Типичный "серый" день, "обычной" пары

— Утро начинается не с кофе, я так понимаю? — на кухню вошел сонный Пик, вяло перебирая длинными ногами пытаясь просто не свалиться, что для него было раз плюнуть. — Оно как раз начиналось с кофе, вот только штукатурка решила обвалиться около меня. Нам обязательно было переезжать в такую квартиру? — Куромаку опять немного холоден и обеспокоен, видно просчитывает проценты падение этой хреновины на него. Эх, стальные бы ему нервы. — А ты хочешь жить с остальными придурками, и этим сраным Нечитайло? — Пиковый не любил глупые вопросы, а этот посчитал как раз таким. Ну не мог он терпеть, Треф это знает и понимает, но все равно вечно лезет со своим: «Как мы могли переехать сюда, уму непостижимо!» — Не особо, но мы могли бы немного подождать. — Ты знаешь, я ждать не люблю. Когда есть возможность, я должен был ее использовать. Восемнадцать не только мне исполнилось, за такую цену ее бы даже Ромео начал пытаться получить! — когда дело идет о перекрытии его свободы, то тот не обязан оставить другим шанса. В той обстановке он был глубоко зол и подавлен. — мы это обсуждали, Куромаку. Ты сам принял решение. — Ты знаешь из-за чего. Пиковый король. — Куро немного нервно держал кружку наполненную кофе. Специально для него, как гласил Пиковый. — Я просил, не надо так меня называть. Мы не в заточении. Мы не там. Не хочу иметь ничего общего с этими картами, мастями… Этот ненужный обрубок жизни. А ведь тогда почти началась война. Нас спасли… Даже не я. — Не имеет значения. — Отпив немного, резко и твердо проговорил он. — Это все совершенно неважно! — Ну и что же конкретно, Трефовый? — колкостью на колкость, соль на свои раны они могут сыпать долгое время, а потом старательно пытались стереть эту боль, страдания… — То что спас нас не ты. Это просто обычная случайность, так получилось… Тебя за это никто никогда не осудит, прими это. — Треф опять старается немного поддержать того. Он помнит все это, ведь будучи в центре событий сложно забыть. Да даже себя простить идиота! — Как бы то не было. Просто все это карточное заточение было ужасное, через два года на половину причиной этому являлся ты. Хотя, во многие моменты отдаю должное. — Пик неторопливо уселся на против парня, разглядывая голую стену позади него. Даже это лучше, чем карточный мир. — Почему это? Что со мной такого, почему ты так не хотел там быть. — И так. Странно, что ты этого не осознал, но говорю. Помнишь то чёрное пространство? Так вот, для кого я был «подозрительным элементом». Я мог тебе это простить, не спорю. Но, хей, я иногда думал про кое-что другое касаемое с тобой. — речь Пика не такая выразительная, как он бы объяснял все это другому, а не своему ненаглядному. — я думал, что мы подружимся. Честно, без капли сарказма. А ты строил стены, казалось, больше купола. Так ненавидел, даже больше чем Федор. Ты ведь знаешь, то больно. Я не виноват, что у меня с «Рождения» моська «не Такая». — Мгх. Помню такое. — сероволосый ведь не отрицал это. Наоборот, скорее как странный бесценный опыт непростых, но крайне занимательных взаимоотношений. — Я ведь просто хотел свободы. Строил государство по большей части ради того, чтобы просто не умереть. Да и вы были бы недовольными, не построив я Империю. Какие я там здания строил, ты бы видел! Огромные, высокие. Люблю архитектуру. Однако ни небоскребы, ни те темные и пугающие, но по своему красивые фиолетовые виды с облаками, да даже миллионы жителей. Это не могло бы заменить мне этот мир с этой свободой. Ни в какое сравнение со сферой! Нужны мне были ваши войны. Я же злой такой, хотя это лишь другие взгляды на жизнь, небольшая вспыльчивость. — тот говорил тихо, то было небольшой тайной, которой он обязан был поделиться, как бы тяжело не было, партнеру надо учиться доверять. — Хоть по мне и не видно, но я всегда хотел извиниться за это перед тобой, правда. Я часто задумывался над твоими мотивами. По правде, в карточном в последнее время я это и делал. Я был наивным и тупым, как бы не хотелось признавать. Я не смог понять и принять такую довольно очевидную вещь, которая часто мелькала перед моим прямым носом. Я и правда ничего не понимаю в отношении с людьми. Прости меня за это, тот ад для тебя, который я сам ненароком успевал поддерживать. — Куромаку перестал пить, подойдя к стулу Пика сзади. Тот сидел немного сгорбившись и скрестив сильные руки, нервно поглядывая по углам старой двушки. Скоро они все исправят, ведь так? — Мгх. Все нормально. — протерев глаза и нос, проворчал бывший король Пик. — Наверное, хватит нам прошлого. Лишь рану твою огромную доковыриваем, словно специально. С тебя хватит. — на этом моменте Куро начинает тихонечко касаться холодными пальцами сильных плеч любимого, осторожно разминая их. В этих прикосновениях всегда присутствовала любовь, было необычное тепло. — Думаю ты прав. — Щёки Пика стали алеть. К такому роду нежности он немного не привык, будучи со всем чёртовой недотрогой. — На 80%. Теперь мы не там, а здесь. У нас ещё вся жизнь впереди, мы не должны все время гнобить самого себя и других и сами обстоятельства в прошлом, как бы больно не было. — Да, у нас много работы. Работа и деньги есть, так что мы все сделаем лучше… — Я в тебе не сомневаюсь, Пик.