В Вэйском омуте Лани водятся

Несмотря на рекордные сроки сборов, вылететь вовремя они не успели - вальяжная серая от непролитых дождевых капель туча, угрожающе громыхающая вспышками молний, и порывистый колючий ветер помешали их планам. Было попросту опасно выдвигаться сейчас, да и неоправданный риск им был ни к чему - не всякий адепт в подобное ненастье устоит на духовном оружии. Самую непогоду решено было переждать, но как только буря чуть утихла, процессия тут же взмыла в воздух на сверкающих мечах, чем-то напоминая тонких и изящных журавлей. И только Лань Чжань напоминал скорее дракона, чем гордую птицу - такой решимостью и силой сверкали светло-карие, янтарные глаза. Лань Сичэнь, каким-то седьмым чувством улавливающий эмоции и настроения младшего и горячо любимого братишки, испустил тяжёлый вздох - путь предстоял неблизкий, но позволить себе такую роскошь, как краткая передышка на просушку слегка влажных после водяной пыли одежд, они не могли. То же самое седьмое чувство настойчиво толкало и тянуло в сторону владений Ордена Цзинь. Не покидало ощущение, что чем скорее они прибудут, тем лучше. Для кого - пока не ясно, но Лань Сичэнь рассчитывал, что для всех. А в особенности - для Ванцзи и господина Вэя. Уж эти двое в особенности заслужили спокойствие и счастье - кровью близких и родных, личными жертвами и переживаниями. Им обоим не помешало бы отдохнуть. Лань Чжань же на подобные темы не задумывался, у него была цель - добраться до Башни Кои и всеми правдами и неправдами увезти оттуда Вэй Ина, хоть бы и силком, подхватив на руки. Уголки губ еле заметно дрогнули - тот не одобрил бы, шипел камышовым котом о собственной самостоятельности. После войны этот вопрос был болезненно острым, каким-то непременно важным, обязательно соблюдаемым - всегда всё сам, сам, сам! На предложения помощи можно было ожидать лишь фырканье и шутливые отговорки: "Что ты, Лань Чжань! Не пристало светлому заклинателю связываться с тёмным, да ещё и помощь свою предлагать! Не пятнай свою репутацию связью со мной, я справлюсь, не волнуйся!" Не волноваться не получалось, да он и не пытался пробовать. Вэй Ин, раньше такой теплый и в чём-то ласковый, после исчезновения и пропажи замкнулся - заметить это было очень трудно, но Ванцзи каким-то образом смог - стал более язвительным и помощи не просил. От него и раньше просьб о чем-либо было не добиться - только в шутку, только с улыбкой на лице. "Ванцзи-сюн, приезжай ко мне в гости, в Юньмэн! Будет весело, гэгэ, соглашайся!" Перед глазами замелькали противно-белые точки - ну, что ему стоило согласиться тогда? Ничего страшного не случилось бы, а воспоминаний, лелеемых памятью и бережно хранимых, было бы в разы больше! Увы, слова сказаны, поступки совершены и оставалось только стискивать зубы от разъедающей душу досады - время вспять не повернешь, как бы того ни хотелось. Ванцзи моргнул - не сейчас вспоминать об этом, когда есть другие, более важные заботы. И сосредоточенный взор устремился вперёд, выискивая малейший намек на постройки - это означало бы конец их пути. Для всех остальных Башня Кои во владениях Ордена Цзинь возникла внезапно, до поры до времени скрытая лёгкой повесой тумана и низко парящих облаков, но только не для Лань Ванцзи - вот уж кто до рези в глазах выглядывал вдаль, нетерпеливо покусывая губы. Сделав круг почёта - для снижения скорости, летели они всё-таки достаточно быстро и поспешно - адепты Гу Су Лань наконец ступили на плиты двора, поминутно оглядываясь в поисках провожатого. Но ни его, ни кого-то ещё видно не было. Двор будто вымер - нигде ни души. Все словно попрятались кто куда, что могло быть правдой, так как слуги, набранные из простого народа были более суеверны, чем заклинатели. А присутствие в Башне Вэй Усяня явно приводило их в священный ужас и боязливый трепет. Лань Сичэнь посмотрел на теряющего терпение младшего брата, вновь душащего рукоять верного оружия и поторопился обратиться за помощью. Как раз кстати откуда-то из-за угла вынырнул одинокий силуэт в золотых одеждах - то, что нужно! - Любезный! - семенящий куда-то по своим делам адепт подпрыгнул и затравленно оглянулся, сбледнув, - Не проводите ли нас, пожалуйста, к Залу Заседаний? - Да, да, конечно! - закивал болванчиком юный орденец, признав Главу Ордена Лань и резко сменил направление, - Прошу вас, следуйте за мной! Малец шустро потрусил вперёд, не оглядываясь на прибывших. То ли боялся, то ли не хотел показаться излишне любопытствующим. В любом случае, данное собой слово он выполнил - довёл куда надо и даже раскланялся в припадке излишней вежливости, видимо, опасаясь наказания за неучтивость. Глава Лань благосклонно улыбнулся и чуть кивнул, ровно настолько, насколько было необходимо. Адепт выдохнул и поторопился исчезнуть из поля зрения раньше, чем может понадобиться что-то ещё - кто их, Ланей, знает? Тем более, что Глава Цзинь Гуаньшань уже начал Совет и их прибытия никто не ждал.. Лань Сичэнь прикрыл глаза, гася в них озорные искры - следовало быть серьёзнее, время шуток прошло. Лань Ванцзи же пристально сверлил глазами тяжёлые двери в зал, усмиряя волнение и иррациональный гнев. Этим делу не помочь - очертя голову бросаться глупо и недальновидно, но как же трудно усмирить беспокойство. Из-за дверей ничего не слышно, что нервирует только сильнее. На плечо легла тёплая рука, чуть сжимая в извечном жесте поддержи. - Готов? - карие глаза на родном лице едва заметно бликуют волнением - кто как не Сичэнь может знать, что творится сейчас с душой младшего? Вот и пытается показать, что Лань Ванцзи не один, что он рядом и в случае чего, всецело примет сторону брата - Лань Хуань хорошо знал его и успел понять характер близкого для а-Чжаня господина Вэя, а значит, что бы ни произошло, они смогут разобраться во всем вместе, сообща. Ванцзи на секунду опускает ресницы и выдыхает, отпуская часть напряжения, благодарный за такое ненавязчивое проявление заботы - чем быстрее они зайдут, тем выше шанс, что успеют как раз вовремя. - Да, брат. Войдём? Лань Сичэнь тепло улыбается - он не сомневался, что ответ будет таким. Это же Ванцзи, даже в стрессовых ситуациях он способен трезво оценить обстановку и мыслить логически. Какое облегчение, он надеялся на это. Хотя неизвестно, как сработает эта способность в присутствии господина Вэя - он всегда был полон сюрпризов. - Конечно. Створки легко распахиваются в стороны и процессия переступает порог зала, находящегося сейчас в шокированной тишине - очевидно, уже не ждали. Или же их что-то поразило чуть раньше.. Сначала Лань Ванцзи даже не понимает что то, что он видит - реальность. Вэй Ин, стоящий в самом центре комнаты с голой грудью и ханьфу, висящее в районе предплечий - не сон, не больная фантазия кипящего разума, а пугающая действительность. Лань Чжань не осознает, что застыл, буквально пожирая глазами стройную фигуру с оголённым торсом, и не может отвести взгляд. На задворках сознания полыхает недовольство - то, что до этого момента видел лишь он один (а потом не раз вспоминал об их приключении в пещере Сюань У и терзался муками совести за укус), теперь открыто всем взглядам, которых, увы, слишком много. Это заставляет раздражаться, стискивая зубы и запинывать собственничество подальше - сейчас не время и не место. Рядом слышен громкий вопрос брата, но Лань Чжань не может разобрать, о чем тот спросил, целиком и полностью поглощённый созерцанием чуть румяного лица Вэй Ина, который отчего то отводит в сторону серые глаза, прикусывая нижнюю губу. В висках частил пульс, мешая Ванцзи прийти в себя. Хотелось столько всего одновременно.. Забрать. Укрыть. Заслонить собой. Сделать хоть что-то, лишь бы не стоять столбом, пожирая глазами упругое сильное тело. Что угодно, только бы спрятать от чужих жадных и непристойных взоров, запретив любоваться на совершенство линий, с сожалением и некоторым стыдом понимая, что собственный взгляд не лучше.. До воспалённого представившимся зрелищем сознания с трудом, но дошли слова Цзян Ваньиня, который не стесняясь в выражениях, хоть и вполне цивилизованно, тычет носом Главу Ордена Цзинь в качества, недостойные для человека, занимающего высокое положение - торопливость и бездоказательность при принятии важного решения - как нашкодившего щенка мордочкой в лужу. Лань Ванцзи снова стискивает Бичэнь, заставляя себя хоть немного отрешиться от соблазнительного мужчины напротив. И делает это как раз вовремя, так как Глава Цзян озвучивает суть творимого беспредела. - Таким образом, я считаю, что племянник господина Цзинь Гуаньшаня был слишком поспешен с выводами. Он, не имея никаких возможностей доказать свои слова, напал на Вэй Усяня, руководствуясь лишь своей прихотью избавиться от проклятия и, цитируя его самого, в качестве мотива имея лишь подозрения о "явной причастности к этому Старейшины Илина", так как больше, опять же с его слов, некому! И это, Глава Лань, на мой скромный взгляд не лучшая характеристика для Главы клана Ланлин Цзинь и Верховного заклинателя. Всё-таки, следить за действиями адептов, входящих в Орден является одной из обязанностей Главы клана. А должность Верховного заклинателя подразумевает беспристрастную оценку сложившейся ситуации и справедливый суд, разумеется, с учётом всех обстоятельств произошедшего, - распинался Саньду Шеншоу, понося на чём свет заклинательский стоит административную верхушку золотого ордена. Вэй Ин тихо поперхнулся и закашлялся на слове "скромный", но быстро спохватился и прикрыл губы болтающимся у кисти серым рукавом с пламенем красного узора, заставляя Ванцзи вздрогнуть - такая мягкая и в чём-то ласковая улыбка появилась на устах бывшего шисюна Главы Цзян. Как же он давно не видел её и как скучал! Не в силах больше терпеть, Второй Нефрит резким движением сорвал с себя верхнее одеяние и, чеканя шаг, чтобы не сорваться на неподобающий бег, подошёл к веселящемуся Усяню. Тот прекратил хихикать в рукав и застыл, еле слышно выдыхая. - Лань Чжань.? Не обращая внимания на ошалелые глаза заклинателей вокруг и потрясённые шепотки, у Лань Ванцзи дрогнули уголки губ и мужчина резко накинул на плечи подрагивающего Вэй Ина своё верхнее ханьфу, попутно поправляя скинутые ранее слои преступно тонкой ткани. - Оденься. Холодно. - как всегда лаконично попросил Ханьгуан-цзюнь, почти нежно укутывая "преступника" в более плотную белую ткань с узором облаков. Вэй Ин, дождавшись, пока Лань Чжань отвернется от него, прикрывая широкой спиной и позволяя привести себя в порядок, зарылся носом в мягкое сукно, наслаждаясь нотками сандала и прохлады. Кто бы мог подумать, что всегда сдержанный Лань Чжань позволит себе такое! Сердце замерло в предвкушении чуда и, спустя мгновение, глухо ударилось о рёбра. Неужели.. - Лань Чжань.. - вновь позвал Старейшина Илина и Лань Ванцзи незамедлительно откликнулся, поворачиваясь к бледному Вэй Усяню. - Вэй Ин. Названный неожиданно мягко усмехнулся и сделал маленький шажочек навстречу, неотрывно глядя в сверкающие непривычным теплом яркие глаза. Они давно не виделись, да и не смотрел на него так Лань Чжань ни разу. Всё больше раздражительно или чуть устало, но настолько ласково - никогда. Вэй Ин неосознанно подался вперёд, стремясь получить как можно больше этого нового и неизведанного, но такого приятного, ласкающего взгляда, пока Лань Ванцзи не опомнился и не возвёл свои стены заново, прячась за иероглифами тысячных правил и устоев. Внутри настойчиво скреблось желание выговориться, признаться - он ведь так много думал о них двоих, таких разных и в чём-то схожих. Так хотел сказать спасибо за всё, что Лань Чжань для него сделал, но как только открыл рот, сказал совсем не то. - Лань Чжань, прости. Я.. я думал обо всём, что было между нами и.. прости меня. Я не должен был так липнуть к тебе, когда учился, а после не должен был быть грубым с тобой.. ты же переживал, хотел как лучше и был прав насчёт меня, когда просил лучше контролировать свои силы, а я.. я, я сожалею.. Только темный заклинатель собрался с духом, чтобы продолжить акт самобичевания (раз уж начал, так надо ж закончить!), как его руку обхватили за запястье сильные, но трепетные тонкие пальцы, чуть прижимаясь к коже в лёгком намеке на сжатие. В груди стало тесно от клубка самых разнообразных эмоций - множество слов лезло на язык, желая сорваться в воздух чередой звуков, но, глядя на спокойное лицо Лань Чжаня, открывать рот резко расхотелось. Такую атмосферу жаль было разрушать. А на шепотки за спиной он давно не обращал никакого внимания - чего-то дельного в них и на фэнь* не наберётся. - Вэй Ин. Нет нужды, - тихо ответил Ванцзи, борясь с желанием поднести внешне хрупкую, сильную кисть к губам и отметить поцелуем ладонь. Рука Вэй Ина была прохладной и немного мозолистой, но эти следы отличались от всех других, присущих заклинательскому ремеслу. Это скорее было похоже на работу в поле, чем тренировочные отметины - такие натертости были у него самого после "исправительных работ" в лагере для молодых наследников при клане Вэнь. Второй Нефрит перевернул кисть ладошкой к себе и провел подушечками по линиям, что пересекали бледную кожу, прослеживая каждую, от самой тоненькой и короткой до самой длинной и заметной. Мужчина в темных, пыльных одеждах застыл, не зная, куда деть глаза - настолько интимно выглядели лёгкие прикосновения любопытствующего Лань Чжаня - и невзначай наткнулся на алые пятна крови, запятнавшие идеальную белизну дорогой ткани. До боли зажмурившись, Усянь потряс головой - ну вот, опять от него одни проблемы! Хоть раз, хотя бы один раз у него получилось не доставлять неприятности, так нет же! Внутренне досадуя и уже предчувствуя холод потери, Старейшина потянулся снимать с себя щедрый дар Лань Ванцзи. Он уже принялся неуклюже стаскивать накидку одной рукой - вторую так и не выпустили из нежных тисков, - когда пальцы накрыла прохладная ладонь. - Не надо, - Вэй Ин в который раз за день подавился воздухом, вглядываясь в отголоски затаенной боли в светлых очах Второго Нефрита, - оставь, Вэй Ин. - Лань Чжань! - почти скуля, умоляюще протянул Вэй Усянь, мечась между желанием с головой закутаться в приятно пахнущую одежду и сейчас же стянуть её, избегая новых, тяжело сводящихся пятен, - Посмотри, Лань Чжань, я же испачкаю её! Я не могу испачкать твою одежду, вы ведь так чтите чистоту! Эти пятна будут ужасны, поверь мне, и сводятся так же отвратительно, как выглядят! Стоило последнему слову затихнуть, как брови Лань Ванцзи недовольно нахмурились и мужчина осторожно ощупал плечо Вэй Ина, заставляя того приглушённо шипеть и поносить на чём свет стоит криворуких идиотов, которые не знают, как правильно лук держать. Если уж стреляешь, то сразу насмерть! В Ордене Ланлин Цзинь что, не учат быть милосердными? Какое упущение, право слово. Хотя, если вспомнить успехи Пав.. Цзинь Цзысюаня на поприще стрельбы из лука, то он утер нос всему своему золотому клану! Вэй Ин тихонько шикнул, сдерживаясь, чтобы не вызвериться снова - ну где это видано, ладно он, так ведь чуть собственного наследника не пристрелили! Пока Старейшина Илина мысленно сношал всех наставников клана Цзинь со всей известной ему нечистью (а такой было немало, Вэнь Нин не даст соврать!), Лань Ванцзи медленно зверел. Пусть на всегда спокойном лице не отразилась мешанина чувств, бурлящих внутри раскаленной лавой, но рукоять Бичэня скрипнула весьма красноречиво. А тут ещё и Вэй Ин решил его утешить, отвлекаясь от внутреннего монолога на тему "в гробу я видал вашу систему обучения!" и мягко тронул за рукав, привлекая внимание. - Лань Чжань, ну чего ты? Не в первый же раз.. тем более, ничего особенного, так, царапина, - о том, что из-за этой самой "царапины" он потерял прилично крови и стоит бледный аки свежий лютик*, рискуя схлопотать малокровие, мастер Темного пути благоразумно упоминать не стал, так как обоснованно беспокоился за "нефритовые" нервы. Что-то подсказывало, что Лань Чжань таким новостям не обрадуется - чуйка, наверное.. Лань Ванцзи на уговоры не поддался и, напрочь игнорируя фоновую ругань именитых Глав и заклинателей, которая никакой ценной смысловой нагрузки в принципе не несла, стал тщательно измерять пульс. Результаты беглого осмотра Ханьгуан-цзюню не понравились - это если мягко говоря. Практически нитевидный пульс напугал и озадачил, а пятна крови на плече, расползающиеся дальше и хорошо заметные на светлом сукне приводили в ужас. Второй Нефрит с сожалением выпустил из пальцев едва теплую руку и с какой-то робостью заглянул Вэй Усяню в лицо, чем очень умилил последнего. Вэй Ин, окончательно плюя на правила поведения и все им сопутствующие нюансы сам взял своего обожаемого Лань Чжаня за руку, слегка поглаживая костяшки и обводя следы от игры на гуцине. За спиной раздался звон разбитой посуды и визгливые возмущения об отсутствии нравственности у молодежи, которые Старейшина благостно пропустил мимо ушей. Во-первых, он уже давно не юноша, а во-вторых - когда его волновало чужое мнение? Он в любом возрасте относился к подобному философски, то есть вроде бы и слушал, но делать с этим ничего не собирался. А уж теперь-то, когда он страшный и ужасный Старейшина Илина ему данная оценка даже как-то льстит. Вэй Усянь смешливо сморщил нос, давя неуместное фырканье и легонько сжал фаланги на музыкальных руках, отвлекая от раздумий. - Лань Чжань? - мягко позвал он, надеясь получить ответ и найти причину беспокойства. Лань Ванцзи, медленно вынырнувший из своих тяжких дум обратно в бренный мир, спохватился и отвёл глаза. Кончики аккуратных ушей полыхнули алым - второй молодой господин Лань.. смутился? Вэй Ин прикусил губу, давя нежную улыбку - ох уж этот Лань! Всегда творит с его сердцем, что захочет! - Лань Чжань, Лань Чжань! Ты хочешь что-то мне сказать? - вновь попытался выведать у мужчины Усянь, выводя большим пальцем круги на запястье. На него вновь посмотрели, пристально и как-то безнадежно. Второй Нефрит тихо выдохнул и перехватил руки Вэй Ина своими, проникновенно глядя в глаза. - Вэй Ин.. вернись со мной в Гу Су! У тёмного заклинателя вмиг ослабли коленки. Он даже разозлился на предавший его организм, но вяло, не желая сейчас возмущаться своей внезапной слабости. Он одновременно ждал этих слов, хотел поверить, что Лань Чжань зовёт его не для того, чтобы контролировать и всё запрещать; и, вместе с этим, боялся. Чего? Да хотя бы того, что не принесёт Лань Ванцзи ничего, кроме проблем и сложностей. С ним всегда так.. - Лань Чжань, я.. - промямлил Вэй Ин, сжимая тёплые большие ладони в своих, прохладных и озябших, - я хочу пойти с тобой, но.. Вэй Усянь сглотнул, чувствуя противный комок в горле, мешающий нормально дышать и говорить. Лань Чжань, глядящий больными глазами человека, раз за разом получающий отказ и морально готовый к новому, решительности не добавлял. Откашлявшись, Старейшина продолжил, не смея отвести глаз от красивого и такого родного лица напротив. - Лань Чжань, я правда хочу согласиться, очень хочу! Но ты понимаешь, каковы могут быть последствия? Твой орден испокон веков ненавидел и презирал подобных мне.. А ты? Ты столько всего сделал для других, столько хорошего, заслуженно - за свои дела и поступки - приобрел безупречную репутацию.. я не хочу, чтобы ты потерял всё это из-за меня! Я не стою этого, не заслуживаю! Я.. На губы легла тёплая, даже горячая ладонь, а уши Второго Нефрита полыхали румянцем так ярко, что не заметить было невозможно. Сбоку опять послышались звуки чего-то разбившегося и сдавленная ругань - громко поносить Старейшину в присутствии Ханьгуан-цзюня не решались уже долгое время. Но тот сейчас был всецело сфокусирован на Вэй Усяне, так что недостойную лексику величественно проигнорировал. - Не важно. Важен только Вэй Ин, - упрямо качнул головой Лань Ванцзи, внутренне обмирая от ощущения влажных губ, касающихся кожи и рваного дыхания, щекочущего руку, - Вэй Ин, пожалуйста, вернись со мной в Гу Су. Там.. ..пусто без тебя. Грустно без тебя. Я скучаю, Вэй Ин. У Вэй Усяня заблестели глаза, а выдох, который заклинатель не успел подавить, был подозрительно похож на всхлип. Кто бы только знал, как он устал просыпаться в темной и неприветливой пещере от очередного кошмара, зажимая рот обеими ладонями, чтобы не разбудить а-Юаня. Как надоело каждый день бороться за жизнь, и днём и ночью копошиться в земле ради какого-никакого, а урожая, который можно было бы поделить между семьями и остаток продать. Как болело сердце от разлуки с родными и близкими, любимыми людьми.. Вэй Ин вздохнул и нежно погладил пальцы на своём лице, прося отпустить. Его послушались сразу же, беспрекословно, опаляя нутро жаркой благодарностью и желанием ещё раз почувствовать прикосновение к лицу. Но надо было закончить разговор. Ёжась внутри от почти непреодолимой потребности замолчать и согласиться на всё предложенное, Старейшина выдавил. - Лань Чжань, я ведь не один. На моей совести и ответственности целая ветвь клана Вэнь. Этим людям некуда идти и я за них отвечаю. Как бы мне ни хотелось уйти с тобой, я не имею права бросить их на произвол судьбы.. И снова не суждено ему было закончить! Потому что его внезапно и совершенно бесстыдно притянули в объятия, укрывая ото всех широкими белыми рукавами и прижимая к крепкой, широкой груди. Если бы Вэй Ин знал раньше, что из-за передряги в которую он угодил его обнимет Лань Чжань - сам обнимет, сам!- он бы вприпрыжку побежал навстречу неприятностям! Немного согнувшись для удобства, Усянь уткнулся носом в шею Лань Ванцзи, мысленно отмахиваясь от всех доводов разума, что так нельзя. Можно. Сегодня ему можно всё! Волосы на макушке чуть шевельнулись от слабого дыхания - казалось, что Второй Нефрит вдыхает через раз. Вэй Ин слегка поёрзал, ненароком мазнув щекой по нежной коже, ловя ответную тонкую дрожь. Лань Чжань наклонился, - из-за согбенного положения Вэй Ина пара цуней* разницы всё же была - касаясь прядей мягкими губами и оставляя лёгкий поцелуй, вместе с этим делая глубокий вдох, словно позволяя себе заполнить легкие едва заметным ароматом лотосов и сычуанского перца, что приятно пощипывал в носу. Была бы его, Ванцзи, воля, он бы дышал только Вэй Ином - настолько родным и домашним ощущался слабый запах, исходящий от сильного тела под его руками. Вэй Усянь, млеющий в кольце надёжных рук, замер испуганной птичкой, боясь спугнуть редкие мгновения ланьской открытости - не каждый день Лань Чжань так "истинного себя", не скованного путами правил, проявляет! От последовавших за этим слов по спине Старейшины промаршировал поток колких мурашек, а внутри всё обмерло, не веря, что услышанное им сейчас - правда. - Вэй Ин. Я поговорю с дядей и братом об принятии их в клан Лань. Неверяще глядя в янтарные глаза, наполненные внутренним ярким и нежным светом, Вэй Ин сглотнул горький ком и почти прошептал, еле ворочая языком. - Лань Чжань, Лань Чжань.. как же это.. мне казалось, ты меня лютой ненавистью ненавидишь.. Уголок глаза Лань Ванцзи дрогнул, а сам обладатель очей глубоко вздохнул, собирая кусочки прежней картины мира. Осознание накрыло подобно лавине - всё это время Вэй Усянь категорически отказывался не потому, что не хотел, а потому, что боялся. Боялся запятнать собой светлый облик Ханьгуан-цзюня, боялся создать ему сложности, боялся вызвать ещё большее отторжение, боялся за благополучие оставшихся без крова людей и не мог бросить их, зависящих от него, последних в своём роду Вэней.. боялся его ненависти. - Вэй Ин, нет. Я никогда не ненавидел Вэй Ина, - Второй Нефрит был твёрд в своих словах и уверен в мыслях. Да, он бывал раздражён или раздосадован выходками Вэй Ина, да, он периодически смущался и пребывал в смятении от его бесстыдных слов. Но ненавидеть.. он никогда бы не смог. Глаза Старейшины Илина влажно заблестели и мужчина быстро сморгнул предательскую влагу - только расплакаться, подобно молодой госпоже, не хватало! Сердце в груди сошло с ума, мечась, словно пойманная бабочка, отстукивая неровный ритм. Но все проходило мимо - серые глаза впились в спокойное лицо, а хриплый, наполненный уязвимой надеждой голос спросил, чуть дрогнув в конце. - Лань Чжань.. ты.. это правда? Ты с-серьёзен сейчас? Тонкие брови прихмурились в недовольстве, во взгляде блеснула тень растерянности, которая, впрочем, быстро сменилась решительностью. - Мгм. Я серьёзен. Как ни пытался Вэй Ин взять себя в руки, одинокая слезинка всё-таки скатилась по щеке, незамеченная никем, кроме Ванцзи, что стёр её большим пальцем, сетуя про себя на невозможность собрать солёную влагу губами. - Лань Чжань, ты не представляешь, как это важно для меня! Я действительно могу привести их?! Как чудесно! А ребёнок? Я могу взять с собой а-Юаня? Я не могу его бросить, я обещал вернуться! - затараторил оживший Вэй Усянь, лихорадочно продумывая, что делать, если Лань Цижэнь даст им от ворот поворот, - А.. а старики? Для них в Гу Су будет слишком холодно! Как же.. как же быть-то, а? Надо признать, о подобном уважаемый Ханьгуан-цзюнь не подумал - решение было не по-ланьски импульсивным и сиюминутным, что для Второго Нефрита произошло впервые. От этого кончики ушей ярко вспыхнули - стыдно было признавать, но никаких идей, кроме как сшить для старшего поколения утеплённые одежды, в голову не приходило. Да и копошащийся под боком Вэй Ин трезвости рассудка не добавлял. В раздумья обоих резко вклинился сильный и зычный голос, заставляя вздрогнуть Вэй Ина и недовольно сжать того в объятиях сильнее Лань Ванцзи. - Клан Юньмэн Цзян с радостью примет почтенных лекарей к себе, в Пристань Лотоса, - с ухмылкой в сторону Цзинь Гуаньшаня почти пропел Цзян Ваньинь, скосив глаза на старшего брата, - даже при условии, что не все знают лекарское дело, мучить пожилых людей ниже достоинства истинного заклинателя. Тем более, Вэй Усянь по-прежнему мой брат, пусть и находится вне ордена. Не имеет значения, где он, он всё равно не чужой мне человек. - Цзян Чэн.. - как-то по-особенному ранимо протянул Вэй Усянь, глядя на младшего брата такими глазами, что шиди подавился и закашлялся, краснея, как от ядрёных специй в рисе. - Шисюном звать не буду, и не надейся! - гаркнул смущённый выражением благодарности Глава Цзян, за гневливостью скрывая облегчение. Как он мог думать, что Вэй Ин действительно бросил его? Ведь правда, какая разница, как расходятся их пути, они всё равно были и остались одной семьёй. Не было сомнений, что Вэй Усянь всегда придёт к нему на помощь. А Вэни.. а что Вэни? Вэй Ин всегда был таким - очертя голову и не жалея живота своего кидался всех слабых и обездоленных спасать. Человек такой, порода такая - не может в стороне стоять и втихую за чужими спинами отсиживаться. - Значит, решено, - прозвучал спокойный голос Лань Сичэня, который с теплом смотрел на счастливого брата (и что, что кроме него счастье Лань Ванцзи никем замечено не было? Так даже лучше!), улыбаясь нежной и чуточку довольной улыбкой, - Орден Гу Су Лань берёт к себе всех способных обучаться и тех, кто захочет жить или работать на территории Гу Су, а орден Юньмэн Цзян - людей преклонных лет, имеющих проблемы со здоровьем и невозможностью жить в гористой местности. - Брат.. - Ванцзи, я более, чем уверен, что господин Вэй не стал бы вступаться за недостойных людей. Во времена своей учёбы он проявил себя благородным и справедливым человеком, несмотря на некоторые.. отступления от правил. Обсуждение с дядей излишне, мы с ним всё обсудим позже. Вэй Ин прыснул и закашлялся, тщетно пытаясь скрыть смех. Он и раньше подозревал, что старший брат Лань Чжаня к правилам ордена относится критично и с изрядной долей скепсиса, но лишний раз получать этому подтверждение оказалось очень весело. - Благодарю Главу Ордена Лань за оказанное доверие, - поклонился он, пряча смешливые искорки в серых глазах, смиренно опуская очи долу, - я приложу все усилия, чтобы не потерять его. - Нет нужды, - по-отечески мягко заверил Лань Сичэнь, наслаждаясь искрящимся от распирающих его изнутри чувств Лань Ванцзи, - я доверяю Ванцзи, а он никогда бы не стал защищать того, кто этого не заслуживает. Кончики ушей запекло, а полный укоризны взгляд Первый Нефрит "не заметил", получая удовольствие от выражения полнейшего недоумения на лице Вэй Усяня. Да простит его брат, но дразнить их обоих было так забавно! - Решено, - повторил Цзян Чэн и встал, - я отправлю адептов в ближайшее время, чтобы начать сборы и переезд как можно скорее. Отдам распоряжение, и для твоих людей построят отдельное поселение, поближе к землям клана Лань. Я думаю, это будет разумно - многие захотят навестить родичей. С позволения Цзеу-цзюня, конечно. - У вас есть моё разрешение, Глава Цзян, - чуть наклонил голову Лань Сичэнь, скрывая за полуопущенными ресницами озорной огонёк. Вэй Ин переглянулся с Лань Чжанем и они оба пришли к одному и тому же выводу - сговорились, значит! Правда, Лань Чжань особо впечатленным не выглядел, но, право, когда было такое, что по его лицу можно было что-то с лёгкостью прочесть? Этим даром обладали единицы, но Вэй Ин был не прочь пополнить их ряды, набираясь практики в совместном с Ванцзи быте. Цзинь Цзысюань, любуясь на пару таких разных и непохожих заклинателей, попутно шикнул на по-прежнему возникающего Цзысюня - ну, не умеет человек проигрывать и поражение принимать. Всё вручную объяснять приходится - старинным методом братского подзатыльника и целебного мотивирующего пинка. Такова его тяжёлая доля старшего в семье. Мужчина в золотом поднялся, замечая взгляды Вэй Усяня, направленные на выход. Он хмыкнул - ему бы тоже захотелось поскорее убраться из этого рассадника противоречий. Одновременно с ним поднялся и отец. Цзинь Цзысюань не сдержал довольный хмык - Верховный заклинатель был раздосадован больше, чем хотел показать, острое разочарование ощущалось даже в воздухе. Наследник клана Цзинь торжествующе прикрыл глаза - наконец-то и его самого нащелкали по носу, как деревенского мальчишку, чтоб не зазнавался. - Орден Ланьлин Цзинь приносит свои извинения Старейшине Илин за поспешность и ложные обвинения, - зубы Главы еле слышно скрипнули от недовольства, но сделать он ничего не мог. Добыча ускользала сквозь пальцы юркой рыбкой, а поймать её обратно сейчас не было никакой возможности. - Орден Цзян со своей стороны будет требовать компенсации, - ухмыльнулся Глава Цзян, складывая руки на груди и угрожающе потрескивая фиолетовым кольцом-молнией. От него шарахнулось в стороны несколько адептов, в пылу разборок нечаянно подвинувшиеся ближе, чем следовало - получить легендарным Цзыдянем не хотелось никому. - Обсудим этот вопрос лично, - согласно кивнул Цзинь Гуаньшань, раскрывая веер и нервно обмахиваясь им, дабы скрыть кислое выражение на миловидном лице. - Позвольте сопроводить вас, господа, - подал голос Цзинь Цзысюань, желая лично переговорить с Вэй Усянем без присутствия кого-то из дражайших родственничков. - Благодарю ниши*, но беспокойство излишне, - сдержанно отозвался Вэй Ин, прикрывая глаза и пряча озорные огоньки. У Цзинь Цзысюаня сперло воздух в горле, а в груди отдалось теплом. К-как он его назвал? Наследник золотого клана перевёл обескураженный взгляд на Главу Цзян, но тот выглядел точно таким же шокированным, как и он сам. Прокашлявшись в кулак, Цзинь Цзысюань с достоинством ответил, огибая столик и направляясь к Главам Цзян и Лань, рядом с которыми стояли Лань Ванцзи и Вэй Усянь. - Я настаиваю, цзефу*, - как-то мягко, по-домашнему отозвался заклинатель в одеждах с пионом, чувствуя, как внутри отпустила какая-то пружина. В глазах Вэй Ина он прочел все кары небесные, если посмеет ещё хоть раз обидеть жену, но одновременно с этим его как бы.. приняли в семью? - Что же, не буду спорить с дорогим зятем, - добил всех окружающих Вэй Усянь, сияя улыбкой, а потом сверкнул алой искрой в глубине зрачков, - что я с тобой сделаю, если шицзе расстроится, сам знаешь. Но нам и правда пора прекратить огрызаться друг на друга. - Я принят в семью? - хмыкнул Цзисюань, озвучивая мысли, и получил лёгкий тычок в бок. - Ты давно принят в семью, придурок. Только теперь принят полностью, - проворчал рядом стоящий Цзян Чэн, как показалось, одновременно с досадой и облегчением, - раз уж Вэй Ин принял, то считай, ты у нас свой со всеми потрохами. - Которые я быстренько достану, если с шицзе что-нибудь случится, - не преминул напомнить сияющий удовлетворением тёмный заклинатель, по-прежнему не вылезая из рук Лань Ванцзи. А тот и не думал его куда-то отпускать. - Вэй Усянь, ты!. - ответом Цзян Ваньиню был громкий и звонкий смех мужчины в сером одеянии. - Прошу прощения, что прерываю беседу, но мне кажется, что молодым господам лучше будет удалиться в свои покои, чтобы все личные вопросы обсудить там, - тихий голос Главы Лань вклинился в разговор свежим ручейком, остужая радости и восторги, что было как нельзя кстати. Вэй Ин согласно кивнул и поклонился, проявляя долженствующее уважение. - Благодарю Главу Лань за совет. Но я не планировал задерживаться здесь. - Понимаю. Но увы, погода ещё не совсем пригодна для полетов, тем более дальних, - мягко напомнил Лань Сичэнь. Чего он не ожидал, так это того, что Вэй Усянь пренебрежительно фыркнет и помотает головой. - А зачем лететь? Тут идти всего ничего! Вот только Вэнь Нина заберу, и отправимся. Но его планам помешал Лань Чжань, крепко обнявший его и засопевший на ухо сердито, как маленький недовольный ежонок. - Лань Чжань? - Нет. Не пущу. Полетим вместе, позже. Я отвезу, - с паузами, явно борясь с собой, пробормотал Лань Чжань, выдыхая. Нет, он Вэй Ина одного больше не пустит! Мало ли, что может в пути случиться? А вдруг опять кто-то мстить явится? Он лучше рядом побудет, на всякий случай.. - Значит, решено. Я провожу вас до уединенных комнат, а там мы все вместе выпьем чаю и обсудим вопрос компенсации клану Цзян, - нарочито громко ответил Цзинь Цзысюань, стараясь не обращать внимания на давящегося новым приступом хохота Вэй Ина, хотя самому тоже хотелось хохотнуть. Да уж, докатился - наследник ордена Цзинь в сговоре с юньмэновцами! Вэй Усянь, наконец отлипнув от надёжной фигуры Ханьгуан-цзюня вышел вперёд и церемонно поклонился, решив соблюдать таки какие-никакие приличия перед уходом из этого клубка ползучих гадов. Цзян Чэн, Лань Чжань и Цзинь Цзисюань откланялись раньше, а Лань Сичэнь сообщил, что присоединится позже - хотел что-то обсудить с присутствующим тут Не Минцзюэ. - Прощаюсь с почтенными участниками Совета и Главой Ордена Цзинь, - хмыкнул он, а после, позволяя залить тёмной энергии глаза краснотой, ухмыльнулся, посылая мурашки по телам всех присутствующих, - и впредь прошу не забывать, с кем вы имеете дело. Следующее такое оскорбление, если оно произойдет, я не стерплю столь легко. Позволив тьме в последний раз лизнуть подол своего ханьфу, темный заклинатель развернулся, летящим шагом направляясь к уже ждущим его у дверей заклинателям. Там его встретили обеспокоенные янтарные глаза, выискивающие малейшие признаки опечаленности или расстройства. Вэй Ин улыбнулся - так же, как в юности, на обучении в Облачных Глубинах, и сердце Ванцзи сбилось с ровного ритма. За их спинами с треском захлопнулись двери, отрезая от толпы сплетников и отсекая любое шипение оставшихся по ту сторону злопыхателей. Но никто не обратил внимания, следуя за Цзинь Цзысюанем вглубь Башни Кои и её павильонов. Им было, что обсудить, было, над чем подумать. А всё остальное пока второстепенно. Вэй Ин улыбнулся, находя руку Лань Чжаня и сжимая кончики его пальцев, чувствуя ответное сжатие. Сейчас рядом с ним Лань Ванцзи и Цзян Чэн, а значит, можно ненадолго отпустить ситуацию и насладиться прогулкой в приятной компании. Вот бы ещё увидеть племянника и шицзе.. Так их маленькая процессия продвигалась вглубь, на время оставляя заботы и любуясь видом на сад из ажурных переходов. Их всех вскоре ждал серьезный разговор..