Вечное "люблю"-2

Время, казалось, ползло не быстрее улитки. Но вот, прошел час, два, три а из операционной не приходило никаких вестей. По большей части, мы хранили молчание. Лишь спустя почти четыре часа, Юми, похоже, утратила надежду и вдруг расплакалась. — Все бесполезно! — выдавила девочка сквозь рыдания. — Если к нам еще не пришли и не сказали об исходе операции, значит, уже не о чем говорить! Значит, Эрнесто мертв! — Юми! — воскликнула бабушка Далва, с укором глядя на внучку. Но та лишь закрыла лицо руками, горько рыдая. И это зрелище поразило меня до глубины души. Юми всегда, в самых, казалось бы, безнадежных ситуациях находила в себе силы их переносить. То, что теперь эта упрямая и своенравная девочка сдалась, стало для меня настоящим шоком. Ведь даже я, сидя здесь и утешая по мере сил своего парня, начала верить в успешный исход лечения Эрнесто. А ведь мне с самого начала было тяжело в него верить. Что же вся эта ситуация сделала с малышкой? Конечно, я не могла спокойно смотреть на ее страдания, поэтому отпустила руку Федерико, пересела к девочке и обняла. А для моего парня это как будто стало приличной встряской. Он вздрогнул и лихорадочно принялся искать меня глазами. А, обнаружив, поднялся и уселся рядом, вынудив Хельгу подвинуться. Меня очень тронуло, что возлюбленный был так зависим от моего общества, но больше я переживала за Юми. Мною в те минуты руководил поистине материнский инстинкт. Во что бы то ни стало, я хотела помочь этой малышке, поэтому сказала: — Юми, дорогая, послушай! Нельзя опускать руки раньше времени! Еще ничего не кончено! Будь с Эрнесто что-то не так, поверь, здесь бы уже давно все бегали и суетились! Скоро придет врач, и мы… Окончание моей реплики, однако, потонуло во всеобщем взволнованном крике. Я обернулась и увидела на пороге комнаты полноватого мужчину лет тридцати пяти в белом халате. Тот выглядел усталым, а лоб его покрывала испарина. Но улыбка доктора чуть ослабила тот тугой узел, который завязался у меня в груди после того, как Эрнесто увезли. Сердце тронула надежда. Вдруг парня все же удалось спасти? Вдруг произошло чудо, и он выжил? Такое чувство явно возникло не только у меня. Мы все, как по команде, вскочили на ноги, но вопрос задать никто не решался. Мне уже начинало казаться, что плохих вестей я просто не переживу. Наконец, врачу, похоже, надоела эта немая сцена, и он устало произнес: — Все хорошо. Операция прошла успешно. Опухоль удалена. Парень нормально все перенес. До тех пор, пока он не выйдет из наркоза, мы поместили его в реанимацию, но скоро переведем в обычную палату. С ним все будет в порядке, не волнуйтесь. Я чуть не расхохоталась во весь голос. Эрнесто был жив! Все хорошо! Господи, хвала небесам! Атмосфера в комнате заметно изменилась. Напряжение спало, а тревога исчезла. Тельце Юми расслабилось под моей рукой, и мы одновременно облегченно вздохнули. Федерико прикрыл глаза на минуту, а потом снова посмотрел на доктора и спросил: — Когда мы сможем его увидеть? В реанимацию пускают только близких родственников, — отвечал тот. — Но в данном случае наш пациент заранее попросил нас о том, чтобы с ним побыла его сестра, девушка и лучший друг. Федерико, Глория и Юми сделали шаг вперед. — Это мы, — сказал мой парень. — Очень хорошо, — кивнул врач. — Сейчас мы пройдем в палату интенсивной терапии. Остальные могут увидеть Эрнесто утром, а пока я вас не задерживаю. Все мы начали прощаться с теми, кто должен был остаться. Но к возлюбленному меня пропустили не сразу. Сначала я по очереди обняла Юми и Глорию, а затем только подошла к Федерико. — Я вернусь, как только он очнется, — пообещал мой парень, прижимая меня к себе. — В этом нет необходимости, — покачала головой я. Эрнесто много для тебя значит. Оставайся с ним до утра. — Уверена? — занервничал Федерико. — Пойми меня правильно, Вилу. Если я буду вынужден выбирать между тобой и… — Ты никогда не будешь поставлен перед таким выбором, — отрезала я. — Когда-то мы с Эрнесто поклялись друг другу в этом. Каждый из нас любит тебя по-своему. И ты любишь каждого по-своему. Эту любовь нельзя сравнивать. Я знаю, что сейчас тебе нужно побыть с Эрнесто. Ты весь издергаешься, если будешь вдали от него, пока не убедишься, что все в порядке. Оставайся. С этими словами, я нежно поцеловала возлюбленного в уголок губ и отошла, ободряюще ему улыбаясь. Тот посмотрел на меня с восхищением, как бы говоря: «ты — лучшее, что есть в моей жизни». Я сделала, по мнению своего парня, нечто удивительное, позволив ему остаться рядом с лучшим другом. Для меня это было само собой разумеющимся явлением, но для него стало еще одним поводом восхищаться мною. Тем не менее, даже Федерико пришлось оторвать от меня взгляд, когда Юми с Глорией шагнули к врачу. Мой парень торопливо догнал их. — Еще одно, — заявил доктор. Вы должны понимать, что, поскольку из вас троих родственником больного является только его сестра, мы все очень сильно рискуем, позволяя находится рядом с ним другу и девушке. Поэтому очень прошу вас, если кто-то зайдет в палату, представляться его сестрами и братом. Надеюсь, ни у кого не хватит ума проверить документы. Идемте. Все четверо вышли из комнаты, а Хельга провозгласила: — Ну, слава Богу! Все вроде благополучно? — Да, кажется, — согласилась Аврелия. — Тебя подвезти? — Нет, спасибо, — покачала головой молодая мать. — Я прогуляюсь. Хочу немного подышать, переварить радостную новость. Вилу, составишь мне компанию? — Да, с удовольствием, — кивнула я. Мне не хотелось возвращаться в пустую квартиру. И, честно говоря, я с трудом представляла, как дотяну до утра. Вне всякого сомнения, это будет самая длинная ночь в моей жизни. Но я должна была дать Федерико побыть со своим лучшим другом. Это было очень важно для него. Ничего, как-нибудь справлюсь. Мы с Хельгой, попрощавшись, скоро покинули здание больницы. — Ну, наконец-то можно свободно вздохнуть! — радостно воскликнула девушка. — Я, наверное, в последний раз так нервничала, когда Федерико попал в ту авиакатастрофу! — И не говори, — покачала головой я. — А мне было тяжелее. Сама на нервах, да еще Федерико успокаиваю. Думала, с ума сойду. — А я тобой горжусь, — заметила Хельга. — То есть? — опешила я. — Ты позволила Федерико остаться здесь до утра. Это было очень благородно. Достойно восхищения. — Да в чем же проявилось это благородство? И сам он тоже на меня с таким восхищением посмотрел, как будто я собственноручно сделала Эрнесто операцию! — А ты, действительно, не понимаешь, что сделала? — Нет! — Вилу, ты доказала Федерико, что доверяешь ему. Мало, какая девушка позволит своему парню провести всю ночь в другом месте. Кроме того, ты проявила уважение к его эмоциям и душевному состоянию. Показала, что тебе не все равно. Для него это очень важно. Я вздохнула. Это что же выходит? Сама того не сознавая, я заставила Федерико еще сильнее в меня влюбиться? Здорово, конечно. Вот только, по-моему, ничего особенного в этом поступке все равно не было. На моем месте то же самое сделала бы любая другая любящая девушка. Однако, наверное, Хельге было виднее. За то время, что мы общались, я осознала ее мудрость и привыкла рассчитывать на поддержку этой девушки. Мы стали довольно близкими подругами. А что до той ревности, которую я изначально испытывала к подруге парня, о ней мы уже и вовсе вспоминали со смехом. — Так что, Вилу, снимаю шляпу! — добавила моя подруга. — Ты умница! — Может быть, — согласилась я. — Но как теперь пережить эту ночь без него… — Будешь скучать? — Не просто скучать, Хел. Нет. Я даже не уверена, что смогу заснуть без объятий Федерико, в пустой постели. — Хочешь, переночуй у меня. — Шутишь? Если утром Федерико не найдет меня дома, он поставит на уши весь город. Нет, я, конечно, могу ему позвонить и предупредить, но дергать по пустякам, когда он сидит у постели друга, как-то не хочется. — Да, ты права. К тому же, я заметила, что в больнице не работает сотовая связь. — Работает, но только в некоторых местах. Так что я не смогу дозвониться до Федерико, пока он сам не найдет сигнал и не позвонит. Если позвонит. — Ну, конечно, позвонит! Думай, что говоришь! Он же пылинки с тебя сдувает! А ты только что дала ему почувствовать свою любовь. Никуда твой парень не денется. — Надеюсь. — Значит, так! Я тебя одну сегодня не оставлю! Ты уже вся бледная! И глаза уставшие! Короче. Мы сейчас идем ко мне, берем Ариану и ночуем все вместе у вас. Такой вариант тебя устроит? — Да, конечно! — Тогда вперед!