И что?

      Воздух становится до жути горячим. В лёгкие кислород почти не поступает. Перед глазами всё расплывается. Сердце начинает биться сильнее и покалывать при каждом крике. Голос становится всё громче и громче, проходя эхом по комнате. — Не нравится мой характер?! Ну простите, что у всех людей он не одинаковый! Я в этом не виноват! Конечно, Ойкаву не сильно так волнует, что люди думают про его характер, но ему не безразлично мнение его лучшего друга на счёт себя. Особенно когда оно негативное. — Да господи, Боже! Ты можешь уже успокоится, Ойкава?! Да, у людей не одинаковый характер, но если он плохой, то его можно изменить! Что тебе мешает это сделать, Ойкава?! Твоё чёртово упрямство?! — Ах, поменять характер? — после этого последовал нервный смешок, — А зачем мне его менять?! Разве люди не уникальны?! И, что значит «плохой характер»?! Человек меняет его, в случае если, его что-то не устраивает в себе и это не внешность! Но мне то всё нравится в своё характере! Зачем мне его менять?! Скажи мне хоть одну причину, Ива-чан, хоть одну! — Тоору уже не в силах был сдерживать слёзы и они потекли по щекам, обжигая кожу, как будто, огнём. — А ты не думал, что людям не нравится твой характер?! Что они тебя терпеть из-за него не могут?! — Ну так это уже их проблемы! Разве ты не можешь этого понять, Ива-чан?! Ты думаешь, что я должен подстраиваться под других?! Всё грёбаное время?! А как же моя личность?! Моё мнение, мои вкусы? Почему так не работает в обратную сторону? Почему никто не подстраивается под меня? Почему так, Ива-чан? Почему со мной общаются и даже заводят отношения? По какой причине? — Ойкава постепенно переходил с крика на шёпот. — Тоору… Ты плачешь?.. — Ха! Гениальный ход, Ива-чан! Решил выкрутится за счёт моего имени? Нет… Так, Ива-чан, не пойдёт… — на лице появилась улыбка сумасшедшего, а из покрасневших глаз продолжали литься слёзы. — Боже, Тоору! Какой ещё ход?! — Ивайзуми обеспокоено посмотрел на своего собеседника. Хаджиме всегда беспокоился о друге и сейчас не исключение, — Так! Успокойся, Ойкава. Иначе у тебя начнётся истерика. — Я не успокоюсь, пока ты не ответишь на мой вопрос! — Да не ори ты так! Ты меня уже достал, своими истериками и криками! У меня уже силы заканчиваются тебя терпеть! — Так зачем ты меня терпишь, Ивайзуми?! Зачем тебе друг которого ты терпеть не можешь?! Если тебя достало всё, что я делаю, то избавься от меня! — Не могу я избавиться от тебя! — послышался хлопок дверью. Очередного ответа не последовало. Вместо него была лишь тишина.

***

— Всё, Ямагучи, хватит! — Но почему, Тсукки? — впервые за долгое время решил возразить Тадаши. — Да потому что ты меня уже этим достал, Ямагучи! — Чем? — Чем? Ха! Своим характером! Меня уже начинает бесить твоя чересчур огромная доброта! А твои доверчивость и наивность? — Но разве не эти черты характера наиболее важны в человеке? — Да, многие считают, что доброта важная черта характера, но у тебя её слишком много! И время от времени такое количество добра в человеке начинает раздражать. Плюс ты ещё и слишком наивный, и слишком доверчивый, и слишком вежливый. Ты как серая мышь. Тебя никто никогда не замечает. Тебя легко можно обмануть и обвести вокруг пальца, Ямагучи. — Я… Я тебя раздражаю, Тсукки?.. Из-за моей доброты, наивности и доверчивости?.. То есть, из всех черт моего характера ты заметил только эти три?.. — Да их любой заметил! Да и, разве это не твои черты характера, Ямагучи? — Знаешь, Тсукки, я думал, что у тебя просто плохое зрение, но всё оказалось куда хуже. — Про что ты говоришь, Ямагучи? — Про то, что любой другой человек заметил бы намного больше черт моего характера, если бы был на твоём месте! А не всего лишь три самые слабые! Я думал, что ты мой лучший друг, Тсукки. Боже, каким же я был дураком, раз так считал, — на щеках, которые были будто осыпанные молочным шоколадом, образовались ручейки солёной воды, температура которых была высока. — Ну так не думай! Если что-то не умеешь, лучше не делай этого. — Это ты намекаешь, что я тупой, или не умею адекватно мыслить? — голос парня дрожал как и он сам. — К сожалению я могу только и делать, что намекать тебе. Иначе наш крошка Ямагучи— разобьётся.. — Тсукишима изогнул брови и уголки губ, тем самым изображая сочувствие, но понятно дело, сделал это не з доброты душевной. — Ты... Да пошёл ты... Уёбок.. Красивый, хотя нет, прекрасный.. Блять.. — Ямагучи? — лицо парня в миг обрело удивлённый вид. — Нет, Тсукки… Мне нужно побыть одному… Я пойду… — Тадаши с силой натянул улыбку на лицо и покинул дом, попрощавшись с матерью друга. Ну, а Кей так и продолжил стоять посреди пустой комнаты.

***

На улице уже было темно, и веял прохладный ветер, перебирая тёмные шоколадно-каштановые пряди волос Ойкавы. Юноша направлялся в парк, в то время как в его голове метались одна к другой мысли о ссоре с Хаджиме. —«И чем ему мой характер не угодил?! Может он меня тоже достал, но я же не жалуюсь! Но блять!.. Я в него втюрился, как школьница из дорамы в популярного парня! Как же он меня заебал тем, что я всё время про него думаю и схожу по нему с ума! Вот как так можно, а чёртов Ивайзуми?! » Тоору не заметил как дошёл до предназначенного места. Парень сел на лавку, закрыл лицо руками и залился краской, тихо матеря Ивайзуми.

***

Молодой парниша шел по тротуару, который освещался, то по домашнему теплым светом, то офисным, холодным белым. Неподалёку находился лес, поэтому время от времени слышались сверчки, голоса сов, кукушек и некоторых птиц, которые ещё не уснули. Но на весь этот фоновый шум паренёк внимания не обращал. Так как голова была забита его же мыслями. —«А если я действительно всего лишь жалкий трус готовый прийти на помощь каждому?.. И Тсукки был прав… Что у меня всего лишь три черты характера… Почему этот придурок Тсукки приносит столько боли?! Почему я просто не могу ему признаться и не бояться отказа?! Почему я настолько беспомощный?! За что?! За что чёртов, Тсукишима?! Почему я влюбился именно в тебя?! Лучше бы я каждый день носил портфели, нежели безнадёжно бы в тебя по уши влюбился! Ну почему ты такой прекрасный, а Кей?! Такой высокий, уверенный! Умный, красивый, прекрасный блокирующий! Ты, какого-то хуя, так сильно выделяешся среди остальных! Ах… Как бы не хотелось этого признавать… Но я хочу тебя, уёбок Кей.. » Ямагучи и не заметил, что так быстро добрался до парка. Вокруг было так прекрасно и живописно. Всё зелёное настолько красиво освещались луной, что было сложно осознать, что именно ты живёшь в этой красоте. — А? Ойкава-сан? Это вы? — отозвался Тадаши до знакомой фигуры, сидящей на лавочке. — А?.. Ты вроде парень из Карасуно, правильно ведь? — Да. Я, Ямагучи Тадаши— центральный блокирующий Старшей Карасуно. Но обычно я сижу на скамье запасных и когда выхожу на поле, только подаю.— представился Ямагучи, подходя ближе к Ойкаве. — А! Я тебя вспомнил! Какими судьбами пришёл сюда? — Тоору посмотрел на первогодку Карасуно и показал рукой на лавку, чтобы тот присел. — Да я так. Случайно. С лучшим другом поссорился, вот теперь и здесь. А Вы? Вы немного странно со стороны смотрелись, Ойкава-сан. Как будто Вы сделали роковую ошибку, или что-то типо того. — Не поверишь… Ямагучи, да?.. — Ага, Вы правильно запомнили. — У меня таже история. Поссорился с лучшим другом… Видете ли ему мой характер не угодил! Но я то! Я то как-то же втюрился в него с его характером! Я не понимаю зачем заводить друзей, на которых не хватает ни сил, не выдержки? Да и таких чтобы они в тебя тогда влюблялись! — И не говорите. Если тебе не нравится что человек очень мягкий и ранимый, то зачем делать его своим лучшим другом и влюблять его в себя, этого же не осознавая? Типо нахуя? От нечего делать? Ну так займись учёбой, спортом ну или там творчеством. Зачем играть с чувствами человека не осознавая этого? — Ага. А потом удивляться, чего это он такой нервный и вечно кричит. Не такой как при первой встрече, хуй знает сколько лет назад. А если они нас потом потеряют, как себя будут вести? Будут переживать и не находить себе места? А тогда уже всё, нет больше ваших лучших старых друзей к которым вы привыкли! Нужно было действовать раньше. — А… В кого Вы влюблены, Ойкава-сан?.. — нерешительно задаёт вопрос Тадаши, надеясь, что ему ответят. — Наш доигровщик и вице-капитан… Ива-чан… — вздыхая, говорит Тоору. — Ивайзуми-сан?! — удивляясь, спрашивает Ямагучи. — Ну да. Разве это не очевидно? Хотя похоже что нет, раз Ива-чан ещё не догадался… А ты, что? Влюблён в вашего центрального блокирующего? Ну того блондина в очках. — Да… А как Вы догадались, Ойкава-сан? — Это было видно. Сразу при виде вас в двоём, создаётся впечатление будто вы пара. — Оу.. — Ямагучи вздохнул, машинально начав теребить пальцы, продолжил, — Не думал, что всё на столько очевидно... Странно, что Тсукки до этого времени ещё ничего не понял. Обычно, если какая-то вещь или информация лежат, как на ладоне, он её раньше всех замечает. — Ты тоже называешь своего друга не как все остальные? — А? Да. Мы просто подружились ещё в младшей школе, и это было до его координального изменения, так что он оставил версию этого имени. — До координального изменения? — удивляется Ойкава, не совсем понимая о чём-то идёт речь. — Раньше он не был настолько токсичным самоуверенным ублюдком. Тсукки был уверенее меня, мне казалось что он, ну просто пиздец храбрый и крутой. Ещё Тсукишима был весёлым и ему нравился волейбол. Но на последнем матче его старшего брата всё изменилось. — С его братом что-то случилось? Он себе что-то сломал? Или… Тсукки говоришь? Ему мяч в голову прилетел и он попал в больницу? — Нет, нет, Ойкава-сан! Вы уж очень сильно преувеличели. Просто Тсукки думал что его брат Ас, а оказалось что он был в команде поддержки. Это очень огорчило Тсукки и он перестал сильно и с радостью увлекается волейболом. Но недавно я вправил мозги этому мудаку. — Давай на ты, Ямагучи. — Правда? Хорошо, Ойкава-сан. А ты давно дружишь с Ивайзуми-саном? — С детства. Тогда я понимал, что это самый мой лучший друг за всю жизнь и всегда им останется. Потом в младшей школе я осознал, что он очень красивый и дружелюбный. В средней школе я понял, что он мне нравится. А сейчас, в старшей школе, я схожу по нему с ума и всё время о нём думаю. Мне приятно, что почти каждый день после школы, меня окружают девочки, дарят мне выпечку и говорят комплименты. А ещё в эти моменты я надеюсь, что Ива-чан испытывает чувство ревности. Хорошо, что его никто кроме меня не окружает, ведь я бы ему такие скандалы потом учинял. Блокирующий засмеялся, при этом прикрывая рот тыльной стороной ладони. — А мы проводим время вместе только иногда в школе и когда возвращаемся домой с тренировок. Только вот обычно по пути домой, мы молчим... — парень затаил дыхание, видимо для кого чтобы подготовиться к чему-то более громкому и серьезному, — Вот же блядство! Грёбаный Тсукишима Кей! Ну вот какого хуя я в тебя влюблён?! Эти твои ахуенные волосы, твой ёбаный запах, который сводит с ума, твоё тело! Я так хочу дотронуться до него, изучить его! — громко матерась и высвобождая все свои эмоции, которые успели накопиться за это время, Тадаши вновь продолжил, — Грёбанный Тсукишима Кей! Какого хуя ты сводишь меня с ума?! — выдохнув, Ямагучи закрыл лицо руками, чтобы скрыть смущение. Осознание сказанного пришло после, поэтому и вызвало такую реакцию, — Прости Ойкава-сан, что тебе приходится это слушать. Просто меня переполняют эмоции, из-за того, что я всё время думаю про Кея. И ты думаешь, что всё вот так просто? Я просто иду и думаю, о Тсукишима Кей прикольно, не плохой парень! Нет..— Тадаши растянул гласные в последнем слове, запрокинув голову назад, вздохнул и продолжил, — На самом деле всё намного сложнее. У меня, как нельзя подумать, очень вообще-то извращенные мысли на счёт Тсукишимы. — Да ничего. Ведь у меня точно такие же мысли. Думаешь, когда Ива-чан выходит из душа, я на него внимания не обращаю? Нет, наоборот. Меня в эти моменты просто разперает, от желания прижать Ивазуми к стене, поцеловать его и оставить на его ахуенной шее засос. Вообще я хочу всё его тело покрыть засосами, тем самым показать, что Ива-чан мой. И вообще мне кажется любой человек хотел бы оставить засос на Ива-чане. Нет, ну ты видел этого ублюбка Хаджиме? Он же, пиздец горячий парень! Ещё и серьезный весь такой! Засранец! А когда он за меня переживает? Хаджиме тогда так много говорит, что я просто хочу заткнуть его поцелуем, обнять, давая понять, что я в порядке. Но я не могу этого сделать! Потому что… А почему? Почему мы не можем сделать этого, Тадаши? — Может из-за совести? А может из-за страха потерять лучшего друга и по совместительству возлюбленного. — Типо, нас бы мучила совесть за содеянное? — дальше раздумывая, какой ещё можно дать ответ на вопрос, сказал Тоору. — Возможно. Наверное да. Ну, а вдруг они натуралы, а мы к ним без предупреждения и разрешения лезем целоватся. Не удобно получается. Да и плюс мы их лучшие друзья. — А если… А если поцеловать Ива-чана когда он спит? — Ойкава посмотрел на Ямагучи в надежде, что тот согласится, что это хорошая идея,— Ты же не видел как Ивазуми спит! С помощью его сна, я узнал, что у меня железная выдержка. Ямагучи расхохотался, что есть мочи, кажется, будто, на весь парк. Ещё немного и Тадашии свалился бы с лавки. — А?! Ты чего? Что я смешного сказал? Как по мне, то идея не плохая! — Да я не… Я не про твою идею, а про то, что мы очень похожи. — А? А что у нас общего? — удивлённо смотря на Тадаши, задал вопрос Тоору. — Ну... Ты влюбился в лучшего друга и поссорился с ним, как и я. Я почти всю жизнь дружу с Тсукки, как и ты. Ты ночью не спишь, а смотришь как спит твой лучший друг, как и я. Нашим лучшим друзьям в нас не нравятся наши характеры. А ещё мы оба волейболиста. Видишь у нас много общего… Наверное… — Звучит правдоподобно. Но всё же, ты не сможет стать таким же крутым как я. Ближайший год-два так точно. Ну так как тебе моя идея? О! Или… А ладно. Это будет очень сложно и подло, вряд-ли бы ты согласился на этот вариант. — Спасибо, Ойкава-сан, что решил не принимать тот план. Вообще неплохая идея, но я не смогу поцеловать Тсукки когда он будет спать… — Ямагучи немного замялся и покраснел, — к сожалению, Тсукки слишком милый когда спит, поэтому я не хочу его будить. Ойкава, мы же не слабаки и трусы, правда? — Ну да. А почему ты спрашиваешь? — Ну так если это правда, то почему мы не можем сейчас к ним пойти и поцеловать их? Что нам мешает и нас останавливает? — Не знаю. Тогда пойдём? — Тоору посмотрел на Тадаши, ожидая ответа. — Хорошо. Удачи, Ойкава-сан. — Ямагучи улыбнулся Ойкаве и начал ждать когда тот уйдёт. В холодном летнем вечернем воздухе повисло минутное молчание. Никто из парней не намерен был его оборвать. — Ну ладно, до свидания, Ойкава-сан! Спасибо, что выслушал. Как думаешь, мы продолжим потом общаться? — И тебе спасибо, Тадаши! Возможно, у тебя же есть мой номер? — Если не будет, попрошу у Кагеямы. — он помахал на прощание Ойкаве и побежал к дому Кея, оставив собеседника наенаедине.

***

— Дуракава! Вот ты где! Мог бы и хоть что-то написать! Я же не знаю куда тебя занесет! — подбегая к другу, кричал Ивазуми. На эти крики Ойкава лишь улыбнулся, не поворачиваясь к своему собеседнику. — Ты чего молчишь, Дуракава? — Я хочу тебя, Ивайзуми Хаджиме. — Чего?.. — к замершево от неожиданности Ивазуми, подошел Ойкава и поцеловал. Просто. Без лишних слов и движений. — Пошли домой, Ива-чан. Здесь холодно и темно.

***

В дверь послышался стук. Высокий парень, безэмоционально открыл дверь, даже не спрашивая кто это, ничего не говоря вообще. — Ямагучи?.. — в дверном приёме стоял парень, весь светящейся от счастья. — Тсукки, хочешь расскажу секрет? — после гость снял очки Тсукишимы, повалил того на пол и нежно поцеловал. Как будто они были самой нежной парой на земле. Или, как будто, Кей был хрустальной вазой и одно резкое и неверное движение могло разбить Тсукишиму на мелкие кусочки, которые некогда и не как не соберёшь. — Я влюбился в прекрасного уёбка, несколько лет назад, после того как он стал моим другом.. Я люблю тебя, Тсукишима Кей...