Семейное положение: всё сложно

Лена вышла на лестничную площадку, таща за собой потрепанную сумку на колесиках. — Давай хоть до автобуса провожу, — предложил Андрей. — Следи за детьми. Лена закрыла дверь, и Андрей почувствовал облегчение. Слава богу, что ушла, теперь дышать станет легче. Игорь с Глебом катали по полу машинки, вполголоса переговариваясь на смеси русского и одним им понятного близнецового. Андрей сел рядом, взял в руки зеленый трактор, покрутил задумчиво колеса. Лена бы сказала, что он пытается за пять минут искупить долгие месяцы невнимания. Игорь решительно поставил машинку на отцовское колено, проехал ею по джинсам и футболке, добрался до шеи, встал и продолжил движение вверх. Резиновые покрышки прокатились по уголку рта, пластиковый борт мазнул по носу. Андрей на всякий случай прикрыл глаза рукой, и близнецы радостно засмеялись. Кажется, Лена всё же преувеличивала. Мелкие не забыли отца, не стеснялись и не смущались, всё ещё считали его частью семьи. А Лена — уже нет. Вся недавняя любовь растворилась в горечи, сковывала движения, взгляды, жесты. Никаких касаний, никаких лишних слов, будто от любого неосторожного действия сойдет лавина. Андрей лег животом на ковер и закрыл глаза. Близнецы усердно возюкали по его спине машинками, хохотали, когда он непроизвольно дергался, и старались снова проехаться по самым чувствительным к щекотке местам. Это было даже приятно. Нет, не бесцеремонные тычки под ребра, не впивающиеся в тело покрышки, а сам факт, что мальчишки вот так висли на нем, не боясь помешать и разозлить. Андрей зажмурился покрепче, не давая себе думать о Женьке. Всё будет нормально, он даже быстрее выздоровеет, если дома будут только Колька с Саней. Правда, завтра им на учебу, но то завтра… В заднем кармане завибрировало, и Андрей попытался вынуть телефон, не сбросив со спины детей. Чья-то рука услужливо вытащила телефон, уронила его на пол, подобрала, снова уронила. Потом телефон сунули Андрею: — На! — Спасибо, — пробормотал Андрей, и близнецы заливисто захохотали. Разумеется, вызов уже превратился в пропущенный. Увидев имя звонившего, Андрей всё-таки стряхнул с себя близнецов и сел. Неужели что-то случилось? Он ткнул пальцем в экран, всё ещё надеясь, что ничего страшного не произошло. Саня ответил сразу же. — Что случилось? — спросил Андрей. — Ты же сегодня не вернешься? Вообще-то Андрей ничего такого не говорил. Он и про сессию Лены не упоминал, решив, что проще будет всё разгребать постепенно. Женьку оставил на Саню с Колькой, Лену проводил, за близнецами приглядывает, а там видно будет. Санин вопрос заставил насторожиться. — Что вы там задумали? — Вечеринку с коксом и шлюхами, — бодро подсказал Колька. Значит, вдвоем звонят. — Ничего, — сказал Саня. — Просто я завтра в школу не пойду, вот предупреждаю. Напишешь потом записку? — С какой это радости ты не пойдешь? — возмутился Андрей. По ту сторону выразительно молчали, и до Андрея дошло. — Я приду. Прямо с утра, — пообещал он, слабо представляя себе, куда денет мелких. Где-то на заднем плане закашлял Женька. — Лекарства давали? — спросил Андрей. — Давали, — вздохнул Саня. — Ладно, племянникам привет. Андрей убрал телефон в карман, оглянулся на сыновей, деловито потрошивших Ленин фикус, представил себе, какая веселая ночь предстоит братьям. А вдруг Женьке станет хуже? По ночам всегда хуже. Андрей вынул из-за шкафа синий икеевский пакет и поставил его на ковер. — Так, парни, собирайте игрушки, мы идем в гости.