Бутерброд

В продолжение, стоит добавить, что в кого из воздыхателей Мидории не плюнь, самомнения у них было едва ли ни как у приснопамятного Учихи.

Бубка Гоп, «Сакура Шигараки»

***

С тех пор как Изуку Мидория поступила в Юэй, людей — и парней в том числе — в ее окружении заметно прибавилось. То были и друзья, и коллеги, и знакомые, и однокурсники с других факультетов — другими словами, в старшей социальная жизнь заиграла новыми красками. И поначалу Мидории это даже нравилось: ее (почти) никто не задирал, каждый обеденный перерыв весело проходил в компании друзей, да и групповые проекты стало выполнять проще, а главное — гораздо интереснее. Нравилось. Пока она не начала замечать странное поведение некоторых знакомых. — Пойдешь со мной в кино на этих выходных, Изуку-чан? Мидория, до этого преспокойно жевавшая свой салат, поперхнулась, после чего, пытаясь откашляться, подняла взгляд на парня, который чуть не убил ее своим вопросом. Перед ней, сияя своей белоснежной улыбкой в тридцать два зуба, стоял самый популярный третьекурсник академии. — Эм, спасибо за предложение, Тогата-семпай, но я, пожалуй откажусь, — все еще слегка удивленная этим «внезапным» предложением, отказала парню Изуку. Девушка скептически огляделась вокруг, все еще думая, что блондин над ней издевается, а какой-нибудь его одноклассник там все это снимает на камеру. Но таковых рядом не обнаружилось. — Жаль, Изуку-чан, — третьекурсник сразу поник, и Изуку уже засомневалась, что это мог быть пранк, но потом парень тут же воспрял и спросил: — Тогда что насчет следующих? Там как раз выходит продолжение саги о «Героя без плаща»! — У меня уже есть планы, — замялась девушка, встречаясь взглядом со вторым самым популярным третьекурсником академии — Тамаки Амаджики, который медленно подошел к парочке. После чего, взяв свой поднос, Изуку резко встала из-за стола. — Простите, Тогата-семпай, не получится. Давайте потом это обсудим. — Изу-… — Пока Тогата-семпай, Тамаки-семпай! — И, не дав блондину и слова вставить, девушка попрощалась и ушла в сторону пункта сдачи подносов. — Пока-а… — грустно выдохнул Мирио, неловко помахав рукой на прощанье. — Что ты делаешь, Мирио? — спросил у блондина Амаджики, посмотрев сначала на спину удаляющейся девушки, а затем вопросительно уставившись на друга. — Ах, как я завидую тебе, Тамаки, — вместо ответа, вздохнул Тогата. — Тебя-то она назвала по имени.

***

— Мидория. — Изуку вопросительно посмотрела на блондина, слегка удивленная тем, что он обратился к ней по фамилии. «Что-то здесь не так,» — сразу подумала девушка, а шестеренки в голове закрутились с удвоенной силой, чтобы увеличить вычислительную мощность и найти объяснение такому необычному поведению парня. Монома — а это был именно он — стоял перед ней весь очаровательно порозовевший и неловко мялся с ноги на ногу. — Хочешь сходить со мной в ботанический сад? — спросил он, вытаскивая из кармана два билета. — Тебе ведь нравятся цветы? — по крайней мере, Кендо ему сказала, что почти всем девушкам нравятся цветочки. Так что он надеялся, что Мидории тоже. — Можем сходить вместе и посмотреть! — Конечно, нравятся! — Изуку улыбнулась, и Нейто уже мысленно поблагодарил Кендо за ее женскую мудрость. Но следующая фраза быстренько вернула его с небес на землю. — Хотя я была там на прошлой неделе, и они все еще не выставили мои любимые. — А какие твои любимые? — сразу же ухватился за ниточку блондин. Даже если он уже потерял свидание в ботаническом, то он мог бы хотя бы отправить любимые цветы девушки курьером и сделать ей приятный сюрприз. Изуку наверняка оценила бы. И в кое-то веки поняла бы намек. — Кактусы! — ответила зеленовласка, а Монома лишь неверяще похлопал глазами. — Правда они прелестные? Нейто бы даже спросил, не шутит ли она, если бы не искренний тон и горящие глаза девушки. Ладно, 1-0 в пользу Мидории, а сам он уже потерял всякую надежду сводить ее в ботанический сад и прилегающий к нему музей. Но это не значит, что он был готов проигрывать в войне после одного неудачного боя. — Тогда что насчет животных? — спросил парень. Точно, Мидория наверняка любит и животных тоже! Она сама напоминала ему милого пушистого крольчонка своими мягкими кудрями и большими глазами. — Там как раз родилась маленькая пандочка! — продолжал блондин. — Хочешь сходить вместе и посмотреть? Вместо ответа Мидория лишь задумчиво приложила ручку к губам. — Да, наверное, она и правда милая, — согласилась девушка, но без особого энтузиазма. — Тебе не нравятся животные? Или панды в частности? — заметив отсутствие реакции, спросил Монома. — А какое животное твое любимое? — Кораллы. — Тут же ответила Изуку. — Они прикольные. Даже не сразу веришь, что они — на самом деле животные, правда? — засмеялась девушка, пока сам Монома был готов плакать. — Да, прикольные. — Устало выдохнул парень. — Тогда что насчет океанариума? Изуку задумалась на секунду, но затем растерянно посмотрела на него в ответ. — А разве он не закрыт на ремонт? Ладно, 3-0 в пользу Мидории.

***

— Деку, ты идешь со мной в библиотеку после уроков. — А можно не надо? — выдохнула девушка, зная, что простой отказ сейчас затянется в получасовую перепалку. Киришима, Серо и Денки, стоявшие позади Бакуго, нервно переглянулись. — Эй, Баку-бро, пойдем с нами! У нас как раз промежуточные экзамены на следующей неделе, — вмешался красноволосый, пытаясь ненавязчиво утянуть Бакуго в сторону от девушки. — Боюсь, Мидория-чан будет только отвлекать тебя своим красивым лицом. — Ах ты дерьмоволосый! — начал возмущаться Бакуго. — Оу-оу-оу, — присвистнул Серо, со смехом наблюдая за развернувшейся сценой с заднего плана вместе с Денки. — Эйджи, ты там осторожнее со словами! Только Мидорию, кажется, совсем не волновал ни балаган, ни невинный флирт. — Спасибо, Эйджиро-кун, за помощь, — мило улыбнулась девушка, даже бровью не поведя из-за комплимента, — но мне правда пора идти. Удачи вам на экзаменах, ребята! И, развернувшись на носочках, Мидория ускакала в сторону западного крыла академии, оставив четверых парней молча провожать ее взглядом до тех пор, пока она не скрылась за лестничным поворотом. — Бакуго, ты сильно не расстраивайся! — попытался приободрить друга Каминари, хлопая того по спине, за что сам получил по башке. — Лучше позови ее на свидание! — Тц, — блондин лишь цокнул на данное замечание. Не говорить же Каминари, что его предложение погулять уже отвергли, а попытка затащить девушку в библиотеку хотя бы под предлогом поучиться вместе была последней попыткой хоть как-то провести с ней время за этот месяц. И, пока Серо и Каминари пытались «утешить» своего друга, которого на их глазах жестоко отвергла девушка, никто из них не заметил едва заметную усмешку на губах Киришимы. Как и то, что она назвала его по имени.

***

Хитоши Шинсо всегда предпочитал наблюдать из тени и учиться на чужих ошибках. Он как рассудительный и неторопливый хищник предпочитал медленно, но верно загонять свою добычу в ловушку, при этом не давая той понять, что на нее ведется охота. Поэтому, зная, что его отвергнут, предложи он идею свидания в каком-нибудь месте как тот белобрысый петух по фамилии Монома или недо-Марио из Большой Тройки по имени Мирио, Хитоши в один прекрасный будний день подошел к девушке своей мечты с куда более продуманным планом. — На этих выходных пройдет комик-кон в честь дня рождения Всемогущего. — Начал парень совершенно будничным тоном, подсаживаясь за столик к Мидории, и, будто и не на что не намекая, достал из нагрудного кармана пиджака две цветные бумажки. — И у меня как раз есть два билета. Ну, или как он думал продуманным. Потому что в ответ Мидория вместо того, чтобы с восторгом согласиться на его предложение, достала уже из своего кармана три билета. — Круто, но у меня больше. Шинсо еще никогда не чувствовал себя настолько униженным. (И смотря на девичью усмешку, он даже на секунду засомневался, что речь вообще шла о количестве билетов.)

***

— Скрывать отношения — это так утомительно, — с театральным вздохом пожаловался Киришима, утыкаясь лицом куда-то в живот своей девушки, пока сама Мидория лежала, развалившись спиной на груди Амаджики, который облокотился о подлокотник дивана. Тамаки молча закивал, соглашаясь со словами красноволосого. Он тоже не был в восторге от того, что к его девушке клеится полшколы, когда он уже и так был вынужден делить ее с другим парнем. Повезло хоть, что этим парнем был Киришима, а не тот же Бакуго или Монома, например. — Но мы согласились скрывать их только потому, что ты сама этого попросила, — продолжал бурчать Эйджиро, одновременно млея от того, что руки Изуку нежно поглаживали его жесткие волосы. — И именно поэтому я вас и люблю, — сказала Мидория, наклоняясь, чтобы сначала поцеловать красноволосого, а потом поворачиваясь назад, чтобы поцеловать брюнета, который, пользуясь возможностью, сразу перетянул девушку на себя. — Только поэтому? — с игривой ухмылкой спросил Киришима, медленно наклонившись вперед и залезая руками под домашнюю майку девушки. — Не-е-ет, у меня завтра физра. — Мы всего разок, да, Тамаки? И это было пиздежом наглее чем их псевдо-отсутствующие-отношения на публику.

***

С тех пор как Изуку Мидория поступила в Юэй, людей — и парней в том числе — в ее окружении заметно прибавилось. И поначалу Мидории это даже нравилось. Нравилось. Пока она не начала замечать странное поведение некоторых знакомых. Она не была слепой, чтобы не замечать их заинтересованные взгляды или краснеющие лица, но и не была достаточно смелой, чтобы заявить миру о том, что она вообще-то уже в отношениях и с двумя парнями. К тому же, стоит добавить, что в кого из воздыхателей Мидории не плюнь, самомнения у них было едва ли ни выше крыши. Один только Тогата чего стоит, скромно взявший имя Лемиллион. А чего не Лемиллиард сразу? Да скромнее был только Всемогущий. Изуку не раз задумывалась, это ж какая уверенность в себе должна была быть, чтобы подростком взять такой псевдоним. И в который раз убеждаясь, как ей повезло, что оба ее парня были скромными, спокойными и были готовы потакать всем ее капризам — взять хотя бы то, что она хотела сохранить их отношения в тайне, пока к ней подбивали клинья десяток-другой однокурсников. А еще то, что они в первую очередь действительно желали стать героями, чтобы помогать людям и делать этот мир лучше, как и когда-то мечтала она сама. Наверное именно это ее и подкупило, и именно поэтому она сказала «да», когда через восемь месяцев после их знакомства Амаджики наконец-то соизволил ее заикающимся от волнения голосом и дрожащими руками пригласить ее в ботанический сад, где предложил ей встречаться. Или когда Киришима, весь красный как рак (с лицом краснее чем его волосы) предложил сходить ей в геройский парк развлечений и там же ее впервые поцеловал. Она выбрала их не только потому, что эти двое не гнались за лаврами и почестями, которых они были более чем достойны. Но и потому что в мире пиара, интриг и громких имен ей в первую очередь хотелось тишины, покоя и непубличной личной жизни.

***

— Мидория, ты мне нравишься. Давай встречаться? Признание Тодороки, как гром среди ясного неба, заставило Изуку поперхнуться йогуртом и чуть не умереть на месте от удушья. Хотя, стоит отдать парню должное, будучи самым младшим и социально неловким, ему все-таки хватило смелости сразу же высказать свою симпатию и предложить встречаться. Услышь его Эйджиро, он бы, возможно, даже назвал бы его «мужиком». Если бы не одно «но»: — У меня уже есть парень, — ответила девушка, вытирая капли йогурта с подбородка. На мгновение гетерохром растерялся, но быстро нашелся, что ответить: — Я готов стать вторым. — У меня и второй есть. Но и это не остановило Шото: — Я могу быть третьим. Теперь заколебалась уже Мидория. Но ненадолго. — Я подумаю.