Я стану твоим проклятием

      Архангел влетел на огромных крыльях в свои покои в Небесном дворце. Неиссякаемая усталость читалась на его лице, на лбу залегла морщинка. Он сложил крылья и без сил упал в своё кресло. О, он был готов буквально раствориться в его мягких и таких, казалось бы, благословенных объятиях. Но что-то мешало ему забыться. Что? Ужасы только что завершившейся битвы? Или крики, эхом отдающиеся по всему дворцу? Бедные, бедные ангелы считают павших и раненых. Находят среди них своих мужей, сестёр, сыновей… Бессчетные смерти. «К чему всё это, никак не возьму в толк!» - думал Михаил, расслабившись в кресле. Или, быть может, ему мешает кровь, стекающая с обеих его рук и запачкавшая уже все белоснежные одежды архангела? Да, определённо она. Что ж, Михаил нехотя поднялся с кресла и прошествовал к противоположной стене своих покоев.       Покои величайшего из архангелов не отличались пышностью и роскошью. Наверное, аскетизм стал неотделимой частью его древней сущности. Из привычных вещей здесь только кресло, мгновенно вернувшее себе форму после сидения на нём Михаила. В остальном это огромное светлое помещение, потолок которого бесполезно даже пытаться рассмотреть. У одной из стен архангел примостил свой огромный красный меч. Он соседствовал с голубым. О, один карал, другой даровал милость. Из источника света в покоях – только одна купель, к которой и направлялся архангел. Кристально чистая вода переливалась голубым свечением. Руки Михаила упёрлись в оба края купели, а взгляд устремился в её глубь. Хоть вода и была кристально чистой, дна чаши видно не было. Михаил опустил руки в воду, и приятная прохлада, дарящая успокоение, разлилась по его телу. Да, это то, что было так необходимо ему сейчас – покой. Он прикрыл глаза в наслаждении, проводя длинными пальцами по воде, давая ей коснуться самых потаённых участков кожи рук. «Хорошо, кровь демонов легко смывается» - подумал Михаил.       - Демоны… - задумчиво протянул он.       И что ими движет? Извечный вопрос, на который Михаил не знал ответа. Или знал? Может, это действительно ненависть, привитая Сатаной другим исчадиям Ада? Исчадия… Какое громкое слово. А ведь многих из них Михаил когда-то знал, многие были его приятелями-ангелами… Были, пока Люцифер не взрастил в них эту ненависть, эту злобу не только к людям, но и к Отцу.       Михаил издал странный звук, похожий на рычание, и с силой хлопнул ладонью по воде. Покоя как не бывало. Может, стоит омыть лицо? Именно так Михаил и поступил. Нагнувшись так, что носа едва коснулась вода, архангел слегка улыбнулся. В такие моменты можно подумать, будто ему лет пятьсот, не больше… Но ему больше, больше во много раз… Михаил прикрыл глаза и с головой погрузился в воду. Вынырнув, он стёр с глаз воду и прошествовал к креслу. Да, теперь он мог расслабиться. Теперь от его рук не несло демонской кровью, в носу не свербил запах горящей плоти, а руки больше не тяготил меч…       Михаил снова отдался во власть мягкого, ему казалось – самого мягкого, кресла в мире и прикрыл глаза. Покой и темнота… Дремота уже накрывала его… Как ему было хорошо! Хорошо не как воину, только что выигравшему сражение, а хорошо как существу, уставшему от снедаемой мир злобы, как существу, служившему Добру многие тысячелетия, не смея попросить и дня отпуска…       Сны Михаилу снились неясные. Размытые образы Небес, и яркий слепящий свет, и Отец… Отец во плоти! И приснится же такое. И младенец… Здесь, на Небесах… Маленький малыш… Вот он уже и не маленький. Он видит руку, возводящую к небу огромный меч. Меч больше меча Михаила. А потом снова битва, и битва, и битва… Как он устал от этих битв! Но тут всё было по-другому. Слишком много ангелов, слишком много демонов, и… Снова этот меч, но уже двуручный! И Сатана. Сам Дьявол противостоит существу с этим огромным двуручным мечом… Мрак, тьма… Свет! Гармония, покой, торжество добра! Мир и согласие… То, чего так страстно желает Михаил…       Стук в дверь. Но архангел будто и не слышит, погружённый в свой такой прекрасный сон. Стук повторяется более настойчиво и громко.       - Вы там, Михаил? Вы меня слышите? – звонкий голос вырвал архангела из сна. На осознание ситуации ему потребовалось всего несколько секунд.       - Да, входи, - звучным баритоном ответил он. Михаил мог позволить себе обращаться здесь с любым на «ты». Ведь кто здесь есть старше и опытнее его? Только Отец. А что до остальных архангелов, так они равны здесь.       В покои Михаила вбежал молодой ангел, лет четыреста, не больше. То был Зафкиил.       - Достопочтенный Михаил, мне было велено разбудить Вас, - слегка дребезжащим голосом отрапортовал Зафкиил. Наверное, на данный момент, это его самое важное поручение за всю жизнь. Михаил устало взглянул на ангела.       - Сколько? – глубоким и проникновенным голосом спросил архангел. Кажется, молодой ангел чуть напугался.       - Ч-четыре года, - Зафкиил опустил взгляд в пол. Михаил лишь вяло выдохнул.       Он был готов проспать ещё столько же, лишь бы избавиться от усталости. Иногда он думал, на что ему вечная жизнь, если она сопровождается вечной усталостью? И ничто не может её излечить, устранить, да вырвать с корнем, если понадобится! Михаил разозлился, и не понятно, на что. То ли на разбудившего его так рано Зафкиила, то ли на свою усталость. Он резко поднялся со своего любимого кресла. Такой жест напугал юного ангела ещё больше, он отпрянул к стене. И тут произошло то, чего бедный Зафкиил никак не ожидал. Он услышал громкий гортанный смех. Михаил смеялся! При нём, при бедном Зафкииле! Кому не расскажешь – не поверят! Мало, кто видел хотя бы улыбку на лице архангела, а тут смех. Сейчас Зафкиил чувствовал себя самым везучим ангелом в Раю, а потому и на его прелестном лице заиграла улыбка.       - Ты говорил, тебе было велено разбудить меня, - смеха как не бывало, а голубые глаза Михаила впивались в глаза Зафкиила, - Кто велел?       - Р-рафаил, - пролепетал ангел. Михаил воздел руки к небесам, хотя, куда уж там вздевать – выше некуда! Раз уж даже Отец не спасёт его от несносного Рафаила, то уже никто не сможет, - Он п-перебудил всех Архангелов, - лепет Зафкиила снова привлёк внимание Михаила.       - А сам-то он не спал что ли? – пробормотал Михаил.       - Всего семь месяцев, - решив, что вопрос предназначался ему, Зафкиил скоро ответил.       - Хорошо, отправляйся к… - Михаил потёр пальцами переносицу, силясь не сказать чего-нибудь лишнего, - …Рафаилу и скажи, что я скоро буду.       Зафкиил, радостный, что не придётся терпеть общество этого угрюмого архангела ещё дольше, побежал выполнять своё поручение, не забыв ещё забежать к своим товарищам и рассказать о смеющемся Михаиле.       Михаил снова прошёл к своей купели, умылся и только сейчас понял, что он всё ещё в той окровавленной тоге…

***

      - И как скоро он разбудил тебя? – интересовался Гавриил, поравнявшись с Михаилом в сводчатом коридоре.       - Только что, - буркнул тот.       - Да, не повезло тебе, - Гавриил ободряюще похлопал друга по плечу.       Так они и дошли до огромного зала. Ну, то есть, это огромное облако, где находится немыслимых размеров мраморный стол. На одном конце облака прекрасные ангелы играют свои чистые мелодии на самых совершенных музыкальных инструментах. Во главе стола восседал Рафаил с широкой улыбкой на всё лицо. Гавриил и Михаил дошли до своих мест и почти покорно приняли свою участь.       - Братья мои! – завёл свою речь никогда не устающий Рафаил, - Я рад приветствовать вас всех здесь, - он неопределённо повёл дланью, - У нас есть дела, - улыбка исчезла с его лица, - Некоторые из вас, - он строго взглянул на Михаила, которому было, по большому счёту, всё равно, - Спали слишком долго, - Михаил только фыркнул, - И потому у нас накопилось слишком много дело…       Дальше Михаил не очень-то и слушал. Всё и так было ясно как день. Павшие, слишком много жертв, а вместе с тем и перебежчиков, будь они не ладны! Руины городов, которые нужно снова отстраивать… Конечно, Рафаил не преминул похвалить самого себя. Ведь он такой молодец – сделал кое-что в одиночку, пока все остальные пребывали в грёзах…       Казалось, эта мука длилась вечно, пока заветные слова «Вот и всё» не вернули Михаила к реальности. Архангелы стали расходиться кто куда. Михаил тоже уж было хотел покинуть это «совещательное» облако, пока прохладная ладонь не коснулась его плеча. Он думал снова воздеть руки к Небесам, но вторую такую глупую ошибку за день он не совершит.       - Михаил! Тебя я особенно рад видеть! – счастливый голос раздался из-за спины архангела.       - Брат мой Рафаил, скажи честно, зачем ты нас собрал? – устало обернулся Михаил.       - Сказать по правде, мне стало скучно, - Рафаил широко улыбнулся, а Михаил ничего другого и не ожидал. Уж слишком хорошо он знал Рафаила.       Внезапно что-то произошло, и Михаил начал выдавать какие-то не ясные ему самому слова, связанные в предложения, одно за другим. Он говорил и говорил несколько минут, пока он снова не вернулся к реальности. Михаил почувствовал, как опустился на облако. Кажется, в порыве этого он даже взлетел. Лицо Рафаила было напряжено, а Михаил категорически отказывался что-либо понимать.       - Что это было?       - Кажется, пророчество, - складка на переносице Рафаила стала ещё глубже.       - О чём?       - Погоди, его нужно записать, - Рафаил щёлкнул пальцами, и перед ним появились золотое перо и пергамент. Он что-то аккуратно выписывал, долго и кропотливо, - Читай.       Михаил принял из рук архангела пергамент, взглянул на бесчисленные вензеля и начал читать вслух:              - «Во дни смуты, во времена, когда Верхний мир погрязнет во мраке порока, - Михаил остановился. А разве он уже не погряз? Он отогнал от себя эти мысли и продолжил читать, - Когда грешные души неиссякаемой рекой будут литься во врата Преисподней, когда силы Ада и Рая станут настолько неконтролируемы, что Война будет неизбежна, когда всякое живое существо поймёт – Судный день близко - миру явится тот, кто сможет остановить это кровопролитие! Будет он из света, крови и плоти. Рождённый от Отца и ангела в любви, он станет обладателем невиданной прежде силы. И узрят они мощь Веры, и примут её, и падёт правление Сатаны, ибо будет он уничтожен чадом Небес, благословенным ребёнком. И наступят тогда гармония и процветание, и Спокойствие воцарится над Миром! Аминь.» - Михаил выдохнул. Кажется, он только что составил пророчество…

***

      В Преисподней царили мрак и непроглядная тьма. Жаром дышало всё вокруг. И каменные стены, и потоки лавы, и тела демонов. Слегка прохладно было только в покоях Сатаны. Именно туда отправился ангел-дезертир. Он шёл по коридорам Пандемониума под злорадный смех чертей и бесов. Демоны же смиряли его высокомерным взглядом, у иных при взгляде на бедного ангела глаза или волосы, или иные части тела начинали пылать огнём, выражая всю свою злость.       «Разве что ядом не плюются» - подумал ангел и, улыбнувшись своим мыслям, он зашагал ещё быстрее.       Он остановился у самых высоких дверей. Казалось, даже дюжина ангелов не сможет отворить их. Но нет, они отворились сами, приглашая его войти. О, ну конечно, Дьявол уже ждал бедного ангела.       Небожитель вошёл в обитель Сатаны. Высокая мрачная комната с преобладанием чёрного и красного цветов. А там и что-то нежно-розовое! Это девушка, на кровати Сатаны. Она, кажется не дышит. Ангел нервно сглотнул.       - Забавно, да? – откуда-то из-за левого плеча ангела раздался голос. Несомненно, красивый голос.       Звучный, мягкий и до жути проникновенный. Ангел подпрыгнул на месте, развернулся и увидел златовласого Сатану. Волосы его едва ли не касались пола. В левой руке он держал кубок с каким-то напитком, а в правой - прекрасной работы кинжал. Дьявол стоял у резного зеркала.       - Она, - Сатана указал длинным пальцем на лежащую на его кровати девушку, одетую в богатое, но довольно простое длинное розовое платье, - Сидела в своих покоях, резила о путешествиях и сражениях, - он захохотал, и смех его пробирал ангела до глубины души, - Желала столкнуться с истинным злом, - он подбросил в руках кинжал, взгляд ангела уцепился за это движение, и ему стало дурно. Дьявол заметил это, - О, ручная работа, кузнец, ковавший его, знал своё дело, - Сатана ухмыльнулся, а ангел зацепился за это зловещее «знал».       Дьявол испил из кубка, затем поставил его на стол, после чего одним движением руки отсёк свои прекрасные золотые волосы. Теперь они стали короче плеч. Неровно и довольно кустарно, но ему шло.       - Так намного проще, знаешь, - как ни в чём не бывало, продолжил Дьявол, - Но вернёмся к барышне. Она грезила о встрече с настоящим злом, думала, сможет побороть его. Правда, она думала, что настоящее зло – это те несчастные ведьмы, или, как они их называют, суккубы. Но жалкие людишки даже не представляют, на что способны настоящие суккубы и инкубы! – лицо Сатаны исказилось ненавистью и яростью. Ангел невольно отступил назад, - Но ты-то знаешь, верно? – Дьявол ухмыльнулся, - Ох уж это Средневековье, ох уж этот пятнадцатый век, - Сатана небрежно повёл руками и махнул головой, - Так вот, я ведь дал ей то, чего она хотела, показал ей истинное зло.       «О да, что уж могло сравниться с самим Люцифером, не ведьмы же!» - мелькнуло в голове у побледневшего ангела.       – Это верно, ведьмам до меня ещё ужасно далеко, - ангел и забыл совсем, что демоны мысли читать умеют, он невесело улыбнулся, - Ну и привёл я её сюда. Повезло, что она ни с кем в коридорах Пандемониума не столкнулась, - Дьявол хихикнул, - Привожу я её в покои, она так восторженно всё осматривает, а потом я ей и показал настоящего себя. Ну, знаешь, как меня в людских книгах рисуют. Рога, крылья, хвост и прочая ерунда… Так она, представляешь, - он засмеялся, безудержно так и искренне, - Умерла, от страха! – хохот Сатаны отражался от стен, создавая ну очень зловещую обстановку, - Ну как так? Я рассчитывал на веселье, а у неё так внезапно сердце остановилось. Я даже не успел свежей крови набрать, - Сатана кивнул на кубок, - После смерти, она не так хороша, но пить можно.       Бедный ангел был готов умереть на месте. Он, конечно, видел кровь – не зря ведь в битвах участвовал, но чтобы вот так! Молчание затянулось. Сатана попивал кровь несчастной девушки и изредка морщился, а ангел стоял и нервно заламывал пальцы. А ещё он думал, стоит ли ему самому обратиться к Сатане, или ждать, пока спросят? А вдруг он сочтёт бедного ангела слабохарактерным, и дальнейшая служба будет невозможна?       - Ты правильно думаешь, - нарушил тишину Сатана. Теперь его голос не был таким непринуждённо-весёлым как несколько минут назад, - Говори.       И тут, как назло, у ангела дар речи пропал.       - Я пришёл с-сообщить… - ангел явно сбивался с мысли от такого колоссального напряжения, - … Было пророчество, - Сатана явно заинтересовался, - Михаил составил его, - Дьявол изогнул одну бровь.       - Продолжай, - и ангел передал слова Михаила слово в слово. Теперь Сатана снова задумался.       «И что же будет дальше? Надеюсь, он возьмёт меня на службу… Это ужасно! Я предатель! Предал Небеса и Бога. Но что мне было делать! Я был в самом последнем эшелоне, мы вообще воевать не должны были! А эти треклятые демоны как-то и до нас добрались! Я смотрел в лицо смерти! Мне предложили сделку: моя жизнь в обмен на сведения с Небес… Я согласился…» - мысли ангела прервал голос Сатаны.       - Ты молодец, - Сатана повернулся к ангелу-дезертиру. Что-то замельтешило за его спиной. Хвост. Ох, не понравилось это ангелу, - Ты принёс мне важные сведения, - Сатана улыбнулся, губы ангела тоже дёрнулись в улыбке, - Как, ты говоришь, твоё имя? – Люцифер вновь отпил из кубка.       - Заф…       - Впрочем, не важно, - прервал ангела Сатана, - У трупов нет имён, - его лицо исказила злая усмешка.       Не успел ангел предпринять попытку бегства, как хвост Сатаны взметнулся вверх и вперёд и пронзил тело ангела насквозь. Затем ещё, и ещё, и ещё… Пока ангел не упал замертво. Сатана брезгливо поморщился, перешагнул через тело и ступил к центру комнаты.       Адский рык вырвался из груди Дьявола. Рык этот оторвал всех демонов, чертей и бесов от работы в Аду, прорезал тишину ночи Верхнего Мира, отозвался от стен Небесного города. Сатана рвал и метал, и теперь об этом знал весь мир.

***

      Михаила снова вырвали из объятий мягкого кресла. Только на этот раз это был не несносный Рафаил и не молодой Зафкиил. Архангел медленно открыл глаза. От стен всего дворца, и его покоев в частности, отражался ужасный возглас, преисполненный яростью, ненавистью и жаждой убивать.       Михаил поднялся с кресла и прошествовал к купели.       - Да, Люцифер, - Михаил провёл пальцами по водной глади, - Теперь ты знаешь, - конечно, Михаил не хотел, чтобы этот Падший ангел узнал так рано, - Что и на тебя найдётся управа, твоему беспощадному правлению наступит конец, Люцифер, и теперь ты знаешь, - Михаил устало улыбнулся и вернулся в своё кресло. Но сон никак не приходил.       «Он знает, он не остановится перед тем, чтобы найти обещанное чадо… Бедный ребёнок…»       - Всё будет в порядке, Михаил, - раздался звучный, глубокий и такой тёплый баритон. И всё вмиг стало таким несущественным. Проблемы словно бы испарились.       «Как бы я хотел, чтобы ты был прав, Отец…»       Под благословение Отца Михаил всё же предался сну…