топтаться на месте. Уже подходя к дому, он замечает его. Причину, по которой сердце колотится как бешеное, а руки леденеют так, что кончики пальцев покалывает от страха. И вроде подсознательно парень хочет прямо сейчас подойти к брюнету с неестественными, но милыми кудряшками, который стоит к нему спиной и пока ещё ничего не подозревает, с прямой фразой: «Я знаю, что ты такое есть», — но здравый смысл этого делать пока ещё не позволяет. А потому Тэхён лишь хмурится и тихонько шепчет: — Да что же так страшно-то?! Так хочется изменить свою жизнь, только вот сделать этот шаг в пустоту чертовски сложно.☆.･.･: ★.･.･: ☆
Каменные джунгли заметно влияют на Чонгука. И возможно, если бы он знал раньше, что в городе так шумно, то нашёл бы себе какой-нибудь участок в глуши. Сейчас, уже привыкший к этому постоянному движению, парень понимает, что если переедет, то просто одичает от скуки и тишины. И пусть он до ужаса любит естественную мелодию природы, но всё же этого будет недостаточно. Хоть порой и хочется вернуться туда, где сердце щемит от боли и сдавливающей виски вины. Вновь увидеть обширные, нетронутые человеком леса, одной своей многовековой историей доводящие до головокружения, на незамерзающие зимой реки со свинцовыми тёмными и быстрыми волнами, разбивающимися о скалистые выступы камней. Хочется встретить цветы и растения, не сравнимые с обычными, поражающие своей красотой и свойствами. Посидеть в полнолуние на бережке у заросшего тиной озера, покидать камушки и полюбоваться покровительницей, освещающей всё вокруг прекрасным белым светом — неуловимым и волшебным. Идеальное место для того, чтобы просто отдохнуть морально и физически, сбросить с себя все оковы и просто лежать на лугу, перебирая пальцами травинки и не думать вообще ни о чём. Такая жизнь не особо привлекательна на первый взгляд для городского человека, но если присмотреться, то можно найти в ней особую загадочность и красоту. В такой жизни есть возможность насладиться возвышающейся над всем сущим стариной, вновь задержать дыхание от того, насколько всё точно сделано и продумано до малейшей крупицы. Вдохнуть чистый, неиспорченный воздух, в котором буквально витает аромат волшебства. Но там действительно сейчас будет скучно. Естественное движение всего живого не сравнимо со спринтерским городским темпом. Незаметно привыкаешь к этому постоянному бегу, крику и шуму настолько, что без него и жизни своей не представляешь. Да и сам не замечаешь, что сегодня надо сходить за этим, завтра в другое место, а потом ещё проблемы прибавятся, такие мелкие, но требующие скорейшего решения. И вот ты тоже бежишь, смешиваешься с толпой, а вместе с тобой также неумолимо бежит время. И оглянуться назад не успеешь, как прошёл год. И только Чонгук среди этой толпы всё равно чувствует себя вклинившимся лишь наполовину. Потому что у него впереди ещё столетия, а может, и тысячелетия. Из-за этого в нём выигрывает какая-то рефлекторная и грациозная лень, не позволяющая ему делать всё с самого начала. Ещё следует прибавить «синдром отличника», с его негласным правилом: ты либо делаешь идеально, либо не делаешь вообще. Он издалека примечает до боли знакомую блондинистую макушку, но делает вид, что очень занят разглядыванием своих растений. Даже пульверизатор в руки берёт для вида. Тот парень на него постоянно пялится. Да, знакомство у них вышло странное, как и всё, что происходит, и сейчас тоже как-то странно. Они постоянно друг друга где-то замечают, только заговорить первым из них никто так и не спешит. И прямо сейчас, рассматривая и «поправляя» декоративные кусты гортензий, он прекрасно замечает, что на него пристально смотрят. Только вновь заговорить не решаются. Да и сам Чонгук никогда особо смелым не был, ему нужно что-то из ряда вон выходящее, чтобы самому начать действовать. Да и паренёк к тому же человек, а это может очень сильно испортить жизнь, уж на несколько десятилетий точно. Парень тащит массивную коробку, а его красные щёки можно заметить, даже смотря невзначай. Так долго стоять на одном месте подозрительно, а потому колдун быстренько забегает в магазин за «такими необходимыми» садовыми ножницами, чтобы отвести подозрения, а заодно обрезать разросшийся куст слева. Неловкий и какой-то косолапо переваливающийся из стороны в сторону, блондин пытается удержать на коленке коробку, прислоняет её к входной двери, руками рыская в поисках ключей. Он обнаруживает их в джинсах и наконец вытаскивает, не замечая, что вместе с ключами из кармана вываливается блестящая бумажка. Желая быстрее избавиться от ноши, парень стремительно скрывается в подъезде, и только высшие силы не дают ему наступить на бумажку ногой. Чонгук, не замечая вокруг никого, кому могут резко понадобиться его цветы и магазин, на всякий случай закрывает дверь на замок, а потом бесшумно проскальзывает, чтобы поднять то, что выпало из кармана. Пусть мать говорила — чужое не брать, интерес всё равно побеждает, и парень смотрит на бейджик с фотографией и инициалами, выведенными странным шрифтом: — Ким. Тэ. Хён… — чеканит парень не замечая, что на его лице почему-то появляется небольшая глупая улыбка. Весь вечер проходит под лозунгом любви к миру и всему живому, но утром ему тяжело унять непонятное ощущение, которое полностью пронизывает всё тело. Начинается череда событий, неописуемая и загадочная, а на деле называющаяся обычной рассеянностью. Сначала Чонгук проливает воду мимо кружки, потом обжигается кипятком, спотыкается и ударяется мизинцем о тумбочку, чуть не роняет записную книжку с расчётами в удобрения, забывает перевернуть вывеску с «закрыто» на «открыто», чуть не забывает закрыть дверь в кладовку. И это далеко не всё. Действо достигает своего апогея в тот момент, когда он путает заказы и отправляет вместо лилий нарциссы. Надеясь всем сердцем и душой, что заказчик этого просто не заметит, колдун даже подумывает применить в ход уже порядочно отдохнувшее колечко, но его останавливает жалость к трате сил. Если клиент обнаружит подмену, то Чонгук с удовольствием заменит нарциссы на лилии, вышлет письмо с извинениями, в общем, сделает всё, как положено. Он пытается успокоиться, но весь день словно одно сплошное проклятие. И уже порядком избитый ударами судьбы Чонгук сидит и бездумно крутится на рабочем кресле, потягивая из стаканчика едва тёплый кофе. Лучшее, что парень может сейчас сделать для своей сохранности — это лечь камнем и не дотрагиваться ни до чего. За окном уже вечер, на часах восемь с половиной, но небо всё ещё чистое-чистое, ни одного облачка не видно, на деревья падают последние лучи, визуально украшая листы невидимым золотом. Этот контраст с тёмной листвой, находящейся в тени, кажется поразительным. Природа, если на неё хоть иногда поглядывать, оказывается на удивление прекрасной. Даже в человеческом городе. И, если раньше этого он не ценил, то сейчас ловит каждое её изменение. Резко взгляд с высоты переносится обратно в сторону домов. Седьмое чувство подсказывает, что нужно встать, а Чонгук своим ощущениям и желаниям, идущим изнутри, противиться никогда не умел, да и не хочет. Он подходит поближе к выходу, осматривает ещё раз растения — нет ли никакого сорняка, кое-где пальцем проверяет влажность земли. А потом поднимает взгляд. И видит его. Такого растрёпанного и, по-видимому, очень недовольного. С двумя полуторалитровыми бутылками воды в руках, в черных растянутых спортивных штанах, огромной свободной футболке, выискивающего свободной рукой ключи. Ситуация вновь повторяется, но в этот раз Чонгук стопроцентно уверен, что это уже далеко не простое совпадение, а судьба. Он, конечно, боится делать первый шаг, но так хочется просто с кем-нибудь поболтать, а этот кто-то постоянно шастает рядом, вся проблема лишь в том, что к нему нужно подойти. И Чонгук решается. Он выбегает из магазина, придерживая дверь рукой, а сердце буквально замирает на несколько мгновений. Позвать? Или не позвать? Он же нашёл бейджик — хорошая причина. А вдруг Тэхён подумает, что он маньяк какой-то? Ведь их первая встреча была не самой удачной, а вторая ещё менее. Но долго думать времени нет. — Ким Тэхён! — Чонгук не знает, что его вообще в конечном итоге заставляет крикнуть это, у него плана никакого нет, а действовать бездумно он просто не умеет. А ведь можно было продумать весь разговор, чтобы не казаться дураком. Он ведь вообще не умеет разговаривать с людьми, его манера речи для них всех какая-то странная. Сам того не желая, колдун может брякнуть и обидеть, а потом всей душой переживает из-за этого. Такой уж он, именно поэтому и продумывает свои действия по несколько сотен раз, именно поэтому и кажется заторможенным и для кого-то даже чересчур глупым. Тэхён оборачивается, с недоумением поглядывая в поисках. Его взгляд сначала пробегает по дороге, а потом останавливается на Чонгуке. Он несколько раз удивлённо хлопает глазами, словно всё ещё прокручивает в голове ситуацию. — Вы вчера выронили… — Чонгук сначала бурно жестикулирует, а потом ойкает, когда дверь, которую он отпустил, ручкой заезжает ему прямо в бок, — выронили свой именной бейджик. Я его поднял, хотел бы отдать. — А-а-а, — всё ещё с небольшим подозрением тянет Тэхён. — Я тогда воду занесу и подойду, подождите минутку. Чонгук угукает, а потом закрывает дверь, прислоняясь к ней лбом. Сердце стучит словно бешеное, пульсация чувствуется везде — на кончиках пальцев, в голове, ещё и ноги дрожат. Он настолько не привык общаться с кем-либо, что даже простая фраза вызывает такую бурю эмоций. Парень срывается к рабочему столу, чтобы открыть ящик, в который положил бейджик. В зеркале замечает, что щёки у него до ужаса красные, словно самые зрелые маки, в то время, как под глазами белые круги. И весь он выглядит как-то до ужаса жалостно и неловко, что теперь стыдно становится. А вдруг Тэхён его не понял, не придёт он сейчас, а лишь покрутит пальцем у виска? В ящике бейджика нет. Чонгук хмурится, потому что точно помнит, как закидывал его сюда, куда и кладёт обычно вещи, забытые рассеянными клиентами. Он стоит, пытаясь припомнить, куда мог положить вещицу, если не сюда, но вчерашние воспоминания — сплошной девчачий визг от того, что появился хоть небольшой шанс на дальнейшую встречу, а сегодняшние перекрываются тем, что колдун натворил и прямо сейчас творит. Слышится шум от входной двери и тихие шаги. Пришёл. — Кгхем… Я пришёл. Чонгук оборачивается и замечает, что человек с интересом рассматривает магазин. В прошлый раз же ему рассмотреть ничего не удалось, он только зашёл и сразу же укололся розами, а потом с испугу смылся. Зачем — для Чонгука вопрос. Ведь он бы ему руку обработал, ничего страшного в этом не было. Была мысль, что он просто застеснялся всей этой ситуации и тоже со стыда решил сразу же сбежать, но дальнейшая встреча не показала его как застенчивого человека. — Ох… — парень старательно выискивает бейджик, судорожно приоткрывает ящики один за другим, но ничего не находит, кроме своего же хлама. — Что-то я не могу найти… — Может, выкинули нечаянно? Чонгук ошарашенно смотрит на парня. Так неловко, аж дрожь пробивает. Сейчас он неосознанно застывает, рассматривая чужое лицо. Оказывается, Тэхён очень красивый. Даже со взъерошенными волосами и немного опухшим от недавнего сна лицом, он всё равно кажется каким-то идеальным. Настолько, что аж белая зависть просыпается, а вместе с ней желание понять, какова же его кожа на ощупь. Да и не такой уж он угловатый, каким показался при первой встрече, а просто очень стройный, ещё и в свободной одежде постоянно ходит. — Да нет… — Чонгук смотрит на Тэхёна, но взгляд пустой и потерянный. — Куда же я мог его деть? — Да и ладно, пустяк. Всё равно он мне уже не понадобится. На новом месте другой сделают. Человек машет рукой в знак того, что ему плевать на потерянную вещь, но Чонгук, по своему обыкновению, хочет поддержать и брякает, не думая: — Дело не в этом, — хмурится он. — Я же его, как минимум, где-то здесь оставил. Он же мне тоже не… — резко обрывается, понимая, что нельзя так резко говорить человеку, у них это считается неуважением. — Не нужен? — смеётся Тэхён, а в глазах что-то грустное проблёскивает. — Ну, тогда я зайду завтра, постарайтесь уж найти мой бейджик за это время, будьте добры. У Чонгука в который раз сердце замирает. Он задерживает дыхание, хочет извиниться, но Тэхён уходит раньше, чем колдун выходит из оцепенения. Бежать за человеком и извиняться никаких сил нет, парень просто валится с ног от такой ментальной загруженности, которую получил за такой короткий промежуток времени. — О, небеса! Какой же я дурак! Всю ночь он не может сомкнуть глаз, поражаясь своей глупости. Всё произошедшее кажется сном, причём слегка кошмарным. Чонгук возится на своей кровати, несколько раз перебивает подушки, по новой заправляет простыни и открывает окно на проветривание, но в конечном итоге ничего из этого не помогает. Голову загружают бессмысленные размышления, переживания и осознание собственной тупости. А вдруг Тэхён не придёт больше? В конечном итоге приходится заварить себе чай из страстоцвета, который силой заставляет через полчаса буквально вырубиться, не чувствуя больше ничего. Но Тэхён приходит. Тэхён приходит, сам не понимая зачем. До официального открытия магазина ещё полчаса, он топчется у порога, не зная, может ли зайти или нет. Свет горит, слышно, да и видно, что хозяин уже на месте, но немного страшно. В итоге он заходит, сперва тактично постучав, и встречается с гипнотизирующим взглядом чёрных глаз. — Вы… вы так и не нашли его? — тихонько произносит Тэхён. — Нет… — расстроенно бурчит Чонгук. — Я весь вечер вчера искал, но он словно испарился. Мне так жаль… Я сейчас ещё раз гляну. — Хорошо, я вас подожду. Тэхён аккуратно садится на предложенный ему компьютерный стул, облокачивается на спинку и тихонько зевает. Сам не понимает, зачем встал так рано, а самое главное — зачем пришёл так рано. Но он следит за движениями колдуна, такими плавными и грациозными, что в голове образ дикой кошки проскальзывает. Такой желанный, этот брюнет опасен, как дикое животное, которое может вытворить что угодно в любой момент. На то ведь оно и дикое. Но он ничего не вытворяет, а действительно роется в ящиках. Тэхён вообще не понимает, зачем сморозил, что подождет, мог бы сейчас вновь упасть на кровать и отоспаться за всё время, потом ведь опять на работу устраиваться, а это та ещё нервотрёпка и вместе с ней сопутствующая бессонница. А он, вместо этого, сидит и смотрит, как его потенциальный убийца ищет карточку с его же персональными данными. Равносильно будет вручить ему револьвер и сказать: «Ты, мерзкое магическое отродье, стреляй в меня, не жди, потому что ты заставляешь ждать меня». Но вместо этого выходит лишь: — Припоминаю, что несколько ранее мы друг к другу на «ты» обращались. Можно же на «ты»? — А, да! — Чонгук резко поднимается, чуть не стукаясь головой о полку с кактусами. — Конечно, можно! — Я и имени ва… твоего не знаю, — заманчиво произносит Тэхён. Ему нужно выведать как можно больше в кратчайшие сроки. И потом улететь в противоположную от желанной этим колдуном часть света. — Чонгук. Чон Чонгук, — он указывает на свою вышивку на спецодежде. — Ой, что-то я не подумал, — неловко посмеивается человек. — Я надеюсь, что наши предыдущие недоразумения улажены? Теперь я могу сказать, что мне приятно познакомиться? В ответ ему лишь одно кивание и очередные поиски в ящиках. — У тебя тут такие красивые горшки стоят… — пытаясь хоть как-нибудь развеять скуку и немного напрягающую тишину, тянет Тэхён. Он уже спокойно разлёгся на рабочем столе, потихоньку отрывая один за другим стикеры в форме цветка с шестью лепестками. — А у нас раньше типа такого же был один, фиолетовый. В нём росла орхидея, которую я на годовщину свадьбы родителям подарил. Им она очень понравилась, но через несколько месяцев её поставили ко мне в комнату, чтобы я «научился нести ответственность за что-то живое». Так вот, — парень замечает, что Чонгук его действительно слушает, не наигранно, а с правдивым интересом, — в один момент в моей комнате начало ужасно пахнуть. Словно лак для ногтей, ну, какой-то спирт или кислота там, не знаю, я химию не учил. Я дня три ходил и ныл, что у меня в комнате что-то просроченное, пока мать не понюхала эти орхидеи. Я сам не понял, почему, но корни начали гнить, а вместе с ними и пластик. Мы в итоге выкинули и орхидею, и горшок. Ой, как вспомню, так опять этот запах перед носом стоит, фу. — Надо было не выкидывать, а перекисью водорода раз в три дня обрабатывать корону, а потом, когда шипеть перестанет, корицей посыпать, — назидательно произносит колдун. — Точно! — хихикает ядовито Тэхён. — Как же я до этого не додумался раньше! Чонгук эту фразу либо пропускает мимо ушей, либо действительно не слышит. Но на мгновение его лицо противно морщится и этого Тэхёну более чем достаточно. В нём просыпается такое пока неизвестное чувство азарта и интереса к кому-то живому, ведь Чонгук — не орхидея. Он куда запутаннее, это и заставляет глаза блестеть, а сердце биться сильнее. — Нашёл! Он в рабочем фартуке был!☆.･.･: ★.･.･: ☆
