The beast wants only love

Прошло почти три недели после обыска в лаборатории. Заведенное дело теперь покоилось в стопке нераскрытых. Мало кто верил, что когда-то это здание было клиникой — большая часть извлеченной документации походила на бред сумасшедшего. Большая часть останков тел, найденных в здании, принадлежала людям, остальная — чему-то среднему между человеком и животным. Поначалу все списали на неполадки в работе аппаратуры. Все фигуранты по делу залегли на дно. Полиция пыталась проверить адреса, указанные в документах, но, похоже, и это было ложью, а со счетов все сняли за три дня до обыска. Джейк мало с кем говорил о том деле, даже с Аидой, но это не отменяло чувства вины. Единственный, кто выжил — Минору, но и он не хотел находиться под защитой полиции, а потому собирался исчезнуть из города. Парень хотел забыть все, что произошло. Джейк не мог сказать, что они с Аи стали ближе, но по крайней мере, девушка не психовала, стоило завести разговор о прошлом. И вроде бы должно было стать легче, только на смену вине пришло негодование: полиция должна защищать людей, но ничего не знала о том, что происходит за их спинами. И сколько жертв этого незнания: Аида, Мак, Рокси, Минору, беспризорница, те, кого опознать не удалось, волки, которым не ведомо о людских планах. И эти мысли настигали Митчелла ночью, днем чаще всего не до них. Именно ночью Джейк задумался о том, что даже если ученые исчезли, это не значит, что они отступили от цели и вдруг изменили свои взгляды. Нет гарантий, что их деятельность завершена навсегда. С ужасом Митчелл представил, что эксперимент продолжится, а полиция снова будет ждать весомых доказательств. «Я должен завершить это дело, пока не пострадал кто-то еще». У Джейка не было конкретного плана или идеи, его решение импульсивно и спонтанно. — Аи, я на работу, — бросил Джейк перед выходом, но подопечная и ухом не повела. Волчица спала свернувшись калачиком в кресле. Джейк хотел было погладить ее, приподнес руку к голове, но в самый последний момент остановился. «Если столкнусь с ней взглядом, не смогу уйти» Сонная Аида выглядела забавно и мило. Он как-то сфотографировал сонную волчью морду и то, как волчица потягивалась, слезая с кресла. Джейк собирался распечатать их и поставить на полку, но так и не сделал этого. А сейчас так страшно, что каждый из этих беспечных моментов может стать последним. И это не справедливо. Джейк взял с полки ключи от машины — пора идти. Сел в машину, отъехал подальше от дома, а затем остановившись на обочине, набрал по памяти знакомый номер. — Меня не будет. Дочка с ветрянкой, — это было первое, что пришло ему в голову. В ответ звучат ожидаемые для подобной ситуации слова: «Да, конечно, побудь с ней». А затем звучат пожелания скорейшего выздоровления. Джейку казалось, там, на другом конце провода, знают, что он соврал. По знакомым дорогам он направлялся к выходу из города. «Вечером предложу ей пойти в бургерную или шашлычную. Она наверняка согласится» Сквозь сон Радужная слышала шаги, ощущала волнение, но вставать поленилась. Открыв глаза, она не сомневалась, что Джейк прийдет: всегда же приходит. Ну или сообщит. Лишь бы только смс не писал. Сообщения Аи ненавидела, потому что не умела читать. А осваивать этот навык больше не хотела. В человеческом языке слишком много букв, слишком много правил. Сейчас, лежа в тишине, Аида думала о том, что стоило попросить Джейка остаться. В последнее время он стал слишком странный. Да, он уходит на работу, занимается делами по дому, но он стал другим, еще и говорит во сне, похоже, снятся кошмары. — Слушай, при… Джейк, с тобой все в порядке? — Ну да, — усмехнулся опекун, — а что не так? Аида не могла объяснить почему тревожность нарастает. Не помогало ни занять голову, ни измотать себя. С Рокси они по-прежнему не разговаривали, хотя, Аиде хотелось узнать, как она? В последнее время Аида хотела взять и прийти к ее дому, не пускала гордость. Может прийти и извиниться? Несколько раз Аи собиралась позвонить Джейку, просто для того, чтоб услышать его голос, но если она сделает так раз, тревога не утихнет. Чем ближе к вечеру, тем сильнее напрягала тишина. Аи не сводит взгляда с часов. Стрелки словно противятся механизму, толкающему их вперед, стараясь удержаться на месте. Молчали телефон: что городской, что мобильный. Ида набирает номер. В трубке звучит холодный голос. «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Аида не знает, где эта зона. Выходит на улицу, стоит у дороги и буквально гипнотизируя линию горизонта, ищет очертания Джейка Аи боялась, что однажды, став для нее важным, Джейк не придет. Ни после дежурства, ни после обычной смены или сверхурочных. В его доме, где все пропитано его запахом, хранятся его вещи, и все, кроме ее комнаты, обставленное по его вкусу опустеет. Аида боялась наступления пустоты. Она боялась плохих новостей. И в последнее время это обострялось. Неужели этот день сегодня? Аида берет мобильный в руки, набирает другой номер, на другом конце взяли трубку сразу же. — Рокси, что-то случилось с Джейком, его номер не овечает. — сказала Аида, как только послышался знакомый голос. Джейк открыл глаза, перед глазами по-прежнему больничная палата. Действие лекарств, толкнувших в блаженную отключку, начинало проходить, голову словно тиски сдавливают, еще и шум в ушах. Он попытался лечь на бок, тело словно ватное. А взгляд не фокусировплся ни там, в лесу, ни здесь, в палате. Тошнит, хотя он ничего не ел. Интересно, сказал ли лейтенант Аиде о том, то случилось с ним? Наверняка же сказал, если на вызов не выдернули. Джейк хотел это сам сделать, как будет известен точный диагноз, но после обследования телефон пришлось сдать. Интересно, что сказала бы Аи, увидев его в беспомощном состоянии? Назвала бы придурком, как обычно. Хотя он и есть придурок. Желая узнать, куда могли податься ученые, Джейк в одиночку сунулся в здание «Лейквью». Когда там была полиция, они забрали всю уцелевшую документацию, хотя большая часть была уничтожена. Но надежда найти хоть малейший след подталкивала к импульсивным поступкам. Джейк перелез через забор. Теперь, когда в здании он и правда один, это место давило сильнее. В этом месте время остановилось и эхом отдавался каждый шаг по коридору. И все казалось, что в помещении кто-то есть. Он собирался обыскать каждый незапертый угол этого места. Джейк вспоминал историю Аиды. Он хотел найти тайник, комнату, где держали когда-то ее и Мака, но это будет позже. На первом этаже он ничего не обнаружил. Поднялся на второй этаж с нумерованными комнатами, рядом с каждой комнатой пустой бланк. После обыска здесь все открыто. Он задержал на одном из бланков взгляд, затем перевел его на террасу с круглым балконом. Джейк беспечно зашел в одну из комнат. На голову что-то свалилось, наступила блаженная темнота. Карелия мелко дрожала, сжимая в руках бейсбольную биту, после обыска в здании сюда никто не должен сунуться, тем более из полиции. Карелия вернулась в «Лейквью», собираясь забрать изтлаборатории то, что могло остаться после обыска. Все-таки, ей не хотелось, чтобы записи по созданию химер — ее детище — досталось еще кому-нибудь, даже Марте и ее мужу, с коими было тесное сотрудничество на этапе создания Рокси. Она находилась на втором этаже, когда раздался шум мотора. Карелия ждала Алистера с Соней, но никак не посторонних. Что они здесь забыли. Притаившись за шторой, Карелия наблюдала за происходящим. В кабинете женщина нашла бейсбольную биту, но это уже крайняя мера. Она оставила обувь в кабинете, спустилась с другой стороны, но действовать не спешила. Гость казался ей уж очень знакомым. Она следовала за Джейком по пятам, когда поняла что тот движется вперед. Меняла свое место нахождения, как только полицейский покидал один кабинет и уходил в другой. Карелия собиралась избавиться от гостя. Она подбиралась к нему все ближе, позволила себе подняться на второй этаж как только скрипнула первая дверь. Руки дрожат. Карелии казалось, еще немного и незнакомец обернется, тогда накроется все. Ей мерещилось, что стук сердца, дыхание, да даже шаги слишком громкие. Она нанесла удар со всех сил, как только Джейк открыл новую дверь. Мужчина рухнул. Карелия перевернула его. Она удивленно вскинула бровь, увидев полицейского, что приезжал из-за Саббата. Джейк был в гражданской одежде. Первой мыслью, было перерезать ему горло и закопать, но в одиночку ей не справиться. Тем более его коллеги могут позвать на помощь. Карелия пошла в свой кабинет, взяла телефон, набрала номер Алистера: «Ал, не приезжай сюда, здесь копы». Карелия взяла со своего стола ключи и поспешила на задний двор. Нужно уезажть отсюда, пока коп не пришел в себя. Из забытия Джейка вытаскивала боль. Казалось в голову поместили колокол и лупят по нему тяжелым молотом. Он открыл глаза, на слишком яркие солнечные лучи больно смотреть. Митчелл заставил себя осмотреться вокруг, не возможно на чем-либо сфокусировать взгляд. Наверняка на него что-то обвалилось. Хотя рядом ни пыли, ни камней, да и потолок целый. Ладно, хорош разлеживаться. Джейк резко поднялся и тут же пожалел об этом: его шатнуло словно на морской палубе в разгар шторма. «Плохо дело. Мне нужно домой». А расстояние такое далекое. Джейк с трудом поднялся на ноги, придерживаясь за все, что попадалось под руку. Он понимал: в одиночку до дома ему не добраться, особенно как спустился по лестнице. У машины он сел на землю, перебирал контакты тех кого можно позвать. Синтия — точно нет, вызвать такси — за черту города они не выезжают, можно подождать попутку, но нужно выйти к трассе, а он до машины с трудом добрался. Джейк взял телефон, выбрал один из набранных недавно контактов. «Оливер. Ты сегодня патрулируешь? Забери меня из заброшенной клиники Лейквью? У меня проблемы» «Ну.хорошо» — послышался на другом конце провода ответ. Оливер был хорошим знакомым Джейка.Дружили со времен полицеской академии. — Что случилось? На кой ты сюда поперся? — задал коллега вопрос. — Хотел найти, куда делась эта шайка…я не хочу, чтобы кто-то еще пострадал. Если бы мы не тянули… Оливер сосредоточенно смотрел на дорогу, ничего не ответил. Нужно добраться до больницы. Что ж годы идут, а излишнее сочувствие Джейка никуда не девается. Вот и сейчас он пострадал из-за этого. — Постарайся не вырубаться? — Постараюсь. На часах одиннадцать вечера. Аида и Рокси сидели в гостинной. На столике стояла разогретая еда. Это была первая встреча и первый разговор за три недели. К тому времени Рокси не злилась на Аи, она не выходила на связь, ожидая слов «прости меня за резкость», и ей хотелось, чтоб Аида сама поняла: ее собственничество — не самая приятная черта. Она удивилась, услышав в трубке голос Аи, еще больше удивилась словам о том, что Джейк пропал. Она попросила Аиду подождать. А сама, положив телефон, вышла из комнаты. Рокс не хотела говорить о том, то с опекуном Аи могло что-то случиться. Но ни Рона, ни Джесс не вдохновляла идея поздних вечерних прогулок. -Сэм, если хочешь позови свою подругу к нам, — предложил Рон. Наверное, она бы сразу же пригласила Аи, не опасаясь странностей Аиды. — Я спрошу у нее, — с улыбкой ответила Рокс. Ей дали денег на такси, несмотря на то, что идти совсем не далеко. Аида ждала ее на крыльце. — Он все еще не пришел, — сказала Аида, -ладно, идем в дом. Несколько раз Рокси пыталась набрать Джейка, единственный ответ — «аппарат абонента выключен или вне зоны действия». Люди не любят этот голос, почему-то несущий тревогу. Отчасти девушка надеялась, что опекун Аи просто задержался, но время идет, а его нет. Аида рассказала потом, что произошло за эти три недели. Рокси стало боязно, что полиция узнает не только о том, что есть те, кто создает оборотней, но и за них с Аидой. И почему-то было грустно, когда Аи пересказывала слова Джейка. Аида показала фотографии из папки, принесенной Джейком. Рокси смотрела на подругу, на Мака. В тех стенах, несмотря на боль, царило редкое счастье. Саму же папку опекун сжег. И она ощутила себя виноватой, ее не было рядом с Аи. Возможно, она смогла бы понять, что в происходящем что-то не так. Если бы Аи рассказала ей все раньше. — Неожиданно к дому подъехала машина. Аи вскочила на ноги, выскочила из комнаты, помчалась к двери, выбежала из дома и тут же оторопела. Перед домом остановилась чужая машина и вышел чужой человек, не Джейк. — Ты кто! — с вызовом спросила Аида. Из дома следом вышла Рокси — Доброй ночи, мне нужна Аида Митчелл, — заговорил незнакомец. — Зачем тебе она? — спросила Аида. — Аи, тише, — попросила Рокси. — Так кто из вас Аида Митчелл? — Ну…я, — бросила Аи. — Меня зовут Оливер Брамс, я коллега твоего отца. Он в больнице. Не мог сообщить раньше — срочный вызов. — Че? — глухо спросила Аида, — да ну, хрень, быть не может. Он не мог. Ей показалось, что вот оно — разрушение мира. Она привязалась к Джейку, а он не пришел. Еще и сунулся туда, куда не просили. В одночасье мир стал пустым. — Извините. А дальше с незнакомцем говорила Рокси, находясь от него на расстоянии, рядом с Аидой. Она не смотрела незнакомцу в глаза, ее голос звучал относительно уверенно. Рокси расспрашивала о диагнозе, о том, в какой он палате, когда его можно навестить. Она не могла понять: почему ничего не сообщили Аиде из той же больницы, хотя Оливер списал все на то, что Аида не совершеннолетняя. И другого Рокси не могла понять: зачем Джейк пошел в ту лабораторию. Нет, понять могла — ее бы на подобное толкнуло бы чувство вины. После отъезда Оливера Аида выглядела весьма подавленно, она смотрела на горизонт. — Слушай. Рокс. Спасибо, — сказала Аи, — но я наверное пойду. Не могу просто сидеть и ждать. Если не к нему, то пойду разбираться с теми, кто тронул этого придурка. Я довожу его, но другим не позволю. — Аида, подожди до утра. К Джейку тебя сейчас не пустят, а одна… прошу не ходи к ним. Я не хочу, чтобы и ты пострадала. Джейк просто человек. Ему повезло, что не убили, но мы оборотни. Все началось… — Рокс чуть было не добавила «из-за нас» и осеклась. — Если хочешь, можешь пойти к нам? — прозвучало предложение. — Спасибо. Но я хочу остаться здесь. Останешься у меня? Аида собралась идти к Джейку, как только на небе показались первые блики солнца. Оборотень не знала, где в этом городе больница, определенно подобное здание где-то в центральной части. — Ты куда? — сонно просила Рокси, когда Аи собралась воспользоваться выходом через окно. Рокси подняла голову, глянула на часы и устало плюхнулась на подушку. — Аида, сейчас пять утра, тебя же не пустят. В девять пойдем. — обреченно произнесла девушка и отвернулась к стене. Аи осталась наедине с тишиной. И до того как проснулась Рокс, болталась то в одной комнате, то в другой. После завтрака Рокси отзвонилась Далтонам, что-то они еще уточняли, в суть этих бесед Аида не вникала, и в нужное время они вышли из дома. Аида привела Рокси к остановке, еще долгое время пришлось ждать автобус. До сих пор неуютно находиться в этих металлических коробках, пахнет странно, еще и люди начинают заходить и заходить, в салоне становится все теснее. Рокси сосредоточивала взгляд на пейзаже за стеклом, читала надписи на остановках. Аида умудрилась поскандалить с какой-то бабулей. Кажется, той не по нраву пришел внешний вид Аи, а та не стала молчать. Как же хорошо, что уже приехали и нужнобыло выходить. Рокси пихнула Аиду и направилась на выход. Больничное здание замечаешь с самой остановки, перед зданием выделяется парковка. Они направились к дверям, где люди сновали туда-сюда — Нихрена себе, — только и смогла сказать Аида окинув больничное здание. Цепляясь взглядом за окна, которых, казалось бы, слишком много, она пыталась понять, где мог быть ее опекун. А внутри все и правда похоже на муравейник. И большинство людей здесь в обычной одежде, правда пахнет специфично, стены украшены всякими плакатами об опасности сифилиса. Рокси вспомнила что говорил Оливер. Нужно нужно пройти через коридор, выйти к лестнице и подняться на четвертый этаж, все просто. Она удавила мысль о том, что место похоже на лабораторию. — Все хорошо? — спросила Аи. — Конечно, — ответила Рокси, хотя приглушенный тон казался подозрительным. Еще и коридор без окон, многочисленные двери. Ей казалось, она вернулась на полгода назад в то время, когда ее забирали из интерната. Она оцепенела, увидев белый халат, глаза наполнились ужасом. Рокси не увидела, что в этом халате человек точно такой же, как и те, снующие в холле. Рокси снова не поняла, как превратилась, и бросилась назад, Аида за ней, где-то слышны оклики «какого черта здесь собаки», кто-то ужаснулся, видя, как на них мчатся ошалевшие черные туши. Кажется она сбила то ли женщину, то ли мужину, был слышен звук падения и ругательства. Рокси остановилась тогда, когда кончились силы бежать. Она оказалась на каком-то пустыре. Безумно хотелось пить, а лапы дрожали. Она шарахнулась, увидев на уровне своих глаз морду Аиды. — Ты чего? — спросила Аи, — кстати, неплохое превращение. И выглядишь неплохо. Рокси посмотрела на мир в серых тонах, посмотрела на землю, ожидая увидеть вместо лап ноги или руки, но она стояла на своих лапах. И снова пришла мысль о том, что всему наступит конец, если она бесконтрольно превращается. Рокс стала человеком так же неожиданно, как потеряла контроль. — Я, кажется, испугалась человека в белом, в холле все было хорошо, они как и остальные люди, хоть и запах напрягает, а тут…я увидела и мне показалось, что я снова там. Я не могу, Аи, я хотела, но не могу. Прости. Прости. — Все хорошо, — сказала Аи. Они разошлись домой после полудня, к тому времени удалось окончательно успокоиться. Аида снова повторила попытку на следующий день, вечером, но уже без Рокси, без поездок на транспорте. Она смутно помнила рассказ, куда им нужно идти, и решила разобраться на месте. В виде человека она прошла в больничный холл, а уже волчий вид приняла в том коридоре, откуда убежала Рокси. В больничном здании, тем более одна, Аида не ощущала себя уверенно, даже приняв волчью ипостась. Даже в градациях серого это место казалось слишком светлым и чистым. В этом месте запахи перебивались чем-то другим, более сильным и резким. Сложно выделить какой-то один. Наверное для человека это напоминает момент, когда ищешь что-то в комнате, забитой хламом. Хотя в виде человека ситуация гораздо хуже. Не было ничего кроме запаха химии. Аи преодолела несколько пролетов, поставила лапы на перила — здесь высоко, до верхних этажей тоже. Рокси говорила, что четыре пролета — это четыре площадки между этажами, Аида прошла только два. Дверь на следующем этаже заперта, остается только подняться выше. Аида принюхалась: ни малейших следов присутствия Джейка. Шумно чихнула от запаха химии. Аида зашла в открытую дверь на четвертом этажа, ей открылась небольшая площадка, а дальше развилка: коридор налево, коридор направо. Еще хуже то, что не было сквозняков, зато она прекрасно слышала шаги в конце коридора. Аи растерялась, не зная, то ли принять человеческий вид, то ли куда-то бежать и прятаться, но как назло рядом со стенами ничего кроме стульев, под которыми совсем неудобно прятаться. Аида вспомнила яркую полосу света, белый кафельный пол, на котором вечно разъезжаются лапы, фрагменты интерьера и стремительно сдвигающиеся двери. Оставалось всего пара темпов и она сможет оказаться на улице, Аида грезила о том, как заживет спокойной жизнью без людей. Остался всего один прыжок, но двери с шумом закрылись. Тогда Радужная с размаху ударила всей массой в металлические двери. Она нервно махнула головой, отряхиваясь от неприятных воспоминаний. Но на миг ей показалось, что она ощущает боль, накатившую в момент удара, как же это было унизительно!       Она направилась в противоположную сторону. Цок. Цок. Цок. Волчица размеренно ступала по кафельной плитке. Несколько раз она пыталась перейти на более удобную рысь или галоп, но лапы разъезжаются. — Охренеть, — за спиной Аиды послышался тихий шепот. Оборотень резко остановилась, развернулась всем телом. У противоположной стены стоял молодой санитар. Сосредоточив взгляд на волчице, не веря происходящему, парень протер глаза ладонью, до самого последнего надеясь, что зверь рассеется. Но волчица не исчезла. — Ты же собака, — слышны сомнения и страх в голосе человека.       Аида посмотрела человеку в глаза, прислушиваясь, не идет ли кто, и ради интереса сделала шаг к человеку. Парень отошел к стене, не в силах издать какого-либо звука. Ида наблюдала, как он ищет взглядом пути отступления, ловит кайф, наслаждаясь запахом чужого страха. Это пьянит и дурманит, будит соблазн пуститься в погоню и начать охоту. Ушла мысль о том, что людей в белом может быть больше. Жертва рядом, настигнуть ее проще простого. Ида оскалилась, приглушенно зарычала и сделала еше один шаг к человеку. Казалось, еще немного, и тот продавит дыру в стене. Он сполз на пол, как только радужная отошла.       Интерес хищницы пропал, как только она услышала запах Джейка едва ощутимый, но…       Оборотень бросилась к стоявшей у стены каталки. Вновь принюхалась, словно не верит сама себе. Джейк? Это же точно Джейк? Он был здесь? Жив ли он?       Аида поставила передние лапы на каталку, вновь принюхалась. Запах слабый. На радостях даже завыть хотелось. Теперь Аида была уверена, что Джейка стоит искать где-то здесь, и уж тем более, она не позволит остановить себя каким-то людишкам. «Тебе бы выходной взять» — вспомнились слова коллег, когда Джейк рвался на очередное дежурство «Слушай, возьми отпуск» — говорили ему, когда тот после смерти родителей готов был работать двадцать пять на восемь. И сейчас, в больничной палате, казалось навалились в тройном размере пожелания коллег и насчет отпуска и насчет выходных, да даже его мысль о том, что не плохо бы выспаться и побыть в тишине, осуществилась каким-то бонусом. Митчеллу казалось, все его существованию свелось к еде и сну. Вся привычная деятельность временно недоступна. Еще и поговорить не с кем, за исключением врачей и медсестер. Коллеги заходили, но совсем не надолго. Принесли апельсины и фрукты. Джейк хотел узнать как там Аи, просил ей позвонить, но если вчера ее телефон просто был выключен, то сегодня не отвечает. — Если хочешь, могу навестить ее, — прозвучало предложение Оливера, — либо отправим к ней Майкла. Все равно ничерта не делает. — Не нужно, спасибо. Наверняка она к подруге перебралась, — соврал митчелл. Вряд ли Аида будет мила, если кто-то еще сунется в их дом. Тем более, она вряд ли станет скрывать сущность. Хотя было как-то не спокойно, особенно после ухода коллег, но усталость быстро заставила провалиться в сон. — Джейк, проснись, — во сне он слышал знакомый голос, — вставай же ты! — Еще пять минут, — бормотал полицейский. Он перевернулся на бок, натянул одеяло, ему снилось, он дома, но досмотреть сон не дали — картинка задрожала, слышен тихий скулеж, его куда-то тянут, по нему топчутся, рычат. Нехотя Джейк открыл глаза, на его кровати стояла знакомая волчица. Первая мысль: это все потому, что его накачали лекарствами, хотя ранее побочки не было. И только потом радость. Он резко поднялся, обнял волчью шею, за это действие тут же пришлось расплатиться такой же резкой головной болью, он крепче вцепился в Аи. Та попятилась назад. А как только Джейк отпустил ее, спрыгнула. — Придурок, чуть не задушил, — фыркнула Аи, как только стала человеком — Придуурок, — протянулДжейк, — да, я придурок. Но я рад, что с тобой порядок. Ему пришлось снова лечь. — Как тебя в таком виде пустили? — задал Джейк вопрос. — Легко, лапы и клыки творят чудеса. Попытался мне один помешать. Кстати. Рокси тоже превращается, — бодро говорила Аи. — Тшш. Время посещений кончилось. Если тебя застанут здесь, будут ворчать. Аида фыркнула. — Посмотрим. Аида по-хозяйски рассмотрела, что принесли Джейку: фрукты и все, не интересно. — Как ты? — спросил Джейк, — ты же не ждешь меня, чтобы поесть? Не дебоширишь, иначе я не смогу тебе помочь. Аида уселась на кровать Джейка. — Пошли домой, без тебя там скучно, — Аи взяла Джейка за руку, словно это чем-то поможет. — Пока нельзя, Аи. Так и сидели они, болтая о всякой всячине. Совсем забылась мысль о том, что за обстановкой нужно следить. В палату зашла медсестра — вечерняя капельница. Аида приняла вид зверя и юркнула под кровать. Что она, что Джейк молились, дабы никто ничего не заметил, а после облегченно выдохнули. Теперь нужно придумать, как им уйти. С трудом Джейк поднялся с кровати, подошел к окну, придерживаясь за стойку. Насколько он знал, здесь должна быть пожарная лестница. Черт, а здесь высоко. Он уже хотел Аиду выпустить из отделения по человечески, но хищница запрыгнула на подоконник, переставила лапы на металлические ступеньки и дерзко глянула на опекнуна. «Что ты мне сделаешь?» Пролет за пролетом. Мир с высоты казался немного меньше, но когти забавно цокают, и только сейчас Аи поняла, что стоит на железе, и оно не ударило ее током, и не обожгло. Джейк следил за ней, пока та не спустилась. Он уже собрался открыть окно, как за спиной послышался строгий голос — Вы что, осложнений захотели?! Отчитали в тот вечер Джейка как мальчишку, а он был счастлив. Аи нашла его.